СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск                                                                                                    Дело № А02-1610/2016

Резолютивная часть определения объявлена 11 сентября 2017 года 

Определение изготовлено в полном объеме 12 сентября 2017 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд 

в составе: председательствующего Фроловой Н.Н.,

судей: О.А. Иванова, Д.Г. Ярцева, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мельниковой М.Л.,

при участии:

от  финансового управляющего ФИО1: не явился (извещен),

от иных лиц: не явились (извещены),

рассмотрев апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 (рег. номер 07АП-3753/2017 (4)) на определение Арбитражного суда                 Республики Алтай от 20 июня 2017 года (судья Кулакова Л.А.) по делу № А02-1610/2016 о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; место рождения: с. Усть-Мута, Усть-Канского района Алтайского края, место жительства: 

<

...>)

по ходатайству финансового управляющего ФИО1 об              обеспечении доступа к имуществу должника,

                                                                       УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Алтай от 08.02.2017 года ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника ФИО1

06.04.2017 года финансовый управляющий ФИО1 обратился в суд с ходатайством, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о предоставлении права доступа к имуществу, принадлежащему ФИО2:

- в жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...>,

- в здание гаража, расположенное по адресу: 

<

...>. 

Заявление мотивировано необходимостью выяснения действительного имущественного положения должника, фактического наличия и состояния его имущества, инвентаризации имущества и дальнейшего включения в конкурсную массу, а также для беспрепятственного исполнения обязанностей финансовым управляющим. ФИО1 в заявлении указал, что должник препятствует доступу к вышеуказанному имуществу, что подтверждается актами, составленными с участием представителя кредитора ФИО3 

Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 20.06.2017 года суд отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявления.

Финансовый управляющий ФИО1 с определением суда от 20.06.2017 года не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его изменить, исключив из мотивировочной части определения Арбитражного суда Республики Алтай от 20.06.2017 года следующее суждение: «согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 28.03.2017 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Универсал-Новация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) финансовый управляющий гражданина ФИО2 ФИО1 с 01.08.2013 года по 16.05.2017 года являлся директором данного общества, а единственным учредителем данного общества является кредитор должника ФИО3. Саморегулируемая организация, из числа членов которой должен быть назначен финансовый управляющий была предложена ФИО3 при подаче в суд заявления о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом). Сведения о ФИО4 вместо ФИО1 как о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени вышеназванного юридического лица были внесены налоговым органом в период процедуры банкротства должника - 16.05.2017 года, то есть, после подачи должником заявления об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина ФИО2  Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 по состоянию на 08.02.2017 года (момент утверждения его в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2) являлся заинтересованным лицом по отношению к конкурсному кредитору ФИО3 Указанное обстоятельство в соответствии со статьей 19, абзацем 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве препятствовало утверждению ФИО1 в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2 Данный факт установлен судом определением от 09.06.2017 при рассмотрении заявления ФИО2 об отстранении ФИО1 от обязанностей финансового управляющего. С учетом этого, суд делает вывод о том, что кандидатура ФИО1 в силу вышеназванных норм не подлежала утверждению в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2, а действия ФИО1 в период с 08.02.2017 года по 09.06.2017 года нельзя признать добросовестными, соответствующими части 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве. При указанных обстоятельствах, имеются обоснованные сомнения относительно добросовестности и независимости финансового управляющего при составлении актов от 15.03.2017 года и 30.03.2017 года (составлены с участием представителя кредитора ФИО3) и наличии конфликта интересов между кредитором ФИО3, должником и арбитражным управляющим.».

Указав, что доказательства отказа в доступе к имуществу, а также создания препятствий к такому доступу, суду были представлены. Являются несостоятельными доводы суда о том, что Акты от 15.03.2017 года и 30.03.2017 года не могут являться единственными, допустимыми доказательствами совершения должником неправомерных действий по отказу в допуске финансового управляющего ФИО1 в жилой дом. 06.03.2017 года финансовым управляющим в адрес должника направлено уведомление-запрос о предоставлении сведений о составе имущества, а также документов, информации (получено должником 20.03.2017 года). Должник уклонился от обязанности представить информацию о наличии (отсутствии) у него движимого имущества. Вывод суда о наличии признаков заинтересованности финансового управляющего по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, основан на ошибочном толковании данной нормы. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

В соответствии с частями 5, 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом пункта 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28.05.2009 года N 36 "О применении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. Вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Исходя из доводов апелляционной жалобы, финансовый управляющий обжалует мотивировочную часть определения суда первой инстанции в части выводов суда о недобросовестности управляющего в силу установления обстоятельств, предусмотренных положением статьи 19 Закона о банкротстве. 

Поскольку управляющий, а также иные лица, не настаивают на пересмотре всего судебного акта в целом, определение суда проверяется в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об  отсутствии оснований для его отмены. 

Суд первой инстанции, отказывая финансовому управляющему в удовлетворении заявления, исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о том, что должник препятствует доступу финансового управляющего для осмотра, принадлежащего ему имущества. Акты от 15.03.2017 года и 30.03.2017 года не могут являться единственными, допустимыми доказательствами совершения должником неправомерных действий по отказу в допуске финансового управляющего ФИО1 в жилой дом. ФИО1, на момент утверждения его в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2, являлся заинтересованным лицом по отношению к конкурсному кредитору ФИО3, что по смыслу статьи 19, абзаца 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве препятствовало утверждению ФИО1 в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2   

Отказав в удовлетворении ходатайства о предоставлении права доступа к имуществу, принадлежащему ФИО2, суд первой инстанции принял по существу правильный судебный акт.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом, действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества при проведении процедур банкротства.

В соответствии с пунктом 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе, принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

Гражданин обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом (пункт 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

При неисполнении гражданином указанной обязанности финансовый управляющий направляет в арбитражный суд ходатайство об истребовании доказательств, на основании которого в установленном процессуальным законодательством порядке арбитражный суд выдает финансовому управляющему запросы с правом получения ответов на руки. Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений о размере имущества, месте его нахождения или иных сведений об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение другим лицам, отчуждение или уничтожение имущества, а также незаконное воспрепятствование деятельности финансового управляющего, в том числе уклонение или отказ от предоставления финансовому управляющему сведений в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, передачи финансовому управляющему документов необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление Пленума № 45) указано, что целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Также в пункте 39 названного Постановления даны разъяснения о том, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности). Указанное обстоятельство подлежит учету судом, рассматривающим дело о банкротстве, при рассмотрении ходатайства финансового управляющего о предоставлении ему доступа в принадлежащие должнику жилые помещения, к адресам и содержимому электронной и обычной почты гражданина и т.п., а также при рассмотрении ходатайства должника о получении из конкурсной массы денежных средств в разумном размере на оплату личных нужд. Названные ходатайства рассматриваются судом в порядке статьи 60 Закона о банкротстве.

Законом о банкротстве не определен порядок обеспечения доступа арбитражного управляющего в принадлежащие должнику жилые и иные помещения.

В соответствии со статьей 25 Конституции Российской Федерации жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Частью 1 статьи 35 Конституции Российской Федерации закреплено, что право частной собственности охраняется законом.

Согласно пункту 1 статьи 209, статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Поскольку из анализа вышеприведенных норм следует, что ходатайство финансового управляющего ФИО1 о доступе в жилой дом и помещение гаража, принадлежащие гражданину ФИО2, направлено на ограничение прав должника, предусмотренных статьями 25 и 35 Конституции Российской Федерации, как правомерно указано судом первой инстанции, в обоснование данного ходатайства должны быть представлены допустимые доказательства, безусловно подтверждающие сам факт отказа в доступе к имуществу, а также неправомерность действий ФИО2 по созданию препятствий в доступе финансового управляющего к жилому дому и помещению гаража.

В обоснование того, что должник препятствует доступу к имуществу, финансовым управляющим представлены Акты, составленные с участием представителя кредитора ФИО3

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данные документы не могут являться единственными, допустимыми доказательствами совершения должником неправомерных действий по отказу в допуске финансового управляющего ФИО1 в жилой дом.

Суд апелляционной инстанции поддерживает данный вывод суда.

Из Актов от 15.03.2017 года и 30.03.2017 года не усматривается отказа ФИО2 в допуске финансового управляющего в помещение гаража.

Из представленного финансовым управляющим Акта следует, что 15.03.2017 года гражданином ФИО2 было отказано представителю финансового управляющего ФИО5 и представителю кредитора ФИО3 в доступе в жилой дом.

Кроме того, доверенность от 01.03.2017 года, выданная финансовым управляющим ФИО1 представителю ФИО5, не содержит полномочий данного лица на представление интересов в деле о банкротстве ФИО2, в том числе, на осмотр имущества должника.

Уведомлением от 29.03.2017 года ФИО2 известил финансового управляющего ФИО6 о невозможности проведения осмотра имущества с 30.03.2017 года на более поздний срок в связи с нахождением на обследовании в другом населенном пункте. 

Из акта от 30.03.2017 года усматривается, что гражданином ФИО2 было отказано финансовому управляющему ФИО1 и представителю кредитора ФИО3 в доступе в жилой дом.

При этом иных доказательств, свидетельствующих о препятствии ФИО2 в доступе в жилой дом, представлено не было.

Доводы подателя жалобы о том, что доказательства отказа в доступе к имуществу, а также создания препятствий к такому доступу, суду были представлены, судом апелляционной инстанции отклоняется за необоснованностью.

Ссылка заявителя жалобы о том, что являются несостоятельными доводы суда о том, что Акты от 15.03.2017 года и 30.03.2017 года не могут являться единственными, допустимыми доказательствами совершения должником неправомерных действий по отказу в допуске финансового управляющего ФИО1 в жилой дом, судом апелляционной инстанции не принимается, учитывая вышеприведенные обстоятельства.

Доказательств, подтверждающих совершение ФИО2 действий, препятствующих в проведении осмотра принадлежащего должнику имущества, в том числе, жилого дома и помещения гаража не представлено.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьей 19, абзацем 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве, пришел к выводу о том, что кандидатура ФИО1 не подлежала утверждению в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2, а действия ФИО1 в период с 08.02.2017 года по 09.06.2017 года нельзя признать добросовестными, соответствующими части 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

Заявитель жалобы, полагая необоснованным указанный вывод суда первой инстанции, просит внести изменения в мотивировочную часть обжалуемого судебного акта, исключив ссылки на обстоятельства, при анализе которых, суд пришел к данному неправомерному, по мнению финансового управляющего, выводу.

Суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 на момент утверждения его в качестве финансового управляющего гражданина ФИО2, являлся заинтересованным лицом по отношению к конкурному кредитору ФИО3 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, является ошибочным, основанном на неправильном толковании Закона о банкротстве. Данное обстоятельство было предметом рассмотрения в рамках иного обособленного спора по заявлению ФИО2 об отстранении арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве № А02-1610/2016 (определение суда от 09.06.2017 года), постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2017 года суд установил, ошибочность указанного вывода суда первой инстанции.

 

Между тем, учитывая предмет спора, данные выводы суда первой инстанции, не привели к принятию неправильного судебного акта.  

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего о предоставлении права доступа к имуществу, принадлежащему ФИО2 

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения определения в обжалуемой части, у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271                         Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Алтай от 20 июня 2017 года по делу № А02-1610/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение месяца путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                     Н.Н. Фролова

Судьи                                                                                               О.А. Иванов

Д.Г. Ярцев