ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: i№fo@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-52310/2018

город Ростов-на-Дону

17 февраля 2020 года

15АП-22226/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 февраля 2020 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Малыхиной М.Н.,

судей Абраменко Р.А.,  Попова А.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца: представителя ФИО2 по доверенности от 03.06.2019,

от ответчика: представителя ФИО3 по доверенности от 04.02.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Банка «Первомайский» (публичное акционерное общество)

на решение Арбитражного суда Краснодарского краяот 15.11.2019 по делу № А32-52310/2018 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн»

к Банку «Первомайский» (публичное акционерное общество)

об обязании исполнить условия договора, 

принятое в составе судьи Ивановой Н.В.,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к публичному акционерному обществу Банк «Первомайский» (далее – банк) о признании договора № 28-УРПА уступки права требования (цессии) от 31.08.2018, заключенного между банком и обществом, расторгнутым, об обязании ответчика в связи с расторжением договора принять от общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» по акту приема-передачи права требований к должникам по кредитным договорам, заключенным между Банком «Первомайский» (ПАО) и Должниками на сумму 392 415 126,34 руб., в соответствии с перечнем, об обязании банка вернуть обществу денежные средства в размере 4 500 000 руб. (требования уточнены в порядке статьи 49 АПК РФ).

Исковые требования мотивированы тем, что в рамках заключенного сторонами договора цессии ответчик передал истцу права требования к должникам банка. Истец просрочил исполнение обязательств по оплате договора цессии, что в соответствии с пунктом 3.4 договора является основанием для его автоматического прекращения, в связи с чем истец в судебном порядке просит признать договор расторгнутым и вернуть стороны в первоначальное положение.

Решением суда от 15.11.2019 с учетом исправительного определения ходатайство ответчика об отложении судебного заседания отклонено, исковые требования удовлетворены.  Суд счел договор № 28-УРПА уступки права требования (цессии) от 31.08.2018, заключенный между Банк «Первомайский» (ПАО) и ООО «Агро-Лайн», расторгнутым, обязал ответчика в связи с расторжением договора № 28-УРПА уступки права требования (цессии) от 31.08.2018 принять от общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» по акту приема-передачи права требований к Должникам по кредитным договорам, заключенным между Банком «Первомайский» (ПАО) и Должниками на сумму 392 415 126,34 руб. в соответствии с перечнем, обязал ответчика вернуть истцу денежные средства в размере 4 500 000 руб. Суд также взыскал с ответчика  расходы по уплате государственной пошлины в размере 51 500 руб.

Суд установил факт заключения сторонами договора цессии. Исходя из буквального толкования условий договора, суд пришел к выводу о том, что стороны согласовали возможность одностороннего отказа от договора со стороны цедента в случае невнесения платежа по договору цессионарием, определив срок прекращения действия договора следующей датой за датой невнесения платежа, согласно п. 3.2. договора, в связи с чем, требование истца о признании договора цессии от 31.08.2018 № 28 УПРА расторгнутым удовлетворено. В связи с расторжением договора суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удержания банком ранее уплаченных цессионарием 4 500 000 руб. Доводы ответчика о том, что истец направил в адрес Банка безосновательное и не влекущее правовых последствий уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора цессии, судом отклонены, как основанные на неправильном толковании норм материального права и условий договора с учетом действительной общей воли сторон, с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора. Также суд нашел обоснованным требование истца об обязании ответчика подписать с истцом акт приема-передачи требований к физическим лицам, возникших по кредитным договорам, заключенным банком и должниками, и принять их.

С принятым судебным актом не согласился ответчик, обжаловал его в порядке, определенном главой 34 АПК РФ, просил решение суда первой инстанции отменить.

Апелляционная жалоба  и дополнения к ней мотивированы тем, что  к договору цессии было заключено соглашение, согласно которому размер уступаемой задолженности составил 216 769 596,39 руб. Судом не учтено, что отзыв лицензии у банка не является существенным изменением обстоятельств. Кроме этого, судом первой инстанции неверно истолкован пункт 3.4 договора, без учета  пунктов 2.2.1, 3.1 и 3.2 договора. Фактически действия истца имеют признаки недобросовестного поведения. Также судом не учтено, что все требования кредиторов по денежным обязательствам должны быть рассмотрены в рамках дела о банкротстве.

В отзыве на апелляционную жалобу истец указал на несостоятельность доводов жалобы.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель истца доводам апелляционной жалобы возражал, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. поддержал частичный отказ от иска.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 30.01.2020 до 06.02.2020 в порядке статьи 163 АПК РФ.

За время объявленного перерыва от истца поступили уточнения к заявлению об отказе от иска, в котором истец просил принять отказ от иска в части обязания публичного акционерного общества Банка «Первомайский» принять по акту приема-передачи права требований к должникам по кредитным договорам, заключенным между Банком «Первомайский» (публичное акционерное общество) и должниками на сумму 175 651 529,95 руб., указанные в приложениях №1 к дополнительному соглашению №1 от 17.10.2018 и №2 от 19.11.2018 к договору №28-УРПА от 31.08.2018.

Представитель истца поддержал заявленный отказ от иска.

Также представитель истца указал, что соглашается с позицией ответчика о необходимости рассмотрения денежного требования в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) банка, полагал, что в указанной части иск подлежит оставлению без рассмотрения.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что отказ истца от иска и принятие отказа арбитражным судом является основанием для прекращения производства по делу. В силу пункта 3 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, одновременно с прекращением производства по делу подлежит отмене принятый судом первой инстанции по существу спора судебный акт.

Поскольку частичный отказ от иска заявлен представителем истца ФИО2, чьи полномочия следуют из представленной в материалы дела доверенности,  арбитражный суд апелляционной инстанции принимает частичный отказ от иска в части обязания публичного акционерного общества Банка «Первомайский» принять по акту приема-передачи права требований к должникам по кредитным договорам, заключенным между Банком «Первомайский» (публичное акционерное общество) и должниками на сумму 175 651 529,95 руб, указанные в приложениях №1 к дополнительному соглашению №1 от 17.10.2018 и №2 от 19.11.2018 к договору №28-УРПА от 31.08.2018., в связи с чем производство по делу в указанной части подлежит прекращению.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ПАО Банк "Первомайский" (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью "Агро-Лайн" (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) от 31.08.2018 № 28 УРПА, согласно условиям которого, Цедент передал, а цессионарий принял права требования к физическим лицам, возникшие по кредитным договорам, заключенным Цедентом и Должниками.

За уступаемые права истец обязан был уплатить Цеденту денежные средства в согласованном размере (321 780 403,60 руб. – пункт 3.1 договора). Порядок оплаты определен п. 3.2. Договора: рассрочка в соответствии с утвержденным сторонами графиком платежей.

В соответствии с п. 3.4. Договора, в случае нарушения сроков оплаты (даты платежа) за произведенную уступку прав требования по настоящему Договору, указанных в п. 3.2. настоящего Договора, настоящий договор считается расторгнутым с даты следующей за датой платежа, указанной в п. 3.2 настоящего договора, в которую платеж не был произведен.

Согласно приложению №1 (акт-приема-передачи) к договору истец принял права требования на сумму 392 415 126,34 руб.

Дополнительным соглашением к договору №1 от 17.10.2018 стороны изменили пункт 3.1 договора, согласно которому за произведенную уступку прав требования по договору цессионарий (истец) обязан оплатить банку сумму в размере 303 609 382,02 руб.

Дополнительным соглашением к договору №2 от 19.11.2018 стороны согласовали, что размер передаваемой истцу задолженности составил 216 763 596,39 руб., а размер платы за уступаемые права составил 177 746 149,04 руб.

Согласно пунктам 1 названных дополнительных соглашений цессионарий возвращает цеденту ранее переданные права требования.

Возвращаемые права требования перечислены в приложениях № 1 к дополнительным соглашениям, а остающаяся актуальной редакция договора цессии в части перечня уступаемых прав изложена в приложениях № 2.

Во исполнение условий договора истец производил оплату по договору за уступаемые ему права платежными поручениями №572 от 31.08.2018 на сумму 2 000 000 руб., № 734 от 01.11.2018 на сумму 1 500 000 руб., №659 от 01.10.2018 на сумму 1 000 000 руб.

Истец-цессионарий, ссылаясь на пункт 3.4 договора, направил ответчику уведомление от 04.12.2018 года о том, что в связи с отзывом у банка лицензии полагает взыскание долгов по переданным правам требования затруднительным, так как заемщики считают, что отзыв лицензии банка позволяет им не оплачивать долги. Соответственно истец указал банку, что полагает внесение очередного платежа по договору цессии нецелесообразным и несоразмерным затратам по взысканию, в связи с чем договор цессии по пункту 3.4. считается расторгнутым с 04.12.2018. Истец предложил цеденту принять по акту приема-передачи переданные ему ранее требования обратно, а также возвратить ранее перечисленных истцом денежные средства в размере 4 500 000 рублей.

Однако требование истца оставлено ответчиком без удовлетворения.

Ответчик отказался добровольно исполнять требования истца ссылаясь на отсутствие оснований на осуществление сделок, направленных на расторжение договора № 28-УРПА уступки права требования (цессии) от 31.08.2018 г. ввиду отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций (исх.№ ВА-1134 от 10.12.2018 г.).

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с иском.

Суд первой инстанции верно квалифицировал спорные правоотношения сторон.

Согласно п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В силу п. 2 названной статьи для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 384 ГК РФ установлено, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права.

Согласно п.1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В силу статьи 310 Гражданского кодекса РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1, 4 статьи 450 Гражданского кодекса РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором или договором. Сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами или договором предоставлено право на одностороннее изменение договора, должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора" разъяснено, что в соответствии со статьей 310 и пунктом 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (в настоящее время - пункт 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) односторонний отказ от исполнения договора, когда такой отказ допускается законом (например, статья 328, пункт 2 статьи 405, статья 523 Гражданского кодекса Российской Федерации) или соглашением сторон, влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Для одностороннего отказа от исполнения договора, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской  деятельности, достаточно самого факта указания в законе или соглашении сторон на возможность одностороннего отказа.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как видно из договора цессии, стороны установили, что полученные по цессии права требования к должникам Банка должны быть возвращены Банку с соблюдением правил, предусмотренных пунктом 3.4. договора.

Согласно п. 3.4 договора цессии в случае нарушения сроков оплаты (даты платежа) за произведенную уступку прав требований по Договору, указанных в п. 3.2. Договора, договор считается расторгнутым с даты, следующей за датой платежа, указанной в п. 3.2. Договора, в которую платеж не был произведен Цессионарием.

При этом, в течение 2-х дней с даты расторжения договора Цессионарий обязан передать Цеденту по акту приема-передачи права требования к Должникам по кредитным договорам, заключенным между Цедентом и Должниками, в том объеме и на тех условиях, которые существуют на дату их передачи, предоставив детальную выписку о произведенных Должниками платежах по кредитным договорам.

Цессионарий также обязан вернуть Цеденту все полученные в счет погашения по кредитным договорам средства. Цедент обязан возвратить полученные от Цессионария в соответствии с п. 3.2. Договора денежные средства за произведенную уступку прав требования по настоящему Договору.

В соответствии со статьей  431 Гражданского кодекса РФ договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Истолковав условия договора, суд первой инстанции пришел к выводу, что стороны согласовали возможность одностороннего отказа от договора со стороны цедента, путем невнесения платежа по договору цессии, определив срок прекращения действия договора до наступления следующей даты за датой невнесения платежа, согласно п. 3.2. Договора.

Вместе с тем, суд не указал, почему при таком толковании договора он принял в качестве надлежащего отказ от договора, заявленный цессионарием.

В абз. 3 п. 43 Постановления Пленума ВС РФ №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49) указано, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. первый ст. 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Пункт 3.4 договора с очевидностью не мог быть истолкован как позволяющий цессионарию в любой момент по своему усмотрению прекратить осуществление платежей по графику с целью прекращения договора цессии.

Соответствующий пункт договора, напротив, явно направлен на защиту прав цедента от ненадлежащего исполнения обязанности цессионария по оплате переданных прав цессионарием.

Типичным правовым результатом, на который рассчитана правовая модель договора цессии, является возмездное отчуждение права требования, принадлежащего цеденту, в пользу цессионария.

Момент перехода прав требований к цессионарию сопряжен сторонами с моментом подписания соответствующего акта, то есть фактически состоялся в день заключения договора. Оплата же осуществляется по графику. Таким образом, цедент исполнил все свои обязанности по договору, но не получил встречное предоставление от цессионария ввиду согласования рассрочки платежа.

В такой ситуации именно цедент является слабой стороной договора и именно на защиту прав цедента были нацелены положения пункта 3.4 договора.

Наука гражданского права относит к принципам исполнения обязательства такие как принцип стабильности (неизменности) обязательства и принцип надлежащего исполнения такового.

Статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляя основные начала гражданского законодательства, в пунктах 3,4 регламентирует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации произвольный односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. Исключением могут быть случаи, предусмотренные Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Общим правилом расторжения договора согласно статье 450 Гражданского кодекса Российской Федерации достижение сторонами соответствующего соглашения в порядке статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации либо вынесение соответствующего решения судом. При этом в силу пункта 2 приведенной статьи по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных Кодексом, другими законами или договором.

Помимо этого, законом или договором одной либо обеим сторонам договора может быть предоставлено право на односторонний отказ от договора (исполнения договора).

Согласно пункту 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Толкование заключенного сторонами договора цессии не позволяет предположить, что стороны согласовали возможность цессионария в любой момент по своему усмотрению принять решение о прекращении платежей по графику и отказаться от исполнения договора.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что данное условие надлежит толковать как право цедента на односторонний отказ от договора и заведомое внесение сторонами  в договор условия о моменте прекращения правоотношений, в случае, если такой отказ цедентом будет заявлен.

Иными словами, воля сторон была направлена на то, чтобы признать даже однократное нарушение цессионарием графика платежей существенным, позволяющим цеденту отказаться от исполнения договора. При этом в случае, если цедент своим правом на отказ сочтет нужным воспользоваться (а возможность отказаться от исполнения договора есть именно право, но не обязанность цедента), то момент прекращения договора определен датой нарушения.

Однако, дав верное толкование условиям договора, суд вместе с тем, посчитал договор прекращенным вне зависимости от того, что доказательств реализации цедентом такого права не имелось, последний, напротив, возражал против прекращения договора, а поведение  цессионария являлось с очевидностью недобросовестным.

Как указано выше, цессионарий прямо заявил цеденту, что полагает отзыв лицензии у последнего обстоятельством, затрудняющим взыскание. Неправовой характер данного аргумента и отсутствие его юридической значимости для взыскания по уступленным правам очевидны.

Суд апелляционной инстанции полагает, что спорный договор не давал цессионарию права на отказ от его исполнения, а выводы суда первой инстанции об автоматическом прекращении договора в момент первого неплатежа вне зависимости от воли цедента основаны на ошибочном толковании условий договора и сделаны при неверном понимании норм материального права.

В такой ситуации, доводы апеллянта являются обоснованными.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В данном случае, апелляционный суд приходит к выводу о наличии в действиях истца признаков недобросовестности, поскольку поведение истца по искусственному созданию просрочки исполнения обязательства с целью прекращения договора с очевидностью не может быть отнесено к добросовестным действиям.

При таких обстоятельствах, не имеется оснований к удовлетворению требования о признании договора цессии расторгнутым и обязанию ответчика принять ранее переданные права требования обратно по акту. 

В указанной части решение суда первой инстанции надлежит отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении названных требований.

Истцом также было заявлено требование о взыскании 4 500 000 руб., уплаченных истцом в во исполнение условий договора.

Суд первой инстанции исходил из того, что поскольку договор расторгнут, постольку указанное требование носит кондикционный характер. Установив отсутствие правовых основания для удержания указанной суммы, суд удовлетворил иск в указанной части.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Согласно положениям статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве.

Применение указанных норм права было разъяснено в пунктах 1-2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", где, в частности, указано, что текущими являются только денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются текущими ни в какой процедуре.

Если денежное обязательство или обязательный платеж возникли до возбуждения дела о банкротстве, но срок их исполнения должен был наступить после введения наблюдения, то такие требования по своему правовому режиму аналогичны требованиям, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, поэтому на них распространяются положения новой редакции Закона о требованиях, подлежащих включению в реестр.

Указанные требования подлежат предъявлению только в деле о банкротстве в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона, а в случае предъявления иска о взыскании соответствующей задолженности в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, суд оставляет исковое заявление без рассмотрения на основании части 4 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" денежные обязательства относятся к текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом.

Текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. В договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактическое принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве").

В силу частей 2 и 3 статьи 5 ФЗ О банкротстве требования по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов и удовлетворение указанных требований в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, производится в порядке, установленном ФЗ О банкротстве.

Требования кредиторов по текущим платежам подлежат предъявлению в суд в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, вне рамок дела о банкротстве (пункт 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 г. N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)".

Как видно, сторонами заключен договор 31.08.2018.

При этом, 24.12.2018 в рамках дела №А32-52667/2018 было принято к производству заявление о признании банка банкротом.

Из указанного следует, что заключенный между сторонами договор заключен и исполнялся до принятия судом к производству заявления о признании банка банкротом, в связи, с чем требования о возврате уплаченных сумм не могут быть квалифицированы как текущие являются реестровыми.

Иными словами, критерием для разграничения реестровых и текущих требований является основание возникновения обязательства. Момент возникновения у истца права требовать возврата денежной суммы правового значения не имеет.

Пунктом 28 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 35) установлено, что согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступает следующее последствие: по ходатайству кредитора приостанавливается производство по делам, связанным с взысканием с должника денежных средств, и кредитор в этом случае вправе предъявить свои требования к должнику в порядке, установленном Законом о банкротстве.

По этой причине, если исковое заявление о взыскании с должника долга по денежным обязательствам или обязательным платежам, за исключением текущих платежей, было подано до даты введения наблюдения, то в ходе процедур наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления право выбора принадлежит истцу: либо по его ходатайству суд, рассматривающий его иск, приостанавливает производство по делу на основании части 2 статьи 143 АПК РФ, либо в отсутствие такого ходатайства этот суд продолжает рассмотрение дела в общем порядке. При наличии соответствующего ходатайства истца суд приостанавливает производство по делу до даты признания должника банкротом (абзац седьмой пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве) или прекращения производства по делу о банкротстве, на что указывается в определении о приостановлении производства по делу. Впоследствии, если должник будет признан банкротом, суд по своей инициативе или по ходатайству любого участвующего в деле лица возобновляет производство по делу и оставляет исковое заявление без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Из указанного следует, что после признания должника банкротом возможность рассмотрения по существу реестровых требований, независимо от даты подачи иска в отдельном исковом производстве (вне рамок дела о банкротстве) исключается. Право выбора на стадии конкурсного производства истцу не предоставляется.

31.01.2019 в рамках дела №А32-52667/2018 было принято решение о признании банка банкротом и открытии конкурсного производства, в связи с чем оснований для рассмотрения требований к банку о взыскании денежных средств в отдельном исковом производстве (вне рамок дела о банкротстве) не имелось.

Таким образом, исковые требования предприятия о взыскании 4 500 000 руб. подлежали рассмотрению в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в связи с чем в порядке п.4 части 1 статьи 148 АПК РФ суду первой инстанции  надлежало оставить иск без рассмотрения.

Соответственно в указанной части решение также подлежит отмене с принятием нового судебного акта об оставлении требований без рассмотрения.

В связи с принятием частичного отказа от иска, отменой решения суда в части и оставлением остальной части иска без рассмотрения подлежат перерасчету судебные расходы, понесенные сторонами по делу.

Истцом было заявлено одно неимущественное требование (признать договор расторгнутым и обязать банк принять права требования обратно по акту) и одно имущественное требование (о взыскании денежных средств), размер государственной пошлины при таких требованиях составила 51 500 руб.

При подаче иска истцом платежным поручением №830 от 12.12.2018 была уплачена пошлина в указанном размере.

Поскольку истцом был заявлен частичный отказ по неимущественному требование, при частичном удовлетворении которого принцип пропорционального распределения расходов не применяется, а в удовлетворении указанного требования судом отказано, постольку государственная пошлина в сумме 6 000 руб. остается на истце.

Пунктом 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" предусмотрено, что согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ уплаченная государственная пошлина подлежит возврату в случае прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения по основаниям, предусмотренным статьями 148 и 150 АПК РФ.

В абзаце 4 приведенного пункта указано, что в случаях прекращения производства по делу, оставления заявления без рассмотрения на стадии производства в арбитражном суде апелляционной (кассационной) инстанции вопросы о возврате сумм государственных пошлин, уплаченных как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и при рассмотрении дела в суде апелляционной (кассационной) инстанции, разрешаются судом, прекратившим производство по делу, оставившим заявление без рассмотрения, аналогичным образом по правилам статьи 110 АПК РФ.

Следовательно, государственная пошлина в сумме 45 500 руб., уплаченная по имущественному требованию, оставленному без рассмотрения, подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

При подаче жалобы ответчик платежным поручением №531022 от 28.10.2019 уплатил 3 000 руб. При этом апеллянт обжаловал решение суда как в отношении имущественного, так и неимущественного требования. Поэтому для целей распределения между сторонами в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанных расходов апелляционный суд из равенства долей указанных расходов как относимых на обжалование решения по имущественному и неимущественного требованию иску (по 1 500 руб.).

Поскольку в удовлетворении неимущественного требования судом было отказано, постольку с истца в пользу ответчика надлежит взыскать 1 500 руб. судебных расходов по апелляционной жалобе.

Соответственно ответчику также надлежит возвратить 1 500 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе из федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 148, 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

принять частичный отказ общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» от исковых требований в части обязания публичного акционерного общества Банка «Первомайский» принять по акту приема-передачи права требований к должникам по кредитным договорам, заключенным между Банком «Первомайский» (публичное акционерное общество) и должниками на сумму 175 651 529,95 руб, указанные в приложениях №1 к дополнительным соглашениям №1 от 17.10.2018 и №2 от 19.11.2018 к договору №28-УРПА от 31.08.2018. В части рассмотрения указанных требований по существу решение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.11.2019 по делу № А32-52310/2018 отменить, производство по делу в соответствующей части прекратить.

Требования об обязании публичного акционерного общества Банка «Первомайский» вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» денежные средства в размере 4 500 000 руб. оставить без рассмотрения.

В остальной части решение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.11.2019 по делу № А32-52310/2018 отменить. Принять по делу новый судебный акт в соответствующей части.

В удовлетворении иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» из федерального бюджета 45 500 руб. государственной пошлины по иску, уплаченной по платежному поручению №830 от 12.12.2018.

Возвратить Банку «Первомайский» (публичное акционерное общество) из федерального бюджета 1 500 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе, уплаченной по платежному поручению №531022 от 28.10.2019.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лайн» в пользу Банка «Первомайский» (публичное акционерное общество) 1 500 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты изготовления полного текста постановления.

ПредседательствующийМ.Н. Малыхина

СудьиР.А. Абраменко

А.А. Попов