﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-8989/2019-АК

г. Пермь

21 декабря 2020 года

Дело № А60-1032/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 декабря 2020 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Муравьевой Е. Ю.

судей  Васевой Е.Е., Трефиловой Е.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шляковой А.А., 

при участии:

от третьего лица по первоначальному иску: Шешенин Г.Н., паспорт, доверенность от 10.01.2020, диплом, 

от истца по первоначальному иску: Шешенин Г.Н., паспорт, доверенность от 01.01.2020, диплом,

от истца по первоначальному иску: Дускаева Э.С., паспорт, доверенность от 30.09.2020, диплом,

от ответчика по первоначальному иску: Мамаев А.Ю., удостоверение адвоката, доверенность от 20.12.2018, Мацак Е.В., удостоверение адвоката, доверенность от 20.12.2018,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы третьего лица по первоначальному иску, общества с ограниченной ответственностью «ИндастриОил», истца по первоначальному иску, общества с ограниченной ответственностью «Сметас»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 17 сентября 2020 года 

по делу № А60-1032/2019

по первоначальному иску общества с ограниченной ответственностью «Сметас» (ОГРН 1116673003138, ИНН 6673231556)

к обществу с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» (ОГРН 1156658085055, ИНН 6658478870)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «ИндастриОил» (ОГРН 1127847200403, ИНН 7840468492)

о взыскании убытков, причинённых пожаром,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» (ОГРН 1156658085055, ИНН 6658478870)

к обществу с ограниченной ответственностью «Сметас» (ОГРН 1116673003138, ИНН 6673231556)

о взыскании убытков, причиненных пожаром,

по иску общества с ограниченной ответственностью «ИндастриОил» (ОГРН 1127847200403, ИНН 7840468492)

к обществу с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» (ОГРН 1156658085055, ИНН 6658478870)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Сметас» (ОГРН 1116673003138, ИНН 6673231556)

о взыскании убытков, причиненных пожаром, 

         

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Сметас» обратилось в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» о взыскании 11 840 000 руб. убытков, причиненных пожаром.

         Общество с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» подало встречный иск к обществу с ограниченной ответственностью «СМЕТАС»  о взыскании 9 465 000 руб. убытков, причиненных пожаром.

         Общество с ограниченной ответственностью «ИндастриОйл» также обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «Русский кабельный центр» (далее – ООО «РКЦ») с иском о взыскании 19 003 000 руб.

         Определением суда от 29.04.2019 по ходатайству ООО «РКЦ» суд объединил для совместного рассмотрения с настоящим делом дело № А60-9206/2019 по иску ООО «ИндастриОйл» к ООО «РКЦ» о взыскании 19 003 000 руб. убытков, причиненных пожаром.

         В рамках дела проведены две экспертизы: пожаротехническая и оценочная. Заключения приобщены к материалам дела.

         С учетом результатов оценочной экспертизы первоначальные исковые требования увеличены до 17 732 000 руб., встречные исковые требования до 20 874 958 руб. 01 коп. (ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

         Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2020 (резолютивная часть решения объявлена 10.09.2020) в удовлетворении первоначального иска отказано. В удовлетворении требования ООО «ИндастриОйл» отказано. Встречный иск удовлетворен. С ООО «Сметас» в пользу ООО «Русский кабельный центр» взыскано 20 874 958 руб. 01 коп. убытков. С ООО «Сметас» в пользу ООО «Русский кабельный центр» взыскано 70 325 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Не согласившись с принятым решением, ООО «Сметас» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить полностью, удовлетворить исковые требования ООО «Сметас» к ООО «Русский кабельный центр», в удовлетворении встречных исковых требований ООО «Русский кабельный центр» к ООО «Сметас» отказать в полном объеме.

Поступившие до начала судебного заседания от заявителя дополнения к апелляционной жалобе приобщены к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ в качестве письменных объяснений.

В обоснование жалобы обществом приведены доводы о том, что при оценке материалов доследственной проверки суд не дал оценку объяснениям кладовщика ООО «РКЦ» Никонова Д. А., протоколу осмотра места происшествия, постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.03.2019 (которое содержит сведения об очаге возгорания и причине пожара); суд не дал оценку фактам нарушений условий договора аренды обществом «РКЦ» (п.п. 1.2.1, 1.3, 2.2.2., 2.2.5, 2.2.7), не учел, что сгоревшее арендуемое помещение использовалось с нарушением целевого назначения (не под склад, а для размещения и круглогодичной эксплуатации майнингового оборудования, подключение которого осуществлено самим ООО «РКЦ»), переоборудование помещения не было согласовано с собственником помещения; считает, что заключение специалиста Исследовательского центра экспертизы пожаров Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России  - г. Санкт-Петербург является недопустимым и неотносимым доказательством.

ООО «ИндастриОйл» также обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить полностью, принять новый судебный акт, которым встречные исковые требования ООО «РКЦ» к ООО «Сметас» оставить без удовлетворения. Удовлетворить исковые требования ООО «ИндастриОйл» в полном объеме.

Доводы жалобы сводятся к тому, что общество считает неподтвержденным не обеспечение Правил пожарной безопасности ООО «Сметас», так как заключение судебного эксперта, заключение ООО «Противопожарная экспертиза», заключение ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России являются неотносимыми и недопустимыми доказательствами, поскольку перед экспертами был поставлен вопрос права, доводы и возражения ООО «Сметас» в этой части суд оставил без внимания; лица, сделавшие вывод о нарушении Правил пожарной безопасности обществом «Сметас», не являются лицами, уполномоченными выявлять нарушения в силу ст. 23.1, 23.34 КоАП РФ, судебный эксперт, специалисты Макарова Л.А., Плат И.И., Петрова Н.В. не присутствовали на месте пожара; в деле не имеется доказательств неработоспособности системы противопожарной сигнализации, а также судом не установлена причинно-следственная связь между отсутствием в здании системы автоматического пожаротушения и системы противопожарной защиты и возникновением пожара. Также считает, что суд не дал оценку объяснениям лиц, допрошенных дознавателем Шевцовым Ю.С. (о близком к аварийному режиму работы электрического кабеля  ООО «РКЦ», о направлении развития пожара от склада с кабельной продукцией до склада, где расположены бочки с горючей жидкостью (также ООО «РКЦ»); суд не дал оценку протоколу осмотра доказательств от 03.09.2018, произведенного нотариусом; суд не дал оценку факту использования ООО «РКЦ» арендованного помещения не по целевому назначению (не под склад), факту отсутствия письменного согласования обществом «Сметас» подключения майнингового оборудования общества «РКЦ»; считает, что общество «РКЦ» в нарушение условий договора не следило за электрической безопасностью, осуществило самовольное подключение к электрической сети; суд не учел такие обстоятельства как сохранение деревянных поддонов на территории склада общества «ИндастриОйл» на момент осмотра места пожара; уничтожение деревянных поддонов под серверным оборудованием на складе ООО «РКЦ»; деформацию и изгиб уцелевших металлоконструкций в сторону центральной части помещения № 1; первичное короткое замыкание в части склада, занимаемом ООО «РКЦ»; считает, что судом допущены процессуальные нарушения при рассмотрении дела, а именно: отсутствуют в деле определения от 03.07.2020, 28.08.2020, от 02.09.2020, отсутствуют аудиопротокол судебного заседания от 25.10.2019 и определение от 25.10.2019; не разрешены требования ООО «РКЦ» к ООО «ИндастриОйл» в противоречие с определением суда о привлечении общества в качества соответчика; не решен вопрос о приобщении к материалам дела технического заключения от 13.01.2020, его исследование в судебном заседании не проводилось, но выводы суда основаны на данном документе; судом не разрешено ходатайство ООО «Сметас» от 10.07.2019 в судебном заседании о проведении повторной судебной пожарно-технической экспертизы; специалист Соболев Г.А. не предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не пронумерованы листы томов 13-18.

ООО «РКЦ» с жалобами не согласно по основаниям, изложенным в письменном отзыве на апелляционную жалобу. Решение суда считает законным и обоснованным, просит оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

В заседании апелляционного суда представители сторон поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах и отзыве на жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

На рассмотрении суда первой инстанции находился спор по поводу лица, ответственного за убытки, причиненные пожаром. Общество «Сметас» (арендодатель) и общество «ИндастриОйл» (арендатор) считают, убытки им причинены по вине общества «РКЦ» (арендатор), которое ненадлежащим образом использовало арендуемые помещения, что привело к пожару.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, заявленных к ООО «РКЦ», исходил из того, что причины пожара не подтверждены объективными данными, все версии выдвинуты как вероятные; в связи с чем ответственность за причиненные убытки суд возложил на общество «Сметас», поскольку в ходе рассмотрения дела было установлено, что им как собственником помещений не обеспечено выполнение требований пожарной безопасности на объекте.

Апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции определены юридически значимые обстоятельства дела, к ним правильно применены нормы материального права.

Материалами дела подтверждается, что 10.07.2018 в 07 ч. 30 мин. на пульт связи дежурного диспетчера ЦППС 1 ОФПС по Свердловской области поступило сообщение о пожаре на складе №4, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная, 20. Пожар локализован в 10 ч. 20 мин. на площади 945 кв.м и ликвидирован 10.07.2018 в 10 ч. 46 мин. 

В результате пожара огнём повреждено здание склада, принадлежащее ООО «Сметас», а также размещенное в нем имущество, принадлежащее ООО «ИндастриОйл», ООО «РКЦ».

ООО «Сметас» занимает позицию, согласно которой пожар возник в результате нарушения ООО «РКЦ» правил пожарной безопасности, что выразилось в необесточивании оборудования склада, просит взыскать с ответчика убытки в размере стоимости восстановительного ремонта производственного цеха №13 литер Д, Д1, Д2, здания площадью 925,5 кв.м., здания площадью 947, 7 кв.м -11 840 000 руб., размер ущерба определен истцом на основании заключения №15-08/2018 от 15.08.2018. 

ООО «РКЦ», заявляя встречный иск о взыскании убытков в размере 9 465 000 руб., размер которых определен на основании заключения №26-07/18 от 26.07.2018, полагает, что убытки причинены истцом, нарушившим правила пожарной безопасности.

ООО «ИндастриОйл» заявлено требование к ответчику (ООО «РКЦ») как лицу, не обеспечившему соблюдение правил пожарной безопасности, о взыскании убытков в размере 19 003 000 руб.

В суде первой инстанции в обоснование своей позиции о наличии причинно-следственной связи между возникшим пожаром и причиненными убытками истец представил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.11.2018г.,  заключение  ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области № 376 от 07.08.2018г., согласно которому очаг пожара расположен в западной части склада №4, а именно в северо-западной части секции № 2 (территория ООО «РКЦ»); технической причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока в процесс аварийного режима работы (первичное короткое замыкание, перегрузка) электросети/электрооборудования на сгораемые материалы, расположенные в очаге пожара, а также  заключение ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области, согласно которому очаг пожара, произошедшего 10.07.2018 в отдельно стоящем здании склада №4 на территории ОО «Сметас» по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная, 20, расположен в северо-западной части секции № 2 (ООО «РКЦ»); причиной возникновения пожара в отдельно стоящем здании склада № 4 на территории ОО «Сметас» по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная, 20, является тепловое проявление электрической энергии при каком-либо аварийном режиме работы электрической сети или электрооборудования.

Также в материалы дела представлены заключения НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» №200-птэ/2018 от 18.09.2018 (специалист Соболев Г.А.), ООО «Противопожарная экспертиза» №2 от 28.01.2019 (специалист Макарова Л.А.).

НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» сделан вывод о том, что очаг возгорания при пожаре10.07.2018г. в складском здании по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная 20, располагался в центральной части помещения № 1 выше уровня нулевой отметки (пола); причиной пожара в складском здании, расположенном по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная 20, происшедшем 10.07.2018 года, послужило нарушение правил пожарной безопасности при совместном хранении горючих жидкостей и аэрозолей, в результате чего произошло самовозгорание горючей жидкости (масел) при взаимодействии их с аэрозолью и воздухом.

Поскольку у сторон имелись разногласия относительно причин возникновения пожара, судом первой инстанции была назначена экспертиза с постановкой вопросов: Где располагался очаг пожара? Какова непосредственная причина пожара? Имеются ли, и если да, то какие именно, нарушения правил пожарной безопасности в действиях (бездействии) ООО «Сметас», ООО «РКЦ», ООО «ИндастриОйл», приведшие к возникновению, распространению пожаров, а также нарушения, способствующие его позднему обнаружению и препятствующие своевременной локализации? Соответствует ли помещение склада по адресу: г. Екатеринбург, д. 20, общей площадью 925кв.м. требованиям норм и правил пожарной безопасности. Если нет, то какие требования (пункты, разделы) норм и правил пожарной безопасности были нарушены?  Могут ли изъятые с места пожара фрагменты, находящиеся в пакетах 1-6, являться составными частями электронно-вычислительной машины. Содержатся ли на указанных фрагментах признаки токовой перегрузки?

Согласно заключению эксперта ООО «Центр мониторинга пожарной безопасности» № 01/06/19 от 12.06.2019 (судебная экспертиза) очаг пожара, произошедшего 10.07.2018 года по адресу: г. Екатеринбург, ул. Совхозная, 20, располагался в помещении ООО «ИндастриОйл» около разделительной перегородки между складскими помещениями ООО «ИндастриОйл» и ООО «РКЦ», примерно в центральной её части; непосредственной причиной пожара явилось тепловое самовозгорание промасленного материала в районе установленного очага пожара; к возникновению пожара привели 2 события: разрешение и размещение в одной секции складского ангара расходного центра нефтепродуктов, которая не приспособлена для этой цели. 

Суд первой инстанции изучил материалы доследственной проверки, согласно которым пожар произошел 10.07.2018 в принадлежащем ООО «Сметас» одноэтажном здании склада прямоугольной формы размером 42х21х6 м, которое разделено на три секции. Несущие стены и двухскатная кровля склада выполнены из сэндвич-панелей с базальтовым утеплителем толщиной не менее 100 мм, фундамент и пол бетонно-заливные, отопление центральное водяное, вентиляция естественная, электроснабжение 380/220 В. Перегородка между секциями №2 и №3 выполнена от уровня пола до кровли из металлического листа, пространств и проёмов не имеет. Перегородка между секциями №1 и №2 выполнена из металлического профильного листа высотой 4 метра от уровня пола с проёмом до кровли в верхней части. В здании склада имеются оконные проемы в верхней части на расстоянии 3 метра от уровня пола. 

Секцию №1 занимал арендатор ООО «ИндастриОйл», секцию №2 - арендатор ООО «РКЦ», секция №3 на момент пожара пустовала. 

Согласно объяснениям руководителя подразделения ООО «ИндастриОйл» Елисеева А.А. в арендуемой части склада на момент возникновения пожара хранились бочки с ГЖ (гидравлическое, трансмиссионное и моторное масло), канистры ГЖ бочки (200 литров ГЖ), смазки консистентные, в общей «сложности» объема ГЖ около 100 тонн (100 000 кг), в складе также располагались отдельно от емкостей с маслами и другими материалами аэрозольные баллоны со смазкой для мотоциклетных цепей, погрузчиков. 

Согласно объяснениям кладовщика ООО «РКЦ» Никонова Д.А., специалиста по экономической безопасности ООО «РКЦ» Першуткина А.В. в арендуемой ООО «РКЦ» части склада хранились кабельная продукция (барабаны, бухты), погрузочная техника, 4 обмоточных станка, оргтехника, серверное оборудование, приобретенное у ООО «Комплексные кабельные поставки».

Объективная информация о точном количестве и наименовании продукции ООО «РКЦ», ООО «ИндастриОйл», ее размещении в секциях склада на момент пожара отсутствует.

Далее судом было установлено, что наружное электроснабжение складского помещения осуществлялось с ТП306 1 секция шин фидер 3. Коммутационное оборудование ВРУ Ангар 3 и ВРУ Ангар 4 в виде ящиков ЯБПВУ установлено на наружной стене склада, что позволило старшему контролёру (охраннику) ООО «Сметас» Левкову А.В. приблизительно в 07.20 час обесточить склад.

В части склада ООО «РКЦ» был установлен щиток с автоматами коммутации на внутренней поверхности стены возле входной двери, часть склада оборудована розеткой на наружной стене возле входной двери, станок по обмотке кабельной продукции с трехфазным двигателем.

В части склада ООО «ИндастриОйл» был установлен электрощит учета и распределения с автоматами коммутации, розетка на наружной стене возле входной двери. Освещение частей склада производилось светильниками ДРЛ мощностью 250 Вт в количестве 9 штук, смонтированных под потолком на подвесах.

Далее судом было установлено, что в феврале-мае 2018 года от распределительного щита ООО «ИндастриОйл» по внутренней правой стене помещения ООО ИндастриОйл» и задней стене до перегородки с ООО «РКЦ» проведен кабель (открытый способ) на высоте 2-4 м от уровня пола, 4 розеточные группы и три по 50 А автоматы, а со стороны ООО «ИндастриОйл» автоматы защиты. 

По материалам дела судом первой инстанции также установлено, что электроснабжение склада ООО «РКЦ» производилось от распределительного щитка в складе ООО «ИндастриОйл», имело место значительное увеличение энергопотребления со стороны ООО «РКЦ». 

Судом установлено, что склад оборудован автоматической пожарной сигнализацией (пожарные извещатели «Спиктроны» и дымовые), обслуживание которой осуществлялось ООО «Компания Бизнес мир» (лицензия №4-Б/00707 от 29.12.2012г.) по договору №06-01/ТО от 01.01.2017.

Из пояснений директора ООО «Компания Бизнес мир» Вараксина А.В. следует, что 06.07.2018 на территорию базы приезжал техник обслуживающей организации для консультации, неисправностей не было, подключены новые арендаторы. По архивным данным поступающей с оборудования информации выявлена потеря связи с оборудованием, установленным на спорном складе, 02.07.2018 в 10.43 час. Заявок на устранение неисправностей от ООО «Сметас» не поступало.

Из указанных обстоятельств суд заключил, что на момент пожара 10.07.2018 пожарная сигнализация своих функций не выполняла, так как находилась в неработоспособном состоянии.

Пожар обнаружил старший контролёр (охранник) ООО «Сметас» Левков А.В. при обходе территории: в 07 час. 00 мин. ничего не было выявлено (посторонних лиц, каких-либо происшествий); в 07 час. 12 мин. он увидел небольшое задымление со стороны склада № 4, которое при ближайшем рассмотрении исходило изнутри склада № 4; строение закрыто (опечатано) и находилось под охранной сигнализацией; признаков взлома (проникновения) выявлено не было; о пожаре информация доведена в пожарную охрану и до руководства базы ООО «Сметас»; электричество обесточено приблизительно в 07 час. 20 мин.

Начальник караула Барабанов А.Г. в объяснении указал, что по прибытию к месту вызова в составе пожарного караула было обнаружено, что происходит горение склада изнутри. Наибольшее горение наблюдалось изнутри (центральная часть западной стены), где располагалась кабельная продукция. Дальнейшее распространение огня последовало в другую сторону, где располагались бочки с горючей жидкостью. Следов взлома не было, с внешней части огня не наблюдалось.

Экспертом Алексеевым С.Г. (судебная экспертиза) проанализированы видеофайлы, протоколы осмотра места происшествия от 10 и 11.07.2018, показания очевидцев, записи с видеокамер, произведена синхронизация времени и событие пожара реконструировано. На отсутствие синхронизации по  времени камер, а также видеофайлов обратили внимание специалисты  ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России от 13.01.2020 №И/1-20.  

В результате данной синхронизации выявлено, что белый дым зафиксирован в 07 час. 19 мин., пожарный караул прибыл на пожар 07 час. 35 мин., сообщение о пожаре директору ООО «Сметас» поступило 07 час. 35 мин. и в промежуток времени с 07 час. 35 мин. до 07 час. 40 мин. здание склада обесточено.

В протоколе осмотра места происшествия от 10.07.2018 указано, что понятые предупреждены, что осмотр места происшествия начинается с данного момента до ликвидации пожара и им необходимо наблюдать следующие явления: огонь распространяется изнутри складского здания (склад № 4) и наиболее интенсивен в центральной части западной стены. При этом кровля и конструкции в наибольшей степени обрушились и деформировались со стороны центральной части западной стены в месте расположения кабельной продукции. Далее огнём охвачена часть здания в северной части в месте расположения масляной продукции. При этом замечено, что огонь распространяется со стороны кабельной продукции «языки пламени» с сопровождением чёрного густого дыма с наиболее интенсивным выделением со стороны масляных продуктов горения. После ликвидации отмечаются следующие явления: внутри строения идёт разборка и проливка. Металлические конструкции обрушены в большей степени в центральной части западной стены.

В протоколе дополнительного осмотра от 11.07.2018 указано, что наибольшие термические повреждения наблюдаются в центральной части западной стены здания (северо-западная часть секции №2). По мере удаления в юго-западную и восточную части секций № 2 степень термических повреждений снижается, о чём свидетельствует частичное сохранение изоляции кабельной продукции, полимерных труб отопления, лакокрасочного покрытия на различных металлических конструкциях. При осмотре секции № 1 установлено, что конструкции кровли и стен деформированы к центральной части секции, в западной части секции наблюдается большое количество карбонизированных полимеров, выгорание данной массы преимущественно наблюдается со стороны северо-западной части секции №2. В целом под банками наблюдается сохранение деревянных поддонов. В восточной части склада термические повреждения носят менее выраженный характер, о чём свидетельствует сохранение сэндвич панелей, а также лакокрасочного покрытия на различных конструкциях. При осмотре секции № 3 установлено, что снаружи стены термических повреждений не имеют. Внутри вся секция закопчена продуктами горения. В северной части секции стена (перегородка) имеет деформацию по всей площади.

Таким образом, протоколы осмотра подтверждают, что наибольшие термические повреждения сосредоточены в северо-западной части секции № 2 (ООО «РКЦ»), при этом при осмотре секции № 1 установлено, что конструкции кровли и стен деформированы к центральной части секции. 

Эксперт Алексеев С.Г. (судебная экспертиза),  ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России от 13.01.2020г. №И/1-20, НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» отметил прогиб перегородки в сторону склада ООО «ИндастриОйл». 

Заслушанные в судебном заседании специалисты Криворогов М.В., Соболеа Г.А., Галеев А.А. пояснили, что металлические конструкции деформируются к очагу пожара. 

Сопоставив фактические данные, указанные в протоколах осмотра, объяснениях, экспертных заключениях, пояснениях специалистов, суд первой инстанции пришел к выводу, что либо протокол содержит некорректные сведения, вследствие чего описанные в протоколе следы пожара противоречат друг другу, либо на деформацию стены между двумя складами в сторону секции №1 (ООО «ИндастриОйл») повлияла объемная вспышка внутри помещения в 07 час. 41 мин., которая исказила влияние действительного очага пожара на металлические конструкции.

Далее исследуя доказательства, суд первой инстанции отметил, что НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» в своем заключении усомнился в правильном определении при проведении экспертизы очага пожара, поскольку в заключении имеются следующие высказывания: «На момент фиксации обстановки горение происходило в северной и центральной части складского помещения», а наибольшие термические повреждения сосредоточены в западной части склада №4, в северо-западной части секции №2 (ООО «РКЦ»). 

Суд обратил внимание на то, что привлеченный в качестве эксперта к осмотру места происшествия 10.07.2018 Криворогов М.В. участие в осмотре места происшествия 10.07.2018 не принимал, что прямо следует из протокола. Информация о пожаре им получена только 11.07.2018, следовательно, при проведении экспертизы в рамках доследственной проверки им использовалась информация о последствиях пожара, а не о развитии пожара.

Суд также отметил, что непосредственное развитие пожара наблюдал пожарный караул, прибывший на место тушения, но только с 07 час. 34 мин., а объяснения начальника караула Барабанова А.Г. действительны только с 07 час. 35 мин.

Из реконструкции события пожара (судебная экспертиза) следует, что с 07 час. 19 мин. до 07 час. 35 мин. фиксируется внешними источниками белый дым, клубы белого дыма, небольшое задымление (показания Левкова А.В.), дым из щели между стеновыми панелями северной стены в верхней части северо-западного угла склада, далее дым из щелей между стеновыми панелями северной и западной стен в верхней части северо-западного угла склада.

В заключении НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» указано, что белый дым характерен для горения таких материалов как бумага или картон.

Судом установлено, что развитие пожара не нашло отражения в заключении экспертизы доследственной проверки ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области. Специалист сделал свой вывод о причинах пожара, основываясь на методике определения очага пожара по месту нахождения наибольших термических воздействий, наблюдаемых после его локализации 11.07.2018; очаг пожара определен в северо-западной части секции №2 (ООО «РКЦ»), причиной пожара указано короткое замыкание перегрузка электросети, что, по мнению суда первой инстанции, является логичным, поскольку представитель ООО «РКЦ» указал на нахождение на складе майнингового оборудования.

Металлографическое исследование, проведенное при доследственной проверке (КРСП №18.10650003.434 от 10.07.2018г.), специалистом Козионовым А.В., в отношении образцов, изъятых Шевцовым Ю.С., подтвердило выводы заключения  ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области. На исследуемых образцах: образец №2 - фрагмент №2 - пакет № 1, образец № 4 - фрагмент № 3 - пакет № 2, образец № 5 - фрагмент № 2 - пакет № 2, образец № 6 - фрагмент № 3 - пакет № 2, образец № 7 - фрагмент № 4 - пакет № 2, образец № 8 - фрагмент № 1 - пакет № 3 ‚ образец № 10 - фрагмент № 1 - пакет № 5, образец № 11 - фрагмент № 2 - пакет № 5, образец № 12 - фрагмент № 3 - пакет № 5, образец № 14 - фрагмент № 2 - пакет № 6 обнаружены признаки аварийного режима работы, характерные для токовой перегрузки. Установить условия возникновения токовой перегрузки (т.е. «первичность» и «вторичность») не представляется возможным, ввиду отсутствия соответствующих методик. 

На исследуемых объектах: образец № 1 - фрагмент № 1 пакет № 1, образец № 13 - фрагмент № 1 - пакет №6, обнаружены признаки аварийного режима работы, характерные для вторичного короткого замыкания, образовавшиеся в условиях развивающегося пожара.

На исследуемых объектах: образец № 3 - фрагмент № 1 - пакет № 1, образец № 9 - фрагмент №1 пакет № 4, обнаружены признаки аварийного режима работы, характерные для первичного короткого замыкания, образовавшиеся в условиях до возникновения пожара или на начальной его стадии.

Проанализировав металлографическое исследование, суд первой инстанции пришел к выводу, что только образец 9 фрагмент 1 в пакете 4, образец № 3  фрагмент № 1 в пакете № 1, изъятые со склада ООО «РКЦ», подтверждают первичное короткое замыкание, при этом образец в пакете 1 в иных фрагментах не позволяет определить условия возникновения токовой перегрузки и также имеет признаки вторичного короткого замыкания, а образец в пакете 4 приведен в исследовании только в одном фрагменте.

После чего суд сделал суждение, что один и тот же образец – одножильный проводник длиной 2,1 м и диаметром 1,8 мм (пакет 1) демонстрирует вариативность условий возникновения токовой перегрузки: неопределяемая, до возникновения пожара или на начальной его стадии, развившийся пожар. При этом возникновение токовой перегрузки на стадии до возникновения пожара или на начальной стадии несовместимо с данными работы майнингового оборудования и техническими характеристиками оборудования.

При рассмотрении дела специалист НОЧУ  ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» Соболев Г.А. отнесся критически к версии первичного короткого замыкания, которое не может произойти одновременно на нескольких приборах, подключенных к одной цепи, а также не может возникнуть на начальной стадии пожара. 

Специалист ООО «Противопожарная защита» в заключении указал, что провод из пакета №1 (на котором обнаружены признаки первичного короткого замыкания) с наибольшей вероятностью является элементом электропроводки розеточной сети или освещения, поскольку одножильный провод не используется в конструкциях удлинителей или майнингового оборудования.

Судебный эксперт отметил, что на фрагменте многопроволочного электропроводника из пакета № 3, имеется шарообразное оплавление, характерное для токовой перегрузки. Принимая во внимание результаты настоящего пожарно-технического исследования можно сделать вывод, что данная перегрузка возникла в результате короткого замыкания, которому способствовала объёмная вспышка газовоздушной смеси на складе ООО «ИндастриОйл». Возникший ток замыкания пошёл по замкнутой сети, в которой были электропотребители (майнинговое оборудование на складе «РКЦ»). Сохранение на данном электропроводнике обугленной изоляции исключает его нахождение в очаге пожара.

Также суд первой инстанции привлек и заслушал специалистов Иванова Л.А., устанавливавшего оборудование на складе ООО «РКЦ», и Байдало М.Ю., кандидатура которого заявлена ООО «Сметас», которые пояснили, что майнинговое оборудование является специализированным компьютерным оборудованием, предназначенным для выработки криптовалюты (генерированный математический код). Процесс выработки криптовалюты является непрерывным, поэтому оборудование предназначено изначально для непрерывного функционирования; не требует контроля со стороны персонала и работает полностью в автоматическом режиме после первоначальной настройки; оборудование имеет все средства защиты – от перегрева, от повышения напряжения, превышения потребляемого тока. Для защиты от перегрева присутствует конструктивно заложенное охлаждение воздухом аналогично охлаждению обычных персональных компьютеров; выработка криптовалюты прекращается при температуре 80 градусов по Цельсию. Блок питания также имеет защиту от короткого замыкания, от превышения нагрузки по току; при возникновении каких-либо проблем на выходе блока контроллеры выключают блок питания; на входе блока питания используется типовая схема защиты и предохранитель обеспечивает мгновенное обесточивание блока питания при выходе из строя каких-либо компонентов.

Специалисты Иванов Л.А. и Байдало М.Ю. в суде первой инстанции сделали выводы о невозможности возникновения пожара в связи с работой майнингового оборудования, но не исключили возможность возгорания проводов, отметив, что в этом случае произошло бы отключение оборудования из-за срабатывания защиты на автоматах, установленных в складе ООО «РКЦ».

Специалист НОЧУ  ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» Соболев Г.А. по зафиксированной расстановке майнингового оборудования (подтверждено специалистом Ивановым Л.А, устанавливавшим данное оборудование) определил, что параллельное подключение электрооборудования к электрической сети через автомат защиты исключает аварийный режим работы оборудования от перегрузки или короткого замыкания.

Далее, исследуя обстоятельства произошедшего на складе пожара, суд первой инстанции указал, что версия о возможном возникновении пожара в складе ООО «ИндастриОйл» специалистом Кривороговым М.В. не рассмотрена и в заключении ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области отсутствует. Между тем, из показаний специалиста управленческого учета ООО «ИндастриОйл» Климовой Е.А. следует, что накануне пожара приблизительно 05.07.2018 ею обнаружен горячий на ощупь электрический кабель, идущий от электрощита (в секции ООО «ИндастриОйл») до соседней секции арендатора, а 09.07.2018 около 18 час. 00 мин. перед уходом с работы она выключила все электроснабжение, сняла аккумуляторную батарею с погрузчика и отсоединила клеммы, закрыла склад.

Судебным экспертом проанализированы паспорта безопасности продукции ООО «ИндастриОйл», из которых следует, что из аэрозольных баллонов возможна утечка, а при нагревании возможен взрыв, допустимая температура нагрева не больше 50 градусов по Цельсию.

Сопоставив эти факты, суд первой инстанции указал, что показания Климовой Е.А. о нахождении в складе ГСМ горячего кабеля при названных условиях хранения остались за рамками проведенной ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области экспертизы. 

Экспертом Алексеевым С.Г. (судебная экспертиза) проанализировано возможное развитие пожара в случае нахождения очага пожара в месте расположения майнингового оборудования, отмечено, что в этом случае изоляция электропроводников у западной стены и ЛКП на стеновых панелях западной стены не сохранились, а прогиб перегородки был бы в сторону склада ООО «РКЦ», но имеет место иная картина следов пожара. 

Экспертом по панораме западной и восточной стены здания склада выделено три локальных участка с максимальными термическими пвреждениями.

 Первый очаг как очаг пожара не квалифицирован по указанным причинам, отклоняющим официальную версию, нашедшую отражение в заключении ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области. Второй очаг – склад ООО «ИндастриОйл» таковым не признан на основе анализа движения фронта горения до очаговой вспышки, который позволяет сделать вывод о том, что на момент очаговой вспышки (07 час. 40 мин.) горение происходило у восточной стены и у разделительной перегородки складских помещений ООО «РКЦ» и ООО «ИндастриОйл», примерно в центральной ее части.

НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» в своем заключении делает вывод о том, что очаг пожара располагался в центральной части помещения №1 выше уровня нулевой отметки (пола).

Заключение НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики» суд первой инстанции расценил как наиболее информативное с точки зрения фиксации специалистом Соболевым Г.А. места происшествия, поскольку Соболев Г.А. как независимый специалист получил прямо и непосредственно самую достоверную информацию о последствиях пожара после осмотра места происшествия 11.07.2018 специалистом Кривороговым М.Ю. Фиксация следов пожара произведена Соболевым Г.А. 13.07.2018, после указанной даты место происшествия подверглось изменению, что явно следует из фотографий Соболева А.Г., сделанных при повторном осмотре 23.07.2018.

Заключение ООО «Файер контроль» (специалист Галеев  А.А.) судом первой инстанции также проанализировано и в совокупности с оценкой сравнительных фотоматериалов Соболева А.Г. судом установлено изменение вещественной обстановки. Специалист Галеев А. А. пришел к выводам, что очаг пожара расположен во внутреннем пространстве центральной секции склада № 4, в районе седьмой колоны восточной стены склада (отсчёт колонн начинается от северо-восточного угла здания); причиной пожара послужило тепловое проявление аварийного режима работы электрических проводов на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара; данный аварийный режим работы произошёл в результате перегруза электросети и нарушения ООО «РКЦ» требований п. 348 и 349 Постановления Правительства РФ от 2504.2012г. №390 «О противопожарном режиме». Суд первой инстанции признал, что заключение ООО «Файер контроль» не основано на объективных данных, поскольку специалист Галеев А.А. производил осмотр места происшествия 23.07.2018 и отметил возможное изменение вещественной обстановки. 

Заключение ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области суд первой инстанции не принял во внимание, мотивировав тем, что оно не содержит информации об исследовании иных обстоятельств, имеющих существенное значение: развитие пожара во времени, следы пожара, влияние на них объемной вспышки в складе ООО «ИндастриОйл», пожарная нагрузка склада в целом и их частей, а также объективные данные работы майнингового оборудования, свидетельствующие о том, что работа прекращена в 07 час. 40 мин, сохранение на складе ООО «ИндастриОйл» деревянных поддонов при утрате ГСМ. 

Установив и изложив фактические обстоятельства дела, суд заключил, что очаг пожара и причина пожара должны находиться в логической взаимосвязи не сами по себе, а с учетом всех значимых обстоятельств и каждое значимое обстоятельство развития пожара, следов пожара не должно противоречить версии пожара.

Далее, суд первой инстанции на основе представленных в материалы дела заключений пришел к выводу, что специалисты расходятся в определении очага пожара и причин пожара, что имеет существенное значение для рассмотрения настоящего дела, поскольку с выводами экспертов стороны связывают наличие или отсутствие причинно-следственной связи с причинением убытков. 

На основе полученной информации – видео и фотоматериалов, объяснений очевидцев, протоколов осмотра места происшествия, объяснений специалистов Криворогова М.В.., Козионова А.В., Соболева А.Г., Галеева А.А., Иванова Л.А., Байдало М.Ю., заключений  ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области, ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области, НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики», ООО «Противопожарная экспертиза», ООО «Файер контроль», ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России, суд первой инстанции признал установленным только факт возникновения пожара внутри склада №4, зона, в которой мог находиться очаг пожара, центральная часть, в которую входят секции склада №1 и №2.

Суд первой инстанции, проанализировав все имеющиеся в деле доказательства, пришел к обоснованному выводу о том, что причина пожара не установлена ни при проведении доследственной проверки (протокол осмотра места происшествия и заключения ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области, ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Челябинской области (отдельно не исследовалось и не оценивалось судом, поскольку к нему имеются те же претензии, что и к заключению ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области) имеют неустранимые противоречия), ни при проведении судебной экспертизы.

Далее, суд первой инстанции указал, что установить причину пожара в настоящее время практически невозможно, поскольку отсутствуют материальные носители следов пожара, а те, которые имеются, исследованы и оценены практически всеми специалистами-пожаротехниками.

В заключении ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России указано, что объективной информации, ориентирующей специалиста на какую-либо конкретную версию возникновения пожара, в материалах доследственной проверки не содержится. Объективно сократить круг версий по имеющимся материалам не представляется возможным.

Привлеченные специалисты-пожаротехники восполняли недостаток информации видеофайлами из общего доступа, а причины пожара выдвинуты на основе опыта как наиболее вероятные.

Далее, установив по материалам обстоятельства пожара, суд первой инстанции проанализировал договорные отношения сторон.

Из представленного договора аренды №С-77/17 от 22.12.2017г., заключенного между ООО «Сметас» (арендодатель) и ООО «РКЦ» (арендатор), следует, что арендатор обязан возместить ущерб арендодателю, если он возник в результате аварий и повреждений, произошедших по вине арендатора, повлекших порчу арендуемых помещений или иного имущества арендодателя.

Данное условие договора согласуется с положениями пункта 1 статьи 401 и статьи 402 ГК РФ, согласно которым арендатор несет ответственность, если гибель (повреждение) арендованного имущества произошли по его вине или по вине работников, действия которых считаются действиями арендатора.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, договор аренды №С-77/17 от 22.12.2017 не устанавливает условий о возложении на арендатора риска случайной гибели имущества либо ответственности за вред, причиненный действиями третьих лиц, 

Согласно договору арендатору запрещено самостоятельное подключение к инженерным коммуникациям (п. 2.2.7 договора); на него возложена обязанность по соблюдению противопожарных норм и правил в арендуемом помещении (п. 2.2.11).

Суд при рассмотрении дела установил и отразил в решении, что майнинговое оборудование, размещенное ответчиком, не является электронагревательным прибором, а в соответствии с объяснениями специалиста Иванова Л.А. процесс выработки криптовалюты является непрерывным, поэтому данное оборудование уже изначально предназначено для непрерывного функционирования; не требует контроля со стороны персонала и работает полностью в автоматическом режиме после первоначальной настройки.

Суд на основании содержания договора аренды указал в решении, что склад предоставлен арендатору под хранение, дополнительных условий (ограничений) хранения не обозначено.

Далее, судом рассмотрена возможность возникновения пожара из-за работы майнингового оборудования в виде выдвинутой версии возникновения пожара  в заключении  ФГБУ «СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области и отклонена со ссылкой на заключение ООО «Противопожарная защита», в котором указано, что провод из пакета №1 (на котором обнаружены признаки первичного короткого замыкания) с наибольшей вероятностью является элементом электропроводки розеточной сети или освещения, поскольку одножильный провод не используется в конструкциях удлинителей или майнингового оборудования.

На основе анализа всех представленных по делу доказательств, по отдельности и в совокупности, суд первой инстанции признал, что объективными данными причины пожара не подтверждены, в связи с чем возложил ответственность за возникновение пожара на собственника склада №4 – ООО «Сметас», не обеспечившего соблюдение Правил пожарной безопасности.

При этом суд первой инстанции исходил из имеющихся в материалах дела доказательств нарушения арендодателем требований пожарной безопасности.

Судебный эксперт в своем заключении отметил, что неправильно определена степень огнестойкости здания, которая относится к  1-3 степени, а не 4, согласно п. 9.2. СП 155.13130.2014; складское помещение ООО «РКЦ» не отделено от помещения склада ООО «ИндастриОйл» противопожарной перегородкой 1-го типа с перекрытием 3-го типа, как требует п. 9.5 СП 155.13130.2014, п. 6.3.7 СП 4.13130.2013); на полу помещения склада ООО «ИндастриОйл» отсутствуют уклоны для стока жидкости к лоткам (п. 9.7 СП 155.13130.2009); в здании отсутствует автоматическая систем пожаротушения (таблица А.3 Приложения А СП5.13130.2009); отсутствует механическая система вентиляции (п.6.1 СП7.13130.2013,п. 7.2.7 СНиП 41-01-2003); общее окно в складских помещениях ООО «ИндастриОйл» и ООО «РКЦ» не закрашено белой краской или не оборудовано солнцезащитными негорючими устройствами (п. 355 Правил противопожарного режима в Российской Федерации); не организован контроль за концентрацией бутана в помещении ООО «ИндастриОйл» (требования паспорта безопасности на аэрозольный продукт); стоянка автопогрузчиков в помещениях складов ООО «РКЦ» и ООО «ИндастриОйл» (и. 345 Правила противопожарного режима в Российской Федерации); установка штепсельных розеток в складе ООО «РКЦ» (п. 348 Правила противопожарного режима в Российской Федерации); оборудование склада ООО «РКЦ» не обесточено по окончании рабочего дня (п. 349 Правил противопожарного режима в Российской Федерации).

Эксперт не исключает также следующие нарушения: выдержано ли расстояние с края секции с ГСМ до оси железнодорожного пути согласно п.8.6 табл. 10 СП 155.13130.2014; в представленных на экспертизу материалах отсутствует определение класса зоны и категории помещения по взрывопожарной опасности склада ООО «РКЦ» (статьи 19, 27 Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности»); выполненный ранее расчёт класса зоны и категории помещения по взрывопожарной опасности склада ООО «ИндастриОйл» не учитывает хранение аэрозольных баллонов; неизвестно была ли табличка на здании склада с номером телефона для вызова пожарной охраны (п. 6 Правила противопожарного режима в Российской Федерации); неизвестно были ли таблички на дверях помещений ООО «РКЦ» и ООО «ИндастриОйл» с обозначением категорий помещений по взрывопожарной и пожарной безопасности и указания класса зоны (и. 20 Правил противопожарного режима в Российской Федерации); использование металлического ангара для хранения ЛВЖ/ГЖ неудачный вариант, поскольку в летнюю солнечную погоду возможна дополнительная аккумуляция теплоты, поэтому возникает проблема: как обеспечить защиту баллонов с горючими газами и ГЖ от теплового воздействия (требования п. 341 Правил противопожарного режима в Российской Федерации); отсутствует информация о первичных средствах пожаротушения; если руководствоваться данными паспорта безопасности, то при аварийной ситуации возможно разгерметизация аэрозольных баллонов с утечкой горючих газов-наполнителей и образование взрывоопасной концентрации; если так, то будет класс взрывоопасной зоны В-2, что требует применения электроустройств взрывоопасного типа; это требование относится не только к секции ООО «ИндастриОйл», но к другим секциям (помещение ООО «РКЦ» и свободное помещение) здания склада. 

ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России также подтверждает необеспечение пожарной безопасности склада, которое выразилось в отсутствии в здании системы автоматического пожаротушения, отсутствии в складском здании системы вытяжной противодымной вентиляции, отсутствие в здании внутреннего противопожарного водопровода с требуемым расходом на внутреннее пожаротушение, стоянке погрузчиков в арендуемых складских помещениях, оставлении в складском помещении майнингового оборудования включенным после окончания рабочего дня,  отсутствии на объекте инструкции о мерах пожарной безопасности для складского помещения ООО «ИндастриОйл», отсутствии на объекте системы противопожарной защиты, соответствующей требованиям пожарной безопасности.

Вместе с тем, по мнению специалистов ФГБОУ ВО СПб УГПС МЧС России, осуществление стоянки погрузчиков в складских помещениях, арендуемых ООО «РКЦ» и ООО «ИндастриОйл», оставление в складском помещении ООО «РКЦ» оборудования для выработки криптовалюты включенным после окончания рабочего дня не повлияли на развитие пожара и его последствия. Между отсутствием в здании системы автоматического пожаротушения, отсутствием на объекте системы противопожарной защиты, соответствующей требованиям пожарной безопасности и развитием пожара, а также его последствиями имеется прямая причинно-следственная связь. 

Исследуя доказательства, суд первой инстанции правомерно указал, что в силу статьи 69 АПК РФ постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не является приговором суда и не имеет преюдициального значения для настоящего спора.

С целью проверки доводов сторон, суд первой инстанции запросил материалы проверки КРСП №18.10650003.434 от 10.07.2018, в которых имеются показания очевидцев пожара, представителей ООО «Сметас», ООО «РКЦ» и ООО «ИндастриОйл», заключения назначенных дознавателем экспертиз, описание места пожара, результаты металлографического исследования, которые нашли отражение в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела.

Материалы проверки правомерно расценены судом первой инстанции относимыми к рассматриваемому спору и допустимыми с точки зрения способа получения, в связи с чем они исследованы и оценены судом наряду с иными доказательствами по делу.

Апелляционный суд считает, что обстоятельства дела полностью установлены судом первой инстанции на основе имеющихся в деле доказательств.

Стороны спора смогли представить доказательства в обоснование своих позиций, а суд первой инстанции дал оценку всей совокупности доказательств, анализируя и исследуя их по отдельности и в совокупности.

Апелляционный суд полагает, что в рассматриваемом деле не имеется оснований считать, что какие – либо обстоятельства не установлены судом первой инстанции.

Суд первой инстанции правильно применил к спорным правоотношениям нормы материального права.

Согласно статье 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (статья 210 ГК РФ).

В силу статьи 211 ГК РФ риск случайной гибели (повреждения) имущества лежит на его собственнике.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела обоснованно исходил из положений части 1 статьи 38 Федерального закона «О пожарной безопасности», а также разъяснений Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006 за второй квартал 2006 года), согласно которым собственник имущества обязан обеспечить исправное и безопасное использование и функционирование своего имущества, исключающее причинение вреда иным лицам, а при его наличии возместить вред, причиненный им другим лицам при осуществлении правомочий собственника по владению, пользованию и распоряжения своим имуществом; лицом, которое несет ответственность за нарушение правил пожарной безопасности, может быть как арендодатель, так и арендатор.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Суд первой инстанции установил необходимый юридический состав для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков на истца по первоначальному иску.

Оснований для изменения выводов суда по существу спора апелляционный суд не усматривает, поскольку считает их правильными, соответствующими обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы апелляционных жалоб апелляционный суд отклоняет, расценивая их направленными на переоценку обстоятельств дела, установленных судом, в отсутствие для этого веских причин.

Податели жалоб утверждают, что суд первой инстанции не дал оценку ряду доказательств (объяснениям кладовщика ответчика, протоколу осмотра места происшествия, постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела, объяснениям лиц, опрошенных дознавателем Шевцовым Ю. С., протоколу осмотра доказательств), на которые они указывают, но эти доводы не соответствуют действительности и опровергаются содержанием судебного акта.

По сути, апеллянты не соглашаются с судебной оценкой тех доказательств, которые, по их мнению, подтверждают обоснованность их позиций.

При проверке соответствующих доводов апелляционным судом не установлены доказательства, которые не подвергались судебной оценке.

Суд исследовал имеющиеся в деле доказательства всесторонне, цитируя их содержание, анализируя их во взаимосвязи, сопоставляя имеющуюся в них информацию.

Апелляционный суд считает, что всему объему доказательств суд посвятил достаточное время для его исследования и оценки, отразив свои суждения в решении по делу.

Новых доказательств и доводов, которые суд первой инстанции не исследовал и не оценивал, и которые могли бы привести к иному результату рассмотрения спора, стороны в суде апелляционной инстанции не представляют и не приводят.

Собственная оценка апеллянтами тех или иных доказательств не предусмотрена процессуальным законодательством в качестве основания для отмены судебного акта.

Отдельные обстоятельства, на которые обращают внимание суда податели жалоб, полагающие, что суд первой инстанции их не оценил (наличие и уничтожение деревянных поддонов на складах, деформация и изгиб металлоконструкций и другие) судом первой инстанции изучались и оценивались в ходе исследования экспертных заключений и иных доказательств.

Доводы жалоб о том, что суд не исследовал договорные отношения и не дал оценку фактам нарушений со стороны арендатора (использование арендованного помещения не под склад, отсутствие письменного согласования арендодателем подключения майнингового оборудования), также не соответствуют действительности и опровергаются содержанием решения суда, который рассмотрел указанный блок вопросов в контексте содержания договора аренды и иных доказательств.

Податели жалоб не соглашаются с тем, что арендодатель признан судом нарушившим требования пожарной безопасности, полагая, что экспертные заключения, несущие соответствующую информацию, являются не относимыми и недопустимыми доказательствами, поскольку перед экспертами были поставлены вопросы права.

Проверив обоснованность этих доводов, апелляционный суд признает их не соответствующими действительности. Поставленные перед экспертами вопросы о наличии нарушений пожарной безопасности и их влиянии на условия пожара являются вопросами, на основании которых устанавливаются фактические обстоятельства дела.

Несогласие апеллянтов с выводами суда, сделанными на основе экспертных заключений, не может рассматриваться апелляционным судом как причина для признания этих доказательств неотносимыми и (или) недопустимыми.

По указанным мотивам апелляционный суд считает, что доводы жалоб о недоказанности нарушений требований пожарной безопасности со стороны арендодателя, противоречат материалам дела и не подтвердились в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

В апелляционной жалобе общества «ИндастриОйл» также приведен довод о том, что лица, сделавшие вывод о нарушении требований пожарной безопасности обществом «Сметас», не являются лицами, уполномоченными выявлять нарушения в силу положений статей 23.1, 23.34 КоАП РФ, они не присутствовали на месте пожара.

Апелляционный суд считает данный довод также не ставящим под сомнение выводы суда. В рассматриваемом случае компетенция судебного эксперта и специалистов применительно к административному производству не устанавливается, предметом спора является не вопрос привлечения к административной ответственности, а вопрос взыскания убытков.

Выводы эксперта и специалистов о наличии нарушений со стороны арендодателя сделаны на основании материалов настоящего дела, следовательно, отсутствие этих лиц на месте пожара, само по себе, в отсутствие иных причин, не может расцениваться как основание для исключения их мнений из числа доказательств.

Доводы о недоказанности совокупности оснований для взыскания убытков с общества «Сметас» в пользу общества «РКЦ» также не находят своего подтверждения. В судебном акте подробно изложены мотивы, по которым суд признал ответственным за причинение убытков ответчику именно истца по первоначальному иску. К установленным обстоятельствам дела, как уже было отмечено в постановлении, суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иных суждений по существу спора.

В апелляционной жалобе общества «ИндастриОйл» также приведены доводы о процессуальных нарушениях со стороны суда первой инстанции.

Часть из них апелляционный суд признает обоснованными (в материалах дела и в Картотеке арбитражных дел отсутствуют определения от 25.10.2019, от 03.07.2020, от 28.08.2020, от 02.09.2020), но расценивает их как процессуальные нарушения, которые не привели и не могли привести к принятию неправильного решения (часть 3 статьи 270 АПК РФ), поскольку в указанные даты в судебных заседаниях присутствовали представители сторон. Отсутствие определений не привело к тому, что кто-либо из участников дела не был извещен и не присутствовал на последующем заседании, не смог реализовать свои процессуальные права.

         Довод о том, что суд первой инстанции не разрешил требования ответчика к обществу «ИндастриОйл», не подтвердился, поскольку в решении суда указано, что заявление общества «РКЦ» в части привлечения к солидарному исполнению обязательств общества «ИндастриОйл» отклонено.

         Не отражение в протоколе судебного заседания действия по приобщению к материалам дела технического заключения от 13.01.2020, при том, что стороны присутствовали в судебных заседаниях и не принесли в установленном порядке замечаний на протокол судебного заседания, также является процессуальным нарушением, которое не привело и не могло привести к принятию неправильного решения.

Довод о том, что данное заключение не исследовалось судом первой инстанции, апелляционный суд признает ничем не подтвержденным.

Довод о не рассмотрении судом ходатайства о проведении повторной пожаротехнической экспертизы не соответствует действительности, в решении суда результат и мотивы разрешения ходатайства изложены.

Довод о том, что Соболев Г. А. не предупрежден об уголовной ответственности также не свидетельствует о наличии процессуальных нарушений. Из материалов дела следует, что заключение специалиста № 200-птэ/2018 от 18.09.2018 было представлено в материалы дела ответчиком (том 1). Специалист Соболев Г. А., руководитель НОЧУ ДПО «Институт судебных экспертиз и криминалистики», составил указанное заключение на основании договора № 200-птэ от 13.07.2018, заключенного с ООО «РКЦ».

Таким образом, данное доказательство не является экспертным заключением по смыслу статьи 86 АПК РФ, следовательно, к нему не применимы требования, предъявляемые законом к экспертному заключению, в том числе о предупреждении эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Довод о том, что листы дела в томах №13-№18 не пронумерованы не соответствует действительности, вместе с тем, в иных томах встречается нумерация листов дела карандашом, что не может рассматриваться как надлежащая нумерация, но также не является тем процессуальным нарушением, которое влечет отмену судебного акта.

По приведенным в постановлении мотивам апелляционный суд приходит к выводу, что суд первой инстанции при рассмотрении дела не допустил нарушений, которые в силу статьи 270 АПК РФ влекут отмену или изменение судебного акта.

При изложенных обстоятельствах решение следует оставить без изменения, отказав в удовлетворении апелляционных жалоб ООО «Сметас» и ООО «ИндастриОйл».

        Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

 

                                           ПОСТАНОВИЛ:

 

Решение Арбитражного суда Свердловской области  от 17 сентября 2020 года по делу № А60-1032/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

        Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области 

 

Председательствующий

 

Е.Ю. Муравьева  

 

Судьи

 

Е.Е. Васева   

 

Е.М. Трефилова