АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5103/20 

Екатеринбург

04 апреля 2023 г.

 

Дело № А60-71615/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А., 

судей Калугина В.Ю., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Золотая Долина» (далее – общество «Золотая Долина», должник) ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Золото Шишима» (далее – общество «Золото Шишима») на определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2022 по делу № А60-71615/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2023 по тому же делу.      

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

         В судебном заседании принял участие генеральный директор общества «Золото Шишима» ФИО2 лично (паспорт, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц), представитель ФИО3 (доверенность от 03.08.2022);

        представитель конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО4 (доверенность от 20.07.2022). 

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.07.2019 общество «Золотая Долина» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5.

От и.о. конкурсного управляющего ФИО5 в суд поступило заявление (с учетом принятых судом ходатайств об уточнении требований) о признании недействительными сделками: действия должника по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии СВЕ № 14998 БЭ, выданной 28.08.2010, на общество «Золото Шишима», договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1, заключенных между обществом «Золотая Долина» и обществом «Золото Шишима»; договора купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Солнечная Долина» (далее – общество «Солнечная Долина») и Производственный кооператив - Артель старателей «Невьянский прииск», применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчиков действительной стоимости имущества - 437 154 339 руб.

К участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Производственный кооператив - Артель старателей «Невьянский прииск», Департамент по недропользованию по Уральскому округу по Свердловской области, общество с ограниченной ответственностью «Артель старателей «Золотая Долина».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2023, в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего отказано в полном объеме.

         В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит определение суда от 26.10.2022 и постановление суда от 13.01.2023 отменить, требования управляющего удовлетворить в части: признать договор № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 между должником и обществом «Золото Шишима» недействительной сделкой; договор № 1 безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 между должником и обществом «Золото Шишима» недействительной сделкой; в порядке применения последствий недействительности сделки взыскать с общества «Золото Шишима» в пользу общества «Золотая Долина» действительную стоимость имущества в сумме 26 160 000 руб., ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное определение судами обстоятельств дела в части условий сделки, опровергая вывод судов о заключении сделки по передаче лицензии по справедливой цене – 14 621 609 руб. тем, что в заключении эксперта от 16.04.2021 № О/21-01-05 стоимость лицензии определена а размере 15 080 000 руб., стоимость имущественного комплекса – 26 160 000 руб., то есть должником было передано имущества на сумму 41 240 000 руб., а встречное исполнение представлено в размере 14 621 609 руб., цена имущественного комплекса была занижена более чем в три раза. Кассатор отмечает, что согласие общества «Золотая Долина» на передачу лицензии в виде заявки недропользователя № 21 было выдано 25.03.2016, то есть до безвозмездной передачи имущественного комплекса по договорам от 04.04.2016 и 14.12.2016, а передача имущественного комплекса состоялась позже действий должника и не являлась частью юридического состава, необходимого для переоформления лицензии; передача лицензии и передача имущественного комплекса необходимо считать отдельными сделками. Податель жалобы указывает на то, что имущественный комплекс стоимостью 26 160 000 руб. был передан от общества «Золотая Долина» на общество «Золото Шишима» безвозмездно, что явно выходит за пределы диспозиции статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и должны оцениваться как ничтожные мнимые сделки по статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Конкурсный управляющий считает, что суд первой инстанции незаконно применил срок исковой давности к требованиям управляющего о признании договоров № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 и № 1/1 безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 недействительными (ничтожными) сделками.

 В кассационной жалобе общество «Золото Шишима» просит исключить из текста постановления суда от 13.01.2023 вывод о сроках исчисления исковой давности, отмечая, что поскольку исполнение сделки началось 25.03.2016, то срок исковой давности по требованию о признании ничтожной заявки должника от 25.03.2016 № 21 на переоформление лицензии СВЕ № 14998 БЭ истек 25.03.2019; поскольку исполнение сделки началось 04.04.2016, то срок исковой давности по требованию о признании договора безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1 истек 04.04.2019, следовательно, срок исковой давности для признания сделки недействительной и применении последствий ее недействительности истек 04.04.2019; поскольку исполнение сделки началось 04.04.2016, то срок исковой давности по требованию о признании договора безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 № 1/1 истек 27.04.2019, следовательно, срок исковой давности для признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности истек 14.12.2019. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсного управляющего, общество «Золото Шишима» просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать. 

          Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Золото Шишима» создано 03.03.2016, учредителями общества являлись общество «Золотая Долина» и Производственный кооператив - Артель старателей «Невьянский прииск» с долей участия в уставном капитале по 50 % у каждого.         В счет оплаты уставного капитала обществом «Золотая Долина» было передано обществу «Золото Шишима» движимое и недвижимое имущество по акту от 04.04.2016.

 С общества «Золотая Долина» на общество «Золото Шишима» была переоформлена лицензия на добычу золота СБЕ № 14998 БЭ, выданная 28.08.2010; переоформление лицензии было оформлено с согласием недропользователя общества «Золотая Долина» от 25.03.2016.

Между обществами «Золотая Долина» и «Золото Шишима» 04.04.2016  подписан и исполнен договор № 1; 14.12.2016 между данными лицами заключен договор № 1/1 о безвозмездной передаче имущества.

В дальнейшем, 05.07.2016 общество «Золотая Долина» подало заявление о выходе из состава участников общества «Золото Шишима».

Определением арбитражного суда от 19.12.2018 принято к производству заявление общества «Артель старателей «Золотая Долина» о признании общества «Золотая Долина» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 05.07.2019 общество «Золотая Долина» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5

Ссылаясь на то, что действия общества «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя от 25.03.2016 на переоформление лицензии являются недействительной подозрительной и мнимой сделкой, направленной на вывод активов должника в пользу общества «Золото Шишима», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170 ражданского кодекса Российской Федерации просит признать подозрительной и ничтожной мнимой сделкой действия общества «Золотая Долина» по выдаче согласия недропользователя заявки от 25.03.2016 № 21 на переоформление лицензии СВЕ № Н998 БЭ; подозрительной и ничтожной мнимой сделкой договоры безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1; притворной сделкой договор купли-продажи драги от 01.12.2015 № 10.

Суд первой инстанции, изучив представленные сторонами документы и пояснения, не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего, исходя из того, что фактически между обществом «Золотая Долина» и ПК Артель старателей «Невьянский прииск» была заключена единая сделка по приобретению бизнеса (золотодобыче) - договор от 25.11.2015 (судом допущена опечатка в дате договора - 26.11.2015), отметив, что цель сделки заключалась в исполнении ПК Артель старателей «Невьянский прииск» обязательств должника перед кредиторами в целях прекращения процедуры банкротства по делу № А60-26208/2015, переоформлении обществом «Золотая Долина» лицензии на новое общество – «Золото Шишима», передаче имущества обществом «Золотая Долина» новому обществу: продаже ПК Артель старателей «Невьянский прииск» доли в новом обществе.

При этом, суд первой инстанции посчитал, что поскольку ФИО5 был утвержден в качестве исполняющего обязанности конкурсного управляющего 04.07.2019, то срок исковой давности необходимо исчислять с указанной даты, соответственно срок исковой давности о признании недействительными вышеуказанных договоров на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом статей 92, 193 Гражданского кодекса РФ истек 06.07.2020, требование об оспаривании договоров заявлено управляющим 10.07.2020, то есть за пределами установленного срока исковой давности. 

Кроме того, суд отметил, с учетом того, что требование о признании сделки недействительной заявлено конкурсным управляющим должника от имени юридического лица, срок исковой давности исчисляется со дня, когда единоличный исполнительный орган (руководитель) должника узнал или должен был узнать о нарушении права юридического лица. В рассматриваемом случае о нарушении права юридического лица и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, руководитель должника должен был узнать в момент начала исполнения сделки. Таким образом, ФИО5 получил копию договора № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 не позднее 03.07.2019, значит срок исковой давности должен был истечь 03.07.2020, управляющий обратился с уточненным заявлением только 10.07.2020. Оспариваемые сделки по настоящему делу являются частями сделки по приобретению бизнеса (золотодобыче), следовательно, срок исковой давности подлежит исчислению с момента начала ее исполнения. Исполнение договора от 25.11.2015 началось 30.11.2015 (платежное поручение от 30.11.2015 № 2178 по договору уступки права требования с обществом «Компания «Уралпромсервис» от 30.11.2015), следовательно, срок исковой давности истек 30.11.2018. Исполнение заявки на переоформление – совершение оспариваемого действия (исполнение спорной сделки) началось в 25.03.2016 (дата дачи согласия). Из материалов дела следует, что исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1 состоялось 04.04.2016, о чем свидетельствует акт приема-передачи имущества. Исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 № 1/1 состоялось 14.12.2016, о чем свидетельствует акт приема-передачи имущества. Следовательно, срок исковой давности конкурсным управляющим пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, указав на ошибочность суждения суда о том, что поскольку оспариваемые сделки по настоящему делу являются частями сделки по приобретению бизнеса (золотодобыче), срок исковой давности подлежит исчислению с момента начала ее исполнения, оставил определение суда первой инстанции без изменения, отметив, что ошибочный вывод суда не привел к принятию неправильного решения.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.  

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст. 61.8 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае судами установлено, что правоотношения, возникающие в области использования и охраны недр в Российской Федерации, регламентируются Законом РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее - Закон о недрах) и принимаемыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Так основания и порядок возникновения права пользования участками недр перечислены в статье 10.1 Закона о недрах. В данном споре применению подлежит пункт 4 статьи 10.1 Закона о недрах, согласно которому право пользования участком недр возникает у лица, признанного победителем конкурса (аукциона), на основании решения конкурсной или аукционной комиссии о предоставлении права пользования участком недр для разведки и добычи полезных ископаемых.

Правовой механизм закрепления права пользования участком недр за лицом, у которого такое право возникло (по аналогии с государственной регистрацией права собственности и иных вещных прав на объекты недвижимости) содержится в статье 11 Закона о недрах.

Судами установлено, что предметом сделки выступает не сама лицензия, а удостоверяемое ей право пользования участком недр. Лицензия по смыслу статьи 142 Гражданского кодекса Российской Федерации не является ценной бумагой и не может выступать в гражданском обороте в качестве самостоятельного объекта гражданских прав.

Условия перехода права пользования участками недр предусмотрены статьей 17.1 Закона о недрах.

Судами верно указано на то, что к настоящему спору подлежит применению абзац 6 статьи 17.1 Закона недрах, согласно которому право пользования участками недр переходит к другому субъекту предпринимательской деятельности в случае, если юридическое лицо - пользователь недр выступает учредителем нового юридического лица, созданного для продолжения деятельности на предоставленном участке недр в соответствии с лицензией на пользование участком недр, при условии, если новое юридическое лицо образовано в соответствии с законодательством Российской Федерации и ему передано имущество, необходимое для осуществления деятельности, указанной в лицензии на пользование участком недр, в том числе из состава имущества объектов обустройства в границах лицензионного участка, а также имеются необходимые разрешения (лицензии) на осуществление видов деятельности, связанных с недропользованием, и доля прежнего юридического лица - пользователя недр в уставном капитале нового юридического лица на момент перехода права пользования участком недр составляет не менее половины уставного капитала нового юридического лица.

Поскольку перешедшее к новому пользователю участка недр право также нуждается в закреплении за ним, аналогично тому, как ранее данное право было закреплено за предшествующим пользователем недр, то в части 2 статьи 17.1 Закона о недрах предусмотрено, что переход права пользования участком недр является основанием для переоформления лицензии на нового пользователя. В данной норме прямо указано, что при переоформлении лицензии условия пользования участком недр, установленные прежней лицензией, пересмотру не подлежат.

Процедура переоформления лицензии на пользование недрами предусмотрена пунктами 61 - 93 Административного регламента Федерального агентства по недропользованию, утвержденным Приказом Минприроды России от 29.09.2009 № 315 (далее - Административный регламент). 

Административный регламент устанавливает порядок осуществления уполномоченным органом правоудостоверяющих действий, в частности, переоформления лицензии на нового пользователя недр. Административный регламент не регулирует основания и порядок самого перехода права пользования участком недр, и, следовательно, основания возникновения у нового пользователя недр права требовать переоформления лицензии. В связи с этим, отказ в переоформлении лицензии ввиду не предоставления необходимых документом не отменяет состоявшегося перехода права пользования участком недр к новому лицу. Из положений Административного регламента также не следует, что отказ в переоформлении лицензии препятствует в повторном обращении к уполномоченному органу после устранения всех замечаний.

Таким образом, согласие владельца лицензии на ее переоформление является одним из документов, подлежащих представлению в уполномоченный орган для переоформления лицензии. Предоставление согласия направлено на исполнение установленной Административным регламентом процедуры оформления произошедшего перехода права пользования участком недр к новому пользователю (осуществления правоудостоверяющей деятельности).

Понятие сделки определено в статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Руководствуясь вышеизложенными нормами првав, суды пришли к выводу о том, что действия по переоформлению лицензии в соответствии с согласием недропользователя не являются самостоятельной сделкой, а являются исполнением обязательства по договору от 26.11.2015 (единая сделка по приобретению бизнеса) и не могут быть оспорены в качестве сделки, они подлежат оценке в совокупности с исполнением иных обязательств по договору от 26.11.2015; свое волеизъявление на передачу права пользования недрами, и, следовательно, на будущее переоформление лицензии должник выразил в момент совершения действий, направленных на возникновение предусмотренных абзацем 6 статьи 17.1 Закона о недрах юридических фактов (учреждение общества «Золото Шишима», передача ему имущественного комплекса).

Судами верно отмечено, что переоформление лицензии на новую организацию - общество «Золото Шишима», не привело к утрате должником возможности получать выгоду и распоряжаться лицензией, так как она была передана подконтрольному должнику лицу, что свидетельствует о том, что от совершения действий, направленных на передачу лицензии, не произошло уменьшение активов должника (произошло замещение активов с лицензии на долю в новом обществе).

Проанализировав последовательность совершения действий должником и ПК Артель старателей «Невьянский прииск» во исполнение договора от 26.11.2015,  с учетом норм действующего законодательства, суды констатировали, что в данном случае оспариваемые сделки были направлены на получение ПК - Артель старателей «Невьянский прииск» права пользования участком недр через свое дочернее предприятие общество «Золото Шишима» путем совершения последовательных действий по исполнению условий договора от 26.11.2015, право пользования участком недр, принадлежавшее должнику, было преобразовано в 50 % долю в уставном капитале общества «Золото Шишима», которая затем перешла к Артели, то есть действия должника и Артели являются не передачей лицензии, а передачей удостоверенного данной лицензией права пользования участком недр на месторождении р. Черный Шишим.

Судами установлено, что сложный характер заключенной между должником и Артелью сделки связан исключительно со спецификой правового регулирования отношений по использованию недр; на момент заключения договора 26.11.2015 (перевод бизнеса) должник находился в процедуре наблюдения, в связи с чем, в силу статьи 64 Закона о банкротстве осуществление любых форм реорганизации юридического лица, в том числе в форме разделения либо выделения, было недопустимо, следовательно, оформить передачу права пользования иным способом, отличным от избранного должником и Артелью, было невозможно.

В связи с этим, поскольку Артель не могла приобрести право пользования участком недр у должника напрямую, стороны договорились, что оплата перешедшего обществу «Золото Шишима» права пользования участком недр будет осуществлена путем выкупа Артелью у должника 50 % процентной доли в уставном капитале общества «Золото Шишима» по цене 1 462 1609 руб. Далее, при осуществлении действий по принятию имущественного комплекса от должника и переоформлению лицензии ответчик общество «Золото Шишима» действовало по указанию (волеизъявлению) своих учредителей.

Помимо этого, обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывал на то, что целью совершения оспариваемой сделки является причинение вреда кредиторам, поскольку на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, а общество «Золото Шишима» было осведомлено о неплатежеспособности должника, сделка совершена в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала о цели причинения вреда, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судами установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 19.12.2018, сделка по приобретению бизнеса оформлена договором от 26.11.2015, то есть в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; с учетом обстоятельств, установленных судебными актами по делу № А60-1284/2018, суды признали доводы управляющего о том, что признаки неплатежеспособности у общества «Золотая Долина» возникли с 15.04.2015 несостоятельными; отметив, что доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности до указанной даты конкурсный управляющий не приводит; по результатам анализа требований кредиторов, включенных в реестр, судами установлено, что самые ранние неисполненные должником обязательства возникли в период с июня по ноябрь 2018 года, спорные сделки состоялись до этого периода либо до начала формирования задолженности, что не указывает на неплатежеспособность должника на момент их совершения; задолженность перед Артелью старателей «Невьянский прииск» возникла в 2016 году. Вместе с тем, в рамках дела № А60-26208/2015 сторонами заключено мировое соглашение, и в период с 28.11.2016 по 01.03.2019 за исполнением мирового соглашения никто не обращался. Доказательств, свидетельствующих о том, что заинтересованные лица знали о фактах причинения вреда кредиторам должника при совершении спорных сделок, материалы дела не содержат.

Судами установлено, что в результате исполнения договора от 26.11.2015 обязательства кредиторов общества «Золотая Долина», существовавшие на тот момент, были исполнены за счет средств Артели, производство по делу о банкротстве № А60-26208/2015 прекращено, общество «Золотая Долина» продолжило хозяйственную деятельность.

Судами также установлено, что предоставление встречного исполнения Артелью «Невьянский прииск» должнику на сумму 14 621 609 руб. подтверждается также судебными актами (определением от 22.01.2016 по делу № А60-26208/2015, решением от 11.03.2019 по делу № А60-66632 2018, определением от 22.07.2019 по делу № А60-71615/2018), в связи с чем оснований полагать, что спорные платежи совершены в отсутствие встречного предоставления, в результате их совершения уменьшились активы должника и соответственно причинен вред кредиторам последнего, не имеется.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды заключили, что исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что факты заключения спорного договора материалами дела и его исполнение подтверждены, что исключает возможность квалификации спорных сделок применительно к положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статье 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход, оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае, судами установлено, что конкурсным управляющим не представлены доказательства, подтверждающие, что на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненное обязательство перед кредитором, впоследствии включенное в реестр требований кредиторов в рамках дела о банкротстве № А60-71516/2018, либо у должника были основания предполагать, что какое-либо из обязательств перед кредитором будет им просрочено, в связи с чем, в ближайшей перспективе возникнет риск обращения взыскания на имущество должника; помимо этого, исходя из обстоятельств рассматриваемого спора действия общества «Золото Шишима» по переоформлению лицензии не могут свидетельствовать о наличии у последнего умысла на причинении вреда кредиторам, поскольку материалами дела подтверждается, что первоначальной целью учреждения общества «Золото Шишима» является продолжение деятельности должника на указанном месторождении и передача ему права пользования участком недр ответчику - одним из условий учреждения общества «Золото Шишима»; переоформляя право пользования участком недр, общество «Золото Шишима» действовало по указанию своих учредителей и не преследовало иных целей, нежели документально оформить состоявшийся переход права; при совершении оспариваемых действий должник и ответчик не преследовали противоправных целей.

Суды нижестоящих инстанций не усмотрели оснований полагать, что оспариваемые действия являются мнимыми, исходя из того, что в данном случае действия должника и ПК - Артель старателей «Невьянский прииск» были совершены для исполнения договора от 26.11.2015 в рамках действующего законодательства, право пользования участком недр перешло к обществу «Золото Шишима» с дальнейшим переоформлением лицензии, должник вышел из состава участников общества «Золото Шишима»; доказательств сохранения фактического контроля над последним, а также осуществления должником добычи драгоценных металлов на месторождении р. Черный Шишим после переоформления лицензии на ответчика, конкурсным управляющим не представлено.

Приняв во внимание доводы и возражения сторон относительно оспариваемой сделки между ПК - Артель старателей «Невьянский прииск» и обществом «Солнечная Долина» по купле-продаже драги, установив, что собственником драги на момент ее отчуждения ПК Артель старателей «Невьянский прииск» являлся не должник; сделки по переходу прав на драгу от должника к ФИО6, а затем к обществу «Солнечная Долина» конкурсным управляющим не оспариваются, оснований полагать, что спорная сделка по продаже драги совершена за счет должника, не имеется; при этом, вырученные от продажи драги денежные средства общество «Солнечная Долина» использовало по своему усмотрению, суды нижестоящих инстанций не усмотрели оснований считать сделку мнимой. 

Кроме того, судами отмечено отсутствие каких-либо негативных последствий для должника оспариваемыми сделками, поскольку после их совершения должником была продолжена прибыльная хозяйственная деятельность.

В рамках рассмотрения спора судами первой и апелляционной инстанций было рассмотрено заявление общества «Золото Шишима» о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на обращение с заявлением о признании договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1 оспоримыми, мнимыми сделками.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 указано, что заявление об оспаривании сделки на основании статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществляющих по ним операциям и т.п.

В данном случае, исследовав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные ими документы, суд апелляционной инстанций установил, что конкурсному управляющему о договоре № 1 безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 и основаниях для его оспаривания стало известно не позднее 03.07.2019, с указанной даты и подлежит исчислению срок исковой давности, уточненное заявление, содержащее требование о признании недействительными договоров безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1, от 14.12.2016 № 1/1, представлено в суд 10.07.2019, в связи с чем годичный срок исковой давности исковой давности по требованию об оспаривании сделок по специальному основанию на момент подачи данного уточненного заявления действительно истек, однако, трехлетний срок на заявление о ничтожности сделок (их мнимости) управляющим не пропущен. 

Судом апелляционной инстанции отмечено, что в определении содержится суждение о том, что поскольку оспариваемые сделки по настоящему делу являются частями сделки по приобретению бизнеса (золотодобыче), срок исковой давности подлежит исчислению с момента начала ее исполнения.

Из материалов дела следует, что исполнение договора от 25.11.2015 началось 30.11.2015 (платежное поручение от 30.11.2015 № 2178 по договору уступки права требования с обществом «Компания "Уралпромсервис» от 30.11.2015), следовательно, срок исковой давности истек 30.11.2018; исполнение заявки на переоформление - совершение оспариваемого действия (исполнение спорной сделки) началось в 25.03.2016 (дата дачи согласия).

Из материалов дела следует, что исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 04.04.2016 № 1 состоялось 04.04.2016, о чем свидетельствует акт приема-передачи имущества; исполнение договора безвозмездной передачи имущества от 14.12.2016 № 1/1 состоялось 14.12.2016, о чем свидетельствует акт приема-передачи имущества.

Однако, как верно указано судом апелляционной инстанции, истечение трехлетнего срока с момента начала исполнения сделки в рассматриваемом случае значения не имеет, поскольку руководитель должника, как лицо совершившее от имени должника оспариваемую сделку, не было заинтересовано в ее оспаривании; конкурсный управляющий является первым независимым, незаинтересованным лицом, право на оспаривание сделок у которого в силу закона возникает не ранее введения конкурсного производства, следовательно, в настоящем случае, срок исковой давности подлежит исчислению исходя из даты его осведомленности о сделке.

  По результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела, оценки приведенных участвующими в деле лицами при рассмотрении спора доводов, пояснений и возражений суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций, надлежащим образом и в полном объеме исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и возражения и представленные в материалы дела доказательства, верно и в полной мере установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дали им надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к верным, соответствующим установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводам об отсутствии правовых и фактических оснований для удовлетворения заявленных требований.

 Учитывая, что выводы судов являются правильными, соответствующими материалам дела и положениям действующего законодательства, а нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения постановленных ими судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не выявлено, следует признать, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационных жалобах доводам не подлежат.         

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2022 по делу № А60-71615/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Золотая Долина» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Золото Шишима» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       К.А. Савицкая 

 

Судьи                                                                                    В.Ю. Калугин 

 

                                                                                              С.Н. Соловцов