ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6750/2025

г. Челябинск

03 сентября 2025 года

Дело № А07-31182/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 03 сентября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Аникина И.А.,  

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.Е.,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.05.2025 по делу № А07-31182/2022 об удовлетворении заявлений о признании сделок должника недействительными.  

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции (онлайн-заседание), приняли участие:  

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 – представитель ФИО3 (доверенность от 29.02.2024, паспорт);  

от публичного акционерного общества «Межтопэнергобанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – представитель ФИО4 (доверенность от 18.12.2024, паспорт).  

В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело о банкротстве ФИО1.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.05.2023 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член Союза «СРО АУ СЗ».  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.09.2023 ФИО1 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Союза «СРО АУ СЗ».  

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан  

поступило заявление финансового управляющего должника ФИО2 к ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании недействительными взаимосвязанных сделок и применении последствий недействительности сделок.  

Также на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление финансового управляющего должника ФИО2 к ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи от 10.08.2017, заключенного между должником и ответчиком, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника нежилого строения - гаража, находящегося по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> установлено относительно ориентира в районе жилого дома № 20-2, блок 1, гараж № 1, общей площадью 19,2 кв. м, и земельного участка, находящегося по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> установлено относительно ориентира в районе жилого дома № 20-2, общей площадью 26 кв. м, кадастровый номер 02:58:020302:62, в виде восстановления регистрационной записи в ЕГРН на оспариваемое имущество за должником.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.11.2024 в рамках обособленного спора произведена замена ответчика на ФИО6, рассмотрение обособленных споров объединено в одно производство.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.05.2025 заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено.  

Признан недействительным договор купли-продажи от 10.08.2017, заключенный между должником ФИО1 и ФИО5  

Признаны недействительными взаимосвязанные сделки по отчуждению недвижимого имущества должника: договор купли-продажи от 10.08.2017, заключенный между должником ФИО1 и ФИО5; договор купли-продажи от 21.09.2017, заключенный между ФИО5 и ФИО7; договор купли-продажи от 10.08.2017, заключенный между должником ФИО1 и ФИО6; договор купли-продажи от 10.09.2017, заключенный между ФИО6 и ФИО7  

Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> установлено относительно ориентира в районе жилого дома № 20-2, общей площадью 26 кв. м, с кадастровым номером 02:58:020302:62 и расположенный на нем гараж, блок 1, гараж № 1, общей площадью 19,2 кв. м, кадастровый номер № 02:58:020301:5672; ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника квартиру с кадастровым номером 02:58:020302:623, расположенную по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>, квартиру с кадастровым номером 02:58:020302:3356, расположенную по адресу  

Республика Башкортостан, 

<

...>; восстановления в ЕГРН регистрационной записи на вышеуказанное имущество за ФИО1  

Не согласившись с принятым судебным актом, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 16.05.2025.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что суд первой инстанции признал сделки подозрительными, не установив ключевых условий: отсутствие вреда кредиторам на дату совершения сделок (август 2017 года); на момент заключения договоров купли-продажи обязательства ФИО1 перед банком были переведены на ООО «СГ Уфа» (05.07.2017), что подтверждено проводками и согласием банка; решение о восстановлении долга перед банком принято только 24.10.2019 (дело № А40-137960/2017). До этого момента у ФИО1 не было кредиторов; не установлена осведомленность ответчиков о вреде кредиторам; П-вы и ФИО8 не являлись аффилированными лицами ФИО1 и не могли знать о возможных долгах, так как перевод долга был оформлен легально, а открытых исполнительных производств или решений судов против ФИО1 по состоянию на август 2017 г. не существовало. На момент совершения оспариваемой сделки должник ФИО1 был уверен в отсутствии у него неисполненных обязательств и кредиторов, не мог предполагать об обращении банка с требованием о признании сделки по переводу прав и обязанностей недействительной в будущем, поскольку Государственная корпорация «АСВ», выступая в качестве конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» в тот период признавала наличие обязательств по кредитному договору ДК-5891 у ООО «СГ Уфа», а не у ФИО1, что следует из содержания требований, направленных должнику ФИО1 и его супруге ФИО9 24.12.2017.  

Кроме того, должник указывает, что суд первой инстанции ошибочно применил статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, не учтя доказательства оплаты. Ответчики представили выписки по счетам и обосновали расчеты наличными денежными средствами. Суд проигнорировал рыночные условия сделок (скидка за комплексную покупку, необходимость ремонта); отсутствие контроля должника над имуществом после продажи. Довод о несении бремени содержания (оплата коммунальных услуг) не подтвержден; нет доказательств, что ФИО1 фактически пользовался квартирами после продажи; техническая ошибка УК в оформлении лицевых счетов не доказывает мнимость сделок. Сделки совершены 10.08.2017, а заявление о банкротстве подано 29.12.2022 (спустя 5,5 лет), при этом закон допускает оспаривание только сделок, совершенных в течение 3 лет до банкротства. Заявитель полагает, что суд не учел, что перевод долга на ООО «СГ Уфа» одобрен банком и первоначально признан законным; ООО «СГ Уфа» не являлось неплатежеспособным: годовой оборот - 320 млн. руб., на балансе - 33 объекта недвижимости (43,2 млн. руб.). Также имеет место несоответствие выводам других судов. Так, в деле № А07-7570/2018 суд отказал в привлечении  

ФИО1 к субсидиарной ответственности, признав: отсутствие злоупотреблений при переводе долга; платежеспособность ООО «СГ Уфа». Также имеют место процессуальные нарушения ввиду не исследования доказательств добросовестности ответчиков: письмо ФИО1 в ГК «АСВ» от 17.01.2018 о готовности исполнить обязательства; отсутствие аффилированности между ФИО1 и покупателями; переложение бремени доказывания, поскольку финансовый управляющий не представил доказательств осведомленности ответчиков о долгах должника.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по рассмотрению жалобы назначено на 27.08.2025.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

Финансовый управляющий ФИО2, представитель ФИО1 – ФИО10, которым со стороны Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда была предоставлена возможность участия в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, к каналу связи не подключились, что свидетельствует об их неявке.  

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, судом обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не была реализована заявителями по причинам, находящимся в сфере их контроля, явка судом обязательной не признана, суд апелляционной инстанции не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания, судебное разбирательство проведено в отсутствие указанных выше лиц.  

С учетом мнения представителей финансового управляющего, кредитора - ПАО «Межтопэнергобанк» и соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.  

Судом на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы на апелляционную жалобу, поступившие от финансового управляющего ФИО2, ПАО «Межтопэнергобанк».  

В судебном заседании представители Банка и финансового управляющего возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить без изменения определение суда от 16.05.2025.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов обособленного спора, 10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель)  

заключен договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> установлено относительно ориентира в районе жилого дома № 20-2, общей площадью 26 кв. м, с кадастровым номером 02:58:020302:62, и расположенного на нем гаража, блок 1, гараж № 1, общей площадью 19,2 кв. м, кадастровый номер 02:58:020301:5672. Стоимость недвижимого имущества установлена сторонами в 200 000 руб. (земельный участок – 100 000 руб., гараж – 100 000 руб.).  

10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 02:58:020302:623, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 500 000 руб.  

10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 02:58:020302:3356, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 100 000 руб.  

10.09.2017 между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 02:58:020302:3356, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 100 000 руб.  

21.09.2017 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 02:58:020302:623, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 500 000 руб.  

Финансовый управляющий, обращаясь с заявлением о признании указанных сделок недействительными, ссылался на то, что вышеуказанные договоры являются мнимыми сделками по отчуждению имущества должника ввиду отсутствия реальной оплаты со стороны ответчиков по договорам купли-продажи.  

Стоимость недвижимого имущества, отраженная сторонами в договорах купли-продажи от 10.08.2017, является заниженной. Финансовым управляющим представлены справки о рыночной стоимости квартир на 10.08.2017, в соответствии с которыми рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:623 составляет 2 720 000 руб., а квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:3356 – 1 680 000 руб.  

Доказательств наличия финансовой возможности для приобретения спорного недвижимого имущества со стороны покупателей не установлено.  

При исследовании банковских выписок должника по движению денежных средств финансовым управляющим установлено, что 28.10.2020 с расчетного счета должника, открытого в ПАО Сбербанк, осуществлен перевод в сумме 1 450 руб. в адрес ответчика ФИО7 Также 24.07.2018  

произведен перевод на сумму 55 000 руб. в адрес ответчика ФИО5 Указанное, по мнению финансового управляющего, свидетельствует о возмещения должником ответчикам расходов на содержание объектов недвижимости.  

Оспариваемые сделки, по мнению финансового управляющего, являются цепочкой взаимосвязанных сделок в целях недопущения обращения взыскания на имущество должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление финансового управляющего, установив, что оспариваемые сделки по своей сути являются цепочкой сделок (объединены единым умыслом), направленных на вывод активов из под обращения взыскания кредиторов при сохранении прав владения и пользования за должником и членами его семьи, заключены между заинтересованными лицами, по существенно заниженной стоимости и на условиях, не доступных обычным участникам оборота, пришел к выводу о мнимом характере договоров, в связи с чем, удовлетворил заявленные требования.  

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Целью оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 указанного Кодекса).  

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).  

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.  

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010  

 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Преследуемый финансовым управляющим при оспаривании сделки правовой интерес заключается в признании факта отнесения объектов недвижимого имущества к конкурсной массе должника. Следствием принятия судом решения об удовлетворении заявления является внесение правовой определенности для сторон договора и третьих лиц о действительном собственнике имущества. Признание этого факта будет способствовать установлению легитимного контроля кредиторов над объектами недвижимости с аннулированием записи об его принадлежности мнимым покупателям. Конечной целью предъявления требования является обращения взыскания на принадлежащее должнику недвижимое имущество.  

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).  

В этой связи в ходе состязательного процесса доказыванию подлежат  

обстоятельства, свидетельствующие о наличии/отсутствии действительной воли сторон на переход права собственности к покупателю на основании договора.  

К обстоятельствам, позволяющим суду прийти к выводу о мнимом характере сделки, могут быть отнесены, в частности, доказательства того, что продавец продолжает осуществлять полномочия собственника так, как если бы договор не был заключен. Так, продавец сохраняет личный контроль и продолжает пользоваться имуществом по своему усмотрению, несет бремя расходов собственника.  

Как следует из материалов обособленного спора, 10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, 

<

...> установлено относительно ориентира в районе жилого дома № 20-2, общей площадью 26 кв. м, с кадастровым номером 02:58:020302:62 и расположенного на нем гаража, блок 1, гараж № 1, общей площадью 19,2 кв. м, кадастровый номер № 02:58:020301:5672. Стоимость недвижимого имущества установлена сторонами в 200 000 руб. (земельный участок – 100 000 руб., гараж – 100 000 руб.).  

10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:623, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 500 000 руб.  

10.08.2017 между должником ФИО1 (продавец) и ФИО6 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:3356, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 100 000 руб.  

10.09.2017 между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:3356, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 100 000 руб.  

21.09.2017 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 02:58:020302:623, расположенной по адресу Республика Башкортостан, 

<

...>. Стоимость квартиры установлена сторонами в 1 500 000 руб.  

Согласно справкам ООО «ОЦЕНКА И КОНСАЛТИНГ» о рыночной стоимости квартир №№ 901/23 и 845/23 на 10.08.2017, рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:623 составила 2 720 000 руб., а квартиры с кадастровым номером № 02:58:020302:3356 – 1 680 000 руб.  

Оценка произведена лицензированным оценщиком, ответчиками не раскрыты уникальные характеристики объектов, которые бы объективно свидетельствовали о наличии индивидуальных особенностей, снижающих их рыночную стоимость.  

Таким образом, имущество реализовано должником по заниженной цене. Указанная в договорах цена явно и очевидно для любого разумного участника гражданского оборота отличается от обычных условий, доступных для независимых участников оборота, при том, что какое-либо разумное обоснование столь явного отклонения не приведено.  

Указание ФИО6 на скидку продавца-должника при покупке нескольких объектов недвижимости обоснованно не принято судом первой инстанции во внимание для цели занижения цены, поскольку указанное обстоятельство не исключало продажу ликвидных объектов на открытом рынке за действительную рыночную стоимость.  

Согласно представленному в материалы дела ответу на запрос АО «УФАНЕТ» должником ФИО1 заключен договор абонентского обслуживания № 294КФ016121-09 от 02.09.2021. Расторгнут данный договор 30.04.2024 (адрес предоставления услуг по данному договору – 

<

...>).  

ООО УК «КВАЛИФИКАЦИЯ-2» представлены сведения из домой книги по адресу 

<

...>, в соответствии с которыми должник не зарегистрирован в указанном жилом помещении, однако является ответственным лицом, на котором оформлен лицевой счет. Жилищно-коммунальные услуги оплачиваются авансом (наличие переплаты). По данным жильцов-соседей в указанной квартире никто не проживает.  

ООО «ЖЭУ-3» также представлены сведения о том, что должник является ответственным лицом, на котором оформлен лицевой счет по жилому помещению: 

<

...>.  

Изложенное свидетельствует о продолжении несения должником бремени содержания оспариваемого имущества.  

ФИО6 в материалы дела представлены сведения из ПАО «СБЕРБАНК РОССИИ» о состоянии счетов на период с 01.07.2017 по 31.08.2017 в подтверждении финансовой возможности приобретения спорного имущества.  

Согласно выпискам по расчетным счетам ФИО6 40817810606002097552, 40817840206009645076, 42306810806410433716, 42306826606009645002, 42306840206009645064 отсутствовало как движение денежных средств (как списание, так и зачисление денежных средств в суммах в 1 500 000 руб. и 1 100 000 руб.).  

В части счетов 40817810406410010350, 42304810906009649020, 42305810406009648517, 42305810706009648518:  

На банковском счете 42305810706009648518 на 27.08.2017 было 

2 236 004,39 руб., которые в этот же день были перечислены на счет 40817810406410010350.  

На банковском счете 42305810406009648517 на 27.08.2017 было 

1 035 704,11 руб., которые в этот же день были перечислены на счет 40817810406410010350.  

То есть 27.08.2017 на счет 40817810406410010350 поступило 3 271 708,50 руб. Из указанной суммы денежные средства в размере 3 000 000 руб. были перечислены на счет 42304810906009649020, где и продолжали аккумулироваться в последующем с начислением процентов по вкладу.  

С учетом приведенных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что супругами П-выми не осуществлялось снятие наличных денежных средств для оплаты приобретенных квартир у должника, равно как и не осуществлялось зачисление денежных средств от ФИО7  

В вышеперечисленных выписках по счетам отсутствуют перечисления денежных средств в адрес должника в качестве расчета за приобретаемые квартиры.  

ФИО7 представлены справки по форме 2-НДФЛ на супруга ФИО11 за 2020-2022 гг. в подтверждении финансовой возможности приобретения спорного имущества.  

Указанные доказательства обоснованно не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку не подтверждают наличие материальной возможности приобретения объектов недвижимости супругами К-выми на дату оспариваемого договора – 10.08.2017.  

Согласно условиям оспариваемых сделок, расчеты производились наличными денежными средствами, без составления дополнительных документов, какие-либо доказательства, свидетельствующие о реальности расчетов, позволяющие проследить движение средств, источники их поступления покупателям и последующее оприходование должником, использование банковских ячеек и т.п., что характерно при проведении расчетов независимыми участниками оборота в целях безопасности, в материалы дела не представлены.  

Таким образом, покупателями не опровергнуты мотивированные доводы финансового управляющего о фактически безденежном характере сделок.  

Вышеперечисленные обстоятельства в своей совокупности подтверждают, что спорное имущество фактически не выбывало из владения должника и членов его семьи, а оспариваемые сделки носили мнимый характер.  

Покупателями не представлено доказательств, опровергающих позицию финансового управляющего о сохранении должником и членами его семьи личного контроля над имуществом и продолжения пользования им при формальной смене титульного собственника.  

Несмотря на то, что заключение подобных сделок имеет, как правило, своей целью введение в заблуждение участников гражданского оборота о действительном собственнике, истинные мотивы совершения такого рода действий не являются юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими включению судами в предмет доказывания.  

В то же время наличие неисполненных обязательств в значительной сумме может объяснять действительные мотивы заключения мнимой сделки,  

преследующей своей истинной целью выведение активов из-под обращения взыскания кредиторов, при сохранении прав владения и пользования за должником и членами его семьи.  

Так, 10.10.2016 между ФИО1 (заемщик) и обществом «Межтопэнергобанк» (кредитор) заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с условиями которого должнику предоставлены денежные средства в сумме 80 000 000 руб. на срок до 10.10.2023 включительно под 12% годовых. Пунктом 5.1 договора предусмотрено, что в случае несвоевременного исполнения должником обязательств по возврату кредитных денежных средств или уплате процентов за пользование ими ФИО1 выплачивает Банку неустойку в размере 20% годовых от суммы задолженности.  

Затем 05.07.2017 Банк на основании соглашения о переводе долга передал права требования к должнику по вышеуказанному кредитному договору обществу с ограниченной ответственностью «Сжиженный газ Уфа» (далее – общество «СГ Уфа»).  

В рамках дела № А40-137960/2017 о банкротстве общества «Межтопэнергобанк» определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.05.2019, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2019 и Арбитражного суда Московского округа от 24.10.2019, сделка по переводу долга от 05.07.2017 признана недействительной, применены последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности ФИО1 перед Банком по кредитному договору от 10.10.2016 

<

***>. В судебном акте указано, что ФИО1 являлся членом совета директоров и акционером общества «Межтопэнергобанк», которому принадлежит 3,38% голосующих акций.  

В дальнейшем, указывая на неисполнение должником обязательств по кредитному договору, Банк обратился в суд общей юрисдикции с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 задолженности в сумме 105 021 046 руб. 62 коп.  

Решением Ишимбайского городского суда Республики Башкортостан от 17.06.2021 по делу № 2-1123/2021 исковые требования Банка удовлетворены: с ФИО1 в пользу общества «Межтопэнергобанк» взыскана задолженность в общей сумме 105 127 046 руб. 62 коп., из них: 67 247 027 руб. - основной долг, 27 646 509 руб. 55 коп. - проценты, 10 233 510 руб. 07 коп. - неустойка, с продолжением начисления процентов по ставке 12% и неустойки по ставке 20% с 08.05.2020 по день фактического исполнения обязательств, а также взысканы расходы по уплате государственной пошлины в сумме 60 000 руб.  

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 27.09.2021 № 33-16723/2021 решение суда первой инстанции от 17.06.2021 изменено в части взыскания суммы неустойки и общей задолженности, с должника в пользу Банка взыскана неустойка в сумме 4 000 000 руб. и общая задолженность в сумме 98 893 536 руб. 55 коп. В остальной части решение оставлено без изменения.  

ФИО1 являлся единственным участником общества «СГ Уфа», в  

связи с чем, заключая в августе 2017 года, по истечении месяца с момента перевода долга на оспариваемые договоры, должник не мог не осознавать наличие просрочки в исполнении обязательства перед банком, а также высокую вероятность последующего оспаривания противозаконной сделки. Таким образом, на дату заключения оспариваемых договоров, у должника имелись неисполненные денежные обязательства.  

Наличие неисполненных обязательств в значительной сумме объясняет действительные мотивы заключения мнимой сделки, преследующей своей истинной целью выведение активов из-под обращения взыскания кредиторов при сохранении прав владения и пользования за должником и членами его семьи.  

Заключенные между должником и ответчиками договоры по вышеуказанным основаниям правомерно признаны судом недействительными в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ.  

Доводы о том, что сделки имели место за пределами периода подозрительности правомерно отклонены, поскольку в соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве - сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. В данном случае судом установлено наличие оснований для признания сделок недействительными в силу положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, более того, рассматриваемые заявления направлены финансовым управляющим в суд 24.01.2024, после получения информации о сделках из регистрирующих органов (18.07.2023), вследствие чего срок исковой давности по требованиям о признании сделок должника недействительными финансовым управляющим не пропущен.  

Должником не представлено доказательств реального получения денежных средств по сделкам, также как и всеми остальными лицами, участвующими в сделках. В материалы дела не представлены сведения о том, как денежные средства были потрачены должником. Утверждения ФИО12, что деньги потрачены им на финансирование принадлежащих ему компаний, ничем не подтверждены. Покупатели также не представили никаких доказательств реальности оплаты по договорам. Ответчики не представили доказательств того, что ими аккумулировались соответствующие суммы, к примеру, на банковском счете, их снятие в даты близкие к дате совершения оспариваемых сделок в соответствующем размере, либо вывод такой суммы из оборота. Надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о фактической передаче денежных средств по сделкам, в дело не представлены.  

Таким образом, по материалам дела судом обоснованно сделаны выводы о том, что сделки по продаже имущества носили безденежный характер, факт расчета наличными денежными средствами не подтвержден, промежуточный покупатель реального владения спорным имуществом не осуществлял, а имущество осталось во владении и пользовании должника.  

Указанное в совокупности подтверждает и то, что ответчики с  

самостоятельными жалобами на судебный акт суда первой инстанции не обратились.  

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.6 Закона о банкротстве, суд в качестве последствий недействительности сделки применил одностороннюю реституцию в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.  

При применении последствий недействительности сделки судом первой инстанции исследованы и получили оценку документы относительно порядка расчетов и их реальности, наличия у лиц, совершавших сделки финансовой возможности для их осуществления, на основании которых он установил отсутствие расчетов по спорным договорам.  

Апелляционным судом обстоятельств, которые бы позволили прийти к иным выводам, не выявлено.  

Ссылки должника на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.07.2021 по делу № А07-7570/2018, которым якобы не установлено плохое финансовое положение ООО «СГ Уфа», в связи с чем, перевод на него ФИО12 своего личного долга не может быть признан недобросовестным, не могут приниматься во внимание.  

Указанным определением от 31.07.2021 по делу № А07-7570/2018 установлено финансовое положение ООО «СГ Уфа» на дату совершения сделок отступного данным обществом, а именно на 10.10.2016. Финансовое положение ООО «СГ Уфа» на момент совершения ФИО12 сделки по переводу на это общество своего долга установлено определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.05.2019 по делу № А40-137960/2017, в котором указано, что на момент совершения сделки по переводу долга ФИО1 являлся единственным участником ООО «Сжиженный газ Уфа», в связи с чем он не мог не знать о финансовом состоянии нового должника. Новым должником обязательства по кредитному договору не исполнены. Финансовое положение нового должника характеризуется отрицательными показателями.  

Сделка совершена в период, когда Банк фактически отвечал признаку недостаточности имущества, она направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов данной кредитной организации. По своему фактическому содержанию и экономическому значению данная сделка привела к обесцениванию актива Банка посредством выбытия ФИО12 из кредитных отношений, замене его на неисправного должника.  

Следовательно, ФИО1 при совершении сделки по переводу своих обязательств на неисправного должника действовал недобросовестно, следовательно, знал о наличии личных обязательств перед Банком.  

Таким образом, оснований для отмены (изменения) определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не установлено.  

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым арбитражными судами, освобождаются граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), - по обособленным спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредиторами, формированием конкурсной массы и реестра требований кредиторов, в деле об их несостоятельности (банкротстве).  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.05.2025 по делу № А07-31182/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья И.А. Аникин 

Судьи: А.Г. Кожевникова 

 А.А. Румянцев