Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А45-8672/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2024 года. 

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                            Мальцева С.Д.,

судей                                                                            Сергеевой Т.А.,

Хлебникова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу федерального казенного учреждения «Сибирское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» на постановление от 14.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Аюшев Д.Н., Ходырева Л.Е., Чикашова О.Н.) по делу № А45-8672/2023 по иску федерального казенного учреждения «Сибирское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (630099, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Тайм» (199106, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Суд установил:

федеральное казенное учреждение «Сибирское окружное управление материально-технического снабжения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (далее – учреждение, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Тайм» (далее – общество, ответчик) о взыскании 91 829 руб. 57 коп. штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств по государственному контракту на закупку и поставку товаров от 25.12.2021 (далее – контракт), 2 371 руб. 64 коп. пени, начисленной в соответствии с пунктом 36 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее - Обзор от 28.06.2017), за период с 02.04.2022 по 17.06.2022.

Решением от 19.08.2023 Арбитражного суда Новосибирской области (судья ФИО1) иск удовлетворен частично: с общества в пользу учреждения взыскано 91 829 руб. 57 коп. штрафа, разрешен вопрос о судебных расходах; в остальной части иска отказано.

Постановлением от 14.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение суда от 19.08.2023 отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска, с учреждения в пользу общества взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, учреждение обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование кассационной жалобы заявитель полагает, что апелляционным судом при рассмотрении настоящего спора не учтена специфика сложившихся между сторонами правоотношений, подпадающих под правовое регулирование положений Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) и Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» (далее – Закон № 275-ФЗ); указывает, что судом первой инстанции верно квалифицировано заявленное требование как не попадающее под действие постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее - Постановление № 497); ссылается на то, что ответчик в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием введения моратория, продолжал осуществлять исполнение обязательств по иным государственным контрактам; приводит доводы об обоснованности начисления пени по пункту 36 Обзора от 28.06.2017.

Отзыв в порядке положений статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суду округа не представлен.

Определением от 11.04.2024 суд округа отложил судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы.

Определением от 03.05.2024 произведена замена судьи Крюковой Л.А. в составе суда на судью Хлебникова А.В. (статья 18 АПК РФ).

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Изучив кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, в соответствии с положениями Закона № 275-ФЗ на основании протокола подведения итогов электронного аукциона от 14.12.2021 № 312/2, идентификационный код закупки 211540601219754060100100003193230211, между учреждением (заказчик) и обществом (поставщик) заключен контракт, по условиям пункта 1.1 которого поставщик обязался поставить и передать заказчику спортивный инвентарь в количестве, качестве, ассортименте в соответствии с ведомостью (спецификацией) поставки, а заказчик обязался оплатить этот товар по цене в размере 918 295 руб. 74 коп. (пункт 1.3 контракта).

В соответствии с пунктом 5.1 контракта поставщик производит поставку товара с 10.01.2022 по 01.04.2022 (включительно).

В силу пункта 8.4 контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, ему начисляется штраф в размере 10% цены контракта.

В связи с ненадлежащим исполнением поставщиком обязательств по контракту (поставкой товара ненадлежащего качества, допущенного нарушения согласованного срока поставки) 30.05.2022 учреждением принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, вступившее в силу после истечения срока его действия (до 31.05.2022, пункт 13.1 контракта).

Учреждение направило обществу претензию от 21.06.2022 с требованиями уплаты пеней и штрафа.

Отсутствие со стороны поставщика действий по добровольному удовлетворению претензионных требований учреждения явилось основанием обращения последнего в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 2, 309, 310, 401, 425, 511, 525 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 9, 34, 95 Закона № 44-ФЗ, пунктом 36 Обзора от 28.06.2017, условиями контракта и исходил из наличия оснований для взыскания единовременного штрафа за каждый факт ненадлежащего исполнения обществом обязательств по контракту.

Признав решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, совершенное после истечения периода действия контракта, не создающим правовые последствия в материально-правовом смысле в виде права заказчика на взыскание неустойки, суд указал на неправомерность начисления учреждением санкции по пункту 36 Обзора от 28.06.2017 с учетом срока действия контракта.

Указанные обстоятельства позволили Арбитражному суду Новосибирской области принять решение о частичном удовлетворении иска.

Повторно рассматривая спор, апелляционная коллегия дополнительно руководствовалась статьями 314, 457 ГК РФ, статьями 9.1, 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), положениями Постановления № 497, пунктами 2, 5, 7, 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 44), правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845.

Констатировав, что обязанность передать товар по контракту возникла у общества до введения моратория, апелляционный суд счел его распространяющим свое действие на спорные правоотношения сторон, отменил решение суда, принял новый судебный акт об отказе в иске.

Спор по существу разрешен судом апелляционной инстанции правильно.

Положения статьи 2 Закона № 275-ФЗ предусматривают, что правовое регулирование отношений в сфере государственного оборонного заказа основывается на Конституции Российской Федерации и осуществляется в соответствии с Бюджетным кодексом Российской Федерации, ГК РФ, Законом № 275-ФЗ, федеральными законами в области обороны и безопасности Российской Федерации, поставок продукции для обеспечения федеральных нужд, законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, а также принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ законодательство о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях ГК РФ.

В связи с этим при разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, необходимо руководствоваться нормами Законов № 44-ФЗ, № 275-ФЗ, толкуемыми во взаимосвязи с положениями ГК РФ, а при отсутствии специальных норм - непосредственно нормами ГК РФ.

На основании положений статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями и иными обычно предъявляемыми требованиями.

Исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (статья 329 ГК РФ).

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По смыслу закона неустойка является мерой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, направленной на восстановление нарушенного права. Размер неустойки может быть установлен в твердой сумме (штраф) или в виде периодически начисляемого платежа (пени), о чем указано в абзаце первом пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

При этом допускается как применение нескольких неустоек в указанных формах (пени или штраф), начисляемых независимо друг от друга за различные нарушения, так и применение комбинации штрафа и пени как способа определения размера неустойки, применяемой за одно нарушение. Природа установленной в договоре либо законе неустойки и ее цели (покрытие возможных убытков кредитора или наказание должника) устанавливаются путем толкования соответствующих положений.

Истолкование положений частей 6, 7, 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в их взаимосвязи позволяет сделать вывод о том, что законодательство о контрактной системе отделяет просрочку исполнения обязательства от иных нарушений поставщиком обязательств и устанавливает специальную ответственность за просрочку исполнения обязательства в виде пени. Неисполнение поставщиком обязательств по государственному контракту свидетельствует как о просрочке исполнения обязательства (нарушение срока выполнения работ), так и о нарушении условий контракта в целом (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2017 № 302-ЭС16-14360, от 20.12.2018 № 310-ЭС18-13489, от 22.07.2021 № 302-ЭС21-7074, от 27.10.2022 № 305-ЭС22-13848).

Согласно частям 2, 3 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

В пунктах 3, 10 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (части 3 и 4 статьи 425 ГК РФ).

Статьей 5 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» Закон о банкротстве дополнен статьей 9.1, предоставляющей Правительству Российской Федерации в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) право на введение временного моратория на возбуждение дел о банкротстве.

На основании подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 63 Законом о банкротстве к числу последствий вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения отнесено приостановление начисления неустойки (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый).

На основании пункта 7 Постановления № 44 в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 22.02.2023 № 305-ЭС22-22860, от 16.10.2023 № 307-ЭС23-10295, введенный Постановлением № 497 мораторий носит всеобщий характер, распространяет свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений, за редким исключением лиц, прямо указанных в пункте 2 данного постановления, под перечень которые ответчик не подпадает.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, правильно распределив между сторонами бремя доказывания обстоятельств, имеющих юридическое значение, установив факт нарушения ответчиком (поставщиком) обязательств по поставке товара, возникших до введения моратория (срок поставки с 10.01.2022 по 01.04.2022 (включительно)), констатировав отсутствие оснований для взыскания с общества санкции по пункту 36 Обзора от 28.06.2017 с учетом срока действия контракта, исходя из правомерности привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания штрафа за ненадлежащее исполнение им обязательств по контракту, усмотрев наличие оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям моратория на начисление финансовых санкций, введенного Постановлением № 497, указав, что для целей квалификации требований в качестве текущих или реестровых имеет значение дата возникновения обязанности должника по встречному представлению в своей части обменной сделки (в рассматриваемом случае момент возникновения обязательства по поставке товара), апелляционный суд аргументированно отказал в удовлетворении иска.

Суд кассационной инстанции полагает, что подобная оценка соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Сделанные судом апелляционной инстанции выводы соответствуют законодательству, находятся в пределах судейской дискреции и не нарушают прав лиц, участвующих в деле, поэтому суд кассационной инстанции соглашается с позицией апелляционной коллегии.

Отклоняя довод кассатора в части его несогласия с применением к штрафной санкции требований Постановления № 497, суд округа исходит из следующего.

Действие Закона о банкротстве распространяется лишь на юридические лица, которые могут быть признаны несостоятельными (банкротами) в соответствии с ГК РФ (пункт 2 статьи 1 Закона о банкротстве).

По смыслу абзаца четвертого статьи 2 и пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (в частности, неустойка), являются денежным обязательством, хотя и не учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015)).

Введенный Постановлением № 497 мораторий на удовлетворение требований кредиторов как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки хозяйствующим субъектам.

Последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о банкротстве, порядок применения которой также разъяснен в Постановлении № 44.

В силу пункта 7 Постановления № 44 в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Указанные положения не ограничивают возможность применения моратория исключительно к повременным санкциям, выделяют в качестве признака, характеризующего возможность применения моратория, момент возникновения требований, нарушение которых явилось основанием для начисления неустойки. Это коррелирует с целями введения моратория в отношении обязательств, возникших до 01.04.2022, когда сторона такого обязательства не знала о предстоящем ухудшении общей экономической ситуации не могла предвосхищать очевидную затруднительность исполнения. Именно поэтому для соответствующих требований в период действия моратория наступает правовой вакуум, исключающий применение установленной законом или договором формы ответственности.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845 сформулирован правовой подход, согласно которому действие моратория распространяется как на денежные, так и на иные имущественные требования, поскольку обратное толкование противоречит целям его применения как антикризисного инструмента, направленного на минимизацию последствий санкционного режима и обеспечение стабильности экономики государства, с учетом того, что неденежное имущественное обязательство, как правило, скрывает за собой финансовые вложения. Данный вывод может повлечь оказание меры поддержки только тем должникам, которые осуществляют исполнение в денежной форме, что в нарушение конституционно значимых принципов правового регулирования приведет к фундаментальному неравенству между участниками гражданского оборота (статья 19 Конституции Российской Федерации, статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028.

По смыслу разъяснений, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2023 № 305-ЭС22-22860, главная цель принятия Постановления № 497, сформулированная в его преамбуле, мотивирована ссылкой на пункт 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве. Указанная норма закона направлена на обеспечение таких элементов публичного порядка Российской Федерации как стабильность экономики (экономическая безопасность государства). Именно этими ценностями публичного порядка Российской Федерации обусловлено введение моратория.

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.), устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер, оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и разумного оправдания.

Принятие постановления Правительства № 497 с учетом положений статьи 9.1 Закона о банкротстве обусловлено необходимостью поддержки российской экономики и предполагает помощь всем субъектам экономического оборота. Иной подход нарушает принцип юридического равенства между активно участвующими в гражданском обороте муниципальными, государственными учреждениями, предприятиями и прочими участниками экономических отношений, которые окажутся в менее выгодном положении, нежели коммерческие организации и предприниматели, на которых распространяется освобождение от уплаты финансовых санкций в период введенного Постановлением № 497 моратория.

Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Применение правовых норм об ответственности к правонарушителю является вопросом права, что относится к исключительной компетенции суда (пункт 1 статьи 168 АПК РФ), пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»), с учетом чего разрешения судом вопроса о распространении на спорные правоотношения норм о моратории, носящих императивный характер, является его обязанностью.

Суд округа не усматривает оснований для переоценки выводов апелляционного суда в данной части как не противоречащие правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Помимо прочего, суд округа учитывает следующее.

Как указано в абзаце втором пункта 7 Постановления № 44, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Сказанное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2023 № 307-ЭС23-10295, а также пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2021), утвержденного 10.11.2021.

При этом доводы взыскателя о том, что должник не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, при непредставлении данных доказательств, а также доказательств, позволяющих сделать вывод об осуществлении должником гражданских прав исключительно с намерением причинить вред взыскателю, об ином заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав (злоупотреблении правом), равно как и сам по себе факт подтверждения платежеспособности должника, не могут служить основанием для принятия к последнему мер, предусмотренных статьей 10 ГК РФ.

С учетом вышеуказанного нормативного регулирования лица, на которые распространяется мораторий, не обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от ответственности за нарушение обязательств в период действия моратория.

Опровержение презумпции освобождения от ответственности в силу действия моратория возможно лишь в исключительных случаях и при исчерпывающей доказанности соответствующих обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.03.2024 № 301-ЭС23-23499).

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Возражая против применения моратория к ответчику, истец в доводах кассационной жалобы ссылается на обстоятельства исполнения обществом обязательств по иным государственным контрактам.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022, по смыслу статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Следовательно, сама по себе деятельность должника, являющегося коммерческой организацией, направленная на систематическое получение прибыли, не может служить основанием для отказа в применении моратория.

Учитывая изложенное, принимая во внимание общую экономическую направленность мер по поддержке российской экономики, непредставлением истцом доказательств, свидетельствующих о том, что ответчиком допущено заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, апелляционный суд правомерно применил положения Постановления № 497.

Аргументы кассатора о наличии оснований для взыскания пени по пункту 36 Обзора от 28.06.2017 основаны на неверном толковании положений гражданского законодательства. По условиям заключенного между учреждением и обществом контракта стороны не предусмотрели ответственность за нарушение принятых на себя обязательств после прекращения договора, при этом указанный истцом период просрочки исполнения обязательства, возникшего до 01.04.2022, также приходится на срок действия моратория.

При указанных обстоятельствах, в отсутствие явного соглашения сторон об ином, прекращение действия контракта не изменяет последствий нарушения, допущенного в период его исполнения, поскольку сформированная между сторонами правовая связь теряет свое значение лишь на будущее.

С учетом изложенного и принимая во внимание установленные положениями статьи 286 АПК РФ пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции, суд округа считает обжалуемый судебный акт принятым при правильном применении норм материального и процессуального права, а содержащиеся в нем выводы не противоречащими установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта в кассационном порядке не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 14.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-8672/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  С.Д. Мальцев

 

Судьи                                                                                                                 Т.А. Сергеева

 

А.В. Хлебников