АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

                             

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«

Дело № А62-4218/2022

г. Калуга

10» июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08.07.2024

Постановление изготовлено в полном объеме  10.07.2024

Арбитражный суд Центрального округа в составе: 

                     председательствующего Егоровой С.Г., 

                     судей  Захарова К.Т., Шильненковой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дементьевой Т.А.,

         при участии: 

         от муниципального бюджетного учреждения культуры клубного типа «Районный дом культуры» муниципального образования «Смоленский район» Смоленской области -  представитель Вислогузов А.К. (доверенность от 21.06.2024), 

         от общества с ограниченной ответственностью «БЛОК СМ» - директор ФИО1 (паспорт РФ) и представитель ФИО2 (доверенность от 02.06.2024), 

         рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом с использованием видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Смоленской области, кассационную жалобу муниципального бюджетного учреждения культуры клубного типа «Районный дом культуры» муниципального образования «Смоленский район» Смоленской области на решение Арбитражного суда Смоленской области от 21.12.2023  и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 по делу N А62-4218/2022, 

 

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное бюджетное учреждение культуры клубного типа «Районный дом культуры» муниципального образования «Смоленский район» Смоленской области (далее – истец, учреждение, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Смоленской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «БЛОК СМ» (далее – ответчик,  общество, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании убытков в виде стоимости восстановительных работ по устранению недостатков, обнаруженных в гарантийный период, в размере 5 063 861 рубля 81 копейки.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Стройгвардия» (далее – третье лицо, ООО «Стройгвардия», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 21.12.2023 исковые требования удовлетворены частично: с общества в пользу учреждения взысканы убытки в размере 465 603 рублей 73 копеек. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 решение Арбитражного суда Смоленской области от 21.12.2023 изменено в части размера убытков и судебных расходов.

С общества в пользу учреждения взысканы убытки в размере 779 980 рублей 30 копеек, а также в возмещение судебных расходов 23 770 рублей 03 копейки.

В остальной части решение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части отказа в удовлетворении исковых требований, учреждение обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить  и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции с целью проведения по делу повторной судебной экспертизы.

В обоснование своей правовой  позиции кассатор ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также неправильное применение норм материального и процессуального права.

Позиция кассатора мотивирована тем, что положительное заключение государственной экспертизы проектной документации, предусматривающей укладку одного слоя прокладочной пароизоляции,- не имеет правоопределяющего значения для разрешения спора. В нарушение пункта 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик своевременно должен был уведомить заказчика о необходимости укладки пароизоляции подкладочной в два слоя (гидроизоляционный и пароизоляционный). 

Заявитель считает, что экспертное заключение является ненадлежащим доказательством, поскольку выводы эксперта не проверяемы, а методы исследования не предусмотрены утвержденной методикой; утверждает, что причиной дефекта кровли после подрядных работ является ее укладка с нарушением слоев и требований пункта 7.4 «СП 17.13330.2017. Свод правил. Кровли. Актуализированная редакция СНиП П-26-76». 

Кассатор ссылается на необоснованный отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о фальсификации доказательства по делу и назначении по делу повторной экспертизы. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители истца и ответчика поддержали позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

         В порядке части 3 статьи 284 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие третьего лица, надлежаще извещенного о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы (в том числе, в публичном порядке путем размещения информации на официальном интернет-сайте окружного суда).              

По правилам части 1 статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов в обжалуемой части, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Кассатор не согласен с принятыми судебными актами только в части отказа в удовлетворении исковых требований.

В части удовлетворения иска судебные акты по настоящему делу кассатором не оспариваются, в связи с чем не являются предметом исследования и оценки окружного суда в силу ст. 286 АПК РФ, и не подлежат пересмотру.

Проверив в обжалуемой части в порядке, установленном главой 35 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы, ввиду следующего.

Как следует из материалов дела,  на основании протокола итогов аукциона в электронной форме N 0363300098821000004-3 от 14.05.2021, проведенного в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон N 44-ФЗ) между учреждением (заказчик) и обществом (подрядчик) заключен муниципальный контракт от 25.05.2021 N 0363300098821000004, по условиям которого подрядчик обязуется в установленный контрактом срок и в соответствии с техническим заданием и сметной документацией, прошедшей государственную экспертизу в установленном законодательством Российской Федерации и Смоленской области порядке, выполнить работы по капитальному ремонту Катынского КДЦ - филиала МБУК КТ «Районный дом культуры» МО «Смоленский район» Смоленской области, а заказчик обязуется принять результат работ и уплатить обусловленную цену в сроки и в порядке, установленные контрактом. 

Место выполнения работ: 214522 

<

...> (пункт 1.3 контракта).

Согласно пункту 1.4 контракта, срок окончания выполнения работ определен не позднее 15.08.2021 (включительно).

Цена контракта составляет 6 287 551 рубль 38 копеек, является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2.5 контракта; включает все затраты издержки и иные расходы подрядчика, связанные с исполнением обязательств по контракту. Оплата выполненных работ осуществляется по цене контракта. Изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается, за исключением их изменения по соглашению сторон в следующих случаях: при снижении цены контракта без изменения, предусмотренного контрактом объема работ, качества выполняемой работы и иных условий контракта; при уменьшении ранее доведенных до заказчика как получателя бюджетных средств лимитов бюджетных обязательств (пункты 2.1, 2.2, 2.4, 2.5 контракта).

Работы, выполненные с изменением или отклонением от технической документации, без оформления в установленном порядке, оплате не подлежат. При обнаружении заказчиком в ходе приемки работ по контракту в целом недостатков в работах, сторонами составляется акт, в котором фиксируется перечень дефектов (недоделок) и сроки их устранения подрядчиком. Подрядчик обязан устранить все обнаруженные недостатки своими силами и за свой счет в сроки, указанные в акте, обеспечив при этом сохранность объекта или его части, в которой производится устранение недостатков, а также находящегося там оборудования, и несет ответственность за их утрату, повреждение или недостачу. Надлежащим исполнением обязательств подрядчика признается выполнение всех работ по контракту в сроки и в объеме, определенном графиком выполнения работ, утвержденным в соответствии с контрактом и сметной документацией (пункты 6.12, 6.20, 6.21, 6.27).

Гарантийный срок на выполняемые работы и на используемые при капитальном ремонте объекта материалы, конструкции, оборудование, системы установлен в 5 лет с момента подписания сторонами акта приемки результата работ. Гарантийные обязательства подрядчика обеспечиваются банковской гарантией (пункты 7.2, 7.3 контракта).

Обязательства подрядчика обеспечены банковскими гарантиями:

- в части исполнения контракта - гарантией Коммерческого банка «Москоммерцбанк» (акционерное общество) от 19.05.2021 N 40300-21-ЭГ-1 со сроком действия по 31.01.2022 (включительно);

- в части гарантийных обязательств - гарантией КИВИ Банка (акционерное общество) от 27.10.2021 N 23219-20КЭБГ/0008 со сроком действия по 30.11.2026 (включительно).

04.08.2021 между сторонами заключен контракт N 011 на дополнительные работы по капитальному ремонту Катынского КДЦ (дополнительные работы) - филиала МБУК КТ «Районный дом культуры» МО «Смоленский район Смоленской области», общей стоимостью 402 247 рублей 20 копеек (в том числе НДС).

27.10.2021 сторонами заключено соглашение о расторжении контракта N 0363300098821000004, согласно которому объем фактического выполнения работ принят заказчиком по акту о приемке выполненных работ от 27.10.2021 N 1 стоимостью 5 422 822 рублей 80 копеек.

Таким образом, гарантийный срок на результат работ, исходя из пункта 7.2 контракта, установлен до 27.10.2026 (27.10.2021 + 5 лет).

По платежному поручению от 19.11.2021 N 11043 заказчиком полностью уплачена стоимость работ, указанная в соглашении о расторжении контракта.

В период гарантийного срока - 01.11.2021 проведено обследование объекта, в результате которого обнаружены недостатки - следы протекания кровли, которые подрядчиком не были устранены, с указанием на то, что стоимость их устранения возмещена по банковской гарантии.

По заказу истца, экспертной организацией ООО «НПП Мануфактура» подготовлено техническое заключение, которым подтверждено наличие дефектов, допущенных при выполнении работ, и определена стоимость их устранения в сумме 5 063 861 рубля 81 копейки (с учетом НДС).

Ссылаясь на то, что направленная 15.04.2022 в адрес подрядчика претензия с приложением технического заключения с требованием устранить выявленные недостатки либо возместить убытки, оставлена без удовлетворения, учреждение обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции,  руководствуясь положениями Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее – Закон N 44-ФЗ, статьями 15, 393, 716, 721, 722, 723 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), постановлением Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума N 25) правомерно исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 723 ГК РФ в случаях, когда работа была выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного в договоре использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, соразмерного уменьшения установленной за работу цены, возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 ГК РФ).

При этом пункт 1 статьи 723 ГК РФ не может быть истолкован как ограничивающий право заказчика на возмещение расходов на устранение недостатков в случае, если он, действуя добросовестно, предпринял меры по привлечению подрядчика к устранению недостатков, то есть направил последнему требование об их устранении в срок, предусмотренный законом, иным нормативным актом или договором, а при его отсутствии - в разумный срок (в том числе незамедлительно, если это требовалось по характеру недостатков), однако подрядчик уклонился от устранения недостатков работ. В таком случае расходы заказчика на устранение недостатков работ подлежат возмещению по правилам статей 15, 393, 721 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017.

В рассматриваемом случае, предусмотренный пунктом 7.2 контракта гарантийный срок в 5 лет, начал течь с момента передачи результата работ заказчику - 27.10.2021 (дата подписания акта), недостатки обнаружены заказчиком в гарантийный период, что подтверждается осмотром, проведенным 01.11.2021.

Поскольку подрядчик уклонился от устранения недостатков, заказчик вправе требовать возмещения стоимости их устранения по правилам об убытках (ст. ст. 15, 393, 721 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.  По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В связи с наличием у сторон разногласий по стоимости устранения недостатков, выявленных в гарантийный период, судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Независимая Оценка Собственности «Лидер».

Согласно экспертному заключению, с учетом дополнений по ответам на вопросы суда и сторон (т. 4, л.д. 88-134, 144-146, т. 5, л.д. 21-25, 28-30, 72-106, 116-117, 150-154, 155), стоимость устранения недостатков составляет 1 485 495 рублей (1 472 849 рублей + 12 646 рублей).

При этом экспертом установлено, что укладка утеплителя в один слой и укладка одного слоя прокладочной пароизоляции соответствует проектно-сметной документации, прошедшей государственную экспертизу; уложенный в качестве одного слоя прокладочной пароизоляции материал обладает качествами гидро-пароизоляционного материала (т. 5, л.д. 78).

Сторонами не оспаривалось, что работы по лакокрасочному покрытию пола не входили в перечень оплаченных подрядчику работ и осуществлялись силами, материалами и средствами самого истца (т. 4, л.д. 144), в связи с чем не исследовались экспертом.

Оценив экспертное заключение N 03.12.2022 по правилам статьи 71 АПК РФ, с учетом дополнений к нему, суды правомерно приняли его в качестве надлежащего доказательства по делу, ввиду соответствия требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральному закону от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон N 73-ФЗ).

Возражения истца по экспертному заключению о том, что  выводы эксперта не проверяемы, а методы исследования не предусмотрены утвержденной методикой, не основаны на содержании экспертизы, в связи с чем не могут быть приняты во внимание. По существу указанные возражения сводятся к несогласию с выводами, сделанными квалифицированным специалистом в области соответствующих познаний, утвержденным судом по ходатайству самого истца.

В соответствии со статьей 7 Закона N 73-ФЗ, который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона N 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования.

Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого.

С учетом изложенного, предупреждения судебного эксперта об уголовной ответственности, данных им письменных пояснений и дополнений (в том числе в судебном заседании) основания для вывода о сомнительности или противоречивости выводов составленного им исследования отсутствуют.

Более того, судебная экспертиза назначалась по ходатайству истца и с предложенным им вариантом экспертной организации.

Эксперт, проводивший экспертизу, порядка трех раз участвовал в судебных заседаниях суда первой инстанции, с одновременным предоставлением  письменных пояснений, что подтверждается материалами настоящего дела. Более того, проводились дополнительные осмотры при наличии имеющегося экспертного заключения в суде, с ответом на дополнительные требования истца.

Так, на возражения истца, экспертами представлены следующие дополнительные пояснения.

- по обустройству кровельного отлива: проектно-сметной документацией на кровле административного здания предусмотрено «Смена обделок из листовой стали (поясков, сандриков, отливов, карнизов) шириной: до 0,4 м» в количестве 49,53 метров; данный вид работ выполнен в полном объеме; эксперт дополнительно исследовал кровлю административного здания в присутствии сторон; в результате исследования было установлено: наличие скопления огромного количества снега на плоской кровле, что не соответствует пункт 11.4 СП 255.1325800.2016; внутри помещений N 1 и N 2, которые располагаются рядом со входом в административное здание, имеются пятна от протечек через кровлю; протечки с кровли административного здания имеются в помещениях, расположенных рядом со входом в здание; данные протечки не связаны с работами «Смена обделок из листовой стали (поясков, сандриков, отливов, карнизов) шириной: до 0,4 м», так как в данной части кровли административного здания эти работы были переделаны истцом собственными силами (т. 5, л.д. 80-81);

- по обустройству гидроизоляции на всей площади: эксперты не учитывали необходимость по обустройству гидроизоляции на всей площади кровли, так как данный вид работ не предусмотрен условиями контрактов, проектно-сметной документацией; данный вид работ не выполнялся по условиям контрактов; до начала заключения контракта были определены необходимые работы по проведению капитального ремонта объекта, была составлена проектно-сметная документация, которая прошла государственную экспертизу и получила положительное заключение; в соответствии с условиями контрактов, проектно-сметной документацией работы по замене гидроизоляции на всей кровле не требовались.

Ссылка заявителя на СП 17.13330.2017 «Свод правил. Кровли» отклонена экспертами, поскольку данный Свод правил распространяется на проектирование; вопрос о соответствии проектно-сметной документации требованиям ГОСТ, СП перед экспертами судом не ставился, в материалах дела в отношении проектно-сметной документации имеется положительное заключение государственной экспертизы (т. 4, л.д. 145 оборот).

Кроме того, экспертный осмотр производился в присутствии представителей сторон (заключение экспертов N 03.12.2022 содержит акты осмотра от 25.10.2022 и от 29.11.2022), имеющиеся недостатки зафиксированы в их присутствии; экспертом исследовался весь объект (все помещения), все видимые работы, которые осуществлялись согласно контрактам и проектно-сметной документации. В момент возникновения спора о наличии/отсутствии недостатков, а также объеме, дополнительно с участием представителей сторон исследовали конкретную зону. Акты осмотра зачитывались вслух, после экспертом был задан вопрос сторонам, все ли визуальные недостатки зафиксированы и предложено, в случае не отражения какого-либо недостатка предъявить его для осмотра. Представители сторон подтвердили, что все зафиксировано в акте, после этого эксперт прочеркнул пустые строки акта, поставил личную подпись и передал оригиналы актов для подписи сторонами (акты осмотра содержат подписи сторон). Недостатки, не отраженные в актах экспертного осмотра, отсутствовали на дату проведения осмотра (т. 4, л.д. 145 оборот).

Отклоняя довод истца о необходимости назначения по делу повторной экспертизы, суды правомерно исходили из того, что представленное экспертное заключение (с учетом дополнений к нему и пояснений эксперта) соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, в заключении отражены все, предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ, сведения; эксперт был надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; при проведении экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой; ответы эксперта на поставленные вопросы являются определенными, понятными и не противоречивыми.

Само по себе несогласие заявителя с выводами экспертизы не может являться основанием для назначения повторной экспертизы. Тем более, что одного лишь декларативного заявления истца о необходимости назначения повторной экспертизы, в силу правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 N 13765/10, не создает обязанность суда ее назначить.

В обоснование согласования работ общество ссылается на письмо от 17.07.2021 N 17/07 («Дополнительная пароизоляция и устройство фановых труб»), которым подрядчик уведомлял заказчика о том, что контрактом не предусмотрено устройство дополнительного слоя внутренней пароизоляции, а также устройство фановых труб вентиляции, что требует дополнительных затрат; в связи с чем просил согласовать эти затраты, с последующей оплатой (т. 3, л.д. 76); а также на получение отрицательного ответа от учреждения письмом от 21.07.2021 N 83 «Согласование дополнительной пароизоляции и установку фановых труб вентиляции» (т. 3, л.д. 77).

Истец заявил о фальсификации письма от 21.07.2021 N 83 «Согласование дополнительной пароизоляции и установку фановых труб вентиляции», указав, что данное письмо не подписывалось руководителем учреждения.

Проверив заявление о фальсификации данного доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Из приведенных положений следует, что заявление о фальсификации доказательства может быть проверено судом различными способами, в том числе путем оценки такого доказательства в совокупности с иными доказательствами с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В суде первой инстанции директор учреждения ФИО3 оспаривала подпись на указанном письме, но не оспорила печать, указав, что данная печать находится в ее распоряжении.

Согласно абзацу 4 пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, полномочия на подписание каких-либо документов могут подтверждаться не только выданной представителю доверенностью, но и явствовать из обстановки, в которой действует представитель. К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати лица, о потере которой или ее подделке в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.04.2017 N 309-ЭС17-2491, от 09.03.2016 N 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 N 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 N 307-ЭС15-9787).

В отсутствие доказательств утраты или хищения печати, суды правомерно признали, что лица, владеющие печатью юридического лица, при подписании ими документов и проставлении на них этой печати, подтверждают тем самым свои полномочия на совершение операций от имени конкретной организации.

С учетом вышеизложенного, доводы истца о том, что письмо от 21.07.2021 N 83 не подписывалось руководителем учреждения, не могут являться основанием для удовлетворения заявления о фальсификации, поскольку на нем проставлена печать учреждения, подлинность которой не оспаривается.

Таким образом, довод заявителя о том, что, в нарушение пункта 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик своевременно не уведомил заказчика о необходимости укладки пароизоляции подкладочной в два слоя (гидроизоляционный и пароизоляционный), правомерно не принят во внимание судами двух инстанций, поскольку указанные действия по уведомлению заказчика о необходимости проведения таких работ подрядчиком совершены, что подтверждается получением в ответ от заказчика письма N 83 от 21.07.2021 с наименованием «Согласование дополнительной пароизоляции и установку фановых труб вентиляции».

В материалах дела имеется контракт (с приложениями к нему графика производства работ, акта приема передачи строительной площадки от 28.05.2021, положительного заключения государственной экспертизы, локального сметного расчета (сметы) ЛС N 02-01-01, справки по форме КС-3 от 27.10.2021, счет-фактуры N 81 от 27.10.2021 г. и т.д.), которыми подтверждается объем работ по контракту, виды выполненных работ, объем принятых работ.

При этом, локальный сметный расчет (смета) ЛС N 02-01-01 предусматривает устройство кровли из оцинкованной стали без настенных желобов; устройство пароизоляции прокладочной в один слой. Акт по форме КС-2 от 27Л0.2021 отражает устройство кровли из оцинкованной стали без настенных желобов, устройство пароизоляции прокладочной в один слой.

Из представленного самим истцом технического заключения по результатам обследования 011/22пр-ТЗК, выполненного ООО «НПП Мануфактура» (справка по стоимости исправления дефектов, позиции 2-7), следует, что для исправления дефектов по кровли, в частности, устройство дополнительной пароизоляции и фановых труб вентиляции, не требуется.

Аналогичные выводы содержатся и в заключении судебной экспертизы (с учетом письменных пояснений и дополнений), согласно которым устройство дополнительной пароизоляции и фановых труб вентиляции не требуется.

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу о том, что подрядчиком не нарушена статья 716 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылка заявителя на отсутствие подписей заказчика на актах освидетельствования скрытых работ, обоснованно отклонена судами двух инстанций, поскольку пунктом 5.3 контракта прямо предусмотрены действия заказчика и последствия для подрядчика при таких обстоятельствах (если скрытые работы выполнены без подтверждения заказчика, или он не был информирован об этом должным образом, то по его требованию подрядчик обязан за свой счет вскрыть любую часть произведенных работ, а затем восстановить ее ответственных конструкций).

Более того, на вопрос окружного суда, выдавались ли замечания, предписания по ходу выполнения работ, составления актов скрытых работ, в адрес подрядчика со стороны  ООО "Стройгвардия", осуществлявшего функции строительного надзора за производством работ по спорному контракту, представитель заказчика пояснил, что замечаний и предписаний по исполнению (ненадлежащему исполнению) контракта в адрес подрядчика не выдавалось и не направлялось. 

Соответственно, производство работ проводилось под надзором уполномоченной заказчиком организации, и нарушений и отступлений от технического задания и ПСД при производстве работ не установлено.

Вместе с тем, исходя из выводов судебной экспертизы, с учетом заявленных требований, размер убытков, подлежащих возмещению подрядчиком в качестве стоимости устранения недостатков, суд установил (без учета договорного понижающего коэффициента)  в размере 1 485 495 рублей (1 472 849 рублей + 12 646 рублей).

Из указанной суммы судом первой инстанции исключены выплаченные заказчику денежные средства по банковским гарантиям от 19.05.2021 N 40300-21-ЭГ-1 (на сумму 314 377 рублей 57 копеек) и от 27.10.2021 N 23219-20КЭБГ/0008 (на сумму 705 513 рублей 70 копеек), в связи с чем размер убытков определен в 465 603 рубля 73 копейки (1 485 495 рублей - 314 377 рублей 57 копеек - 705 513 рублей 70 копеек).

Изменяя решение суда первой инстанции в части размера убытков и судебных расходов, суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что выплата по банковской гарантии от 19.05.2021 N 40300-21-ЭГ-1 на сумму 314 377 рублей 57 копеек осуществлена не в порядке компенсации стоимости устранения недостатков в гарантийный период, а в качестве штрафа за неисполнение обязательств подрядчика в полном объеме (т. 2, л.д. 113).

Таким образом, из стоимости устранения недостатков работ, определенных экспертизой, подлежит исключению только сумма, выплаченная по банковской гарантии от 27.10.2021 N 23219-20КЭБГ/0008 в размере 705 513 рублей 70 копеек.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в сумме 779 980 рублей 30 копеек (1 485 495 рублей - 705 513 рублей 70 копеек), в связи с чем, произвел перераспределение судебных расходов по делу.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы суда апелляционной инстанции, изложенные в обжалуемом постановлении, и подлежат отклонению, в том числе по основаниям, указанным в мотивировочной части настоящего постановления, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права и по существу сводятся к переоценке доказательств и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ и правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 05.03.2013 №13031/12. 

        Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемого судебного акта окружным судом, заявителем не представлено. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражного апелляционного суда, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права при принятии обжалуемого акта не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Центрального округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 по делу N А62-4218/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

                           С.Г. Егорова

 

Судьи                                                                                             К.Т. Захаров

 

                                                                                                  М.В. Шильненкова