№ 09АП-35472/2025

Дело № А40-42565/23

г. Москва

29 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2025 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 29 сентября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шведко О.И.,

судей Вигдорчика Д.Г., Лапшиной В.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные  жалобы ФИО1, ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2025г. по делу № А40-42565/23 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>, заключенного 31.08.2018 между ФИО3 и ФИО1; договора купли-продажи транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>, заключенного 23.06.2020 между ФИО1 и ФИО2 и применить последствия недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

при участии в   судебном заседании: 

согласно протоколу судебного заседания.

                                                           УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2023 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, член СРО «Эгида».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано финансовым управляющим в газете Коммерсант №107 от 17.06.2023.

В Арбитражный суд города Москвы 15.03.2024 поступило заявление ФИО5 к ФИО1 о признании недействительной сделкой перерегистрации транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***> на имя ФИО1 и применении последствий недействительности сделки.

ФИО5 были уточнены заявленные требовнаия, которые приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2025 отказано в удовлетворении ходатайства ФИО1 о назначении судебной экспертизы; признана недействительной цепочка сделок по отчуждению спорного транспортного средства, в том числе,  признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>, заключенный 31.08.2018 между ФИО3 и ФИО1; признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>, заключенный 23.06.2020 между ФИО1 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1, ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными  жалобами, в которых просили указанное определение суда первой инстанции отменить. 

В материалы дела от Луис Кантон Гордильо, ООО «РОВИ Факторинг Плюс» поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены к материалам дела.

22.09.2025 в материалы дела от ФИО2 поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов к апелляционной жалобе, а именно: полной апелляционной жалобы.

Суд апелляционной инстанции протокольно отказал в приобщении дополнений к апелляционной жалобе, как поданных за пределами срока на апелляционное обжалование, а также в отсутствие доказательств заблаговременно раскрытия позиции апеллянта перед иными участниками обособленного спора и кредиторами должника.

Также 22.09.2025 в материалы дела от ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанное ходатайство, пришел к следующим выводам. 

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. 

Из содержания части 5 статьи 158 АПК РФ следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности отложить судебное разбирательство. Таким образом, отложение судебного заседания по делу является правом суда, а не его обязанностью. 

Апелляционная коллегия считает возможным отказать ФИО2 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, поскольку указанные в нем обстоятельства не являются безусловным основанием для отложения судебного разбирательства в соответствии с нормами статьи 158 АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционных жалоб, просил их  удовлетворить.

Представитель Луис Кантон Гордильо и  ООО «РОВИ Факторинг Плюс»  возражал  против удовлетворения апелляционных жалоб.    

ФИО1 и иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционные жалобы рассматривались в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.08.2018 между ФИО3 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>.

Стоимость отчуждения транспортного средства по договору составила 2 300 000 руб.

В последующем спорный автомобиль был отчужден ФИО1 в пользу ФИО2 по договору купли-продажи транспортного средства от 23.06.2020.

В качестве правового основания заявленных требований кредитор указывал, что оспариваемые сделки являются недействительными по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в связи с чем, обратился с настоящим заявлением в суд.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования кредитора в полном объеме, исходил из того, что цепочка спорных сделок совершена при наличии признаков злоупотребления правом со стороны должника и ответчиков, является мнимой и направленной  на вывод активов должника из конкурсной массы

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

На основании пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Положения Закона о банкротстве, предусматривающие право оспаривания сделок должника конкурсными кредиторами, обладающими относительно небольшим размером требований к должнику, направлены на самостоятельную защиту ими своих законных интересов, в том числе в случае недобросовестного поведения конкурсного управляющего, уклоняющегося от совершения таких действий.

При этом установленный Законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов.

Возможность соединения требований нескольких кредиторов для достижения общих целей (признания незаконной сделки должника недействительной, пополнения конкурсной массы, максимального пропорционального погашения требований всех кредиторов) отвечает целям конкурсного производства и способствует эффективному восстановлению их нарушенных прав.

Иной подход в подобной ситуации противоречит законодательному регулированию соответствующих правоотношений и ограничивает права добросовестных участников дела о банкротстве на судебную защиту.

Согласно реестру требований кредиторов должника по состоянию на дату обращения с настоящим заявлением в суд совокупный размер задолженности ФИО3 перед ФИО5, включенной в реестр требований кредиторов, составляют более 10 процентов общего размера включенной кредиторской задолженности, что соответствует указанным выше условиям, и позволило ФИО5 самостоятельно обратиться в суд с настоящим заявлением об оспаривании сделки должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Подпунктом 1 Пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" по правилам главы Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ О несостоятельности (банкротстве)" (далее -Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) предусмотрено, что могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора).

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 №1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ").

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При квалификации сделки недействительной на основании статьи 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом как со стороны Должника, так и со стороны Ответчика, в связи с чем, пороки сделки выходят за пределы подозрительности  (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.04.2019 №305-ЭС18-22264 по делу №А41-25952/2016).

Согласно абзацу 34 стать 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013 наличие на дату совершения оспариваемой сделки у должника неисполненных обязательств, которые в последствии в рамках дела о банкротстве были включены в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Как следует из материалов дела, на дату совершения сделок должник имел не погашенную задолженность перед кредиторами (ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), уполномоченным органом, ФИО5), которая впоследствии была включена в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, на дату совершения сделок у Должника имелись неисполненные обязательства.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчики не предоставили в материалы дела доказательства какого-либо встречного предоставления по оспариваемым сделкам.

Также в материалы дела не предоставлено доказательств финансовой возможности ФИО1 и ФИО2 (Ответчиков) произвести такое встречное предоставление.

У ФИО1 отсутствовала финансовая возможность произвести встречное предоставление непосредственно перед совершением сделки (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.08.2023 по делу № А40-299/2022, Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.01.2025 по делу № А40-145544/21-165-372 ИП и др.). 

В судебных заседаниях по настоящему спору в суде первой инстанции представитель ФИО1 пояснял, что оплата транспортного средства производилась им должнику наличными денежными средствами. Однако ФИО1 не представлены доказательства наличия у него соответствующей денежной суммы, необходимой для оплаты спорного автомобиля.

Как следует из полученного судом ответа ФНС России, с 2014 по 2018 у ФИО1 отсутствовали налогооблагаемые доходы.

Как следует из полученного судом ответа ФСС, с 2015 по 2018 доход ФИО1 составлял не более 32 тыс. руб.

Судом первой инстанции обоснованно отклонены представленные ФИО1 банковские выписки, поскольку из них не следует снятие ФИО1 денежных средств на сумму, сопоставимую со стоимостью транспортного средства непосредственно перед совершением сделки.

Из представленных ФИО1 банковских выписок усматривается только внесение ответчиком 1 миллиона рублей на вклад 09.08.2018 и перевод денежных средств на свой текущий счет 13.09.2018; внесение им около 1 500 000 рублей на вклад в 2018 году и их перевод их на свой текущий счет не позднее 12.09.2018; поступление около 4 миллионов рублей на текущий счет в 2018 году и их расходование не позднее 31.12.2018. 

Договор купли-продажи транспортного средства ( номерного агрегата) между должником ФИО3 и ФИО1 был заключен 31.08.2018; из условий договора усматривается, что цена сделки составила 2 300 000,00 руб.; должник передал ответчику денежные средства, а ответчик получил ТС, однако, как верно установил суд первой инстанции, финансовая возможность приобретения спорного автомобиля ответчиком документально не подтверждена.

Согласно судебной практике, представленные ответчиком ФИО1  банковские выписки подлежат критической оценке судом если они не отражают снятие денежных средств в сумме, сопоставимой с ценой сделки, непосредственно перед совершением сделки (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.08.2023 по делу № А40-299/2022 и др.).

Также не подтверждают наличие дохода и представленные ФИО1 договоры купли-продажи транспортных средств, так как данные договоры не являются надлежащим доказательством перечисления денежных средств ФИО1 во исполнение покупателями обязательств по оплате транспортных средств.

При этом указывая на наличие у ФИО2 достаточных денежных средств (доходов), ответчиками не представлено в материалы дела никаких доказательств, что именно из этих денежных средств был оплачен спорный договор купли-продажи, например, доказательства снятия данных денежных средств со счета на сумму, сопоставимую со стоимостью транспортного средства непосредственно перед совершением сделки. 

Формальное наличие у ФИО2 дохода указывает лишь на то, что должник предпринял меры по приданию законности выводу спорного имущества путем его отчуждения через цепочку оспариваемых сделок на лицо, имеющее доход. 

Как следует из полученного Управляющим ответа из ГИБДД, регистрация перехода права собственности на транспортное средство на имя ФИО1 произведена 12.03.2020, тогда как оспариваемый договор купли продажи заключен 31.08.2018.

В свою очередь, регистрация перехода права собственности на транспортное средство на имя ФИО2 произведена в 2024, тогда как договор купли-продажи транспортного средства, заключенн ФИО2 с ФИО1 23.06.2020.

Тот факт, что в течение двух лет после продажи Транспортное средство оставалось зарегистрированным на Должника, а затем в течение 4 лет после перепродажи - на ФИО1 является крайне необычным поведением, не свойственным неаффилированным лицам.

При этом ФИО1 произвел перерегистрацию транспортного средства в пользу ФИО2 уже после подачи Кредитором заявления о признании спорной сделки недействительной и судебного заседания по нему, что также является необычным поведением как со стороны ФИО1, который знал об оспаривании его права на данное имущество, так и со стороны ФИО2, который должен был удостовериться в праве ФИО1 на спорное имущества.

11.03.2021 ФИО1 указал ФИО2 (в пользу которого в последующем отчуждено транспортное средство) в представленном в материалы дела Страховом полисе, что свидетельствует об аффилированности ФИО2 и, следовательно, с Должником.

До совершения оспариваемых сдело транспортное средство сдавалось в аренду ООО «УБТ РУС», в котором Должник являлся генеральным директором .

Так, ООО «УБТ РУС» произведены в адрес Должника следующие платежи:

- 26.12.2018 на сумму 471 888,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 за ноябрь, декабрь 2018;

- 31.01.2019 на сумму 235 944,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 за январь 2019;

- 04.03.2019 на сумму 235 944,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 за февраль 2019 и др.

Всего в адрес должника ООО «УБТ РУС» совершено 28 платежей по указанному договору аренды в период с декабря 2018 по конец июля 2020.

Поскольку иных транспортных средств должник в указанный период не имел, суд приходит к выводу, что в аренду должник сдавал именно спорный автомобиль Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>. 

Кроме того, первый платеж совершен непосредственно после заключения ответчиком ФИО1 договора купли-продажи транспортного средства (31.08.2018).

Судом первой инстанции также установлено, что,  несмотря на то, что запись в ПТС о новом собственнике, ФИО1. Была внесена только 12.03.2020, ООО «УБТ РУС» продолжало платить арендную плату должнику и после прекращения его права собственности. 

Так, после 12.03.2020 совершены следующие платежи:

- 13.03.2020, на сумму 210 944,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 19.03.2020, на сумму 27 422,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 09.04.2020, на сумму 30 000,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 20.04.2020, на сумму 75 000,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 12.05.2020, на сумму 26 600,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 10.06.2020, на сумму 21 000,00 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата;

- 29.07.2020, на сумму 29 393,20 руб., назначение: Оплата по Договор аренды ТС 3 от 05.11.2018 арендная плата.

Договор аренды транспортного средства №3 с ООО «УБТ РУС» от 05.11.2018 и платежами по нему за период с декабря 2018 по конец июля 2020, указывают на сохранение контроля должника над транспортным средством путем его сдачи в аренду должником его собственному юридическому лицу после совершения оспариваемых сделок.

Согласно судебной практике факт распоряжения должником им имуществом после совершения сделки по его отчуждению свидетельствует о мнимости такой сделки.

При этом судом первой инстанции принято во внимание, что должник и его супруга в указанный период были допущены к управлению Транспортным средством, что следует из страхового полиса от 12.04.2018 серия ХХХ № 0035212865, что свидетельствует о мнимости такой сделки.

В обоснование заявления кредитор ссылался на отсутствие доказательств нахождения транспортного средства по месту жительства ФИО1 и ФИО2 , при этом из предоставленных в материалы дела доказательств усматривается постоянное нахождение транспортного средства в г. Москве  по месту жительства должника и по адресу арендатора ООО «УБТ РУС».

В частности, по Постановлению №035543101012101250100351 от 25.01.2021 (неуплата парковки) местом совершения правонарушения является 

<

...> в непосредственной близости от фактического места жительства должника (

<

...>).

Также совершены правонарушения по адресу 

<

...> (Постановление № 18810577210755038395) - фактически около того же здания, где находится юридический адрес ООО «УБТ РУС» (

<

...>) и в непосредственной близости от указанного адреса - ул. Садовая-Самотечная, д. 10 с1 (Постановление № 18810577220548218909) и д. 6/37 по ул. Садовая-Сухаревская (№ Постановления не указан).

Сложившаяся судебная практика рассматривает нахождение транспортного средства после его отчуждения должником в близости от места проживания должника как одно из косвенных доказательств мнимости сделки.

Из выписки по счетам должника в ПАО Сбербанк следует, что в период с 2019 по 2022 должником совершены операции по оплате услуг заправочной станции, парковки, штрафов ГИБДД, автомойки, несмотря на отсутствие в собственности должника  каких-либо транспортных средств, что дополнительно подтверждает мнимость отчуждения транспортного средства.

Ответчик ФИО1, возражая по заявлению кредитора, указал, что осуществлял ремонт транспортного средства в 2018 и 2019, что подтверждается заказом-нарядом от 19.11.2018 и историей автомобиля от 28.05.2020, где ФИО1 указан в качестве заказчика или владельца.

Вместе с тем история автомобиля от 28.05.2020, исходя из имеющейся на ней печати, составлена ООО «Вист-Авто» (ОГРН 

<

***>), непосредственным местом работы ФИО1., согласно имеющемуся в материалах обособленного спора ответу СФР, а в заказе-наряде от 19.11.2018 в качестве исполнителя указан ООО «Ям Моторс» (ИНН 

<

***>). Указанная организация аффилирована с ООО «Вист-Авто» (имели общего единственного учредителя, что подтверждается данными ЕГРЮЛ), вследствие чего представленные ФИО1 документы о ремонте ТС были критически оценены судом первой инстанции.

Ответчиком ФИО1 представлены документы об уплате им налогов за транспортное средство в ноябре 2020, а также в 2021-2022; документы о ремонте транспортного средства в сентябре 2020 и в 2023.

Следовательно, все документы датированы теми числами, когда собственником транспортного средства уже являлся ФИО2 Таким образом, предоставленные Ответчиком документы не отражают реального собственника спорного имущества, а также указывают на фиктивность заключения спорных договоров и перерегистрации транспортного средства.

При этом транспортное средство продолжило сдаваться в аренду ООО «УБТ РУС» -организации, управляемой Должником.

Первый платеж по договору аренды совершен в декабре 2018, то есть уже после приобретения ФИО1 права собственности на транспортное средство (31.08.2018). ООО «УБТ РУС» продолжало платить арендную плату Должнику и после регистрации прекращения его права собственности.

Последующее отчуждение транспортного средства ФИО1 ФИО2 не имело экономической целесообразности, переоформлено ТС было на ответчика в 2024 году уже после возбуждения процедуры банкротства в отношении должника, доказательства использования ответчиком ТС и оплаты материалы дела не содержат. 

Согласно судебной практике возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия.

Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2022 № Ф05-2494/2019 по делу № А40-227172/2016).

Спорные сделки является мнимыми, не влекущими правовых последствий и заключенными во вред уже имевшимся у должника кредиторам, с целью вывода  транспортного средства из конкурсной массы.

Должник и аффилированные с ним лица предприняли меры по защите транспортного средства от обращения взыскания.

Из указанных выше обстоятельств, при отсутствии встречного исполнения, действия ответчиков могут квалифицироваться только как противоправные, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств обратного не предоставлено в материалы дела.

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что цепочка сделок (договор купли-продажи транспортного средства от 31.08.2018 между ФИО3 и ФИО1 и договор купли-продажи транспортного средства от 23.06.2020 между ФИО1 и ФИО2) является мнимой, воля на придание соответствующих правовых последствий у участников сделок отсутствовала, поскольку фактически ТС из владения должника не выбыло, обязательства по сделкам сторонами не исполнялись, а в действиях должника и ответчиков имелись признаки злоупотребления правом.

Доказательств обратного не представлено в материалы дела.

Спорные сделки совершены при наличии признаков злоупотребления правом со стороны должника и дтветчиков, так как целью являлся вывод активов должника и дальнейшее присвоения этих активов. Следовательно, имеет место совершение мнимых сделок.

В результате оспариваемых сделок актив должника в виде транспортного средства был выведен, в отсутствие какого-либо встречного предоставления от Ответчиков, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, уменьшение стоимости имущества должника, представляет собой вред имущественным правам кредиторов, как совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в целях вывода транспортного средства, для уменьшения возможности независимых кредиторов по удовлетворению их требований.

Доказательств того, что оспариваемые сделки были совершены в интересах ответчиков, в материалы дела не представлено.

Ответчики, получая безвозмездно транспортное средство должника, не могли не знать о том, что целью совершения сделок является причинение вреда кредиторам Должника.

Суд первой инстанции посчитал доказанным совершение спорных сделок со злоупотреблением правом с целью причинения вреда кредиторам, в связи с чем, оспариваемые сделки являются недействительными на основании статей 10,168 ГК РФ.

Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 86 Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Совершение оспариваемых сделок между ФИО3 и ФИО1 и между ФИО1 и ФИО2 было обусловлено созданием видимости гражданско-правовых отношений, в то время как участники сделки преследовали цель вывода активов должника, что было достигнуто в результате использования вышеуказанной схемы.

Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Спорные сделки совершены при наличии признаков злоупотребления правом со стороны Должника и Ответчиков так как целью являлся вывод активов должника и дальнейшее присвоения этих активов.

Следовательно, имеет место совершение мнимых сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 №7204/12 по делу №А70-5326/2011, косвенные доказательства подтверждают отсутствие реального интереса в совершении указанных сделок, а равно их правового и коммерческого смысла.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Сделка с противоправной целью уменьшения имущества гражданина-банкрота квалифицируется судом по правилам пункта 1 статьи 170 ГК РФ как сделка, совершенная лишь для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что требования Кредитора подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно статье 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии со статьей 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно сведениям из ГИБДД в настоящее время спорный автомобиль зарегистрирован за ответчиком ФИО2

Доказательств обратного не предоставлено в материалы дела.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно применил последствие недействительности оспариваемой сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 ФИО2 транспортного средства Ленд Ровер Рейндж Ровер VIN 

<

***>, полученного по оспариваемой сделке.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционных жалобах.

Ответчик ФИО2 был надлежащим образом уведомлен судом первой инстанции о рассмотрении обособленного спора по адресу, соответствующему  представленным ГИАЦ МВД сведениям в адресной справке от 06.06.2024, а также указанному в апелляционной жалобе ( т.2 л.д. 43); наличие финансовой возможности не подтверждает ни факт оплаты ни целесообразность приобретения ответчиком спорного ТС, при этом доказательства использования материалы обособленного спора не содержат; в заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика не пояснил суду, почему запись в ПТС в отношении ФИО2 была внесена через 4 года после приобретения, и каким образом автомобиль продолжал сдаваться в аренду ООО «УБТ РУС», возглавляемой должником.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

                                                        ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.05.2025г. по делу № А40-42565/23 оставить без изменения, а апелляционные  жалобы ФИО1, ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                       О.И. Шведко 

 Судьи:                                                                                                         Д.Г. Вигдорчик 

                                                                                                          В.В. Лапшина