ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-1988/2019

г. Вологда

10 марта 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 10 марта 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Марковой Н.Г.и ФИО1 при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2, 

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Кварта» ФИО3 по доверенности от 01.02.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФИО4 Финанс» на определение Арбитражного суда Новгородской области от  03 декабря 2021 года по делу № А44-1988/2019, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Новгородской области от 16.04.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Дека Спб» (адрес: 173024, Великий Новгород, просп. А. Корсунова, д. 34б; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Общество, должник) введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.04.2019 № 76.

Решением суда от 15.01.2021 (резолютивная часть решения  объявлена 14.01.2021) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2021 решение суда в части утверждения конкурсным управляющим должника ФИО6 отменено. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5 

Определением суда от 21.06.2021 ФИО5 освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 30.07.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7.

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «ФИО4 Финанс» (далее – ООО «ФИО4 Финанс», кредитор)  обратилось в суд с заявлением о признании недействительными решений собрания кредиторов должника, оформленных протоколом от 22.07.2021, ссылаясь на действия Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк) в спорном собрании в интересах общества с ограниченной ответственностью «Кварта» (далее – «Кварта»). 

Определением суда от 30.09.2021 к участию в рассмотрении обособленного спора привлечено ООО «Кварта».

Определением суда от 03.12.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

ООО «ФИО4 Финанс» с определением суда от 03.12.2021 не согласилось, обратилось в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, заявление ООО «ФИО4 Финанс» удовлетворить в полном объёме. Доводы жалобы сводятся к следующему. ООО «Кварта» и акционерное общество «Сити Инвест Банк» (далее – АО «Сити Инвест Банк») являются аффилированными лицами. На собрании 22.07.2021 Банк действовал в интересах ООО «Кварта» – лица, которому было уступлено материально-правовое требование к должнику. По договору об уступке прав (требований) от 02.03.2021 № 1 Банк (цедент) уступил ООО «Кварта» (цессионарий) право требования к акционерному обществу «Дека» (основной должник) и к Обществу (поручитель), основанное на кредитных договорах   от 14.08.2017 № 22/17  и от 28.08.2017 № 23/17. Переход права требования состоялся 03.03.2021 по акту приема-передачи прав (требований). Материально-правовое требование к должнику с 03.03.2021 принадлежит ООО «Кварта», а не Банку. Соответственно, с указанной даты Банк действует как конкурсный кредитор должника не в своих интересах, а в интересах цессионария. После уступки третьему лицу прав (требований) к должнику Банк не обладает собственным правовым интересом в участии в деле о банкротстве в целом и в избрании арбитражного управляющего в частности. 

Между Банком и ООО «Кварта» имеется договоренность, которая представляет собой соглашение, достигнутое при заключении сделки. Позиция утверждённого конкурсного управляющего должника, избранного голосами Банка, основана на позиции, занимаемой  АО «Сити Инвест Банк». 

Представитель ООО «Кварта» просил оставить обжалуемое определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 22.07.2021 состоялось собрание кредиторов Общества, созванное по инициативе конкурсного кредитора Банка со следующей повесткой дня:

1. Выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации (далее – СРО), из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего.

2. Утверждение дополнительных требований к кандидатуре арбитражного управляющего.

Согласно протоколу собрания кредиторов от 22.07.2021 в собрании приняли участие представители двух кредиторов – Банка и ООО «ФИО4 Финанс», включенных в реестр требований кредиторов, с суммой требований в размере 89,9582 % от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

Собранием приняты следующие решения: 

по первому вопросу повестки дня – выбрать Союз «Межрегиональный центр арбитражных управляющих» в качестве саморегулируемой организации (далее – Союз «МЦАУ»), из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего;

по второму вопросу повестки дня – не определять дополнительных требований к кандидатуре арбитражного управляющего.

Податель жалобы считает решения собрания кредиторов,  оформленные протоколом от 22.07.2022, недействительными, ссылаясь на то, что решение об избрании СРО, из числа членов которой судом будет утверждён конкурсный управляющий Общества, принято по инициативе ООО «Кварта», аффилированного с должником.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 15 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) решения собрания кредиторов по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 15 Закона о банкротстве в случае, если решение собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих лиц либо принято с нарушением установленных Законом пределов компетенции собрания кредиторов, такое решение может быть признано недействительным арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, или третьих лиц.

Согласно протоколу обжалуемого собрания кредиторов Общества, состоявшегося 22.07.2021, в нём принимали участие Банк, обладающий  68,82524 % голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов должника, ООО «ФИО4 Финанс» – 21,13296 %. 

Таким образом, собрание кредиторов являлось правомочным.

За выбор СРО – Союза «МЦАУ» подано 68,82524 % голосов, принадлежащих Банку, от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов должника (76,50802 % от присутствующих). 

Следовательно, решение об избрании Союза «МЦАУ» в качестве СРО, из числа членов которой судом будет утверждён конкурсный управляющий Общества, принято большинством голосов, что соответствует пункту 1 статьи 15 Закона о банкротстве.

Требования Банка включены в составе третьей очереди реестра требований кредиторов Общества в размере 683 458 082 руб. 21 коп., в том числе 680 680 000 руб. 02 коп. основного долга, 2 778 082 руб. 19 коп. неустойки определением суда от 14.06.2019 (резолютивная часть определения объявлена 13.06.2019). 

Банком (цедент) и ООО «Кварта» (цессионарий) 02.03.2021 заключен договор об уступке прав (требований) № 1 (далее – договор от 02.03.2021) , по условиям которого цедент уступает цессионарию в полном объёме права (требования), а цессионарий принимает на себя в полном объёме указанные права (требования) на условиях, которые существуют на момент перехода прав (требований), и обязуется оплатить их в порядке и на условиях, предусмотренных договором. 

Передача прав (требований) от цедента к цессионарию осуществляется по акту приёма-передачи прав (требований). Акт приёма-передачи прав (требований) является неотъемлемой частью договора. 

Стороны договорились о том, что объём (размер) уступаемых прав (требований) будет указан в акте приёма-передачи прав (требований). 

Согласно пункту 3.2 договора от 02.03.2021 размер денежной суммы, которую цессионарий обязан уплатить за передаваемые в соответствии с условиями настоящего договора права (требования), составляет 650 000 000 рублей. 

Пунктом 3.3 договора от 02.03.2021 стороны установили, что права (требования) считаются уступленными (переданными) цедентом и переходят к цессионарию в полном объёме с момента подписания сторонами акта приёма-передачи прав (требований) после исполнения цессионарием в полном объёме обязательств по оплате 100 процентов стоимости прав (требований), указанной в пункте 3.2 договора.  

В материалах дела также усматривается, что на момент проведения спорного собрания судебный акт о процессуальном правопреемстве и замене Банка, включенного в реестр требований кредиторов Общества, на его правопреемника – ООО «Кварта» судом не выносился. 

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2017 № 308-ЭС14-7166(4) по делу № А32-19671/2013, исходя из положений пункта 1 статьи 12 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Поскольку определение о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов подлежит немедленному исполнению, право на участие в собрании кредиторов с правом голоса возникает у кредитора с момента вынесения определения о включении его требований в реестр. Сама по себе замена в материальном правоотношении не наделила нового кредитора правом на участие в собрании и не ограничила право прежнего до момента вынесения арбитражным судом судебного акта о замене в реестре требований кредиторов должника правопреемником по ранее включенным требованиям. Исходя из принципа добросовестности (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) до проведения процессуальной замены лицо, включенное в реестр требований кредиторов, обязано выдать приобретателю требования доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя. 

В рассматриваемом случае на дату проведения собрания кредиторов должника 22.07.2021 требования Банка были включены в реестр требований кредиторов должника на основании судебного акта арбитражного суда (определение от 13.06.2019). 

Таким образом, по смыслу Закона о банкротстве на момент проведения собрания кредиторов должника названное лицо обладало статусом конкурсного кредитора и, как следствие, правом на участие в собрании с правом голоса.

Как разъяснено в пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, выбор кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации арбитражных управляющих определяется решением кредиторов, не являющихся лицами, контролирующими должника или аффилированными с должником. 

По общему правилу, контролирующее должника лицо и аффилированные с должником лица имеют общий с должником интерес, отличный от интереса независимых кредиторов, учёт их голосов при последующем выборе кандидатуры арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) приводит к тому, что установленный действующим правовым регулированием механизм предотвращения потенциального конфликта интересов не достигает своей цели.

Понятие аффилированного лица закреплено в абзаце двадцать пятом статьи 4 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции): под аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических лиц. 

Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица. 

В группу лиц юридического лица входят все юридические и физические лица, применительно к которым выполняется одно или несколько оснований, предусмотренных частью 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, то есть все лица, которые участвуют в данном юридическом лице и в которых участвует это юридическое лицо.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Фактическая аффилированность юридических лиц не является постоянной, так как общность экономических интересов группы лиц со временем может изменяться.

Поэтому при рассмотрении спора заявителем должны были быть представлены сведения о наличии фактической аффилированности указанных выше лиц на дату участия в собрании кредиторов. 

Заявителем в материалы дела не представлены доказательства того, что Банк является лицом, контролирующим должника или аффилированным с должником. 

Доказательства того, что лица, контролирующие должника или аффилированным с должником, контролировали деятельность Банка или давали ему указания обязательные для исполнения, в том числе в отношении порядка голосования на спорном собрании кредиторов,  как верно указал суд первой инстанции, в материалы дела не представлены.

Доводы о необходимости признания недействительными решений спорного собрания кредиторов в связи с его проведением по месту регистрации одного из аффилированных к должнику лица, судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку данное место проведения собраний кредиторов Общества определено первым собранием кредиторов должника, состоявшимся 21.07.2020. 

С учётом специфики производства по делам о несостоятельности (банкротстве), заключающейся в том, что в конкурентной борьбе за распределение конкурсной массы неплатежеспособного должника наряду с независимыми кредиторами, разумно рассчитывающими на погашение имеющейся перед ними задолженности, могут участвовать и заинтересованные (аффилированные) по отношению к должнику лица, обоюдный интерес которых состоит в сохранении имущества/активов должника за собой, сложившейся судебной практикой выработан правовой подход, направленный на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником или связанным с ним лицом, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов, о наличии у суда права определения кандидатуры арбитражного управляющего методом случайной выборки по аналогии с пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве (пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее – Обзор от 20.12.2016)). 

Стороне, возражающей против выбора конкретной кандидатуры арбитражного управляющего (либо саморегулируемой организации), достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего, иными словами зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости названной кандидатуры. Данные выводы согласуются с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 26.08.2020 № 308-ЭС20-2721.

В отсутствие же оснований сомневаться в независимости и беспристрастности утверждаемого судом в качестве арбитражного управляющего лица по отношению к должнику или кому-либо из его кредиторов, а равно и обстоятельств, свидетельствующих о наличии в деле о банкротстве ситуации конфликта интересов между кредиторами, выходящего за рамки предусмотренной законом и характерной для подобного рода отношений модели выработки единого мнения посредством принуждения меньшинства кредиторов большинством, судам надлежит руководствоваться общим правилом, согласно которому выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой подлежит утверждению арбитражный управляющий, в рамках уже введенной процедуры банкротства либо при смене таковой относится к исключительной компетенции собрания кредиторов (абзац шестой статьи 12 Закона о банкротстве). 

Изложенный подход согласуется с правовой позицией, высказанной применительно к рассматриваемому вопросу Верховным Судом Российской Федерации в определении от 29.05.2020 № 305-ЭС19-26656 по делу № А41-23442/2019.

При рассмотрении вопроса о недействительности решений собрания кредиторов (комитета кредиторов) в предмет доказывания входит установление следующих обстоятельств, а именно: нарушены ли права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих лиц; принято ли решение с нарушением установленных Законом о банкротстве пределов компетенции собрания кредиторов (комитета кредиторов).

Также в силу прямого указания закона решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявителем не представлено доказательств того, что при проведении собрания кредиторов были нарушены права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также что собрание кредиторов проведено с нарушениями законодательства о банкротстве.

В силу изложенного оснований для признания недействительными решений собрания кредиторов должника, состоявшихся 22.07.2021, у суда первой инстанции не имелось. 

Апелляционный суд считает, что доводы ООО «ФИО4 Финанс» не могут повлечь отмены обжалуемого судебного акта, поскольку по существу сводятся к несогласию с оценкой судом установленных по делу обстоятельств и имеющихся доказательств. Между тем иная оценка указанных обстоятельств не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального права. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявлений не допущено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 61 Закона о банкротстве и разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 35.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», постановление суда апелляционной инстанции, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы на определение суда первой инстанции о признании недействительным решения собрания кредиторов или об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов, является окончательным; пересмотр такого постановления в порядке кассационного производства законодательством не предусмотрен.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Новгородской области от 03 декабря 2021 года по делу № А44-1988/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФИО4 Финанс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации. 

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

 

Судьи

Н.Г. Маркова

ФИО1