ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда, 

принятого в порядке упрощенного производства, 

не вступившего в законную силу

 

23 декабря 2019 года                                                                           Дело № А65-15436/2019

гор. Самара

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Николаевой С.Ю., рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу Индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 октября 2019 года (резолютивная часть от 30 июля 2019 года), принятое по делу № А65-15436/2019 (судья Андреев К.П.)

 

по иску Акционерного общества "Сеть телевизионных станций" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), гор. Набережные Челны

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), гор. Казань

о взыскании 90 000 руб. за нарушение исключительных авторских прав на изображение образцов персонажей анимационного сериала «Три кота», 350 руб. стоимости товара, 48 руб. 50 коп. почтовых расходов, 48 руб. 50 коп. почтовых расходов, 200 руб. за получение

выписки из ЕГРИП, 

 

Установил:

Истец - Акционерное общество "Сеть телевизионных станций" обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ответчику - Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 90 000 руб. за нарушение исключительных авторских прав на изображение образцов персонажей анимационного сериала «Три кота», 350 руб. стоимости товара, 48 руб. 50 коп. почтовых расходов, 48 руб. 50 коп. почтовых расходов, 200 руб. за получение выписки из ЕГРИП.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июня 2019 года дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст.228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец и ответчик надлежащим образом извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, о чем свидетельствуют имеющиеся в материалах дела уведомления почты России о направлении и вручении сторонам соответствующего определения суда, дополнительными документами и пояснениями, представленными истцом и ответчиком.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 июля 2019 года, оформленным в виде резолютивной части, исковые требования удовлетворены. Взыскано с Индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу Акционерного общества "Сеть телевизионных станций" 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Компот», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Карамелька», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Коржик», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Сажик», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Папа», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Нудик», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Шуруп», 5 000 руб. за нарушение исключительных прав на изображение образа персонажа «Лапочка», 5 000 руб. за графическое изображение «Три кота», товарный знак № 632613, 350 руб. стоимости товара, 48 руб. 50 коп. почтовых расходов, 1 800 руб. госпошлины. В оставшейся части в иске отказано.

Мотивированное решение Арбитражного суда Республики Татарстан составлено 25 октября 2019 года.

Заявитель - Индивидуальный предприниматель ФИО1, не согласившись с решением суда первой инстанции, подал в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд апелляционную жалобу, в которой просит изменить решение суда первой инстанции в части взыскания компенсации в размере 45 000 руб. и принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования истца к ответчику удовлетворить в размере 10 000 руб.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что сумма удовлетворенных требований не является разумной и обоснованной, судом не была принята во внимание позиция ответчика о снижении размера компенсации, мотивированная однократностью допущенного нарушения и несоразмерностью заявленного размера компенсации. Заявитель считает, что суд первой инстанции основывал свое решение исключительно на позиции истца.

В дополнении к апелляционной жалобе ответчик указал, на спорность законности и допустимости видеозаписи  как доказательства. Представленной в качестве доказательства видеозаписи не была дана оценка с точки зрения соотносимости, что является грубым нарушением процессуального законодательства.

От истца в материалы представлен мотивированный отзыв, в котором истец выражает несогласие с доводами ответчика.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06 ноября 2019 года о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции лицам участвующим в деле предложено в срок не позднее 05 декабря 2019 года представить отзыв на апелляционную жалобу.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о принятии жалобы к производству и необходимости предоставления отзыва в установленный судом срок, а также о том, что постановление будет принято судьей единолично без вызова сторон и без проведения судебного заседания в двухмесячный срок со дня поступления жалобы в суд апелляционной инстанции путем направления определения и размещения информации в Картотеке арбитражных дел на общедоступном сайте в сети интернет: http://kad.arbitr.ru.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главной 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного решения, принятого по делу Арбитражным судом Республики Татарстан, проверена Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с требованиями статей 268 - 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. С учетом характера и сложности рассматриваемого вопроса, а также доводов апелляционной жалобы суд может вызвать стороны в судебное заседание.

В настоящем деле обстоятельств, свидетельствующих о необходимости проведения судебного заседания при рассмотрении апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции - не усматривается.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, дополнения к апелляционной жалобе, мотивированного отзыва, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом, 31 января 2019 года в торговой точке по адресу: РТ, 

<

...>, был установлен и задокументирован, в том числе, под видеофиксацию,  факт продажи товара, обладающего техническими признаками контрафактности (внешними признаками, отличающими легальную продукцию от нелегальной) — детская игрушка в картонной упаковке в виде персонажей из анимационного сериала «Три кота».

Факт реализации указанного товара от имени ИП ФИО1 подтверждается кассовым чеком № 5165 от 31 января 2019 года, спорным товаром, а также видеосъемкой контрольной закупки, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12 - 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На товаре имеются обозначения, сходные до степени смешения со следующими объектами интеллектуальных прав истца:

- изображение образа персонажа «Компот»;

- изображение образа персонажа «Карамелька»;

- изображение образа персонажа «Коржик»;

- изображение образа персонажа «Сажик»;

- изображение образа персонажа «Папа»;

- изображение образа персонажа «Лапочка»;

- изображение образа персонажа «Нудик»;

- изображение образа персонажа «Шуруп»;

- а также графическое изображение «Три кота», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 632613, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания, приоритет 04 февраля 2016 года, срок действия до 04 февраля 2026 года.

Истец является обладателем исключительного права на изображения образов персонажей из анимационного сериала «Три кота».

Между ООО «Студия Метроном» (ОГРН 

<

***>) и Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ОГРНИП 308784721900571) был заключен договор № 17-04/2 от 17 апреля 2015 года, на основании которого ИП ФИО2 по акту приема-передачи к договору № 17-04/2 от 17 апреля 2015 года произвел отчуждение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности по договору в полном объеме, включая права на образы следующих персонажей мультфильма: «Мама», «Папа», «Коржик», «Компот», «Карамелька», «Бабушка», «Дедушка», «Нудик», «Гоня», «Лапочка», «Сажик», «Шуруп», «Бантик», «Изюм», «Горчица».

В последующем, ООО «Студия Метроном» произвела отчуждение исключительных прав на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности истцу по договору № Д-СТС-0312/2015 от 17 апреля 2015 года.

Таким образом, в настоящее время, правообладателем исключительных прав на образы персонажей мультфильма является истец.

Как указывает истец, спорный товар был произведен и реализован без разрешения правообладателя, следовательно, в соответствии с п. 4 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации считается контрафактным, а использование изображения персонажей мультипликационного сериала «Три кота» нарушает авторские права истца.

Разрешение на использование образов персонажей мультфильма путем заключения

соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, использование ответчиком образов персонажей мультфильмов при реализации товара в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно - с нарушением исключительных прав истца.

Досудебная претензия о добровольном возмещении компенсации за нарушение исключительных авторских прав оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Как указывалось выше, факт покупки подтвержден представленным в материалы дела кассовым чеком от 31 января 2019 года, спорным товаром и видеосъёмкой процесса приобретения спорного товара, которые приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно Постановления Правительства РФ от 03 ноября 1994 года № 1224 о присоединении к Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09 сентября 1886 года, Всемирной Конвенции об авторском праве (заключена в Женеве  06 сентября 1952 года, вступила в действие для СССР 27 мая 1973 года), Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 28.06.19 № 89 (принят Постановлением Правительства РФ от 19 декабря 1996 года № 1503 "О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков") Российская Федерация и Великобритания являются участницами Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09 сентября 1886 года. В статье 5 Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений, часть 1 статьи II Всемирной конвенции об авторском праве предусматривают предоставление произведениям, созданным на территории одного Договаривающегося  государства (в данном случае - Великобритании), на территории другого договаривающегося государства (Российской Федерации) такого же режима правовой охраны, что и для произведений, созданных на территории этого другого Договаривающегося государства.

В соответствии со статьей 4 (1) а) протокола к Мадридскому соглашению с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3 ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны.

Таким образом, в отношении исключительных прав истца на персонажи и на товарный знак в Российской Федерации применяется национальное законодательство по охране интеллектуальной собственности.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Пунктом 1 ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие

результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В силу пункта 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

В материалы дела представлены: кассовый чек, сам приобретенный товар, видеозапись процесса закупки.

В силу ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового чека или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Кассовый чек от 31 января 2019 года, выданный при покупке игрушки, позволяет определить его количество и стоимость, следовательно, отвечает требованиям ст. 67 и ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара.

Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки.

Также представлены вещественные доказательства – игрушка, приобретенная истцом у ответчика 31 января 2019 года в торговой точке по адресу: РТ, 

<

...>.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара – игрушки с изображением персонажей из анимационного сериала «Три кота».

Кассовый чек от 31 января 2019 года содержит все реквизиты необходимые для данного вида документа: дата документа, количество, цена одного экземпляра, указание ИНН продавца (ответчика), наименование товара.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно посчитал, что истец доказал факт нарушения его исключительных авторских прав на персонаж действиями ответчика по продаже контрафактного товара – игрушки с изображением персонажей из анимационного сериала «Три кота». Иного ответчиком не доказано (ст. ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, тем самым ответчик нарушил исключительные права последнего.

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» установлено, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В нарушение статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик доказательств в подтверждение отсутствия вины в продаже контрафактного товара (в т.ч. доказательств, свидетельствующих о том, он не знал и не мог знать о контрафактности реализованного им товара) и/или действия непреодолимой силы не представил.

В силу статей 1301, 1311 Гражданского кодекса Российской Федерации автор или иной правообладатель (в случаях нарушения исключительного права на произведение), а также обладатель исключительного права (в случаях нарушения исключительного права на объект смежных прав) наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения (фонограммы);

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения (объекта смежных прав), определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения (такого объекта) тем способом, который использовал нарушитель.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

В пункте 46 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 года, разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных авторских или смежных прав суду необходимо установить, права на какие конкретно произведения и объекты смежных прав были нарушены на основании непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств. Установление факта нахождения на диске именно тех музыкальных произведений, компенсация за незаконное использование которых предъявлена к взысканию, имеет значение для вывода о нарушении ответчиком смежных прав истца.

В соответствии с разъяснением, данным в 10 Обзора, незаконное использование части произведения, названия произведения, персонажа произведения является нарушением исключительного права на произведение в целом, если не доказано, что часть произведения является самостоятельным объектом охраны.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Исходя из заявленных истцом требований о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских на 1 самостоятельный объект интеллектуальной собственности, суммарный размер компенсации, рассчитанной исходя из минимального размера компенсации, установленного ст. ст. 1301, 1311 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет 10 000 руб.

Как следует из материалов дела ответчиком в суде первой инстанции было заявлено ходатайство об уменьшении размера компенсации до 30 000 руб., при этом последний ссылался на наличие несовершеннолетнего ребенка, на доход 80 697 руб. в квартал, представил свидетельство о расторжении брака, свидетельство о рождении ребенка, налоговую декларацию за 2018 год.

При рассмотрении заявленного ходатайства суд первой инстанции правомерно учел следующее.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных тем же Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Аналогичная мера ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена пунктом 4 статьи 1515 того же Кодекса, в соответствии с которым правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пунктах 62 и 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного ГК РФ. Такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение

должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

При этом, как разъяснено высшей судебной инстанцией, суд, определяя размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им  правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

Вместе с тем в соответствии с нормой абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Таким образом, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, принадлежащих одному правообладателю (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации. Размер компенсации не может быть снижен ниже пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций, что применительно к обстоятельствам данного дела составляет пять тысяч рублей за каждый факт нарушения.

Суд первой инстанции обоснованно, руководствуясь положениями приведенной нормы и оценив при этом представленные в материалы дела доказательства, с учетом того, что заявленный обществом размер компенсации рассчитан на основании пункта 1 статьи 1301 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительного права на каждый из объектов интеллектуальной собственности, посчитал возможным снизить ее до 50 % от минимального размера компенсации, установленного этими нормами и заявленного истцом (5 000 руб.).

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 16 августа 2017 года по делу № А08-7393/2016 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2017 года № 310-ЭС17-18198 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отказано); в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19 ноября 2018 года по делу № А84-4984/2017.

Все доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были, бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого решения.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств и иное толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает существенных нарушений судом норм права, которые могли повлиять на исход дела.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основе всестороннего, полного и объективного исследования представленных в дело доказательств, соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

В силу положений частей 1 и 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу решения арбитражного суда первой инстанции и постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, принятые по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, могут быть обжалованы в порядке кассационного производства по правилам, предусмотренным главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом особенностей, установленных настоящей статьей. Основаниями для пересмотра в порядке кассационного производства указанных в части 1 настоящей статьи решений и постановлений являются нарушения норм процессуального права, которые в части 4 статьи 288 настоящего Кодекса указаны в качестве оснований для отмены решения, постановления.

 

Руководствуясь статьями 110, 269 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 октября 2019 года (резолютивная часть от 30 июля 2019 года), принятое по делу № А65-15436/2019 в порядке упрощенного производства – оставить без изменения, апелляционную жалобу Индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам через суд первой инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

     Судья                                                                                                       С.Ю. Николаева