АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

07.05.2024 Дело № А40-252314/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 22.04.2024  Полный текст постановления изготовлен 07.05.2024  

Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,  судей: Каменецкого Д.В., Паньковой Н.М.  

при участии в заседании: от ФИО1: ФИО2, дов. от 06.07.2023, 

от УФНС России по г. Москве: ФИО3, дов. от 16.11.2023,  

рассмотрев 22 апреля 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1  

на решение Арбитражного суда города Москвы от 14 августа 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 ноября 2023 года, 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 14 августа 2023 года  

об исправлении опечатки, допущенной в резолютивной части решения  Арбитражного суда города Москвы от 26 июля 2023 года в части указания  размера субсидиарной ответственности  

и дополнительное постановление Девятого арбитражного апелляционного суда  от 30 января 2024 года,  

по заявлению о взыскании с ФИО1 в пользу МИФНС № 50 по г.  Москве денежных средств в размере 67 011 062,49 руб. в порядке субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО Инвестиционная компания  «Финансовая стратегия»,  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.05.2015 по делу № А403086/15-24-18 ООО ИК «Финансовая стратегия» признано несостоятельным  

(банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по  упрощенной процедуре ликвидируемого должника.  

 09.11.2015 МИФНС России № 50 по г. Москве обратилась в  Арбитражный суд города Москвы с заявлением № 21-10/15561 о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующего лица должника ФИО1 в рамках дела о банкротстве ООО ИК «Финансовая  стратегия».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.01.2017  приостановлено производство по заявлению ФНС России в лице МИФНС  России № 50 по г. Москве о привлечении к субсидиарной ответственности  контролирующего лица должника ФИО1 в рамках дела  о банкротстве ООО ИК «Финансовая стратегия» до окончания расчетов с  кредиторами.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2022  производство по рассмотрению заявления ФНС России в лице МИФНС № 50 по  г. Москве о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего  лица должника ФИО1 в рамках дела № А40-3086/1524-18Б возобновлено.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2022  конкурсное производство в отношении ООО ИК «Финансовая стратегия»  завершено.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2022 из дела   № А40-3086/15-24-18 Б о банкротстве ООО ИК «Финансовая стратегия»  выделено в отдельное исковое производство с присвоением отдельного номера  дела № А40-252314/22-24-445 заявление ФНС России в лице МИФНС № 50 по г.  Москве о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица  должника ФИО1.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2022 принято к  производству исковое заявление ФНС России в лице МИФНС № 50 по г. Москве  о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица  должника ФИО1 по обязательствам ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия», возбуждено производство  по делу № А40- 252314/2022-24-445.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2023, с учетом  определения от 14.08.2023 об исправлении опечатки, с ФИО1 в пользу ФНС России в лице МИФНС № 50 по г. Москве  взысканы денежные средства в размере 67 011 062,49 руб. в порядке  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Инвестиционная  компания «Финансовая стратегия».  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  09.11.2023, принятым по апелляционной жалобе ФИО1, решение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Дополнительным постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 30.01.2024 определение Арбитражного суда города  Москвы от 14.08.2023 об исправлении опечатки оставлено без изменения.  

При рассмотрении дела по существу судами установлены следующие  фактические обстоятельства.  

Межрайонной ИФНС России № 50 по г. Москве по результатам выездной  налоговой проверки ООО ИК «Финансовая стратегия», проведенной за период с  01.01.2009 по 31.12.2011, было дополнительно начислено к уплате налога на  прибыль организаций 60 223 260,71 руб., также обществу Инвестиционная  компания «Финансовая стратегия» было предложено внести необходимые  исправления в документы бухгалтерского и налогового учета, о чем составлен  акт выездной налоговой проверки 27.05.2013 № 626 и вынесено решение о  привлечении к ответственности от 09.08.2013 № 1483.  

Обществу Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» было  выставлено требование об уплате налога, сбора, пени, штрафа № 24979 от  20.01.2014 на общую сумму задолженности 60 223 260,71 руб. со сроком  погашения 30.01.2014.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2014 по делу №  А40-158964/13 решение Межрайонной ИФНС России № 50 по г. Москве от  09.08.2013 № 1483 о привлечении к ответственности за совершение налогового  правонарушения признано соответствующим Налоговому кодексу РФ и ООО ИК  «Финансовая стратегия» в удовлетворении заявления о признании решения не  действительным отказано.  

Из указанных ненормативных правовых актов уполномоченного органа и  решения суда установлено, что ООО Инвестиционная компания «Финансовая  стратегия» является профессиональным участником рынка ценных бумаг, один  из основных видов его деятельности «операции по купле-продаже ценных  бумаг». В ходе проверки внимание налогового органа привлекли сделки  общества с определенным кругом участников ООО «КЛИФФ», ООО  «Пайфинанс», ООО «Озалия», ООО «Юникс», ООО «Синтегра», ООО  «Полярис», поскольку эти сделки не имели реальной деловой цели, выделялись  рядом особенностей и имели своим результатом получение для общества убытка,  повлекшего существенное уменьшение налогооблагаемой прибыли.  Уполномоченным органом установлено, что на момент совершения  рассматриваемых сделок общество не обладало достаточным объемом денежных  средств, позволяющим осуществить оплату приобретаемых векселей путем  реального перечисления денежных средств на расчетные счета контрагентов.  Контрагенты также не располагали достаточным количеством денежных средств  для исполнения обязательств, что подтверждается выписками по их расчетным  счетам. В тех случаях, когда общество перечисляло денежные средства на счета  контрагентов (ООО «КЛИФФ», ООО «Юникс» ООО «Синтегра») по итогам  проведенного взаимозачета, денежные средства через ряд организаций были  перечислены за пределы Российской Федерации - на Кипр.  

Выводы уполномоченного органа о том, что сделки с векселями не имели  реальной деловой цели, а были направлены на уклонение от налогообложения  путем увеличения убытка, подтверждены также тем, что в отчетности  контрагентов сделки со спорными векселями не отражены. В налоговой  отчетности (налог прибыль, НДС) спорные сделки также не отражены (суммы  заявленной реализации не соответствуют реальным объемам совершенных  операций). Данные факты с учетом характера сделок (совершены в один день, с  проведением зачета, заведомо убыточны для общества) подтвердили, что  спорные сделки носили фиктивный характер, и привели к выводу о том, что для  

общества единственной целью операций с векселями был уход от  налогообложения - сумма полученного убытка от сделок составила 183 337 484,  50 руб., сумма исчисленного налога на прибыль за 2009 год - 516 526 руб., за  2010 год - 684 340 руб.  

Судами приняты во внимание показания свидетелей ФИО4,  ФИО5, ФИО1, согласно которым основной причиной  получения убытков от указанных сделок купли-продажи векселей являлось  приобретение векселей по завышенной цене и снижение стоимости  приобретенных векселей в день исполнения сделки, о чем указано в решении  Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2014 по делу № А40-158964/2013. Ни  по одному из рассмотренных договоров купли-продажи ценных бумаг заявитель  не получил денежные средства. По всем сделкам заключались соглашения о  взаимозачете, по результатам которых заявитель становился обязанным по  перечислению соответствующей разницы контрагентам.  

Операции общества по купле-продаже векселей не обусловлены  разумными экономическими или иными причинами, кроме получения  заведомого убытка для целей налогообложения, и привели к получению  обществом необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения размера  налоговой базы на сумму убытка 183 337 484,50 руб. за 2009-2010 г.г.,  образовавшегося в результате совершения сделок с векселями в один день.  Судебными актами по делу № А40-158964/2013 по результатам обжалования  ООО Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» решения Инспекции от  09.08.2013 № 1483 судами установлено, что сделки купли-продажи векселей,  совершенные определенным способом с определенным кругом организаций, не  имели никакого экономического смысла, а были направлены на реализацию  должником действий по уходу от налогообложения.  

Суды установили, что ФИО1 являлся учредителем  должника в период с 30.03.2007 по 11.09.2014, а также являлся генеральным  директором общества и ликвидатором до 06.05.2015.  

Требование налогового органа № 24979 от 20.01.2014 со сроком  исполнения 30.01.2014 должником исполнено не было.  

Месячный срок, в течение которого руководитель ООО ИК «Финансовая  стратегия» должен был либо принять меры к погашению задолженности по  налогам, либо обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  должника, истек 28.02.2014.  

После 28.02.2014 у должника возникли иные обязательства по уплате  налогов и сборов в бюджет и общая сумма задолженности перед  уполномоченным органом составила 64 380 557,34 руб.  

При таких обстоятельствах, суды сочли обоснованными доводы  уполномоченного органа о наличии оснований для привлечения ФИО1 к  субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по  обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве подконтрольного  общества.  

По состоянию на 23.07.2014 - дата вступления в законную силу решения  Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2014 по делу № А40-158964/2013,  ООО ИК «Финансовая стратегия» отвечало признакам неплатёжеспособности и  

имело неоплаченную свыше трех месяцев задолженность перед Федеральной  налоговой службой.  

Срок, в течение которого руководитель должника обязан был обратиться в  суд с заявлением о банкротстве должника, истек 28.02.2014, однако, ФИО1 не обратился в суд с соответствующим заявлением.  

Довод апелляционной жалобы о том, что заявление о банкротстве  должника было подано после разрешения налогового спора 28.11.2014 и  выявления ликвидатором отсутствия возможности для расчета с кредиторами  ликвидируемого лица, судом апелляционной инстанции отклонен, поскольку в  соответствии с пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве, месячный срок, в  течение которого руководитель должника обязан был обратиться в суд с  заявлением о банкротстве должника, наступил 28.02.2014, однако, ФИО1  не обратился в суд с соответствующим заявлением. После указанной даты  ФИО1 продолжал убыточную деятельность должника, в результате  которой возникли новые обязательства: недоимка по страховым взносам на  обязательное пенсионное страхование по страховой части трудовой пенсии в  размере 564 420,13 руб., а также пени в размере 41 881,89 руб., недоимка по  страховым взносам на обязательное медицинское страхование в размере 122  531,10 руб., а также пени в размере 9 038,86 руб., всего 737 871,98 руб.,  включенные в требование уполномоченного органа и установленные  Арбитражным судом г. Москвы определением от 01.09.2015 по делу № А403086/2015; недоимка по страховым взносам на обязательное социальное  страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством  в размере 69 675,42 руб., пени - 5 073,16 руб., недоимка по страховым взносам на  обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и  профессиональных заболеваний в размере 5 131,01 руб., пени - 238, 52 руб.,  всего - 80 118,11 руб., а также задолженность перед ФИО1 по  договорам займа в размере 1 652 515, 06 руб., установленная Арбитражным  судом г. Москвы определением от 01.09.2015 по делу № А40-3086/2015;  задолженность перед ООО «Сток оф Кэпитал» по договору субаренды нежилого  помещения в размере 160 000,00 руб., установленная Арбитражным судом г.  Москвы определением от 01.09.2015 по делу № А40-3086/2015.  

Генеральным директором ООО ИК «Финансовая стратегия» являлся  ФИО1, который не принял мер к оплате задолженности по налогам, и не  обратился в установленный законом о банкротстве срок в суд с заявлением о  банкротстве общества. Отвечая признакам неплатежеспособности, ООО ИК  «Финансовая стратегия» продолжало осуществлять хозяйственную деятельность,  в результате которой возросла кредиторская задолженность.  

Судами также признаны обоснованными доводы уполномоченного органа  о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной  ответственности за неисполнение им обязанности по передаче документов  должника конкурсному управляющему при проведении процедуры банкротства.  ФИО1, являясь ликвидатором ООО ИК «Финансовая стратегия»,  уклонился от передачи бухгалтерской и иной документации в полном объеме.  Судами установлено, что согласно информации, отраженной в актах приема-передачи документов от 13.05.2015 и от 05.08.2015, ФИО1 не передал  протоколы общего собрания участников ООО ИК «Финансовая стратегия» за  

номером 2, 7, 9, 10, 12, 13, 14, 16, 18, 20 и далее, не передана бухгалтерская  документация, не переданы договоры, заключенные должником в период после  2013 года.  

В результате непередачи указанных документов невозможно провести  анализ сделок должника с последующим их оспариванием с целью возврата  денежных средств и /или имущества должника в конкурсную массу.  

Довод ФИО1 о пропуске срока исковой давности для  предъявления к нему требования о привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника проверен судом апелляционной инстанции и  отклонен, поскольку с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО1 по обязательствам ООО ИК  «Финансовая стратегия» уполномоченный орган обратился спустя полгода после  открытия в отношении общества конкурсного производства, то есть в пределах  установленного Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 № 134-ФЗ, срока.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2022  исправлена допущенная в резолютивной части судебного акта опечатка - в  резолютивной части определения Арбитражного суда города Москвы от  26.07.2023 в части указания размера субсидиарной ответственности - вместо «67  011 062,49 руб.» ошибочно указано «64 380 557,34 руб.».  

Дополнительным постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 30.01.2024 определение суда от 14.08.2023 также  оставлено без изменения, поскольку принимая решение о привлечении к  субсидиарной ответственности судом на странице 10 решения в абз. 3 было  установлено, что в результате неправомерных действий бывшего руководителя  ООО ИК «Финансовая стратегия» ФИО1 по неисполнению обязанности,  предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, возникли обязательства в  размере 67 011 062,49 руб. При этом размер обязательств ответчика был  подробно исследован судом в решении, в частности на стр. 6-8, а также на стр.  11. Иными словами, исправление опечатки судом в определении от 14.08.2023  признано апелляционной инстанцией соответствующим статье 179  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

С выводами судов первой и апелляционной инстанций ФИО1 не  согласился, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с  кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты, направить  дело на новое рассмотрение.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 указывает, что срок  исковой давности для предъявления к нему требований пропущен, совокупность  обстоятельств, необходимых для возложения ответственности за неподачу  заявления о банкротстве общества в суд, не доказана, в частности, размер  ответственности и наступление объективного банкротства, также считает  ошибочным привлечение его к ответственности за непередачу документов  должника конкурсному управляющему, поскольку имевшиеся документы  переданы, однако, в связи с большим объемом документации акт составлен  спустя время, а деятельность после 2013 года обществом не велась, в связи с чем  подлежащие передаче документы отсутствовали.  

Кроме того, ФИО1 указывает на неверный размер субсидиарной  ответственности, установленный судами, в том числе, с учетом определения об  исправлении опечатки, поскольку размер ответственности увеличен  необоснованно, внесенные судом исправления не представляют собой опечатку,  а включение в размер ответственности обязательства ООО ИК «Финансовая  стратегия» перед самим ФИО1 и штрафов за нарушение обязанности  по уплате налогов, является незаконным.  

До рассмотрения жалобы по существу в Арбитражный суд Московского  округа от ИФНС России № 25 по г. Москве поступил отзыв на кассационную  жалобу, который приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

На основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации определением Арбитражного суда Московского  округа от 22.02.2024 произведена замена судьи Голобородько В.Я. на судью  Панькову Н.М.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.  

Представитель уполномоченного органа по доводам кассационной жалобы  возражал.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения  представителей, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции пришел к следующим выводам.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2015 ООО ИК  «Финансовая стратегия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении  него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре  ликвидируемого должника.  

В Арбитражный суд города Москвы 10.11.2015 ИФНС России № 50 по  городу Москве направлено заявление о привлечении к субсидиарной  ответственности руководителя должника ФИО1  

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ,  действующая редакция Закона о банкротстве распространяется только в  отношении процессуального порядка рассмотрения заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности, а основания для применения ответственности  определяются исходя из законодательства, действующего на момент, когда  имели место обстоятельства, положенные в основание заявления о применении  ответственности.  

 К спорным правоотношениям применяются положения пункта 4 статьи  10 Закона о банкротстве, в соответствии с которым если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  

контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. В соответствии с применимыми к рассматриваемому спору  положениями абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть  подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало  или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня  признания должника банкротом.  

Таким образом, данная применяемая норма Закона о банкротстве  содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего  субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК  РФ, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника  банкротом.  

Годичный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1  статьи 197 ГК РФ), начало течения, которого обусловлено субъективным  фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).  

С заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО ИК «Финансовая стратегия»  уполномоченный орган обратился спустя полгода после введения процедуры  конкурсного производства, таким образом, срок исковой давности не пропущен,  доводы ФИО1 в данной части являются ошибочными.  

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности  давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом  определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона  о банкротстве).  

Судами установлено, что ФИО1 являлся участником общества, его  генеральным директором и впоследствии ликвидатором.  

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной  ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения  соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины  ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика  перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения  иска.  

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении  Судебной коллегии по экономическим спорам от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079  по делу № А41-87043/2015, такое основание для привлечения к субсидиарной  ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие  поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от  предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона  основания ответственности в виде «невозможности полного погашения  требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому  значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в  постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  

должника лиц к ответственности при банкротстве", может быть применен и к  статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013   № 134-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие  лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам.  

Из пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017  N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует  понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой  причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой"  и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых  будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации,  создание и поддержание такой системы управления должником, которая  нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред  должнику и его кредиторам, и т.д.  

Устанавливая фактические обстоятельства спора, судами, в том числе,  принята во внимание правовая позиция, изложенная в пункте 13 Обзора  судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов  в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника  или его контрагента мероприятий налогового контроля, документы, полученные  в ходе производства по делам об административных правонарушениях и  уголовным делам могут быть использованы в качестве средств доказывания при  рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.  

Судебными актами по делу № А40-158964/2013 по результатам  обжалования ООО Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» решения  Инспекции от 09.08.2013 № 1483 установлено, что сделки купли-продажи  векселей, совершенные определенным способом с определенным кругом  организаций, не имели никакого экономического смысла, а были направлены на  реализацию должником действий по уходу от налогообложения.  

Таким образом, установив, что деятельность общества организована  ФИО1 вопреки интересам общества и его кредиторов, направлена на  получение необоснованной налоговой выгоды, судами сделан правильный вывод  о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной  ответственности, выводы судов соответствуют правовой позиции Верховного  суда, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480 по  делу № А41-22526/2016.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (п.1 ст.61.11  Закона о банкротстве в ред. Закона о банкротстве № 266-ФЗ) если должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих  обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность  по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено  проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых  установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской  Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве»  разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к  субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения  

относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной  информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на  проведение процедур банкротства.  

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе  опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной  управляющему документации не привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче,  ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им  приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению,  хранению и передаче документации при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным  затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности,  невозможность определения и идентификации основных активов должника.  

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с  нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета  в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных  операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского  учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от  06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).  

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего  исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и  законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию  возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем  предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении  обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и  оспаривания сделок должника. Наличие документов бухгалтерского учета и  (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является  обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации  хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности  достоверной информации.  

Судами установлено, что исходя из информации, отраженной в актах  приема-передачи документов от 13.05.2015 и от 05.08.2015, ФИО1 не  передал протоколы общего собрания участников ООО ИК «Финансовая  стратегия» за номером 2, 7, 9, 10, 12, 13, 14, 16, 18, 20 и далее. Не передана  бухгалтерская документация. Не переданы договоры, заключенные должником в  период после 2013 года. В результате непередачи указанных 10 документов,  невозможно провести анализ сделок должника с последующим их оспариванием  с целью возврата денежных средств и /или имущества должника в конкурсную  массу.  

ФИО1 при рассмотрении дела, опровергал установленную законом  презумпцию, указывал, что отсутствие протоколов общего собрания не повлекло  и не могло повлечь затруднения проведения процедуры конкурсного  производства, поскольку подобного рода документ не отражает активов  общества, кроме того, заявлял, что в период после 2013 года общество  хозяйственной деятельности не вело, и по итогам рассмотрения судебного спора  

с налоговой инспекцией ликвидатором было подано заявление о  несостоятельности.  

Такие доводы ФИО1 суд кассационной инстанции полагает  обоснованными, поскольку возложение на бывшего руководителя обязанности  (ответственности в связи с неисполнением обязанности) передачи документов,  существование которых не было доказано, целям гражданского  судопроизводства в целом и Закона о банкротстве в частности, не соответствует.  При этом, судами установлено, что новых договоров, кроме займов с самим  ФИО1 в 2014 году и договора субаренды с ООО «Сток оф кэпитал» от  01.03.2014, переданных конкурсному управляющему и на основании которых  задолженность ООО Инвестиционная компания «Финансовая стратегия»  включена в реестр, не имелось.  

Иными словами, выводы судом о наличии оснований для привлечения  ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» в связи с непередачей  документов должника конкурсному управляющему нельзя считать верными  относительно фактических установленных обстоятельств.  

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве  руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан  обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае,  если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном  объеме перед другими кредиторами.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление  должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в  срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный  суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.  

Возлагая на ФИО1 ответственность за неисполнение обязанности  по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества,  суды сходили из того, что требование налогового органа № 24979 от 20.01.2014  со сроком исполнения 30.01.2014, выставленное на основании решения от  09.08.2013 № 1483, вступившего в силу 17.10.2013 (решение УФНС России по г.  Москве № 21-19/107464@), на общую сумму задолженности 60 223 260,71 руб., в  том числе, недоимка по налогу на прибыль в размере 36 667 497 руб., пени - 8  846 509,71 руб., штраф - 14 709 254 руб., должником не исполнено.  Пресекательный месячный срок, в течение которого руководитель ООО ИК  «Финансовая стратегия» должен был либо принять меры к погашению указанной  задолженности по налогам, либо обратиться в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве должника, истек 28.02.2014. При этом, доказательств,  

подтверждающих наличие возможности погашения задолженности перед  бюджетом, наличие экономически обоснованного плана для вывода общества из  кризиса, ФИО1 представлено не было.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  входит установление следующих обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9  Закона;  

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в  течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного  срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе  определен п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве: руководитель принимает на себя  обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока,  предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.  

Арбитражный суд города Москвы отметил, что после 28.02.2014 у  должника возникли иные обязательства по уплате налогов и сборов в бюджет, и  общая сумма задолженности перед уполномоченным органом составила 64 380  557,34 руб. (заявлена и включена в третью очередь реестра требований  кредиторов ООО ИК «Финансовая стратегия»), указанное требование  уполномоченного органа до настоящего времени не удовлетворено ввиду  отсутствия имущества должника.  

Однако, из такой формулировки не следует размер обязательств,  образовавшихся непосредственно по истечении наступления указанной даты, не  позднее которой руководителю следовало обратиться в суд с заявлением о  банкротстве, в связи с чем в данной части выводы судов также нельзя считать в  достаточной степени мотивированными.  

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве» разъяснено, что обязанность руководителя  по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая  масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие  одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в  суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и  разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках  стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности  должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

При определении признаков объективного банкротства необходимо  учитывать правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в пункте 4  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», согласно которой под объективным  банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по  обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств  над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.  

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении  контролирующего должника лица к ответственности по упомянутым основаниям  установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает  существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности  в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем  критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о  невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без  негативных последствий для должника и его кредиторов.  

В данном деле судами установлено, что наступление объективного  банкротства должника связано с вынесением налоговой инспекций, а затем и  судом, решения о взыскании с общества налогов, размер задолженности,  установленный судебным актом, стал непосильным для исполнения ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия».  

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992 по  делу N А40-155759/2017, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель  презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом  контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания  о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично  сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными  последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению  предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом,  явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная  ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств  перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств,  возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2  статьи 9 Закона о банкротстве.  

При этом, согласно позиции, изложенной в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2021 N 305- ЭС21-7572 по делу N А40-6179/2018, не следует отождествлять срок  возникновения обязательства со сроком его исполнения.  

Следует учесть и то, что неустойка, проценты и иные финансовые санкции  не подпадают под понятие обязательств, определяемых положениями п. 2 ст. 10  и п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку не являются новым денежным  обязательством (ст. 307 ГК РФ), так как не имеют нового юридического факта,  который бы лежал в основании их возникновения, а представляют собой  финансовые санкции, начисленные на денежные требования по основному  обязательству.  

Вместе с тем, допущенное нарушение к вынесению неверного по существу  судебного акта не привело, поскольку размер субсидиарной ответственности,  предусмотренной за неисполнение обязанности по обращению в суд с  заявлением о банкротстве, поглощается размером ответственности,  наступающей для контролирующего должника лица за совершением им  действий (бездействия), повлекших наступление банкротства общества,  непередачу документов должника конкурсному управляющему.  

Одновременно с этим судебная коллегия Арбитражного суда Московского  округа соглашается с доводами кассатора относительно размера его  ответственности по обязательствам ООО Инвестиционная компания  «Финансовая стратегия», взысканной в пользу ФНС России в размере всего  непогашенного непогашенного реестра требований кредиторов должника,  превышающем размер обязательств перед уполномоченным органом.  

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

Аналогичные положения содержались в абзаце 10 пункта 4 статьи 10  Закона о банкротстве, устанавливающем, что размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

Указанными нормами регламентирован размер ответственности  контролирующих должника лиц при рассмотрении такого спора в деле о  банкротстве в интересах всех независимых кредиторов должника.  

При этом, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как  по основаниям, предусмотренным статьей 61.11, так и по основаниям,  предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК  РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в  интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску,  независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления.  Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с  учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт  4 статьи 61.19 Закона о банкротстве).  

Исходя из целей законодательного регулирования и общеправового  принципа равенства к заявлению о привлечении к субсидиарной  ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе  присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с  таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также  иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в  законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим  принудительному исполнению в силу закона (далее - кредиторы, обладающие  правом на присоединение).  

Кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться  к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта,  которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в  письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов,  подтверждающих наличие у них такого права заявителю. К заявлению о  присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности  также должен быть приложен документ, подтверждающий уплату  государственной пошлины, исчисленной по правилам подпункта 1 пункта 1  статьи 333.21 НК РФ исходя из денежной суммы, предъявленной к взысканию в  интересах присоединяющегося кредитора, или право на получение льготы по  уплате государственной пошлины либо ходатайство о предоставлении отсрочки,  рассрочки, об уменьшении размера государственной пошлины.  

Однако, кредитор ООО «Сток оф кэпитал», размер требования которого в  реестре установлен судебным актом в сумме 160 000 руб., к заявлению  уполномоченного органа не присоединялся, оснований для взыскания  задолженности ООО Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» перед  ООО «Сток оф кэпитал» в пользу ФНС России не имелось, указанную сумму –  160 000 руб., следует исключить из размера ответственности, возлагаемой на  ФИО1  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.09.2015 по делу   № А40-3086/15 в третью очередь удовлетворения реестра требований ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» включено требование ФНС  России в лице ИФНС № 50 по г. Москве в размере 36 667 497 руб. основного  долга, 13 003 806 руб. 34 коп. пени, 14 709 254 руб. штраф.  

Также признано обоснованным требование ФНС России в лице ИФНС   № 50 по г. Москве к ООО Инвестиционная компания «Финансовая стратегия» в  размере 686 951 руб. 23 коп. основного долга, 50 920 руб. 75 коп. пени, и  подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после  удовлетворения требований кредиторов.  

Таким образом, штраф перед налоговым органом составил 14 709 254 руб.  

В Постановлении от 30.10.2023 N 50-П «По делу о проверке  конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального от 26.10.2002 N  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО6" Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что при  определении размера субсидиарной ответственности контролирующего  должника лица, судам следует учесть также позицию, изложенную в  постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 N  39-П, согласно которой суммы штрафов по своему существу выходят за рамки  налогового обязательства как такового, носят не восстановительный, а  карательный характер и являются наказанием за налоговое правонарушение, то  есть за предусмотренное законом противоправное виновное деяние,  совершенное умышленно либо по неосторожности, потому вред, причиняемый  налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет  соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней.  

Пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для  взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной  ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на  

организацию-налогоплательщика. Выявленный в упомянутом постановлении  конституционно-правовой смысл пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве  является общеобязательным, что исключает любое иное его толкование в  правоприменительной практике.  

Не включаются в размер субсидиарной ответственности  контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо  заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат  удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего  должника лица.  

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в  материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника  кредиторам, является исключительно их средством защиты. По общему правилу  участники группы компаний не могут получать удовлетворение своих  требований друг от друга через институт субсидиарной ответственности.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2015 в реестр  требований кредиторов в состав третьей очереди включено требование  ФИО1 в размере 1 652 515 руб. 06 коп. основного долга.  

Таким образом, из размера субсидиарной ответственности следовало  исключить сумму штрафа перед уполномоченным органом 14 709 254 руб.,  задолженность перед ФИО1 1 652 515,06 руб., а также перед ООО  «Сток оф Кэпитал» в сумме 160 000 руб.  

Поскольку фактические обстоятельства при рассмотрении спора судами  первой и апелляционной инстанций установлены, но не применены подлежащие  применению нормы материального права, суд кассационной инстанции в  соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации считает возможным, не передавая дело на новое  рассмотрение, отменить обжалуемые судебные акты в части размера  ответственности ФИО1, установив размер ответственности в сумме 50  489 293, 43 руб.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, не нарушены.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 14 августа 2023 года,  определение Арбитражного суда города Москвы от 14 августа 2023 года,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 ноября 2023  года и дополнительное постановление Девятого арбитражного апелляционного  суда от 30 января 2024 года по делу № А40-252314/2022 отменить в части  взыскания с ФИО1 в пользу ФНС России в лице  МИФНС № 50 по г. Москве денежных средств в размере 67 011 062,49 руб. в  порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия».  

В указанной части судебные акты изложить в следующей редакции:  взыскать с ФИО1 в пользу ФНС России в лице  МИФНС № 50 по г. Москве денежные средства в размере 50 489 293, 43 руб. в  порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  Инвестиционная компания «Финансовая стратегия».  

В остальной части указанные судебные акты оставить без изменения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Н.С. Калинина  

Судьи: Д.В. Каменецкий  

 Н.М. Панькова