АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, 

<

...>, тел. 

<

***>, факс 

<

***>

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А05-8250/2025

г. Архангельск

12 сентября 2025 года

 

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Звездиной Л.В., рассмотрев в порядке упрощенного производства заявление о составлении мотивированного решения от 09.09.2025, поданное в дело по заявлению Банка ВТБ (публичное акционерное общество)  (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 191144, Санкт-Петербург, пер.Дегтярный, д. 11, литер А) к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 163072, 

<

...>) о признании незаконным и отмене постановления, с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 (место жительства: 164110, Архангельская область, Каргопольский район, г. Каргополь),

установил:

Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – заявитель, банк) обратился в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ответчик, управление) о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 44/25/29000-АП от 24.06.2025. 

Определением от 09.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1 (далее – ФИО1, должник). 

Управление в отзыве на заявление с требованием заявителя не согласилось. 

Третье лицо письменное мнение на заявление не представило.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 АПК РФ. 

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 05.09.2025, принятым путем подписания резолютивной части, в удовлетворении заявления отказано. Резолютивная часть решения размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 05.09.2025.

09.09.2025 от заявителя поступило ходатайство об изготовлении мотивированного решения по делу.

Поскольку срок для подачи заявления об изготовлении мотивированного решения заявителем соблюден, суд в соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ изготавливает мотивированное решение по правилам главы 20 АПК РФ.

Поводом к оспариванию постановления послужили следующие фактические обстоятельства, установленные арбитражным судом при рассмотрении дела.

В связи с обращением ФИО1 управление на основании определения № 29922/25/19983 от 22.04.2025 возбудило дело об административном правонарушении и провело административное расследование. Ответчик установил, что между банком и ФИО1 заключены кредитные договоры, по которым последней предоставлены денежные средства. В связи со сложной финансовой ситуацией ФИО1 не имела возможности погашать задолженность по кредитам. Начиная с марта 2025 года, ей стали поступать звонки, сообщения с требованиями немедленно погасить задолженность.  Звонки поступали на ее личный номер телефона и на номер телефона, указанный ею в заявлении-анкете при оформлении договоров в качестве рабочего номера телефона.

Определением № 29922/25/19982 от 22.04.2025 управление истребовало у банка копии кредитных договоров, заключенных с ФИО1, со всеми приложениями и дополнениями, а также указало на необходимость представления информации об имеющейся задолженности, о действиях банка, направленных на взыскание просроченной задолженности, об осуществленных телефонных переговорах, направленных сообщениях, иных способах взаимодействия с должником по вопросу взыскания задолженности, в том числе взаимодействия с привлечением иных лиц.

В ответ на это определение банк представил управлению ответ от 05.05.2025 № 19737/455370, согласно которому между банком и ФИО1 заключены кредитные договоры от 30.08.2021 № 625***6813 (далее – договор 1) и от 05.05.2023 № V625***0573 (далее – договор 2), по которым у последней образовалась просроченная задолженность с 10.03.2025 (по договору 2) и с 21.03.2025 (по договору 1). Заявитель также представил в управление информацию о способах взаимодействия, направленных на возврат просроченной задолженности, аудиозаписи телефонных разговоров на материальном носителе. Кроме того, банк указал, что договоры не передавались для проведения мероприятий по взысканию третьим лицам.

По результатам административного расследования ответчик пришел к выводу о том, что заявитель при совершении действий по возврату просроченной задолженности ФИО1 допустил нарушение требований Федерального закона от 03.07.2016    № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон № 230-ФЗ).

Уведомлением от 22.05.2025 № 29922/25/23311 управление известило банк о времени и месте составления протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ (получено заявителем 01.06.2025).

10 июня 2025 г. ответчик в отсутствие законного представителя и защитника банка, потерпевшего составил протокол № 44/25/29000-АП об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ). Определением от 10.06.2025 управление известило банк о времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении, указанное определение было направлено заявителю и получено последним 21.06.2025.

По результатам рассмотрения дела об административном правонарушении ответчик в отсутствие законного представителя и защитника банка, потерпевшего вынес постановление о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 44/25/29000-АП от 24.06.2025, которым заявитель привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ, в виде административного штрафа в размере 70 000 руб.

Заявитель с постановлением не согласился и обратился в арбитражный суд. В обоснование требований банк ссылается на то, что при заключении кредитных договоров от должника получено письменное согласие на взаимодействие с третьими лицами при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. Кроме того, в спорных периодах при успешном соединении непосредственное взаимодействие с третьим лицом по рабочему номеру должника не состоялось, а в остальном имели место лишь неуспешные попытки телефонного соединения.

Управление просило отказать в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что заявленное требование не подлежит удовлетворению на основании следующего.

Частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за совершение кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 данной статьи, в виде наложения административного штрафа на юридических лиц в размере от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей.

Объектом правонарушения являются общественные отношения в сфере потребительского кредита (займа). Объективной стороной административного правонарушения является совершение юридическим лицом, являющимся кредитором, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. Субъектами данного правонарушения являются кредиторы или лица, действующие от их имени, осуществляющие деятельность по возврату просроченной задолженности. Субъективная сторона характеризуется виной.

Состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ, является формальным, и для привлечения лица к административной ответственности достаточно самого факта нарушения вне зависимости от наступивших в результате совершения такого правонарушения последствий.

Закон № 230-ФЗ устанавливает правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств. Указанный закон принят законодателем в целях защиты прав и законных интересов физических лиц. Определенные Законом № 230-ФЗ пределы взаимодействия и ограничения действий указанных лиц установлены в целях исключения излишнего воздействия на должника. В силу норм Закона № 230-ФЗ кредитор не вправе предпринимать действия, направленные на взыскание просроченной задолженности, за пределами предусмотренных им ограничений.

Согласно части 1 статьи 4 Закона № 230-ФЗ при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор вправе взаимодействовать с должником, используя, в том числе, телефонные переговоры (непосредственное взаимодействие). При этом согласно части 5 статьи 4 Закона № 230-ФЗ направленное на возврат просроченной задолженности взаимодействие по инициативе кредитора с любыми третьими лицами может осуществляться только при одновременном соблюдении следующих условий: 1) имеется согласие должника на осуществление направленного на возврат его просроченной задолженности взаимодействия с третьим лицом; 2) имеется согласие третьего лица на осуществление с ним взаимодействия.

На основании части 4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ в начале каждого случая непосредственного взаимодействия по инициативе кредитора посредством телефонных переговоров должнику должны быть сообщены: 1) имя и индивидуальный идентификационный код физического лица, осуществляющего такое взаимодействие, присвоенный кредитором, либо при отсутствии индивидуального идентификационного кода фамилия, имя и отчество (при наличии) физического лица, осуществляющего такое взаимодействие; 2) наименование кредитора; 3) сведения о наличии просроченной задолженности, в том числе ее размер. В начале каждого случая непосредственного взаимодействия по инициативе кредитора с использованием автоматизированного интеллектуального агента должнику должны быть сообщены: 1) условное наименование и индивидуальный идентификационный код автоматизированного интеллектуального агента, с использованием которого осуществляется такое взаимодействие, присвоенные кредитором; 2) наименование кредитора; 3) сведения о наличии просроченной задолженности, в том числе ее размер (часть 4.1 статьи 7 Закона № 230-ФЗ).

В силу подпунктов «а», «б», «в» пункта 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ по инициативе кредитора не допускается непосредственное взаимодействие с должником посредством телефонных переговоров более одного раза в сутки; более двух раз в неделю; более восьми раз в течение календарного месяца.

Согласно части 1 статьи 6 Закона № 230-ФЗ при осуществлении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор обязан действовать добросовестно и разумно.

При этом положения, предусмотренные пунктом 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, устанавливающие ограничения частоты взаимодействия с должником, применяются кредитором в отношении каждого самостоятельного обязательства должника (часть 11 статьи 7 Закона № 230-ФЗ).

Как следует из материалов дела, банк по своей инициативе в нарушение подпункта «а» пункта 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ осуществил непосредственное взаимодействие с третьим лицом посредством телефонных переговоров по номеру телефона, указанному должником в качестве рабочего номера, с превышением допустимого количества, т.е. более одного раза в сутки (с учетом двух договоров), а именно: 15.03.2025 совершил 6 звонков (в 12:38, в 14:39, в 16:46, в 18:02, в 18:18, в 18:46); 20.03.2025 - 11 звонков (в 10:45, в 11:07, в 11:45, в 12:52, в 13:08, в 13:26, в 15:06, в 15:22, в 15:39, в 16:22, в 16:33); 21.03.2025 - 5 звонков (в 14:13, в 14:45, в 15:48, в 17:11, в 17:25); 28.03.2025 - 2 звонка (в 11:35 и в 11:51); 01.04.2025 - 2 звонка (в 08:38 и в 14:42); 03.04.2025 - 2 звонка (в 09:58 и в 17:32); 04.04.2025 - 2 звонка (в 08:26 и в 14:32); 05.04.2025 - 2 звонка (в 09:21 и в 10:23); 10.04.2025 - 6 звонков (в 14:11, в 14:30, в 14:47, в 15:58; 16:14, в 16:29).

В нарушение подпункта «б» пункта 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ по инициативе банка осуществлено непосредственное взаимодействие с третьим лицом посредством телефонных переговоров по номеру телефона, указанному должником в качестве рабочего номера, с превышением допустимого количества - более двух раз в неделю (с учетом двух договоров), а именно: 15.03.2025 - 6 звонков; с 20.03.2025 по 21.03.2025 - 16 звонков; с 01.04.2025 по 05.04.2025 - 9 звонков; 10.04.2025 - 6 звонков.

В нарушение подпункта «в» пункта 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ по инициативе банка осуществлено непосредственное взаимодействие с третьим лицом посредством телефонных переговоров по номеру телефона, указанному должником, как рабочий номер, с превышением допустимого количества - более восьми раз в месяц (с учетом двух договоров), а именно, в период календарного месяца с 15.03.2025 по 28.03.2025 совершено 24 звонка.

Суд отмечает, что приведенные банком сведения о результатах многочисленных попыток коммуникаций с третьим лицом, не являющимся  должником, не являются признаком согласия последнего на коммуникацию, такое количество свидетельствует о явном избегании общения (явном нежелании продолжения текущего взаимодействия) со стороны третьего лица. Иное означало бы попытки заставить иное лицо (не должника) выслушивать по телефону всю предусмотренную частью 4 либо частью 4.1 статьи 7 Закона № 230-ФЗ информацию, что противоречит целям законодательного регулирования по исключению излишнего воздействия на должника (иных лиц).

Как следует из представленной таблицы взаимодействия, банк позвонил 27.02.2025 и 09.03.2025 по номеру телефона, указанному должником в заявлении-анкете при оформлении договоров в качестве рабочего номера телефона, и установил, что ему ответило третье лицо, которому должник не известен. При этом банк продолжил попытки коммуникаций с третьим лицом в отсутствие согласия должника и третьего лица.

Довод заявителя о получении согласия должника на осуществление взаимодействия с третьими лицами при заключении кредитного договора со ссылкой при этом на положения гражданского законодательства и, как следствие, правомерности осуществления взаимодействия с третьими лицами, суд отклоняет как ошибочный.  Положения части 5 статьи 4 Закона № 230-ФЗ распространяются на любых третьих лиц, независимо от их отношения к должнику (родственник, коллега, сосед и т.д.), и устанавливают условия, которые кредитор обязан выполнить при осуществлении взаимодействия с третьим лицом по вопросу возврата просроченной задолженности. К таким условиям в первую очередь относится получение соответствующего согласия должника и третьего лица. При этом в соответствии с частью 6 статьи 4 Закона № 230-ФЗ такое согласие должника и (или) третьего лица на обработку персональных данных должно быть дано в письменной форме в виде отдельного документа. При этом под должником понимается физическое лицо, имеющее просроченное денежное обязательство, следовательно, указанное согласие не может быть получено в момент подписания кредитного договора.

Банк в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил в суд согласия должника и третьих лиц на взаимодействие по возврату просроченной задолженности, оформленные после 10.03.2025 по договору 2 и после 21.03.2025 по договору 1.

Таким образом, управление пришло к правильному выводу о том, что банк, осуществляя телефонные звонки на номер телефона, указанный должником при оформлении договоров в качестве рабочего номера телефона, нарушил требования частей 5, 6 статьи 4 Закона № 230-ФЗ, т. е. осуществил взаимодействие с третьим лицом без его согласия и согласия должника.

Суд отклоняет доводы банка об отсутствие нарушения им количественного взаимодействия, установленного пунктом 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, в силу следующего.

Согласно части 4.4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ в целях соблюдения требований, установленных частью 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, учету подлежат случаи состоявшегося по инициативе кредитора непосредственного взаимодействия, которое признается таковым при соблюдении одного из следующих условий: 1) если до сведения должника при непосредственном взаимодействии посредством телефонных переговоров доведена информация, предусмотренная частью 4 настоящей статьи, а при непосредственном взаимодействии с использованием автоматизированного интеллектуального агента информация, предусмотренная частями 4.1 и 4.3 настоящей статьи; 2) должник в явной форме сообщил о нежелании продолжать текущее взаимодействие.

Вместе с тем частью 3 статьи 6 Закона № 230-ФЗ установлено, что если иное не предусмотрено федеральным законом, кредитор при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, не вправе без согласия должника передавать (сообщать) третьим лицам или делать доступными для них сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника.

Соответственно, без согласия должника и третьего лица банк не может инициировать непосредственное взаимодействие с третьим лицом, так как в таком случае он не вправе доводить до сведения третьего лица посредством телефонных переговоров информацию, предусмотренную частью 4 либо частью 4.1 статьи 7 Закона № 230-ФЗ.

Банк, зная, что в отсутствие согласия должника и третьего лица не вправе передавать последнему какую-либо информацию о должнике и его задолженности, располагая информацией о том, что телефонный номер, указанный должником в качестве рабочего, ему не принадлежит тем не менее осуществлял телефонные переговоры с третьим лицом, нарушая количественное взаимодействие, установленное Законом № 230-ФЗ.

Следовательно, прерывание третьим лицом разговора по смыслу пункта 2 части 4.4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ свидетельствует о его явном и фактическом нежелании продолжать коммуникации с банком и одновременно с этим  обладает признаками состоявшегося непосредственного взаимодействия, приведшего к осознанному пресечению (избеганию) третьим лицом телефонного разговора. Аналогичный вывод содержится и в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.08.2025 № Ф07-6068/2025 по делу № А56-90995/2024.

Судом установлено,  что в большинстве перечисленных выше случаев соединение с абонентом состоялось, но разговор прерывался (был обрыв соединения). Если по каким-либо причинам связь была прервана, то это не является основанием для совершения кредитором последующего звонка, влекущего нарушение количественного взаимодействия. Законодателем установлено конкретное количество телефонных переговоров в сутки, неделю, месяц, а не количество успешных (состоявшихся с должником (иным лицом)) переговоров. Недоведение банком до сведения третьего лица информации, предусмотренной частью 4 либо частями 4.1, 4.3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, не дает ему право звонить третьему лицу неограниченное количество раз. Положения Закона № 230-ФЗ закрепляют право, а не обязанность должника (иного лица) выслушивать сообщения кредитора. При этом соблюдение установленных пределов частоты взаимодействия с должником является обязанностью кредитора. Иное толкование правовых норм, в том числе заявленное банком, создает ситуацию для возможных злоупотреблений со стороны кредитора. Банк, осуществляя неограниченное число неудачных попыток взаимодействия, набирая номер должника (иного лица), нарушает неприкосновенность частной жизни, отнесенной законодательством к нематериальным благам, подлежащим защите всеми предусмотренными законом способами.

Суд отмечает, что устанавливая пределы частоты взаимодействия, законодатель преследовал цель ограничить должника (иных лиц) от излишнего (неразумного) воздействия со стороны кредиторов и лиц, действующих в их интересах. Данный правовой подход сформирован Верховным Судом Российской Федерации в постановлении от 04.04.2023                 № 41-АД23-1-К4, банк должен был его учесть.

Кроме того, неоднократное совершение телефонных звонков, направленных на возврат просроченной задолженности, на которые третье лицо не отвечает, либо которые оно отклоняет, выражая явное нежелание продолжать взаимодействие с кредитором, свидетельствует о злоупотреблении правом кредитором, что в силу пункта 6 части 2 статьи 6 Закона № 230-ФЗ не допускается.

Банк, ссылаясь на положения части 4.4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил в суд расшифровки телефонных разговоров с третьим лицом.

Таким образом, ответчик обоснованно пришел к выводу о том, что действия заявителя, направленные на возврат просроченной задолженности, не были разумными и добросовестными, банк нарушил установленную подпунктами «а», «б», «в» пункта 3 части 3 статьи 7 Закона № 230-ФЗ периодичность взаимодействия с третьим лицом.

Факт нарушения банком Закона № 230-ФЗ подтвержден материалами дела, в том числе таблицей взаимодействия, протоколом об административном правонарушении, доказательств обратного банком не представлено. Указанное обстоятельство свидетельствует о доказанности наличия в действиях заявителя события административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ.

Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых указанным Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Банк не представил доказательства, свидетельствующих о принятии всех зависящих от него мер по соблюдению требований Закона № 230-ФЗ. Материалы дела не содержат неустранимых сомнений в виновности заявителя, в деле отсутствуют доказательства того, что вменяемое заявителю правонарушение было вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и препятствиями, находящимися вне контроля банка.

Таким образом, вина заявителя в совершении вмененного административного правонарушения установлена, в деянии банка имеется состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ.

Суд установил, что протокол об административном правонарушении составлен, а оспариваемое постановление вынесено полномочными должностными лицами. Нарушений порядка рассмотрения материала об административном правонарушении судом не установлено. Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ, на день принятия управлением постановления не истек. Следовательно, управление правомерно вынесло оспариваемое постановление.

Суд не усмотрел оснований для признания совершенного банком административного правонарушения малозначительным (статья 2.9 КоАП РФ), для замены административного штрафа на предупреждение (статья 4.1.1 КоАП РФ), а также для назначения наказания ниже низшего предела санкции в порядке части 3.2, части 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ.

Санкция части 1 статьи 14.57 КоАП РФ предусматривает наказание для юридических лиц в виде штрафа в размере от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей. Оспариваемым постановлением заявителю назначен штраф в размере 70 000 руб., то есть в пределах установленной санкции, с учетом  характера совершенного административного правонарушения, обстоятельства, отягчающего административную ответственность (совершения правонарушения повторно, что подтверждается постановлением ГУФССП по Краснодарскому краю № 128/24/23922-АД от 18.07.2024, вступившим в законную силу 04.02.2025).

На основании изложенного оспариваемое постановление является законным и обоснованным, поэтому заявленное требование банка не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьями 207-211, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении заявления о признании незаконным и отмене постановления № 44/25/29000-АП от 24.06.2025 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении, принятого в г. Архангельске Управлением федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в отношении Банка ВТБ (публичное акционерное общество), зарегистрированного в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>, находящегося по адресу: 191144, Санкт-Петербург, пер.Дегтярный, д. 11, литер А.

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения – со дня принятия решения в полном объеме.

Судья

Л.В. Звездина