ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-33512/2023

Дело № А40-143460/17

г. Москва

25 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июля 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г., 

судей  Лапшиной В.В., Шведко О.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2023 по делу № А40- 143460/17,

об отказе во взыскании убытков с ответчиков; отказе в признании деяний конкурсных управляющих незаконными и отстранении конкурсного управляющего ФИО3 от должности,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «АВТОКОМТРАНС»,

при участии в   судебном заседании: 

от саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциация «Сибирская гильдия антикризисных управляющих»: ФИО4 по дов. от 05.08.2022

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 20.02.2023 

от ГК АСВ: ФИО7  по дов. от 07.12.2020

от а/у ФИО8: ФИО9 по дов. от 27.03.2023

ФИО3 лично, паспорт 

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2017 ООО «Автокомтранс» (далее - Должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8. 

Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" №197 (6191) от 21.10.2017. 

Определением суда от 15.10.2019 по настоящему делу ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

В одно производство объединены заявление кредитора ООО «ГФ «Антей» (правопреемник кредитора ООО «Мега-Арсенал») от 28.10.2020 и заявление участников Должника от 12.01.2021 о взыскании убытков с ответчиков, признании деяний конкурсных управляющих незаконными и отстранении конкурсного управляющего ФИО3 от должности. 

Требования обоих заявлений после уточнений от 01.10.2021 и 14.06.2022 были сформулированы следующим образом: 

1) о взыскании убытков, причиненных Должнику, с ФИО8 и (или) ФИО3 и (или) ООО СЗ «ИТЭ» и (или) АО «Кросна-Банк» в следующем размере: 

- равном сумме всех прав требований кредиторов Должника (текущих, реестровых и зареестровых) на дату фактического погашения убытков, но не менее 51 740 678,60 руб. по состоянию на 01.10.2021 - в редакции просительной части заявления кредитора ООО «ГФ «Антей» от 01.10.2021; 

- в размере 77 089 895,94 руб., рассчитанном по состоянию на 28.06.2022, а также процентов по ст. 395 ГК РФ за период с 28.06.2022 по дату фактического погашения ответчиками основной суммы долга - в редакции просительной части заявления участников Должника от 14.06.2022. 

2) о признании незаконными действий/бездействия бывшего конкурсного управляющего ФИО8, выразившихся в неисполнении обязанностей по пополнению конкурсной массы и обеспечению сохранности имущества Должника, по проведению анализа сделок Должника, по проведению инвентаризации имущества Должника в соответствии с законом, по оспариванию сделок Должника, по добросовестному осуществлению своих полномочий в отсутствии конфликта интересов, по выполнению финансового анализа Должника, по ведению бухгалтерского учета и отчетности Должника, по осуществлению процедуры конкурсного производства в разумные сроки, а также в нарушении правил составления отчетов конкурсного управляющего и правил по организации оценки имущества должника, 

3) о признании незаконными действий/бездействия конкурсного управляющего ФИО3, выразившихся в неисполнении обязанностей по пополнению конкурсной массы и обеспечению сохранности имущества Должника, по составлению финансового анализа Должника в соответствии с законом, по оспариванию сделок Должника, по ведению и (или) восстановлению бухгалтерского учета и отчетности Должника, в нарушении обязанности действовать добросовестно, беспристрастно и в отсутствии конфликта интересов, в нарушении обязанности по подаче заявления о включении в реестр требований кредиторов контролирующих Должника в законные сроки, в нарушении правил составления отчетов конкурсного управляющего, 

4) об отстранении конкурсного управляющего ФИО3 и определении кандидатуры нового управляющего посредством случайной выборки саморегулируемой организации арбитражных управляющих. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2023 г. суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 подана апелляционная жалоба. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что конкурсные управляющие должны были взыскать убытки с КДЛ; суд неправильно распределил бремя доказывания; судом проигнорированы доказательства свидетельствующие о том, что ТМЦ были утрачены по вине группы ответчиков; судом необоснованно отказано во взыскании процентов за пользование денежными средствами.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пункт 1 статьи 60 Закона о банкротстве предоставляет кредиторам должника право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении конкурсным управляющим их прав и законных интересов. 

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит установление следующих обстоятельств: 

- неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим обязанностей, установленных Законом о банкротстве; 

- данное неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы кредиторов; 

- ненадлежащее исполнение обязанностей или их неисполнение повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов. 

По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения жалобы является установление арбитражным судом несоответствия действий (бездействия) конкурсного управляющего требованиям Закона о банкротстве и другим нормативным правовым актам, регламентирующим его деятельность по осуществлению процедуры банкротства, а также факта нарушения этими действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя жалобы. 

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, противоправное поведение, наличие причинной связи между понесенными убытками и противоправными действиями, документально подтвержденный размер убытков, а также вина Ответчиков. 

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). 

Как указано в Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно п. 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 N 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков. 

Согласно п. 48 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 г. N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", арбитражный управляющий может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков при наличии совокупности следующих обстоятельств: противоправности действий (бездействия) арбитражного управляющего, факта причинения убытков, причинной связи между этими двумя элементами, вины арбитражного управляющего. 

При этом, недоказанность наличия хотя бы одного из вышеуказанных условий является основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. 

Как следует из материалов дела, ООО «АВТОКОМТРАНС» являлось предприятием, с 2010 г. специализирующимся на оказании услуг автосервиса, а также на перепродаже автозапчастей. 

Согласно годовой бухгалтерской отчетности, за 2016 год активы должника состояли из запасов (товарно-материальных ценностей) на сумму 45 803 000, руб. и дебиторской задолженности 14 388 000, 00 руб. 

В обосновании своих требований Заявители указывали, что в результате незаконных действий (бездействия) Ответчиков и по их вине указанные активы Должника были утрачены. 

Так, Заявители указали, что Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.10.2020 года по настоящему делу об отказе во взыскании убытков и в привлечении контролирующих Должника лиц к субсидиарной ответственности установлено, что товарно-материальные ценности Должника находились на арендованном у ООО «Интертрансэкспедиция» складе расположенном на ул. Иловайской. При этом, в шестимесячный период, предшествующий банкротству Должника указанные запасы Должника находились под контролем АО «Кроснабанк» и ООО «Интертрансэкспедиция». 

Между тем, суд обратил внимание, что указанным судебным актом не устанавливалось количество товарно-материальных ценностей Должника, находящихся на складе, равно как и не оценивалась стоимость товарно-материальных ценностей. 

Судом установлено, что 25.06.2015 между должником и АО «Кросна-Банк» был заключен договор кредитной линии № 3/205-15 от 25.06.2015 с лимитом в 20 млн. руб., в рамках которого Банк вплоть до 2017 траншами перечислял денежные средства Должнику. 

В целях обеспечения обязательств должника по кредитному договору стороны 25.06.2015 заключили два договора залога товаров в обороте № 3/208- 15 и № 3/209-15. Согласно п. 2.1 и приложению № 1 договоров залога все заложенное имущество подлежало хранению на складе в 

<

...>. Арендодателем склада являлось ООО «Интертрансэкспедиция». 

Сведения о залоге движимого имущества, являющегося предметом залога по указанным выше договорам залога, были внесены в реестр уведомлений о залоге движимого имущества, что подтверждается представленным в материалы дела свидетельством о регистрации уведомления о возникновении залога движимого имущества. 

31.03.2017 года между ООО «Интертрансэкспедиция» и Должником на основании соглашения о расторжения расторгнут Договор аренды жилых помещений №28/А от 01.09.2016 г. Помещения возвращены ООО «Интертрансэкспедиция». 

При этом, после расторжения вышеуказанного договора со стороны Должника в адрес ООО «Интертрансэкспедиция» претензий относительно оставленного Арендатором имущества не поступало. 

В материалы дела также представлен договор № 31 А/07 от 01.07.2016 года субаренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 121357, 

<

...> общей площадью 2140 кв.м, заключенный между Должником в лице генерального директора ФИО5 и ИП Наконечным С.Ф. сроком до 31.05.2017 г. 

Таким образом, начиная с 01.07.2016 года и до 31.05.2017 года в пользовании Должника находилось два складских помещения. 

Судом установлено, что 01.06.2018 г. между ООО ПП «Ренатра» (Арендодатель) и АО «Кросна-Банк» (Арендатор) заключен Договор аренды нежилых помещений № 135 от 01.06.2018 г. 

Из п. 1 данного Договора следует, что Арендодатель передает Арендатору во временное пользование два складских помещения по адресу: 

<

...>. 

Из п. 2 Договора следует, что срок договора составляет 3 месяца до 01.09.2018 г. 

Указанный Договор неоднократно продлевался на основании Дополнительных соглашений №№ 1 и 2. Общий срок заключенного Договора составляет до 30.04.2019 г. 

Следовательно, имущество хранилось на двух вышеуказанных складах. 

Начиная с 31.03.2017 года в пользовании Должника находилось складское помещение, расположенное по адресу: 

<

...>. 

В качестве единственного обоснования наличия у Должника товарно-материальных ценностей на сумму 45 716 622, Заявители указывают данные бухгалтерской отчетности за 2016 год. 

Между тем, данные бухгалтерской отчетности за 2016 года не могут достоверно свидетельствовать о наличии товарно-материальных ценностей у Должника, в том числе, на момент признания его банкротом и введении в отношении него конкурсного производства 28.09.2017 года по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ (ред. от 30.12.2021) "О бухгалтерском учете" активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета. 

Фактическое наличие товарно-материальных ценностей носит объективный характер и не может подтверждаться лишь бухгалтерской отчетностью, которую, хозяйствующий субъект самостоятельно составляет и представляет в компетентные органы. 

Достоверность данных бухгалтерской отчетности может быть подтверждена лишь в совокупности с иными отчетными или первичными документами, такими как инвентаризационные описи, акты приема-передачи товарно-материальных ценностей на хранение, журналы учета товарно-материальных ценностей и прочее. 

Между тем, таких доказательств в материалы дела не представлено. 

Более того, заявитель ФИО5, который являлся участником Должника и генеральным директором, не оспаривает, что инвентаризация запасов Должника в установленном законом порядке не проводилась. 

Так, при рассмотрении в рамках настоящего дела ходатайства конкурсного управляющего должника об истребовании у бывшего руководителя должника – ФИО2 бухгалтерской и иной документации ООО «АВТОКОМТРАНС», ФИО5 пояснил, что в силу п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации, утвержденных приказом Минфина от 13.06.1995 № 49, инвентаризация основных средств может проводиться раз в три года и в 2016 году и ранее Должником не осуществлялась. 

Также ответчик указал, что Должник в принципе не составлял инвентаризационную опись ТМЦ за 2016 г. и ранее по форме № ИНВ-3, т.к. форма описей и актов инвентаризации в силу закона определяется хозяйствующим субъектом самостоятельно (п. 3 ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»). Вместо описи по форме № ИНВ-3 был составлен акт от 28.12.2016. Данный акт выполнен в рамках осуществления АО «Кросна-Банк» (залогодержатель ТМЦ Должника) проверки фактического наличия и размеров активов Должника и подписан директором Должника и сотрудником АО «Кросна-Банк». 

Указанное подтверждается также письменными объяснениями АО «Кросна-Банк» от 12.05.2021. 

Из указанного Акта от 28.12.2016 года следует, что генеральным директором и сотрудником банка (АО «Кросна-Банк») была проведена визуальная проверка нахождения товаров в обороте в складских помещениях, представленных Должником. При этом, по результатам визуального осмотра, товарно-материальные ценности оценены на сумму 27 179 726, 62 коп. 

Кроме этого, суд отметил, что Акт от 28.12.2016 года и бухгалтерская отчетность Должника за 2016 год во всяком случае не могут подтверждать фактическое наличие у Должника товарно-материальных ценностей в заявленном размере на дату признания последнего банкротом и об открытии конкурсного производства (28.09.2017) учитывая следующие обстоятельства. 

Конкурсным управляющим Должника ФИО3 в материалы дела представлены первичные документы должника на 1732 страницах, которые свидетельствуют о том, что в период с октябрь 2016 года по май 2017 года шла активная реализация товаров (машинных запчастей) являющихся предметом залога по договорам последующего залога товаров в обороте №3/208-15 от 25.06.2015 года, залога товаров в обороте №3/209-15 от 25.06.2015 года. 

Так, в период с октября 2016 года по май 2017 года, Должником заключено 536 сделок по реализации товарно-материальных ценностей на общую сумму 17 307 020, 60 коп. 

Суд критически расценил довод Заявителя о том, что Должник в спорный период восполнял реализованные ТМЦ, находящиеся в залоге у АО «Кросна-банк». Представленные документы не подтверждают закупку Должником ТМЦ в 2017 г. в объеме, позволяющим восполнить проданные ТМЦ.

Кроме этого, согласно представленной в материалы дела выписки из ОАО «Промьсвязьбанк» в период с 01.01.2017 по 27.06.2017 оборот денежных средств Должника по дебету счета составил 18 872 562,23 руб. а по кредиту счета 4 913 709, 71 руб. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в период с октября 2016 года по май 2017 года Должник вел активную хозяйственную деятельность, реализовывал товарно-материальные ценности, выплачивал заработную плату работникам, при этом восполнение реализованных ТМЦ в достаточном объеме не осуществлялось. 

Таким образом, уставная и операционная деятельность велась Должником и после расторжения Договора №28/А аренды складских помещений, расположенных по адресу: 

<

...>. 

Как следует из отзыва ФИО8 им проведена инвентаризация имущества Должника, по результатам которой выявлено товарно-материальных ценностей в количестве 2060 единиц. 

В материалы дела представлен Отчет об оценки выявленных товарно-материальных ценностей, согласно которому стоимость товарно-материальных ценностей составила 86 378,00 руб. 

26.04.2019 года проведено общее собрание кредиторов Должника, на котором утверждено положения о порядке реализации движимого имущества Должника. 

При этом, Заявители, включая кредитора ООО «Мега-Арсенал» указанное положение не оспаривали. 

Кроме того, в материалы дела приобщены доказательства подачи ФИО5 заявления в ОВД по факту кражи ТМЦ Должника из которого следует, что с 26.05.2017 года по 31.05.2017 года совершено хищение материальных ценностей ООО «Автокомтранс» в виде запчастей на автомобили, спец инструмента и диагностического оборудования. 

В ходе проверки по данному материалу установлено что из объяснений заявителя, он, являясь генеральным директором ООО «Автокомтранс», арендовал для фирмы помещения у ООО «Интертрансэкспедиция», по адресу ул. Иловайская, д. 2 Б. примерно с января 2017 года ООО «Автокомтранс» задолжало за аренду помещений 5 200 000 рублей, в связи с чем руководство ООО «Интертрансэкспедиция» было вынуждено обратиться в суд, а что бы сохранить активы ООО «Автокомтранс» до решении арбитражного суда, ограничило доступ в арендованные ООО «Автокомтранс» помещения сотрудникам фирмы и посторонним. Как указывает ФИО5 24.05.2017 года ему позвонил второй арендатор помещения ФИО10 и сообщил о том, что у ФИО5 пропала часть оборудования, тележки с инструментами слесарей и кузовные запчасти. Также из представленного в материалы дела Заявления от 02.06.2017 г. следует, что ФИО5 оценивает ущерб как значительный. Как указывает ФИО5 в настоящее время у него отсутствуют какиелибо документы, подтверждающие что оборудование и инструменты, находятся у него в собственности и вообще, что действительно ввозились на территорию ООО «Интертрансэкспедиция» по адресу ул. Иловайская, 2 Б. 

Постановлением от 12.06.2017 года в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО5 отказано. 

Учитывая, что бухгалтерская отчетность Должника за 2016 год, составленная Заявителем - бывшим генеральным директором Должника ФИО5 противоречит подписанному им же Акту осмотра товарно-материальных ценностей от 28.12.2016 года, в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами активного ведении хозяйственной деятельности Должником в период с октября 2016 года по май 2017 года, включая реализацию товарно-материальных ценностей на сумму 17 307 020, 60 коп., суд пришел к верному выводу о недоказанности заявителями ни фактического наличия имущества на сумму 45 803 000,00 руб., ни наличия вины ответчиков в утере данного имущества. В материалы дела представлены доказательства законного выбытия части данного имущества, в результате хозяйственной деятельности Должника, а также утраты части данного имущества в период, когда генеральным руководителем Должника был ФИО2 в результате преступления неустановленных лиц (кражи). 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства в рамках гражданско-правового спора, если данная позиция существенно противоречит его предшествующему поведению. В гражданском обороте не допускается непоследовательное, непредсказуемое, недобросовестное поведение участников. 

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств утраты товарно-материальных ценностей в результате незаконных действий (бездействия) Ответчиков и их вины, суд не усмотрел оснований для удовлетворения требований Заявителей о взыскании убытков в указанной части. 

Судом сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для взыскания убытков с арбитражных управляющих ФИО8 и ФИО3, причиненных невзысканием дебиторской задолженности Должника по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и не опровергается лицами, участвующими в деле, в бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2016 размер дебиторской задолженности Должника составлял 14 388 000 руб. 

На дату открытия конкурсного производства дебиторская задолженность в конкурсную массу включена не была, деньги в конкурсную массу не поступали. 

По смыслу пункта 2 статьи 129 Федерального закона о банкротстве обязанность конкурсного управляющего предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, о определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы. 

В соответствии Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49 «Об утверждении методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств» (пункт 3.44) при проведении инвентаризации расчетов с дебиторами проверяется обоснованность числящейся дебиторской задолженности подтверждающим дебиторскую задолженность документам. 

Отсутствие документов, подтверждающих право требование к дебиторам, лишает взыскателя обоснованного предъявления судебного иска. Таким образом, для включения в конкурсную массу должника дебиторской задолженности и последующее взыскание возможно только при наличии первичных документов, подтверждающих право требование к дебиторам. 

Ответчики, возражая против заявленных требований, ссылались на то, что по данным бухгалтерского учета должника на 31.12.2016 года в части имеющейся у него дебиторской задолженности невозможно определить ни конкретного круга лиц, являющегося дебиторами Должника, ни размер дебиторской задолженности каждого дебитора. Вследствие чего невозможно установить и реальность указанной дебиторской задолженности. 

Как следует из пояснений ФИО3 и подтверждается материалами дела, конкурсным управляющим (за свой счет, без включения расходов в текущие платежи) сделаны запросы и получены ответы от бывших контрагентов Должника (использованы данные из банковских выписок Должника), в частности: ПАО «МОЭК», ООО «Мегалайн Экспресс», ООО «СпецМобиль, ООО «ТЭК-ЛАЙН», ООО «Алютех-М», ООО «МК ВИТАПУЛ», ООО «Консул Авто», АО «СЫРОВАР», АО «ОЭК», ООО «Бифаст Груп», иных ответов не поступало. 

Согласно полученных ответов дебиторская задолженность Должника отсутствует, а часть бывших контрагентов имеет даже непогашенные Должником требования, то есть является кредиторами Должника. 

Основания для взыскания дебиторской задолженности у ФИО8, ФИО3 отсутствовали, поскольку первичная документация, подтверждающая указанную задолженность у должника, отсутствовала. 

Таким образом, в конкурсную массу должника правомерна была включена только дебиторская задолженность, подтвержденная документально, а именно на сумму 319 462,66 руб. Также предприняты все необходимы мероприятия, направленные на ее взыскание. Более того, само по себе наличие дебиторской задолженности не свидетельствует о ее реальности к взысканию. Из представленных в дело документов не представляется возможным достоверно установить, что дебиторская задолженность, о которой заявлено ФИО2, была бы взыскана. Таким образом, в нарушении ст. 65 АПК РФ Заявителями не доказан факт причинения убытков невзысканием дебиторской задолженности, размер убытков, наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и поведением арбитражных управляющих, а также их вина. 

Суд также отмечает, что вышеприведенные обстоятельства являлись предметом исследования по другому обособленному спору в рамках дела о банкротстве Должника и нашли свое отражения в Определении Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 04.08.2022 года, которым отказано во взыскании убытков и признании действий конкурсных управляющих ненадлежащими по заявлению ООО «ГФ Антей» (правопреемника ООО «Мега-Арсенал»), мотивированного схожими обстоятельствами. Указанное также подтверждено в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

В связи с установленными обстоятельствами, суд также не находит оснований для удовлетворения требований Заявителей о признании незаконными действий (бездействия) арбитражных управляющих, выраженных в неисполнении обязанности по пополнению конкурсной массы и обеспечению сохранности имущества Должника, в неисполнении обязанности по проведению анализа сделок Должника, т.к. указанные доводы уже ранее исследовались судом и подтверждены Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

Суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО8 и ФИО3 убытков, вызванных включением в реестр текущих требований вознаграждения ФИО8 в солидарном порядке по следующим основаниям. 

В обосновании указанных требований, Заявитель ООО «ГФ Антей» (правопреемник ООО «Мега-Арсенал) указывал, что имеются законные основания для оспаривания включения указанного требования в реестр кредиторов по текущим требованиям, поскольку арбитражный управляющий ФИО8 необоснованно долго проводил мероприятия, связанные с конкурсным производством. 

Между тем, суд отклонил указанные доводы Заявителей по следующим основаниям. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.09.2017 года Должник признан банкротов, в его отношении открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. 

Определением от 19.06.2018 года срок конкурсного производства продлен на 6 месяцев. 

Определением от 02.10.2018 года удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО8 о продлении срока инвентаризации имущества на 3 месяца. 

Заявители, равно как и другие заинтересованные лица указанные судебные акты не обжаловали, своих возражений не направляли. 

Инвентаризация имущества Должника завершена 10.01.2019, то есть в срок, установленный Определением суда от 02.10.2018 года. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕФРСБ, инвентаризация имущества должника проводилась Конкурсным управляющим ФИО8 без привлечения третьих лиц о чем с периодичностью не менее 1 раза в три месяца сообщалось кредиторам в отчете о деятельности конкурсного управляющему. 

Кроме этого, суд учитывает, что Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-227619/2018 от 10.12.2018г., оставленным без изменения Постановлением Девятого Арбитражного Апелляционного суда № 09АП-3832/2019 от 11.03.2019 года установлено отсутствие нарушений сроков инвентаризации имущества Должника ФИО8 

В отношении ФИО8 отсутствуют судебные акты о признании его действий (бездействия) ненадлежащими. 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу об отсутствии реальных оснований у конкурсного управляющего ФИО3 для обращения в суд с требованием об исключении из реестра текущих платежей требований ФИО8 

Учитывая изложенное, отсутствуют правовые основания для взыскания убытков с ФИО8 и ФИО3 в указанной части. 

Суд первой инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения требований Заявителей, о признании незаконными действий (бездействия) арбитражных управляющих ФИО8 и ФИО3 в части неисполнения обязанностей по проведению инвентаризации имущества Должника, в неисполнении обязанности по ведению бухгалтерского учета и отчетности Должника по следующим обстоятельствам. 

Как указывали заявители в обосновании данного довода, ФИО8 и ФИО3 не провели инвентаризацию имущества должника в соответствии с законом - оба конкурсных управляющих не составили сличительных ведомостей в отношении недостач имущества должника, выявленных в ходе инвентаризации по сравнению с тем, что отражено в последней перед банкротством отчетности должника. 

Судом установлено, что вышеприведенные обстоятельства являлись предметом исследования по другому обособленному спору в рамках дела о банкротстве Должника и нашли свое отражение в Определении Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 04.08.2022, указанное определение вступило в законную силу. 

Согласно п. 4.1. Приказа Минфина РФ от 13.06.1995 № 49 «Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств» сличительные ведомости составляются по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных. 

В сличительных ведомостях отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей. 

Суммы излишков и недостач товарно-материальных ценностей в сличительных ведомостях указываются в соответствии с их оценкой в бухгалтерском учете. Для оформления результатов инвентаризации могут применяться единые регистры, в которых объединены показатели инвентаризационных описей и сличительных ведомостей. 

Как установлено судом и указано выше, и не опровергается лицами, участвующими в деле, инвентаризация имущества Должника генеральным директором или иными органами управления Должника не проводилась. 

Таким образом, отсутствовали данные бухгалтерского учета в части ТМЦ, следовательно, составить сличительные ведомости было невозможно. 

При этом, арбитражным управляющим ФИО8 проведена инвентаризация имущества Должника, по результатам которой выявлено товарноматериальных ценностей в количестве 2060 единиц. В материалы дела представлен Отчет об оценки выявленных товарно-материальных ценностей, согласно которому стоимость товарно-материальных ценностей составила 86 378,00 руб. Таким образом, инвентаризация имущества Должника проведена на основании тех данных и документов, которые имелись в распоряжении конкурсных управляющих. 

С учетом изложенного, указанный довод заявителя является не состоятельным и подлежит отклонению. Также с учетом вышеприведенных обстоятельств, суд отклонил довод заявителя о нарушении арбитражными управляющими правил по организации оценки имущества Должника, поскольку такая оценка была произведена и заинтересованными лицами не оспаривалась. 

Относительно довода о пропуске ФИО8 срока исковой давности для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ввиду утраты ТМЦ суд установил следующее. 

Из Постановления Арбитражного суда Московского округа от 28.04.2021 г. по делу № А40-143460/2017 следует, что суды рассмотрели заявление по существу и не нашли оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, причиной отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности являлось, в том числе, отсутствие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Следовательно, довод заявителя о причинении арбитражным управляющим ФИО8 убытков Должнику ввиду пропуска срока исковой давности для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отклоняется судом. 

Данные обстоятельства также ранее установлены судом и подтверждены в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по настоящему делу и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

В отношении доводов Заявителей о неисполнении обязанности по оспариванию сделок Должника, суд пришел к следующим выводам. 

С учетом специфики дел о банкротстве, в условиях ограниченности имущества должника, конкурсный управляющий перед подачей иска должен сопоставить перспективы исхода судебного разбирательства с возможными затратами на судебную защиту. Таким образом, подача исковых заявлений является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего, которым он распоряжается по своему усмотрению. В п. 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм главы III.1 Закона о несостоятельности (банкротстве)" указано, что в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов. Судам следует иметь в виду, что право арбитражного управляющего подать такое заявление не зависит от наличия решения собрания кредиторов; арбитражный управляющий также вправе подать его и в случае, если по вынесенному на рассмотрение собрания кредиторов вопросу об оспаривании сделки не будет принято положительное решение. В случае уклонения или отказа арбитражного управляющего от выполнения решения собрания (комитета) кредиторов об оспаривании конкретной сделки конкурсный кредитор либо уполномоченный орган вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на бездействие (отказ) арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего. Отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе также обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего. Кредитор, обращающийся к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании сделки, должен обосновать наличие совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом основание недействительности, применительно к указанной им сделке. В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при рассмотрении предложения об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы кредитора и приведенные им доказательства, а также оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления. При рассмотрении жалобы кредитора на отказ арбитражного управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки. В случае признания обоснованной жалобы на бездействие (отказ) арбитражного управляющего оспорить сделку суд вправе также указать в судебном акте на предоставление подавшему жалобу лицу права самому подать заявление о ее оспаривании. 

Согласно частям 2 и 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. 

Согласно правовой позиции, содержащейся Определении Верховного Суда РФ от 29.01.2020 №308-ЭС19-18779(1,2) по делу №А53- 38570/2018 В процедуре реализации имущества гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований. 

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). 

С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов. 

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако, не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. 

Из заявления следует, что арбитражный управляющий ФИО8 не оспорил преференциальные сделки Банка, по которым тот получил статус залогового кредитора. 

В соответствии с п. 1 ст. 334.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. 

Пунктом 4 ст. 339.1 ГК РФ предусмотрено, что «залог иного имущества, не относящегося к недвижимым вещам может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате». 

Таким образом, действующее законодательство не содержит условия о сроке, в течение которого залогодержатель должен направить нотариусу уведомление о регистрации залога, кроме того, регистрация уведомления о залоге является правом, а не обязанностью залогодержателя. Отличие даты заключения договора залога от даты регистрации залога в реестре залогов не влечет признание договора залога недействительным. При этом залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем. 

Регистрация уведомления о залоге не является правообразующей, это возможность противопоставить интерес залогодержателя интересу добросовестного приобретателя движимого имущества, обремененного залогом. В том случае, когда уведомление о залоге было зарегистрировано в реестре, незаконный приобретатель (владелец) соответствующего имущества по возмездному договору не может быть оценен как добросовестный, а значит, и не может рассчитывать на отклонение притязаний залогодержателя по мотиву прекращения залога (по правилу пп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ) (Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 22 октября 2014 г. по делу N 33- 6659/2014). 

Регистрация уведомления о залоге не является сделкой по смыслу ст. 61.3 Закона о банкротстве. Согласно п. 20 ст. 35 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» (утв. ВС РФ 11.02.1993 N 4462-1) регистрация уведомления о залоге движимого имущества является нотариальным действием, совершаемым нотариусами. В связи с чем, совершенное нотариальное действие может быть оспорено на основании ст. 49 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате», а не в силу положений специальных норм права о несостоятельности (банкротстве). 

Следовательно, бездействие арбитражного управляющего в отношении оспаривания подобных сделок разумно и рационально и по общему правилу не может быть признано противоправным. 

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков. 

Также суд принял во внимание следующий факт, установленный Девятым арбитражным апелляционным судом в Постановлении от 28.11.2022 г. по настоящему делу. 

Конкурсным управляющим проведен анализ сделок должника, в ходе которого конкурсным управляющим не выявлено оспоримых или ничтожных сделок должника. Решений собрания кредиторов либо комитета кредиторов об обращении в суд с заявлением о признании сделок должника недействительными не принималось, кредиторы и уполномоченные органы с требованием об оспаривании сделок к конкурсному управляющему не обращались. Заявителями не приведены доказательства, свидетельствующие обратное. Указанный вывод также подтвержден Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

На основании изложенного, принимая во внимание доводы лиц, участвующих в деле, совокупность обстоятельств, основания для удовлетворения требования жалобы в указанной части, отсутствуют, в действиях конкурсных управляющих отсутствуют нарушения прав кредиторов и факт причинения убытков, заявителем жалобы не представлены доказательства, свидетельствующие об обратном.

В уточненных исковых требованиях, Заявители также просят признать незаконными действия (бездействие) арбитражных управляющих ФИО8 и ФИО3, выраженных в неисполнении обязанности по добросовестному осуществлению своих полномочий в отсутствии конфликта интересов. 

Судом принят во внимание факт того, что Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.07.2022 г. по делу № А40-109960/2017, а также судебными актами нижестоящих судов по указанному обособленному спору установлено исполнение арбитражным управляющим ФИО8 своих обязанностей в условиях конфликта интересов и его аффилированность с лицом, участвующим в деле о банкротстве, а именно с ООО «Кросна-Интернет». 

При этом, судом также установлено, что позднее Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.09.2022 г. по делу № А40-114766/2017 установлен факт отсутствия прямых доказательств, подтверждающих наличие между ООО «Кросна-Интернет» и финансовым управляющим должника ФИО8 заинтересованности, препятствующей добросовестному и разумному проведению процедуры, а также доказательства того, что управляющий после своего утверждения действовал исключительно в интересах группы заинтересованных с ним лиц и совершал сделки и иные действия, которые привели или могли привести к причинению имущественного вреда иным кредиторам. 

В материалы настоящего дела также не представлены доказательства того, что ФИО8 после своего утверждения действовал исключительно в интересах группы заинтересованных с ним лиц и совершал сделки и иные действия, которые привели или могли привести к причинению имущественного вреда иным кредиторам. 

Как усматривается из положений ст. 19 Закона о банкротстве, ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», ст. 9 ФЗ от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции», а также положений специальных законов о видах хозяйственных обществ, ключевым критерием для установления аффилированности является вовлеченность лиц в хозяйственные процессы и процессы принятия решений, опосредующие возможность оказывать влияние на заключение тех или иных сделок и принятие тех или иных решений. 

При этом допустимые рамки юридической аффилированности и фактической аффилированности справедливо очерчены Определением Верховного суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 и также сводятся к возможности вмешиваться в хозяйственные и управленческие процессы, оказывая прямое влияние на принимаемые решения. 

Полагать иное, расширяя перечень критериев аффилированности, означало бы допускать презумпцию аффилированности всех со всеми. 

Соответственно, в процессе доказывания как юридической, так и фактической аффилированности организаций и лиц, необходимо подтвердить возможность данных организаций и лиц оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения ими предпринимательской деятельности. 

При этом, в силу разъяснений, изложенных в Определении Верховного суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2), которые допустимо применить к разбирательству по настоящему делу, предметом судебного исследования при разрешении вопроса об аффилированности, является установление влияния фактора аффилированности на существо правоотношений. 

При этом Верховный суд РФ указывал на необходимость установление действенной аффилированности, то есть скоординированных действий, приведших к правовым последствиям (в частности, заключению сделок); отсутствие доказательств скоордированных действий лиц нивелирует юридическое значение аффилированности как таковой (Определение Верховного суд РФ от 15.04.2019 N 309-ЭС18-22030 по делу N А76- 25957/2016). 

В случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к арбитражному управляющему, кредиторам признаются лица в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 19 указанного Закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим. 

Вместе с тем, доводы кредитора о фактической аффилированности носят предположительный характер и не могут быть допустимыми доказательствами по делу. 

Так, в подтверждение заявленных доводов Заявители указывали, что только наличие фактической аффилированности объясняет причины, по которым ФИО3 в нарушении закона и собственной выгоде (получение установленной Законом о банкротстве процентной части вознаграждения) создает препятствия для взыскания убытков с указанных лиц; не оспаривает размер вознаграждения ФИО8, который не выполнил обязанностей конкурсного управляющего.

Какие-либо доказательства в подтверждение указанных доводов Заявителями не представлены. Доказательства наличия между конкурсным управляющим и кредиторами должника заинтересованности, препятствующей добросовестному и разумному ведению процедуры банкротства в материалы дела не представлены. 

При этом, как установлено судом, деятельность арбитражного управляющего по пополнению конкурсной массы должна носит рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов. 

При таких обстоятельствах, отсутствуют оснований для удовлетворения требований в указанной части. 

Относительно доводов Заявителей о незаконности действий (бездействия) арбитражных управляющих, выраженных в неисполнении обязанности по выполнению финансового анализа Должника, суд пришел к следующим выводам. 

Пункт 1 статьи 67 Закона о банкротстве возлагает на временного управляющего обязанность провести в процедуре наблюдения анализ финансового состояния должника, определить наличие (отсутствие) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства и принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника. 

Для обеспечения реализации полномочий временного управляющего по проведению финансового анализа и проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства пункт 1 статьи 66 Закона о банкротстве предоставляет ему право получать информацию и документы, касающиеся деятельности должника. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом. Проверку наличия (отсутствия) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства арбитражный управляющий проводит в соответствии с порядком, установленным Временными правилами проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства. По результатам вышеназванной проверки составляется заключение. 

В пункте 4 постановления Правительства РФ от 25.06.2003 № 367 «Об утверждении Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа» (далее – Правила) указан примерный перечень документов, которые надлежит исследовать арбитражным управляющим при проверке за период не менее двух лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства. Финансовый анализ проводится на основании: статистической отчетности, бухгалтерской и налоговой отчетности, регистров бухгалтерского и налогового учета, а также (при наличии) материалов аудиторской проверки и отчетов оценщиков; учредительных документов, протоколов общих собраний участников организации, заседаний совета директоров, реестра акционеров, договоров, планов, смет, калькуляций; положения об учетной политике, в том числе учетной политике для целей налогообложения, рабочего плана счетов бухгалтерского учета, схем документооборота и организационной и производственной структур; отчетности филиалов, дочерних и зависимых хозяйственных обществ, структурных подразделений; материалов налоговых проверок и судебных процессов; нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность должника. 

Согласно представленному в материалы дела анализу финансового состояния должника при его проведении арбитражным управляющим использованы документы балансовой отчетности, сведения о счетах, справки т.д. Как следует из представленных документов, на момент подготовки анализа, конкурсным управляющим должника проанализированы все имеющиеся документы, переданные управляющему. Доказательства наличия иных документов, имеющихся у конкурсного управляющего и не проанализированных, заявителем не представлено.

Также суд обратил внимание, что Девятым арбитражным апелляционным судом в Постановлении от 28.11.2022 г по настоящему делу установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства передачи кому-либо из конкурсных управляющих бухгалтерской документации в объеме, превышающим заявленный конкурсным управляющим ФИО3 Указанное также подтверждено Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

С учетом изложенного, конкурсным управляющим должника ФИО3 составлены анализ финансового состояния должника, что свидетельствует о выполнении последним требований пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве, что лицами, участвующими в деле не оспаривалось. 

Руководствуясь пунктом 2 статьи 67, пунктами 1, 2 статьи 70 Закона о банкротстве и необходимо исходить из того, что содержащиеся в анализе финансового состояния должника выводы и заключение об отсутствии/наличии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, представляют собой сведения информационного, справочного характера, какихлибо последствий для конкурсных кредиторов не влекут и не могут нарушить права и законные интересы заявителя, поскольку несогласие с выводами и предложениями арбитражного управляющего конкурсный кредитор вправе выразить при обсуждении и принятии решений по соответствующим вопросам повестки дня на собрании кредиторов. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11.10.2016 N Ф02-5458/2016 по делу N А19-15635/2013. 

Судом установлено, что анализ финансового состояния представлен в материалы дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривался. 

Также судом принято во внимание, что Заявителем не указано каким образом, невыполнение финансового анализа Должника арбитражным управляющим ФИО8 повлекло убытки для Должника. 

Требования о признании недействительным и недостоверным заключения временного управляющего о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства и анализа финансово-экономического состояния от конкурсных кредиторов и уполномоченных органов конкурсному управляющему или в арбитражный суд не поступало. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что выводы, к которым пришел конкурсный управляющий по результатам анализа финансового состояния должника, не соответствуют действительному состоянию должника, Заявителями не представлены. Наоборот, в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по настоящему делу установлено, что в финансовом анализе Должника имеется Раздел 2 - Коэффициенты финансово-хозяйственной деятельности ООО «Автокомтранс» и показатели, используемые для их расчета. Расчет коэффициентов невозможен без бухгалтерской документации Должника, что опровергает довод заявителей о том, что ФИО3 не проводился анализ первичной и бухгалтерской отчётности Должника при выполнении финансового анализа. Указанное также подтверждено Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что заявителем не представлены доказательства, свидетельствующие о ненадлежащем исполнении арбитражными управляющими обязанностей, предусмотренных статьей 20.3 Закона о банкротстве. 

Относительно доводов заявителей о неисполнении арбитражными управляющими обязанности по осуществлению процедуры конкурсного производства в разумные сроки в жалобе Заявителей не указано, какие именно права и законные интересы действительно нарушены. Кроме того, указанный довод уже исследовался арбитражными судами в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по настоящему делу и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17, в которых не установлены факты умышленного затягивания арбитражными управляющими сроков проведения процедуры конкурсного производства Должника. 

Доводы Заявителей о нарушении ФИО3 и ФИО8 правил составления отчетов о своей деятельности (в части отображения сведений о жалобах, поданных в отношении конкурсных управляющих, сведений о должнике и дате своего назначения, также указание в отчете сведений о наличии денежных средств на расчетном счету должника) нашли свое подтверждение. 

Доводы Заявителей о нарушении ФИО3 обязанности по подаче заявления о включении требования Должника из субсидиарной ответственности в реестр требований кредиторов Побережной Н.В. (КДЛ Должника) в законные сроки нашел свое подтверждение. 

При этом, определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.10.2020 г. по настоящему делу отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении Побережной Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника. Указанное определение вступило в законную силу. 

Вместе с тем, поскольку заявителем не представлено доказательств того, каким образом указанные нарушения, привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов, иных лиц, участвующих в деле, либо негативно отразились на процедуре банкротства должника, суд отказал в удовлетворении жалобы в указанной части.

Заявителем не доказана вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания, а именно наличие недобросовестных, неразумных действий конкурсного управляющего ФИО3, ФИО8, нарушающих интересы должника и его кредиторов; субъективная сторона правонарушения - виновность указанных конкурсных управляющих должником; а также причинно-следственную связь между вменяемыми конкурсным кредиторам нарушениями и убытками должника и его кредиторов.

Несмотря на то, что доводы заявителей о нарушении правил составления отчетов конкурсного управляющего, а также нарушении ФИО3 обязанности по подаче заявления о включении требования Должника из субсидиарной ответственности в реестр требований кредиторов Побережной Н.В. (контролирующего должника лица) в законные сроки нашли свое подтверждение, достаточных оснований для удовлетворения жалобы суд не усмотрел, в том числе поскольку допущенные нарушения не привели к существенному нарушению прав заявителя. 

Нарушений положений ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", достаточных для отстранения конкурсного управляющего, в данном случае конкурсным управляющим также не допущено. 

Кроме того, в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по настоящему делу и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17 уже рассмотрен вопрос об отстранении конкурсного управляющего ФИО3 по причине допущенных нарушений по правилам составления отчетов и нарушения сроков публикаций сообщений в ЕФРСБ. Суды пришли к выводам об отсутствии оснований для отстранения конкурсного управляющего ФИО3 от занимаемой должности конкурсного управляющего ООО «Автокомтранс». 

Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

Апеллянт, описывая фактические обстоятельства дела намеренно искажает фактические обстоятельства дела, а также преюдициально установленные судами факты. 

Порядок проведения ФИО8 инвентаризации имущества должника, описанный апеллянтом не соответствует действительности. 

Итоговая инвентаризационная опись, опубликованная на сайте ЕФРСБ 10.01.2019 г., содержит 2060 позиций. Согласно указанной описи инвентаризация всего имущества Должника, выявленного арбитражным управляющим ФИО8, завершена 29.12.2018 г. При этом за 2,5 года Заявители не оспаривали итоги инвентаризации Должника, соглашаясь с ее выводами. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.09.2017 г. по делу №А40- 143460/17-160-149 в отношении ООО «Автокомтранс» (109651, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим назначен ФИО8 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) - член Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» (ОГРН СРО 1027700542209, ИНН СРО 7705431418, место нахождения: 109316, 

<

...>). 

В соответствии с п. 2 ст. 129 ФЗ о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника. 

Следовательно, конкурсный управляющий ФИО8 обязан был провести инвентаризацию имущества Должника не позднее 28.12.2017 г. 

Учитывая тот факт, что у должника имеется большой объем имущества находящийся на трех складах (один склад из которых находится по адресу: 

<

...>, а два других склада по адресу: 

<

...>), а инвентаризация по состоянию на 21.12.2017г. была проведена только первого склада, в связи с необходимостью дополнительного времени для проведения инвентаризации двух других складов в Арбитражный суд города Москвы 21.12.2017 было подано ходатайство о продлении срока проведения инвентаризации имущества. В связи с предпраздничными днями, документы были направлены в суд посредством курьерской отправки МБИ Привилегия, однако, в связи с ошибочно указанным тарифом в накладной, ходатайство до праздничных дней не было доставлено в суд. В последующем в Арбитражный суд г. Москвы подано повторное ходатайство о продлении срока инвентаризации имущества ООО «Автокомтранс». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2018 по делу № А40- 143460/17 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО8, продлен срок инвентаризации имущества ООО «Автокомтранс» на 3 месяца, до 02.01.2019 г. 

Указанные обстоятельства установлены Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10.12.2018 г. по делу № А40-227619/18-177-189 (вступило в законную силу) и имеют преюдициальное значение. 

В данном судебном заседании рассматривался вопрос о нарушении арбитражным управляющим ФИО8 порядка проведения инвентаризации имущества Должника. В Решении Арбитражного суда г. Москвы от 10.12.2018 г. по делу № А40- 227619/18-177-189 сделан вывод о том, что ФИО8 не нарушены требования ФЗ о банкротстве в части порядка проведения инвентаризации имущества ООО «Автокомтранс». 

В связи с тем, что окончание срока инвентаризации имущества Должника приходится на нерабочий день (02.01.2019 г.), днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (ст. 193 ГК РФ), т.е. 09.01.2019 г. 

Согласно Инвентаризационной описи № 1 от 29.12.2018 г. инвентаризация имущества ООО «Автокомтранс» завершена 29.12.2018 г., что подтверждается сообщением ЕФРСБ №3374591 от 10.01.2019 г., т.е. в установленный законом срок. 

Также в момент рассмотрения ходатайства о продлении сроков инвентаризации имущества ООО «Автокомтранс» (02.10.2018 г.) к материалам дела была приобщена промежуточная инвентаризационная опись одного склада, находящегося на складе по ул. Иловайская и содержащая 1 947 позиций, включающая в себя все проинвентаризированное имущество на складе по ул. Иловайская, а также часть имущества, находящегося на двух других складах по адресу: 

<

...>. 

Таким образом, арбитражный управляющий ФИО8 провел инвентаризацию имущества ООО «Автокомтранс» в порядке, установленном законом о банкротстве, что подтверждено Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10.12.2018 г. по делу № А40- 227619/18-177-189 (вступило в законную силу). 

Апеллянт утверждает, что АО «Кросна-Банк» в своих пояснениях и по спора субсидиарной ответственности и в настоящем деле неоднократно сообщал, что после начала удержания он не платил арендную плату ООО СЗ «ИТЭ». Арендная плата погашалась за счёт ТМЦ. При этом, указанное утверждение не подтверждено. Арендная плата не погашалась за счет ТМЦ, в материалах дела отсутствуют доказательства указанного факта, кроме того, апеллянты ранее в судебных заседаниях не заявляли об указанном факте. 

Из апелляционной жалобы следует, что 25.05.2021 года Арбитражный суд города Москвы, в рамка иска «ГФ «Антей», истребует от обоих конкурсных управляющих данные бухгалтерского учёта Должника, а также заверенные банками выписки по счетам должника. Указанное было в том числе связано с тем, что в судебном порядке было установлено, что оба конкурсных управляющих до настоящего момента в нарушении закона не приобщили в делах о банкротстве, либо на общих собраниях, ни первичной документации, ни данных бухгалтерского учёта, а также отказались исполнять соответствующие требования участников должника и «ГФ «Антей». Впоследствии судом установлено, что до настоящего момента конкурсные управляющие данные определения не исполнили. 

Указанные доводы апеллянта также противоречат установленным судами обстоятельствам дела. 

Из абз. 5 стр. 19 Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 следует, что в материалах дела отсутствуют доказательства передачи кому-либо из конкурсных управляющих бухгалтерской документации в объеме, превышающим заявленный конкурсным управляющим ФИО3 

Также из Абз. 9-10 стр. 13 Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 следует, что как неоднократно заявлял бывший генеральный директор ФИО5 в судебных заседаниях, в нарушение действующего законодательства им не проводилась инвентаризация имущества Должника. Таким образом, отсутствовали данные бухгалтерского учета в части ТМЦ, следовательно, составить сличительные ведомости было не с чем. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17 указанное выше постановление Девятого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения, кассационная жалоба заявителя, без удовлетворения. 

Таким образом, факт отсутствия у конкурсных управляющих бухгалтерской документации должника, о которой заявляет апеллянт установлен судами трех инстанций и является преюдициальным по отношению к настоящему спору.

При описании ситуации с ТМЦ должника, апеллянт не указывает установленный судом первой инстанции факт хищения имущества Должника до введении в отношении ООО «Автокомтранс» процедуры банкротства. 

Из представленных конкурсным управляющим ООО «Автокомтранс» ФИО3 документов следует, что в период с октябрь 2016 года по май 2017 года шла активная реализация товаров (машинных запчастей) являющихся предметом залога по договорам последующего залога товаров в обороте №3/208-15 от 25.06.2015 года, залога товаров в обороте №3/209-15 от 25.06.2015 года. 

Ранее, в своих процессуальных документах, заявители подтверждали, что инвентаризационные описи основных средств Должника за 2016, а также инвентаризационные описи ТМЦ Должника за 2016 не проводились и не существуют. 

Вместо последних в 2016 году была проведен визуальный осмотр ТМЦ (инвентаризацией не является) Должника вместе с сотрудниками АО «Кросна-Банк» (ТМЦ находились в залоге товаров в обороте у банка). Указанное подтверждается приобщенными в дело актом от 28.12.2016 года по итогам фактической инвентаризации…сотрудник Банка вместе с генеральным директором Должника проверили визуально нахождение товаров в обороте в складских помещениях представленных Должником. 

Следовательно, Заявитель сам указывает на то, что сведения, содержащиеся в бухгалтерской отчетности Должника за 2016 г., в части ТМЦ на сумму 45.8 млн. руб. являются недостоверными, ввиду непроведения инвентаризации имущества Должника. В результате визуального осмотра, сделанной путем визуальной проверки нахождения товаров в обороте в складских помещениях, имущество было оценено на сумму 27 179 726,62 руб. Однако указанная сумма также является недостоверной в связи с тем, что фактически определить стоимость имущество путем визуального осмотра невозможно. 

Таким образом, из представленной ФИО5 позиции следует, что все ТМЦ, принадлежащие ООО «Автокомтранс» были переданы в залог АО «Кросна-Банк», иного имущества у Должника не было. 

Кроме того, в материалы дела приобщены уточнение иска в части размера убытков, в том числе приобщены доказательства подачи ФИО5 заявления в ОВД по факту кражи ТМЦ Должника из которого следует, что с 26.05.2017 года по 31.05.2017 года совершено хищение материальных ценностей ООО «Автокомтранс» в виде запчастей на автомобили, спец инструмента и диагностического оборудования. 

Из анализа вышеизложенного можно сделать вывод, что ФИО5 реализовывал залоговое имущество, а также неустановленная часть имущества была похищена в период с 26.05.2017 г. по 31.05.2017 г. Оставшаяся часть имущества была реализована с торгов, в порядке, установленном Федеральным законом о банкротстве. 

Из доводов апелляционной жалобы следует, что решение суда логически противоречиво, с учетом исковых требований. 

По мнению апеллянта суд немотивированно отказал заявителям во взыскании убытков с конкурсных управляющих за неподачу исков о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности за вывод денежных средств, полученных от реализации ТМЦ, суд должен был как минимум на 27 млн. удовлетворять иск, так как ни имущества, ни денежных средств на данную сумму конкурсными управляющими не обнаружены и исков о взыскании убытков либо с Ответчиков за утрату ТМЦ во время удержания, либо с КДЛ за фальсификацию отчётностей или распродажу ТМЦ и вывод денежных средств подано не было, и срок исковой давности пропущен. 

Также апеллянт указывал, что суд немотивированно проигнорировал доказательства наличия ТМЦ на взыскиваемую сумму и утрату их по вине группы ответчиков. При этом суд неправильно распределил бремя доказывания при недобросовестном сокрытии ответчиками, имеющихся только у них доказательств, судом проигнорирована совокупность доказательств, свидетельствующих о том, что ТМЦ были утрачены по вине группы ответчиков. 

Указанные доводы апеллянта противоречат фактическим обстоятельствам дела, кроме того, судом применен в отношении апеллянта правовой принцип эстоппель, а также установлена недобросовестность апеллянта (ст. 10 ГК стр. 9 оспариваемого определения). 

Как указано ранее, судами установлено, что в силу п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации, утвержденных приказом Минфина от 13.06.1995 № 49, инвентаризация основных средств может проводиться раз в три года и в 2016 году и ранее Должником не осуществлялась. Также ФИО5 указал, что Должник в принципе не составлял инвентаризационную опись ТМЦ за 2016 г. и ранее по форме № ИНВ-3, т.к. форма описей и актов инвентаризации в силу закона определяется хозяйствующим субъектом самостоятельно (п. 3 ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»). 

Вместо описи по форме № ИНВ-3 был составлен акт от 28.12.2016. Данный акт выполнен в рамках осуществления АО «Кросна-Банк» (залогодержатель ТМЦ Должника) проверки фактического наличия и размеров активов Должника и подписан директором Должника и сотрудником АО «Кросна-Банк». 

Учитывая, что бухгалтерская отчетность Должника за 2016 год, составленная Заявителем - бывшим генеральным директором Должника ФИО5 противоречит подписанному им же Акту осмотра товарно-материальных ценностей от 28.12.2016 года, в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами активного ведении хозяйственной деятельности Должником в период с октября 2016 года по май 2017 года, включая реализацию товарно-материальных ценностей на сумму 17 307 020, 60 коп., суд обоснованно пришел к выводу о недоказанности заявителями ни фактического наличия имущества на сумму 45 803 000,00 руб., ни наличия вины ответчиков в утере данного имущества. 

В материалы дела представлены доказательства законного выбытия части данного имущества, в результате хозяйственной деятельности Должника, а также утраты части данного имущества в период, когда генеральным руководителем Должника был ФИО2 в результате преступления неустановленных лиц (кражи). 

В результате применения к ФИО5 парового принципа эстоппель, суд установил, что Заявитель ведет себя противоречиво и не последовательно. 

Вышеуказанные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что заявленные доводы апеллянта являются незаконными и не обоснованными. 

Как указано ранее, из Абз. 9-10 стр. 13 Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 следует, что как неоднократно заявлял бывший генеральный директор ФИО5 в судебных заседаниях, в нарушение действующего законодательства им не проводилась инвентаризация имущества Должника. Таким образом, отсутствовали данные бухгалтерского учета в части ТМЦ, следовательно, составить сличительные ведомости было не с чем. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17 указанное выше постановление Девятого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения, кассационная жалоба заявителя, без удовлетворения. 

Таким образом, факт непроведении ФИО5 инвентаризации имущества Должника установлен судами трех инстанций и является преюдициальным по отношению к настоящему спору. 

Довод апеллянта о том, что ФИО5 не являлся стороной спора 9 ААС, не участвовал в данном споре и не сообщал соответствующих сведений является не состоятельным. 

ФИО5 является процессуальной стороной по обособленному спору, его представитель участвовал во всех судебных заседания суда первой инстанции, а также в судебных заседаниях суда кассационной инстанции. 

Из доводов апелляционной жалобы следует, что Суд незаконно отказал в убытках по эпизоду с ДЗ, проигнорировав факт сокрытия КУ истребованных у них документов, а также ранее сделанное признание ответчиками реальности данных бух. учета Должник. 

Согласно данным, указанном в бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2016 г. размер дебиторской задолженности составлял 14, 388 000 руб. На дату открытия конкурсного производства дебиторская задолженность в конкурсную массу включена не была, деньги в конкурсную массу не поступали. 

По смыслу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязанность конкурсного управляющего предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, о определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы. 

В соответствии Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49 «Об утверждении методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств» (пункт 3.44) при проведении инвентаризации расчетов с дебиторами проверяется обоснованность числящейся дебиторской задолженности подтверждающим дебиторскую задолженность документам. Отсутствие документов, подтверждающих право требование к дебиторам, лишает взыскателя обоснованного предъявления судебного иска. 

Таким образом, для включения в конкурсную массу Должника дебиторской задолженности и последующее взыскание возможно только при наличии первичных документов, подтверждающих право требование к дебиторам. 

Необходимо отметить, что в переданных конкурсным управляющим документах отсутствуют документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, кроме того, отсутствует перечень дебиторов и кредиторов Должника. 

По данным бухгалтерского учета должника на 31.12.2016 года в части имеющейся у него дебиторской задолженности невозможно определить ни конкретного круга лиц, являющегося дебиторами Должника, ни размер дебиторской задолженности каждого дебитора. Вследствие чего невозможно установить и реальность указанной дебиторской задолженности. 

Таким образом в конкурсную массу Должника была включена только дебиторская задолженность, подтвержденная документально, а именно на сумму 319 462,66 руб. Также предприняты все необходимы мероприятия, направленные на ее взыскание. 

Необходимо отметить, что на всем протяжении конкурсного производства (более 4 лет) ни кредитор ООО «МЕГА-АРСЕНАЛ», ни ФИО5 имея возможность ознакомиться с материалами банкротного дела, а также участия в собрании кредиторов не сообщали ни первому конкурсному управляющему, ни нынешнему никаких сведений о наличии иной дебиторской задолженности, не указанной в инвентаризационной описи, размещенной в открытом доступе на сайте ЕФРСБ. 

Также Заявители не оспаривали результаты инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим ФИО8 

Дебиторская задолженность является специфическим активом, на ликвидность которого влияет возможность реального взыскания денежных средств с контрагента. 

Само по себе наличие дебиторской задолженности не свидетельствует о ее реальности к взысканию. Из представленных в дело документов не представляется возможным достоверно установить, что дебиторская задолженность, о которой заявлено ФИО2, была бы взыскана. 

Таким образом, не доказан факт убытков, размер убытков, наличие вины, причинно-следственная связь между понесенными убытками и поведением ответчиков. 

Вместе с тем, при взыскании убытков необходимо учитывать разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определениях от 26.10.2017 № 305-ЭС17- 8225, от 20.12.2017 № 305-ЭС17-18500(2), где указано, что размер убытков, взыскиваемых с конкурсного управляющего должником, не может превышать размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и подлежит установлению исходя из действительной перспективы взыскания денежных средств, существовавшей на момент совершения бездействия. 

В данном случае Апеллянт не представили доказательств возможного взыскания денежных средств с каких-либо Дебиторов Должника в соответствующие периоды времени. 

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства передачи кому-либо из конкурсных управляющих бухгалтерской документации в объеме, превышающим заявленный конкурсным управляющим ФИО3 Указанные обстоятельства установлены в Абз. 5 стр. 19 Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17, а также подтверждены Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № № А40-143460/17 

Также в материалы дела не представлено прямых и ясно свидетельствующих доказательств о передаче ФИО5 документов, свидетельствующих о наличии дебиторской задолженности, более той с которой велась работа. 

Также ссылка Заявителей на отсутствие возможности произвести расчет убытков в связи с отсутствием у них первичной документации должника не создает исключения из установленных законом правил, поскольку сложность доказывания убытков и их размера не должна снижать уровень правовой защищенности участников гражданских правоотношений 

Таким образом, в нарушении ст. 65 АПК РФ апеллянтом не доказан факт причинения убытков невзысканием дебиторской задолженности, размер убытков, наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и поведением арбитражных управляющих, а также их вина. 

Вышеприведенные обстоятельства являлись предметом исследования по другому обособленному спору в рамках дела о банкротстве Должника и нашли свое отражения в Определении Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 04.08.2022 года, которым отказано во взыскании убытков и признании действий конкурсных управляющих ненадлежащими по заявлению ООО «ГФ Антей» (правопреемника ООО «Мега-Арсенал»), мотивированного схожими обстоятельствами. 

Указанное также подтверждено в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17. 

Все выводы, сделанные судом первой инстанции, являются законными и обоснованными, кроме того, большая часть доводов апеллянта, изложенная в п. 2.7 апелляционной жалобы уже были предметом рассмотрения судов трех инстанций в рамках обособленного спора по заявлению кредитора ООО «ГФ Антей». Суды не нашли оснований для их удовлетворения, что подтверждается Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 г. по делу № А40-143460/17 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2023 г. по делу № А40-143460/17.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.04.2023 по делу № А40- 143460/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                               В.В. Лапшина 

                                                                                                           О.И. Шведко 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.