АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А18-2790/2019

г. Краснодар

05 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 5 июня 2024 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Калашниковой М.Г. и Соловьева Е.Г., в отсутствие участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проф-Строй» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 27.01.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 по делу № А18-2790/2019 (Ф08-2867/2024), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Проф-Строй» (далее – должник) исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила:

– признать недействительными сделками договор уступки требования (цессии) от 11.07.2019 № 32-19 и дополнительное соглашение от 18.07.2019 № 1 к договору цессии, заключенные должником и ООО «Энерго-Металлоконструкции» (далее – общество);

– применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества в конкурсную массу должника 69 712 529 рублей 29 копеек; 

– признать недействительной сделкой договор уступки требования (цессии) от 24.12.2019 № 01/2019, заключенный обществом и ООО «Сарансккабель-оптика» (далее – компания);

– применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с компании в конкурсную массу должника 5 275 942 рублей 91 копейки.

Определением Арбитражного суда Республики Ингушетия от 27.01.2023 в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023 определение суда от 27.01.2023 отменено, по обособленному спору принят новый судебный акт. Апелляционный суд признал недействительными договор уступки требования (цессии) от 11.07.2019 № 32-19 и дополнительное соглашение от 18.07.2019 № 1 к договору цессии, заключенные должником и обществом; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества в конкурсную массу должника 37 494 236 рублей 10 копеек; восстановил долг должника перед обществом в размере 37 494 236 рублей 10 копеек. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.11.2023 апелляционное постановление от 11.07.2023 в части удовлетворения заявленных требований отменено, в указанной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 определение суда от 27.01.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение и апелляционное постановление, принять по делу новый судебный акт. По мнению конкурсного управляющего, договор уступки требования (цессии) от 11.07.2019 № 32-19 и дополнительное соглашение от 18.07.2019 № 1 являются недействительными на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). На момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности. Денежные средства, поступившие с июля 2019 года на счета должника, в принудительном порядке направлены на погашение задолженностей по исполнительным документам (в том числе по решениям налогового органа). Общество обладало сведениями о неплатежеспособности должника. Оспариваемый договор цессии совершен для того, чтобы получить денежные средства от ПАО «Россети Северный Кавказ» в целях изменения очередности удовлетворения требований кредиторов по обязательствам, возникшим до заключения спорного договора. В данном случае общество получило преимущественное удовлетворение своих требований в обход иных кредиторов.

Лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что определение и апелляционное постановление следует оставить без изменения.

Как видно из материалов дела, ООО «Стенор» обратилось в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), определением от 27.12.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Определением от 21.02.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, вопрос об утверждении временного управляющего отложен на пятнадцать дней. 

Решением от 05.03.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, и. о. конкурсного управляющего утверждена ФИО1 

В ходе реализации мероприятий процедуры конкурсного производства, примененной в отношении должника, конкурсным управляющим выявлено, что 11.07.2019 должник (цедент) и общество (цессионарий) заключили договор уступки требования (цессии) № 32-19, согласно условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме все права (требования), а также права (требования), которые возникнут в будущем в пределах суммы уступаемых прав цедента к должнику – ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 03.05.2018№ 27-18-МСР-Инф. Сумма уступаемого требования на дату заключения договора – 37 494 236 рублей 10 копеек. Согласно пункту 3.1 договора цессии стоимость прав (требований) составляет 37 494 236 рублей 10 копеек. 

В пункте 3.2 договора цессии стороны указали, что после проведения зачета в полном объеме (на сумму 37 494 236 рублей 10 копеек) прекращаются обязательства цедента перед цессионарием: 

– по договору поставки от 01.08.2018 № 18-РП-350 160 090 006 (Т) и счету-спецификации от 20.11.2018, от 18.12.2018 № УТ-173, от 19.12.2018 № УТ-175, от 20.12.2018 № УТ-176, от 20.12.2018 № УТ-181; 

– по договору поставки от 09.11.2018 № 18-ОП350 160 090 064 (Т) и счету-спецификации от 23.01.2019 № 340 к нему: оплата в сумме 772 912 рублей 12 копеек за товар, отгруженный по УПД от 25.01.2019 № УТ-14; 

– по договору поставки № 18-ОП-350 160 090 065 (Т) и счету-спецификации от 01.02.2019 № 341 к нему: оплата за товар в сумме 8 448 594 рублей 18 копеек за товар, отгруженный по УПД от 26.04.2019 № УТ-83, УПД от 11.06.2019№ УТ-145, УПД от 13.06.2019 № УТ-156, УПД от 14.06.2019 № УТ-165; 

– по договору поставки от 11.11.2018 № 18-ОП-350 160 090 070 (Т) и счету-спецификации от 15.03.2019 № 350 к нему: оплата в сумме 4 183 729 рублей 41 копеек за товар, отгруженный по УПД от 13.06.2019 № УТ-153, УПД от 17.06.2019 № УТ-164, УПД от 24.06.2019 № УТ176, УПД от 11.07.2019 № УТ-197; 

– по договору поставки от 01.02.2019 № 18-ОП-350 160 090 074 (Т) и счету-спецификации от 01.02.2019 № 361 к нему: оплата в сумме 4 307 666 рублей за товар, отгруженный по УПД от 30.04.2019 № УТ-89, УПД от 08.05.2019 № УТ-181, УПД от 24.05.2019 № УТ112, УПД от 07.06.2019 № УТ-138, УПД от 07.06.2019 № УТ-134, УПД от 14.06.2019 № УТ-163, УПД от 14.06.2019 № УТ-186, УПД от 21.06.2019 № УТ-177; 

– по договору поставки от 04.03.2019 № 19-ОП-166 (Т) и счету-спецификации от 04.03.2019 № 93 к нему: оплата в сумме 807 122 рубля 53 копейки за товар, отгруженный по УПД от 26.04.2019 № УТ-91; 

– по договору поставки от 08.08.2018 № 18-ОП-350 160 090 012 (Т) и счету-спецификации от 15.03.2019 № 67 к нему: оплата в сумме 2 531 695 рублей 56 копеек за товар, отгруженный по УПД от 28.05.2019 № УТ-116, УПД от 29.05.2019 № УТ-117, УПД от 24.05.2019 № УТ124, УПД от 07.06.2019 № УТ-138, УПД от 07.06.2019 № УТ-134, УПД от 29.05.2019 № УТ-163, УПД от 04.06.2019 № УТ-146, УПД от 07.06.2019 № УТ-137, УПД от 13.06.2019 № УТ-162; 

– по договору поставки от 23.05.2019 № 19-ОП-195 (Т) и счету-спецификации от 23.05.2019 № 200 к нему: оплата в сумме 2 898 301 рубль 81 копейка за товар, отгруженный по УПД от 24.05.2019 № УТ-113, по УПД от 24.05.2019 № УТ-144, по УПД от 24.05.2019 № УТ-161; 

– по договору поставки от 03.06.2019 № 19-ОП-197 (Т) и счету-спецификации от 03.06.2019 № 339 к нему: оплата в сумме 8 422 797 рублей 67 копеек за товар, отгруженный по УПД от 11.07.2019 № УТ-198;

– по договору поставки от 05.06.2019 № 19-ОП-199 (Т) и счету-спецификации от 03.06.2019 № 220 к нему: оплата в сумме 4 116 582 рубля 65 копеек за товар, отгруженный по УПД от 07.07.2019 № УТ-135, по УПД от 07.06.2019 № УТ-147, по УПД от 17.06.2019 № УТ-160, по УПД от 25.06.2019 № УТ-181; 

– по договору поставки от 05.06.2019 № 19-ОП-199 (Т) и счету-спецификации от 05.06.2019 № 230 к нему: оплата в сумме 237 568 рублей 61 копейка за товар, отгруженный по УПД от 07.06.2019№ УТ-180. 

По условиям пункта 3.4 договора зачеты, указанные в пункте 3.2 договора, производятся на основании настоящего договора и в соответствующей части, настоящий договор признается соглашением сторон о зачете взаимных требований.

Согласно условиям дополнительного соглашения от 18.07.2019 № 1 к договору уступки права требования от 11.07.2019 № 32-19, пункт 1.1 договора цессии изложен в следующей редакции: «Цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме все права (требования), а также права (требования) которые возникнут в будущем в пределах суммы уступаемых прав цедента к должнику – ПАО «Россети Северный Кавказ» по следующим договорам подряда: от 03.05.2018 № 27-18-МСР-Инф. Сумма уступаемого требования (с учетом пункта 1.3 договора) – 37 494 236 рублей 10 копеек и от 17.07.2019 № 154/2019. Сумма уступаемого требования (с учетом пункта 1.3 договора) – 37 494 236 рублей 10 копеек».

24 декабря 2019 года общество (цедент) и компания (цессионарий) заключили договор уступки требования (цессии) № 01/2019, согласно пункту 1.1. которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме все права (требования), которые возникнут в будущем в пределах сумм уступаемых прав цедента к должнику – ПАО «Россети Северный Кавказ» по договору подряда от 03.05.2018 № 27-18-СМР-Инф в размере 5 275 942 рубля 91 копейка по обязательствам, возникших из следующих договоров: подряда от 03.05.2018 № 27-18-МСР-Инф, заключенного между ПАО «Россети Северный Кавказ» (заказчик) и должником (подрядчик); уступки права требования (цессии) от 11.07.2019 № 32-19, заключенного между должником (цедент) и обществом (цессионарий). Пунктами 3.1, 3.3 договора предусмотрено, что стоимость уступаемых требований, указанных в пункте 1.1 настоящего договора составляет 5 275 942 рублей 91 копейка, которая оплачивается путем зачета встречных однородных требований в порядке, предусмотренном разделом 3 настоящего договора.

После прекращения зачета в общей сумме 5 275 942 рубля 91 копейка прекращаются следующие обязательства цедента перед цессионарием: задолженность за товар, поставленный по договору поставки от 06.03.2019 № 05/03-19/ГТ в соответствии со спецификацией от 31.05.2019 № 02 в сумме 200 000 рублей (пункт 3.2.1); задолженность за товар, поставленный по договору поставки от 06.03.2019 № 05/03-19/ГТ в соответствии со спецификацией от 06.06.2019 № 05 в сумме 5 275 942 рубля 91 копейка (пункт 3.2.2).

Пунктом 3.4 оспариваемого договора предусмотрено, что указанные в пункте 3.2 зачеты производятся на основании настоящего договора и в соответствующей части настоящего договора признается соглашением сторон о зачете взаимных требований на сумму, указанную в пункте 3.1 настоящего договора. 

Полагая, что указанные договоры цессии заключены в преддверии банкротства, с целью вывода в пользу сторонних организаций денежных средств, предназначавших для должника за выполненные работы по договору от 03.05.2018 № 27-18- МСР-Инф, в результате чего стороны получили преимущественное удовлетворение своих требований, конкурсный управляющий обратился в суд заявлением о признании сделок недействительными.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Кодекса и статьей 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований и признавая отсутствующими основания для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), суд первой инстанции исходил из того, что осуществление расчетов между сторонами путем заключения договоров уступки является обычной для предпринимательских, хозяйственных отношений и не выходит за пределы осуществления гражданских прав; должник получил встречное равноценное исполнение, в результате зачета взаимных требований прекратились собственные обязательства должника; установив приведенные обстоятельства, суд заключил об отсутствии оснований для квалификации оспариваемого договора уступки в качестве сделки с неравноценным встречным предоставлением, следовательно, в результате действий сторон конкурсная масса должника не уменьшилась.

При новом рассмотрении апелляционный суд, принимая во внимание указания суда округа, приведенные в постановлении от 28.11.2023, согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для оспаривания сделок по статьям 61.2, 61.3 Закона о банкротстве и статьям 10, 168 Гражданского кодекса 

При этом суды обоснованно исходили из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суд Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством для признания договора недействительным по указанному основанию является продажа имущества по заведомо заниженной цене, при отсутствии которого заявление не может быть удовлетворено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления № 63, в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при наличии заинтересованности сторон сделки и неплатежеспособности должника предполагается, что сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное (абзац 2 пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В пункте 12 постановления № 63 разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее, чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

– имеются условия, предусмотренные абзацем 2 и 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве,

– имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и, при этом, оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах.

Суд апелляционной инстанции отметил, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 27.12.2019, а оспариваемые сделки совершены 11.07.2019 и 24.12.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 и пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела видно и суды установили, что в период с 01.05.2018 по 31.12.2019 ПАО «Россети Северный Кавказ» и должник по результатам признания должника победителем при рассмотрении конкурсных заявок на право заключения с ПАО «Россети Северный Кавказ» договоров подряда на строительство объекта государственной важности заключили договоры подряда на сумму более 1 700 млн рублей.

Предметами договоров подряда от 03.05.2018 № 27-18-СМРИнФ и от 17.07.2019 № 154/2019 являлось осуществление должником для нужд ПАО «Россети Северного Кавказа» работ по строительству объекта «ПС 110/35/10 кВ Плиево – Новая (1 ПК, 2ПК) по адресу: Республика Ингушетия, Назрановский район с. п Плиево для нужд» и объекта «ВЛ 110 кВ Плиево-Новая – закорачивающий пункт плавки гололеда (ЗКРП) на территории Сунженского района с организацией схемы плавки гололеда».

Суды, исследовав и оценив первичную документацию (спецификации, универсальные передаточные акты, товарно-транспортные накладные, транспортные накладные, платежные поручения, счета-фактуры, акты приема-передачи товара, акты сверок взаиморасчетов) и переписку сторон, признали доказанным факт поставки товара должнику по договорам, указанным в спорных договорах уступки, и установили, что материалы, поставленные обществом и компанией должнику, использованы последним в рамках исполнения договоров подряда от 03.05.2018 № 27-18-СМРИнФ и от 17.07.2019 № 154/2019; при этом, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды заключили о том, что должник в полном объеме не исполнил обязательства по своевременной оплате полученного товара. 

Суды также отметили, что первый пусковой комплекс ПС «Плиево-Новая» введен в эксплуатацию в октябре 2019 года и на данный момент функционирует, что подтверждено общедоступной информацией, размещенной в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, а также ПАО «Россети Северного Кавказа», которое приняло произведенные должником работы и не оспаривает факт введения объекта в эксплуатацию.

Учитывая, что более половины денег из общей суммы по всем контрактам должника были уплачены его контрагентам посредством договоров цессии, при этом платежи производились по ним как до, так и после расчетов с обществом, суды пришли к выводу о том, что договоры цессии, в том числе и оспариваемый по настоящему обособленному спору, заключались должником на регулярной основе, следовательно, сторонами сложившихся взаимоотношений был избран такой способ расчетов в рамках исполнения должником своих обязательств перед заказчиком ПАО «Россети Северный Кавказ». В связи с чем суды сочли несостоятельным довод конкурсного управляющего о том, что спорный договор цессии совершен в отсутствие равноценного встречного представления с целью вывода активов должника.

Суды также приняли во внимание пояснения ПАО «Россети Северный Кавказ», согласно которым между ПАО «Россети Северный Кавказ», должником и другими контрагентами, вовлеченными в строительство, с целью обеспечения непрерывности работ на объекте в связи с государственной важностью его строительства, достигнуто соглашение об осуществлении расчетов как прямым перечислением, так и путем заключения договоров цессии, поскольку расчеты с генеральным подрядчиком – должником осуществлялись только после принятия отдельного этапа работ.

Кроме того, суды указали на отсутствие доказательств наличия заинтересованности общества по отношению к должнику.

Учитывая изложенное, суды отметили, что должник получил встречное равноценное исполнение, в результате зачета взаимных требований прекратились собственные обязательства должника, поэтому основания для вывода о квалификации оспариваемого договора в качестве сделки с неравноценным встречным предоставлением, либо совершенной с предпочтением отсутствуют. Следовательно, в результате действий сторон по заключению договора цессии конкурсная масса должника не уменьшилась, в связи с чем суды пришли выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по статьям 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о заключении спорной сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, суды приняли во внимание то, что в 2019 году на расчетный счет должника поступило 638 335 817 рублей, в том числе 495 296 642 рубля от ПАО «Россети Северный Кавказ». При этом указанное подтверждено судебными актами по делу № А18-392/2022.

Суды также отметили, что должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность до 2020 года, в том числе в рамках выполнения контрактов с ПАО «Россети Северный Кавказ».

В отсутствие сведений об аффилированности либо заинтересованности общества по отношению к должнику, доводы об осведомленности общества о признаках неплатежеспособности противоречат абзацу второму пункта 3 статьи 61.3 Закона 

о банкротстве, поскольку при указанных обстоятельствах бремя доказывания осведомленности лежит на стороне, оспаривающей сделку.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о заключении сделки со злоупотреблением правом со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса, суды отметили, что для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом заявителем должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона. При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Принимая во внимание, что представленными в материалы дела доказательствами установлен факт оплаты по договору, установлена равноценность встречного предоставления, отсутствуют доказательства недобросовестности сторон, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса.

Доказательства того, что стороны при совершении сделки действовали злонамеренно, с целью причинить вред кредиторам должника, в материалы дела не представлены.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о том, что сделка не одобрена коллегиальным органом управления должника, суды отметили, что согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности.

С учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств, спорная сделка относится к сделкам, совершаемым должником в пределах обычной хозяйственной деятельности общества, в связи с чем не требует согласования с коллегиальным органом управления должника.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая представленные в материалы дела доказательства реальности поставки материалов на объект строительства, при этом обычную в сложившихся правоотношениях форму расчетов заказчика, подрядчика и поставщиков, а также отсутствие доказательств заинтересованности общества по отношению к должнику и признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения спорного договора цессии, суды пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность факторов, наличие которых является основанием для признания сделок недействительными в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2, пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, равно как и совокупность обстоятельств, свидетельствующая о совершении сделок при наличии условий, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, получили свою оценку в обжалуемых судебных актах, не опровергают выводов судебных инстанций, подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Кодекса.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Кодекса), не допускается.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положение статей 286 и 287 Кодекса, суд кассационной инстанции не находит основания для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считают законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Определением суда округа от 22.03.2024 конкурсному управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, которую с учетом рассмотрения жалобы следует взыскать с должника.

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 27.01.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 по делу № А18-2790/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Проф-Строй» в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

М.Г. Калашникова 

 

Е.Г. Соловьев