ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-639/2024

г. Челябинск

16 февраля 2024 года

Дело № А76-7755/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е., 

судей Лучихиной У.Ю., Напольской Н.Е., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2023 по делу № А76-7755/2023.

 

В судебном заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 14.11.2022 сроком действия три года, паспорт, диплом),

Федерального казенного учреждения «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения Главного Управления МВД России по Челябинской области» - ФИО4 (доверенность № 1 от 01.01.2024 до 31.12.2024, удостоверение № 080006, диплом).

 

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, предприниматель, ИП ФИО2, податель апелляционной жалобы), 15.03.2023 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения Главного Управления МВД России по Челябинской области» (далее – ответчик, Учреждение, ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области»), в котором просит взыскать задолженность по контракту от 18.08.2020 № 387 в размере 229 680 руб. и убытки в размере 458 688 руб. 96, всего 688 368 руб. 96 коп. (т. 1, л.д. 3-7).

В процессе рассмотрения дела предпринимателем представлено уточненное исковое заявление, в котором просил признать незаконным решение от 03.04.2023 № 31/1071 об одностороннем отказе от исполнения контракта от 18.08.2020 № 387; взыскать задолженность по контракту от 18.08.2020 № 387 в размере 229 680 руб. и убытки в размере 458 375 руб., всего 688 055 руб. (т. 2, л.д. 95-101).

Протокольным определением от 13.06.2023 суд первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял уточнения предпринимателя в части требований о взыскании задолженности по контракту от 18.08.2020 № 387 в размере 229 680 руб. и убытки в размере 458 375 руб.

Уточнения истца в части требований о признании незаконным решения от 03.04.2023 № 31/1071 об одностороннем отказе от исполнения контракта от 18.08.2020 № 387 судом первой инстанции не приняты, поскольку такие требования являются самостоятельным требованием, ранее не заявленным, в связи с чем, не подлежат принятию (т. 2, л.д. 153).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2023 по делу № А76-7755/2023 в удовлетворении исковых требований предпринимателю отказано.

ИП ФИО2 с вынесенным судебным актом не согласился, обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец указывает, что при принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции не принял во внимание условия Контракта, которые регулируют порядок и сроки приемки выполненной работы, не разобрался в споре по существу.

Как указывает податель апелляционной жалобы, по условиям контракта Государственный заказчик обязан: для проверки предоставленных Исполнителем результатов, предусмотренных контрактом, в части их соответствия условиям контракта провести экспертизу; своевременно сообщать в письменной форме Исполнителю о недостатках, обнаруженных в ходе оказания услуг или при приемке оказанных услуг.

По мнению подателя апелляционной жалобы, штраф в размере 5 % от стоимости контракта мог быть наложен не за то, что истец допустил недостатки при исполнении контракта, а в случае неустранения недостатков в установленный срок по вине истца.

Ответчик полагает, что в настоящем случае не установлена совокупность обстоятельств, имеющих значение для дела (1)обоснованность/необоснованность требования об уплате штрафа по банковской гарантии, а именно: наличие конкретных недостатков, допущенных при исполнении контракта, со ссылкой на нарушенные пункты контракта; неустранение этих недостатков в установленный срок по вине истца; 2) достоверность/недостоверность представленных ответчиком банку документов для оплаты штрафа по банковской гарантии, поскольку не представлены претензии ответчика об устранении недостатков в установленный срок, своевременно врученные истцу пункты 2.2.2, 4.5, 4.10 Контракта; акты приемки, подтверждающие, что недостатки в установленный срок не исправлены по вине истца - пункт 6.11 Контракта; письменные заявки ответчика на выполнение работ, подлинники которых переданы истцу - пункт 8.8. Контракта.

Также ответчик указывает, что в силу условий Технического задания № 1 очистка кровли от снега, наледи и льда производится по мере необходимости и/или требованию Заказчика, обязанность истца чистить все кровли всех объектов каждый день, не установлена.

Как указывает податель апелляционной жалобы, акты ответчика, которыми суд обосновал свое решение, являются ненадлежащими, недопустимыми, потому что составлены ответчиком с нарушением закона и условий Контракта, являются надуманными ответчиком, недостоверными.

Так, акты от 17.01.2022г. (за декабрь 2021г.), от 03.02.2022г. (за январь 2022г.), от 03.03.2022г. (за февраль 2022г.), от 01.04.2022г. (за март 2022г.) составлены в нарушение пункта 4.3. Контракта, без представителя истца.

Эти акты недостоверны, поскольку не соответствуют Актам об оказании услуг для государственных нужд по Государственному контракту № 387 от 18.08.2020г. за декабрь 2021г., январь - март 2022г. (Т. 1 л.д. 124-125, 126-127, 133-134, 140-141), согласно которым прием оказанных услуг производился пообъектно, акты подписаны представителями ответчика, замечаний, претензий, возражений.

В силу изложенного истец указывает, что требование ответчика об уплате штрафа по банковской гарантии является необоснованным, а представленные ответчиком банку документы (акты и претензии) для оплаты штрафа по банковской гарантии - недостоверными.

Кроме того, Предпринимателем оспариваются выводы суда первой инстанции о неоднократном направлении учреждением предпринимателю заявок на электронную почту о необходимости приступить к оказанию услуг по уборке снега и чистки кровли, поскольку электронный адрес f2677319@yandex.ru контрактом не предусмотрен, менеджер, который отвечал за исполнение контракта, не отслеживал письма с данным E-mail, они оставались непрочитанными.

Также предпринимателем оспариваются выводы суда первой инстанции относительно отказа в уменьшении размера штрафа.

Так, в подтверждение своих доводов истец указывает, что суд первой инстанции не принял во внимание, что истец является слабой стороной, потому что он не мог повлиять на условия контракта при его заключении, поэтому ответчик обязан добросовестно действовать при исполнении контракта, строго в соответствии с законом и условиями контракта, чего ответчик не делал.

Истец исполнял контракт в форс-мажорных условиях пандемии (массовое заболевание населения COVID-19), в условиях высокой инфляции (контракт был заключен 18.08.2020г., инфляционные процессы в 2020 - 2022г. составляли от 4,39 % до 10,42 %).

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала, заявила ходатайство о приобщении к материалам дела платежного поручения № 560 от 29.12.2023.

Судебная коллегия принимая во внимание, что представление указанных документов возложено на подателя апелляционной жалобы определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024, полагает возможным заявленное ходатайство удовлетворить, платежное поручение № 560 от 29.12.2023 приобщить к материалам дела.

Представитель ответчика по доводам апелляционной жалобы возражала, заявила ходатайство о приобщении к материалам отзыва на апелляционную жалобу (вход. №4105) от 24.01.2024.

Судебная коллегия, руководствуясь положениями статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание мнение представителя истца, приобщила поступивший от ответчика отзыв на апелляционную жалобу (вход. №4105) от 24.01.2024 к материалам дела.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 18.08.2020 между учреждением  (Государственный заказчик) и предпринимателем (исполнитель) заключен государственный контракт № 387 на оказание услуг для государственных нужд ИКЗ: 201745324494674530100101670018129244 (т. 1 л.д. 14-21), по условиям которого государственных заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по оказанию услуг по уборке помещений, прилегающей территории и очистке кровель зданий объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск) для государственных нужд, указанных в перечне объектов недвижимости (приложение № 2 к контракту) (далее - услуги) в соответствии с техническим заданием (приложение № 1 к контракту). 

Срок оказания услуг с 01.12.2021 по 30.11.2022 включительно (пункт 1.2 контракта). 

Согласно пункту 1.3 контракта место оказания услуг: 

<

...> (включая территорию возле здания по ул. Потемкина); пер. Красноармейский, 2; Свердловский тракт, 8а; ул. 2-я Потребительская, 10; ул. Конноспортивная, 27; ул. 40 лет Октября, 34; ул. Овчинникова, 6; проспект Ленина, 67; проспект Ленина, 38; ул. 3-го Интернационала, 65; ул. Красного Урала, 18; ул. С.Кривой, 39; ул. Рождественского, 11; Миасс, берез озера «Большой Еланчик». 

В силу пункта 2.1.1 контракта государственных заказчик вправе требовать от исполнителя надлежащего оказания услуг по контракту, а также своевременного устранения выявленных недостатков. Государственный заказчик вправе создавать приемочную комиссию, которая состоит не менее чем из пяти человек по решению заказчика для приемки оказанных услуг, результата отдельного этапа исполнения контракта (пункт 2.1.8 контракта). 

В соответствии с пунктом 2.2.2 контракта государственный заказчик обязан своевременно сообщать в письменной форме исполнителю о недостатках, обнаруженных в ходе оказания услуг или при приемке оказанных услуг. 

Исполнитель обязуется оказать услуги надлежащего качества в соответствии с требованиями ГОСТ Р 51870-2014 «Услуги профессиональной уборки – клининговые услуги. Общие технические условия», действующим техническим заданием, документацией, государственными стандартами и техническими условиями на оказываемые услуги, условиями предусмотренными настоящим контрактом (п. 2.3.1 контракта). 

Согласно пункту 3.1 контракта общая сумма контракта составляет 9 167 500 руб., НДС не предусмотрен. Из расчета в месяц за период с 01.12.2021-31.12.2021 – 763 958 руб. 33 коп.; за период с 01.01.2022-30.11.2022 – 763 958 руб. 37 коп., НДС не предусмотрен.

Обеспечение контракта составляет 25% от начальной максимальной цены контракта на сумму 2 375 000 руб. (пункт 3.10 контракта). 

В силу пункта 3.11 контракта в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательств по контракту со стороны исполнителя, оплата Государственным заказчиком по государственному контракту будет осуществлена путем выплаты исполнителю суммы за оказанную услугу, уменьшенную на сумму неустойки (штрафов, пеней), предусмотренных разделом 6 (ответственность «сторон») настоящего государственного контракта. 

Сумма указанной неустойки (штрафов, пеней) перечисляется Государственным заказчиком в доход Федерального бюджета Российской Федерации. В случае, предусмотренном п. 3.11 контракта Государственный заказчик направляет исполнителю уведомление о размере неустойки (штрафов, пеней) подлежащей перечислению в Федеральный бюджет Российской Федерации (п. 3.12 контракта). 

В соответствии с пунктом 3.16 контракта в случае, если способом обеспечения исполнения контракта является банковская гарантия, Государственный заказчик имеет право на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более, чем пять рабочих дней не исполнено требование заказчика об уплате денежной суммы по банковской гарантии, направленное до окончания срока действия банковской гарантии. Исполнитель назначает менеджера, на каждый объект, с полномочиями на сдачу услуг и подписания актов оказанных услуг, а также для решения оперативных вопросов, возникающих в процессе обслуживания объекта Государственного заказчика (п. 4.2 контракта). 

Согласно пункту 4.3 контракта проверка качества оказанных услуг осуществляется Государственным заказчиком ежедневно, приемка оказанных услуг Государственным заказчиком осуществляется ежемесячно в конце отчетного месяца в течение 2 рабочих дней совместно с представителем исполнителя. Ежемесячно, не позднее 5 числа месяца, следующего за отчетным, исполнитель направляет государственному заказчику на подписание акты оказанных услуг, акты отгрузки расходных материалов за отчетный месяц в двух экземплярах (пункт 4.4 контракта). 

Государственный заказчик подписывает в течение 10 рабочих дней, либо направляет мотивированный отказ от подписания акта оказанных услуг с указанием срока устранения недостатков (пункт 4.5 контракта). 

В соответствии с пунктом 4.10 контракта в случае выявления некачественного оказания услуг Государственный заказчик составляет акт с указанием выявленных недостатков и с претензией направляет исполнителю. Исполнитель обязан в течение 2-х дней со дня получения претензии или акта безвозмездно устранить выявленные недостатки. В случае не устранения недостатков в установленный срок, Государственный заказчик начисляет исполнителю штраф согласно пункту 6.3 контракта. 

В пункте 6.3 контракта стороны согласовали, что за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, исполнитель обязан уплатить Государственному заказчику штраф в размере 458 375 руб., что составляет 5% цены контракта. 

В силу пункта 6.11 контракта сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны. 

Контракт вступает в силу с момента подписания и действует по 30.12.2022 (включительно) (пункт 8.1 контракта). 

Пунктом 8.8 контракта предусмотрено, что документооборот в рамках настоящего контракта осуществляется в письменной форме. Для оперативного уведомления допускается обмен документами посредством факсимильной, телефонной связи, электронной почты с обязательной досылкой (передачей) подлинного документа в течение 2 рабочих дней. При изменении у исполнителя номеров телефонов, факсов, электронной почты исполнитель должен уведомить об этом Государственного заказчика в течение 24 часов с момента изменения. В случае непредставления в установленный срок уведомления об изменении указанной информации, номерами телефонов, факсов, адресами электронной почты будет считаться сведения, указанные в контракте. 

В техническом задании (приложение № 1 к Государственному контракту) стороны согласовали срок оказания услуг, требования к персоналу, перечень оказываемых услуг (т. 1 л.д. 22-27). 

Приложение № 4 к Государственному контракту содержит требования к качеству, техническим характеристикам услуг и иные показатели, связанные с определением соответствия выполняемых услуг (т. 1 л.д. 32). 

Истцом в материалы дела представлены акты об оказании услуг, содержащие подписи представителей Государственного заказчика за период с декабря 2021 по ноябрь 2022 (т. 1 л.д. 120-187), графики вывоза снега (т. 1 л.д. 188-192), докладные ответственного лица об исполнении вывоза снега, о мониторинге состояния снегового покрытия и об исполнении очистки кровли от снега, наледи и льда (т. 1 л.д. 193-197, 203-207), а также график мониторинга состояния снегового покрытия (т. 1 л.д. 198-202). 

06.04.2022 ИП ФИО2 направлена претензия № 31/1169 о ненадлежащем исполнении государственного контракта с уведомлением о требовании уплаты штрафа за ненадлежащее исполнение исполнителем обязательств по банковской гарантии в размере 458 375 руб. (т. 1 л.д. 73-76). Учреждением подписаны акты частично с указанием на оказание услуг не в полном объеме (т. 1 л.д. 36-47). 

Платежными поручениями № 871987 от 28.01.2022 на сумму 754 014 руб. 33 коп., № 722667 от 22.02.2022 на сумму 669 654 руб. 37 коп., № 714233 от 21.03.2022 на сумму 750 558 руб. 37 коп., № 208171 от 27.04.2022 на сумму 651 926 руб. 37 коп., № 603623 от 13.05.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 618739 от 09.06.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 875259 от 14.07.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 222796 от 15.08.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 418060 от 08.09.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 710036 от 13.10.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 55260 от 16.11.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп., № 184009 от 06.12.2022 на сумму 763 958 руб. 37 коп. (т. 1 л.д. 48-59) исполнителю произведена оплата по Государственному контракту. 12.04.2022 Учреждение направило в банк требование об уплате денежной суммы по банковской гарантии № 991-4R1/348699 от 13.08.2020 (т. 1 л.д. 77-80). 

Письмом № 2355 от 18.04.2022 банк уведомил ИП ФИО2 об осуществлении платежа по банковской гарантии в размере 458 375 руб. (т. 1 л.д. 81). 

С целью возмещения гаранту выплаченных бенефициару в рамках исполнения условий по банковской гарантии № 991-4R1/348699 от 13.08.2020, истцом произведен платеж на сумму 458 688 руб. 96 коп., что подтверждается платежным поручением № 220 от 26.04.2022 (т. 1 л.д. 82). 

Также истцом в материалы дела представлено решение РНП по делу № 074/06/104-961/2023 от 02.05.2023, согласно которому Управлением Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области Учреждению отказано во включении сведений в отношении ИП ФИО2 в реестр недобросовестных поставщиков (т. 1 л.д. 208-214). 

В письме № 31/1071 от 03.04.2023 Учреждение уведомило ИП ФИО2 об одностороннем отказе от исполнения контракта № 387 от 18.08.2020 (т. 2 л.д. 103-105). 

Полагая, что начисление и удержание суммы штрафа по контракту Государственным заказчиком произведено необоснованно, предприниматель направил в адрес ответчика претензию с требованием возвратить взысканную по банковской гарантии сумму 458 688 руб. 96 коп., а также уплатить задолженность за оказанные по контракту услуги в размере 229 680 руб. 

В ответе на указанную претензию Учреждение указало на правомерность действий последнего ввиду неоднократного ненадлежащего оказания предпринимателем услуг в рамках заключенного государственного контракта. 

Поскольку претензия оставлена без удовлетворения, ИП ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований.

Повторно рассмотрев дело, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

Из материалов дела следует, что возникшие из государственного контракта № 387 от 18.08.2020 отношения, регулируются положениями главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальными нормами Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ).

В соответствии с требованиями статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу пункта 2 статья 782 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

Согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. 

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно. 

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»). 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации, качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования.

Таким образом, определяющим элементом подрядных правоотношений является результат выполненных работ, который непосредственно и оплачивается заказчиком.

Если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования.

Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу пункта 2 статья 782 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

Из буквального толкования пункта 1 статьи 702, пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в отношениях по договору подряда для заказчика имеет значение, прежде всего, достижение подрядчиком определенного вещественного результата, в то время как при возмездном оказании услуг заказчика интересует деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата.

Из определения предмета договора подряда усматривается, что в зависимости от результата, на который направлен договор подряда, законодатель выделяет три разновидности предмета договора: изготовление новой вещи; переработка, обработка вещи, принадлежащей заказчику; выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

Общее для всех перечисленных разновидностей работ то, что результат всегда должен быть независимым от процесса работ, существовать после исполнения договора, быть тем, что возможно передать, осмотреть. Заказчик после принятия результата работ должен иметь возможность извлечения из него полезных свойств без посредства действий подрядчика.

В отличие от договоров подряда договор возмездного оказания услуг в качестве объекта обязательства предусматривает неовеществленный результат действий исполнителя, передаваемый заказчику. 

Следует учитывать, что тесная связь подряда и возмездного оказания услуг, предусматривающая применение правил о подряде к отношениям услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации), тем не менее, не исключает принципиальных отличий этих двух договоров. В договоре подряда оплате подлежит овеществленный результат (изготовленная вещь, произведенная работа и т.д.), переданный заказчику и принятый им, между тем в возмездном оказании услуг оплачивается не результат, а сама услуга, действия услугодателя, потребляемые заказчиком в процессе их оказания.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. 

Согласно статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

В ходе разрешения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представления доказательств в обоснование своих требований и возражений.

Как следует обжалуемого судебного акта, отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции признал отсутствующей у ответчика обязанности по оплате спорных услуг на сумму 229 680 руб. и установил обоснованность получения учреждением по банковской гарантии № 991-4R1/348699 от 13.08.2020 суммы штрафа 458 688 руб. 96 коп., с учетом допущенных истцом нарушений согласованных условий. Так, устанавливая на стороне Предпринимателя ненадлежащее оказание услуг, суд первой инстанции указал, что из представленных в материалы дела актов усматривается, что заказчиком оказанные услуги были приняты с указанием на оказание услуг не в полном объеме (т. 1 л.д. 36-38, 42- 46). Кроме того, в комиссионных актах приема оказанных услуг по уборке помещений объектов ГУ МВД России по Челябинской области зафиксированы нарушения условий, предусмотренных техническим заданием (приложение № 1 к Государственному контракту № 387 от 18.08.2021) (т. 1 л.д. 60-67). Учреждение неоднократно сообщало предпринимателю посредством направления заявок на электронную почту исполнителя о необходимости приступить к оказанию услуг по уборке снега и очистки кровли, что подтверждается представленными в материалы дела скриншотами (т. 3 л.д. 94-137), а также сотрудник Учреждения – ФИО5 неоднократно связывалась в телефонном режиме с ИП ФИО2 по вопросу необходимости оказания услуг, что подтверждается представленной детализацией счета за период с 30.11.2021 по 31.03.2022 (т. 3 л.д. 21-72).

Исследовав представленные в материалы дела документы, с учетом предъявляемых критериев оценки доказательств (относимости, допустимости, достоверности и достаточности), с учетом фактических обстоятельств дела, доводов апелляционной жалобы и пояснений сторон в суде апелляционной инстанции, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании задолженности по контракту от 18.08.2020 № 387 в размере 229 680 руб. и убытки в размере 458 688 руб. 96, всего 688 368 руб. 96 коп.

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции, что при конкретных фактических обстоятельствах отсутствуют основания для признания доказанным факта надлежащего оказания услуг и возникновения на стороне ответчика обязанности по их оплате на сумму 229 680 руб., судебной коллегией принимается во внимание следующее.

Спорный государственный контракт заключен по результатам проведения аукциона № 0869100000420000067.

Согласно пункту 3.1 контракта общая сумма контракта составляет 9 167 500 руб., НДС не предусмотрен. Из расчета в месяц за период с 01.12.2021-31.12.2021 – 763 958 руб. 33 коп.; за период с 01.01.2022-30.11.2022 – 763 958 руб. 37 коп., НДС не предусмотрен.

Пунктом 3.2 контракта установлено, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, за исключением случаев предусмотренных п. 3.8, 3.9., 3.13 настоящего контракта.

Как следует из материалов дела, сумма требований о взыскании задолженности по контракту в размере 229 680 руб. сформирована в результате произведенной Учреждением оплаты в меньшем размере, из которых:

- в декабре 2021 г. платежными поручениями № 871987 от 28.01.2022 на сумму 754 014 руб. 33 коп. (т. 1, л.д. 48), вместо 763 958 руб. 33 коп. (т. 1, л.д. 36);

- в январе 2022 г. платежными поручениями № 722667 от 22.02.2022 на сумму 669 654 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 49), вместо 763 958 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 37);

- в феврале 2022 г. платежными поручениями № 714233 от 21.03.2022 на сумму 750 558 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 50), вместо 763 958 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 38);

- в марте 2022 г. платежными поручениями № 208171 от 27.04.2022 на сумму 651 926 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 51), вместо 763 958 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 39).

Таким образом, за период с декабря 2021 г. по март 2022 г. учреждением уменьшена стоимость оказанных услуг на общую сумму 229 680 руб., что является предметом исковых требований общества. В отношении иных периодов разногласий у сторон не имеется, оплата произведена по ним в полном объеме (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем такие обстоятельства выходят за пределы настоящего спора.

Из материалов дела следует, что оспаривая доводы ответчика о ненадлежащем оказание спорных услуг, истец представил в материалы дела акты об оказании услуг, содержащие подписи представителей Государственного заказчика за период с декабря 2021 по ноябрь 2022 (т. 1 л.д. 120-187), графики вывоза снега (т. 1 л.д. 188-192), докладные ответственного лица об исполнении вывоза снега, о мониторинге состояния снегового покрытия и об исполнении очистки кровли от снега, наледи и льда (т. 1 л.д. 193-197, 203-207), а также график мониторинга состояния снегового покрытия (т. 1 л.д. 198-202).

Ответчик в свою очередь указывает, что в результате ненадлежащего исполнения истцом своих обязанностей, предусмотренных государственным контрактом, последним осуществлялась самостоятельная уборка снега и наледи с территорий ГУ МВД России по Челябинской области, в подтверждение в материалы дела представлены табели учета рабочего времени, путевые листы на служебный автотранспорт, рапорты сотрудников об уборке снега и наледи (т. 4 л.д. 46-154,т. 5 л.д. 1-120). 

В соответствии с пунктами 2, 5 статьи 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органов внутренних дел обязан: знать и исполнять должностной регламент (должностную инструкцию) и положения иных документов, определяющие его права и служебные обязанности, исполнять приказы и распоряжения прямых руководителей (начальников), а также руководствоваться законодательством Российской Федерации при получении приказа либо распоряжения прямого или непосредственного руководителя (начальника), заведомо противоречащих законодательству Российской Федерации; соблюдать внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения, в возможно короткие сроки сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о происшествиях, наступлении временной нетрудоспособности и об иных обстоятельствах, исключающих возможность выполнения сотрудником своих служебных обязанностей.

Между тем, как указывает ответчик, в результате ненадлежащего исполнения (т.е. неисполнения в части уборки снега и наледи) истцом своих обязанностей предусмотренных государственным контрактом, ответчик своими силами (привлекая личный состав) и средствами (используя специальную технику, рабочий инвентарь и топливо) выполнял работы по уборке снега и наледи с территорий ГУ МВД России по Челябинской области.

В должностных инструкциях сотрудников органов внутренних дел, привлеченных к уборке снега и наледи, отсутствуют обязанности по уборке снега и наледи при выполнении ежедневных функциональных обязанностей. В январе, феврале, марте 2022 года уборкой снега и наледи с территорий ГУ МВД России по Челябинской области занимался как младший начальствующий состав (сержанты, старшины, прапорщики), так и старший начальствующий состав (майоры, подполковники, полковники).

В подтверждение выхода личного состава на уборку снега и наледи, ответчиком представлены табеля учета рабочего времени (за январь, февраль, март 2022 года), путевые листы на служебный автотранспорт органов внутренних дел (за январь, февраль, март 2022 года), рапорта сотрудников об уборке снега и наледи (за январь, февраль, март 2022 года) (т. 4, л.д. 46-154; т. 5, л.д. 1-120).

Представленных в материалы дела табелях учета рабочего времени отражены фамилии, даты выхода личного состава на уборку снега и наледи с территорий ГУ МВД России по Челябинской области, а так же количество часов затраченных на выполнение указанных работ. В путевых листах указана информация о сотруднике, использовавшем служебный автотранспорт, дате выезда на служебном автотранспорте, месте выезда, а так же цель выезда, в которых отражено «вывоз снега».

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции в части отсутствия оснований для удовлетворений требований истца о взыскании 229 680 руб. задолженности, судебной коллегией отмечается, что оформленные за период с декабря 2021 по февраль 2022 г. акты подписаны учреждением с замечаниями, акт за март 2022 подписан без замечаний, что при фактических обстоятельствах спорной ситуации, которые далее будут отражены, не свидетельствует об обоснованности предъявленных требований за указанный расчетный месяц.

Как следует из согласованных условий пункта 3.1. контракта в периоды с 01.12.2021 по 31.12.2021, и с 01.01.2022 по 30.11.2022 установлена стоимость услуг в месяц, составляющая 763 958 руб. 37 коп.

То есть в рассматриваемый спорный период стоимость услуг в месяц, составляла 763 958 руб. 37 коп.

Во исполнение пункта 1.3. контракта, а также пункта 3.7. контракта, которым установлено, что акты оказанных услуг предоставляет заказчику именно исполнитель, то есть именно исполнитель формирует за расчетный месяц акты оказанных услуг, соответствующие акты истцом оформлены и направлены заказчику.

Так, акт № 717 от 31.12.2021 выставлен истцом на сумму 763 958 руб. 33 коп. и подписан ответчиком со следующем замечанием: «услуги оказаны не в полном объеме в соответствии с актом приема оказанных услуг от 17.01.2022. Услуги приняты на общую сумму 754 014 руб. 33 коп. (т. 1, л.д. 36).

Акт № 46 от 31.01.2022 выставлен истцом на сумму 763 958 руб. 37 коп. и подписан ответчиком со следующем замечанием: «услуги оказаны не в полном объеме в соответствии с актом приема оказанных услуг от 03.02.2022. Услуги приняты на общую сумму 669 654 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 37).

Акт № 111 от 28.02.2022 выставлен истцом на сумму 763 958 руб. 37 коп. и подписан ответчиком со следующем замечанием: «услуги оказаны не в полном объеме в соответствии с актом приема оказанных услуг от 03.03.2022. Услуги приняты на общую сумму 750 558 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 38).

Все указанные замечания в актах отражены уполномоченным представителем заказчика, который прямо и без противоречий поименован в Приложении № 1 к рассматриваемому государственному контракту (т. 1, л. д. 22), ФИО5, которая является главным специалистом ОТЭИК ФКУ «ЦХ и СО ГУ МВД России по Челябинской области», в том числе, в части претензионной работы.

Помимо этого, полномочия ФИО5 неоднократно подтверждены перед истцом в процессе исполнения договора ответчиком, так как в мотивированном отказе от подписания актов и счетов за спорные расчетные месяцы (т. 2, л. д. 60-61), при направлении заявок на уборку прилегающей территории и кровли в течение спорного периода, в том числе, посредством электронной почты (т. 3, л. д. 93-137), за подписью начальника ФИО6, в каждой заявке дополнительно указано на то, что по всем вопросам взаимодействия необходимо обращаться именно к ФИО5

Таким образом, у ответчика, как профессионального участника рынка возмездного оказания услуг, не только не имелось затруднений в определении полномочий лица, которое вступает с ним в процессе исполнения договора (контракта) в контакт от имени заказчика, но имелось полное и объективное понимание того, что истец контактирует именно с уполномоченным представителем заказчика, вследствие чего, уклонение или бездействие в рассмотрении поступающих заявок не отвечает критериям разумности, осмотрительности, добросовестности, в том числе, с учетом того, что если у исполнителя имелись какие-либо минимальные сомнения или неясности в том, какое конкретно лицо направляет ему заявки от имени заказчика, то, как в соответствии с текстами заявок ответчика за подписью руководителя ответчика, так и из согласованных условий договора, у истца имелись не только все возможности для их незамедлительного разъяснения и устранения, но и обязанность в этом, поскольку и договором, и заявками дополнительно поименован конкретный номер телефона для контактов, а именно, телефон ФИО5, которая, в том числе, в спорных правоотношениях занимается претензионной работой. 

Однако, по существу, из материалов дела не только не следует, что какие-либо затруднения и неясности у истца когда-либо возникали, могли или должны были возникнуть, но и не могли и не должны были возникнуть, поскольку формальные ссылки истца на то, что условиями договора не согласован электронный документооборот, в силу чего, поступающие с одного и того же электронного адреса заявки ответчика к истцу об оказании услуг, не должны были рассматриваться истцом, опровергаются фактическими действиями самого истца, на что обоснованно указано ответчиком (т. 3, л. д. 5-6, т. 4, л. д. 19-23), поскольку истец с указанного электронного адреса ответчика не только получал юридически-значимые сообщения (т. 3, л. д. 94-137), но и направлял во встречному порядке свои юридически-значимые сообщения по этому же электронному адресу ответчика, в том числе, предложение о расторжении договора по обоюдному согласию (т. 3, л. д. 7-8), сообщения по исполнению договора в период, предшествующий спорному периоду, предоставлял список своих сотрудников и реквизиты, выставленные счета на оплату (т. 3, л. д. 9-20).

Таким образом, истец заблаговременно до начала спорного периода, а также его окончания, подтвердил практику взаимодействия сторон посредством рассматриваемого электронного адреса ответчика при исполнении настоящего контракта, неоднократно использовал этот электронный адрес ответчика для направления своих юридически-значимых сообщений, что указывает на то, что истцу было объективно о принадлежности этого электронного адреса ответчику, и неоднократно подтверждена правомерность направления по нему необходимых для исполнения контракта документов, соглашений, информации счетов.

В силу чего, реализация истцом при рассмотрении настоящего дела непоследовательного и противоречивого поведения, которое выражается в том, что при направлении истцом по одному и тому же электронному адресу ответчика юридически-значимых сообщений, которые имеют значение для самого истца, истец свои действия критически не оценивает и не оспаривает направление своих документов именно ответчику, однако, одновременно с этим, при направлении с того же электронного адреса ответчиком истцу заявок на оказание услуг, затем комиссионных актов о ненадлежащем оказании услуг и претензий из некачественных услуг, истцом заявляется о том, что он не обязан был рассматривать такие юридически-значимые сообщения ответчика, поскольку электронный документооборот контрактом не установлен, а через орган почтовой связи такие сообщении пришли позднее, что привело к тому, что заявленные ответчиком за март 2022 замечания, которые пришли почтой уже в апреле 2022, не могли быть по объективным причинам истцом устранены, даже если бы они имели место, поскольку в апреле 2022 ввиду положительных температур снег уже растаял.

Вместе с тем, изложенная совокупность обстоятельств подтверждает, что заявки от ответчику к истцу поступали, как требования о ненадлежащем исполнении, в том числе, требования о необходимости приступить к оказанию услуг, поскольку истец своевременно к ним не приступил, о таких обращениях истцу было объективно известно, ответчиком реализовано направление таких обращений неоднократно и в разумные сроки, что объективно позволяло истцу надлежащим образом исполнять условия контракта.

В отношении услуг за март 2022 судом апелляционной инстанции отмечается, что формальная ссылка истца на то, что акт за этот расчетный период подписан ответчиком без разногласий, следовательно, истец имеет право требовать оплаты в сумме 763 958 руб. 37 коп. материалами дела опровергается.

Ответчиком по услугам истца за март 2022 оформлены акты и претензии по недостаткам, согласно которым (т. 1. л. 

<

...>) из ежемесячной стоимости услуг в размере 763 958 руб. 37 коп., установленной пунктом 3.1. контракта на весь спорный период,  к оплате принимается только 651 926 руб. 37 коп., так как в нарушение технического задания, истец не приступил к оказанию услуг по очистке кровель, удалению сосулек (за исключением объектов, расположенных по адресам: Свердловский проспект, 63а, ул. Шаумяна, 11б, ул. Харлова, 20 и вывозку снега с прилегающей территории объектов ответчика в период с 01.03.2022 по 31.03.2022(т. 2, л. д. 60-61), а также, поскольку заявки ответчика и требования об исполнении услуг, в том числе от 02.03.2022, 09.03.2022,  10.03.2022 21.03.2022, 24.03.2022 (т. 3, л. д. 110-134), к истцу поступили, но исполнения за соответствующие периоды ответчика от истца не получил.

При, этом, как следует из материалов дела, акт по услугам за март 2022 № 165 от 31.03.2022 (т. 1, л. д. 39), который в силу пункта 3.7. контракта, предоставляет заказчику именно исполнитель, оформлен и направлен истцом ответчику не на сумму 763 958 руб. 37 коп., а именно на сумму 651 926 руб. 37 коп., то есть уже с учетом принятия истцом тех разногласий ответчика и в том объеме, который был заявлен ответчиком, и который ответчик согласился принять.

Поскольку акт № 165 от 31.03.2022 за март 2022 учитывает несогласия ответчика, и оформлен истцом  на меньшую сумму, чем установлено договором в качестве ежемесячной платы за полный объем услуг, он подписан ответчиком без возражений, что не свидетельствует, вопреки доводам истца, о том, что ответчиком по этому акту приняты услуги на сумму  763 958 руб. 37 коп. 

В настоящем случае истцом самостоятельно снижена стоимость услуг за март на 112 032 руб.

Вместе с тем, после подписания акта за март 2022 без разногласий, истец в рамках настоящего дела вновь реализует намерение взыскать с ответчика всю сумму ежемесячной платы за март 2022, то есть от полученной оплаты в размере 651 926 руб. 37 коп. предъявляет разницу до суммы 763 958 руб. 37 коп., что им также и отражает и в акте сверки задолженности за период с 01.12.2021 по 19.12.2022 (т. 2, л. д. 63-64), в котором он указывает не соответствующие доказательствам сведения о том, что акт № 165 от 31.03.2022 выставлен им не на сумму 651 926 руб. 37 коп., а на сумму 763 958 руб. 37 коп., что прямо опровергается самим актом № 165 от 31.03.2022, приобщенным истцом к материалам дела в качестве приложения к исковому заявлению (т. 1, л. д. 39).

Таким образом, доводы истца о том, что им услуги оказывались надлежащим образом и в полном объеме, материалами дела не подтверждаются.

Между тем, настаивая на необходимости оплаты учреждением всей стоимости услуг за март 2022, предусмотренной пунктом 3.1. договора, истец не опровергает факт выставления им акта на меньшую сумму, не доказывает, что снижение такой суммы является не признание им выполнения услуг в меньшем объеме.

Оценивая критически доводы апелляционной жалобы в части не доказанности факта оказания услуг в меньшем объеме, за оставшиеся спорные расчетные периоды (декабрь 2021, январь 2022, февраль 2022), о которых сторонами заявлено при рассмотрении настоящего дела, а также в суде апелляционной инстанции, судом апелляционной инстанции отмечается следующее.

Согласно пункту 4.8 контракта, при возникновении между Государственным заказчиком и Исполнителем спора по поводу недостатков оказанных услуг или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. Экспертиза результатов, предусмотренных контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации. Расходы на экспертизу несет Исполнитель, за исключением случаев, когда экспертизой установлено отсутствие нарушений Исполнителем контракта или причинной связи между действиями Исполнителя и обнаруженными недостатками. В указанных случаях расходы на экспертизу несет сторона, потребовавшая назначения экспертизы, а если она назначена по соглашению между сторонами, обе стороны поровну.

Таким образом, из буквального толкования содержания пункта 4.8 контракта следует, что инициатива проведения экспертизы результатов качества услуг возложена на каждую из сторон, в связи с чем, отсутствие инициирования учреждением экспертизы, с учетом оформления актов приемки работ, последовательного подписания им актов с замечаниями, с указанием на принятие услуг на меньшую сумму, ежемесячную оплату услуг в меньшем размере, не может квалифицироваться как принятие заказчиком услуг без замечаний.

При этом с учетом последовательности действий ответчика, подписывавшего акты № 717 от 31.12.2021, № 46 от 31.01.2022, № 111 от 28.02.2022 с замечаниями, указанием конкретной суммы на которую услуги им приняты и которая в последующем перечислялась предпринимателю, разумные ожидания истца не могли быть связаны с принятием учреждением услуг на всю выставленную в таких актах. 

Судебной коллегией принимается во внимание, что согласно сведениям единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей основным видом деятельности истца является деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений прочая, следовательно, предприниматель как профессиональным участником правоотношений в сфере оказания услуг по чистке и уборке зданий, приняв на себя обязательства по государственному контракту, действуя разумно, добросовестно и с должной осмотрительностью, осознавая, что, заказчиком подписываются акты с указанием на принятие услуг в меньшем объеме, чем по его мнению фактически оказано, получается оплата услуг в меньшем размере, возражений по замечаниям заказчика и не согласий с принятым объемом работ не направил, экспертизу по качеству оказанных услуг не инициировал, о причинах уважительности и (или) невозможности, затруднительности такого направления суду первой инстанции не сообщил, доказательств этому не раскрыл.

Доводы ответчика, что в случае оплаты им штрафа на основании пункта 6.3. договора за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств, взыскание такого штрафа является единственным последствием ненадлежащего исполнения истцом обязательств, то есть, при неполном им выполнении обязательств за спорные расчетные месяцы ответчик не вправе дополнительно уменьшать стоимость ежемесячной платы применительно к фактическому оказанию услуг, исследованы, но оцениваются критически, так как взыскание штрафа производится за сам факт каждого ненадлежащего исполнения, то есть, за нарушение договорных обязательств, а частичная оплата оказанных услуг осуществляется ответчиком ввиду частичного фактического исполнения и неисполнения истцом заявок ответчика, так как рассматриваемые по настоящему договору обязательства не обладают критериями обязательств по абонентскому договору.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя по договору возмездного оказания услуг могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата своих действий, как то: письменные консультации и разъяснения; проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.09.1999 № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг»).

Настоящим контрактом в обязанности исполнителя входят конкретные действия, а также исполнение поступающих заявок от заказчика.

Таким образом, исходя из буквального и системного толкования отдельных условий контракта, включая его наименование и его предмета, обязанности исполнителя, истец оказывает услуги уборке помещений, прилегающей территории, очистке кровель зданий согласованных объектов, то есть в настоящем случае спорный договор заключен на целый комплекс различных услуг. 

При этом, вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, согласованная сторонами сумма контракта и ежемесячная оплата не является фиксированной стоимостью услуг, независящей от фактического объема оказанных услуг. Напротив, этот размер установлен именно применительно к фактически оказанным исполнителем услугам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

В пункте 2 названной статьи установлено, что абонент обязан вносить платежи или предоставлять иное исполнение по абонентскому договору независимо от того, было ли затребовано им соответствующее исполнение от исполнителя, если иное не предусмотрено законом или договором.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление № 49) разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 429.4 ГК РФ абонентским договором признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом (например, абонентские договоры оказания услуг связи, юридических услуг, оздоровительных услуг, технического обслуживания оборудования). Абонентским договором может быть установлен верхний предел объема исполнения, который может быть затребован абонентом.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации плата по абонентскому договору может как устанавливаться в виде фиксированного платежа, в том числе периодического, так и заключаться в ином предоставлении (например, отгрузка товара), которое не зависит от объема запрошенного от другой стороны (исполнителя) исполнения. Несовершение абонентом действий по получению исполнения (ненаправление требования исполнителю, неиспользование предоставленной возможности непосредственного получения исполнения и т.д.) или направление требования исполнения в объеме меньшем, чем это предусмотрено абонентским договором, по общему правилу, не освобождает абонента от обязанности осуществлять платежи по абонентскому договору (пункт 33 Постановления № 49).

 Особенностью абонентского договора является внесение оплаты по нему вне зависимости от того, было ли затребовано заказчиком соответствующее исполнение от исполнителя или нет.

Исследовав согласованные условия спорного контракта, суд первой инстанции верно установил, что рассматриваемый договор не относится к категории абонентских, оплата по нему не установлена вне зависимости от факта оказания или не оказания услуг, не установлена вне зависимости фактического объема оказанных услуг, а также не влечет права требования всей оплаты при неисполнении заявок заказчика, при наличии со стороны заказчика обоснованных претензий к качеству оказанных услуг, которое выразилось в том, что заказчиком не получен тот объем услуг, на который он рассчитывал при заключении контракта и при направлении заявок, то есть, вне зависимости от конкретного объема оказанных услуг.

В соответствии с пунктом 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», по смыслу статьи 431 ГК РФ в случае неясности того, является ли договор абонентским, положения статьи 429.4 ГК РФ не подлежат применению.

Таким образом, в спорной ситуации право требования полной оплаты, поставлено в зависимость фактического объема оказанных исполнителем услуг.

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно в оценку юридически-значимых обстоятельств включены обстоятельства установления именно фактического объема оказанных услуг.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание представленные ответчиком акты приемки оказанных услуг.

Согласно пункту  2.2.2 контракта, государственный заказчик обязан своевременно сообщать в письменной форме исполнителю о недостатках, обнаруженных в ходе оказания услуг или приемке оказанных услуг.

Таким образом, на недостатки услуг, заказчиком может быть указано не только в ходе их оказания, но и при приемке услуг, что также соответствует соглашению сторон.

На аналогичные обстоятельства дополнительно указано в пункте 4.3. контракта, который содержит условие о том, что проверка качества осуществляется ежемесячно в конце отчетного месяца совместно с представителем исполнителя.

Кроме этого, исполнитель не лишен права самостоятельно установить ненадлежащее качество услуг, в этом случае, согласно  пункту 4.10 контракта, он составляет акт выявленных недостатков и направляет его с претензией исполнителю, и исполнитель обязан в течение 2-х дней со дня получения претензии или акта такие недостатки безвозмездно устранить, в случае отсутствия устранения начисляется штраф согласно пункту 6.3. контракта.

Исследованные выше обстоятельства обмена документами свидетельствуют о том, что ответчиком истцу направлялись заявки с указанием на не приступление к оказанию услуг на соответствующую дату заявки, что также указывает на то, что до этого момента прилегающая территория и кровли требовали оказания услуг, но услуги не оказывались истцом, направлялись акты и претензии, сначала по электронной почте, а затем посредством органов почтовой связи или вручались индивидуальному предпринимателю нарочно.

То есть ответчиком, вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, не допущено поведения, которые бы препятствовало или затрудняло истцу надлежащим образом оказывать согласованные услуги и в случае выявления недостатков, устранять такие недостатки в разумный срок, однако, недостатки в оказании услуг истцом допущены.

В акте проверки уборки помещений объектов ГУ МВД России по Челябинской области от 17.01.2022 комиссия пришла к заключению, что в нарушение условий приложения № 1 к Государственному контракту от 18.08.2021 № 387, (техническое задание), сотрудники ИП Павельчук не приступили к оказанию услуг по очистке кровель и удалению сосулек на всех объектах ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск) в период с 27.12.2021 по 31.12.2021 (т. 1 л.д. 60-61). 

19.01.2022 ИП ФИО2 направлена претензия № 31/83 о ненадлежащем исполнении государственного контракта с указанием на предусмотренную контрактом возможность начисления штрафа за ненадлежащее исполнение исполнителем обязательств (т. 1 л.д. 68-69). 

Доводы истца о том, что он в соответствии  с техническим заданием не принимал на себя обязательств по очистке всех кровель судебной коллегией исследованы, но по ним ответчиком обоснованно даны пояснения о том, что он имеет ввиду именно очистку по согласованным контрактам объектам, а также указывает, что из заявок ответчика истцу было известно, что соответствующая необходимость по очистке имелась.

Так, в материалы дела представлены обращения ответчика к истцу за все спорные периода, включая период за декабрь 2021, а также за январь 2022, в том числе, от 21.12.2021, 22.12.2021, 25.12.2021, 29.12.2021, 10.01.2022 (т. 2, л. д. 24-27), в которых ответчиком указано, что им не получены ответы от истца по заявкам, кровля не очищена, сосульки не удалены, необходимо в срочном порядке осуществить очистку кровли зданий, с удалением сосулек и механическую уборку снега с последующим вывозом снега с прилегающей территории, сообщить о времени проведения этих мероприятий, направлены фото объектов по адресу ул. Рождественского, 11, ул. 40 лет Октября, указано на то, что исполнителем игнорируются заявки на проведение срочных работ, не сообщена информация об организации оказания услуг по уборке снега и содержанию прилегающей территории, кровля не очищается, сосульки не удаляются, снег вывозится частично.

Все указанные обращения также направлены с того же электронного адреса, который исследован выше и поступили от ФИО5, то есть, согласованного представителя ответчика с истцом по контракту, включая, вопросы исполнения контракта и претензионную работу.

При этом в акте за декабрь 2021 (т. 1, л. д. 120-125), вопреки доводам подателя апелляционной жалобы в части согласованных объектов для очистки кровли (т. 1, л. д. 125), подписи государственного заказчика отсутствуют, что также не указывает на факт приемки услуг в полном объеме. Аналогичные обстоятельства установлены и в акте за январь 2022 (т. 1, л. д. 126-132) в части конкретных объектов по кровли (т. 1, л. д. 127). 

Обратного истцом в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано.

Претензия от 19.01.2022 № 31/83, также получена ИП ФИО2 лично 19.01.2022 (т. 2, л. д. 30-31).

Совокупность изложенных обстоятельств указывает на правомерность возражений ответчика о неоказании истцом услуг в полном объеме в декабре 2021, а также о неисполнении заявок об оказании услуг в декабре 2021, январе 2022, что привело к объективной необходимости задействования личного состава истца за периоды неоказания услуг или частичного их оказания истцом.

В акте проверки уборки помещений объектов ГУ МВД России по Челябинской области от 03.02.2022 комиссия пришла к заключению, что в нарушение условий приложения № 1 к Государственному контракту от 18.08.2021 № 387, (техническое задание), ИП ФИО2 не приступил к оказанию услуг по очистке кровель, удалению сосулек (за исключением объекта, расположенного по адресу: Свердловский проспект, 63а и части кровли (214 кв.м.) объекта, расположенного по адресу: 3-го Интернационала, 118а) и вывозу снега с прилегающей территории объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск) в период с 01.01.2022 по 31.01.2022, таким образом, услуги за январь по уборке помещений, прилегающей территории и очистке кровель зданий, объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск), согласно Государственному контракту от 18.08.2021 № 387 оказаны на сумму 669 654 руб. 37 коп. (т. 1 л.д. 62-63). 

Кроме того, как указывалось выше, в течение января 2022 уведомления о необходимости исполнения услуг, о неисполнении услуг, ответчиком истцу направлены также 10.01.2022 (т. 2, л. д. 24-27), и в акте оказания услуг за январь 2022, который в качестве учетного документа для себя оформлял истец, за январь 2022, за январь 2022 (т. 1, л. д. 126-132) в части конкретных объектов по кровли (т. 1, л. д. 127) представителями заказчика услуги не приняты.

Указанное в совокупности свидетельствует о том, что, вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, возражения ответчика о неполном и некачественном оказании истцом услуг имели не формальный, а объективный и обоснованный характер, такие нарушения имели характер неоднократных, о таких нарушениях ответчиком истцу сообщено, истец о наличии претензий к оказанию услуг информацией обладал, однако, им не принято своевременных, разумных, осмотрительных и достаточных действий для надлежащего оказания услуг, что привело к необходимости заказчику своими силами устранять допущенные нарушения.

В акте проверки уборки помещений объектов ГУ МВД России по Челябинской области от 03.03.2022 комиссия пришла к заключению, что в нарушение условий приложения № 1 к Государственному контракту от 18.08.2021 № 387, (техническое задание), ИП ФИО2 оказание услуг по вывозу снега с прилегающей территории объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск) в период с 01.02.2022 по 28.02.2022 выполнены не в полном объеме, таким образом услуги за февраль по уборке помещений, прилегающей территории и очистке кровель зданий, объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск), согласно Государственному контракту от 18.08.2021 № 387 оказаны на сумму 750 558 руб. 37 коп. (т. 1 л.д. 64-65). 

22.03.2022 ИП ФИО2 направлена претензия № 31/868 о ненадлежащем исполнении государственного контракта с указанием на предусмотренную контрактом возможность начисления штрафа за ненадлежащее исполнение исполнителем обязательств (т. 1 л.д. 70-72). 

Также указанная претензия направлена истцу ответчиком посредством почтовой связи 25.03.2022 (т. 2, л. д. 39).

То обстоятельство, что указанная претензия органом почтовой связи направлена истцу ответчиком уже после истечения периода февраля 2022 не отменяет того обстоятельства, что в течение февраля 2022, ответчиком неоднократно направлены истцу уведомления и заявки о необходимости оказания услуг, в том числе, от 16.02.2022, 17.02.2022, 18.02.2022, 28.02.2022 о том, что необходимо срочно приступить к оказанию услуг по убоке снега с прилегающей территории и очистке кровель, в первоочередном порядке направить транспорт на уборку снега на объекты, расположенные по Копейскому шоссе 13п., ул. Либединского, 41, ул. Ленина, 11б, Энтузиастов, 17а, пер. Краснокамский, 2, ул. Елькина, 34, 36, ул. Васенко, 39, ул. Крммуны 62, 68, ул. 2-ая Потребительская, 10, ул. Конноспортивная, 27 (т. 3, л. д. 96-109).

Направление указанных заявок дополнительно указывает на то, что на указанные даты заявок надлежащего исполнения ответчик истца не получил, так как услуги фактически не оказаны, что дополнительно подтверждает обоснованность возражений ответчика против предъявленных требований и необоснованность требований о взыскании оплаты в полной сумме.

В акте проверки уборки помещений объектов ГУ МВД России по Челябинской области от 01.04.2022 комиссия пришла к заключению, что в нарушение условий приложения № 1 к Государственному контракту от 18.08.2021 № 387, (техническое задание), ИП ФИО2 не приступил к оказанию услуг по очистке кровель, удалению сосулек (за исключением объектов, расположенных по адресу: Свердловский проспект, 63а, ул. Шаумяна, 11б, ул. Харлова, 20) и вывозу снега с прилегающей территории объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск) в период с 01.03.2022 по 31.03.2022, таким образом услуги за март по уборке помещений, прилегающей территории и очистке кровель зданий, объектов ГУ МВД России по Челябинской области (г. Челябинск), согласно Государственному контракту от 18.08.2021 № 387 оказаны на сумму 651 926 руб. 37 коп. (т. 1 л.д. 66-67). 

Также ответчиком истцу направлены за март 2022 (т. 3, л. д. 110-134) уведомления, заявки от 02.03.2022, 09.03.2022, 10.03.2022, 21.03.2022, 24.03.2022 о необходимости в срочном порядке приступить к оказанию услуг по уборке снега с прилегающей территории, в последующим вывозом снега по ул. Тернопольская, 4, по уборке и вывоза снега с прилегающей территории  с ул. 3-го Интернационала, 116 и других, в связи с чем формальные ссылки истца, на составлены им акты за февраль 2022 и март 2022 (т. 1, л. д. 133-145) не опровергают изложенных обстоятельств, не свидетельствуют о надлежащем оказании услуг истцом и в полном объеме, кроме того, как указывалось выше, в отношении марта 2022 самим истцом, с учетом возражений ответчика, в оформленном акте за март 2022 для целей принятия услуг № 165 от 31.03.2022, уже выставлена сниженная стоимость услуг к приемке в размере  651 926 руб. 37 коп., что объективно подтверждает обоснованность возражений ответчика.

Обстоятельства принадлежности ответчику электронного адреса почты, с которого направлялись заявки и на который истцом во встречном порядке направлялись истцом ответчику юридически-значимые сообщения исследованы выше, и оснований для критической оценки таким обстоятельствам не установлено, а также апелляционным судом повторно обращается внимание на непоследовательное и выборочное поведение истца в изложенной части, который при направлении по одному и тому же электронному адресу ответчика юридически-значимых сообщений, которые имеют значение для самого истца и самим истцом, свои действия по использованию электронного адреса критически не оценивает и не оспаривает направление своих документов именно ответчику, однако, одновременно с этим, при направлении с того же электронного адреса ответчиком истцу юридически-значимых сообщений, заявляется о том, что он не обязан рассматривать такие сообщения, поскольку электронный документооборот контрактом не установлен.

Дополнительно отмечается следующее.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, ответчиком с электронного адреса f2677319@yandex.ru на электронный адрес истца chistota_org@mail.ru направлялись заявки о необходимости приступить к оказанию услуг по уборке снега и очистки кровли (т. 3 л.д. 94-137). 

Оценивая критически доводы апелляционной жалобы относительно направлений заявок неуполномоченным лицом, а также то, что электронный адрес f2677319@yandex.ru контрактом не предусмотрен, что менеджер истца, который отвечал за исполнение контракта, не отслеживал письма с данным е-mail, и они оставались непрочитанными, судебной коллегией принимается во внимание, что в пункте 8.8 контракта установлено, что для оперативного уведомления допускается обмен документами посредством факсимильной, телефонной связи, электронной почтой с обязательной досылкой (передачей) подлинного документа в течение 2 рабочих дней.

Адрес электронной почты предпринимателя «chistota_org@mail.ru» отражен в разделе 9 контракта «Юридические адреса и реквизиты сторон» (т. 1, л.д. 21), в редакции дополнительного соглашения № 746 от 08.12.2021 адрес электронной почты Предпринимателя оставлен без изменения (т. 1, л.д. 35).

Таким образом, направляемые на электронный адрес «chistota_org@mail.ru» письма учреждения, во взаимосвязи с пунктом 8.8 контракта, ориентированы на оперативное взаимодействие сторон контракта и не подлежат критической оценке.

Отклоняя доводы истца о направлении ответчиком писем неуполномоченным лицом, апелляционный суд учитывает следующее.

Государственный контракт от имени ответчика подписан начальником ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области» ФИО6 (далее – ФИО6).

В пункте 4.1 контракта установлено, что государственный заказчик назначает лицо, уполномоченное осуществлять приемку оказанных услуг, подписания актов оказанных услуг (примерная форма акта оказанных услуг указана в приложении № 6 к контракту), претензий и замечаний с правом выдачи обязательных для персонала Исполнителя распоряжений, в рамках настоящего контракта.

Исполнитель назначает менеджера, на каждый объект, с полномочиями на сдачу услуг и подписания актов оказанных услуг, а также для решения оперативных вопросов, возникающих в процессе обслуживании объекта Государственного Заказчика (пункт 4.2 контракта).

В настоящем случае, в Приложении № 1 к контракту «Техническое задание» ФИО5 поименована в качестве официального представителя ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области», являющегося главным специалистом ОТЭИК (т. 1, л.д. 22).

Из материалов дела следует, что до начала спорного периода (декабрь 2021 г. – март 2022 г.), истцом без каких-либо замечаний и возражений велась переписка с ответчиком, использовавшего адрес электронной почты «f2677319@yandex.ru». При этом из дела не следует, что в процессе такой переписки у предпринимателя возникали сомнения относительно полномочий сотрудника учреждения.

Напротив, из представленной переписки следует, что посредством использования электронной почты «f2677319@yandex.ru» обеими сторонами направлялись документы: истцом направлялись списки сотрудников и реквизиты 29.10.2021 (т. 3, л.д. 11), 13.01.2022 (т. 3, л.д. 15), счет и акт 20.01.2022 (т. 3, л.д. 16-17), ответчиком направлено 07.12.2021 дополнительное соглашение (т. 3, л.д. 14), которое в последующем истцом подписано (т. 1, л.д. 35).

Кроме того, из материалов дела следует, что ответчик связывался с истцом не только посредством электронной переписки, но и в телефонном режиме, что подтверждается представленной детализацией за период с 30.11.2021 по 31.03.2022 (т. 3 л.д. 21-72).

Указанные обстоятельства дополнительно подтверждены пояснениями опрошенного в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции свидетеля ФИО5 (т. 3 л.д. 140, 141), являющейся представителем Государственного заказчика ответственного за приемку услуг на объектах ГУ МВД России по Челябинской области согласно техническому заданию (приложение № 1 к Государственному контракту № 387 от 18.08.2021).

Кроме того, из представленной в материалы дела электронной переписки следует, что в письмах ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области», подписанных начальном учреждения, ответчик неоднократно указывал главного специалиста ОТЭИК ФИО5 в качестве контактного лица по вопросам взаимодействия, письма от 16.02.2022 №31/422, от 17.02.2022 №31/429, от 18.02.2022 №31/463, от 28.02.2022 №31/568 и др. (т. 3, л.д. 94-137).

В материалы дела представлена справка ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области» от 03.07.2023 № б/н, согласно которой ФИО5 работает в учреждении с 01.06.2018, с 12.09.2022 на 0,5 ставки по должности заместителя начальника отдела технической эксплуатации имущественного комплекса (Приказ ФКУ «ЦХИСО ГУ МВД России по Челябинской области» от 08.09.2022 №189 л/с) (т. 3, л.д. 73).

Сведений о согласовании учреждением иного уполномоченного сотрудника для приемки оказанных услуг, из материалов дела не следует, истцом не доказано.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что с учетом неоднократных направлений истцом на электронный адрес f2677319@yandex.ru писем, в том числе счетов на оплату, списка сотрудников и уведомление от 26.09.2021 с просьбой рассмотреть возможность расторжения контракта по обоюдному согласию, истец, получая с электронного адреса f2677319@yandex.ru и направляя письма на указанный электронный адрес, достоверно установил, от кого они исходили, и кому они были адресованы.

Помимо этого, во всех заявках указан, а также в контракте согласован телефонный номер указанного представителя ответчика, также  для оперативной связи между истцом и ответчиком, и ответчиком дополнительно представлены пояснения (т. 3, л. д. 5-6) о том, что ФИО5 в процессе исполнения договора за спорный период неоднократно связывалась с истцом, в том числе по фактам ненадлежащего оказания услуг истцом, в подтверждение чего представлена детализация звонков на номера телефонов ответчика (т. 3, л. д. 21-72), что также позволяло истцу получить от ответчика оперативно и незамедлительно необходимую информацию, чтобы принять меры по устранению нарушений, по надлежащему исполнению поступающих заявок.

  По смыслу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении определенных действий или осуществлении определенной деятельности.

  Как отражено в пункте 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23.01.2007 № 1-П, давая нормативную дефиницию договора возмездного оказания услуг, федеральный законодатель в пункте 1 статьи 779 ГК РФ предметом данного договора называет совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности исполнителем. Определяя исчерпывающим образом такое существенное условие договора, как его предмет, федеральный законодатель не включил в понятие предмета договора возмездного оказания услуг достижение результата, ради которого он заключается. Выделение в качестве предмета данного договора совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности обусловлено тем, что даже в рамках одного вида услуг результат, ради которого заключается договор, в каждом конкретном случае не всегда достижим, в том числе в силу объективных причин. Следовательно, заключая договор возмездного оказания услуг, стороны, будучи свободны в определении цены договора, сроков его исполнения, порядка и размера оплаты, вместе с тем не вправе изменять императивное требование закона о предмете данного договора.

  Из буквального толкования приведенных норм и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что по договору подряда для заказчика, прежде всего, имеет значение достижение подрядчиком определенного вещественного результата, а при возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата, и как правило, оплате подлежат именно действия (деятельность), ведущие к результату, а не сам результат.

  Несмотря на различия в предмете договора возмездного оказания услуг (совершение определенных действий или деятельности) и договора подряда (достижение определенного результата), в силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, положение о применении обычно предъявляемых требований, в том числе требований экономности подрядчика (пункт 1 статьи 713 Гражданского кодекса Российской Федерации) для определения критериев качества работы подрядчика, применимо и в отношении оказания услуг.

  Такое регулирование соответствует общему принципу разумности, то есть целесообразности и логичности при осуществлении гражданских прав и исполнении обязанностей.

  Данная правовая позиция приведена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.09.2013 № 4593/13.

  Как разъяснено в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.09.1999 № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг», поскольку стороны в силу статьи 421 ГК РФ вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата действий исполнителя (письменные консультации и разъяснения по юридическим вопросам; проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов правового характера и т.д.).

  Вопрос о том, включает ли договорное обязательство только осуществление определенных действий или еще и гарантию достижения результата, должен решаться путем толкования условий сделки по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, действительной общей воли сторон с учетом цели договора, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон, в том числе, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

  В любом случае исследуемые услуги представляют интерес для заказчика не сами по себе, они должны быть направлены на достижение определенного результата.

  Обычно в качестве результата оказания услуг указывается некая польза, которую осуществленное исполнителем предоставление при определенных условиях должно принести заказчику.

  Исполнитель при этом должен представить доказательства приложения максимальных усилий по достижению обусловленной договором цели.

Возражения истца, как профессионального участника спорных правоотношений, основаны на противоположной позиции о том, что вне зависимости от объема фактически оказанных услуг, он имеет право при выплате штрафа по пункту 6.3. контракта требовать полной оплаты за отчетный период вне зависимости от того, что им услуги оказаны только в части.

В настоящем случае, ответчиком обоснованно заявлено, что истцом услуги оказаны в меньшем объеме, чем согласовано при заключении контракта и чем, он рассчитывал и разумно ожидал, согласовывая цену таких услуг, в связи с чем его заинтересованность, как заказчика, была направлена на то, что исполнитель приложит максимальные усилия для обеспечения интересов заказчика при исполнении контракта, и не имелось волеизъявления на согласование оплаты всей цены контракта исполнителю, вне зависимости от того, какой конкретно объем услуг в его пользу окажет исполнитель, поскольку в такой ситуации возникает существенный дисбаланс интересов сторон и для заказчика утрачивается в значительной степени экономическая заинтересованность и потребительская ценность в деятельности исполнителя, на которую заказчик рассчитывал при заключении контракта, поскольку в такой ситуации на стороне заказчика возникает безусловная обязанность понести расходы в полной сумме за частичное исполнение, при этом исполнитель, напротив, не прилагая разумных и профессиональных усилий, приобретает право требовать оплаты за неоказанные услуги, указывая формально на то, что фактическая деятельность им осуществлена, следовательно, усилий с его стороны было достаточно.

Вместе с тем, вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, именно заказчик спорных услуг в настоящем случае не является профессиональным участником рынка возмездного оказания услуг, и при обращении к ответчику, как профессиональному участнику такого рынка, добросовестно полагается на последнего, в том числе на то, что заявляемая самим исполнителем специфика его деятельности, сложность, многозадачность и разнонаправленность такой деятельности, объемы его трудозатрат, профессиональных затрат и, соответственно, их значительная стоимость обуславливаются, именно значительным объемом требуемой деятельности от исполнителя, которую он обязуется реализовать по заключаемому с заказчиком договору, исполняя поступающие заявки от заказчика. 

Следовательно, неисполнение такой реализации объективно и существенно затрагивает интересы заказчика, что обоснованно принято судом первой инстанции во внимание, и по изложенным обстоятельствам недобросовестность на стороне заказчика не установлена, так как он в спорной ситуации не уклоняется от исполнения контракта, а просит установить его обязательства перед истцом не в завышенном объеме, а только применительно к объему фактически оказанных исполнителем услуг.

С учетом заявленных возражений суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости определять стоимость подлежащих оплате услуг, то есть фактически оказанных услуг.

Поскольку факт ненадлежащего исполнения ответчиком доказан с соблюдением положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разумные ожидания не были связаны с тем, что на его стороне возникло право требования полной оплаты, ответчиком представлены при составлении актов за спорные периоды сведения о принятой стоимости услуг и, соответственно, об отклоненной им стоимости, раскрыт порядок такого снижения, при этом при рассмотрении настоящего спора, истцом, на стороне которого выявлены нарушения, не реализованы действия по использованию иного порядка определения стоимости фактически оказанных услуг, в том числе, по проведению судебной экспертизы, которая бы подтвердила необходимость взыскания оплаты в большей сумме, чем добровольно оплачено ответчиком по делу. 

Вместе с тем, при доказанности фактов ненадлежащего исполнения принятых обязательств, виновность неисправного исполнителя не только презюмируется и не предоставляет ему права требовать полной оплаты, но и создает на его стороне обязанность по обоснованию стоимости услуг надлежащего качества, однако, от такого доказывания истец по существу уклонился.

Апелляционная коллегия, с учетом фактических обстоятельств дела, доводов апелляционной жалобы и пояснений сторон, приходит к выводу, что принятая ответчиком стоимость услуг по акту № 717 от 31.12.2021 на сумму 754 014 руб. 33 коп. (т. 1, л.д. 36), по акту № 46 от 31.01.2022 на сумму 669 654 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 37), по акту № 111 от 28.02.2022 на сумму 750 558 руб. 37 коп. (т. 1, л.д. 38), по акту № 165 от 31.03.2022 на сумму 651 926 руб. 37 коп. (т.1, л.д. 39) соответствует объему оказанных истцом услуг, достоверность порядка определения учреждением стоимости фактически оказанных услуг, предпринимателем не опровергнута.

В соответствии с пояснениями ответчика, расчет оплаты качественных услуг осуществлен им в следующем порядке.

Как установлено частью 1 статьи 22 Закона № 44-ФЗ начальная (максимальная) цена контракта и в предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях цена контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), определяются и обосновываются заказчиком посредством применения следующего метода или нескольких следующих методов:

1) метод сопоставимых рыночных цен (анализа рынка);

2) нормативный метод;

3) тарифный метод;

4) проектно-сметный метод;

5) затратный метод.

Пунктом 2 статьи 22 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что метод сопоставимых рыночных цен (анализа рынка) заключается в установлении начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), на основании информации о рыночных ценах идентичных товаров, работ, услуг, планируемых к закупкам, или при их отсутствии однородных товаров, работ, услуг.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 22 Закона № 44-ФЗ при применении метода сопоставимых рыночных цен (анализа рынка) информация о ценах товаров, работ, услуг должна быть получена с учетом сопоставимых с условиями планируемой закупки коммерческих и (или) финансовых условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

При применении метода сопоставимых рыночных цен (анализа рынка) заказчик может использовать обоснованные им коэффициенты или индексы для пересчета цен товаров, работ, услуг с учетом различий в характеристиках товаров, коммерческих и (или) финансовых условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

В пункте 5 статьи 22 Закона № 44-ФЗ указано, что в целях применения метода сопоставимых рыночных цен (анализа рынка) могут использоваться общедоступная информация о рыночных ценах товаров, работ, услуг в соответствии с частью 18 настоящей статьи, информация о ценах товаров, работ, услуг, полученная по запросу заказчика у поставщиков (подрядчиков, исполнителей), осуществляющих поставки идентичных товаров, работ, услуг, планируемых к закупкам, или при их отсутствии однородных товаров, работ, услуг (в случае получения такой информации заказчиком), а также информация, полученная в результате размещения запросов цен товаров, работ, услуг в единой информационной системе (в случае получения такой информации заказчиком).

Метод сопоставимых рыночных цен (анализа рынка) является приоритетным для определения и обоснования начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем). Использование иных методов допускается в случаях, предусмотренных частями 7 - 11 настоящей статьи (пункт 6 статьи 22 Закона № 44-ФЗ).

В настоящем случае, подписывая акты о принятии услуг на меньшую сумму, ответчиком полностью раскрыт расчет установленной им стоимости (т. 2, л.д. 8-10), раскрыты использованные ценовые предложения при закупке (т. 2, л. д. 40-44), в связи с чем, со стороны учреждения не имело место произвольное снижение размера платы, но уменьшение стоимости произошло в результате перерасчета платы фактически оказанных услуг, произведенного на основании данных коммерческих предложений (т. 2, л.д. 40-44), в силу чего доводы истца о том, что в обжалуемом судебном акте судом первой инстанции не раскрыто, как осуществлен расчет, исследованы, но на законность принятого судебного акта не влияют.

В нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом, как профессиональным участником, не представлено доказательств того, что заявленная ответчиком сумма не соответствует цене фактически оказанных услуг, которая при фактических и сравнимых обстоятельствах обычно взимается (статья 424 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспаривая определенную судом первой инстанции стоимость фактически оказанных услуг, истец не предоставляет доказательств оказания им услуг в большем объеме, чем установлено судом первой инстанции. Апелляционной коллегией таких обстоятельств также не выявлено.

Поскольку между сторонами возникли разногласия относительно стоимости фактически оказанных услуг, указанные вопросы обоснованно вынесены судом первой инстанции на обсуждение сторон, что для профессионального участника спорных правоотношений, то есть истца по делу, требующего оплаты оказанных услуг, объективно указывало на то, что на него, как лицо, требующее оплаты, возлагается бремя доказывания факта оказания услуг, объема оказанных услуг, их надлежащего качества и их стоимости, а на ответчика – уважительности причин неоплаты оказанных услуг, а также позволяло истцу разумно ожидать, что если объем оказанных услуг будет доказан им только в части, то судом будут исследоваться доводы и возражения сторон относительно того, какое соразмерное вознаграждение за объем таких услуг следует определять.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объективно зная обо всем объеме возражений ответчика, истец уклонился от предоставления доказательств того, что определенная судом первой инстанции стоимость услуг не отвечает критериям соразмерности, является заниженной по отношению к фактическому объему оказанных услуг, что стоимость аналогичного объема услуг на рассматриваемом рынке услуг, выше или не соответствует согласованным условиям контракта.

Уважительность такого процессуального бездействия из материалов дела не следует. 

С учетом изложенного, и вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, наличие одностороннего акта оказанных услуг и отсутствие по нему мотивированных возражений от заказчика или наличие двустороннего акта с возражениями или без возражений от заказчика, в отсутствие подтвержденного исполнителем факта оказания всего объема услуг на стоимость, изложенную в таком акте, не лишает заказчика права при рассмотрении спора о взыскании задолженности по такому акту, заявлять возражения против таких требований, поскольку в отсутствие первичной документации по исполнению, или в отсутствие совокупности иных доказательств, из которой возможно факт надлежащего исполнения установить, проверить, как при наличии двустороннего акта, так и одностороннего акта оказанных услуг, исполнитель не получает необоснованных преимуществ по получению оплаты за не осуществленную в пользу заказчика деятельность и не оказанные услуги, поскольку это влечет неосновательное обогащение такого исполнителя.

При таких обстоятельствах нет оснований полагать, что судом нарушены принципы равноправия и состязательности сторон в арбитражном процессе.

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что оснований для удовлетворения требований истца о взыскании задолженности в размере 229 680 руб., не имеется.

Доводы истца о том, что за март 2022 недостатки не могли были быть устранены в апреле 2022, так как ответчик сообщил о них только в апреле 2022, а апреле 2022 в силу положительных температур снега более не было, исследованы, но не имеют определяющего и существенного значения, так как совокупностью материалов дела доказано, что о необходимости надлежащего оказания услуг, ответчик оперативно уведомлял истца не только при принятии услуг, но и в течение отчетного месяца, направляя соответствующие заявки, которые истцом игнорировались. 

Кроме того, представленная истцом информация с общедоступного сервиса о погодных условиях, представлена исключительно только по городу Челябинску, а по контракту также имелся объект за пределами города Челябинска, а также в соответствии с иными документами истца, в марте 2022 снег выпадал, и услуги по его уборке истцом осуществлялись.

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции о том, что при конкретных фактических обстоятельствах, отсутствуют основания для взыскания  с ответчика убытков в размере 458 688 руб. 96 коп., судебной коллегией принимаются во внимание вышеизложенные обстоятельства и установленные факты ненадлежащего исполнения на стороне истца, которые не были своевременно истцом устранены, а также положения пункта 6.3 контракта, которым предусмотрено начисление штрафа за каждый факт неисполнения обязательств в размере 5% от цены контракта, и что его начисление возможно и при однократности нарушения. В настоящем случае подтверждены неоднократные нарушения.

Отклоняя доводы истца о невозможности начисления штрафа, в случае безвозмездного устранения выявленных недостатков предпринимателем в силу пункта 4.10 контракта, апелляционный суд исходит из того, что факт ненадлежащего оказания услуг не только подтвержден с учетом вышеизложенных мотивов, но и оформленный за март 2022 акт № 165 от 31.03.2022 составлен на сумму 651 926 руб. 37 коп., что подтверждает осведомленность истца о наличии фактов нарушения на его стороне при исполнении и факт такого, что такие нарушения им не устранены. 

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно статье 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Частью 4 статьи 34 Закона о контрактной системе предусмотрено, что в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

В соответствии с частью 6 статьи 34 Закона №44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

В силу части 7 статьи 34 Закона №44-ФЗ пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Таким образом, законодательство о контрактной системе намеренно отделяет просрочку исполнения обязательства от иных нарушений поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств и устанавливает специальную ответственность за просрочку исполнения обязательства.

В пункте 6.3 контракта сторонами согласовано условие, в соответствии с которым за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных настоящим контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, исполнитель обязан уплатить Государственному заказчику штраф в размере 458 375 руб., что составляет 5% цены контракта.

Оснований для списания такого штрафа не имеется.

Частью 42.1 статьи 112 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что начисленные поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016, 2020 и 2021 годах обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 40 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, списание, рассрочка начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю) сумм неустоек (штрафов, пеней) в связи с ненадлежащим исполнением государственного (муниципального) контракта при определенных условиях является именно обязанностью государственного (муниципального) заказчика, поскольку данные действия призваны быть одной из мер поддержки исполнителей по государственным (муниципальным) контрактам.

При этом даже наличие спора относительно начисленной неустойки (штрафа) не может трактоваться как условие, препятствующее списанию неустойки (штрафа), поскольку подобные антикризисные меры были установлены специально для защиты поставщиков (подрядчиков, исполнителей) государственных (муниципальных) контрактов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2017 № 302-ЭС17-13455, от 14.08.2018 № 305-ЭС18-5712).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2018 № 305-ЭС18-5712, указанный порядок списания начисленных сумм неустоек направлен на установление действительного размера задолженности и урегулирование споров между сторонами.

Таким образом, списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек в связи с ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных контрактом, является обязанностью государственного (муниципального) заказчика.

Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 302-ЭС21-25561.

Правила списания неустойки утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783.

Согласно пункту 2 Правил списания неустойки списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) осуществляется по контрактам, обязательства по которым исполнены в полном объеме, за исключением контрактов, предусмотренных указанным пунктом.

Подпунктом «а» пункта 3 Правил списания неустойки определено, что списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) осуществляется заказчиком в случае, если общая сумма начисленных и неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает 5 процентов цены контракта, заказчик осуществляет списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) за исключением случая, предусмотренного подпунктом «в» данного пункта.

В подпункте «а» пункта 5 Правил списания неустойки установлено, что при наличии документа о подтвержденных сторонами контракта расчетах по начисленной и неуплаченной сумме неустоек (штрафов, пеней) основанием для принятия решения о списании начисленной и неуплаченной суммы неустоек (штрафов, пеней) является в случае, предусмотренном подпунктом «а» пункта 3 данных Правил, - исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (за исключением гарантийных обязательств) по контракту в полном объеме, подтвержденное актом приемки или иным документом.

По смыслу вышеуказанных норм обязательным условием списания заказчиком начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней), не превышающих 5 процентов цены контракта, является исполнение подрядчиком обязательств в полном объеме. Исключение составляют лишь случаи, прямо предусмотренные в пункте 2 Правил списания неустойки.

Вместе с тем, с учетом вышеизложенных мотивов, материалами дела подтверждается ненадлежащее оказание предпринимателем услуг.

Кроме того, из материалов дела следует, что обязательства по контракту прекращены не исполнением контракта в полном объеме, предусмотренном условиями контракта (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации), 03.04.2023 ответчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта (т. 2, л.д. 103). Решение размещено в единой информационной системе 03.04.2023.

В силу пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу части 12 статьи 95 Закона № 44-ФЗ решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю).

Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе. 

В соответствии с частью 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств, подтверждающих ненадлежащее выполнение истцом принятых на себя обязательств и нарушение согласованных договорных условий, влекущих фактически одностороннее изменение подрядчиком принятых по договору обязательств, суд апелляционной инстанции полагает отсутствие оснований для списания примененного ответчиком штрафа, и признает обоснованным выводы суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков в размере уплаченных 458 688 руб. 96 коп.

Вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, получение ответчиком по банковской гарантии суммы штрафа в размере 458 688 руб. 96 коп. не возлагает на учреждение обязанности от оплаты услуг в полном объеме, при доказанности их ненадлежащего качества, а равно снижение стоимости услуг на сумму 229 680 руб. не означает, что из размера штрафа 458 688 руб. 96 коп. такая сумма (229 680 руб.) подлежит вычитанию.

В настоящем случае, списанный штраф в размере 458 688 руб. 96 коп. представляет собой самостоятельную меру гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение обязанности, предусмотренную пунктом 6.3 контракта, за факт нарушения контракта, в связи с чем снижение стоимости услуг и штраф не носят взаимоисключающий характер.

Истцом также заявлено о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к сумме штрафа.

Не устанавливая оснований для снижения размера штрафа в силу статьи 333 Гражданского кодекса, судебной коллегией принимается во внимание следующее.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Пленум № 7) даны следующие разъяснения положений статьи 333 Гражданского кодекса, подлежащие применению в настоящем споре. 

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 Гражданского кодекса могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (пункт 71 Пленума № 7). 

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Пленума № 7). 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 74 Пленума № 7). 

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. 

Изложенные правоприменительные положения, а также редакция статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяют сделать вывод о том, что заявление об уменьшении неустойки может быть сделано только при рассмотрении дела по правилам производства суда первой инстанции и должно быть мотивированным, то есть, подтверждено доказательствами, свидетельствующими о несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора. 

Истец с соответствующим ходатайством обратился, изложив его в письменном заявлении от 20.06.2023 (т. 2, л. д. 152).

Отказывая в удовлетворении ходатайства о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции указал, что взысканная сумма штрафа является соразмерной и адекватной последствиям нарушенного обязательства, поэтому основания для применения положений статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера штрафа не установлено. Приведенные истцом доводы о неразумности начисленной суммы штрафа, документально не обоснованы, и сами по себе данные доводы не свидетельствуют о явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства исполнителем по Государственному контракту. Начисление штрафа в рассматриваемом случае соответствует правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017).

Не устанавливая оснований для снижения размера штрафа, судебная коллегия с учетом фактических обстоятельств дела, доводов апелляционной жалобы, принимает во внимание следующие обстоятельства.

Как указано в пунктах 69, 75 Пленума № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Таким образом, наличие оснований для снижения штрафа и критерии ее соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств. Учитывая, что степень соразмерности заявленного размера штрафа последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Рассматриваемый штраф начислен учреждением за ненадлежащее оказание услуг, то есть, за нарушение исполнителем неденежнего обязательства.

Отдельное понятие «неденежного» обязательства в системе действующего законодательства отсутствует. 

Согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2019 № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации» в качестве неденежных обязательств покупателя приведены следующие примеры обязательств: обязательство обеспечить рекламу и маркетинг товара продавца на определенной территории, продать товар на определенную минимальную сумму.

Согласно пункту 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» к неденежным обязательствам имущественного характера относятся обязательства о передаче имущества в собственность, выполнении работ и оказании услуг.

Также согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», поручительством может быть обеспечено не только денежное обязательство, но и обязательства по передаче товара, выполнению работ, оказанию услуг, воздержанию от совершения определенных действий и т.п. (далее - неденежное обязательство), поскольку у кредитора по этим обязательствам при определенных обстоятельствах, например при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обязательства, могут возникать денежные требования к должнику (о возмещении убытков, взыскании неустойки, возврате аванса и т.п.).

Таким образом, приведенные в пункте 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» и пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» виды обязательств относят обязательства по выполнению работ в согласованные сроки к неденежным обязательствам.

В соответствии с пунктом 76 Пленума № 7, правила статьи 333 ГК РФ и пункта 6 статьи 395 ГК РФ не применяются при взыскании процентов, начисляемых по статье 317.1 ГК РФ. Правила пункта 6 статьи 395 ГК РФ не применяются при уменьшении неустойки, установленной за нарушение неденежного обязательства, если иное не предусмотрено законом.

На основании изложенных обстоятельств, носящих объективный характер, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывая компенсационный характер природы неустойки, которая должна быть направлена на восстановление нарушенных прав, а не служить средством обогащения, размер основного долга, и длительность не исполнения обязательства, суд первой инстанции правомерно установил основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки (пункты 2, 3 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, изложенного в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства суду необходимо учитывать, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, определение размера подлежащей взысканию неустойки сопряжено с оценкой обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, а также со значимыми в силу материального права категориями (разумность и соразмерность), обусловлено необходимостью установления баланса прав и законных интересов кредитора и должника.

Следовательно, при решении судом вопроса об уменьшении неустойки стороны по делу в любом случае не должны лишаться возможности представить необходимые, по их мнению, доказательства, свидетельствующие о соразмерности или несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

В ходе разрешения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представления доказательств в обоснование своих требований и возражений.

Объективных доказательств, свидетельствующих о неразумности и чрезмерности полученного штрафа, в материалы дела истцом не представлено. Кроме того, истцом не доказано, что сумма полученного штрафа в установленном размере может привести к получению ответчиком необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 №307-ЭС19-14101 по делу №А56-64034/2018, возражение должника об обоснованности начисления неустойки, равно как и ее размера, само по себе не является предусмотренным статьей 333 Гражданского кодекса заявлением об уменьшении неустойки. Более того, должнику недостаточно заявить об уменьшении неустойки, он должен доказать наличие оснований для ее снижения. В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, судебная коллегия считает недопустимым уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований. Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения. 

В рассматриваемом случае, заявляя суду первой инстанции ходатайство о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в нарушение вышеназванных требований, предприниматель не представил какие-либо доказательства в обоснование данного заявления (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая вышеизложенное, по исследованным обстоятельствам оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Выводы суда первой инстанции в части рассмотрения им требований о признании незаконным решения от 03.04.2023 № 31/1071 об одностороннем отказе от исполнения контракта от 18.08.2020 № 387, изложенные на страницах 9-11 мотивированного решения, признаются судом апелляционной инстанции избыточными, поскольку протокольным определением от 13.06.2023 уточнения истца в части требований о признании незаконным решения от 03.04.2023 № 31/1071 об одностороннем отказе от исполнения контракта от 18.08.2020 № 387 судом первой инстанции не приняты, отклонены, поскольку такие требования являются самостоятельным требованием, ранее не заявленным, в связи с чем, не подлежат принятию (т. 2, л.д. 153). 

Поэтому оснований для их рассмотрения в обжалуемом судебном акте не было, так как в последующем, после отказа суда в их принятии к рассмотрению, нового ходатайства о дополнении исковых требований таким требованием, истцом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлялось. 

Исковые требования рассматриваются в пределах требований, заявленных истцом и принятых арбитражным судом к рассмотрению.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, и отказом суда первой инстанции в принятии к рассмотрению уточненных требований в части признания незаконным решение от 03.04.2023 № 31/1071 об одностороннем отказе от исполнения контракта от 18.08.2020 № 387, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №12 от 30.06.2020 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в отсутствие оснований для рассмотрения таких требований, не имелось оснований для признания их обоснованными или необоснованными, в силу чего, оплаченная предпринимателем на основании платежного поручения №223 от 22.05.2023 государственная пошлина в размере 6 000 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Исходя из изложенных обстоятельств, носящих объективный характер, решение арбитражного суда первой инстанции подлежит изменению на основании статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с тем, что в удовлетворении апелляционной жалобы ИП ФИО2 отказано, его исковые требования по доводам апелляционной жалобы обоснованными не признаны, судебные расходы остаются на её подателе.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2023 по делу № А76-7755/2023 изменить.

Дополнить резолютивную часть решения Арбитражного суда Челябинской области от 12.12.2023 по делу № А76-7755/2023 абзацем 2 следующего содержания:

«Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 316745600127190, ИНН 

<

***>) из федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по исковому заявлению, уплаченной на основании платежного поручения №223 от 22.05.2023.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                 

О.Е. Бабина

 

Судьи:                                                                                

У.Ю. Лучихина

 

Н.Е. Напольская