Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-14556/2019

14 апреля 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2022 года 

Полный текст постановления изготовлен 14 апреля 2022 года

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бронниковой И.А.,

судей:   Волковой И.А., Зуевой М.В., 

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональный консалтинговый центр» ФИО1 (доверенность от 11.01.2022, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональный консалтинговый центр» на определение Арбитражного суда Иркутской области  от 1 ноября 2021 года по делу № А19-14556/2019, постановление Четвертого  арбитражного апелляционного суда от  20 января 2022 года по тому же делу,

установил:

определением Арбитражного суда Иркутской области от 29 сентября 2020 года  в отношении общества с ограниченной ответственностью «Энергосфера-Иркутск» (далее – ООО «Энергосфера-Иркутск», должник) введено наблюдение, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональный консалтинговый центр» (далее - ООО «МКЦ») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов  должника 20 518 685 рублей 70 копеек.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 9 ноября 2020 года ввиду пропуска срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требование назначено к рассмотрению после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 17 августа 2021 года  должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3 (далее - конкурсный управляющий ФИО3).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 1 ноября 2021 года  отказано во включении в реестр требований кредиторов должника, требование  признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20 января 2022 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами в части установления очередности погашения требования, ООО «МКЦ» обратилось в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в обжалуемой части, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, и в отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не обеспечили полноту установления всех обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценки представленных ООО «МКЦ»   в дело доказательств, чем нарушили нормы процессуального права.

Суды не приняли во внимание  положения статьи 3 Федерального закона от 21.07.2005 № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях», статьи 3 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении» и статью 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также фактические обстоятельства, которые исключают вывод о том, что не расторжение договора лизинга и продление сроков исполнения обязательств носило компенсационный характер, а формальная аффилированность не доказывает осуществление контроля за должником со стороны ООО»МКЦ».

Действия ООО «МКЦ» и должника, по мнению заявителя, полностью отвечают действиям добросовестных участников экономического оборота.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru). 

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, требование ООО «МКЦ» основано на неисполнении должником обязательств, установленных вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

- от 07.08.2019 по делу № А56-58710/2019 о взыскании с ООО «Энергосфера-Иркутск» в пользу ООО «МКЦ» задолженности по договору лизинга в размере 19 075 829 рублей 01 копейки, пеней в размере 1 680 821 рубль 37 копеек за период с 16.07.2013 по 05.08.2019,

- от 07.09.2020 по делу № А56-131463/2019 с ООО «Энергосфера-Иркутск» в пользу ООО «МКЦ» взыскано 9 487 997 рублей 99 копеек задолженности по договору лизинга, в том числе: 9 102 084 рубля задолженности по договору лизинга № 6/11 от 01.04.2011, 385 913 рублей 99 копеек неустойки за период с 26.01.2019 по 27.05.2020.

Арбитражный суд первой инстанции, признавая требование обоснованным, исходил из того, что задолженность подтверждена вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, но требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Поскольку заявителем кассационной жалобы судебные акты обжалуются в части понижения очередности удовлетворения, суд кассационной инстанции проверяет законность и обоснованность обжалуемых определения и постановления в пределах доводов кассационной жалобы согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве и разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В то же время согласно правовой позиции, выраженной в абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования.

Факт аффилированности (заинтересованности) ООО «МКЦ» по отношению к должнику подтвержден материалами дела и не оспорен участвующими в деле лицами.

Действительно, сам по себе факт корпоративного контроля кредитора над должником не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Судами установлено, что предъявляемая к включению в реестр задолженность образована за период с 2013-2019 годы, должник не исполнял надлежащим образом условия договора, допуская значительные просрочки в оплате обязательств, при этом ООО «МКЦ»  не расторгало договор лизинга, не требовало оплаты долга либо возврата арендованного имущества. 

Доказательств наличия у должника достаточного размера средств для расчетов с кредиторами в спорный период, в материалы дела не представлено, напротив, на период действия договора должник находился в состоянии имущественного кризиса, под которым понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

В Обзоре от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

В данном случае заинтересованное лицо, которое пытается вернуть должника, пребывающего в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации  (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование заинтересованным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 Гражданского кодекса Российской Федерации), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на заинтересованное лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

Согласно пункту 9 Обзора от 29.01.2020, если при создании контролирующее должника лицо наделило юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировало займами, то есть перераспределило риск утраты своего вклада на случай возможного банкротства, требования такого лица подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой, поскольку избранная контролирующим лицом процедура финансирования уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника (его учредителей, контролирующего лица) и прав независимых кредиторов.

В материалах настоящего обособленного спора отсутствуют доказательства, свидетельствующие об экономической целесообразности указанных действий, о том, что они обусловлены объективными особенностями соответствующего делового оборота.

Из пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 следует, что не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Как указано выше, наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование заинтересованным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа, не истребование задолженности по договору субаренды, а заключение нового договора субаренды в отношении того же объекта.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на заинтересованное лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2, 3.3 Обзора от 29.01.2020). В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование (пункт 4 обзора судебной практики).

При таких обстоятельствах в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и исходя из смысла разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования.

Как следует из Обзора от 29.01.2020, правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, применяются и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, то есть они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Более того, согласно выработанной в судебной практике правовой позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Фактические обстоятельства установлены судами первой и апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции полагает, что в такой ситуации требования  ООО «МКЦ» к должнику подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, согласно разъяснениям Обзора от 29.01.2020. 

Доводы заявителя кассационной жалобы фактически направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение  Арбитражного суда Иркутской области от 1 ноября 2021 года по делу  № А19-14556/2019, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20 января 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий 

Судьи

И.А. Бронникова 

И.А. Волкова 

М.В. Зуева