АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА 

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2889/2025

31 октября 2025 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года. 

Полный текст постановления изготовлен 31 октября 2025 года. 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе: председательствующего судьи Ефановой А.В.,  

судей Кучеренко С.О., Никитина Е.О. при участии: представители участвующих в деле лиц не явились, 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Амурской области от 10.03.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025  

по делу № А04-2096/2024 о завершении процедуры реализации имущества гражданина 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Амурской области от 09.04.2024 принято к производству заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании его несостоятельным (банкротом).  

Решением суда от 22.05.2024 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4 (далее – финансовый управляющий).  

Определением от 10.03.2025, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025,  

процедура реализации имущества гражданина завершена, ФИО3  

освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры банкротства (далее - освобождение гражданина от обязательств).  

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами в части освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, кредитор ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор, заявитель) обратилась в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о том, что суды необоснованно применили к должнику правила об освобождении от обязательств, поскольку ФИО3, уволившись с работы и обратившись в суд с заявлением о признании себя банкротом, преследовал цель уклониться от исполнения судебного решения о взыскании с него задолженности в пользу единственного кредитора - ФИО2 Обращает внимание суда округа на то, что с момента принятия судебного акта о разделе совместно нажитого имущества по дату увольнения с работы должником получен доход в виде заработной платы, пенсии и пособия в суммарном размере 1 451 912, 38 руб., при этом заявление о собственном банкротстве подано в суд ровно через три месяца после увольнения. Кредитор настаивает на том, что такое поведение свидетельствует об отклонении от стандарта добросовестного поведения гражданина, и оснований для освобождения должника от обязательств не имеется, приводит ссылку на судебную практику, указывая на недопустимость нарушения ее единообразия.  

Арбитражным управляющим ФИО4 в суд округа направлен письменный отзыв на кассационную жалобу с возражениями, мотивированными несогласием с выводами суда общей юрисдикции, который, несмотря на установление факта исполнения ипотечных обязательств исключительно ФИО3, принял судебный акт о взыскании в пользу бывшей супруги должника ФИО2 компенсации стоимости ½ доли в праве на жилое помещение. Ссылаясь на указанные обстоятельства, арбитражный управляющий ФИО4 заявляет о злоупотреблении правом со стороны самой ФИО2 при возникновении спорных обязательств, а также подчеркивает, что кредитор в ходе процедуры банкротства намеренно блокировал возможность погашения требований, не предоставляя реквизиты для перечисления денежных средств.  

Должником отзыв на кассационную жалобу не представлен. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание окружного арбитражного суда не обеспечили, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие, что не противоречит положениям части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Проверяя по правилам статей 284, 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции от 10.03.2025 и постановления апелляционного суда от 19.06.2025 в обжалуемой части, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа исходит из следующего.  

Определением суда от 28.08.2024, вынесенным путем подписания резолютивной части, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования единственного кредитора - ФИО2 в размере 1 164 491,22 руб. основного долга.  

Требование кредитора основано на вступившем в законную силу решении Благовещенского городского суда Амурской области от 11.10.2022 по делу № 2-347/2022, которым совместно нажитым имуществом супругов ФИО2 и ФИО3 признана квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, стоимостью 2 300 000 руб. (далее – квартира), а также размещенные на счете в публичном акционерном обществе Коммерческий банк «Восточный» денежные средства в размере 73 279 руб. Квартира передана в личную собственность ФИО3 С должника в пользу ФИО2 взыскана денежная компенсация стоимости доли второго супруга в праве на квартиру в размере 1 150 000 руб., а также половина суммы денежных средств, размещенных на банковском счете – 35 639 руб.  

Из отчета финансового управляющего по состоянию на 14.02.2025 усматривается, что погашение требований кредитора в ходе процедуры реализации имущества гражданина не производилось.  

Как установлено судами и соответствует материалам дела, финансовым управляющим проведены исчерпывающие мероприятия по формированию конкурсной массы, в ходе которых у должника не обнаружено имущества, кроме единственного жилья, полученного в результате раздела общего имущества супругов.  

В ходе рассмотрения судом жалобы ФИО2 на действия финансового управляющего установлено, что находящееся в квартире  

ФИО3 движимое имущество (телевизор, приставка, тумба) принадлежит его супруге – ФИО5 (определение от 10.03.2025).  

Источником дохода должника в процедуре банкротства являлась пенсия по старости.  

Признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства финансовым управляющим не установлено, подозрительных сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено.  

Полагая, что все мероприятия, направленные на обнаружение имущества должника и формирование конкурсной массы, выполнены, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении реализации имущества гражданина и об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств с указанием на отсутствие оснований для неприменения в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.  

ФИО2 заявлены возражения против освобождения ФИО3 от обязательств перед ней, мотивированные доводами о недобросовестном уклонении от исполнения вступившего в законную силу судебного акта о разделе совместно нажитого имущества супругов, согласно которому должник получил единоличное право собственности на квартиру, являющуюся единственным жильем, и был обязан выплатить кредитору денежную компенсацию в размере половины ее стоимости. Имея на момент раздела имущества супругов стабильный ежемесячный доход в размере порядка 70 000 руб., после вступления в силу судебного акта ФИО3 уволился с работы и через три месяца обратился в суд с заявлением о признании его банкротом, что, как полагает кредитор, являлось попыткой избежать исполнения обязательств при помощи института банкротства.  

Завершая процедуру реализации имущества гражданина и освобождая должника от обязательств, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и исходил из отсутствия в материалах дела доказательств умышленного уклонения от исполнения обязательств.  

Поддерживая позицию суда первой инстанции, коллегия апелляционного суда отметила, что само по себе непогашение принятых на себя обязательств не может быть квалифицировано как недобросовестное поведение должника, влекущее отказ в освобождении от долгов, при неподтвержденности злостного уклонения от исполнения обязательств, сокрытия им имущества, на которое может быть обращено взыскание.  

Правомерность завершения процедуры реализации имущества гражданина не является предметом кассационного обжалования, в связи с чем судебные акты в данной части судом округа не проверяются.  

В свою очередь, в обжалуемой части коллегия окружного арбитражного суда не может согласиться с позицией судов первой и апелляционной инстанций ввиду следующего.  

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения обязательств (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», обстоятельства, предусмотренные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.  

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.  

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), с тем чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, ее реализации и направлению полученных сумм на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни.  

Соответствующий правовой подход получил закрепление на уровне высшей судебной инстанции (пункт 56 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025 (далее – Обзор)).  

В то же время, как указано Верховным Судом Российской Федерации в пункте 60 Обзора, институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и незаконного прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.  

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), части 1 статьи 16 АПК РФ судебные акты являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.  

При этом процессуальное законодательство не ставит обязательность исполнения судебных актов в зависимость от совершения взыскателем действий по их принудительному исполнению. Исполнение судебных актов должно быть добровольным и своевременным. В свою очередь, уклонение от исполнения вступившего в законную силу судебного акта не может быть признано соответствующим стандартам поведения добросовестного участника гражданского оборота (статья 1 ГК РФ).  

В настоящем деле кредитором в судах обеих инстанций последовательно приводились ссылки на обстоятельства, по его мнению, свидетельствующие о недобросовестном уклонении должника от погашения задолженности, подтвержденной судебным актом о разделе общего имущества супругов.  

Из представленных должником справок о доходах и суммах налога физического лица (том 1, листы дела 24-34), а также из поступивших в материалы дела сведений отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Амурской области (том 2, листы дела 77-80) усматривается, что с 2018 года по ноябрь 2023 года ФИО3 был трудоустроен и получал стабильный заработок в размере, превышающем установленную в регионе величину прожиточного минимума. Так, за 11 месяцев 2023 года (период с даты вступления в законную силу судебного акта по дату увольнения ФИО3) должником получен доход по основному месту работы в общем размере более 636 тыс. руб., за вычетом налога на доходы физических лиц, то есть его среднемесячный доход составлял свыше 57,8 тыс. руб. Кроме этого ФИО3 в спорный период уже являлся получателем пенсии по старости (согласно представленной должником банковской выписке с января по июль 2023 года на его счет ежемесячно зачислялась пенсия в размере 17 008,55 руб., с августа 2023 года – 17 305,13 руб.).  

Судебный акт о разделе совместно нажитого имущества обжаловался должником, вступил в законную силу 23.01.2023; исполнительное производство в отношении должника возбуждено 23.11.2023, а 24.11.2023 в трудовую книжку ФИО3 внесена запись о расторжении трудового договора с работодателем.  

Таким образом, в течение 11 месяцев с даты вступления в законную силу судебного акта о взыскании в пользу кредитора денежных средств должник, имея стабильно высокий доход, погашение задолженности перед ФИО2 не осуществлял и на следующий день после возбуждения исполнительного производства расторг трудовой договор. Частичное исполнение судебного акта произведено в принудительном порядке после  

утраты основного источника дохода в виде заработной платы, сумма удовлетворенных требований составила менее 3 % (34 167,53 руб.), исполнительное производство окончено в связи с признанием должника банкротом (пункт 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).  

Из обжалуемых судебных актов не следует, что судами в настоящем деле проверялось наличие или отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о невозможности хотя бы частичного исполнения решения суда в период, когда ФИО3 имел постоянный доход. Самим должником о наличии каких-либо препятствий, не позволивших ему принять зависящие от него меры по исполнению вступившего в законную силу судебного акта, не заявлялось. Материалы дела не содержат сведений об обращении в суд общей юрисдикции с заявлением об отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта в связи с наличием финансовых затруднений и т.п.  

Вместе с тем при наличии аргументированных возражений ФИО2, в условиях непредставления должником пояснений о причинах неисполнения судебного акта, обстоятельства непогашения задолженности перед единственным кредитором подлежали более детальному исследованию применительно к пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, для целей устранения разумных сомнений в добросовестности гражданина-банкрота.  

Однако ссылки кредитора на конкретные обстоятельства не получили какой-либо оценки, а выводы судов об отсутствии оснований полагать, что ФИО3 изначально не планировал исполнять обязательства, сделаны без приведения мотивов отклонения доводов и доказательств ФИО2, что не соответствует положениям части 4 статьи 15, части 4 статьи 170 АПК РФ, в связи с чем данные выводы признаются судом округа преждевременными.  

Коллегия суда кассационной инстанции считает необходимым подчеркнуть, что в данном случае кредитор не является профессиональным субъектом экономической деятельности, а возникшие перед ним обязательства основаны на нормах семейного законодательства (глава 7 Семейного кодекса Российской Федерации), предусматривающих защиту имущественных прав супруга, право общей собственности которого прекращается при условии эквивалентного денежного возмещения его потерь в размере супружеской доли. В связи с этим применение характерного для потребительского банкротства подхода, допускающего освобождение от непосильных долговых обязательств, принятых ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств - без  

учета приведенных особенностей и оценки всех доводов и возражений - ставит в неравные условия кредитора по отношению к должнику.  

В то же время при предоставлении должником разумных пояснений и доказательств относительно причин непогашения задолженности суд вправе, оценив их и не установив признаков уклонения, сделать вывод о возможности полного или частичного освобождения от исполнения обязательств (пункты 57, 63 Обзора).  

Поскольку в настоящем деле судами не устанавливались и не оценивались обстоятельства неисполнения должником обязательств перед кредитором в период, когда у него имелись постоянные источники дохода в размере, значительно превышающем величину прожиточного минимума, равно как и обстоятельства утраты одного из них в момент возбуждения исполнительного производства, а также не приведены мотивы непринятия доводов кредитора об уклонении от исполнения обязательств, коллегия суда кассационной инстанции не может признать выводы судов соответствующими обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, так как судебные акты приняты без их полного и всестороннего исследования и оценки.  

Заявленные арбитражным управляющим ФИО4 возражения, обоснованные несогласием с решением суда общей юрисдикции о разделе общего имущества супругов, судом округа отклоняются как противоречащие положениям части 3 статьи 69 АПК РФ. Доводы о том, что кредитор в ходе процедуры реализации имущества гражданина намеренно блокировал возможность погашения требований, не предоставляя реквизиты для перечисления денежных средств, не имеют правового значения для оценки добросовестности поведения должника при исполнении им обязательств до введения в отношении него процедуры банкротства, в связи с чем также признаются несостоятельными.  

Принимая во внимание то, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судами, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, в силу чего обжалуемые судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду надлежит учесть обстоятельства, на которые указано в настоящем постановлении, оценить все доводы и возражения о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором ФИО2, на основании  

имеющихся в деле и дополнительно представленных доказательств в их совокупности и взаимной связи установить обстоятельства, препятствовавшие добровольному исполнению вступившего в законную силу судебного акта, дать оценку поведению должника для целей проверки доводов кредитора о его недобросовестности и направленности на уклонение от погашения задолженности действий ФИО3, в том числе по неуплате долга и увольнению непосредственно после принятия мер к принудительному взысканию, с последующим инициированием собственного банкротства, принять законный и обоснованный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 10.03.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2025 по делу № А04-2096/2024 в обжалуемой части отменить.  

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Амурской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья А.В. Ефанова 

Судьи С.О. Кучеренко  

 Е.О. Никитин