ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09 e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула Дело № А23-7371/2021 

20АП-6880/2024 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.12.2024 Постановление изготовлено в полном объеме 23.12.2024  

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Девониной И.В., судей Тучковой О.Г., Макосеева И.Н.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шамыриной Е.И., 

при участии в судебном заседании: от ФГКУ «Центральное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации - ФИО1 (доверенность от 09.07.2024 № 141/1/6033г/а, паспорт), от ФИО2 – ФИО3 (удостоверение, доверенность от 13.05.2024), от ФИО4 - ФИО3 (удостоверение, доверенность от 13.05.2024),от ФИО5 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 23.01.2024),  

рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом путем использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), апелляционную жалобу ФГКУ «Центральное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации на определение Арбитражного суда Калужской области от 04.10.2024 по делу  

 № А23-7371/2021, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности,  

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Региональная теплогенерирующая компания № 3" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Региональная теплогенерирующая компания № 3".  

Решением Арбитражного суда Калужской области от 17.06.2022 общество с  

ограниченной ответственностью "Региональная теплогенерирующая компания № 3" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7.  

Конкурсный управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО2, ФИО4, ООО "Инновационная корпорация "Технопром".  

Определением Арбитражного суда Калужской области от 04.10.2024 отказано конкурсному управляющему обществом с ограниченной ответственностью "Региональная теплогенерирующая компания № 3" в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам должника.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФГКУ «Центральное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт.  

В обоснование своей позиции заявитель ссылается, что не исследовано обстоятельство уклонения контролирующих должника лиц от исполнения обязанности перед конкурсным кредитором Управлением по оплате платежей по договору аренды федерального недвижимого имущества, закрепленного за Арендодателем на праве оперативного управления № 141/3/1 /АИ-204 от 27 октября 2017 г., заключенного между ФГКУ «Центральное ТУИО» Минобороны России (арендодатель) и Должником (арендатор), и договора аренды федерального недвижимого имущества № 1361-ФО от 24 февраля 2009 г., заключенного между Калужской квартирноэксплуатационной частью Московского военного округа (арендодатель) и Должником (арендатор).  

Полагает, что материалами дела подтверждается факт действий контролирующих должника лиц не в интересах общества, а в своих личных.  

Указывает, что вывод суда первой инстанции, что обстоятельство нарушения очередности погашения требований кредиторов не является самостоятельным основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности и не является квалифицирующим признаком по отношению к какому-либо из заявленных оснований привлечения к субсидиарной ответственности, не соответствует обстоятельствам дела.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  

http://kad.arbitr.ru.  

От ФИО2, ФИО4, ФИО5 и ФИО7 поступили отзывы на апелляционную жалобу, которые были приобщены к материалам дела.  

В судебном заседании Представитель ФГКУ «Центральное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, представитель ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы, представитель ФИО5 возражал против доводов апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представители участвующих в деле лиц не явились.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

При обращении в арбитражный суд конкурсный управляющий основывал заявленные требования на положениях подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 и пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим  

должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Согласно статье 2 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для целей этого Федерального закона руководителем должника признается единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.  

В обоснование заявления указано, что должник обладал признаками неплатежеспособности на 2020 год. Контролирующие должника лица были обязаны обратиться в суд с заявлением о банкротстве не позднее 01.08.2020, за период с 01.05.2020 по 31.10.2021 размер кредиторской задолженности увеличился с 41 390 637, 53 руб. до 82 721 124,80 руб.  

При этом должником заключены сделки по возврату займов в период с 13.11.2018 по 14.02.2019 в сумме 3 075 925,83 руб., в период с 06.12.2018 по 09.09.2019 оплачены работы в сумме 1 206 197,73 руб., отчуждено в пользу аффилированного лица транспортное средство стоимостью 1 124 766,61 руб.  

Должник также организовал схему движения денежных средств через ООО «РТГК», которым ООО «РТГК» направило на расчеты с контрагентами должника минуя счет должника 79 781 936,41 руб., перечислило должнику 11 375 334,88 руб. и не возвратило должнику 36 296 539,63 руб.  

В связи с чем, заявитель считал, что должником и его учредителем в нарушение ст. 61.12 Закона о банкротстве самостоятельно не подано заявление о банкротстве, учитывая масштаб деятельности должника, ответчики должны были объективно определить наличие одного из обстоятельств, которое требует обращения в суд с таким заявлением (п. ст. 61.12 Закона о банкротстве, п. п. 8, 9 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 № 53), а сделки должника повлекли его неплатежеспособность.  

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" содержатся разъяснения, согласно которым привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48  

Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;  

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;  

- указанным Федеральным законом предусмотрены иные случаи.  

Пунктом 2 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность  

по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО5 - генеральный директор ООО «РТГК № 3» с 14.04.2008 по 11.04.2022 (с 15.07.2021 г. в соответствии с приказом от 15.07.2021 поручил функции генерального директора ФИО2).  

ФИО2 - а) заместитель генерального директора с 14.10.2020 по 17.06.2022; б) с 15.07.2021 по 17.06.2022 и.о. генерального директора.  

Также ФИО2 являлся руководителем ООО «РТГК», по агентским договорам с которым осуществлялся сбор платежей с собственников помещений минуя счет должника.  

ФИО4 - участник ООО «РТГК № 3» с долей в уставном капитале 99% с 05.02.2018 по настоящее время.  

ООО «Инновационная корпорация «Технопром» - участник ООО «РТГК № 3» с долей в уставном капитале 99% с 08.05.2014 до 05.02.2018.  

Таким образом, в отношении ФИО5, ФИО2, ФИО4 и OОO «Инновационная корпорация «Технопром» в данном случае действует презумпция признания их контролирующими должника лицами (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Согласно п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

В силу разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 к числу сделок, соответствующих критериям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  

(применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

В отношении сделок должника судом первой инстанции установлено, что сделки по возврату займов в период с 13.11.2018 по 14.02.2019 в сумме 3 075 925,83 руб., оплата работ в период с 06.12.2018 по 09.09.2019 в сумме 1 206 197,73 руб. осуществлены до даты наступления неплатежеспособности на стороне должника, определенной конкурсным управляющим должником как 01.06.2020. судом первой инстанции отмечено, что указанные сделки не повлекли причинение вреда кредиторам должника, должник выступал заемщиком, а не заимодавцем по договорам беспроцентного займа.  

В отношении сделки по отчуждению транспортного средства судом области установлено отсутствие оснований для признания соответствующей сделки недействительной.  

Как установлено судом первой инстанции, ООО «РТГК» осуществляло за счет аккумулированных денежных средств оплату за должника в сумме более 79 млн. руб.  

При этом в соответствии с дополнениями конкурсного управляющего должником от 04.09.2024 ООО «РТГК» выдало ООО «РТГК № 3» займы на сумму 23 936 819,30 руб., полученные денежные средства направлены на заработную плату сотрудников ООО «РТГК № 3». Из заявления конкурсного управляющего усматривается, что окончательное сальдо взаимных обязательств сформировано в размере 3 663 935,35 руб. в пользу ООО «РТГК», что исключает причинение вреда должнику.  

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53) установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.  

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц, не выходящих за пределы обычных предпринимательских рисков, и наступлением факта банкротства. Оснований для переоценки указанных выводов судебная коллегия не усматривает.  

Для привлечения лиц, указанных в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а в рассматриваемом случае руководителя должника, к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие одновременного ряда следующих условий:  

 - возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и установление даты возникновения данного обстоятельства;  

- неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;  

 - возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  

Таким образом, обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий и кредитор в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать наличие одновременного ряда следующих условий: возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и установление даты возникновения данного обстоятельства; неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо, указанное в пункте 1 статьи 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017), под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.  

В силу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 указанной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  

обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.  

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.  

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.  

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.  

ООО «РТГК № 3» осуществляло деятельность по предоставлению жилищно-коммунальных услуг, в том числе по горячему водоснабжению, теплоснабжению жилого фонда, социально значимых объектов - почты, детского сада, дома культуры, администрации и других объектов, расположенных на территории пос. Шайковка Калужской области. До 2019 года общество было единой теплоснабжающей организацией, с 2019 года единственным предприятием на территории пос. Шайковка по предоставлению услуг по горячему водоснабжению.  

ООО «РТГК № 3» осуществляло регулируемый вид деятельности на основании регулируемых цен (тарифов) на территории Калужской области, осуществляло бесперебойное функционирование социально-значимых объектов, а также  

специализированных объектов в пос. Шайковка.  

Источниками пополнения оборотных средств для осуществления расчетов с кредиторами и погашения затрат на производственную деятельность являлась плата населения, организаций за горячее водоснабжение.  

Основная часть кредиторской задолженности должника составила задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, что обусловлено социально значимой деятельностью должника в качестве единой теплоснабжающей и гарантирующей организации, осуществляющей сбор денежных средств с владельцев квартир и оплату коммунальных услуг.  

ФИО5 и ФИО2 представили суду первой инстанции пояснения о том, что с 2019 года Министерством обороны Российской Федерации как собственником жилого фонда в п. Шайковке было принято решение о переходе в соответствии с нормативной базой расчетов потребителей энергоресурсов на прямые договоры с ресурсоснабжающими организациями.  

В связи с этим возникла неопределенность в отношении обязанного лица по оплате за абонентов с неявным потребителем -пустующие квартиры Министерства обороны РФ.  

До 2018 года едиными управляющими компаниями жилищным фондом Министерства обороны Российской Федерации сформирована задолженность более 11 млн. руб., с 2019 года, с учетом пустующего жилого фонда, дополнительно накоплена задолженность в размере более 40 млн. руб., задолженность потребителей, проживающих в социальном жилье, составила более 6 млн. руб.  

В настоящее время со стороны ООО «РТГК» взыскана задолженность в размере более 37 млн. руб. (дела № А40-198797/2021, № А40-110924/2020, № А40-28968/2022, МА40-154112/2022, МА40-109050/2022, Ш40-109054/2022).  

Право требования по исполнительным листам по вышеуказанным делам переданы в адрес конкурсного управляющего ООО «РТГК № 3» ФИО7  

Также с основным кредитором, ООО «Газпром межрегионгаз Калуга», было подписано 2 соглашения о реструктуризации задолженности от 31.12.2019.  

Должник обращался также и с заявлениями о предоставлении рассрочки по уплате задолженности (письмо № 67 от 19.0б.2019г., № 7 от 14.02.2020г., № 27 от 12.08.2020г., № 13 от 26.03.2021г., № 32 от 10.08.2021г., № 34 от 27.08.2021г.).  

Таким образом, специфика деятельности должника связана с постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения. Указанный вид деятельности направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.  

Основная часть кредиторской задолженности должника представляет собой  

задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, которая возникла вследствие несвоевременной и неполной оплаты со стороны потребителей полученных коммунальных ресурсов, задолженность ресурсоснабжающих организаций включена в реестр требований кредиторов.  

Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей (граждан, юридических лиц) является обычной для функционирования поставщиков коммунальных услуг, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги потребители постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.  

Из данных бухгалтерской отчетности должника усматривается, что дебиторская задолженность с 2017 по 2019 год накапливалась с 35 млн. руб. до 46 млн. руб., кредиторская задолженность в указанный период возросла с 23 млн. руб. до 34 млн. руб.  

Резкий рост размера кредиторской задолженности в 2020 году до 72 млн. руб. обусловлен оформлением передачи ООО «РТГК» права на сбор платежей с собственников помещений через договоры займа, при том, что ООО «РТГК» осуществляло за счет аккумулированных денежных средств оплату за должника в сумме более 79 млн. руб.  

Контролирующими должника лицами представлены пояснения о том, что передача функций агента по сбору платежей была обусловлена наличием на 2019 год существенной не обслуживаемой кредиторской задолженности, повлекшей блокировку счетов должника, при том, что дебиторская задолженность превышала кредиторскую задолженность на 12 млн. руб.  

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя и учредителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).  

Соответственно специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества должника (Определение Верховного суда РФ от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500).  

Единственные источники финансирования деятельности должника - эго платежи за коммунальные услуги от населения, которое в большинстве своем, несвоевременно, со  

значительными задержками и не в полном объеме производит оплату жилищно-коммунальных услуг.  

Также, судом первой инстанции принято во внимание, что приговором Кировского районного суда Калужской области от 29.11.2022 по делу № 1-1-163/2022 ФИО5 признан виновным в злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности с назначением ему штрафа в размере 150 000 руб.  

Указанным судебным актом установлено, что ФИО5 во избежание обращения взыскания на денежные средства, поступающие от населения, по более ранним обязательствам должника, подтвержденным вступившими в законную силу судебными актами, осуществлял их расходование через ООО «РТГК» на исполнение иных текущих обязательств должника.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что указанное обстоятельство нарушения очередности погашения требований кредиторов не является самостоятельным основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности и не является квалифицирующим признаком по отношению к какому-либо из заявленных оснований привлечения к субсидиарной ответственности.  

Наступление самого факта банкротства недостаточно для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, данный факт также не может свидетельствовать о наличии у него вины в банкротстве и причинно-следственной связи между его бездействием и таким банкротством, так как причиной банкротства должника могут быть обстоятельства, не связанные с конкретными действиями (или бездействием) ответчика.  

Кроме того, в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.  

В соответствии с представленным конкурсным управляющим должником аудиторским заключением ООО «Аудиторская компания «Бизнес-Аудит», определена дата наступления неплатежеспособности должника 01.06.2020.  

В соответствии с экспертным заключением № 01/24 от 05.08.2024, подготовленным ООО «ЛА консалтинг», признаки объективного банкротства ООО «Региональная Теплогенерирующая Компания № 3» возникли по состоянию на 30.09.2021 года и  

сохранились в 4 квартале 2021 года. Признаки объективного банкротства сформировались как на основании произведенных расчетов финансовых коэффициентов, определения стоимости чистых активов, так и на основе анализа показателя ликвидности имеющихся активов Общества.  

Основными причинами возникновения признаков объективного банкротства являются:  

- несвоевременность (и неполнота) расчетов потребителей ресурсов с Обществом (по состоянию на 31.12.2021г. у Общества имеет место быть не погашенная потребителями ресурсов дебиторская задолженность в сумме 45 647 тыс. руб., или 62,46% в общей сумме дебиторской задолженности);  

- специфика сферы финансово-хозяйственной деятельности Общества, обусловливающая прямо пропорциональную связь между поступлениями в адрес Общества денежных средств от потребителей ресурсов (дебиторская задолженность) и расчетами Общества с поставщиками ресурсов (кредиторская задолженность);  

- переход Общества на прямые расчеты с потребителями, и непоступление денежных средств за ресурсы пустующего фонда;  

- отсутствие самостоятельных источников финансирования у Общества, о чем свидетельствуют низкие показатели коэффициентов автономии и обеспеченности собственными оборотными средствами.  

Ухудшение финансового состояния юридического лица не относится к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.  

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, что независимо от даты наступления объективной неплатежеспобосности – 01.06.2020 или 30.09.2021, на стороне должника отсутствовало субъективное банкротство как невозможность проведения мероприятий по восстановлению платежеспособности должника.  

Надлежащих доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что именно действия руководителей или учредителя довели должника до банкротства, в материалы дела не представлено.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том, что само по себе возникновение кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями с учетом специфики деятельности должника не может в достаточной степени свидетельствовать о возникновении у руководителей и учредителя должника безусловной обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом.  

Довод апелляционной жалобы, что в Определении судом первой инстанции не  

исследовано обстоятельство уклонения контролирующих должника лиц от исполнения обязанности перед конкурсным кредитором (апеллянтом) по оплате платежей по договору аренды федерального недвижимого имущества, заключенного между ФГКУ «Центральное ТУПО» Минобороны России и должником и договора аренды № 1361-ФО от 24.02.2009 г. подлежит отклонению, поскольку, в заявление конкурсного управляющего отсутствует ссылка на указанные обстоятельства.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что в реестр требований кредиторов должника включены требования ФГКУ «Центральное ТУПО» Минобороны России в сумме 161 619 руб. 12 коп. неустойки.  

Кроме того, рамках дел № А40-48200/2020, № А40-110924/2020 № А40-198797/2021, № А40-154112/2022 рассматривались споры должника к ФГКУ «Центральное ТУПО» Минобороны России по оплате коммунальных услуг.  

При этом, недобросовестные действия Ответчика по основаниям возникновения указанной задолженности Должника перед заявителем, не установлены.  

Кроме того, необходимо учитывать направленность норм пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве на защиту лиц, вступивших в договорные отношения с должником после даты возникновения у последнего признаков банкротства.  

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, указано, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника. Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального  

закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ), является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.  

В данном случае должник в течение всего рассматриваемого периода продолжал ту же экономическую деятельность, отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) новых контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 Закона о банкротстве.  

Суд исходил из того, что Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов.  

Руководствуясь положениями Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Федерального закона от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Федерального закона от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от исполнения обязательств по заключенным с должником договорам, конечными получателями услуг которых являлись граждане - собственники и пользователи помещений в многоквартирных домах и жилых домов, и, как следствие, - к выводу о недоказанности того, что инициирование руководителем должника процедуры банкротства могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами - ресурсоснабжающими организациями.  

Довод апелляционной жалобы, что материалами дела подтверждается факт действий контролирующих должника лиц не в интересах общества, а в своих личных проверен, однако не нашел подтверждения.  

Возражения конкурсного управляющего относительно заключения № 01/24 от 05.08.2024, подготовленным ООО «ЛА консалтинг» судом апелляционной инстанции не принимаются во внимание, поскольку в суде первой инстанции такие доводы не приводились.  

По мнению судебной коллегии, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства и фактическим обстоятельствами конкретного дела о несостоятельности (банкротстве).  

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.  

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Руководствуясь статьями 266, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 04.10.2024 по делу № А23-7371/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья И.В. Девонина  

Судьи О.Г. Тучкова 

И.Н. Макосеев