ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-21887/2019

г. Вологда

18 декабря 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 18 декабря 2024 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В., 

         при участии от общества с ограниченной ответственностью «КУБ СПб» представителей ФИО1 по доверенности от 14.11.2023 и ФИО2 по доверенности от 21.06.2022; от общества с ограниченной ответственностью «КУБ-Строй» представителей ФИО1 по доверенности от 14.11.2023, ФИО2 по доверенности от 21.06.2022 и ФИО3 по доверенности от 28.10.2024; от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление 55» ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 20.04.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КУБ СПб» и общества с ограниченной ответственностью «КУБ-Строй» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 июня 2024 года по делу № А13-21887/2019,  

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Вологодской области 14.01.2021 общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление 55» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; место нахождения: 160019, 

<

...>; далее – Должник) признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

На основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определением от 18.01.2022 в составе суда произведена замена на судью Артюшичева И.С.

Конкурсный управляющий 13.06.2023 обратился в суд с заявлением к обществам с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «КУБ СПб» и «КУБ-строй» о признании недействительной сделкой соглашение о зачете встречных однородных требований от 03.10.2019, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «КУБ-СПб» 3 254 090 руб. 56 коп., с ООО «КУБ-строй» 1 090 938 руб. 72 коп. в конкурсную массу Должника.

Определением от 18.01.2024 к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 и акционерное общество «Беатон» (далее – АО «Беатон»).

Определением от 13.06.2024 заявленные требования удовлетворены частично; признаны недействительными соглашения о зачете встречных однородных требований от 03.10.2019, заключенные Должником с                        ООО «КУБ-строй», ООО «КУБ СПб», применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с обществ в конкурсную массу Должника 1 090 938 руб. 72 коп., 1 107 166 руб., 203 047 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано. Распределены судебные расходы.

В апелляционной жалобе и в дополнениях к ней ООО «КУБ-СПб» и ООО «КУБ-строй» просят отменить определение суда от 13.06.2024 в части удовлетворения заявления и отказать в удовлетворении заявленных требований. По мнению апеллянтов, суд ошибочно квалифицировал сделки в качестве зачетов без учета выработанных Верховным Судом Российской Федерации правовых подходов относительно сальдирования встречных однородных требований. Ссылаясь на определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2022 № 305-ЭС21-14470 (1, 2), аффилированность Должника и                 ООО «СК Балтия», полагают, что все хозяйственные операции суду следовало рассмотреть как совершенные одним лицом, оценить их реальность. С учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 считают, что выводы суда о мнимости оспариваемых соглашений являются незаконными и необоснованными; оспаривание соглашений производилось по специальным нормам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), выход за пределы диспозиции статьи 61.3 Закона о банкротстве не доказан. При этом, предпочтительного удовлетворения требования ответчика перед другими кредиторами не доказано, равно как и совокупности оснований для признания сделок недействительными на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Совокупный доход Должника по сделке составил 49 748 073 руб. 51 коп. и превышал размер неисполненных обязательств. По мнению апеллянтов, ухудшение финансового состояния Должника вследствие оспариваемых сделок не произошло. Суд, принимая во внимание пороки в документах третьих лиц, ошибочно возложил на апеллянтов бремя доказывания отрицательных фактов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803 (10)). Отмечают, что судом безосновательно не принята во внимание необходимость выполнения Должником общего перечня работ, поставленная акционерным обществом (далее – АО) «Ариэль Металл» и ООО «ТД БРМ» арматура. Полагают, что содержание резолютивной части определения противоречит выводам, изложенным в мотивировочной части. Считают пропущенным срок исковой давности в связи с оспариванием сделок по специальным основаниям и осведомленностью заявителя об обстоятельствах сделок при рассмотрении иных споров по данному делу (определение от 22.11.2022).

Определением от 21.10.2024 рассмотрение жалобы отложено, определением от 21.11.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 05.12.2024.

На основании статьи 18 АПК РФ определением от 21.11.2024 в составе суда произведена замена судьи Кузнецова К.А. на судью Шумилову Л.Ф., рассмотрение спора начато сначала.

В судебном заседании представители апеллянтов поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в дополнениях к ней.

Представитель конкурсного управляющего Должника возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве и дополнении к отзыву.

Иные лица, участвующие в споре, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили. Конкурсный управляющий ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу и в письменных пояснениях просил определение суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Дело рассматривается при имеющейся явке в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ. 

Ходатайство апеллянтов об истребовании у Службе государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга рабочей и исполнительной документации по объекту, расположенному по адресу: 199406, Санкт-Петербург, Василеостровский р-н, Малый пр. В.О., д. 63/14, лит. А апелляционным судом отклонено на основании части 4 статьи 66, части 2 статьи 268 АПК РФ (протокольное определение от 05.12.2024).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12                    «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной жалобы.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав доводы участников процесса, проверив в порядке                             статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. 

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «КУБ-Строй» и Должник 03.19.2019 заключили соглашение о зачете встречных однородных требований (далее – соглашение № 1):

по договору строительного субподряда от 21.03.2017 № 3/2017 (далее – договор № 3/2017) в размере 1 090 938 руб. 72 коп. задолженности общества перед Должником; в размере 68 237 руб. 18 коп. задолженности Должника перед обществом,

по договору поставки товара от 13.04.2017 № 13/04/17-1 (далее – договор № 13/04/17-1) в размере 1 293 985 руб. 85 коп. задолженности Должника перед обществом,

задолженности Должника перед обществом по счетам от 30.04.2017 № 116 в размере 25 000 руб., от 31.05.2017 № 143 в размере 23 000 руб., от 30.07.2017 № 179 в размере 20 000 руб., от 31.07.2017 № 198 в размере                 20 000 руб., от 31.07.2017 № 211 в размере 1758 руб., от 31.08.2017 № 244 в размере 20 000 руб., от 30.09.2017 № 255 в размере 20 000 руб.,

Пунктами 4.1, 4.2 соглашения № 1 установлено, что с момента подписания соглашения обязательства общества перед Должником в размере                                      1 090 938 руб. 72 коп. по договору № 3/2017 прекращаются полностью

обязательства Должника перед обществом в размере                                    1 090 938 руб. 72 коп. по договору № 13/04/17-1 прекращаются частично (в указанном размере).

Остаток задолженности Должника перед ООО «КУБ-Строй» составил 401 042 руб. 31 коп. (пункт 4.3 соглашения № 1). 

ООО «КУБ СПб» и Должник 03.10.2019 заключили соглашение о зачете встречных однородных требований (далее – соглашение № 2):

договору строительного субподряда от 21.03.2017 № 114 (далее – договор № 114) в размере 2 226 072 руб. 23 коп. задолженности общества перед Должником,

по дополнительному соглашению от 30.06.2017 № 1 к договору № 114 в размере 1 028 018 руб. 33 коп. задолженности общества перед Должником,

по договору № 114 в размере 1 635 382 руб. 40 коп. задолженности Должника перед обществом.

Пунктами 4.1, 4.2 соглашения № 2 установлено, что с момента подписания соглашения обязательства Должника перед обществом в части 1 635 382 руб. 40 коп. долга по договору № 114 прекращаются полностью,

обязательства общества перед Должником по договору № 114 прекращаются частично на сумму 1 635 382 руб. 40 коп.

Остаток задолженности общества перед Должником составил                          1 618 708 руб. 16 коп., в том числе по договору № 114 в размере                        590 689 руб. 83 коп., по дополнительному соглашению от 30.06.2017 № 1 в размере 1 028 018 руб. 33 коп. (пункт 4.3 соглашения № 2).

ООО «КУБ СПб» и Должник 03.10.2019 заключили соглашение о зачете встречных однородных требований (далее – соглашение № 3):

по договору №13/04/17-1 в размере 203 047 руб. 13 коп. задолженности Должника перед обществом,

задолженности Должника перед обществом по счетам от 30.04.2017 № 116 в размере 25 000 руб., от 31.05.2017 № 143 в размере 23 000 руб., от 30.07.2017 № 179 в размере 20 000 руб., от 31.07.2017 № 198 в размере                   20 000 руб., от 31.07.2017 № 211 в размере 1758 руб., от 31.08.2017 № 244 в размере 20 000 руб., от 30.09.2017 № 255 в размере 20 000 руб.,

по договору № 3/2017 в размере 68 237 руб. 18 коп. задолженности Должника перед обществом,

по договору поставки от 24.03.2017 № БС-8999/2017 (далее – договор        № БС-8999/2017) в размере 2 073 355 руб. 13 коп. задолженности Должника перед обществом,

по договору № 114 в размере 590 689 руб. 83 коп. задолженности общества перед Должником,

по дополнительному соглашению от 30.06.2017 № 1 к договору № 114 в размере 1 028 018 руб. 33 коп. долга общества перед Должником.

С момента подписания соглашения стороны договорились прекратить обязательства Должника перед обществом в размере 203 047 руб. 13 коп. по договору № 13/04/17-1, по оплате счетов № 116, 143, 179, 198, 211, 244, 255; по договору подряда № 3/2017 полностью на общую сумму 197 995 руб. 18 коп., по договору № БС-8999/2017 частично на сумму 1 217 665 руб. 85 коп., 

а также обязательства общества перед Должником по договору № 114 полностью в размере 590 689 руб. 83 коп., по дополнительному соглашению от 30.06.2017 № 1 к договору № 114 полностью размере 1 028 018 руб. 33 коп. 

Остаток задолженности Должника перед обществом составил                          855 689 руб. 28 коп. (пункт 4.3 соглашения № 3).

Ссылаясь на положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), непередачу ему бывшим руководителем документации Должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования в обжалуемой части, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010               № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.). 

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном исполнении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику или для восстановления очередности удовлетворения требований кредиторов       (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: 

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; 

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). 

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Пунктом 3 этой же статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1 и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Если сделка с предпочтением совершена должником в течение шести месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств не требуется.

Согласно пункту 12 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: 

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; 

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Производство по делу возбуждено 02.12.2019; оспариваемые сделки совершены в течение шести месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Доказательств аффилированности, заинтересованности сторон соглашения в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве материалы дела не содержат.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении № 63, в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки по основаниям, предусмотренным ГК РФ, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции             статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Применение статей 10 и 168 ГК РФ должно носить резервный и субсидиарный характер. Этот состав недействительности должен применяться только в тех случаях, когда у суда не обнаруживается того или иного специального механизма для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.

Иной подход приводит к тому, что норма права (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве) теряет смысл, так как полностью поглощается нормой о злоупотреблении правом.

Заявитель ссылался на мнимость оспариваемых сделок в виду отсутствия реальной задолженности Должника перед ответчиками, учтенной сторонами в соглашениях № 1, 2, 3 в счет оплаты долга ответчиков перед Должником.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, а также соблюдения прав третьих лиц, если такие действия затрагивают или могут затронуть права третьих лиц, на что указано в разъяснениях пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. 

Вывод хозяйственным обществом денежных средств в пользу третьего лица при заведомом отсутствии встречного предоставления очевидно отклоняется от стандарта добросовестного поведения участников гражданского оборота и должен быть квалифицирован как злоупотребление правом, направленное исключительно на причинение вреда хозяйственному обществу и в том случае, если на момент совершения такого рода действий у общества не имелось непогашенных обязательств перед кредиторами или иных признаков объективного банкротства. 

Материалами дела подтверждается наличие у Должника кредиторов (ООО «НордСпецСтрой»), требования которых возникли ранее рассматриваемых обязательств и включены в реестр. Указанные обстоятельства имеют значение для квалификации сделок, которые влекут или могут повлечь оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими его кредиторами в отношении удовлетворения их требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. 

Исходя из правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 № 22-КГ15-9, в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Когда в отношении стороны (сторон) введены процедуры банкротства, установлены особенности бремени (стандарта) доказывания (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016; определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011    № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни оформляется первичным учетным документом.

Как правило, для подтверждения позиции истца или ответчика достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как видно в соглашении № 1, задолженность ООО «КУБ-Строй» перед Должником в размере 1 090 938 руб. 72 коп. возникла из договора № 3/2017, согласно которому Должник принял на себя обязательство собственными и/ или привлеченными силами выполнить работы по устройству монолитных конструкций «нулевого цикла» на строительном объекте, расположенному по адресу: 

<

...>, лит. А (далее – объект). 

Стоимость работ составила 7 705 005 руб. 27 коп. 

Дополнительным соглашением № 1 к договору № 3/2017 стороны уменьшили стоимость работ до 5 889 224 руб. 27 коп.

Как усматривается в справках о стоимости выполненных работ и актах о приемке выполненных работ от 24.03.2017 № 1, от 25.04.2017 № 2, 31.05.2017 № 3, от 30.06.2017 № 4, от 31.08.2017 № 5, составленных по договору № 3/2017, Должник выполнил работы на общую сумму 5 889 224 руб. 44 коп.

На основании платежных поручений от 24.03.2017 № 492, от 14.04.2017 № 649, от 11.05.2017 № 797, от 20.06.2017 № 1013, от 02.08.2017 № 1349, от 02.10.2017 № 1801 ООО «КУБ-строй» оплатило работы на общую сумму 4 798 285 руб. 72 коп.

Таким образом, остаток задолженности ООО «КУБ-строй» перед Должником по договору № 3/2017 составил 1 090 938 руб. 72 коп.

В обоснование наличия встречной задолженности ООО «КУБ-строй» ссылалось на договор № 13/04/17-1, согласно которому общество (поставщик) обязалось поставить Должнику (покупатель) товар. В этой связи в материалы дела ответчиком представлены доказательства, подтверждающие поставку Должнику арматуры на общую сумму 3 775 946 руб. 22 коп. 

Оплата в размере 2 637 210 руб. 17 коп. произведена Должником (платежные поручения от 12.05.2017 № 105, от 04.07.2017 № 173, от 29.08.2017 № 237, от 09.11.2017 № 329).

Остаток долга перед ООО «КУБ-строй» по договору № 13/04/17-1 составил 1 138 736 руб. 05 коп. 

Указанное обстоятельство противоречит пункту 1.2 соглашения № 1.

Проверяя доводы участников спора в данной части, суд установил, что реальность поставки товара ООО «КУБ-строй» обоснована ссылками на договор от 03.03.2014 № 12/03-14, заключенного с ОАО «Ариэль Металл», а также товарные и товарно-транспортные накладные указанного общества.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик пояснил, что продавал Должнику арматуру для выполнения работ на объекте.

Вместе с тем обоснованные сомнения суда аргументированно не устранены.

Так, суд установил, что ООО «КУБ-строй» и ООО «СК» 15.09.2016 заключили договор подряда № 010916-СП на выполнение работ по строительству многоэтажного жилого дома на указанном объекте. 

При этом, ответчики не отрицали, что фактически являются единой группой компаний.

Для выполнения части работ по устройству монолитных конструкций «нулевого» цикла ООО «КУБ-Строй» привлекло Должника по договору № 3/2017 и по договору № 114, заключенного Должником с ООО «КУБ-СПб».

По договору № 3/2017 Должник в период с 21.03.2017 по 31.08.2017 выполнил работы по срубке оголовок железобетонных свай с вывозом и утилизацией, устройству бетонной подготовки, включая устройство «распора» шпунта ростверком, устройство выравнивающего подстилающего слоя из песка. При выполнении работ Должник использовал бетон и песок.

По договору № 114 Должник в период с 30.03.2017 по 31.10.2017 выполнил работы по устройству монолитного плитного ростверка, монолитных стен и колонн подвала, монолитного пандуса, монолитных спусков в автостоянку, монолитного перекрытия и монолитных балок над подвалом. При выполнении работ Должник также использовал бетон и арматуру.

Из дополнительного соглашения № 1 к договору № 114 следует, что Должник в период с 01.08.2017 по 31.10.2017 на объекте выполнил работы по устройству монолитных конструкций (стен и перекрытий) 1 этажа плитного ростверка, монолитных стен и колонн подвала, монолитного пандуса, монолитных спусков в автостоянку, монолитного перекрытия и монолитных балок над подвалом. При выполнении работ Должник использовал бетон и арматуру. 

Согласно актам приемки выполненных работ, подписанных с                       ООО «КУБ-СПб» Должник использовал арматуру в количестве 343,78 т.

Вместе с тем Должник в период с 27.03.2017 по 04.10.2017 приобрел            431 т. арматуры у ООО «ТД «БРМ».

Судом исследованы журналы ООО «КУБ-строй» входного учета контроля качества получаемых материалов, согласно которым в период с 27.03.2017 по 04.10.2017 арматура поступала только от ООО «ТД «БРМ»; сведений о поступлении арматуры от ОАО «Ариэль Металл» журнал не содержит. 

Расчет компенсации по арматуре между ООО «КУБ-строй» и ООО «СК» подтверждает использование Должником в период с марта 2017 года по август 2017 года арматуры, поставленной ООО ТД «БРМ»; тогда как согласно расчету компенсации арматура ОАО «Ариэль Металл» стала использоваться при строительстве лишь в марте 2018 года. В это время Должником прекращены работы на объекте.

Довод ответчиков о том, что сведения об арматуре                                         ОАО «Ариэль Металл» не подлежали включению в журнал входного контроля Должника, судом правомерно отклонен. Журнал входного учета и контроля качества велся не Должником, а ООО «КУБ-строй» в рамках договора с заказчиком ООО «СК», соответственно, журнал должен содержать информацию о всех материалах, поступивших на объект и используемых             ООО «КУБ-строй» для его строительства.

Необходимо отметить, что журнал за период с 27.03.2018 по 16.05.2018 общества содержит информацию о поступлении арматуры от                                   ОАО «Ариэль Металл».

Анализ транспортных накладных позволил суду мотивированно заключить о том, что товар от ОАО «Ариэль-металл» поступал на иной объект строительства (Санкт-Петербург, ФИО7 пр-кт, д. 16/14), а не на рассматриваемый. Также судом правомерно учтено, что наличие печатей               ОАО «Ариэль Металл» на сертификатах, приложенных к исполнительной документации, само по себе не свидетельствует о приобретении ответчиками товара у данного лица, поскольку производителем всей арматуры указано публичное акционерное общество «Северсталь»; грузополучателем – ООО «Спецработы», АО «Северсталь Дистрибуция», АО «Металлоторг».

Как верно указал суд, проставление печати ОАО «Ариэль Металл» может свидетельствовать исключительно о том, что данное общество приобретало арматуру, а не ее поставку им ответчику и в дальнейшем Должнику.

Судом правомерно отклонены возражения ответчика о содержании компенсации затрат на арматуру поставляемую ОАО «Ариэль Металл», убедительных доказательств обратного судам двух инстанций не представлено.

Принимая во внимание, что источником денежных средств, перечисленных Должником ООО «КУБ-строй» в качестве оплаты по договору № 13/04/17-1 за арматуру, являлись денежные средства, полученные Должником от ООО «КУБ-строй» и ООО «КУБ-СПб» в качестве оплаты за работы, суд резюмировал мнимость поставки, использование сторонами спора цепочки транзитных операций с возвратом денежных средств ответчикам при созданной видимости легальности поведения и воле сторон придать сделке определенные правовые последствия.

В этой связи вывод суда об отсутствии у Должника обязательства по оплате товара по договору № 13/04/17-1, следовательно, отсутствии оснований для прекращения обязательств зачетом на общую сумму 1 090 938 руб. 72 коп. Одновременно недоказанность поставки товара ООО «КУБ-строй» Должнику исключает наличие встречных обязательств сторон соглашений на общую сумму 1 090 938 руб. 72 коп. 

Согласно представленным в материалы дела справкам о стоимости выполненных работ и актам о приемке выполненных работ Должником по договору № 114 выполнены работы на общую сумму 55 095 177 руб. 89 коп.

На основании платежных поручений ООО «КУБ-строй» оплатило работы на общую сумму 51 841 087 руб. 33 коп.

Остаток задолженности ООО «КУБ СПб» перед Должником по договору № 114 составил 3 254 090 руб. 56 коп.

Ссылаясь на универсальный передаточный документ (далее – УПД) от 10.05.2018 № 1005 01 об оказании услуг и передачу Должнику в аренду башенного крана с мая по август 2017 года на 1 635 382 руб. 40 коп.,                    ООО «КУБ СПб» указывало на наличие задолженности Должника по договору № 114. Общество утверждало, что Должником и ООО «КУБ-СПб» за, по условиям которого Должник в период с мая 2017 года по август 2017 года пользовался башенным краном и услугами по его эксплуатации.

Как следует из материалов дела, башенный кран установлен на объекте строительства и использовался при строительстве дома по договору подряда               № 010916-СП, заключенного ООО «СК» с ООО «КУБ-строй».

Ссылаясь на договор от 02.05.2017 № 28/17, заключенный ООО «СК» и  АО «УМ-3», акт от 10.05.2018 № 119, подписанный ООО «КУБ-строй» и               ООО «КУБ СПб», ответчик указал на наличие встречной задолженности перед ООО «КУБ СПб» по договору № 114.

Работы башенного крана на объекте с мая 2017 года по август 2017 года обоснованы счетами-фактурами, актами, подписанными ООО «СК» с                   ООО «Куб-строй», актами и справками расчета стоимости оказанных услуг, подписанными ООО «СК» с АО «УМ-3», а также рапортами работы башенного крана за май, июнь, июль и август 2017 года.

Условиями пункта 2.2 договора № 114 Должник несет бремя расходов аренды башенного крана и работы машинистов.

Согласно УПД от 10.05.2018 № 1005 01 ответчик оказал Должнику услуги по эксплуатации, аренды башенного крана в период май – август                 2017 года.

Факт нахождения оспариваемого крана на объекте подтвержден материалами дела, в том числе договором, заключенным ООО «СК» с                        АО «УМ-3». 

Как верно отмечено судом, первичным учетным документом по форме ЭСМ-1 являются рапорты о работе башенного крана.

В данном случае объем работ башенного крана ООО «КУБ-строй» для ООО «СК» превышал объем работ, переданный Должнику. Означенное следует из сметы и актов приемки выполненных работ, подписанных Должником и ООО «КУБ-СПб».

Действительно, рапорты работы башенных кранов за период сентябрь 2017 года – февраль 2018 года содержат оттиски печати Должника. Вместе с тем предоставленные ответчиком рапорты за май 2017 года  (192 часа), за июнь 2017 года (98 часов), за период с 16.07.2017 по 30.07.2017  (176 часов) и 26.07.2017–31.07.2017 (42 часа) не содержат подписей уполномоченных Должником лиц и печати Должника.

При таких обстоятельствах сделать вывод об оказании Должнику услуг башенного крана, аренде в указанный период не представляется возможным. Убедительных, достоверных доказательств объективного характера, подтверждающих возражения ответчиков, материалы дела не содержат.

В данном случае общества имеют объективные возможности представить соответствующие доказательства в обоснование своих возражений и обязаны исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемых сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016                         № 309-ЭС15-13978). Однако в нарушение положений статей 9, 65 АПК РФ соответствующие доказательства не представлены. 

Поскольку факт наличия аренды башенного крана и услуг по эксплуатации в количестве, указанном в УПД от 10.05.2018 № 1005 01, не установлен, соглашение № 2 в части зачета задолженности Должника перед ООО «КУБ СПб» является недействительным в размере 1 107 166 руб. 

Также вывод суда о мнимости договора № 1-сму55 уступки прав (требований), заключенного ООО «КУБ-строй» и ООО «КУБ СПб», поскольку договор заключен при отсутствии документальных доказательств реального наличия обязательств Должника, повлекших задолженность по указанным договорам, является законным и обоснованным, равно как и вывод о недействительности соглашения № 3 в обжалуемой части.

Документально обоснованных контрдоводов против вывода относительно согласованности действий ООО «КУБ-строй», ООО «КУБ СПб» и Должника, направленных на создание несуществующих обязательств Должника с целью вывода активов на третье лицо, и как следствие совершение оспариваемых сделок, апелляционному суду не приведено.

В договорных отношениях с ответчиками от имени Должника принимал участие ФИО6, который действовал на основании выданных доверенностей.

Вступившим в законную силу определением суда от 26.01.2024 по настоящему делу установлено, что ФИО6 являлся контролирующим Должника лицом.

Из актов приемки выполненных работ между Должником и ответчиками следует, что Должник выполнял работы на объекте до октября 2017 года. Вместе с тем из материалов дела следует, что фактически работы на объекте Должник выполнял и после октября 2017 года, что подтверждается рапортами работы башенного крана за период с ноября 2017 года по январь 2018 года, предоставленных ответчиками.

ООО «КУБ СПб» предоставлен договор строительного субподряда от 10.09.2017 № 1 с ООО «СК «Балтия», от имени которого действовал ФИО6 на основании доверенности, и акты приемки выполненных работ, из которых следует, что фактически выполненные Должником бетонные работы оформлены от имени ООО «СК «Балтия».

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ доказательства, представленные в материалы дела, суд первой инстанции правомерно резюмировал, что обстоятельства спора свидетельствуют о создании конструкции абстрактных обязательств. Следует признать нестандартный характер оспариваемых сделок, заключенных при отсутствии документальных доказательств их реальных оснований. Доказательств их совершения в процессе обычной хозяйственной деятельности материалы дела не содержат.

С учетом изложенного правовых оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований в обжалуемой части не имелось.

На уровне Верховного Суда Российской Федерации сложилась устойчивая судебная практика по вопросу разграничения прекращения обязательств и сальдирования при решении вопроса о допустимости оспаривания соответствующих действий (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890 (2), от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043 (2, 3), от 23.06.2021 № 305-ЭС19-17221 (2), от 20.01.2022 № 302-ЭС21-17975 и проч.).

В частности, сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа). Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не может быть квалифицировано как зачет и не подлежит оспариванию как отдельная сделка по причине отсутствия квалифицирующего признака сделки.

Сальдирование представляет собой расчет итогового обязательства одной из сторон в рамках одного договора или в рамках единого обязательственного отношения и не является оспоримой сделкой.

В данном случае судом обоснованно не приняты возражения ответчиков, их позиции относительно сальдирования встречных обязательств.

Применение последствий недействительности сделок произведено судом в соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Возражения ответчиков в части пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности правомерно отклонены судом.

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 32 Постановления № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве право на оспаривание сделок должника по правилам главы III.1 Закона возникает с даты введения процедуры конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего.

Конкурсный управляющий ФИО4 утвержден решением суда от 14.01.2021; с данным заявлением обратился в суд 13.06.2023.

Доводы заявителя относительно момента, когда узнал об оспариваемых сделках, принимая во внимание непередачу конкурсному управляющему документации Должника, являются убедительными и соответствующими материалам дела. Апеллянты не доказали, что ФИО4 узнал или должен был узнать о заключении соглашений до даты, на которую ссылался управляющий. Ссылки на обособленный спор (определение от 22.11.2022) подлежат отклонению, поскольку оспариваемые соглашения не являлись предметом спора, равно как и не рассматривались в качестве его оснований.

Ссылки апеллянтов на правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации, не могут быть приняты во внимание, так как в названных делах и в рассматриваемом различные фактические обстоятельства, иной объем и качество доказательств, представленных сторонами.

Иное толкование апеллянтами положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.  

При подаче апелляционной жалобы общества уплатили государственную пошлину в размере 3 000 руб. по платежному поручению от 10.07.2024 № 59. 

В соответствии со статьями 102, 110 АПК РФ, в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы уплаченная ими государственная пошлина подлежит отнесению на ее подателей.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 июня 2024 года по делу № А13-21887/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КУБ СПб» и общества с ограниченной ответственностью «КУБ-Строй» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Селецкая

Судьи

О.Г. Писарева

Л.Ф. Шумилова