Четвертый арбитражный апелляционный суд 

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,

http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-8264/2020

16 ноября 2020 года

г. Чита

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Монаковой О.В., судей Корзовой Н.А., Сидоренко В.А. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "БРАТСКЭНЕРГОРЕМОНТ" на решение Арбитражного суда Иркутской области от 05 августа 2020 года по делу № А19-8264/2020 по иску общества с ограниченной ответственностью "БРАТСКЭНЕРГОРЕМОНТ" (665700, Иркутская область, город Братск, Планировочный район П 27, строение 8/39, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к ФИО2 (г. Братск) о привлечении к субсидиарной ответственности,

представители лиц участвующих в деле в судебное заседание не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "БРАТСКЭНЕРГОРЕМОНТ" (далее – ООО "БРАТСКЭНЕРГОРЕМОНТ", общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 525 334,76 руб. по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ «ПРОМСНАБ» (далее - ООО "ТД "ПРОМСНАБ").

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 05 августа 2020 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обжаловал его в апелляционном порядке. 

Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что   судом не учтено,   что в настоящем случае, должник осознанно не подавал отчетность в ИФНС (что и явилось основанием для исключения из ЕГРЮЛ), о чем руководитель должника не мог не быть осведомлен, однако каких-либо действий по прекращению процедуры исключения из ЕГРЮЛ не принял, с заявлением о банкротстве должника не обратился.

Невыполнение    руководителем требований   закона  об обращении    в арбитражный суд с  заявлением   должника   при наступлении обстоятельств, указанных   в  пункте1  статьи 9 Закона о банкротстве   влечет    неразумное и недобросовестное   принятие  дополнительных  долговых обязательств  в ситуации, когда    не могут быть исполнены  существующие  заведомую   невозможность удовлетворения   требований   новых кредиторов   и как следствие, убытки у них.

 Истцом самостоятельно предпринимались меры по недопущению исключения общества из ЕГРЮЛ, АО «Братскэнергоремонт» обращался в регистрирующий орган с возражением относительно ликвидации общества. 

Несмотря на предупреждения о привлечении к уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ, ФИО2, являясь служащим коммерческой организации, имея реальную возможность погасить имеющуюся задолженность ООО «ТД «Промснаб» перед АО «Братскэнергоремонт», в полном объеме, мер для исполнения вступивших в законную силу судебных решений не предпринимал, продолжал умышленно злостно их не исполнять.

Лицами, участвующим в деле отзывы на апелляционную жалобу не представлены.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания. 

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено  судом  первой  инстанции, решением Арбитражного суда Иркутской области от 12.07.2016 по делу №А19-5753/2016 удовлетворены исковые требования ЗАО «БРАТСКЭНЕРГОРЕМОНТ»; с ООО "ТД "ПРОМСНАБ" взыскано 395 500 руб. 03 коп. основного долга, 107 237 руб. пени, 9 430 руб. 73 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами, проценты за пользование чужими денежными средствами с суммы 395 500 руб. 03 коп. за период с 05.07.2016 года до момента фактической оплаты основного долга исходя из размера средних ставок банковского проценты по вкладам физических лиц, 13 167 руб. госпошлины по иску. 

Для принудительного исполнения решения суда выдан исполнительный лист серии ФС 006697098 от 17.08.2016.

Падунским ОСП г.Братска УФССП России по Иркутской области неоднократно возбуждались исполнительные производства №49636/16/38028-ИП, №59620/17/38028- ИП, №12056/18/38028-ИП.

Данные исполнительные производства окончены в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях на основании пункта 3 части 1 статьи 47 Закона N 229 "Об исполнительном производстве".

26.06.2018 налоговым органом внесена запись о прекращении деятельности ООО «ТД «ПРОМСНАБ» в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 года № 129-ФЗ.

На момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «ТД «ПРОМСНАБ» имело непогашенную задолженность перед истцом в сумме 525 334,76 руб.

Единственным учредителем (участником) и генеральным директором ООО «ТД «ПРОМСНАБ» являлся ФИО2.

Ссылаясь на то, что ФИО2, являясь единственным участником и директором ООО «ТД «ПРОМСНАБ», действовал недобросовестно, поскольку не предпринял никаких действий к погашению задолженности, допустил наличие у общества признаков недействующего юридического лица, не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «ТД «ПРОМСНАБ» из ЕГРЮЛ, истец обратился в арбитражный суд с требованием о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД «ПРОМСНАБ» и взыскании 525 334,76 руб.

Суд  первой  инстанции, отказывая в удовлетворении заявления,  пришел  к выводу о недоказанности   совокупности условий , необходимых  для привлечения  ответчика  к субсидиарной ответственности  и отсутствия причинной-следственной связи  между противоправными   действиями (бездействием) ответчика  и причиненными убытками. 

Суд  апелляционной  инстанции, исследовав  материалы дела, обсудив  доводы    жалобы, не  находит оснований для отмены  оспариваемого судебного акта, в связи со следующим.  

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регулируются Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО).

Согласно статье 2 Закона об ООО обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

В силу пункта 1, пункта 2 статьи 3 Закона об ООО общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом; общество не отвечает по обязательствам своих участников.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об ООО (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", действующей с 30.07.2017) исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В настоящем случае, положения пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО подлежат применению к спорным правоотношениям, поскольку вменяемые ответчику недобросовестные (неразумные) действия (бездействие), указываемые истцом в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность ФИО2 по обязательствам исключенного общества, имели место после указанной даты.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктам 1 и 2 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица, к которым отнесены: непредставление в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету; такое юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность и может быть исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 06.12.2011 N 26-П, в определениях от 17.01.2012 N 143-О-О и от 17.06.2013 N 994-О, такое правовое регулирование направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), поддержание доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления (пункт 3 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации).

Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 настоящего Федерального закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункт 4 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации).

Согласно пункту 7 статьи 22 Закона о государственной регистрации, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 настоящего Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из единого государственного реестра юридических лиц путем внесения в него соответствующей записи.

На основании пункта 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

Статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3).

Исходя из изложенных положений действующего законодательства, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица возлагается на лицо, требующее привлечения к субсидиарной ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При этом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как следует из материалов дела и установлено судом, у ООО «ТД «ПРОМСНАБ» имелась задолженность перед истцом на основании договора поставки № 51 от 05.09.2014, подтвержденная вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 12.07.2016 по делу №А19-5753/2016.

26.06.2018 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении ООО «ТД «ПРОМСНАБ» как недействующего юридического лица, при этом решение арбитражного суда осталось неисполненным. Меры, принимаемые в ходе исполнительного производства, возбужденного по исполнению решения суда, не привели к погашению задолженности.

По мнению истца, ответчик, являясь генеральным директором и единственным участником ООО «ТД «ПРОМСНАБ» действовал недобросовестно и неразумно, а именно, зная о наличии у ООО «ТД «ПРОМСНАБ» непогашенных обязательств перед истцом, он не предпринял никаких действий к ее погашению, в том числе не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «ТД «ПРОМСНАБ» из ЕГРЮЛ.

  Как  следует   из  материалов дела, истец обосновывает заявленные требования тем обстоятельством, что решение Арбитражного суда Иркутской области от 12.07.2016 по делу №А19-5753/2016 не может быть исполнено ввиду исключения из ЕГРЮЛ ООО «ТД «ПРОМСНАБ».

  Следовательно, для защиты   своих интересов на основании вышеизложенных положений действующего законодательства необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего, противоправность действий причинителя вреда (при презюмируемой вине) и наличие причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность органа юридического лица перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным органом юридического лица (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от органа юридического лица (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях органа юридического лица неразумных или недобросовестных действий, послуживших причиной невозможности исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

 Исследовав,  представленные   истцом в материалы дела   доказательства,  суд  апелляционной  инстанции соглашается с выводом  суда  первой  инстанции, что в действиях ответчика  не усматривается  недобросовестности, вины в форме умысла либо грубой неосторожности, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и неполучением истцом взысканной решением суда от 12.07.2016 по делу №А19-5753/2016 задолженности.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзацу второму пункта 1 Постановления Пленума N 62 негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Сам по себе факт неоплаты задолженности не свидетельствует о недобросовестности действий ФИО2 - ответчика, и не может являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В настоящем случае, истцом не доказано, что ответчик, управляя обществом, уклонялся от исполнения обязательств перед взыскателем при наличии достаточных денежных средств у общества или создавал условия для освобождения общества от задолженности.

Также наличие у общества непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как учредителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

  В отсутствие   достаточных и достоверных доказательств того, что ответчик скрывал имущество общества, выводил активы и т.д., а также, что не исключение должника из ЕГРЮЛ позволило бы в установленный срок вернуть долги, суд  первой  инстанции  правомерно   в удовлетворении  требований отказал. 

 Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Руководствуясь статьями 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 05 августа 2020 года по делу №А19-8264/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийО.В. Монакова

СудьиН.А. Корзова

В.А. Сидоренко