ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. (87934) 6-09-16, факс: (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А20-1572/2021

13.12.2024

Резолютивная часть постановления объявлена   10.12.2024

Постановление изготовлено в  полном объеме   13.12.2024

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиевым Ш.Ю., при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.08.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» ФИО1 на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.09.2024 по делу № А20-1572/2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролировавших должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» (далее – ООО УК «Согласие», должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – управляющий, ФИО1) обратился в суд с ходатайством о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО УК «Согласие» ФИО3 (бывший руководитель должника, далее –ФИО3) и ФИО4 (учредитель должника, далее – ФИО4) за невозможность погашения требований кредиторов, неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании  должника банкротом.

Определением от 24.09.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО УК «Согласие» ФИО3  и ФИО4 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий должника обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В обоснование жалобы апеллянты ссылаются на то, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта нарушены нормы материального и процессуального права. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника поддержал в полном объеме доводы апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи, с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва и проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 24.09.2024 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего. 

Из материалов дела следует, что ООО УК «Согласие» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.11.2010. Основным видом экономической деятельности должника, согласно данным ЕГРЮЛ, является (ОКВЭД 68.32.1) управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

ФИО3 являлась единоличным исполнительным органом должника с 10.08.2016, что подтверждается выпиской ЕГРЮЛ. ФИО4 являлась учредителем должника в период с 03.10.2016 по 24.05.2021. С 24.05.2021 ФИО3 является единственным учредителем должника на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале общества.

Федеральная налоговая служба России в лице Управления ФНС России по КБР обратилась в суд с заявлением о признании ООО УК «Согласие» несостоятельным (банкротом) с применением положений отсутствующего должника, введении конкурсного производства и включении в реестр требований кредиторов второй очереди задолженность в размере 310 551 рубля 62 копеек, третьей очереди - 485 001 рубля 83 копеек.

Производство по делу возбуждено определением суда от 28.05.2021  по заявлению уполномоченного органа от 06.04.2021 № 09-19/03397.

Решением от 11.02.2022 ООО УК «Согласие» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника. Требования уполномоченного органа на сумму 310 551 рубль 65 копеек включены в реестр требований кредиторов второй очереди; требования на сумму 187 911 рублей 71 копейка основного долга, а также 137 013 рублей 17 копеек пени и 160 076 рублей 95 копеек штрафов включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 16.06.2022 (резолютивная часть от 14.06.2022) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Согласно решению Государственного комитета КБР по тарифам от 10.11.2022 сведения об ООО УК «Согласие» исключены из реестра лицензий КБР в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства.

В рамках настоящего дела в реестр требований кредиторов включены требования:

- открытого акционерного общества «Урвантеплосервис» в размере 410 897 рублей 65 копеек основного долга и 70 362 рубля неустойки;

- акционерного общества «Газпром газораспределение Нальчик» 42 274 рубля 20 копеек основного долга и 6 101 рубль 05 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами,

- Кабардино-Балкарского акционерного общества энергетики и электрификации (АО «Каббалкэнерго») в размере 4 339 682 рубля 64 копейки основного долга и 154 586 рублей 23 копейки пени.

Конкурсный управляющий должника полагая, что поскольку руководитель должника ФИО3 и учредитель должника ФИО4, осведомленные о неплатежеспособности общества, не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, данное обстоятельство является основанием

для привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование изложенного довода управляющий указал, что в рамках настоящего дела о банкротстве в реестр требований кредиторов должника включены требования УФНС РФ по Кабардино-Балкарской Республике с размером долга за период 2017-2020 годы, АО «Каббалкэнерго» - задолженность за 2015-2021 годы (задолженность взыскана на основании судебных актов), АО «Газпром газораспределение Нальчик» - задолженность за 2017-2021 годы, акционерное общество «Урвантеплосервис» - задолженность за 2017-2020 годы.

Соответственно, большая часть кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника, образовалась с 2017 года - в период осуществления ФИО3 полномочий директора и в период, когда учредителем должника являлась ФИО4

Конкурсный управляющий ссылается на то, что по состоянию на 01.01.2018 должник уже обладал признаками неплатежеспособности. Соответственно, с заявлением о признании должника банкротом контролировавшие должника лица должны были обратиться в суд не позднее 01.02.2018.

ФИО4, как единственный учредитель должника, утверждая годовую бухгалтерскую отчётность должника и контролируя его финансово-хозяйственную деятельность, не могла не знать о финансовом состоянии ООО УК «Согласие», однако, не приняла мер к принятию решения об обращении с заявлением о признании ООО УК «Согласие» несостоятельным (банкротом).

В качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на совершение действий, ухудшивших материальное положение должника, что привело к банкротству.

Согласно расшифровке бухгалтерского баланса, представленной в уполномоченный орган ФИО3, по итогам 2019 года, активы должника представляли собой дебиторскую задолженность населения в размере 12 554 047,10 рублей.

Согласно бухгалтерской отчетности должника за 2017 год, дебиторская задолженность должника по итогам 2017 года составила 10 482 000 руб., по итогам 2016 года составила 8 755 тыс., руб., в отсутствие иных активов.

В связи с чем  ФИО3, являясь директором должника с 10.08.2016, бездействовала в принятии мер по взысканию дебиторской задолженности, при этом, кредиторская задолженность должника стала накапливаться, основная масса просроченной кредиторской задолженности, включенной в реестр требований должника, возникла непосредственно в период осуществления ФИО3 полномочий директора.

С учетом изложенного, установив невозможность проведения расчетов с кредиторами должника ввиду отсутствия у последнего конкурсной массы в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов, включенных в реестр, а также требований кредиторов по текущим платежам, полагая, что действия контролирующих должника лиц, выразившиеся в непринятии мер по обращению в суд с заявлением о признании ООО УК «Согласие» банкротом, привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как установлено судом, ФИО3 являлась единоличным исполнительным органом должника с 10.08.2016, ФИО4 являлась учредителем должника в период с 03.10.2016 по 24.05.2021.

Следовательно, ФИО3 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых этим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 названного Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 данного Закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении N 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу N А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев, недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче генеральным директором должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два - семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Для целей возложения на контролирующих должника лиц субсидиарной ответственности по основания статьи 61.12 Закона о банкротстве арбитражному суду следует установить не только то, что у данных лиц возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и они ее не исполнили, но и то, какие именно обязательства возникли после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из содержания пункта 1 статьи 61.12. Закона о банкротстве следует, что доказыванию подлежит дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, и даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного срока.

Из вышеизложенного следует, что для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 9, 10, 61.12 Закона о банкротстве заявитель в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ обязан доказать следующие обстоятельства:

-           по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, ФИО3 и ФИО4 должны были обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом;

-           когда именно наступил срок обязанности подачи вышеуказанным лицом заявления о признании должника банкротом;

-           какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992, заявитель, требующий привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, должен сослаться на период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника и представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства. Суд рассматривает требования исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.

В обоснование довода о необращении ФИО3 и ФИО4 01.02.2018 в суд с заявлением о признании ООО УК «Согласие»  банкротом, управляющий указал на наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями и бюджетом, начиная с 2017 года.

Определяя дату обращения руководителем должника в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции установил следующее.

Как следует из бухгалтерской отчетности должника за период с 2017 по 2021 годы размер кредиторской задолженности менялся следующим образом:

на 01.01.2017  -  1 932 тыс. руб.

на 01.01.2018 -  2 154 тыс. руб.

на 01.01.2019 - 2 509 тыс. руб.

на 01.01.2020 - 1 692 тыс. руб.

на 01.01.2021 - 2 192 тыс. руб. 

Размер дебиторской задолженности: на 01.01.2017 - 8 755 тыс. руб.

на 01.01.2018 - 10 482 тыс. руб. 

на 01.01.2019 - 12 253 тыс. руб. 

на 01.01.2020 - 12 553 тыс. руб. 

на 01.01.2021 - 14 413 тыс. руб.

Из приведенных финансовых показателей следует, что размер кредиторской задолженности, согласно балансу, с 2017 по 2018 годы, с 2018 по 2019 годы,  с 2019 по 2020 годы, с 2020 по 2021 годы существенно не менялся. Доказательства обратного управляющим не представлены.  

Из финансовой отчетности должника также следует, что в период с 2019 год по начало 2020 года размер кредиторской задолженности уменьшился по сравнению с предыдущим периодом. Должник полностью не прекращал исполнять обязанности перед своими кредиторами и погашал задолженность по мере поступления денежных средств от конечного потребителя коммунальных услуг.

Конкурсным управляющим представлена выписка из абонентской базы по годам осуществления деятельности:

начислено

К оплате

Оплачено

Остаток

2013

4705584,54

8326806,09

3350178,92

4976627,17

2014

4406934,93

9377893,49

3327578,28

6050315,21

2015

4077060,02

10110178,98

3008609,58

7101569,4

2016

3947369,89

11023881,15

3169382,38

7851706,1

2017

5453813,03

13072232,59

4109193,19

8963039,4

2018

5254220,04

14038344,66

3684615,29

10353729,37

2019

6153831,77

16462908,1

4852020,63

11610887,47

2020

17752573,34

17752573,34

5041882,2

12710691,14

2021

6142232,07

18849006,41

5517947,58

13327633,79

Из анализа представленной выписки прослеживается, что должник получал регулярно оплату за оказанные услуги по управлению многоквратитрным домом на протяжении всего периода осуществления деятельности и вопреки доводам конкурсного управляющего, в период с 2018 по 2020  годы  усматривается рост поступления платы за оказанные услуги.

Из данных финансовой отчетности следует, что должник не наращивал кредиторскую задолженность, по мере возможности направлял взыскиваемые средства на погашение кредиторской задолженности, не допуская ее критического, несоизмеримого с обычным размером текущей задолженности, роста. У руководителя должника -ФИО3, надлежаще исполнявшей обязанности руководителя должника, в связи с этим отсутствовали безусловные основания для направления в суд заявления о признании общества банкротом не позднее 01.02.2018.

Поддерживая вывод суда первой инстанции, апелляционный суд исходит из того, что показатель чистых активов не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение этим показателем отрицательных значений само по себе не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве или о ликвидации.

С учетом характера деятельности должника возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами (в данном случае - перед ресурсоснабжающими организациями и бюджетом) не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Соответственно наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в 2017 году, а у руководителя и учредителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «УК Согласие» банкротом не позднее 01.02.2018.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.32.1).

В соответствии с изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500 правовой позицией, специфика функционирования организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 302-ЭС20-23984 по делу N А19-4454/2017, деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом.

В силу специфики деятельности исполнителя коммунальных услуг в области жилищно-коммунального хозяйства, ситуация, при которой у исполнителя имеется кредиторская задолженность перед поставщиками энергоресурсов в условиях имеющейся дебиторской задолженности по оплате услуг населением, является прогнозируемой, то есть обычной является ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты коммунальных услуг собственниками помещений наступает просрочка оплаты поставленных коммунальных ресурсов. Возникает ситуация, при которой предприятие имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом, одновременно с дебиторской задолженностью граждан.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Следовательно, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. Негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилого фонда.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) управляющей организацией является юридическое лицо, с которым заключен договор на управление многоквартирным домом, по условиям которого управляющая организация по заданию собственников помещений в многоквартирном доме в течение согласованного срока за плату обязуется выполнять работы и (или) оказывать услуги по управлению многоквартирным домом, оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов.

Согласно Правилам предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 № 354 (далее - Правила предоставления коммунальных услуг) исполнитель - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, предоставляющие потребителю коммунальные услуги; коммунальные услуги - осуществление деятельности исполнителя по подаче потребителям любого коммунального ресурса в отдельности или двух и более из них в любом сочетании с целью обеспечения благоприятных и безопасных условий использования жилых, нежилых помещений, общего имущества в многоквартирном доме, а также земельных участков и расположенных на них жилых домов (домовладений).

В соответствии с пунктом 14 Правил предоставления коммунальных услуг управляющая организация, выбранная в установленном жилищным законодательством Российской Федерации порядке для управления многоквартирного жилого дома приступает к предоставлению коммунальных услуг потребителям в доме с даты, указанной в решении общего собрания собственников помещений о выборе управляющей организации, или с даты заключения договора управления домом, но не ранее даты начала поставки коммунального ресурса по договору о приобретении коммунального ресурса, заключенному управляющей организацией с ресурсоснабжающей организацией.

Таким образом, заключая договоры ресурсоснабжения, управляющая компания является исполнителем коммунальных услуг, который самостоятельно не осуществляет реализацию коммунальных услуг, а лишь выступает посредником при осуществлении расчетов, занимаясь сбором соответствующих денежных сумм с собственников жилья и их перечислением в полном размере на счета организаций, реализующих коммунальные услуги.

Часть 6.2 статьи 155 ЖК РФ устанавливает, что управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения, водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2012 N 253 утверждены требования к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг. Документ определяет требования, предъявляемые к управляющей организации, товариществу собственников жилья, жилищно-строительному, жилищному кооперативу и иному специализированному потребительскому кооперативу при осуществлении ими расчетов с ресурсоснабжающими организациями за ресурсы, поставляемые по заключаемым указанными лицами договорам энергоснабжения (купли-продажи, поставки электрической энергии (мощности)), теплоснабжения и (или) горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, поставки газа (в том числе поставки бытового газа в баллонах), необходимые для предоставления собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме или жилых домов коммунальной услуги соответствующего вида. В пункте 6 требований к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг указано, что платежи исполнителя (в том числе, управляющей организации) подлежат перечислению в пользу ресурсоснабжающих организаций и регионального оператора не позднее рабочего дня, следующего за днем поступления платежей потребителей исполнителю.

Таким образом, денежные средства, поступающие от потребителей коммунальных услуг, аккумулируемые на расчетном счете управляющей компании, имеют целевое назначение - оплата жилищно-коммунальных услуг, оказанных ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями.

Управляющая компания, выступая посредником между потребителями коммунальных услуг и ресурсоснабжающей организаций, получая от потребителей денежные средства, является транзитным звеном, обеспечивающим перераспределение поступивших денежных средств между ресурсоснабжающими организациями. При этом управляющая компания не вправе иным образом определить назначение денежных средств, зачисленных на ее расчетный счет от потребителей коммунальных услуг. Названные денежные средства не являются имуществом должника и не могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности в процедуре банкротства.

Таким образом, денежные средства, причитающиеся ресурсоснабжающим организациям, имеют целевой характер. В случае неполной оплаты потребителями услуг, представленных ресурсоснабжающей организациями, добросовестный руководитель, действуя в интересах общества, а также ресурсоснабжающей организации должен принять разумные меры по принудительному истребованию у населения дебиторской задолженности, в целях погашения задолженности. 

Специфика основной деятельности должника связана с управлением многоквартирным жилым домом, в том числе с постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения оплаты за потребленные коммунальные услуги. Указанный вид деятельности не является доходным и направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

Заявитель, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, не привел доказательств того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о банкротстве задолженность перед кредиторами была бы погашена.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Наличие лишь факта необращения ответчика в арбитражный суд в определенный период с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует о том, что данные действия повлекли неплатежеспособность общества, установление задолженности само по себе не свидетельствует о совершении руководителем должника виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При этом само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться основанием для вывода о возникновении обязанности по подаче заявления.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу N 306-ЭС17-13670 (3), А12-18544/2015).

Доказательств того, что наступил критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по состоянию на вменяемую истцом дату не представлено.

Причины, по которым указанные задолженности в силу специфики деятельности ООО «УК Согласие», следовало считать безнадежными заявителем не указаны.

Согласно материалам дела, руководителем должника предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, общество  осуществляло  цикл  мероприятий  по содержанию  многоквратирных  домов.

Из материалов дела следует, что  в 2020 году руководитель должника направила в адрес руководителя АО «Каббалкэнерго» заявление о переводе расчетов по общедомовым нуждам напрямую с собственниками жилых помещений, с приложением протоколов общих собраний жильцов МКД с решением собственников об оплате электроэнергии на ОДН в ПАО «Каббалкэнерго». Данное заявление мотивировано тем, что в период пандемии коронавирусной инфекции, население отказывается осуществлять расходы на оплату общедомовых нужд управляющей компании, поскольку многие собственники жилых помещений оказались в сложном материальном положении, ввиду чего государством был введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве. После рассмотрения указанного заявления, расходы на оплату общедомовых затрат электроэнергии были отнесены напрямую собственникам жилых помещений. Фактически, последнее исковое заявление АО «Каббалкэнерго» на взыскание расходов на общие нужды было предъявлено за март 2021 года.

Как следует из приведенных данных о дебиторской задолженности, увеличение заметно лишь по состоянию на начало 2021 год. Об этом факторе руководитель и учредитель могли узнать при утверждении баланса за 2020 год, т.е. не позднее 31.03.2021, соответственно, срок для направления заявления в суд в таком случае истекал бы 01.05.2021, но на указанную дату судом уже рассматривалось настоящее  дело  о банкротстве.  Следовательно,  у руководителя и учредителя должника объективная обязанность инициировать дело о несостоятельности до 01.05.2021 отсутствовала. Следовательно, наступление негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, апелляционный  суд приходит к выводу, что финансовые показатели должника с сентября 2017 года вплоть до конца 2020 года не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у руководителя и учредителя должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в указанную конкурсным управляющим дату.

Таким образом, установленными по делу обстоятельствам и представленными доказательствами, подтверждается отсутствие со стороны ФИО3 и ФИО4 действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам.

Вменяя в вину ФИО3 совершение действий, ухудшивших материальное положение должника, что привело к несостоятельности общества, конкурсный управляющий не привел ни одно обстоятельство, указанное в статье 61.11 Закона о банкротстве. Руководителем должника не совершены сделки, направленные на отчуждение имущества должника, ФИО3 не уклонялась от передачи конкурсном управляющему документов о хозяйственной деятельности общества, не уничтожала документы, которые обязана была хранить и не допустила иных нарушений по ведению деятельности в обществе. Отклоняя доводы управляющего, что руководителем должника не принимались меры по взысканию с населения задолженности, суд первой инстанции обосновано учел сведения из выписки из абонентской базы, согласно которым на счет должника регулярно поступали средства в счет оплаты оказанных услуг по управлению многоквартирным домом и сохранение относительно одинаковой динамики роста кредиторской и дебиторской задолженности общества. На всем протяжении деятельности должника дебиторская задолженность всегда превышала размер кредиторской.

Суд первой инстанции верно принял во внимание, что  принятые самим конкурсным управляющим меры по взысканию дебиторской задолженности не привели к погашению уже существующей задолженности. Из направленных управляющим 276 заявлений о взыскании дебиторской задолженности, на общую сумму 2 916 786,47 рублей путем принудительного взыскания в конкурсную массу должника поступило всего 186 676 рублей 23 копейки. Согласно выписке о движении денежных средств по счетам должника от 19.01.2023 за период с 14.06.2022 по 19.01.2023 на расчетный счет должника поступило 36 052 рубля. Основанная часть денежных средств поступила в порядке исполнения исполнительных листов службой судебных приставов о взыскании дебиторской задолженности. При этом принудительное взыскание задолженности в судебном порядке связано с необходимостью несения дополнительных расходов, что в свою очередь привело бы к еще большему наращиванию кредиторской задолженности.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии требуемой совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Аналогичный правовой вывод изложен в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.11.2022 по делу № А63-10248/2020 и от 28.02.2023 по делу № А63-4287/2019, от 05.06.2023 по делу №А63-15997/2020.

Отказывая в удовлетворении заявления управляющего должника суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске срока на подачу данного заявления, исходя из следующего.

В силу норм статей 195, 196, 199 и 200 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности; общий срок исковой давности составляет три года; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Нормы права по порядку определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления неоднократно изменялись и законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и давности привлечения к ответственности является обеспечение эффективности реализации публичных функций и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления этих сроков давности лежит то, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с изменениями законодательства соответствующая правоприменительная практика также неоднократно изменялась.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в действующей редакции) заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. Сроки, указанные в абзаце 1 пункта 5 и абзаце 1 пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). 

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 ГК РФ) (пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -постановление N 53).

В силу пункта 59 постановления N 53 предусмотренный абзацем 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства).

Из материалов дела следует, что решением от 11.02.2020 в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника. Указанным решением конкурсным управляющим утвержден ФИО1 При этом, с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился только 20.05.2024, спустя более четырех лет с момента признания должника несостоятельным. Основаниями для привлечения к ответственности управляющий указал необращение руководителя должника и его учредителя в суд с заявлением о признании должника несостоятельным и доведение его до банкротства. Указанные обстоятельства, а также сведения о контролировавших должника лиц были известны управляющему при проведении анализа деятельности должника из полученных от руководителя должника документов, а также из открытых сведений из ЕГРЮЛ.

Учитывая, что производство по настоящему делу ведется в порядке упрощенного производства (ввиду отсутствия у должника имущества) очевидна невозможность полного удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника. Действуя разумно и профессионально, конкурсный управляющий с момента его утверждения должен был в первую очередь проверить возможность пополнения конкурсной массы должника за счет привлечения контролировавших его лиц к субсидиарной ответственности путем анализа добросовестности их поведения при осуществлении руководства обществом. Однако с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился спустя более чем 4 года с момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства и его утверждения в качестве конкурсного управляющего.

Между тем данный вывод суда первой инстанции апелляционным судом признается неверным на основании следующего.

Решением от 11.02.2022 в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника. 

Определением суда от 16.06.2022 (резолютивная часть от 14.06.2022) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Из установленных по делу обстоятельств следует, что  управляющий мог узнать об обстоятельствах, указанных в заявлении и обратиться с данным заявлением в суд не ранее 14.06.2022 следовательно, срок исковой давности по обращению с настоящим заявлением истекает 14.06.2025.  Вместе с тем управляющий обратился в суд 20.05.2024, то есть в переделах срока исковой давности.

Апелляционный суд, учитывая установленные обстоятельства по делу и отсутствие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, приходит к выводу о том, что ошибочный вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности, не привел к принятию неверного судебного акта.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.   

Расходы по уплате госпошлины распределяются согласно ст. 110 АПК РФ.

09.09.2024 вступили в силу положения Федерального закона от 08.08.2024 N 259-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах".

Согласно пп. 19 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции от 08.08.2024) по делам, рассматриваемым в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации арбитражными судами, государственная пошлина уплачивается при подаче апелляционной жалобы для физических лиц в размере 10 000 руб., для организаций - 30 000 руб.

Таким образом, в соответствии с пп. 19 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации за подачу апелляционной жалобы на решение, определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в рассматриваемом случае в размере 30 000 руб., учитывая дату подачи настоящей апелляционной жалобы (23.10.2024).

Поскольку апеллянтам при подаче апелляционной жалобы предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины, а апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, с апеллянта в доход федерального бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.09.2024 по делу № А20-1572/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Согласие» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                 Н.В. Макарова

Судьи:                                                                                                          З.А. Бейтуганов  

                                                                                                          Д.А. Белов