ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-2764/2015

г. Ессентуки

28 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 февраля 2022 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы представителя учредителей, учредителя ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 и АО "Россельхозбанк" на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 15.11.2021 по делу № А20-2764/2015, принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Торговый дом «Эра-А» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А», а также встречному исковому заявлению представителя учредителей ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 к Ассоциации МСРО «Содействие»- Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие», к арбитражному управляющему Ассоциации МСРО ФИО3, к арбитражному управляющему Ассоциации МСРО «Содействие» ФИО4, к арбитражному управляющему МСРО «Содействие» ФИО5, к представителю АО "Россельхозбанк" ФИО6, к представителю учредителей ООО «ТД «Эра-А» ФИО7, к работнику ПАО «Сбербанк» ФИО8 о взыскании убытков, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» (ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

открытое акционерное общество «Сбербанк России» в лице Кабардино-Балкарского отделения № 8631 обратилось в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» несостоятельным (банкротом). 

          Определением Арбитражного суда КБР от 25.02.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» введено наблюдение сроком на шесть месяцев; временным управляющим утверждена ФИО3, член некоммерческого партнерства Ассоциация межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие». 

          Решением Арбитражного суда КБР от 19.09.2017 общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3. 

          Определением от 22.12.2017 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А», ФИО4 утвержден в качестве конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А». 

          14.11.2017 конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд КБР с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника. 

          06.08.2021 через канцелярию Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от представителя учредителей, учредителя ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 поступило встречное заявление в котором просит взыскать солидарно с Ассоциации МСРО «Содействие», арбитражного управляющего Ассоциации МСРО ФИО3, арбитражного управляющего ФИО4 г. Орел, арбитражного управляющего ФИО5 г. Орел, представителя учредителей ООО «ТД «Эра-А» ФИО7, работника Сбербанка ФИО8, работника Россельхозбанка ФИО6, нанесенный ущерб в пользу ООО «ТД «Эра-А» в размере 142 млн. 280 тыс., за счет взысканной суммы закрыть не закрытую задолженность перед ИФНС в сумме 654 008, 49 руб. и пеню -45468, 72 руб., перед ПАО Сбербанк -29746809, 84 руб., и пени -64079, 24 руб., перед КБРФ ОАО Россельхозбанк-1699813, 7 руб., МСДП «Горзеленхоз»-140 300 руб., перед ФИО9- 1769958 руб. и пеня -173875 руб. 

          Определением от 13.08.2021 принято встречное заявление представителя учредителей, учредителя ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 для совместного рассмотрения с заявлением конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника.  

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 15.11.2021 в удовлетворении заявления конкурного управляющего ООО «ТД «Эра-А» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО2 и ФИО10 отказано. Так же отказано в удовлетворении заявления представителя учредителей ООО «ТД «Эра-А» о взыскании солидарно с Ассоциации МСРО «Содействие», арбитражных управляющих ФИО3, ФИО4, ФИО5, представителя учредителей ФИО6, работника АО «Россельхозбанк» ФИО6, работника ПАО «Сбербанка» ФИО8 в пользу ООО «ТД «Эра-А»142 280 000 рублей убытков. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для удовлетворения заявленных требований.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, представитель учредителей, учредитель ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 и АО "Россельхозбанк" обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. 

Представитель учредителей, учредитель ООО «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 считает, что судебный акт принят без оценки всех фактов нарушения законодательства Российской Федерации.

АО "Россельхозбанк" считает, что у контролирующих должника лиц возникла обязанность по обращению в суд заявлением о признании несостоятельным (банкротом) в конце 2014 года. Кроме того, ссылается на то, что невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве, о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Лица, участвующие в деле, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 18.01.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 15.11.2021 по делу № А20-2764/2015 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.11.2002 с уставным капиталом 10 000 рублей, с основным видом его деятельности – «46.90 Торговля оптовая неспециализированная»

Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками должника с даты его регистрация являлся ФИО10 с размером доли 25 % и ФИО2 с размером доли 75 %.

Руководителем общества с даты его создания являлся ФИО2.

Открытое акционерное общество «Сбербанк России» в лице Кабардино-Балкарского отделения № 8631 обратилось в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда КБР от 25.02.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» введено наблюдение сроком на шесть месяцев; временным управляющим утверждена ФИО3, член некоммерческого партнерства Ассоциация межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие». 

Решением Арбитражного суда КБР от 19.09.2017 общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев до 19.03.2018, конкурсным управляющим утверждена ФИО3. 

Определением от 22.12.2017 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А», ФИО4 утвержден в качестве конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговыйдом «Эра-А». 

Управляющий ссылаясь на то, что контролирующими должника лицами, при наличии задолженности по заработной плате в размере превышающем 3 млн. рублей, за 2008-2014 года, не исполнили обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), чем нанесли значительные убытки. Также контролирующие должника лица в период банкротства уклонялись о предоставлении необходимых сведений, чем препятствовали деятельности арбитражного управляющего, отправлению правосудия, неоднократно злоупотребления своими процессуальными правами.

Указанное послужило основанием для обращения управляющего в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных управляющим требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве, Закон) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Вопросы привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц прямо урегулированы нормами Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в частности, на момент обращения истца с настоящим заявлением главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве" ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", при этом на момент совершения вышеуказанных действий - статьей 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Изменения в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с которыми статья 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" была признана утратившей силу, были внесены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

При рассмотрении требований о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц применению подлежит редакция Закона о банкротстве, действовавшая в тот момент, когда имели место названные обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к ответственности.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, которые имели место в 2008 – 2014, а обязательство по обращению в суд возникли у ответчиков в 2014 году, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и названных конкурсным управляющим оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона № 134-ФЗ.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона N 134-ФЗ, действовавшей в спорный период.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей после 30.06.2013) заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлся директором и участником должника с размером доли в 75 %.

ФИО10 являлся участником должника с размером доли в 25 %.

Таким образом, указанные лица являются контролирующими должника лицами применительно к положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из смысла выше названной нормы права, возможность привлечения лиц, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в законе условий:

возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона о банкротстве обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства;

неподача каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленные в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

вина, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона, лиц в неподаче заявления о банкротстве должника.

Для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, поскольку субсидиарная ответственность руководителей должника - юридического лица или членов ликвидационной комиссии (ликвидаторов), предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами, обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления в арбитражный суд о банкротстве должника, а не до истечения этого срока.

В то же время, установленная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность является гражданско-правовой, следовательно, при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В абзаце 2 статьи 2 Закона о банкротстве определено, что банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, а неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 N 302-ЭС14-1472 по делу N А33-1677/13, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016) от 06.07.2016).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

В постановлении Арбитражного суд Восточно-Сибирского округа от 06.09.2018 по делу N А33-11420/2016 суд кассационной инстанции, отменяя судебный акт первой инстанции, отметил, что при рассмотрении судом требований о привлечении к субсидиарной ответственности в предмет судебного исследования входит определение конкретного момента перехода должника в состоянии неплатежеспособности или недостаточности имущества. При установлении обязанности руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности необходимо исследовать не только финансовые показатели юридического лица, но и осуществляемую должником в спорный период хозяйственную деятельность; установить когда возникли признаки неплатежеспособности должника и, в зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

В силу абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Заявителю в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязаны доказать: когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае управляющий ссылается на наличие у должника задолженности по заработной плате в размере, превышающем 3 млн. рублей, за 2008-2014 года, следовательно, органы управления должника обязаны были обратиться в Арбитражный суд КБР с заявлением о признании общества банкротом.

Вместе с тем, точных дат возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точных дат возникновения у директора должника обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока не указано.

При этом, сам по себе факт наличия у общества задолженности не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Судом установлено, что документальные доказательства, свидетельствующие о прекращении хозяйственной деятельности должника, отсутствии движения денежных средств по его расчетными счетам в указанный период, в материалах дела отсутствуют.  Сделать однозначный вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) признаков недостаточности имущества в указанный конкурсным управляющим период не представляется возможным.

Кроме того, согласно отчета конкурсного управляющего, опубликованного в ЕФРСБ 19.11.2021 № 322555 следует, что у должника имелось имущество, стоимость которого установлена в размере 54 809 801, 00 руб.

При этом в реестр требований кредиторов включены требования второй и третьей очереди в размере 50 789 330, 42 руб. 

Следовательно, размер активов должника превышал размер кредиторской задолженности, возникшей уже после указанного управляющим периода.

Ссылка на то, что при наличии задолженности перед кредиторами, в частности по заработной плате 20.04.214г. ФИО2 с расчетного счета общества в Банке «Нальчик» ООО оплатил 1 740 000 рублей в счет погашения задолженности перед Банком своего сына - ФИО11, а также 850 000 рублей - в счет погашения задолженности перед Банком бухгалтера - ФИО12, судом не может быть принята во внимание, поскольку указанные перечисления при отсутствии встречного предоставления подлежат оспариванию в рамках дела о банкротстве.

При таких обстоятельствах, заявителем не представлено доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что после 2014 года у директора должника возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которая не была исполнена ими, не представлено наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения контролирующих лиц в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также учитывая, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у контролирующих лиц обязанности по инициированию обращения в суд с заявлением о банкротстве. 

Доказательств нахождения действий руководителей должника в причинно-следственной связи с ухудшением финансового состояния должника и признанию его несостоятельным (банкротом), в материалах дела отсутствуют.

Между тем, заявителями не учтено, что в соответствии с положениями пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве ответственность руководителя должника наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства, дополнительных обязательств.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленные статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности (статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Заявителями не доказана причинно-следственная связь между бездействием бывших руководителей должника по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и наступлением неплатежеспособности должника.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 указал на необходимость учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

Однако обязанность руководителей по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждено Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

С учетом изложенного, что сам по себе факт ухудшения финансового состояния должника не отнесен к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и неподачей заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника в материалы дела не представлено.

С учетом вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность перечисленных выше условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности не доказана.

В обосновании заявленных требований управляющий также ссылается на не предоставление бывшим руководителем должника необходимых сведений, чем препятствовали деятельности арбитражного управляющего.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при условии, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В силу пунктов 1, 2 статьи 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе получать любую информацию и документы, касающиеся деятельности должника. Органы управления должника обязаны предоставлять временному управляющему по его требованию любую информацию, касающуюся деятельности должника. Данная норма носит специальный характер и закрепляет обязанность руководителя должника в установленный срок вне зависимости от поступления либо непоступления соответствующего запроса предоставить временному управляющему перечисленные документы.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 ФЗ «О бухгалтерском учете» относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация.

Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции.

Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

Из содержания пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве следует, что процедура передачи и принятия бухгалтерской и иной документации и сведений является по общему правилу двухсторонней и должна сопровождаться составлением соответствующего документа.

Ответственность, предусмотренная главой III.2 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации             № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), а также вины ответчика в банкротстве должника. Исходя из изложенного, в предмет доказывания по делу входит определение надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факт несостоятельности (банкротства) должника, то есть признание арбитражным судом или объявление должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличие причинной связи между обязательными указаниями и действиями данных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Определением суда от 10.03.2016 удовлетворено ходатайство управляющего об истребовании доказательств, согласно которому суд обязал директора общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» ФИО2 в течение 10 дней с момента получения определения передать временному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Эра-А» ФИО3 по акту приема-передачи первичные и бухгалтерские документы.

Для принудительного исполнения выдан исполнительный лист Серия ФС 006365861.

При этом, управляющий ссылается на то, что указанная документация до настоящего времени не передана. Не передача документации должника, а также иного имущества должника делает невозможным формирование конкурсной массы должника, а также реализацию имущества должника в целях последующего удовлетворения требований кредиторов должника. 

Между тем, уклонение от исполнения указанного судебного акта влечет ответственность не по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а на основании статьи 332 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий не указал, непередача каких конкретно документов, повлекла невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов должника. Управляющим не обосновано то, что отсутствие конкретных документов повлекло указанные последствия.

В свою очередь управляющим проведена инвентаризация имущества должника, оценка, указанное имущество выставлено на торги и реализовано,  вырученные денежные средства направлены на погашение кредиторской задолженности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что конкурсный управляющий не обосновал и не доказал наличие причинно-следственной связи между отсутствием бухгалтерской документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, что исключает возможность привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по указанному основанию. С учетом изложенного, оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего у суда не имеется.

Относительно требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО10 и ФИО2 как участников должника, суд исходит из того, что положения статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции 28.06.2013 № 134-ФЗ) не предусматривают обязанность учредителя должника по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности за неподачу соответствующего заявления. Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве введен Законом № 266-ФЗ с 30.07.2017, однако по состоянию на 30.07.2017 в отношении должника уже возбуждено дело о банкротстве, ввиду чего возможность учредителями должника подать заявление о банкротстве утрачена.

При таких обстоятельствах, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для привлечения контролирующих должника лиц  к субсидиарной ответственности.

Рассмотрев встречные требования о взыскании 142 280 000 убытков, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии с требованиями пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

При этом реализация прав и исполнение обязанностей конкурсным управляющим обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий в деле о банкротстве, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен принимать меры по выявлению имущества должника и обеспечению сохранности этого имущества; проводить анализ финансового состояния должника; выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Задачей арбитражного управляющего является обеспечение баланса интересов кредиторов и должника, а также реализация их законных прав.

Как разъяснено в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Толкование понятия убытков с учетом специфики правового регулирования рассматриваемых отношений нормами Закона о банкротстве дано в пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих", согласно которому под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (далее - Информационное письмо N 150).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, арбитражный управляющий может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков вследствие ненадлежащего исполнения им обязанностей арбитражного управляющего независимо от наличия требований о возмещении причиненного вреда к иным лицам.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

Отсутствие одного из вышеперечисленных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.

По смыслу данной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации, для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: наличие убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств), причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащем исполнении обязательств и непосредственно размер убытков.

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом, принимая во внимание положения статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица. В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие оснований для взыскания с него убытков.

Так ФИО2 ссылается на умышленную фальсификацию ФИО3 финансового анализа с целью фиктивного обоснования необходимости банкротства предприятия, занижении стоимости недвижимости и дебиторской задолженности. При этом ссылаясь на указанные доводы, заявитель надлежащих доказательств подтверждающих указанное не представил. Напротив, согласно результатов проведенных торгов, и поступление дебиторской задолженности в размере 70 тыс. руб., конкурсная масса составила порядка 15 млн. рублей, при размере неисполненных обязательств в сумме порядка 50 млн. рублей. 

Указанному доводу также дана правовая оценки в рамках обособленного спора на действия управляющего, который признан необоснованным.  

Довод ФИО2 о причинении раскрытием информации о предприятии ФИО3 вреда должнику и сохранения контроля над процедурой банкротства также не принимается как необоснованный, поскольку заявителем не представлено доказательств в обосновании заявленного довода. Так доказательств причинения вреда должнику управляющим не имеется.

Ссылка на то, что ФИО3, препятствовала завершению строительных работ, после того, как суд назначил ФИО3 руководителем должника, судом отклоняется, поскольку  доказательств принятия управляющим мер по препятствованию в завершении строительства, равно как и доказательства осуществления должником мероприятий по строительству, получать доход, погашать требования кредиторов, в течение 6 лет с даты возбуждения дела о банкротстве не представлено. 

Доказательств того, что ФИО3 распоряжается денежными средствами предприятия, изымая деньги из кассы в личную пользу не представлено, а следовательно довод в указанной части является необоснованным.

Оценив указанные доводы относительно незаконности действий управляющего ФИО3 суд исходит из того, что часть указанных доводов носит повторный характер, которым дана ранее правовая оценка в рамках обособленного спора на действия (бездействия) управляющего. Следовательно, повторное заявление указанных доводов свидетельствует о недобросовестности заявителя и направлено на затягивание процедуры банкротства. 

Довод о том, что арбитражный управляющий ФИО4 незаконно занизил стоимость имущества должника судом не принимается, поскольку в силу норм действующего законодательства оценка имущества должника произведена независимым оценщиком. Сведения о проведенной оценке включены ФИО4 в ЕФРСБ за номером 2458621 от 13.02.2018 г. Из опубликованного отчета следует, что оценка проведена ООО «Партнеръ», г. Краснодар. Отчет об оценке не оспорен в установленном законом порядке. Однако имущество продано дешевле оценочной стоимости более чем в три раза. При этом реализация имущества ниже установленной стоимости не свидетельствует о недобросовестности действий управляющего, поскольку стоимость имуществана торгах определяется с учетом покупательского спора на него.

Ссылка на то, что ФИО4 прикрывает ФИО3 в части признания дебиторской задолженности невозможной к взысканию, судом первой инстанции обоснованно отклонена как необоснованная. Так включенная в реестр требований кредиторов ИП ФИО13 дебиторская задолженность в размере 23 150 тыс. руб. перед должником погашена в размере 70 тыс. руб., что только подтверждает правильность выводов ФИО3 о невозможности взыскания задолженности с ИП ФИО13 в размере 23 150 тыс. руб. Доказательств обратного не представлено.

Относительно довода о сговоре ФИО4 с ФИО8 и ФИО14 в умышленной организации продажи имущества предприятия за бесценок, ФИО5 в сговоре с ФИО4 согласно которому незаконно передал права ФИО2 как представителя учредителей должника ФИО7, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия оснований полагать наличия между указанными лицами сговора, поскольку имущество продано на торгах, в установленном законом порядке. Так начальная цена продажи залога ПАО СБЕРБАНК составляла более 46 млн.рублей, заявки на первых и повторных торгах не подавались, равно как и до снижения цены на публичных торгах до 13 396 тыс. руб. Указанные торги недействительными не признаны.

Довод о не предъявлении ФИО4 требований к ФИО15, судом не принимается как противоречащий материалам дела, поскольку ФИО4 21.02.2018 г. в рамках дела о банкротстве ФИО15 №А20-4312/2017 направлено заявление о включении в реестр требований кредиторов. 

Определением Арбитражного суда от 21.03.2018 г., по делу №А20-4312/2017 в удовлетворении заявления о включении в реестр отказано в связи с тем, что заявителем не представлены первичные документы, подтверждающие наличие заявленной задолженности по аудиторскому заключению от 11.01.2018, которым ООО «ТОТ-Аудит» проведен анализ финансового состояния ООО ТД «Эра-А» за период с 01.01.2016 по 30.06.2017 и установлено наличие долга на сумму 3 200 000 рублей. Доказательств обратного суду не представлено. Определение арбитражного суда от 22.02.2018 о предоставлении первичных документов, подтверждающих заявленные требования заявителем не исполнено». Так, суд отказал в признании задолженности ввиду неисполнения истцом как бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации конкурсному управляющему. 

Указанное свидетельствует о принятии управляющим мер по взысканию задолженности.

Ссылка на необоснованное привлечение управляющим оценщика, судом не принимается, поскольку в силу статьи 20.7 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе привлекать для обеспечения своей деятельности лиц в пределах установленных лимитов. Доказательства их превышения в материалы дела не представлены, доказательства необоснованности стоимости услуг оценщика отсутствуют. Следовательно, возможность привлечения третьих лиц для обеспечения своей деятельности предусмотрено действующим законодательством.

Довод о том, что ФИО7 находясь в сговоре с ФИО4 и с ФИО5 не приняли никаких мер по защите прав учредителей и кредиторов, реализуя преступные цели ФИО4 судом первой инстанции обоснованно отклонен как не подтвержденный. Не доказано наличие преступных целей у ФИО4, а также сговора с ФИО7 и ФИО5 В материалы дела таких сведений не представлено. 

Ссылка на то, что ФИО8 находясь в сговоре с ФИО3 и ФИО4 незаконно обратился в суд с заявлением о банкротстве ООО ТД «Эра-А» и принял заведомо провальные правила продажи имущества (залога ПАО СБЕРБАНК), не остановил торги, не внес изменения в порядок продажи, судом не принимается, поскольку доказательства заведомой провальности торгов, сговора указанных лиц, необходимости внесения каких-либо удобных истцу изменений в порядок продажи не представлено. 

А также ссылка на то, что ФИО6 находясь в сговоре с ФИО3 и ФИО4 принял заведомо провальные правила продажи имущества (залога АО РОССЕЛЬХОЗБАНК), не остановил торги, не внес изменения в порядок продажи, судом не принимается как документально не обоснованная. 

С учетом изложенного, оценив заявленные доводы и представленные в их обоснования доказательства, суд исходит из того, что заявитель не представил доказательств противоправности действий конкурсных управляющих. Судебные акты о признании незаконными действий управляющих отсутствуют.

При таких обстоятельствах отсутствует доказанность всех условий, необходимых для привлечения конкурсных управляющих к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

В материалах дела отсутствуют доказательства нарушения права заявителя действиями управляющих, противоправность действий, причинно-следственная связь между причиненными убытками и противоправными действиями управляющих. Указанное исключает возможность в удовлетворении заявленных требований.

Также заявитель просит привлечь к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков иных лиц. Указанные требования также не подлежат удовлетворению.

Так заявитель ссылается на то, что ПАО Сбербанк необоснованно обратился в суд с заявлением о возбуждении дела о банкротстве, в то время, как стоимость залогового имущества превышает размер задолженности более чем в два раза, является необоснованной и  противоречащей материалам дела. 

Определением Арбитражного суда КБР от 10.08.2015 г. принято к производству заявление ПАО Сбербанк о банкротстве ООО ТД «ЭРА-А». При этом процедура наблюдение введена определением от 17.02.2016 г., т.е. спустя более 6 мес. с даты направления банком заявления в суд. 

В судебных заседаниях по рассмотрению обоснованности требования Банка, 22.09.2015 г., 20.10.2015 г., 08.12.2015 г., в присутствии представителя должника ФИО16, судебные заседания откладывались по ходатайствам должника. За указанный период должник не предпринял никаких попыток восстановить платежеспособность и погасить задолженность. Доказательства того, что Банк необоснованно обратился в суд с заявлением о банкротстве, не представлены ФИО2 

Кроме того, в случае необоснованности возбуждения в отношении должника процедуры банкротства заявитель не был возможности обжаловать определение суда от 17.02.2016 о введении в отношении должника процедуры наблюдения. При этом, определение Арбитражного суда КБР от 17.02.2016 г. о введении в отношении должника процедуры наблюдения не обжаловано, вступило в законную силу, с признанием факта обоснованности заявления ПАО Сбербанк о несостоятельности должника. 

Доказательства того, что стоимость залога вдвое выше размера задолженности не представлены, и опровергаются результатами открытых торгов по продаже имущества, в результате которых имущество должника реализовано на сумму в пределах 15 млн. руб., при размере кредиторской задолженности свыше 50 млн. рублей.

Ссылка на то, что судья Кочкарова Н.Ж. незаконно возбуждает процедуру банкротства, вводит конкурсное производство, а затем незаконно осуществляет самоотвод, является несостоятельной, поскольку законность судебного акта о признании должника банкротом проверена всеми инстанциями. Так Постановлением Шестнадцатого Арбитражного суда от 29.01.2018 г. по делу № А20-2764/2015 решение Арбитражного суда КБР от 22.09.2017 г. о признании ООО ТД «Эра-А» оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 - без удовлетворения. Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.05.2018 г. по делу № А20-2764/2015 судебные акты оставлены без удовлетворения. Определением ВС РФ от 21.09.2018 г. в передаче кассационной жалобы на рассмотрение коллегии ВС по экономическим спорам отказано ввиду необоснованности. 

Довод о том, что в результате банкротства предприятия нанесен ущерб государству, кредиторам, учредителям в особо крупном размере суд судом первой инстанции обоснованно отклонен, поскольку доказательства того, что ущерб кредиторам причинен в результате банкротства предприятия не представлено, судом установлено, что несостоятельность должника возникла по причине неисполнения должником требований кредиторов. Доказательств обратного не представлено.

Ссылка на то, что судом назначена дата рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности раньше даты итогов конкурсного производства, судом отклоняется как необоснованная, поскольку рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности возможно на любой стадии, при этом размер субсидиарной ответственности подлежит определению после расчетов с кредиторами.  

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении встречных требований, поскольку не установлено каких-либо фактов недобросовестного поведения арбитражных управляющих и иных лиц, либо незаконных действий, которые бы повлекли, либо могли повлечь убытки для кредиторов.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод апелляционной жалобы банка о том, что добросовестный и разумный руководитель должен был объективно определить наличие у должника по состоянию на 2014 год условия для обращения в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а именно наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, которые имелись на конец 2014 года, обоснованно отклонен судом апелляционной инстанции, так как является субъективным мнением самого банка, документально не подтвержденным достоверными доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 по сути направлены на не согласие с обжалуемым судебным актом, мотивированных доводов, с ссылкой на нормы права жалоба не содержит. Указание на занижение стоимости имущества не принимается, поскольку имущество реализовано на торгах, указанные торги недействительными не признаны. При этом стоимость имущества, реализованного на торгах определяется с учетом покупательского спроса. Ссылка на наличие заинтересованности судьи судом не принимается, поскольку указанные доводы могут быть заявлены при обращении жалобой на действия судьи.

Иные доводы жалоб основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционных жалоб судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционных жалоб основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 15.11.2021 по делу № А20-2764/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

Н.Н. Годило 

 

С.И. Джамбулатов