ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-83815/2021

12 июля 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     03 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 июля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1 

при участии:  

от ФИО2 – представитель Бопп А.В. (по доверенности от 27.05.2021), 

от финансового управляющего должника – представитель ФИО3 (по доверенности от 27.02.2023),  

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-15992/2023)  общества с ограниченной ответственностью «Голиаф» 

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.04.2023 по делу № А56-83815/2021 (судья Боканова М.Ю.), принятое по вопросу рассмотрения отчета финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества гражданина в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

 

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении от обязательств, 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) поступило заявление ФИО2 (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 03.12.2021, резолютивная часть которого оглашена 25.11.2021, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

Сведения о введении реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» 11.12.2021 №226.

Определением суда первой инстанции от 13.04.2023 завершена процедура реализации имущества должника, ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, прекращены полномочия финансового управляющего ФИО4

Общество с ограниченной ответственностью «Голиаф» (далее – ООО «Голиаф», кредитор), не согласившись с определением суда первой инстанции от 13.04.2023, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд обжалуемое определение отменить.

В обоснование жалобы кредитор ссылается, что судом первой инстанции не было выдвинуто требование финансовому управляющему о проведении мероприятий по выявлению имущества и сделок, проведенных должником между мужем, детьми, родителями должника и родителями мужа, поскольку по мнению ООО «Голиаф» между близкими родственниками могли быть заключены сделки для сокрытия имущества или денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу.

Апеллянт указал на отсутствие в материалах дела фото- и видеофиксации жилого помещения, что может указывать на неполноценное исследование имущественного положения должника. Кроме того кредитору не были предоставлены выписки о движении денежных средств по банковским счетам должника, в связи с чем апеллянт полагает, что финансовым управляющим не были запрошены, исследованы выписки по банковским счетам, включая предшествующий банкротству период. 

ООО «Голиаф» полагает, что должник умышленно скрыл часть своего дохода, чтобы исключить выплаты кредиторам, а подобные действия должника, по мнению кредитора, указывают на недобросовестность при проведении процедуры банкротства.

Финансовый управляющий и должник представили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят в удовлетворении жалобы отказать, ссылаясь на то, что все мероприятия процедуры банкротства завершены.

В судебном заседании представитель должника и представитель финансового управляющего поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества должника финансовый управляющий в соответствии со своими полномочиями провел работу по опубликованию сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) в газете «Коммерсантъ» и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а также по направлению запросов в регистрирующие органы.

Реестр требований кредиторов сформирован в размере 2 683 015,19 руб. 

В собственности должника выявлено следующее имущество: 

- легковой автомобиль Hyundai SM (Santa Fe Classic), 2008 года выпуска; цвет - светло-бежевый; VIN 

<

***>. 

Данное транспортное средство было включено в конкурсную массу и реализовано финансовым управляющим, 24.01.2023 года по результатам торгов по реализации имущества заключен договор купли-продажи с победителем торгов. Цена договора составила 471 100 руб. 

- жилое помещение, кадастровый номер: 78:40:0008311:6236; местоположение: Санкт-Петербург, ул.. Маршала Захарова, д. 25, корп. 1, лит. А, кв. 35; площадь: 74.9 кв. м.; вид права, доля в праве: Общая долевая собственность, 1/6; дата государственной регистрации: 18.11.2014; номер государственной регистрации: 78-78-74/103/2014-351; основание государственной регистрации: Договор передачи квартиры в собственность граждан, №ГЖО/130/12237, выдан 28.10.2014; ограничение права: не зарегистрировано.

Указанное имущество не включено в конкурсную массу в силу пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда России от 25 декабря 2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации)).

 Поступления денежных средств за процедуру реализации имущества составили 471 120,11 руб. 

Денежные средства в размере 240 261,00 руб. были перечислены супруге должника ФИО5 в качестве компенсации от реализации совместно нажитого имущества, 20 674,53 руб. направлены на компенсацию расходов финансового управляющего, 32 977,00 руб. - вознаграждение финансового управляющего в размере 7% от стоимости реализованного имущества и                177 207,58 руб. направлены на частичное удовлетворение требований кредиторов. 

В результате проведенного анализа финансовым управляющим не выявлены сделки должника заключенные на заведомо невыгодных условиях, связанные с уменьшением активов должника, а равно сделки, обладающие признаками недействительности, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о банкротстве, сделаны выводы об отсутствии признаков платежеспособности должника, о невозможности восстановления платежеспособности, об отсутствии признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства. 

По итогам рассмотрения заявления финансового управляющего, с учетом выполнения всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, направленных на формирование конкурсной массы, отсутствия возможности дальнейших расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых а делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление №45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 27.03.2018 №683-О пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, определяя основания, при которых освобождение гражданина от обязательств не допускается, предусматривает, в частности, что такое освобождение от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество; в этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Данные законоположения направлены, в том числе, на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4).

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

К числу признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства, абзац 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит незаконные действия должника при возникновении или исполнении обязательства, на котором кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений Постановления №45 в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан.

Судом первой инстанции установлено, что признаков неразумного и недобросовестного поведения на стороне должника не установлено. По материалам дела не усматривается, что должник скрывал необходимую информацию либо предоставил недостоверные сведения, касающиеся осуществления мероприятий процедуры, кредитором в нарушение положений статьи 65 АПК РФ также не приведено соответствующих доказательств.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что оснований для отказа в освобождении должника от имеющихся обязательств не имеется.

Приводя доводы о том, что судом не было выдвинуто требование в адрес финансового управляющего о проведении мероприятий по выявлению имущества и сделок, проведенных между должником и его близкими родственниками, кредитор не учитывает следующее.

В соответствии с абзацем 2 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

При этом Закон о банкротстве не возлагает на финансового управляющего безусловную обязанность по обращению в суд с заявлениями о признании недействительными всех сделок должника, в связи с чем, необращение финансового управляющего в суд с соответствующим заявлением не может расцениваться как невыполнение своих обязанностей.

Соответственно, оспаривание сделок должника является правом финансового управляющего, а не его обязанностью. Возможность и целесообразность оспаривания сделок, совершенных должником, определяется финансовым управляющим самостоятельно, исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом имеющейся у него информации.

Кредитор вправе сам обжаловать сделки или обратиться к финансовому управляющему с предложением об оспаривании сделки должника, но при этом должен предоставить какие-либо доказательства противоправности отчуждения имущества и наличии оснований для признания сделки недействительной. При рассмотрении предложения об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы участника дела о банкротстве, а также оценить реальную возможность восстановления и защиты прав кредиторов как одной из основных целей законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку арбитражный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно, данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему должник или кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания сделок должника, планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессиональный участник, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Высказывая сомнения относительно того, что в целях сокрытия имущества должника или денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу, могли быть заключены сделки между близкими родственниками, кредитор их какими-либо конкретными фактами, способными свидетельствовать в пользу обоснованности данных сомнений, не подкрепляет. Какие-либо подозрительные сделки за проанализированный финансовым управляющим период им выявлены не были.

При этом, в целях выявления имущества должника финансовым управляющим принимались все возможные меры: направлялись запросы в компетентные, в том числе регистрирующие органы, кредитные организации.

Материалы дела свидетельствуют о том, что финансовым управляющим выполнены все необходимые мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина, предусмотренные Законом о банкротстве, предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы должника.

Вопреки доводам жалобы, проведение фото и видеофиксации жилого помещения должника, которое не включено в конкурсную массу ввиду наличия у него исполнительского иммунитета для представления кредиторам в целях обеспечения возможности последним сделать выводы о полноценном учете имущественного положения должника, нормами законодательства о банкротстве не регламентированы. Составление финансовым управляющим, являющимся профессиональным участником антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, призванного действовать как в интересах должника, так и кредиторов, имущественным правам которых может быть причинен вред, описи имущества гражданина по результатам натурного осмотра помещений должника является достаточным доказательством, фиксирующим обнаруженное у должника имущество.

Каких-либо достаточных оснований для сомнения в достоверности проведенной финансовым управляющим описи имущества должника податель жалобы, обосновывая свои доводы о невозможности в отсутствии материалов фото- и видеофиксации считать исследованным имущественное положение      ФИО2, не приводит. Оснований сомневаться в добросовестности исполнения финансовым управляющим возложенных на него обязанностей у суда апелляционной инстанции не имеется.

В ходе процедуры банкротства ФИО2 не был привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, сотрудничал с финансовым управляющим, представляя все необходимые документы для проведения процедуры. Недобросовестности со стороны должника, выраженной в препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода и препятствовании пополнению конкурсной массы для соразмерности удовлетворения требований кредиторов, не установлено.

Каких-либо достаточных оснований полагать, что должник умышленно скрывает свои действительные доходы, не имеется, кредитор таких не приводит.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве, установленные судом первой инстанции факты не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, отсутствуют, в то время как кредитор, приводя доводы об обратном, должным образом их не обосновывает.

Принимая во внимание, что доказательства, свидетельствующие о непредставлении должником необходимых сведений или предоставлении им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, сокрытии или уничтожении имущества, а также о злоупотреблении должником своими правами и недобросовестности его действий в материалах дела отсутствуют, наличие в действиях должника при обращении с заявлением о признании его банкротом признаков фиктивного либо преднамеренного банкротства не установлено, суд первой инстанции обоснованно применил в отношении должника пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освободив ФИО2 от обязательств.

Отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов в полном объеме, а также наличие у должника задолженности, перед кредитором, само по себе не может свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При этом отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, что являлось бы основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов, заявителем не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ). Апелляционным судом соответствующие обстоятельства также не установлены.

Представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

При изложенных обстоятельствах, наличие в данном случае совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств не доказано.

Иных доводов, свидетельствующих об отсутствии у суда оснований для освобождения должника от обязательств, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе кредитором не приведено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а фактически направлены на переоценку выводов суда в отсутствие на то достаточных оснований.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.04.2023 по делу №А56-83815/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Голиаф» - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Сереброва

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова