Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-1075/2025

г. Владивосток

15 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 15 октября 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего М.Н. Гарбуза, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,  

апелляционное производство № 05АП-2149/2025 на определение от 27.03.2025 судьи Ю.К. Бойко по делу № А51-1075/2025 Арбитражного суда Приморского края 

по делу по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>,) к обществу с ограниченной ответственностью «Славянский двор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом),  

при участии: 

от ООО «Славянский двор»: представитель ФИО3 по доверенности от 22.06.2023 сроком действия 10 лет, паспорт,  

ФИО1 (лично), паспорт; представитель ФИО4 по доверенности от 18.04.2025 сроком действия 3 года, паспорт,  

иные лица извещены, не явились, 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – заявитель, кредитор, ИП ФИО2) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Славянский двор» (далее – должник, ООО «Славянский двор») несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Приморского края от 31.01.2025 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по проверки обоснованности поданного заявления.  

В материалы от участника должника - ФИО5 поступило ходатайство о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, рассмотрение которого назначено в настоящее судебное заседание.  

Определением суда от 27.03.2025 в удовлетворении ходатайства ФИО5 о привлечении ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  

самостоятельных требований относительно предмета спора, отказано, заявление ИП ФИО2 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО6.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 – бывший участник общества (далее – апеллянт) обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение от 27.03.2025 отменить, производство по делу прекратить или направить вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. Апеллянт указал, что он являлся участником должника, между участниками общества заключен корпоративный договор, по условиям которого участники общества (ФИО1 и ФИО7) приняли на себя обязательства по выходу из состава участников общества при условии выдачи им в натуре действительной стоимости доли. Обратил внимание, что ФИО7 подлежащие передаче объекты недвижимости были переданы в полном объеме; в отношении ФИО1 обязанность по передаче объектов недвижимости в счет выплаты действительной стоимости доли должником не исполнена. Отметил, что апеллянтом в арбитражный суд направлено исковое заявление о передаче объектов недвижимости в качестве выплаты стоимости доли, делу присвоен номер № А51-17868/2022, указанное дело до настоящего времени не рассмотрено по существу. Таким образом, полагал, что обжалуемым определением создаются препятствия для реализации ФИО1 субъективного права на получение причитающегося ему имущества, а также надлежащего исполнения должником обязанности по его передаче, ввиду наличия законодательного запрета на такую передачу после введения процедуры банкротства – наблюдения. Обратил внимание суда на то, что им подано заявление о включении в реестр требований кредиторов. По мнению апеллянта, указанные обстоятельства наделают ФИО1 правом на обжалование судебного акта.  

Мотивировал жалобу тем, что изначально право требования неосновательного обогащения, перешедшее к кредитору на основании соглашения об уступке, принадлежало ФИО7 - бывшему учредителю должника. По мнению апеллянта, суд первой инстанции должен был проверить на предмет мнимости соглашение об уступке, а именно, не была ли совершена указанная сделка лишь для вида с целью придания новому кредитору статуса независимого кредитора для целей включения его требований в реестр без понижения очередности их удовлетворения. Полагал, что судом первой инстанции не учтено, что первоначальные требования ФИО7 к должнику возникли в связи с его статусом участника общества и, как следствие, имеют корпоративный характер.  

Указал, что соглашение об уступке прав является мнимой сделкой, поскольку она заключена между аффилированными лицами по отношению к должнику: ФИО7 (вышедший участник должника) и ФИО2, который является руководителем ООО «Юнико Глобал» (ИНН 

<

***>), где руководитель должника ФИО8 является 100% учредителем, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Считал, что при оценке требований кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника неосновательного обогащения, суд первой инстанции должен был учесть обстоятельства наличия аффилированности кредитора и должника и возложить на заявителя бремя опровержения указанного обстоятельства.  

По существу спора апеллянтом приведены доводы о том, что арбитражным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику (пункт 5 статьи 37 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, далее – Обзор от 20.12.2016).  

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2025 апелляционная жалоба ФИО1 принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 04.06.2025.  

Определениями суда от 18.06.2025, 16.07.2025, 13.08.2025, 09.09.2025, судебное заседание откладывалось до 16.07.2025, 13.08.2025, 09.09.2025, 08.10.2025 соответственно.  

На основании определений суда от 07.08.2025, 05.09.2025, в судебном составе, рассматривающем настоящее дело, производилась замена судей, в связи с чем, на основании пункта 2 части 2 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала.  

В материалы дела в порядке статей 81, 262 АПК РФ поступили: 

-отзыв на апелляционную жалобу ООО «Славянский двор», в котором приведены доводы о том, что после выхода ФИО1 и ФИО7 из состава участников общества, распределения имущества между участниками общество утратило способность удовлетворять требования своих кредиторов. Отметило, что доводы апеллянта о том, что требования ИП ФИО2 не подтверждены, не соответствует действительности и опровергаются материалами дела. Указало, что требования кредитора установлены решением Советского районного суда г. Владивостока от 25.04.2024 по делу № 2-54/2024. Полагало, что доводы об аффилированности должника и кредитора недостоверны; доводы апеллянта о корпоративном характере требований ИП ФИО2 неверны и является необоснованным, поскольку правоотношения, возникшие между ФИО7 и ООО «Славянский двор» являются гражданско-правовыми, а не корпоративными. Считало, что апелляционная жалоба является необоснованной, несостоятельной, доводы апелляционной жалобы не соответствуют закону;  

-отзыв ИП ФИО2, в котором содержатся доводы о том, что заявленные требования являются неосновательным обогащением, возникшим в результате безосновательного пользования и распоряжения имущества (которое должно быть передано ФИО7 в счет оплаты стоимости доли участия в обществе), указанные требования подтверждены судебным актом и переданы ИН ФИО2 на основании соглашения об уступке; полагал, что заявленные требования не являются корпоративными, поскольку основано на гражданско-правовой сделке – договоре цессии; указал, что производство по апелляционной жалобе ФИО1 подлежит прекращению, поскольку обжалуемый судебный акт не затрагивает права апеллянта; отметил, что апеллянт не наделен правом обжалования определения о введении процедуры банкротства в отношении должника, поскольку его заявление о включении в реестр требований кредиторов только принято к производству. Ссылаясь на судебную практику, указал, что производство по апелляционной жалобе подлежит прекращению;  

-дополнительные пояснения к отзыву на апелляционную жалобу ИП ФИО2, в котором содержатся доводы о необходимости прекращения производства по апелляционной жалобе со ссылкой на судебную практику;  

-дополнительные пояснения к апелляционной жалобе ФИО1, в которых приведены дополнительные доводы о корпоративном характере заявленного требования, о мнимости уступки права требования, аффилированности арендаторов и отсутствии неосновательного обогащения; приведены доводы о том, что интересы ФИО7 и ФИО2 представляли сотрудники одной юридической компании; обратил внимание на то, что поскольку ФИО2, настаивающий на включении в реестр требований кредиторов должника, на основании корпоративного требования, предложил кандидатуру арбитражного управляющего, указанная кандидатура не может быть признана независимой. В таком случае, суд первой инстанции должен был назначить временного управляющего посредством случайного выбора;  

-дополнительные пояснения ИП ФИО2, в которых приведены доводы об исполнении обязательств в рамках договора уступки прав требования, что подтверждено платежными поручениями; считал, что модель экономического поведения, связанная с соглашением об отступном с должником не может свидетельствовать о мнимости договора, ссылался на судебную практику; отметил, что апеллянтом игнорируются существенные различия между правоотношениями корпоративной и кондикционной природы;  

-дополнительные пояснения ООО «Славянский двор», в которых указано, что требования ИП ФИО2 не имеют корпоративной природы и подлежат учету при определении признаков банкротства; уступка требований не является мнимой; должник  

опроверг доводы апеллянта об аффилированности должника и кредитора, а также о зависимости арбитражного управляющего.  

Через канцелярию суда от Департамента записи актов гражданского состояния Приморского края, Отдела ЗАГС администрации Гайнского муниципального района Пермского края, Отдела ЗАГС Холмского района Агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области поступили ответы на запросы, которые в порядке статьи 66 АПК РФ приобщены к материалам дела.  

В канцелярию суда от ИП ФИО2 поступили дополнительные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.  

Судом установлено, что к дополнительным пояснениям ИП ФИО2 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.  

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила заявленное ходатайство удовлетворить частично; отказать в приобщении копий судебных актов, поскольку данные документы находятся в свободном доступе. Приобщить остальные дополнительные доказательства, как представленные в обоснование правовой позиции по апелляционной жалобе.  

ФИО1 и его представитель поддержали доводы апелляционной жалобы. Определение суда первой инстанции просили отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, ответили на вопросы суда.  

Представитель ООО «Славянский двор» поддержал доводы, изложенные в своем отзыве на апелляционную жалобу, а также в дополнительных пояснениях. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Дал пояснения суду.  

Ранее ООО «Славянский двор» было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.  

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в обоснование правовой позиции по отзыву на апелляционную жалобу.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011  

 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав апеллянта и представителей лиц, учувствовавших в судебном заседании, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалованного судебного акта в части, исходя из следующего.  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020) (ред. от 25.04.2025), кредитор по требованию о выплате действительной стоимости доли вправе участвовать в деле о банкротстве должника применительно к статусу лица, указанного в абзаце четвертом пункта 1 статьи 35 и пункта 3 статьи 126 Закона о банкротстве.  

В этой связи, учитывая приведенные апеллянтом доводы о предъявленном им требовании к обществу о выплате действительной стоимости доли в рамках дела № А51-17868/2022, а также принимая во внимание размещенные на официальном сайте арбитражного суда в картотеке арбитражных дел сведения о рассмотрении в Арбитражном суде Приморского края дела № А51-17868/2022 по исковому заявлению  

ФИО1 к должнику об обязании передать истцу имущество, равное действительной стоимости доли, коллегия пришла к выводу о наличии у апеллянта права на обжалование определения суда от 27.03.2025, вынесенного в рамках дела о банкротстве общества.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о банкротстве правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы, а также работник, бывший работник должника, имеющие требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда.  

Право на обращение в арбитражный суд в силу пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.  

При этом право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств (пункт 2 статьи 7 Закона о банкротстве) и при условии предварительного, не менее чем за пятнадцать календарных дней до обращения в арбитражный суд, опубликования уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом путем включения его в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (далее - ЕФРСБ) (пункт 2.1 статьи 7 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.  

Для возбуждения дела о банкротстве по заявлению конкурсного кредитора принимаются во внимание требования, подтвержденные вступившим в законную силу решением арбитражного суда (пункт 3 статьи 6 Закона о банкротстве).  

По смыслу пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем два миллиона рублей и не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.  

На основании абзаца 2 пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 настоящего Закона, либо заявление должника соответствует требованиям статьи 8 или 9 Закона.  

Процедура наблюдения в силу пункта 1 статьи 62 Закона о банкротстве вводится по результатам рассмотрения арбитражным судом обоснованности заявления о признании должника банкротом.  

Апелляционным судом по материалам дела установлено, что основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с настоящим заявлением явилась непогашенная задолженность общества – неосновательное обогащение в размере 27 498 642 руб., взысканное решением Советского районного суда г.Владивостока от 23.06.2022 по делу № 2-1481/2022 с ООО «Славянский двор» в пользу ФИО7.  

В последующем 10.08.2022 между ИП ФИО7 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) в соответствии с которым цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает требование получить от должника (ООО «Славянский двор») в собственность денежные средства в размере 27 558 642 руб. (27 498 642 руб. - сумма неосновательного обогащения, 60 000 руб. расходы по оплате государственной пошлины) по исполнительному листу серии ФС  

 № 027246767 от 03.08.2022, выданному на основании решения Советского районного суда г. Владивостока по делу № 2-1481/2022.  

Уведомлением-требованием о совершенной уступке требований от 12.08.2022 (получено обществом 16.08.2022) ИП ФИО2 уведомил должника о совершенной уступке и предложил обществу погасить задолженность в течение 5 рабочих дней со дня получения уведомления-требования.  

В последующем, между должником (должник) и ИП ФИО2 (кредитор) 26.09.2022 заключено соглашение об отступном, в соответствии с которым во исполнение уведомления-требования должник передал кредитору в качестве отступного следующее недвижимое имущество:  

-нежилое здание, количество этажей, в том числе подземных: 2, площадь 782,2 кв.м., адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:050031:536;  

-земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: склады, площадью 2127 кв.м., адрес: Местоположения установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир здание (лит. А, А1-пристройка). Почтовый адрес ориентира: 

<

...>, кадастровый номер: 26:28:050031:2334.  

Стоимость указанного имущества в соответствии с отчетом об оценке от 09.09.2022 составила 28 150 000 руб., что превысило размер задолженности ООО «Славянский двор» перед ИП ФИО2 на 591 358 руб., ввиду чего указанная разница погашена ИП ФИО2 платежным поручением № 45 от 12.10.2022.  

Решением Советского районного суда г. Владивостока от 25.04.2024 по делу № 2-58/2024 соглашение об отступном, заключенное 26.09.2022 между должником и кредитором, признано недействительным. Суд возвратил должнику объекты недвижимости, признал право собственности ФИО1 на эти объекты недвижимости.  

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 22.08.2024 (дело № 33-7482/2024) решение Советского районного суда г. Владивостока изменено в части возврата ИП ФИО2 денежных средств, уплаченных по соглашению об отступном от 26.09.2022. Суд обязал должника возвратить ИП ФИО2 денежные средства в размере 591 358 руб., уплаченные по платежному поручению от 12.10.2022 № 45. В остальной части решение Советского районного суда г. Владивостока оставлено без изменения.  

Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 03.12.2024 (дело № 88-10916/2024) решение Советского районного суда г. Владивостока от 25.04.2024 в неизмененной части и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Приморского краевого суда от 22.04.2024 оставлено без изменения.  

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.  

Доказательств погашения указанной выше задолженности в дело не представлено.  

Таким образом, в настоящее время у должника перед ИП ФИО2 имеется задолженность в размере 27 558 642 руб. (сумма по договору уступки требования от 12.08.2022г.) + 591 358 руб. (сумма, оплаченная ИП ФИО2 должнику в качестве компенсации разницы стоимости объектов платежным поручением от 12.10.2022 № 45).  

Наличие непогашенной задолженности послужило основанием для обращения индивидуального предпринимателя ФИО2 с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).  

Поскольку размер задолженности общества превышает два миллиона рублей, неисполнение обязательств продолжается более трех месяцев, с учетом своевременной публикации кредитором соответствующего уведомления в ЕФРСБ, суд первой инстанции правомерно в соответствии со статьями 3, 33, 48 Закона о банкротстве сделал вывод о наличии оснований для введения в отношении должника процедуры наблюдения и обоснованности требования кредитора в общей сумме 28 150 000 руб.  

Довод апеллянта о том, что соглашение об уступке прав является мнимой сделкой, поскольку она заключена между аффилированными лицами по отношению к должнику, подлежит отклонению, учитывая, что в рамках настоящего дела о банкротстве платежеспособность ИП ФИО2 на дату заключения сделки не подлежит установлению, поскольку в данном случае какой-либо вред должнику - ООО «Славянский двор» и его кредиторам не причинен. Указанный договор в рамках дела о банкротстве ООО «Славянский двор» недействительным не признан. Доводов относительно мнимости договора уступки при рассмотрении обоснованности требований ИП ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника не заявлялось, по сути заявленные требования направлены на пересмотр судебного акта о включении требований в реестр требований кредиторов должника в обход установленного процессуального порядка, что недопустимо.  

Как указано выше, настоящее заявление основано на вступившем в законную силу решении Советского районного суда г.Владивостока от 23.06.2022 по делу № 2-1481/2022.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.  

Принцип обязательности судебных актов установлен в статье 16 АПК РФ: вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи); неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влекут за собой ответственность, установленную данным Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи).  

При этом, если требования кредитора основаны на вступивших в законную силу судебных актах, определивших состав и размер денежного обязательства должника, арбитражный суд разрешает только разногласия, связанные с исполнением данных судебных актов либо с их пересмотром, иные разногласия не подлежат рассмотрению арбитражным судом (абзац 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве).  

Арбитражный суд при рассмотрении требования кредитора, основанного на решении суда, вступившего в законную силу, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику (пункт 22 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35)).  

Таким образом, в рассматриваемом случае обстоятельства возникновения, размер основного долга должника определены вступившим в законную силу судебным актом и не подлежат доказыванию вновь (часть 3 статьи 69 АПК РФ).  

Доказательств обжалования в установленном процессуальном порядке решения Советского районного суда г.Владивостока от 23.06.2022 по делу № 2-1481/2022, его отмены (изменения) при рассмотрении настоящего спора не представлено.  

При таких обстоятельствах доводы апеллянта о мнимости договора об уступке прав требований, о злоупотреблении правом, искусственном создании оснований для банкротства общества, с учетом вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции, которым установлено неосновательное обогащение ООО «Славянский двор», возникшее в результате безосновательного пользования и распоряжения должником имуществом, которое должно быть передано ФИО7 в счет оплаты стоимости доли участия в обществе, отклоняются судебной коллегией, как направленные на преодоление принципа обязательности судебных актов.  

При этом коллегия отмечает, что если решение Советского районного суда г.Владивостока от 23.06.2022 по делу № 2-1481/2022 будет отменено, участвующие в деле лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения суда о введении наблюдения в части признания требований заявителя обоснованными и включении их в реестр требований кредиторов либо определения в полном объеме по новым обстоятельствам (пункт 2 Постановления № 35).  

Довод апеллянта о наличии заинтересованности между заявителем и должником сам по себе не является основанием для отказа в признании требований заявителя обоснованными и введения процедуры наблюдения в отношении общества.  

Из абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве следует, что для целей законодательства о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.  

Кредиторами являются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам (абзац седьмой статьи 2 Закона о банкротстве).  

В соответствии с абзацем восьмым статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.  

С учетом правовой позиции Президиума Верховного Суда РФ, отраженной в пункте 14 Обзора от 29.01.2020, право обратиться с заявлением о собственном банкротстве принадлежит не только должнику (пункт 1 статьи 7 Закона о банкротстве), но и кредиторам, то нет оснований полагать, что соответствующими полномочиями не обладают контролирующие должника либо аффилированные с ним лица, требования которых возникли на основании гражданско-правовых сделок.  

Таким образом, независимо от того является ли заявитель аффилированным/заинтересованным или контролирующим лицом по отношению к должнику, если его требование возникло на основании гражданско-правовой сделки, в том числе соглашения об уступке, он вправе инициировать процедуру банкротства в отношении должника.  

Поскольку задолженность перед заявителем подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, превышает 2 000 000 руб. и не погашена в течение трех месяцев с даты, когда обязательства должны были быть исполнены, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что указанных обстоятельств достаточно для введения в отношении должника процедуры наблюдения и признания требований заявителя в сумме 28 150 000 руб. обоснованными.  

Вместе с тем, наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве).  

При рассмотрении настоящего спора апелляционным судом установлено, что кредитор и должник являются аффилированными лицами.  

При постановке указанного вывода коллегия исходила из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Понятие аффилированных лиц приведено в пункте 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон № 948-1). Кроме того, в пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве приведен перечень лиц, признаваемых также заинтересованными лицами по отношению к должнику.  

В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства, подтверждающие юридическую аффилированность заявителя и должника.  

Вместе с тем, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 № 948-1 не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Такая правовая позиция приведена в определениях Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).  

Здесь же отмечено, что при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Кроме того, в определении от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) Верховным Судом РФ даны разъяснения о том, что в силу незаинтересованности конечного бенефициара в раскрытии своего статуса контролирующего лица о наличии подконтрольности могут свидетельствовать следующие обстоятельства:  

- действия контролирующего и подконтрольного лиц синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин;  

- эти действия противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности;  

- данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного лица другому.  

Судом выше установлено, что требование кредитора заявлено на основании задолженности общества – неосновательного обогащения в размере 27 498 642 руб., взысканной решением Советского районного суда г.Владивостока от 23.06.2022 по делу № 2-1481/2022 с ООО «Славянский двор» в пользу ФИО7  

В последующем 10.08.2022 между ИП ФИО7 (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) в соответствии с которым цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает требование получить от должника (ООО «Славянский двор») в собственность денежные средства в размере  

27 558 642 руб. (27 498 642 руб. - сумма неосновательного обогащения, 60 000 руб. расходы по оплате государственной пошлины) по исполнительному листу серии ФС  

 № 027246767 от 03.08.2022, выданному на основании решения Советского районного суда г. Владивостока по делу № 2-1481/2022.  

Заявляя доводы об аффилированности сторон и необходимости субординации требований, апеллянт ссылался на то, что соглашение об уступке прав заключено между аффилированными лицами по отношению к должнику: ФИО7 (вышедший  

участник должника) и ФИО2, который является руководителем ООО «Юнико Глобал» (ИНН 

<

***>), где руководитель должника - ФИО8 является 100% учредителем, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.  

Проверяя указанный довод, апелляционным судом направлен запрос в УФНС России по Приморскому краю.  

В материалы дела из УФНС России по Приморскому краю поступил ответ (письмо от 26.08.2025 № 15-04/30453дсп), из которого усматривается, что руководителями ООО «Славянский двор» являлись: ФИО7 (с 10.07.2015 по 14.05.2020); ФИО9 (с 14.05.2020 по 21.09.2022); ФИО8 (с 21.09.2022 по настоящее время).  

В соответствии с информацией, представленной налоговым органом, участниками ООО «Славянский двор» являлись: ФИО7 (с 10.07.2015 по 22.10.2020); ФИО10 (с 10.07.2015 по 14.08.2019); ФИО11 (с 10.07.2015 по 19.02.2020); ФИО1. (с 10.07.2015 по 22.10.2020); ФИО7 (с 14.08.2019 по 05.03.2020); ФИО5 (с19.02.2020 по настоящее время); ФИО12 (с 19.02.2020 по 16.03.2022); ФИО8 (с 19.02.2020 по 27.05.2020); ФИО9 (с 19.0.2020 по 24.08.2022); ФИО8 (с 24.08.2022 по настоящее время).  

В отношении ООО «Юнико Глобал» коллегией установлено, что руководителями общества являлись: ФИО13 (с 27.08.2015 по 12.12.2019); ФИО2 (с 12.12.2019 по настоящее время).  

Из информации, представленной налоговым органом, усматривается, что участниками ООО «Юнико Глобал» являлись: ФИО13 (с 27.08.2015 по 27.12.2019); ФИО2 (с 27.08.2015 по 24.07.2020); ФИО8 (с 24.07.2020 по 10.04.2024); ФИО2 (с 10.04.2024 по 04.04.2025); ФИО8 (с 04.04.2025 по настоящее время).  

С учетом изложенного на дату заключения договора об уступке прав требования (10.08.2022) между ФИО7 (вышедший участник должника) и ФИО2, ФИО8 являлся участником ООО «Юнико Глобал» (с 24.07.2020 по 10.04.2024), при этом руководителем ООО «Юнико Глобал» с 12.12.2019 по настоящее время являлся ФИО2  

При этом уже с 24.08.2022 (через 14 дней после заключения договора об уступке прав требования от 10.08.2022 с ФИО2) ФИО8 являлся участником ООО «Славянский двор», а с 21.09.2022 ФИО8 назначен генеральным директором (руководителем) ООО «Славянский двор».  

Также после введения процедуры наблюдения в отношении ООО «Славянский двор» (27.03.2025) ФИО8 с 04.04.2025 является участником ООО «Юнико Глобал».  

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Законом о защите конкуренции входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

Пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором названного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.  

Таким образом, поскольку ФИО8 в течение года до даты возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) (30.01.2025) и даты введения  

процедуры наблюдения в отношении ООО «Славянский двор» (27.03.2025) являлся участником ООО «Юнико Глобал» в период с 24.07.2020 по 10.04.2024, а руководителем ООО «Юнико Глобал» с 12.12.2019 по настоящее время являлся ФИО2, учитывая, что, как отмечено выше, ФИО8 с 24.08.2022 по настоящее время является участником, а с 21.09.2022 ФИО8 является генеральным директором (руководителем) ООО «Славянский двор», должник и кредитор (ФИО2) применительно к пунктам 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве являются аффилированными и заинтересованными лицами.  

Приведенные обстоятельства участвующими в деле лицами не опровергнуты, доказательств обратного не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ.  

С учетом изложенного, аргументы апеллянта и должника об обратном опровергаются предоставленными в материалы дела доказательствами (ответом УФНС России по Приморскому краю).  

Из информации, доступной апелляционному суду в режиме ограниченного доступа в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), размещенной в карточке дела  

 № А51-1075/2025, усматривается, что ООО «Славянский двор» по договорам аренды от 01.01.2020, от 01.12.2021 передавал объекты недвижимости ООО «Автоград» (генеральным директором которого являлся ФИО7). Также по договорам аренды от 01.01.2020 и 01.01.2021 ООО «Славянский двор» передавал объекты недвижимости ООО «Старлет» (генеральным директором которого являлся ФИО8). Указанные договора аренды приобщены к материалам дела 29.05.2025 к отзыву должника и свидетельствуют о том, что между должником, ООО «Старлет» и ООО «Автоград», руководителями которых являлись ФИО7 и ФИО8, существовали общие экономические интересы.  

Также из материалов дела № А51-2640/2022, доступных апелляционному суду в режиме ограниченного доступа в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), усматривается, что участниками ООО «СКДВ» являлись ФИО8 (размер доли 1/3), ФИО7 (размер доли 1/3), ФИО14 (размер доли 1/3) (подтверждено протоколами собраний 03.04.2015, 11.02.2016, списком участников общества, приобщены 03.07.2022, материалами регистрационного дела, приобщены 26.09.2022). В материалы указанного дела ФИО8 07.10.2022 приобщен договор купли-продажи доли уставного капитала от 09.06.2021, согласно которому ФИО7 продает, а ФИО8 покупает долю в размере 1/3 уставного капитала ООО «СКДВ». В последующем ФИО8 в рамках указанного дела обратился с заявлением о взыскании действительной стоимости доли вышедшего участника.  

Таким образом, коллегия отмечает, что ФИО7, ФИО8, ФИО2, являясь руководителями и участниками ООО «Славянский двор», ООО «Юнико Глобал», ООО «СКДВ», ООО «Старлет», ООО «Автоград», являются аффилированными, заинтересованными лицами, обладающими общими экономическими интересами и в силу имеющегося у них статуса могли оказывать существенное влияние на деятельность должника.  

С учетом этого коллегия приняла во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, а также проанализировала поведение вовлеченных в спорные отношения субъектов. По общему правилу бенефициар не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику относительно его деятельности. Наличие фактического контроля возможно вне зависимости от наличия формально-юридических признаков аффилированности; при этом необходимо принимать во внимание наличие у ответчика возможности оказывать влияние на деятельность должника; тот факт, что реализация ответчиком соответствующих полномочий привела к негативным для должника и его кредиторов последствиям; ответчик является инициатором такого поведения. С учетом объективной сложности получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту либо иным образом определяло действия должника,  

должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.  

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы относительно влияния ответчика на должника, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на ответчика.  

В рассматриваемом случае заявленные бывшим участником должника 

ФИО1 доводы с разумной степенью достоверности указывают на заинтересованность ФИО7, ФИО8, ФИО2, ООО «Славянский двор» и ООО «Юнико Глобал», наличие возможности оказывать влияние на деятельность должника. Бремя опровержения таких доводов возлагается на указанных лиц, однако они не опровергли представленные заявителем косвенные доказательства.  

Исходя из вышеизложенного, апелляционный суд пришел к выводу об обоснованности доводов апеллянта о наличии между кредитором и должником заинтересованности (фактической аффилированности), которая названными лицами не опровергнута.  

Более того, в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного суда РФ № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020 (далее - Обзор от 25.11.2020), приобретение требования к должнику по договорам цессии аффилированным лицом после введения в отношении должника процедуры банкротства не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020.  

Между тем приведенный в пункте 17 Обзора от 25.11.2020 подход не может быть применен к обстоятельствам приобретения ИП ФИО2 требования к должнику, поскольку право требования на взыскание неосновательного обогащения с ООО «Славянский двор» на сумму 27 558 642 руб. по договору уступки требования (цессии) от 10.08.2022 уступлено ФИО2 в период, когда ФИО8 являлся участником ООО «Юнико Глобал» (с 24.07.2020 по 10.04.2024), при этом руководителем ООО «Юнико Глобал» с 12.12.2019 по настоящее время являлся ФИО2 В последующем, через 14 дней после заключения договора об уступке с 24.08.2022 ФИО8 являлся участником ООО «Славянский двор», а с 21.09.2022 ФИО8 назначен генеральным директором (руководителем) ООО «Славянский двор».  

Вышеописанное соглашение об уступке права (требования) от 10.08.2022 не характерно для отношений обычных участников гражданского оборота, что ставит под сомнение независимость первоначального и последующего кредитора. Указанные сомнения не были опровергнуты заявителем.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции ошибочно не принял во внимание то, что соглашение об уступке права (требования) от 10.08.2022, заключенное между ИП ФИО2 и ООО «Славянский двор», совершено заинтересованными лицами на условиях, не доступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Из приведенных обстоятельств очевидно усматривается, что аффилированное лицо ИП ФИО2, приобретая право требования первоначального кредитора ФИО7 в условиях корпоративного конфликта по передаче имущества общества в счет оплаты доли в уставном капитале ООО «Славянский двор» фактически профинансировало  

ООО «Славянский двор», скрыв финансовое неблагополучие должника и предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность.  

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).  

Обстоятельства нахождения должника в ситуации имущественного кризиса подтверждается бухгалтерским балансом ООО «Славянский двор» за 2024 год, размещенном в свободном доступе на официальном сайте ФНС России (https://bo.nalog.ru), согласно которому по итогам 2024 года убыток общества составил  

(31 166,0) тыс. руб. (строка 2400 Отчета о финансовых результатах ООО «Славянский двор» за 2024 год).  

Очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника (пункт 6 Обзора от 29.01.2020).  

Как разъяснено в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020, приобретая у независимого кредитора требование к должнику в такой ситуации, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, то есть фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).  

На требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Таким образом, в ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.  

Исходя из приведенных в Обзоре от 29.01.2020 разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации, дофинансирование в условиях кризиса, предоставленное контролирующим или аффилированным лицом, влечет понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.  

В силу этого определяющее значение при рассмотрении вопроса о субординации требования приобретает факт наличия либо отсутствия среди конкурсных кредиторов таких внешних (независимых) кредиторов, на которых не должен относиться риск банкротства должника.  

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, об общности экономических интересов должника и кредитора свидетельствует и их фактическая аффилированность; уступка права требования к должнику первоначальным кредитором новому кредитору, что не соответствует стандарту поведения обычного кредитора, поставленного в сходные условия.  

Вышеуказанные апелляционным судом обстоятельства надлежащим образом со стороны кредитора не опровергнуты.  

При таких обстоятельствах, апелляционный суд пришел к выводу о том, что требование заявителя подлежит признанию компенсационным финансированием должника с отнесением на заявителя как заинтересованное с должником лицо риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).  

Таким образом, поскольку материалами дела подтверждено, что должник в ситуации имущественного кризиса получил от аффилированного по отношению к нему кредитора компенсационное финансирование, апелляционный суд признал заявленное кредитором требование подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество общества по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

Согласно пункту 2 статьи 49 Закона о банкротстве в определении о введении наблюдения должны содержаться указания, в том числе на утверждение временного управляющего.  

В абзаце первом пункта 9 статьи 42 Закона о банкротстве предусмотрено, что арбитражный суд утверждает временного управляющего, кандидатура которого указана в признанном обоснованным заявлении о признании должника банкротом, либо временного управляющего или финансового управляющего, кандидатуры которых представлены саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, указанной в таком заявлении.  

В заявлении ИП ФИО2 просил утвердить в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Славянский двор» временного управляющего из числа членов ААУ «СЦЭАУ».  

Обжалуемым определением суд первой инстанции утвердил временным управляющим ФИО6, кандидатура которого представлена ААУ «СЦЭАУ».  

Вместе с тем, арбитражным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику (пункт 5 статьи 37 Закона о банкротстве, пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, далее – Обзор от 20.12.2016).  

В соответствии с пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве в целях указания саморегулируемой организации арбитражных управляющих в заявлении должника она определяется посредством случайного выбора в порядке, установленном регулирующим органом, при опубликовании уведомления об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.  

Установленное пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве правило по аналогии (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) подлежит применению и в ситуации, когда кандидатура управляющего и саморегулируемая организация предложены лицом, аффилированным по отношению к должнику, кредитору или имеющим возможность иным образом определять их действия. Такое регулирование направлено на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, то есть на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов.  

Учитывая правовую позицию, изложенную в пункте 27.1 Обзора от 20.12.2016, норму пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве, установив заинтересованность ФИО2 по отношению к должнику, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что у суда первой инстанции не имелось оснований для утверждения кандидатуры  

арбитражного управляющего из членов саморегулируемой организации, заявленной кредитором.  

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе его отменить и направить вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.  

В соответствии с пунктом 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при рассмотрении жалоб на определения арбитражного суда первой инстанции арбитражный суд апелляционной инстанции наряду с полномочиями, названными в статье 269 АПК РФ, вправе направить конкретный вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 2 части 4 статьи 272 Кодекса).  

Применяя данную норму, следует иметь в виду, что на новое рассмотрение могут быть направлены вопросы, разрешение которых относится к ведению суда первой инстанции и которые суд по существу не рассматривал по причине необоснованного возврата искового заявления, отказа в его принятии, оставления заявления без рассмотрения, прекращения производства по делу или отказа в пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, тогда как в полномочия арбитражного суда апелляционной инстанции входит повторное рассмотрение дела (часть 1 статьи 268 Кодекса). В этих случаях, поскольку арбитражный суд первой инстанции не рассматривал вопросы по существу и не устанавливал обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, арбитражный суд апелляционной инстанции не имеет возможности осуществить повторное рассмотрение дела, как этого требует часть 1 статьи 268 Кодекса.  

Отменяя определение и направляя вопрос на новое рассмотрение, арбитражный суд апелляционной инстанции указывает в постановлении мотивы, по которым он не согласен с выводами арбитражного суда первой инстанции.  

В силу пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.  

Установленные арбитражным судом апелляционной инстанции обстоятельства являются основанием для отмены определения суда первой инстанции в части очередности удовлетворения требований ИП ФИО2 и утверждения временным управляющим должником ФИО6 При этом вопрос об утверждении временного управляющего в деле о банкротстве ООО «Славянский двор» подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.  

В остальной части определение суда первой инстанции надлежит оставить без изменения.  

Расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы ФИО1, с учетом результата ее рассмотрения, по правилам статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию ООО «Славянский двор» в пользу ФИО1.  

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 27.03.2025 по делу № А51-1075/2025 отменить в части очередности удовлетворения требований индивидуального предпринимателя ФИО2 и утверждения временным управляющим должником ФИО6.  

Требование индивидуального предпринимателя ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Славянский двор» в размере 28 150 000 рублей признать подлежащим удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (после погашения требований, указанных в пункте  

4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Направить вопрос об утверждении временного управляющего в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Славянский двор» на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.  

В остальной части определение Арбитражного суда Приморского края от 27.03.2025 по делу № А51-1075/2025 оставить без изменения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Славянский двор» в пользу ФИО1 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.  

Председательствующий М.Н. Гарбуз  

Судьи А.В. Ветошкевич 

К.П. Засорин