АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

E-mail: info@crimea.arbitr.ru http://www.crimea.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А83-23934/2025

29 декабря 2025 года

город Симферополь

 

Резолютивная часть оглашена 15 декабря 2025 года

Полный текст решения изготовлен 29 декабря 2025 года

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Левашова И.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Асановой Л.М.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела

по заявлению Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ответчику арбитражному управляющему ФИО1

о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

при участии представителей:

от заявителя – не явились;

от ответчика – ФИО2, доверенность № 39АА 2545515 от 09.09.2022, диплом магистра выдан 11.07.2019, участвовал посредством веб-конференции (онлайн).

УСТАНОВИЛ:

23.10.2025 в Арбитражный суд Республики Крым (далее – суд) поступило заявление Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (далее – Комитет, Госкомрегистр) о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, адрес: 

<

...>, ИНН 

<

***>) к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП АП РФ).

Из заявления Госкомрегистра (т. 1 л.д. 6-9) и протокола об административном правонарушении по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях № 00368225 от 20.10.2025 (т. 1 л.д. 19-31), а также находящихся в открытом доступе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте суда (http://crimea.arbitr.ru/) материалов, следует, что в производстве Арбитражного суда Республики Крым находится дело № А83-16124/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник).

Из материалов дела № А83-16124/2023 следует, что 08.06.2023 ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Республики Крым с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 31.07.2023 указанное заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А83-16124/2023, назначено судебное заседание.

Решением суда от 07.11.2023 (резолютивная часть оглашена 31.10.2023) ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО1.

Определением суда от 22.10.2025 (оглашена резолютивная часть) срок процедуры реализации имущества в отношении ФИО3 продлен на пять месяцев, до 30 марта 2026 года.

Комитетом в протоколе об административном правонарушении № 00368225 от 20.10.2025 приведены 3 эпизода административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, связанные с нарушениями требований пунктов 1 - 3 статьи 213.25, абзацев 2, 8 пункта 2 статьи 20.3, пункта 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 143 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 5 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299, допущенными финансовым управляющим ФИО1 в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (т. 1 л.д. 22-30).

Протоколом об административном правонарушении установлено, что арбитражным управляющим ФИО1 без обращения в суд, то есть с превышением полномочий, самостоятельно исключены из конкурсной массы должника денежные средства на оплату аренды жилого помещения в размере 315 000,00 рублей за период с ноября 2023 по июль 2024 гг. (первый эпизод); в состав текущих расходов по делу о банкротстве ФИО3 необоснованно включены денежные средства, израсходованные арбитражным управляющим на канцелярские товары, на аренду и коммунальные услуги своего офиса в размере 2 500,00 рублей, а также на оплату взноса в саморегулируемую организацию в сумме 1 500,00 рублей (второй эпизод); допущена неполнота и недостоверность сведений в отчетах финансового управляющего о результатах проведения реализации имущества гражданина ФИО3 от 26.04.2024 и от 09.09.2024 (третий эпизод).

Вмененное арбитражному управляющему ФИО1 правонарушение квалифицировано Комитетом как недобросовестное исполнение своих обязанностей, сопряженное с нарушением пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, согласно которому проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, общества и кредиторов.

Согласно заявлению и протоколу наличие в действиях (бездействии) арбитражного управляющего ФИО1 нарушений законодательства о банкротстве свидетельствует о признаках состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Определением суда от 24.10.2025 заявление Госкомрегистра принято к производству, возбуждено производство по делу № А83-23934/2025 (т. 1 л.д. 1-3).

11.11.2025 из МВД по Республике Крым поступили сведения об адресе привлекаемого к административной ответственности лица (т. 2 л.д. 5).

14.11.2025 от привлекаемого к административной ответственности лица ФИО1 поступил отзыв с возражениями на заявление, указывает на существенные процессуальные нарушения, допущенные Комитетом при составлении протокола об административном правонарушении (отсутствие времени и места, события административного правонарушения), на отсутствие объективной стороны административного правонарушения в связи с отнесением денежных средств на аренду жилого помещения к текущим платежам, на распределение в конкурсной массе дополнительных расходов арбитражного управляющего, в связи с чем достигнута предупредительная цель административного производства, об ошибочном применении Комитетом норм, регулирующих составление отчетов при банкротстве юридических лиц, а также ходатайствует о применении положений статьи 2.9 КоАП РФ, поскольку правонарушение не привело к существенному нарушению прав и законных интересов кредиторов (т. 2 л.д. 12-22).

Определением суда от 18.11.2025 окончена подготовка дела к судебному разбирательству и назначено судебное разбирательство (т. 2 л.д. 27-28), в предварительном судебном заседании приняли участие представители заявителя и ответчика (т. 2 л.д. 26).

12.12.2025 от арбитражного управляющего ФИО1 поступили письменные пояснения о соответствии размера платы за наем жилого помещения потребностям должника и рыночным условиям, о неверной квалификации административным органом деяния арбитражного управляющего (т. 2 л.д. 34-40).

В судебное заседание ответчик обеспечил явку своего полномочного представителя, суд согласно пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2024 № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде» по собственной инициативе, изучив открытые источники – автоматизированную информационную систему «Картотека арбитражных дел» на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», приобщил к материалам дела копии судебных актов по делу №А83-16124/2023: определение суда об отложении судебного разбирательства по заявлению ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы от 18.11.2025, определение суда о продлении срока реализации имущества от 18.06.2025 (т. 2 л.д. 55).

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте предварительного судебного заседания и судебного заседания путем направления копий определений суда посредством почтовой связи и размещения текстов указанных судебных актов на официальном сайте Арбитражного суда Республики Крым в сети Интернет (http://crimea.arbitr.ru/) в соответствии с ч.ч. 1, 4 ст. 123, ч.ч. 2, 3 ст. 156, ч. 3 ст. 205 АПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Суд, изучив материалы дела, установил следующее.

В силу части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения ответчиком, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения ответчика к административной ответственности, а также определяет меры административной ответственности.

Порядок привлечения ответчика к административной ответственности заявителем соблюден, ответчиком и иными лицами в этой части не оспаривается, доказательств иного в материалы дела не представлено.

Так, протокол № 00368225 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, составлен 20.10.2025 в 14 час. 00 мин. полномочным лицом – заведующим отдела по работе с арбитражными управляющими и оценщиками управления правового обеспечения Госкомрегистра ФИО4, действующим на основании положения Комитета, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Крым № 164 от 27.06.2014, а также приказа Комитета от 02.05.2024 № П/47 «О возложении обязанностей по контролю (надзору) за деятельностью саморегулируемых организаций», в соответствии с требованиями статей 28.1, 28.2, пункта 10 части 2 статьи 28.3 и статьи 28.7 КоАП РФ, пункта 3 статьи 29 Закона о банкротстве, в отсутствие ответчика, надлежаще уведомленного о месте и времени составления протокола.

Копии протокола от 20.10.2025 № 00368225 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, а также заявления о привлечении к административной ответственности от 20.10.2025 направлены ответчику почтой (т. 1 л.д. 11-14).

Поводом для возбуждения дела об административном правонарушении послужило определение Арбитражного суда Республики Крым от 25.06.2024 по делу №А83-16124/2023 об отложении судебного заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества гражданина (т. 1 л.д. 146).

По результатам изучения поступившего определения Арбитражного суда Республики Крым от 25.06.2024 по делу № А83-16124/2023, информации, размещенной в автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел», в связи с тем, что в действиях (бездействии) арбитражного управляющего ФИО1 усмотрены возможные нарушения требований Закона о банкротстве, образующие признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, Комитетом 10.10.2024 вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении арбитражного управляющего ФИО1 (т. 1 л.д. 144, 145).

По итогам административного расследования 06.11.2024 Комитетом в отношении арбитражного управляющего ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении № 00378224, который направлен совместно с заявлением о привлечении ФИО1 к административной ответственности и иными материалами административного производства в Арбитражный суд Республики Крым.

Решением Арбитражного суда Республики Крым по делу № А83-23814/2024 заявление Комитета удовлетворено, арбитражный управляющий ФИО1 привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 25 000,00 рублей.

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2025 (резолютивная часть оглашена 01.04.2025), оставленным без изменений постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 25.07.2025 (резолютивная часть оглашена 22.07.2025), апелляционная жалоба ФИО1 удовлетворена, решение Арбитражного суда Республики Крым от 06.02.2025 по делу № А83-23814/2024 отменено, принят новый судебный акт, в удовлетворении заявления Комитета о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности отказано.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в привлечении к административной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о несоблюдении административным органом порядка привлечения к административной ответственности, поскольку установил, что протокол об административном правонарушении от 06.11.2024 № 00378224 составлен в отсутствие надлежащим образом извещенного арбитражного управляющего ФИО1

Как отмечено в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 25.07.2025, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что отказ в привлечении к ответственности не обусловлен наличием обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 КоАП РФ, свидетельствует о прекращении производства по делу об административном правонарушении и не препятствует возможности составления административным органом нового протокола об административном правонарушении с соблюдением положений статьи 28.2 КоАП РФ в пределах срока давности, предусмотренного статьей 4.5 КоАП РФ (пункт 11 постановления Пленума № 10, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.03.2013 № 13610/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2018 № 307- АД18-1783). При этом лицо, привлекаемое к ответственности, не лишено права представлять доказательства, давать объяснения, приводить свои доводы при производстве по делу об административном правонарушении.

В связи с изложенной судами апелляционной и кассационной инстанций правовой позицией Комитетом 25.08.2025 повторно вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении (т. 1 л.д. 61-63), проведено административное расследование, срок которого продлен определением Комитета от 22.09.2025 (т. 1 л.д. 44-46) с составлением по его результатам рассматриваемого в настоящем судебном разбирательстве протокола от 20.10.2025 № 00368225.

В материалах дела имеются доказательства надлежащего уведомления арбитражного управляющего ФИО1 в ходе административного расследования: о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т. 1 л.д. 53-56), о продлении срока административного расследования, дате и времени составления протокола об административном правонарушении (т. 1 л.д. 40-41).

Согласно отчетам об отслеживании почтовых отправлений с почтовыми идентификаторами 29500112065782 и 29500112065775 привлекаемым лицом ФИО1 получена почтовая корреспонденция административного органа 03.10.2025 и 06.10.2025, то есть заблаговременно до составления протокола об административном правонарушении от 20.10.2025 в 14 час. 00 мин. (т. 1 л.д. 32, 33).

Указанные обстоятельства не оспаривались представителем ответчика в предварительном судебном заседании, который согласился с надлежащим уведомлением ФИО1 административным органом о дате и времени составления протокола об административном правонарушении (т. 2 л.д. 26).

Согласно статьи 1.1 КоАП РФ законодательство об административных правонарушениях состоит из КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

Частью 1 статьи 1.6 КоАП РФ установлено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В соответствии с частью 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Обстоятельства, подлежащие выяснению при рассмотрении дела об административном правонарушении, определены в статье 26.1 КоАП РФ.

Доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (статья 26.2 КоАП РФ).

Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона.

Согласно положений статьи 26.11 КоАП РФ судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административных правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

На основании части 3 статьи 14.13 КоАП РФ неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Объектом правонарушения является охраняемые законом отношения в сфере выполнения обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Объективную сторону правонарушения составляют действия (бездействие), в результате которых нарушаются требования законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Субъект правонарушения специальный, им является, в том числе, арбитражный управляющий.

С субъективной стороны данное нарушение характеризуется деянием в форме действия либо бездействия и проявляется в невыполнении правил, применяемых в период ведения соответствующей процедуры банкротства.

Состав правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, является формальным, в связи с чем, ответственность за его совершение наступает при условии доказанности факта нарушения требований Закона о банкротстве. В этой связи последствия, наступившие в результате такого нарушения, правового значения для целей квалификации правонарушения не имеют.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определённым стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Таким образом, неисполнение арбитражным управляющим, каким являлась ФИО1 в период исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника ФИО3 в рамках дела №А83-16124/2023, любой обязанности, возложенной на него законодательством о несостоятельности (банкротстве), при условии доказанности делает его субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

По первому эпизоду.

В пункте 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве определены обязанности финансового управляющего, причем вне зависимости от процедуры банкротства, то есть эти обязанности подлежат исполнению как в ходе реструктуризации долгов, так в процедуре реализации имущества должника.

В частности, указанной нормой установлены обязанности финансового управляющего принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества (абзац второй), осуществлять контроль за своевременным и в полном объеме перечислением денежных средств на погашение требований кредиторов (абзац одиннадцатый).

Указанная обязанность корреспондирует представительским функциям финансового управляющего действовать в ходе процедуры банкротства от имени гражданина при распоряжении средствами на счетах и во вкладах в кредитных организациях (пункт 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Ввиду статьи 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

Как установлено пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (пункт 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Из пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве следует, что финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

Согласно части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности:

- жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание;

- земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором настоящей части, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание;

- предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши;

- имущество, необходимое для профессиональных занятий гражданина-должника, за исключением предметов, стоимость которых превышает десять тысяч рублей;

- используемые для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, племенной, молочный и рабочий скот, олени, кролики, птица, пчелы, корма, необходимые для их содержания до выгона на пастбища (выезда на пасеку), а также хозяйственные строения и сооружения, необходимые для их содержания;

- семена, необходимые для очередного посева;

- продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, в том числе на заработную плату и иные доходы гражданина-должника в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства гражданина-должника для соответствующей социально-демографической группы населения, если величина указанного прожиточного минимума превышает величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации);

- топливо, необходимое семье гражданина-должника для приготовления своей ежедневной пищи и отопления в течение отопительного сезона своего жилого помещения;

- средства транспорта и другое необходимое гражданину-должнику в связи с его инвалидностью имущество;

- призы, государственные награды, почетные и памятные знаки, которыми награжден гражданин-должник;

- используемые для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, домашние животные, определенные Федеральным законом от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» под прожиточным минимумом понимается минимальная необходимая для обеспечения жизнедеятельности сумма доходов гражданина.

Статьей 4 названного Закона установлено, что величина прожиточного минимума по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации на очередной год устанавливается Правительством Российской Федерации (пункт 2); величина прожиточного минимума на душу населения в субъекте Российской Федерации на очередной год устанавливается субъектом Российской Федерации с учетом коэффициента региональной дифференциации (пункт 3).

В силу разъяснений, изложенных в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П, конкретный размер удержания из заработной платы и иных доходов должника при исполнении исполнительного документа подлежит исчислению с учетом всех обстоятельств данного дела, при неукоснительном соблюдении таких принципов исполнительного производства, как уважение чести и достоинства гражданина и неприкосновенность минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи; при определении размера удержания из источника дохода, являющегося для должника единственным источником существования, надлежит учитывать, в числе прочего, размер этого дохода с тем, чтобы обеспечить самому должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования.

Как разъяснено пунктом 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» предметы обычной домашней обстановки и обихода в силу абзаца четвертого части 1 статьи 446 ГК РФ являются имуществом, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам.

К таким предметам может быть отнесено минимально необходимое имущество, требующееся должнику-гражданину и членам его семьи для обеспечения реальной возможности удовлетворения повседневных бытовых потребностей в питании, отдыхе, лечении, гигиене. При этом антикварные вещи, вещи, представляющие художественную, историческую или иную культурную ценность, независимо от их целевого назначения к указанным предметам относиться не могут.

Из указанных правовых норм следует, что при решении вопроса об исключении имущества из конкурсной массы основным критерием является возможность обращения на него взыскания в соответствии с действующим законодательством.

Исходя из изложенного, денежные средства с целевым использованием «на оплату аренды (найма) квартиры», «на оплату коммерческого найма жилья» не подпадают под категорию имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2020 № 306-ЭС20-1997 прямо указано, что из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с процессуальным законодательством, в частности, денежные средства величиной прожиточного минимума (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из анализа указанных правовых норм следует вывод о том, что у финансового управляющего отсутствуют правовые основания для самостоятельного исключения из конкурсной массы должника денежных средств на оплату аренды (найма), коммерческого найма жилого помещения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Согласно пункту 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей.

Из разъяснений пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума № 48) следует, что по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, суд может дополнительно исключить из конкурсной массы имущество гражданина общей стоимостью не более 10 000 рублей (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В исключительных случаях, в целях обеспечения самого должника и лиц, находящихся на его иждивении, средствами, необходимыми для нормального существования, суд по мотивированному ходатайству гражданина вправе дополнительно исключить из конкурсной массы имущество в большем размере (например, если должник или лица, находящиеся на его иждивении, по состоянию здоровья объективно нуждаются в приобретении дорогостоящих лекарственных препаратов или медицинских услуг и исключенной из конкурсной массы суммы недостаточно для покрытия соответствующих расходов).

На основании положений Закона о банкротстве и данных в пункте 2 постановления Пленума № 48 разъяснений, дополнительное исключение денежных средств из конкурсной массы допускается лишь в случае доказанности обоснованности данных расходов и их документального подтверждения. Само по себе указание на то, что должник нуждается в найме, коммерческом найме жилого помещения для исключения имущества (денежных средств) из конкурсной массы недостаточно.

При этом должен соблюдаться баланс интересов должника, лиц, находящихся на его иждивении, с одной стороны, и кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения за счет конкурсной массы, с другой стороны.

Перечень имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, утверждается арбитражным судом, о чем выносится определение, которое может быть обжаловано.

На рассмотрение именно в судебном порядке ходатайств должника об исключении из конкурсной массы превышающих прожиточный минимум сумм, указывает Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации и в определении от 28.03.2022 № 308-ЭС21-23129, согласно которому на финансовом управляющем лежит организация взаимодействия с должником в вопросе расходования пенсионных выплат, предполагающая доведение до сведения должника возможности ходатайствовать перед судом об исключении из конкурсной массы превышающих прожиточный минимум сумм (пункт 2 постановления Пленума № 48) и угрозы наступления последствий недобросовестности в пополнении конкурсной массы за счет получаемой пенсионной выплаты (статья 213.28 Закона о банкротстве).

Таким образом, вопрос об исключении имущества из конкурсной массы отнесен к исключительной компетенции арбитражного суда, в чьем производстве находится дело о несостоятельности (банкротстве) должника-гражданина, а не финансового управляющего, которым самостоятельно разрешаются соответствующие вопросы только в отношении имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, а также в размере величины прожиточного минимума, приходящейся на самого должника-гражданина и лиц, находящихся на его иждивении.

Разрешение вопроса об исключении из конкурсной массы денежных средств, необходимых для обеспечения проживания должника-гражданина, носит заявительный характер и требует вынесения судебного акта по результатам рассмотрения соответствующего ходатайства. С момента вступления такого акта в законную силу на финансового управляющего возлагается обязанность по его исполнению в рамках процедуры банкротства. Данный механизм призван обеспечить справедливый баланс между имущественными интересами кредиторов и личными (социальными) правами должника.

Указанная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 08.04.2025 по делу № А32-31215/2023, постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.09.2025 по делу № А63-5884/2025).

Из отчета финансового управляющего ФИО1 о своей деятельности и о результатах проведения процедуры банкротства реализация имущества должника от 26.04.2024 (т. 1 л.д. 118-121) следует, что в ходе проведения процедуры реализации имущества в конкурсную массу должника ФИО3 поступили денежные средства в размере 285 893,63 рублей.

Источником поступления денежных средств в конкурсную массу явилась заработная плата, полученная ФИО3 за период с ноября 2023 года по март 2024 года в ООО «ДНС Ритейл».

Согласно отчету по состоянию на 26.04.2024 финансовым управляющим из конкурсной массы ФИО3 самостоятельно исключены денежные средства в размере 254 412,00 рублей, часть из которых за вычетом прожиточного минимума - на оплату найма должником жилого помещения за период с ноября 2023 года из расчета 35 000 рублей ежемесячно, которые квалифицированы финансовым управляющим как текущие расходы и погашены.

Как следует из материалов дела, между ФИО5 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды жилого помещения от 01.03.2023, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор получает во временное пользование (аренду) двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 91:02:001002:16656.

Ежемесячная плата за аренду жилого помещения составляет 35 000 рублей (п. 4.1 договора). Ежемесячная арендная плата вносится за месяц вперед не позднее 10-го числа (п. 4.2 договора).

Срок аренды составляет 11 месяцев и определяется с 01 марта 2023 года по 01 января 2024 года (п. 1.3 договора). Договор вступает в силу с момента его подписания и действует в течение всего срока аренды квартиры (п. 5.1 договора). Изменения и дополнения к настоящему договору могут вноситься только по соглашению сторон путем подписания дополнительного соглашения, являющегося неотъемлемой частью настоящего договора аренды квартиры (п. 5.2 договора).

Из 2-х листов расписок, составленных на каждое 10 число месяца за период с 10.04.2023 по 10.07.2024 (т. 1 л.д. 102, 103), следует, что арендодателем ФИО5 получены денежные средства ежемесячно в сумме 35 000,00 рублей.

Вместе с тем в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие наличие судебного акта, удовлетворившего требование финансового управляющего либо должника об исключении указанных средств на оплату аренды (найма) жилого помещения.

В рамках дела №А83-16124/2023 ФИО3 обратилась в суд с заявлением об исключении спорных денежных средств из конкурсной массы, определением суда от 22.08.2025 назначено судебное заседание по рассмотрению заявления должника, судебное разбирательство по обособленному спору не завершено, отложено на 15.01.2026, что подтверждается приобщенной к настоящему дела копией определения суда от 18.11.2025 (т. 2 л.д. 45-47).

Арбитражный управляющий привел доводы относительно отнесения спорных арендных платежей к разряду «текущих» (статья 5, часть 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Из анализа практики хозяйственного оборота и установленной законодателем очередности удовлетворения требований текущих кредиторов должника все текущие обязательства в деле о банкротстве гражданина можно условно разделить на следующие категории:

- возникновение которых носит безальтернативный характер и обусловлено объективной необходимостью и (или) императивным законодательным регулированием соответствующих отношений, участником которых выступает должник (обязательства по уплате обязательных платежей в бюджет Российской Федерации, коммунальные платежи, платежи, расходы по делу о банкротстве, уплате алиментов и т.д.);

- возникновение которых обусловлено противоправными действиями должника, повлекшими причинения вреда иным участникам оборота (текущие деликтные обязательства);

- возникновение которых обусловлено вступлением должника в обязательственные правоотношения в результате совершения им сделки с целью удовлетворения своих материальных потребностей (когда каждая из сторон сделки, реализуя свой экономический интерес, становится ее участником для получения желаемого встречного представления и увеличения своего благосостояния). При неисполнении именно таких обязательств кредитор должника и обращается к финансовому управляющему с целью получения удовлетворения своих требований как текущего кредитора в порядке статьи 213.27 Закона о банкротстве;

- возникновение которых обусловлено исключительно стремлением должника к обеспечению себя средствами, необходимыми для его нормального существования, то есть стремлением должника обеспечить соблюдение своих нематериальных прав (благ) (таких как жизнь, здоровье, права на жилище и его неприкосновенность), установленных статьей 150 ГК РФ и Конституцией Российской Федерации.

Именно в отношении последней категории текущих обязательств, платежи по которым направлены на обеспечение неотъемлемых неимущественных прав гражданина, действующее правовое регулирование и устанавливает правовой режим, легитимирующий их осуществление не в результате самостоятельной дискреции финансового управляющего, а в результате исключения таких денежных средств из конкурсной массы должника под контролем суда в результате принятия соответствующего судебного акта.

Как отмечено выше, пункт 2 постановления Пленума № 48 прямо закрепляет, что в исключительных случаях, в целях обеспечения самого должника и лиц, находящихся на его иждивении, средствами, необходимыми для нормального существования, суд по мотивированному ходатайству гражданина вправе дополнительно исключить из конкурсной массы имущество в большем размере. При этом должен соблюдаться баланс интересов должника, лиц, находящихся на его иждивении, с одной стороны, и кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения за счет конкурсной массы, с другой стороны.

Из указанной правовой позиции Верховного суда Российской Федерации следует, что:

1) любые платежи, направленные на обеспечение неимущественных прав должника и членов его семьи на достойную жизнь, будут являться «текущими» по смыслу периода их возникновения, поскольку носят длящийся характер и осуществляются в ходе проведения в отношении гражданина мероприятий процедуры банкротства;

2) такие платежи имеют строго целевое назначение - обеспечение неимущественных прав должника, что отличает их от всех иных текущих платежей, погашение которых в самостоятельном порядке осуществляется финансовым управляющим должника;

3) указанные платежи могут быть легитимированы исключительно судом и только при условии волеизъявления должника (его финансового управляющего), обосновывающего наличие «исключительных» обстоятельств, являющихся надлежащим основанием для осуществления соответствующих выплат.

В связи с этим любые текущие обязательства, направленные на обеспечение соблюдения неотъемлемых нематериальных прав гражданина, должны проходить строгий контроль со стороны суда и допускаться к выплате только в результате исключения из конкурсной массы в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Подобный подход не нарушает баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, не устанавливает какого-либо несправедливого приоритета одних текущих требований над другими. Напротив, такой подход, заключающийся в дискреции суда относительно легализации тех или иных текущих расходов, направлен на обеспечение баланса посредством превенции злоупотреблений со стороны должника и аффилированных с ним лиц и в первую очередь обусловлен особой правовой природой текущих обязательств, возникших в связи с необходимостью обеспечения неимущественных прав должника.

Текущие обязательства, связанные с необходимостью обеспечения неотъемлемых прав должника, обладают двумя главными особенностями, отличающими их от всех иных текущих обязательств и предопределяющими необходимость установления дополнительного контроля со стороны суда за реальностью и целесообразностью их исполнения гражданином:

1) Особые основания возникновения таких обязательств.

Как было указано выше, текущие обязательства, о которых идет речь, в отличие от всех иных текущих обязательств должника (возникающих либо в результате императивного указания закона, либо в результате неисполнения должником имеющейся у него обязанности при совершении сделок, направленных на обеспечение его имущественного интереса) возникают исключительно по желанию должника в результате осознанного выражения им воли, направленной на обеспечение своих неимущественных прав за счет денежных средств, по общему правилу, подлежащих включению в конкурсную массу гражданина с последующим пропорциональным распределением между его кредиторами.

2) Цель совершения текущих платежей во исполнение таких обязательств. Очевидно, что все платежи по всем иным текущим обязательствам должника, возникающим в ходе проведения мероприятий банкротства, обусловлены следующими двумя целями:

а) исполнением требований публичного порядка, куда можно отнести уплату налогов и сборов, коммунальных и всех иных обязательных платежей;

б) удовлетворением имущественных требований текущих кредиторов должника, при котором распределение финансовым управляющим конкурсной массы должника в порядке статьи 213.25 Закона о банкротстве обусловлено, прежде всего, необходимостью соблюдения имущественных интересов текущих кредиторов гражданина.

При этом арбитражный управляющий полагает, что к разряду текущих обязательств в том смысле, который придает названной дефиниции диспозиция статьи 5 Закона о банкротстве, можно отнести и текущие обязательства, возникшие в связи с необходимостью соблюдения нематериальных прав гражданина, предопределяющей их особую правовую природу по сравнению со всеми иными текущими обязательствами -крайне субъективные представления лица о реальной необходимости, целесообразности и разумности как наличия оснований для действительного возникновения таких обязательств, так и относительно условий последних (в данном случае касающихся размера платежей по таким обязательствам).

Текущие обязательства, возникающие с целью обеспечения неотъемлемых неимущественных прав должника, обусловлены необходимостью обеспечения нематериальных потребностей гражданина, таких как потребность в надлежащем жилище, в создании условий, обеспечивающих нормальный уровень его жизнедеятельности и сохранению здоровья и т.д.

Между тем, специфика таких потребностей заключается в том, что степень их надлежащего удовлетворения (либо неудовлетворения) не может быть измерена в «сухом» денежном эквиваленте как в случае иных текущих обязательств должника.

В рассматриваемом случае разумность, объем и реальная необходимость удовлетворения нематериальных потребностей гражданина в обеспечении нормальных условий его существования на счет денежных средств, составляющих его конкурсную массу, не могут быть определены исключительно на основании дискреции должника или финансового управляющего, самостоятельно определяющих условия соответствующих текущих обязательств, например, относительно размера арендной платы по договору найма жилого помещения.

Учитывая, что вышеназванные нематериальные потребности гражданина во многом могут носить произвольный характер и не учитывать баланс интересов иных участников дела о банкротстве, платежи, направленные на удовлетворение последних, должны быть проверены судом на соответствие таким критериям как реальность, разумность, соразмерность и целесообразность, о чем неоднократно высказывался Верховный суд Российской Федерации в приведенных выше судебных актах.

Соответственно, любые платежи, совершаемые должником в период нахождения в процедуре банкротства, и направленные на обеспечение его нормальных условий существования (нематериальных благ), подчинены особому правовому режиму, предполагающим возможность их осуществления только посредством исключения из конкурсной массы гражданина.

Данный порядок обусловлен особой правовой природой таких платежей, во многом находящихся в сфере субъективного усмотрения гражданина, что, в свою очередь, создает дополнительные предпосылки для злоупотребления гражданином своими правами с целью намеренного сокращения конкурсной массы.

Платежи по текущим обязательствам должника, направленные на удовлетворение его неотъемлемых неимущественных прав, обладают следующими особенностями, предопределяющими их правовую природу:

- их возникновение находится в сфере субъективного усмотрения должника и определяется его личными представлениями о «должной» степени удовлетворения своих неимущественных потребностей;

- направленность на удовлетворение неимущественных потребностей должника за счет сокращения его капитала, на который претендуют кредиторы должника.

При наличии указанных признаков такие текущие платежи как «оплата аренды (найма) жилья» однозначно относятся к категории платежей, возможных к осуществлению только после проверки суда и вынесения соответствующего определения об их исключении из конкурсной массы. Никакие иные факультативные признаки не могут служить основанием для изменения правовой природы таких платежей и отнесения их к разряду тех, которые самостоятельно осуществляются управляющим за счет конкурсной массы должника.

Следовательно, правовая квалификация таких платежей не может быть поставлена в зависимость ни от избранной должником правовой модели, опосредующей удовлетворение его неимущественных интересов, будь то заключение договоров аренды, поставок, купли-продажи или оказания тех или иных услуг.

Ключевое значение для квалификации таких текущих платежей, как подлежащих исключению из конкурсной массы, с точки зрения правовой позиции, изложенной в пункте 2 постановления Пленума № 48, будут иметь только два основополагающих фактора:

1) цель таких платежей (обеспечение нормальных условий существования гражданина посредством обеспечения его неимущественных прав)

2) последствия таких платежей (сокращение капитала должника).

Принимая во внимание вышеизложенное, а также тот факт, что на правовую квалификацию таких платежей не может влиять вид избранного должником гражданско-правового договора, тем более на такую квалификацию не может оказывать влияние срок, установленный для исполнения текущих обязательств должника, в рамках которого такие платежи им совершаются.

В данном случае денежные средства ежемесячно выбывали из конкурсной массы должника на основании договора аренды квартиры от 01.03.2023, заключенного между должником и арендодателем ФИО5, предусматривающих ежемесячную оплату должником в размере 35 000,00 руб., однако причины, по которым такие текущие платежи не должны быть отнесены к тем, которые контролируются судом и подлежат исключению из конкурсной массы гражданина, арбитражным управляющим не приведены.

Указанные ежемесячные платежи в период с ноября 2023 года по июль 2024 года «бесконтрольно» выплачивались арбитражным управляющим ФИО1 из конкурсной массы несостоятельного гражданина в отсутствие согласия кредиторов на такие выплаты, иного в материалы дела не представлено.

Финансовый управляющий, отразив в своем отчете соответствующую информацию о размере произведенных текущих платежей на оплату аренды жилья в течение процедуры банкротства, поставил перед фактом кредиторов должника относительно таких выплат.

Изложенная ситуация недопустима, поскольку является прямой легализацией действий должника, направленных на обход закона с противоправной целью (статья 10 ГК РФ), не соответствует цели института банкротства и правовой позиции Верховного суда Российской Федерации.

Представляется, что принцип свободы договора, позволяющей должнику самостоятельно избирать правовую модель и условия обязательственных отношений, участником которых он становится, не должен превращаться в инструмент злоупотреблений со стороны недобросовестного гражданина.

Поскольку в материалах дела имеется заявление арендодателя ФИО5 от 31.10.2023, адресованное финансовому управляющему (т. 1 л.д. 99), суд полагает необходимым отметить, что в рассматриваемом случае не имеет значения для квалификации текущих платежей, совершаемых в рамках исполнения арендных обязательств и тот факт, обращался ли текущий кредитор (арендодатель) к управляющему с требованием о выдаче ФИО3 ежемесячно в течение всего периода реализации имущества должника денежных средств в сумме 35 000 рублей, поскольку такое обращение не меняет правовую природу таких платежей.

Правовая природа арендных платежей, как платежей в первую очередь, направленных на соблюдения конституционного права должника на жилище, не может быть поставлена в зависимость от действий (бездействия) третьих лиц, в данном случае арендодателя.

С правовой точки зрения обращение к финансовому управляющему текущего кредитора представляет собой всего лишь волевой акт последнего, совершенный с целью получения удовлетворения своего имущественного интереса.

В то же время, удовлетворение такого интереса должно быть достигнуто посредством исключения соответствующих арендных платежей из конкурсной массы должника судом.

Сам факт обращения кредитора с соответствующим требованием не отменяет тот факт, что текущее обязательство, в рамках которого они подлежат осуществлению, возникло исключительно по субъективному усмотрению должника с целью обеспечения его нематериальных прав, а потому никоим образом не отменяет необходимость их проверки судом на степень обоснованности, реальности, целесообразности и соразмерности.

В подтверждение правовой позиции, согласно которой факт обращения текущего кредитора должника (арендодателя) к арбитражному управляющему с требованием о включении его обязательства в разряд текущих не может быть служить надлежащим правовым основанием для преодоления необходимости контроля со стороны суда за такими платежами следует отметить следующее.

Правовая позиция, изложенная в пункте 2 постановления Пленума № 48, предусматривающая возможность в исключительных случаях на основании заявления гражданина произвести исключение из конкурсной массы должника дополнительные денежные средства с целью обеспечения нормальных условий его существования, обусловлена необходимостью обеспечения должного контроля за расходованием капитала должника с целью недопущения злоупотребления последним своими правами, при котором такое расходование осуществляется без реальной к тому необходимости лишь фиктивно.

Не исключается, что такое злоупотребление может быть обусловлено наличием у должника аффилированного с ним текущего кредитора (в данном случае арендодателя), что предопределяет саму возможность заключения банкротом мнимого договора аренды либо сделки на иных условиях, в частности, с меньшей арендной платой или на незакрепленных в договоре условиях проживания должника совместно с третьим лицом, что будет направлено на легализацию вывода активов из сферы притязаний кредиторов несостоятельного гражданина.

В рассматриваемом случае подобные сомнения аргументированы следующими фактическими обстоятельствами.

Из указанного выше Отчета финансового управляющего от 26.04.2024 следует, что должник имеет в долевой собственности жилое помещение и земельный участок по адресу: Республика Крым, 

<

...>. Сведений о том, что жилое помещение непригодно к постоянному проживанию в материалы дела не представлено. Указанное жилое помещение и земельный участок исключены из конкурсной массы на основании абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ. Иного движимого и недвижимого имущества согласно Описи имущества в собственности должника не имеется.

С даты введения процедуры реализации по 17.07.2024 ФИО3 осуществляла трудовую деятельность в филиале ООО «ДНС Ритейл» (г. Севастополь), средняя заработная плата составляла 60 000,00 рублей.

Таким образом, в деле о банкротстве единственным активом должника являются его доход от трудовой деятельности.

В браке ФИО3 не состояла, иждивенцев не имеется.

Как следует из договора аренды жилого помещения от 01.03.2023, арендатор получила во временное пользование (аренду) двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

...>, ежемесячная плата за аренду которой составила 35 000,00 рублей.

Таким образом, должник арендует для собственных нужд двухкомнатную квартиру (не комнату или однокомнатную квартиру с меньшей площадью) по месту работы, при этом из представленных материалов не следуют выводы о невозможности проезда должника к месту работы и обратно из пгт Черноморское (расстояние по трассе 186 км, имеется ежедневное автобусное сообщение), где у него в собственности находится жилое помещение.

Кроме того, ежемесячный остаток заработной платы должника за вычетом денежных средств на аренду квартиры в городе Севастополе составляет в среднем 25 000 рублей, что незначительно превышает величину прожиточного минимума.

Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации ФИО3 в ООО «ДНС Ритейл» выполняла трудовую функцию (занимала должность) заместителя управляющего магазином.

В период с 02.04.2019 по 11.08.2021 ФИО3 там же в ООО «ДНС Ритейл» выполняла трудовую функцию универсального сотрудника магазина.

Как правило, в каждом населенном пункте, в том числе по месту жительства должника, имеется множество магазинов, иных пунктов реализации товара, что при желании позволяет найти место работы по профилю либо без особой трудовой квалификации.

В частности, согласно открытых источников в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в 

<

...> располагается Филиал Южный ООО «ДНС Ритейл».

В относительной близости от пгт Черноморское (расстояние по трассе 75 км, имеется ежедневное автобусное сообщение) располагается г. Евпатория Республики Крым, где еще больше возможностей для трудоустройства, в том числе в двух филиалах ООО «ДНС Ритейл» по адресам: 

<

...> и 

<

...>.

При условии трудоустройства в районе места жительства у должника отсутствовала бы необходимость ежедневного проезда либо аренды (коммерческого найма) жилого помещения, что значительно сокращает затраты и позволяет при поиске работы претендовать на получение заработной платы в меньшем размере с сохранением того же уровня дохода, в том числе, без занятия руководящей должности.

Косвенным подтверждением возможности ФИО3 по трудоустройству служит и представленный ответчиком Отчет финансового управляющего об использовании денежных средств должника от 11.12.2025 (т. 2 л.д. 41-43), согласно которому после увольнения из ООО «ДНС Ритейл» с августа 2024 года ФИО3 вновь трудоустроена по должности «специалист контактного центра» в филиале ООО «ДНС Ритейл» по адресу: 

<

...> (в период с 11.08.2024 по 11.10.2024) и с 01.09.2025 по настоящее время – в ООО «ВБР» на складе «Wildberries» по адресу: г. Санкт-Петербург, промзона ФИО6 Заводь, д. 4, к. 4.

Тяготение должника к развитой инфраструктуре крупных населенных пунктов, а также к постоянной смене места жительства само по себе не может являться обоснованием исключения из конкурсной массы денежных средств на аренду жилого помещения, поскольку статус банкрота подразумевает весьма существенные ограничения должника-гражданина как в личных, так и в имущественных правах, а применяемые в банкротстве процедуры направлены на удовлетворение требований кредиторов и не могут быть использованы в ущерб их законным интересам.

Согласно условиям п. 1.3 договора (т. 1 л.д. 98) срок аренды жилого помещения составляет 11 месяцев и определяется с 01 марта 2023 года по 01 января 2024 года. Договор вступает в силу с момента его подписания и действует в течение всего срока аренды квартиры (п. 5.1 договора). Изменения и дополнения к настоящему договору могут вноситься только по соглашению сторон путем подписания дополнительного соглашения, являющегося неотъемлемой частью настоящего договора аренды квартиры (п. 5.2 договора).

В отчете финансового управляющего и иных материалах дела сведений о подписании дополнительного соглашения, свидетельствующего о пролонгации договора аренды квартиры между должником и ФИО5, не представлено. Соответственно, срок договора аренды истек 01.01.2024, иного в материалы дела не представлено.

В то же время, как следует из указанных выше отчетов финансового управляющего от 26.04.2024 и от 11.12.2025, арбитражным управляющим ФИО1, несмотря на истечение срока действия договора, из конкурсной массы должника как текущие расходы исключены денежные средства на аренду жилого помещения по адресу: 

<

...> за период с января по июль 2024 года.

Какая-либо оценка изложенным выше обстоятельствам при принятии арбитражным управляющим ФИО1 решения о ежемесячном исключении из конкурсной массы ФИО3 денежных средств в сумме 35 000,00 рублей не дана, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Следует отметить, что должник имеет право на исключение денежных средств на аренду жилого помещения не с момента введения процедуры реализации имущества (оглашения резолютивной части), а только с даты обращения в суд с соответствующим заявлением (ходатайством), поскольку ретроспективное удержание названных денежных средств не допускается. Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 12.03.2020 по делу № А54-146/2016.

Недопустимо ставить вопрос о правовой квалификации текущих арендных платежей от факта обращения (не обращения) такого текущего кредитора, в данном случае ФИО5 к арбитражному управляющему с заявлением о включении его требований в реестр текущих платежей.

Иными словами, необходимость проверки судом разумности, обоснованности и целесообразности текущих обязательств по аренде должником жилья в ходе процедуры банкротства с целью обеспечения его нематериальных благ не может быть поставлена в зависимость от факта обращения возможно аффилированного с ним кредитора к финансовому управляющему гражданина.

При обратном подходе образуется порочная практика, при которой сами действия недобросовестного лица (возможно аффилированного арендодателя) по обращению к арбитражному управляющему, будут являться надлежащим правовым основанием для неприменения к таким обязательствам правил о проверки судом на предмет их мнимости и наличие отношений аффилированности между их сторонами.

В подобной ситуации добросовестный должник либо финансовый управляющий, являющийся профессиональным участником отношений банкротства, были обязаны обратиться в суд с ходатайством об исключении текущих арендных платежей из конкурсной массы, независимо ни от каких обстоятельств в том числе от того, обращался ли текущий кредитор к арбитражному управляющему.

Такой подход является оправданным и разумным, поскольку не только не нарушит ничьи права, но и позволит обеспечить баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, в первую очередь иных добросовестных текущих и реестровых кредиторов гражданина.

Также арбитражный управляющий необоснованно ссылался на соответствие его действий положениям абзаца 4 части 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве, в связи со следующим.

Данная норма Закона о банкротстве действительно обязывает финансового управляющего вне очереди за счет конкурсной массы погашать требования кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом, относя к таким платежам плату за жилое помещение и плату за коммунальные услуги.

Такой термин как плата за коммунальные услуги не вызывает ни у суда, ни у арбитражного управляющего каких-либо сложностей в ее толковании и применении в рассматриваемом случае.

При этом такая дефиниция как «плата за жилое помещение» необоснованно интерпретирована управляющим как плата за квартиру, арендованную на основании гражданско-правового договора, заключенного с физическим лицом.

Частью 1 статьи 4 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) установлено, что к предмету регулирования жилищного законодательства относятся, в том числе правоотношения, возникающие в сфере предоставления коммунальных услуг (пункт 10), внесения платы за жилое помещение и коммунальные услуги (пункт 11).

На основании положений пункта 11 части 1 статьи 4 ЖК РФ расчет платы за жилое помещение и коммунальные услуги может производиться только в соответствии с жилищным законодательством.

Структура платы за жилое помещение и коммунальные услуги раскрыта в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности».

Так плата за жилое помещение и коммунальные услуги включает в себя:

- плату за содержание жилого помещения (плата за услуги, работы по управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, за коммунальные услуги, потребляемые при содержании общего имущества в многоквартирном доме);

- плату за коммунальные услуги (плата за холодную воду, горячую воду, электрическую энергию, тепловую энергию, газ, бытовой газ в баллонах, твердое топливо при наличии печного отопления, плата за отведение сточных вод, обращение с твердыми коммунальными отходами (пункты 2, 3 части 1, пункты 1, 3 части 2, часть 4 статьи 154 ЖК РФ).

Данные нормы материального права и их толкование, изложенное в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22, вопреки позиции управляющего, однозначно раскрывают понятие «внесение платы за жилое помещение» как плату за услуги, работы по управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, за коммунальные услуги, потребляемые при содержании общего имущества в многоквартирном доме, но никак не в качестве платы за арендуемое у физического лица жилое помещение вследствие заключения с последним гражданско-правового договора.

Ссылки ответчика на судебную практику в подтверждение указанных выше доводов не могут быть приняты во внимание судом, поскольку относятся к иным фактическим обстоятельствам.

Следует отметить, что из отчета финансового управляющего об использовании денежных средств должника от 11.12.2025, поданного в эту же дату в настоящее дело вместе с письменными пояснениями ответчика, следует, что в ходе проведения процедуры реализации имущества ФИО3 в конкурсную массу должника поступили денежные средства в размере 1 038 413,32 рублей, из них: 344 444,84 рублей - общий размер прожиточного минимума за период проведения процедуры реализации имущества; 311 246,84 рублей – погашение расходов по договору найма жилого помещения от 01.03.2023 за период с ноября 2023 года по август 2024 года, 15 160,9 рублей – погашение текущих расходов финансового управляющего, 222 804,46 рублей - распределено кредиторам в период с 01.11.2023 по 13.12.2024, 144 756,28 рублей – размер конкурсной массы, сформированной с даты последнего распределения (13.12.2024).

Таким образом, арбитражным управляющим ФИО1 из конкурсной массы должника ФИО3 самостоятельно исключены денежные средства в большем размере, чем распределено кредиторам, что явно нарушает баланс интересов в пользу должника и не соответствует одной из целей реализации имущества гражданина в виде соразмерного удовлетворения требований кредиторов (абзац 18 статьи 2 Закона о банкротстве).

В части доводов ответчика о различном размере денежных средств, указанных в протоколе № 00368225 об административном правонарушении, суд полагает необходимым отметить следующее.

Административным органом сделан вывод об исключении из конкурсной массы должника спорных денежных средств на аренду жилого помещения в размере 175 000 рублей за период с ноября 2023 года по март 2024 года, а также в размере 315 000 рублей за период с ноября 2023 года по июль 2024 года.

Установленный Комитетом размер спорных денежных средств (ежемесячно в сумме 35 000,00 рублей) в первом и во втором случаях обусловлен различным периодом, в котором арбитражным управляющим производилось их необоснованное исключение из конкурсной массы, то есть 5 и 9 месяцев, о чем указано в протоколе.

Из Отчета финансового управляющего об использовании денежных средств должника от 11.12.2025, представленного в материалы дела в ходе судебного разбирательства, следует, что размер спорных денежных средств за период с марта 2023 года по июль 2024 года составил 311 246,85 руб., что меньше установленного Комитетом на 3 753,15 руб. Этот же размер спорных расходов (311 246,85 руб.) указан и в решении Арбитражного суда Республики Крым от 06.02.2025 по делу № А83-23184/2024.

В подтверждение данного размера спорных денежных средств ответчиком приведена подробная калькуляция, с которой следует согласиться, поскольку административным органом при производстве арифметического расчета спорной суммы (9 мес. х 35 000 руб.) не учтено, что в феврале 2024 года финансовым управляющим из конкурсной массы должника на аренду жилого помещения исключено только 31 246,85 руб., что обусловлено недостаточным доходом ФИО3 за этот месяц, доводы ответчика в данной части Комитетом не опровергнуты.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что арбитражный управляющий ФИО1, действуя самостоятельно, в нарушение указанных выше положений Закона о банкротстве и правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, в одностороннем порядке, с превышением предоставленных Законом о банкротстве полномочий, без наличия разрешающего судебного акта, в рамках дела о банкротстве № А83-16124/2023 в период с ноября 2023 года по 10 июля 2024 года необоснованно исключила из конкурсной массы должника ФИО3 311 246,85 рублей, направив их на погашение расходов должника в счет оплаты аренды (найма) жилого помещения, чем причинила убытки в указанном размере кредиторам.

Указанное нарушение свидетельствует о наличии в действиях финансового управляющего ФИО1, признаков состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Довод ответчика об арифметической ошибке Комитета в указании размера исключенных из конкурсной массы денежных средств, что, по мнению арбитражного управляющего, не позволяет установить событие административного правонарушения, не может быть признан состоятельным, поскольку он направлен на формальную сторону отражения операций, но не опровергает самого факта совершения противоправного деяния.

Независимо от точной цифры, подлежащей установлению, неоспоримым и имеющим правовое значение остается существо нарушения: финансовый управляющий в нарушение установленного законом порядка в одностороннем порядке исключила денежные средства из конкурсной массы, что верно описано Госкомрегистром в протоколе.

В данном случае при констатации объективной стороны административного правонарушения суд не выходит за пределы вменяемых в нарушение арбитражному управляющему эпизодов, обстоятельств, описывающих событие административного правонарушения, в том числе изменяя их формулировки иначе, чем они изложены административным органом в протоколе № 00368225 от 20.10.2025, что соответствует позиции Арбитражного суда Центрального округа, изложенной в постановлении от 10.12.2018 № Ф10-5523/2018 по делу № А08-14629/2017.

Неправомерные действия совершены ФИО1 в период с ноября 2023 года по 10 июля 2024 года, когда согласно расписке арендодателю ФИО5 перечислена последняя часть спорных денежные средств на оплату аренды квартиры в сумме 35 000,00 рублей из 311 246,85 рублей.

Таким образом, исходя из положений ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ, сроки давности привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, составляющие 3 года, не истекли.

По второму эпизоду.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве за счет средств должника в размере фактических затрат осуществляется оплата расходов, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в том числе почтовых расходов, расходов, связанных с государственной регистрацией прав должника на недвижимое имущество и сделок с ним, расходов в связи с выполнением работ (услуг) для должника, необходимых для государственной регистрации таких прав, расходов на оплату услуг оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки, если привлечение оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, расходов на включение сведений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений, а также оплата судебных расходов, в том числе государственной пошлины.

Деятельность арбитражного управляющего, утвержденного судом для проведения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, должна быть направлена, прежде всего, на минимизацию расходов, осуществляемых за счет имущества должника, из которого формируется конкурсная масса, направляемая на погашение требований кредиторов (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.10.2021 по делу № А29-13051/2015).

За счет средств должника подлежат возмещению лишь те расходы, которые являются необходимыми, понесены в соответствии с Законом о банкротстве и направлены на обеспечение деятельности арбитражного управляющего с соблюдением баланса интересов кредиторов и должника.

Арбитражным управляющим ФИО1 в рамках дела о банкротстве № А83-16124/2023 представлен Отчет о своей деятельности и о результатах проведения процедуры банкротства реализации имущества должника ФИО3 от 26.04.2024 (далее – спорный Отчет от 26.04.2024), где в графе (таблице) «Сведения о расходах на проведение процедуры реализации имущества должника» в числе прочих отражены расходы, связанные с оплатой аренды, содержанием, оплатой коммунальных услуг офиса, а также оплатой канцелярских товаров (ручки, скрепки, бумага, картриджи, оборудование, расходный материал для копировальной и компьютерной техники) в размере 2 500,00 рублей, а также на взнос в саморегулируемую организацию за назначение арбитражного управляющего в деле о банкротстве в сумме 1 500,00 рублей.

Таким образом, как верно установлено Комитетом, финансовым управляющим ФИО1 в состав текущих необоснованно включены указанные выше расходы в размере 4 000,00 рублей, которые отнесены на конкурсную массу должника.

Давая согласие на утверждение себя в качестве финансового управляющего имуществом должника, ФИО1 должна была осознавать объем и характер предстоящих расходов, связанных с исполнением соответствующих обязанностей. В связи с этим текущие (эксплуатационные) расходы на обеспечение в целом её профессиональной деятельности не могут быть отнесены на счет конкурсной массы должника.

При этом судебные расходы, прямо связанные с исполнением обязанностей арбитражного управляющего, не должны смешиваться с общими хозяйственными затратами на поддержание его деятельности как самостоятельного субъекта предпринимательства (такими как приобретение канцелярских принадлежностей, обслуживание оргтехники, оплата средств связи и иные аналогичные операционные издержки).

Финансирование указанной операционной деятельности должно осуществляться за счет установленного законом вознаграждения управляющего. Альтернативой является согласование с собранием (комитетом) кредиторов конкретного перечня и объема подобных расходов с последующей их компенсацией из конкурсной массы — при условии представления управляющим мотивированного расчета и документального обоснования необходимости и соразмерности каждой затраты.

В рассматриваемом случае действия финансового управляющего привели к излишним расходам за счет конкурсной массы должника, что нарушает права должника и его кредиторов.

Таким образом, финансовый управляющий ФИО1 неправомерно включила в состав текущих расходы по оплате аренды, содержанию, оплате, коммунальных услуг офиса, а также траты на канцелярские товары (ручки, скрепки, бумага, картриджи, оборудование, расходный материал для копировальной и компьютерной техники) – 2 500,00 рублей, взнос в саморегулируемую организацию за назначение арбитражного управляющего в деле о банкротстве – 1 500,00 рублей, тем самым данное действие (бездействие) финансового управляющего ФИО1 привело к уменьшению конкурсной массы должника в размере 4 000,00 рублей.

Указанное нарушение свидетельствует о наличии в действиях финансового управляющего ФИО1, признаков состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Данный вывод подтверждается сложившейся судебной практикой (постановления Арбитражных судов Центрального округа от 25.08.2025 по делу № А83-24508/2024, Поволжского округа от 09.12.2025 по делу № А06-3744/2024).

Время совершения административного правонарушения по второму эпизоду - дата составления финансовым управляющим Отчета о своей деятельности и о результатах проведения процедуры банкротства реализации имущества должника ФИО3, то есть 26.04.2024.

Согласно отзыву арбитражного управляющего от 14.11.2025 (т. 2 л.д. 12-22) указанные выше текущие расходы в размере 4 000,00 распределены между конкурсными кредиторами, что подтверждается платежными поручениями от 27.11.2024 №№101125, 124812, в связи с чем, как полагает ответчик, предупредительная цель административного производства достигнута.

Суд в данном случае отмечает, что нарушения положений статьи 20.7 Закона о банкротстве устранены арбитражным управляющим лишь после возбуждения в отношении него контролирующим органом дела об административном правонарушении и направлением в суд протокола об административном правонарушении № 00378224 от 06.11.2024.

По третьему эпизоду.

Согласно абзацу 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов.

Перечень сведений, которые должны содержаться в отчете арбитражного управляющего, приведен в части 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 утверждены «Общие правила подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» (далее - Общие правила № 299), которые определяют общие требования к составлению арбитражным управляющим, осуществляющим свою деятельность в качестве временного, внешнего, конкурсного или административного управляющего, отчетов (заключений), представляемых арбитражному суду и собранию (комитету) кредиторов в случаях и в сроки, предусмотренные Законом о банкротстве.

Подпунктом «в» пункта 2 Общих правил № 299 арбитражный управляющий при проведении в отношении гражданина - должника процедур банкротства составляет отчет (заключение) финансового управляющего о своей деятельности.

Согласно пункту 3 Общих правил № 299 в отчетах (заключениях) арбитражного управляющего указываются сведения, определенные настоящими Правилами, сведения, предусмотренные Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», и дополнительная информация, которая может иметь существенное значение для принятия решений арбитражным судом и собранием (комитетом) кредиторов. Отчет (заключение) арбитражного управляющего составляется по типовым формам, утвержденным Министерством юстиции Российской Федерации, подписывается арбитражным управляющим и представляется вместе с прилагаемыми документами в сброшюрованном виде (пункт 4 Общих правил № 299).

В соответствии с требованиями пункта 5 Общих правил № 299 в каждом отчете (заключении) арбитражного управляющего указываются:

а) дата и место составления отчета (заключения);

б) фамилия, имя и отчество арбитражного управляющего;

в) наименование арбитражного суда, в производстве которого находится дело о банкротстве, номер дела, судебные акты о введении соответствующей процедуры банкротства и об утверждении арбитражного управляющего;

г) сведения о наличии и сроке действия договора о страховании ответственности арбитражного управляющего и наличии договора о дополнительном страховании ответственности арбитражного управляющего на случай причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве;

д) полное наименование и адрес должника, его организационно-правовая форма;

е) сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности, и источниках выплаты денежного вознаграждения указанным лицам;

ж) информации о жалобах на действия (бездействие) арбитражного управляющего к результатах их рассмотрения;

з) данные об арбитражном управляющем, о саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом которой он является, и должнике в соответствии с типовыми формами, утвержденными Министерством юстиции Российской Федерации.

Согласно пункту 10 Общих правил подготовки отчетов отчеты конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства должны содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Кроме того, в силу пунктов 10 и 11 Общих правил № 299 отчеты конкурсного управляющего должны содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве, в соответствии с которым, в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения:

- о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника в случае привлечения оценщика для оценки такого имущества;

- о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений;

- о ходе реализации имущества должника с указанием сумм, поступивших от реализации имущества;

- о количестве и об общем размере требований о взыскании задолженности, предъявленных конкурсным управляющим к третьим лицам;

- о предпринятых мерах по обеспечению сохранности имущества должника, а также по выявлению и истребованию имущества должника, находящегося во владении у третьих лиц;

- о предпринятых мерах по признанию недействительными сделок должника, а также по заявлению отказа от исполнения договоров должника;

- о ведении реестра требований кредиторов с указанием общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, и отдельно - относительно каждой очереди;

- о количестве работников должника, продолжающих свою деятельность в ходе конкурсного производства, а также о количестве уволенных (сокращенных) работников должника в ходе конкурсного производства;

- о проведенной конкурсным управляющим работе по закрытию счетов должника и ее результатах;

- о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка;

- о привлечении к субсидиарной ответственности третьих лиц, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства;

- иные сведения о ходе конкурсного производства, состав которых определяется конкурсным управляющим, а также требованиями собрания кредиторов (комитета кредиторов) или арбитражного суда.

Типовая форма отчета конкурсного управляющего утверждена Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.08.2003 № 195 «Об утверждении типовых форм отчетов (заключений) арбитражного управляющего».

Таким образом, отчет финансового управляющего должен содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве, составлен по типовой форме с приложением документов, подтверждающих указанные в нем сведения, при подготовке отчета арбитражный управляющий обязан соблюдать положения Общих правил подготовки отчетов.

В ходе административного расследования Комитетом проанализированы отчеты финансового управляющего ФИО1 о результатах проведения реализации имущества должника-гражданина ФИО3 от 26.04.2024 и от 09.09.2024, при этом установлена неполнота и недостоверность сведений.

Так, применительно к отчету финансового управляющего от 26.04.2024, Комитетом указано на отсутствие приложений, подтверждающих указанные в нем сведения.

В то же время, исходя из буквального содержания протокола Госкомрегистра, в нем отсутствует описание, какие именно сведения, отраженные в отчете от 26.04.2024, должны подтверждать указанные выше приложения.

В протоколе об административном правонарушении Госкомрегистром приводятся объективные обстоятельства, свидетельствующие об отсутствия необходимой информации и недостоверности сведений в ином отчете финансового управляющего ФИО1, а именно: от 09.09.2024.

В то же время согласно позиции Арбитражного суда Центрального округа, изложенной в постановлении от 10.12.2018 № Ф10-5523/2018 по делу № А08-14629/2017, суд не может выходить за пределы вменяемых в нарушение арбитражному управляющему эпизодов, обстоятельств, описывающих событие административного правонарушения, в том числе изменяя их формулировки иначе, чем они изложены административным органом в протоколе.

В связи с этим суд оценивает действия (бездействие) арбитражного управляющего только в заявленных Комитетом пределах и не может ухудшить положение привлекаемого к административной ответственности лица, переформулировав вменяемое ему нарушение. Соответственно, суд не может привлечь лицо к административной ответственности за нарушения, не указанные в протоколе.

Недостатки при составлении арбитражным управляющим спорного отчета от 26.04.2024 административным органом в протоколе должным образом не конкретизированы, в связи с этим суд не может дать им объективную оценку на предмет соответствия либо несоответствия требованиям нормативных правовых актов в сфере несостоятельности (банкротства).

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что доводы Комитета о наличии состава административного правонарушения в данной части нарушений третьего эпизода относительно спорного Отчета от 26.04.2024 подлежат отклонению.

По результатам проверки Комитетом Отчета финансового управляющего ФИО1 о своей деятельности и о результатах проведения процедуры несостоятельности (банкротства) – реализации имущества должника от 09.09.2024 (далее – спорный Отчет от 09.09.2024) установлено нарушение требований к его содержанию, что выразилось в недостоверном отражении сведений в графе (таблице) «Сведения о наличии и об исполнении гражданином требований кредиторов по текущим платежам» (т. 1 л.д. 106-111).

Согласно позиции административного органа в указанной графе неверно указана сумма выплат по договору найма жилого помещения от 01.03.2023 в размере 280 000,00 рублей, которая должна составлять 315 000,00 рублей. Также отсутствуют приложения к Отчету от 09.09.2024, подтверждающие указанные сведения.

Как следует из материалов дела и указано выше, нанимателем по договору аренды квартиры от 01.03.2023 (кадастровый номер: 91:02:001002:16656, 

<

...>) выступает должник. Условиями договора предусмотрена ежемесячная арендная плата в размере 35 000,00 рублей, вносимая авансом до 10-го числа каждого месяца.

Доказательствами по делу (2 листа расписок о внесении денежных средств) подтверждено, что в рамках процедуры банкротства в период с ноября 2023 года по июль 2024 года включительно производилась оплата за аренду должником жилого помещения. Период оплаты составил 9 месяцев.

Как установлено рассмотрением настоящего дела и отражено в описании обстоятельств первого эпизода административного правонарушения, достоверный размер произведенных выплат за счет имущества (денежных средств) должника, необоснованно исключенных финансовым управляющим из конкурсной массы за период 9 месяцев, составил 311 246,85 рублей.

Арбитражным управляющим ФИО1 в графе (таблице) 4.8 спорного Отчета от 09.09.2024 «Сведения о наличии и об исполнении гражданином требований кредиторов по текущим платежам» приведен размер произведенной оплаты по договору найма жилого помещения от 01.03.2023 с датами погашения за период с 26.04.2024 по 06.09.2024, который составил 280 000,00 рублей, непогашенный остаток – 0,00 рублей (т. 1 л.д. 106-111).

В то же время согласно распискам в указанном в Отчете периоде (с 26.04.2024 по 06.09.2024) производились ежемесячные выплаты в сумме 35 000,00 рублей по договору аренды квартиры от 01.03.2023 в следующие даты: 10.05.2024, 10.06.2024 и 10.07.2024, что в совокупности составляет 105 000,00 рублей (3 мес. х 35 000,00 руб.).

Таким образом, довод административного органа о недостоверности сведений, изложенных в спорном Отчете от 09.09.2024, в указанной части подтверждается материалами дела.

В данном случае арбитражным управляющим в связи с указанием в графе (таблице) 4.8 спорного Отчета от 09.09.2024 недостоверных сведений допущено нарушение требований абзаца 11 пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Суд отмечает, что представление отчетов финансового управляющего является формой контроля со стороны кредиторов и арбитражного суда за деятельностью арбитражного управляющего и результатами проведения процедуры банкротства, в связи с чем, предоставление отчетов, содержащих неполные, недостоверные сведения, нарушает права кредиторов на получение полной и достоверной информации о ходе процедуры, выполнении арбитражным управляющим своих обязанностей.

Вместе с тем заслуживает внимание довод арбитражного управляющего о том, что в рассматриваемом случае не подлежат применению к делам о банкротстве граждан правила № 299 «Об утверждении Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» после принятия 31.05.2024 правил № 343 «Об утверждении Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего».

Так, приказом Минэкономразвития Российской Федерации от 31.05.2024 № 343 во исполнение п. 2 ст. 143 Закона о банкротстве утвержден Федеральный стандарт профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего», а также Типовая форма отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации долгов гражданина (приложение № 1) и Типовая форма отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина (приложение № 2).

Как следует из Правил № 343, федеральный стандарт определяет общие требования к составлению арбитражными управляющими отчетов, представляемых арбитражному суду и кредиторам с периодичностью, установленной абзацем 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Правила № 343 вступили в силу 14.06.2024 (по истечении 10 дней с даты опубликования (опубликованы на Официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru - 04.06.2024)).

Таким образом, отчеты финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина, подготовленные с 14.06.2024, в данном случае спорный Отчет от 09.09.2024, должны соответствовать Правилам № 343.

Применительно к указанным в протоколе недостаткам спорного Отчета финансового управляющего от 09.09.2024 следует отметить следующее.

Согласно пункту 10 раздела III Правил № 343 при представлении отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина в арбитражный суд к нему прилагаются копии:

1) реестра требований кредиторов на дату составления отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина с указанием размера погашенных и непогашенных требований кредиторов;

2) документов, подтверждающих погашение требований кредиторов (при наличии);

3) документов о надлежащем уведомлении кредиторов о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина;

4) документов, подтверждающих продажу имущества должника (договоры купли-продажи, иные документы);

5) документа, содержащего анализ финансового состояния должника, в случае введения данной процедуры без проведения процедуры реструктуризации долгов гражданина (представляется по завершении анализа финансового состояния должника);

6) заключения о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства в случае введения данной процедуры без проведения процедуры реструктуризации долгов гражданина (представляется по завершении анализа финансового состояния должника);

7) отчета о размерах поступивших и использованных денежных средств должника (представляется в виде копий банковских выписок по операциям на счетах должника на дату составления отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина);

8) документов, подтверждающих расходы на проведение процедуры реализации имущества гражданина;

9) иных документов, свидетельствующих о выполнении финансовым управляющим своих обязанностей и реализации им своих прав.

Из спорного Отчета финансового управляющего от 09.09.2024 не следует, что к нему прилагаются какие-либо документы, доказательств иного ответчиком не представлено.

Суд в данном случае вправе дать правовую квалификацию спорных правоотношений, исходя из отраженных в протоколе об административном правонарушении фактических обстоятельств.

В протоколе Комитетом отражено, что в Отчете от 09.09.2024 отсутствует указание на приложение.

Таким образом, проанализировав обстоятельства дела по третьему эпизоду, суд приходит к выводу о том, что арбитражным управляющим ФИО1 допущены нарушения пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве, а также пункта 10 раздела III Правил № 343, что образует состав административного правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Время совершения административного правонарушения по третьему эпизоду - дата составления финансовым управляющим спорного Отчета, то есть 09.09.2024.

Не соответствуют материалам дела доводы ответчика о неуказании в протоколе об административном правонарушении места и времени совершения, события административного правонарушения.

В данном случае и время, и место совершения правонарушения, исходя из содержания протокола, возможно установить.

Из протокола № 00368225 следует период, в который допущены нарушения Арбитражным управляющим, имеются ссылки на конкретные документы, позволяющие установить нарушения. В связи с этим не указание точного времени совершаемого правонарушения, не является основанием для признания составления протокола об административном правонарушении с какими-либо существенными пороками.

Указанная позиция соответствует сложившейся судебной практике, в том числе постановлениям Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2024 по делу № А55-5337/2024, от 27.11.2015 по делу № А65-18241/2015, Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2025 по делу № А14-3526/2025, Третьего арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 по делу № А33-13729/2022.

Вышеуказанные правонарушения, совершенные ФИО1 по трем эпизодам, квалифицируются судом как недобросовестное исполнение своих обязанностей, что сопряжено с нарушением пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротство, согласно которому при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 1 статьи 1 Закона о банкротстве названный Закон регламентирует среди прочего порядок и условия проведения процедур банкротства.

В силу статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности, что предполагает его осведомленность о требованиях Закона о банкротстве и участие в процедурах банкротства должника с соблюдением таких требований.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве закреплены обязанности арбитражного управляющего, перечень которых не является исчерпывающим и, по сути, охватывает все функции арбитражного управляющего, установленные Законом о банкротстве.

Следовательно, арбитражный управляющий, осведомленный как профессиональный участник рассматриваемых правоотношений о своих функциях, установленных Законом о банкротстве, и допустивший их неисполнение, может быть привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Основной целью деятельности арбитражного управляющего является обеспечение соблюдения законодательства при проведении процедур несостоятельности (банкротства).

Исходя из положений ст. 4.5 КоАП РФ, трехлетний срок давности привлечения арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности по всем трем эпизодам административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, не истек.

Согласно части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Вина арбитражного управляющего характеризуется и определяется как вина физического лица по статье 2.2 КоАП РФ и может выражаться в форме умысла или неосторожности, а также заключается в том, что при необходимой степени осмотрительности и заботливости он имел возможность для соблюдения требований законодательства, но не предпринял для соблюдения требования закона необходимых мер.

Суд, с учетом вышеизложенного, полагает, что у арбитражного управляющего ФИО1 имелась возможность для соблюдения указанных выше требований законодательства о банкротстве.

Таким образом, исходя из пояснений ответчика и материалов дела, суд приходит к выводу о наличии вины арбитражного управляющего в нарушении требований законодательства о банкротстве.

Доказательств того, что арбитражным управляющим ФИО1 как профессиональным участником рассматриваемых правоотношений приняты все зависящие от него меры по соблюдению правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, последней не представлено, материалы дела не содержат.

Объективная сторона рассматриваемого административного правонарушения по трем эпизодам выражена в форме действий, в результате которых нарушены требования законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Административное правонарушение, ответственность за совершение которого предусмотрена ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, относится к административным правонарушениям с формальным составом.

Указанное правонарушение считается окончательным с момента невыполнения правил, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), ответственность за указанное деяние наступает независимо от возникновения или не возникновения убытков у конкурсных кредиторов и (или) должника. Наступление общественно опасных последствий в виде причинения ущерба при совершении правонарушений с формальным составом не доказывается, возникновение этих последствий резюмируется самим фактом совершения действий или бездействий.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом пунктов 18 и 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Указанное соответствует правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20.11.2024 № 309-ЭС24-12889 по делу № А60-52511/2022.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Конституционный суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 № 122-О указал, что положения ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

В рассматриваемом случае существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается как в наступлении материальных последствий правонарушения (убытки кредиторам по эпизодам 1 и 2), так и в пренебрежительном отношении арбитражного управляющего к исполнению своих публично-правовых обязанностей, к формальным требованиям публичного права.

В этой связи отклоняется довод арбитражного управляющего о том, что его действия не привели к наступлению каких-либо неблагоприятных последствий для должника и его кредиторов, как основанные на неверном толковании действующего законодательства.

Совершенное арбитражным управляющим правонарушение посягает на урегулированные законодательством Российской Федерации порядок в сфере общественных отношений, связанных с несостоятельностью (банкротством) граждан - участников имущественного оборота.

Учитывая, что арбитражный управляющий осуществляет деятельность по оказанию услуг финансового управляющего профессионально, следовательно, он должен знать требования законодательства о банкротстве, предъявляемые к совершению тех или иных действий в рамках процедур банкротства.

Действия финансового управляющего ФИО1 не способствовали надлежащему формированию конкурсной массы, что привело к существенному затягиванию процедуры банкротства ФИО3

Само по себе последующее восполнение конкурсной массы (по второму эпизоду), будучи направленным на устранение последствий выявленного административным органом нарушения, не изменяет первоначальной противоправной природы деяния и факта причинения имущественного ущерба кредиторам, что противоречит применению малозначительности.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд не усматривает предусмотренных ст. 2.9 КоАП РФ оснований для освобождения арбитражного управляющего от административной ответственности ввиду малозначительности совершенного административного правонарушения, не приходит к выводу об удовлетворении соответствующего ходатайства арбитражного управляющего.

Согласно части 2 статьи 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Признавая обоснованным вывод заявителя о наличии в бездействии ФИО1 события, состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, суд принимает во внимание, что назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждение совершения новых противоправных деяний, а также подтверждающих ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Санкция части 3 статьи 14.13 КоАП РФ предусматривает административную ответственность в виде предупреждения или наложения административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Из части 1 статьи 3.4 КоАП РФ следует, что предупреждение - мера административного наказания, выраженная в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме.

Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба (ч. 2 ст. 3.4 КоАП РФ).

С учетом того, что неправомерными действиями арбитражного управляющего ФИО1 по первому и второму эпизодам причинены убытки кредиторами, такая мера административного наказания как предупреждение не подлежит применению.

Исходя из целей применения положений ч. 2 ст. 3.4 КоАП РФ, не имеет правого значения то обстоятельство, что по второму эпизоду арбитражным управляющим в конкурсную массу внесены и распределены между кредиторами денежные средства в размере 4 000,00 рублей. Аналогичная позиция указана в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2025 по делу № А45-37931/2024.

Таким образом, при выборе меры ответственности суд приходит к выводу о назначении ФИО1 административного наказания в виде административного штрафа в размере 25 000 рублей.

В соответствии с главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации оплата государственной пошлины по делам рассматриваемой категории не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

РЕШИЛ:

Заявление Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым удовлетворить.

Привлечь арбитражного управляющего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, адрес: 

<

...>, ИНН 

<

***>) к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначить административное наказание в виде административного штрафа в размере 25 000,00 рублей.

Реквизиты для уплаты штрафа:

Получатель платежа: УФК по Республике Крым (Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, л/с 

<

***>)

ИНН 

<

***>

КПП 910201001

Банк получателя: Отделение Республика Крым Банка России//УФК по Республике Крым

Казначейский счет 03100643000000017500

Единый казначейский счет 40102810645370000035

БИК 013510002

Код ОКТМО 35701000

КБК: 321 1 1601141 01 9002 140

Административный штраф в соответствии со ст. 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее 60 дней со дня вступления решения суда в законную силу. Доказательства уплаты административного штрафа предоставить суду.

Решение суда вступает в законную силу по истечении десяти дней со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, 

<

...>) в указанный срок.

Судья И.В. Левашов