АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Калуга

Дело № А84-3146/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.11.2023.

Постановление изготовлено в полном объеме 04.12.2023.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе 

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

 

при ведении протокола помощником судьи

 

ФИО4,

при участии в заседании

 

от истца:

 

ФИО5 

(доверенности от 14.05.2023),

 

от ответчика:

 

ФИО6 

(доверенность от 28.12.2022), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенном путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Двадцать первого арбитражного апелляционного суда, кассационную жалобу федерального государственного унитарного предприятия «102 Предприятие электрических сетей» Министерства обороны Российской Федерации (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – ответчик, Предприятие) на решение Арбитражного суда города Севастополя от 17.11.2022 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2023 по делу № А84-3146/2022, 

 

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Энерго Альянс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – истец, Общество) обратилось в суд с иском к Предприятию о расторжении договора № 339/04-03 от 03.12.2015, взыскании 223 775,20 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами (далее – проценты) с 05.03.2019 по день фактического платежа.

Предприятие, в свою очередь, предъявило встречный иск о взыскании с Общества фактических расходов, понесенных на исполнение обязательств по договору № 339/04-03 от 03.12.2015 в размере 140 679,60 руб., неустойки за период с 19.12.2016 по 03.12.2017 в размере 90 461,12 руб.

Решением Арбитражного суда города Севастополя первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречных требований отказано.

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции изменено, указано на взыскание с Предприятия в пользу Общества процентов за период с 05.03.2019 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 17.11.2022 в размере 46 762,58 руб., а также процентов, начисленные на сумму долга с 18.11.2022 по день фактической оплаты.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами в части определения периода взыскная процентов, Предприятие обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального права, указало на неверное определение даты возникновения права истца на применение подобной мер ответственности.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержала доводы кассационной жалобы. 

Представитель истца возражала против доводов кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. 

Рассмотрев содержащиеся в кассационной жалобе доводы в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 03.12.2015 Предприятием (сетевая организация) и Обществом (заявитель) заключен договор № 339/04-03 об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям.

Неотъемлемой частью договора являются технические условия № 03/500 от 29.05.2015 (п. 4 договора).

Срок действия технических условий составляет 2 года со дня заключения договора.

Согласно п. 5 договора в редакции дополнительного соглашения от 03.12.2018 срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению – до 15.12.2018 согласно обращению заявителя. 

В п. 10 договора указано, что размер платы за технологическое присоединение составляет 223 775,20 руб. в т.ч. НДС 18%.

07.12.2015 заявитель перечислил сетевой организации 223 775,20 руб.

В соответствии с п. 15 и 16 договора он может быть расторгнут по требованию одной из сторон по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

Заявитель вправе, при нарушении сетевой организацией указанных в договоре сроков технологического присоединения, в одностороннем порядке расторгнуть договор.

Согласно п. 17 договора, в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств, такая сторона по истечение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы за технологическое присоединение, по договору за каждый день просрочки.

Дополнительным соглашением от 03.12.2018 пункт 12.4 технических условий изложен в следующей редакции: «Срок действия настоящих технических условий установлен до 15.12.2018». 

Поскольку Предприятие в установленный срок мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям не произвело, Общество письмом от 04.03.2022 потребовало от ответчика расторгнуть договор, возвратить 223 775,20 руб. и уплатить проценты, а затем обратилось в суд с настоящим иском.

Ответчик, в свою очередь, предъявил встречные требования о взыскании фактических расходов и неустойки, начисленной по причине несвоевременного исполнения заявителем мероприятий по технологическому присоединению.

Рассматривая спор по существу, суды руководствовались статьями 395, 450, 452, 453, 779, 782, 1102, 1103, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), положениями Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), Постановления Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Исследовав и оценив имеющуюся в деле совокупность доказательств, суд первой инстанции удовлетворил требований Общества в заявленном размере, и отказал во встречном иске Предприятия.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дела, изменил решение суда первой инстанции в части взыскании процентов, произведя расчет твердой суммы процентов на день вынесения решения.

Арбитражный суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части.

Согласно п. 1 ст. 26 Закона об электроэнергетике и п. 6, 16 и 17 Правил № 861 технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.

По всем своим существенным условиям договор об осуществлении технологического присоединения соответствует договору возмездного оказания услуг. К правоотношениям сторон по договору технологического присоединения применяются помимо специальных норм главы 39 ГК РФ также общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III Кодекса) (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2021)).

В соответствии с п.п. «б» п. 16 Правил № 861 срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению является существенным условием договора технологического присоединения.

В силу п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик – оплатить эти услуги.

В соответствии с п.п. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной. При этом существенным признается нарушение одной из сторон договора, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Право заявителя в одностороннем порядке расторгнуть договор технологического присоединения при нарушении сетевой организацией сроков технологического присоединения закреплено абз. 2 п.п. «в» п. 16 Правил № 861 и п. 16 договора.

Судами установлено, что сетевая организация в установленный срок не исполнила обязательства по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям. 

Согласно п. 4 ст. 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (п. 2 ст. 395 ГК РФ).

В части удовлетворения требования истца о расторжении договора об осуществлении технологического присоединения, о взыскании неосновательного обогащения (внесенной Обществом платы за технологическое присоединение), а также в части отказа в удовлетворении встречного иска Предприятие решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции не обжалует.

В кассационной жалобы ответчик выражает несогласие с выводами судов о возможности взыскания с сетевой организации процентов, начисленных по ст. 395 ГК РФ до момента расторжения договора, поскольку названный договор расторгнут в судебном порядке, а проценты взысканы с Предприятия за период с 05.03.2019. 

Действительно, в соответствии с п. 4 ст. 453, п. 1 ст. 1102 и п. 1 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами подлежат начислению именно на сумму неосновательного обогащения.

В рассматриваемом случае обязанность Предприятия по возврату полученной от Общества суммы возникла с момента расторжения договора об осуществлении технологического присоединения.

Таким образом, поскольку договор расторгнут в судебном порядке (постановление суда апелляционной инстанции от 12.07.2023), до указанной даты полученные ответчиком от истца денежные средства не являются неосновательным обогащением и, соответственно, на спорную сумму не подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами.

Вместе с тем, неверная правовая квалификация взыскиваемой истцом с сетевой организации меры ответственности не привела к принятию неправильного решения (постановления).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения, суд кассационной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

При удовлетворении требования Общества о расторжении заключенного с Предприятием договора об осуществлении технологического присоединения суды исходили из того, что услуга по технологическому присоединению объекта заявителя ответчиком не оказана. Материалы дела не содержат доказательств того, что Предприятие выполнило принятые на себя обязательства.

Согласно п. 17 договора, в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств, такая сторона по истечение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы за технологическое присоединение, по договору за каждый день просрочки.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого п. 1 ст. 394 ГК РФ, то положения п. 1 ст. 395 ГК РФ не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ (п. 4 ст. 395 ГК РФ).

Однако, само по себе то обстоятельство, что истец обосновывает свое требование о применении меры ответственности в виде взыскания денежной суммы за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства п. 1 ст. 395 ГК РФ, в то время как законом или соглашением сторон на случай этого нарушения предусмотрена соответствующая неустойка и денежные средства необходимо взыскать с ответчика в пользу истца на основании п. 1 ст. 330 или п. 1 ст. 332 ГК РФ, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (ответ на вопрос № 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016)).

В рассматриваемом случае размер процентов, рассчитанных на основании ст. 395 ГК РФ, не превышает размер договорной неустойки. Исходя из положений п. 6 ст. 395 и п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», снижение определенной подобным образом штрафной санкции не предусматривается.

Таким образом, неверное правовое обоснование примененной судами меры ответственности сетевой организации не привело к нарушению прав Предприятия и, соответственно, не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушения либо неправильного применения норм процессуального права судом кассационной инстанции не установлено.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм права и не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд кассационной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Севастополя от 17.11.2022 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2023 по делу № А84-3146/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные ст. 291.1 и 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

ФИО1

Судьи

ФИО2

 

ФИО3