ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-18709/2020

город Ростов-на-Дону

21 марта 2022 года

15АП-1952/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Емельянова Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО2, лично; представитель по доверенности от 10.03.2022 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.12.2021 по делу № А32-18709/2020 по заявлению финансового управляющего должника о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

ответчик: ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее также - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий с заявлением о признании договора дарения от 17.12.2018 по передаче в собственность квартиры общей площадью 110,49 м?, с кадастровым номером 23:43:0304062:91, расположенной по адресу: 

<

...>, заключенного между должником и ФИО2 недействительным.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.12.2021 по настоящему делу заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной удовлетворено. Договор дарения, заключенный ФИО4 и ФИО2 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки. На ФИО2 возложена обязанность по возврату в конкурсную массу должника ФИО4 квартиру, общей площадью 110,49 кв.м., этаж 6, кадастровый номер 23:43:0304062:91, расположенную по адресу: 

<

...>. Указано, что судебный акт является основанием для государственной регистрации права собственности ФИО4 на указанный объект недвижимого имущества.

Не согласившись с принятым судебным актом, индивидуальный предприниматель ФИО4 обжаловал определение суда первой инстанции от 29.12.2021 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. На дату совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, доказательств обратного в материалы дела не представлено. Имеющиеся обязательства, в том числе, перед банком "Уралсиб" носили текущий характер, надлежащим образом исполнялись. При этом, должник обращает внимание, что кредитные обязательства перед банком "Уралсиб" носили потребительский характер, просроченная задолженность отсутствовала. Задолженность перед ООО "Трейд-Сервис" в 2018 году отсутствовала. Кроме того, на момент совершения оспариваемой сделки все обязательства должника были обеспечены его имуществом. Договор дарения, заключенный между членами одной семьи не является подозрительной. Кроме того, судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства должника об отложении судебного разбирательства. Спорное имущество было приобретено в 2011 году с целью проживания в нем ответчика ФИО2. Должник никогда не проживал в квартире, а также не был зарегистрирован. В рамках рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции ответчиком было заявлено ходатайство об истребовании доказательств по делу - соглашения от 20.09.2011 года, заключенного между ФИО5 и должником с целью обеспечения доказательства позиции ответчика. В удовлетворении ходатайства было необоснованно отказано. Вместе с тем, в соответствии с названным соглашением, должник обязался передать спорную квартиру в собственность ФИО6 либо ФИО2 после произведения в ней ремонта.

В отзывах на апелляционную жалобу ООО "Трейд-Сервис", финансовый управляющий должника просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ответчика поддержал правовую позицию по спору по доводам, отраженным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя подателя жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 20.05.2020 должник обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2020 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан, реструктуризация долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.08.2021 индивидуальный предприниматель ФИО4 признан несостоятельным (банкротом). В отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО7.

В арбитражный суд обратился финансовый управляющий с требованием о признании недействительным договора, заключенного между ФИО4 (далее - должник, даритель) и ФИО2 (далее - ответчик, одаряемый) был заключен договор дарения квартиры от 17.12.2018 доли в праве собственности на жилое помещение.

В соответствии с оспариваемым договором, даритель подарил одариваемому квартиру, общей площадью 110,49 кв.м., с кадастровым номером 23:43:0304062:91, расположенной на 6 этаже многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом супругов.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка заключена 17.12.2018 (зарегистрирована 27.12.2018) то есть, в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (22.05.2020).

Вместе с тем, исходя из разъяснений, данных в абзаце 6 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)" сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку в данном случае управляющим оспаривается договор дарения, указанная сделка может быть оспорена по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве либо общим нормам гражданского законодательства.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При обращении с настоящим заявлением, в обоснование заявленного требования управляющий ссылался, в том числе на аффилированность сторон сделки.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4,5,7)).

Аффилированность (дружественность) может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063 (2)).

Как установлено судом, ответчик - ФИО2 является сыном должника. Указанные обстоятельства не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Обращаясь с настоящей жалобой, должником указано об отсутствии неисполненных обязательств на дату совершения оспариваемой сделки.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ПАО "Банк Уралсиб" и заемщиком - индивидуальным предпринимателем ФИО4 заключен договор № 4700-032/00109 об  открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 19.07.2018. 

В  рамках данного договора заемщик получил кредит в сумме 30 000 000,00 рублей, который не был возвращен в 2018 г.

Ввиду невозврата должником кредита ПАО "Банк Уралсиб", между              ООО КБ "Кубань Кредит" и заемщиком -  индивидуальным предпринимателем ФИО4 был заключен договор № 16-29-0009 о кредитной линии от 25.07.2019.

В соответствии с пунктом 2.2. данного договора, первый транш по договору в сумме 30 000 000, 00 рублей был направлен на погашение ссудной задолженности ПАО "Банк Уралсиб" по договору № 4700-032/00109 об  открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 19.07.2018. 

Обязательства по данному кредитному договору должником не исполнены. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2021 по делу № А32-18709/2020-15/146-Б требования ООО КБ "Кубань Кредит" включены в третью очередь реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя ФИО4 в размере в размере 49 008 730, 33 руб., как обеспеченные залогом имущества должника, в том числе основной долг, проценты в размере 47 828 813,49 рублей, а также отдельно в третью очередь штрафные санкции в размере 1 179 916, 84 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Севрная Осетия-Алания от 09.09.2020 по делу № А61-1698/2020 с ИП ФИО4 в пользу ООО "Да" взыскана задолженность по поставке товара по договору № 20 от 01.10.2014 в сумме 2 178 243 рубля 06 копеек, суммы пени за период с 17.02.2019 по 25.02.2020 в сумме 625 146 рублей 16 копеек и 37 017 рублей в возмещение расходов по оплате госпошлины.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО4 имелись кредитные обязательства перед банком, которые в результате безвозмездного отчуждения должником спорной квартиры остались не исполненными ввиду его неплатежеспособности и недостаточности имущества должника для расчета по всем его обязательствам.

Ввиду этого, на момент осуществления сделки ответчик, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, знал или должен был знать о том, что безвозмездное отчуждение спорного имущества может привести к полной или частичной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Между продавцом (ООО "Трейд-Сервис") и дистрибьютором (индивидуальным предпринимателем ФИО4) были заключены договоры № Д-2018-09-3056 от 01.10.2018 и № Д-2018-10-3270 от 01.10.2018. 

В рамках данных договоров продавец предоставлял дистрибьютору на условиях отсрочки платежа (товарного кредита) товар колбасную продукцию, мясную продукцию, мясосодержащую продукцию и замороженную продукцию. 

Товарный кредит был использован должником - дистрибьютором на развитие предпринимательской деятельности.

По итогам взаимоотношений сторон по указанным договорам у должника образовалось задолженность: по договору № Д-2018-09-3056 от 01.10.2018 в размере 51 954 666, 90 руб. и по договору № Д-2018-10-3270 от 01.10.2018 в размере 3 871 283, 20 руб. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.07.2021 по делу А32-18709/2020 15/146-Б-385-УТ  требования ООО "Трейд-Сервис" включены в третью очередь реестра требований кредиторов индивидуального предпринимателя ФИО4 в размере 55 825 950 рублей 10 копеек основного долга, из которых 21 513 467 рублей как обеспеченные залогом имущества должника.

Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО4 имелись обязательства перед ООО "Трейд-Сервис", которые в результате безвозмездного отчуждения должником спорной квартиры остались не исполненными в виду его неплатежеспособности и недостаточности имущества должника для расчета по всем его обязательствам.

Ввиду этого, на момент осуществления сделки ответчик, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, знал или должен был знать о том, что безвозмездное отчуждение  спорного имущества может привести к полной или частичной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.

При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что обязательства по кредитному договору предполагают внесение регулярных платежей (обычно ежемесячно). При этом, по общему правилу, неоднократное (более двух раз подряд) неисполнение обязанности по внесению ежемесячного платежа предоставляет кредитору право требования досрочного исполнения обязательств по возврату всей суммы кредита.  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", следует: при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства, и требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

Таким образом, наличие указанной задолженности должника перед кредитными учреждениями свидетельствует о том, что при совершении оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, предусмотренному абзацем третьим пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на сегодняшний день в реестр требований кредиторов должника – гражданина ФИО4 включены требования кредиторов на сумму – 202 240 184,83 рублей, а именно:

№

Наименование кредитора

Требований кредиторов  согласно реестру, руб.

1

Первая очередь всего, в том числе:

0,00 руб.

2

Вторая очередь всего, в том числе:

3 668 380,76 руб.

3

 

 

Третья очередь всего, в том числе:

198 571 804,07руб.

Третья очередь: обеспеченные залогом (3.1.) 

67 916 306,09 руб.

Третья очередь: основной долг (3.2.) 

118 628 238,73 руб.

Третья очередь: проценты (3.3.) 

0,00 руб.

Третья очередь: штрафы, пени (3.4) 

12 027 259,25 руб.

4

Итого: 

202 240 184,83 руб.

В том числе в реестр требований кредиторов должника включены вышеуказанные требования  ООО КБ "Кубань Кредит" (рефинансирование ссудной задолженности ПАО "Банк Уралсиб" по договору № 4700-032/00109 от 01.10.2018 ) и ООО "Трейд-Сервис" (задолженность по товарному кредиту в рамках дистрибьюторских договоров № Д-2018-09-3056 от 01.10.2018 и № Д-2018-10-3270 от 01.10.2018).

Требования, включенные в реестр должника, возникли в результате осуществления должником предпринимательской деятельности.

Согласно описи имущества, включенного в конкурсную массу гражданина  ФИО4,  предварительная стоимость конкурсной массы (3 земельных участков, права аренды на  3 земельных участка, 12 объектов недвижимости, 19 единиц оборудования, 38 единиц транспортных средств, доли в уставном капитале ООО "Тисс" и ООО "АвтоСага-Юг") составляет ~ 119 757 150,00 рублей, окончательная стоимость имущества будет сформирована по итогам её реализации на торгах.

При этом, как пояснено финансовым управляющим, большая часть оборудования и транспортных средств, включенных в конкурную массу, находится в неудовлетворительном состоянии.

Ввиду того, что срок права аренды по двум земельным участкам истек, собранием кредиторов от 23.12.2021 было принято решение об исключении прав аренды из конкурсной массы на:

земельный участок к/н 23:43:0412001:235 по адресу 

<

...>;

земельный участок к/н 23:43:0412001:678 по адресу 

<

...>

 Определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу                  № А32-50023/2020 от 05.07.2021 прекращено производство по делу о банкротстве ООО "ТИСС" на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Согласно финансовой (бухгалтерской) отчетности ООО "Автосага-Юг" за 2020 год общий размер активов общества составляет 577 тыс. руб., непокрытый убыток 4127 тыс. руб., долгосрочные обязательства составляет 204 тыс. руб. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края по делу                          № А32-34275/2020 от 13.10.2021 обращено взыскание на заложенное недвижимое имущество ООО "Автосага-Юг" по адресу 

<

...> в пользу ООО "Трейд Сервис", установлена начальная продажная цена залогового имущества 11 000 тыс. руб.

Соответственно, вышеуказанные активы должника имеют низкую ликвидность.

С учетом изложенного, имущества должника (конкурсной массы) явно недостаточно для полного удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр гражданина  ФИО4.

Ввиду этого, довод апеллянта о том, что обязательства должника полностью обеспечены его имуществом, которого достаточно для удовлетворения требований кредиторов, противоречит фактическим обстоятельствам.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под причинением вреда имущественным правам кредиторов следует понимать уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.

При этом, как отмечено выше, отсутствие неисполненных обязательств непосредственно на дату совершения сделки, не свидетельствует об отсутствии признаков неплатежеспособности.

Применительно к рассматриваемому случаю, ФИО4 предвидел убыточность своей предпринимательской деятельности, но не предпринял соответствующих действий по недопущению увеличения неплатежеспособности, а усугубили положение, путем безвозмездного вывода имущества из конкурсной массы.

С учетом изложенного, в результате заключения оспариваемой сделки произошло уменьшение размера имущества должника, которое привело к частичной утрате возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования финансового управляющего, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и направлена на сокрытие имущества должника с целью не обращения на него взыскания.

Кроме того, судом апелляционной инстанции также приняты во внимание иные фактические обстоятельства, установленные в рамках настоящего дела о банкротстве, а также в рамках дела о банкротстве, возбужденного в отношении ФИО4 (супруги должника, дело № А32-55931/2020)

Так, о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов также свидетельствует отчуждение должником и его супругой в преддверии банкротства (во второй половине 2018) четырех объектов недвижимого имущества, из которых, три объекта были переданы в дар другим детям в декабре 2018 года, а именно:

1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 22 по адресу: г.Краснодар, Центральный округ, ул.им. Володарского, д.10/в, кадастровый номер 23:43:0304067:575, площадью 83,3 кв.м. передано по договору дарения б/н от  26.12.2018, заключенного между ФИО4, ФИО4, ФИО2 (дарителями) и ФИО8 (одаряемой);

земельный участок площадью 302 кв.м., расположенный по адресу:               г. Краснодар, Центральный внутригородской округ, ул. Буденного, 484, кадастровый номер 23:43:0304047:54, передан по договору дарения б/н от  24.12.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО9; 

гаражный бокс № 17 (нежилые помещения № 33, 34 лит. под/А нежилое помещение №17 лит. А) площадью 34,5 кв.м., кадастровый номер 23:43:0304055:1044,  расположенный по адресу:  г. Краснодар, Центральный округ, ул. им. Щорса/Карасунская Набережная "Гаражный бокс", передан по договору дарения б/н от  24.12.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО9;

жилой дом общей площадью 70,8 кв.м., кадастровый номер 23:43:0304047:111 и земельный участок общей площадью 358 кв.м., кадастровый номер 23:43:0304047:0024, расположенный по адресу: 

<

...>, передан по договору купли-продажи б/н от 19.09.2018, заключенному между ФИО4 (продавец) и ФИО10 (покупатель).

В этот же период супруга должника - ФИО4, которая является матерью ответчика, передала в дар общим детям следующее имущество:

1/4 доли в праве общей долевой собственности на квартиру № 22 по адресу: г.Краснодар, Центральный округ, ул. им. Володарского, д.10/в, кадастровый номер 23:43:0304067:575, площадью 83,3 кв.м. по договору дарения б/н от  26.12.2018, заключенному между ФИО4, ФИО4, ФИО2 (дарителями) и ФИО8 (одаряемой);

здание (жилой дом), кадастровый номер 23:43:0304047:110, общей площадью 321,7 м2 и земельный участок, кадастровый номер 23:43:0304047:4, общей площадью 596 +/- 11,2 м2, расположенные по адресу: Россия, 

<

...>, по договору дарения дома и земельного участка от 24.12.2018, заключенному между ФИО4 (дарителем) и её сыном - ФИО9 (одаряемым).

Данные сделки в настоящее время оспорены финансовым управляющим в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) супругов ФИО11.

В соответствии с пунктом 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, при недостаточности имущества одного из супругов взыскание обращается на общее имущество супругов.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", в деле о банкротстве гражданина-должника по общему правилу подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Соответственно, одновременного безвозмездное отчуждение недвижимого имущества, являющегося совместной собственностью супругов, в дар их детям свидетельствует о намерение предотвратить обращение взыскания на него по кредитным обязательствам и иным долгам супругов.

Применительно к рассматриваемому случаю, супруги ФИО11 предвидели убыточную деятельность предприятия, но не предприняли соответствующих действий по недопущению увеличения неплатежеспособности, а усугубили положение, путем безвозмездного вывода имущества из конкурсной массы.

Стороны оспариваемой сделки являются близкими родственниками: мать и сын.

Таким образом, ответчик ФИО2 знал или должен был знать и осознавать, что в результате безвозмездного получения имущества своей матери, независимые кредиторы утрачивают возможность обращения на него взыскания.

Отчуждение недвижимости привело к безвозмездному выбытию из состава имущества должника ликвидного актива, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет указанного имущества.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка совершена с целью вывода активов должника из конкурсной массы и в действительности совершена в целях причинения вреда кредиторам и носит притворный характер.

Отклоняя доводы жалобы о необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайства об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим. 

Частью 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно пункту 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. Анализ названных норм процессуального законодательства свидетельствует о том, что безусловная обязанность суда в истребовании доказательств возникает лишь в случае оказания помощи в получении необходимых доказательств по делу, которые лица, участвующие в деле, не могут получить самостоятельно.

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

В ходатайстве ответчик просил истребовать у его же супруги – ФИО5 соглашение от 20.09.2011, заключенного между последней и должником ФИО4 (отцом ответчика).

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующего ходатайства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

В соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

С учетом предмета заявленного требования, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о достаточности представленных в материалы дела доказательств для рассмотрения заявления о признании сделки, совершенной между должником и ответчиком. 

При этом судебная коллегия отмечает, что ответчиком не доказана невозможность самостоятельного получения указанного документа (хотя бы в копии, для подтверждения его фактического наличия, с учетом доводов о нежелании ФИО12 предоставлять оригинал документа из опасений его сохранности) у своей супруги. При этом, заявляя голословные доводы об ухудшении взаимоотношений между супругами, ответчик не раскрывает невозможность получения соответствующего документа у своей супруги. При этом, суд разъясняет ответчику права на обращение в суд общей юрисдикции или в правоохранительные органы в случае совершения его супругой самоуправства в отношении него.

В связи с этим, ходатайство об истребовании доказательств не подлежит удовлетворению.

Суд расценивает такое процессуальное поведение ответчика как недобросовестное, направленное исключительно на затягивание сроков рассмотрения обособленного спора.

Кроме того, суд первой инстанции правомерно признал спорную сделку, как заключенную со злоупотреблением правом.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Само по себе заключение сторонами договоров дарения не противоречит формальным требованиям, установленным в главе 32 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательства. В то же время свобода договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) не является безграничной, а потому если при совершении такой сделки допущено злоупотребление правом, она может быть признана судом ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что прекращение права собственности на спорную недвижимость в результате дарения таковой сыну без получения встречного исполнения на фоне наличия задолженности перед кредиторами в своей совокупности свидетельствует о недобросовестности сторон договора.

В данном случае поведение сторон оспариваемой сделки являлось недобросовестным, поскольку было направлено на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного возмещения и при наличии значительных денежных обязательств дарителя перед кредиторами.

Вопреки доводам ответчика, наличие у должника в собственности иного имущества не свидетельствует об отсутствии причиненного имущественного вреда правам кредиторов.

Ни должником, ни ответчиком каких-либо иных мотивов совершения сделок по безвозмездной передаче имущества заинтересованным лицам, в условиях наличия у должника в спорный период времени значительных обязательств перед кредиторами, кроме как причинение имущественного вреда кредиторам, не раскрыто, приведенные финансовым управляющим доводы и основания не опровергнуты.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абз. второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В качестве последствий недействительности сделки суд первой инстанции правомерно возложил на ответчика обязанность передать в конкурсную массу должника спорное имущество.

В соответствии с пунктом 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В абзаце втором пункта 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Судебный акт является основанием для государственной регистрации права собственности ФИО4 на указанный объект недвижимого имущества. 

Определением суда от 29.09.2021 суд удовлетворил ходатайство финансового управляющего о принятии обеспечительных мер, в виде наложения запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (350063, 

<

...>) осуществлять любые регистрационные действия, в том числе осуществление государственной регистрации сделок и перехода прав, в отношении спорной квартиры. 

Согласно статье 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле, а в случаях, предусмотренных названым Кодексом, и иного лица может принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска или имущественных интересов заявителя (обеспечительные меры). Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе, если исполнение судебного акта предполагается за пределами Российской Федерации, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю. Суд, рассмотрев заявление об отмене обеспечительных мер, считает его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В силу норм статей 93 и 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос об отмене обеспечения иска разрешается в судебном заседании в пятидневный срок со дня поступления заявления в арбитражный суд без извещения сторон.

Согласно требованиям статьи 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации меры по обеспечению иска по ходатайству лица, участвующего в деле, могут быть отменены арбитражным судом, рассматривающим дело, если суд признает, что обеспечительные меры не целесообразны и впоследствии исполнение судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, не будет затруднительным.

Пунктом 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер" предусмотрено, что ответчик, иные лица, участвующие в деле (часть 1 статьи 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также лица, чьи права и интересы нарушены в результате применения обеспечительных мер (статья 42 названного Кодекса), после получения определения арбитражного суда о применении обеспечительных мер вправе обратиться с ходатайством об их отмене в суд, их применивший, в порядке, предусмотренном статьей 97 Кодекса, представив объяснения по существу примененных мер, на основании которых суд повторно проверяет наличие оснований, установленных частью 2 статьи 90 Кодекса, и оценивает отношения на соответствие критериям, указанным в пункте 10 данного постановления. С учетом сбалансированной оценки доводов заявителя и ответчика суд отказывает в отмене обеспечительных мер либо выносит определение об их отмене.

Перечень оснований, по которым могут быть отменены обеспечительные меры, законом не предусмотрен.

Из содержания закона, регулирующего порядок и основания применения обеспечительных мер, следует, что такие меры отменяются в случае устранения оснований, послуживших причиной для их принятия, а также в иных случаях.

Руководствуясь пунктом 10 постановления N 55, суд первой инстанции признал, что необходимость в обеспечительных мерах в настоящее время отсутствует, обеспечительные меры, принятые судом определением от 29.09.2021 подлежат отмене.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

С учетом установленного, правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, в связи с чем, определение суда отмене не подлежит.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы относятся на подателя данной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.12.2021 по делу № А32-18709/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий                                                                                  Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                   Я.А. Демина

 

                                                                                                                              Д.В. Емельянов