1363/2023-107386(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Санкт-Петербург  

20 июля 2023 года Дело № А21-7206-4/2021  Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 20 июля 2023 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Серебровой А.Ю. судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А. при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1 при участии: 

от ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от  18.04.2023),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-14543/2023) ФИО2  

на определение Арбитражного суда Калининградской области от 06.04.2023 по  делу № А21-7206/2021-4 (судья Скорнякова Ю.В.), принятое по заявление  конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО2 в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Калининградский институт прямых инвестиций»  

об удовлетворении заявления,  

установил:

Решением Арбитражного суда Калининградской области (далее – арбитражный суд,  суд первой инстанции) от 18.01.2022 общество с ограниченной ответственностью  «Калининградский институт прямых инвестиций» (далее - Общество, должник)  признано несостоятельным (банкротом) в отношении должника открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества конкурсный  управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности генерального директора должника  ФИО2 (далее - ответчик) в связи с отсутствием  (непередачей конкурсному управляющему) бухгалтерской и иной документации,  печатей, штампов, материальных и иных ценностей, а также с неисполнением  

обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным  (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 06.04.2023 заявление конкурсного  управляющего Общества ФИО4 о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества удовлетворено, с  ФИО2 в пользу Общества в порядке субсидиарной ответственности  взыскано 1 415 751,19 руб.  

При вынесении указанного определения суд первой инстанции исходил из  того, что необходимая совокупность условий (отсутствие либо непередача  конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета) для привлечения  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию,  установленному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве), установлена.  

Также суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для  привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о  признании Общества банкротом.  

Не согласившись с указанным определением суда первой инстанции,  ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит  обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об  отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В апелляционной жалобе ее податель ссылается на то, что конкурсный  управляющий Общества ФИО4 не обращалась в арбитражный суд с  заявлением об истребовании у ответчика документации Общества.  

Кроме того, апеллянт указывает, что в рамках дела о банкротстве Общества   № А21-14978/2019, возбужденного по заявлению Федеральной налоговой службы,  все документы Общества переданы конкурсному управляющему ФИО5  

ФИО2 также полагает, что подлежит освобождению от  субсидиарной ответственности, поскольку его полномочия как генерального  директора Общества истекли 12.11.2017 на основании пункта 9 Устава Общества),  после чего решения о продлении его полномочий в должности генерального  директора не принимались.  

Кроме того, 13.11.2017 им было подано заявление об увольнении  единственному учредителю Общества ФИО6, после чего обязанности  генерального директора Общества ФИО2 фактически не выполнял, так  как был отправлен в отпуск без содержания до назначения нового генерального  директора).  

Также ФИО2 ссылается на состояние здоровья, которое не  позволяло ему с сентября 2015 года осуществлять руководство деятельностью  Общества.  

ФИО2 также указывает, что в период с 01.09.2014 фактическое  руководство Обществом осуществлял ФИО7 на основании  выданной ему генеральной доверенности.  

Податель жалобы полагает, что он не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества в связи с изложенными  обстоятельствами, которые судом первой инстанции не были учтены и не получили  надлежащей оценки.  

От конкурсного управляющего Общества в Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд представлен отзыв на апелляционную жалобу с возражениями  против ее удовлетворения.  

В судебном заседании Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве),  надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в  соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), явку своих представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1  статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие  неявившихся участников процесса.  

Проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ законность и обоснованность  определения суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив  доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив правильность  применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права,  суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В силу положений, содержащихся в статье 223 АПК РФ, пункте 1 статьи 6,  пункте 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы несостоятельности (банкротства).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ)  Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в  силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по  правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от  28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во  времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) (далее – ГК  РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной  ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются,  если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой  ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику,  одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки),  имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона 

 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до  вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения  производства по делу о банкротстве.  

Между тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона 

 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после  01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или  было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу  заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным  статьями 61.11 - 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры,  применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный  управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника,  работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется  задолженность, или уполномоченные органы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях  настоящего закона, если им не предусмотрено иное, под контролирующим должника  лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не  более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а  также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

В пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлены презумпции,  согласно которым предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника; 2) имело право  самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться  пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или  более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица  либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

Как следует из материалов дела, ФИО2 в период с 12.11.2014 до  признания Общества банкротом являлся его генеральным директором.  

Таким образом, применительно к статье 61.10 Закона о банкротстве  ФИО2 является лицом, в отношении которого может рассматриваться  вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям,  предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 Закона о банкротстве.  

В обоснование заявленных требований о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указывает на  отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность  по обязательствам должника.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при отсутствии к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом документов  бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и  хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.  

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2  пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены  обязанности:  

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;  

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета  и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Основание для освобождения от ответственности контролирующего должника  лица в этом случае предусмотрено лишь пунктом 10 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий  и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования  кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в  невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если  оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота,  добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не  нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его  действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам  кредиторов.  

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее - Постановление № 53) при доказанности обстоятельств, составляющих  основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные  в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия  (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного  банкротства.  

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 года №  14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14- ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным  исполнительным органам общества или единоличным исполнительным органом  общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные  органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету  директоров (наблюдательному совету) общества,  

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и  принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними  документами общества, а также договором, заключенным между обществом и  лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт  4 статьи 40 Закона № 14-ФЗ).  

Положениями пункта статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что  единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и  исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества  добросовестно и разумно.  

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ) экономический субъект обязан  вести бухгалтерский учет.  

Руководитель экономического субъекта - лицо, являющееся единоличным  исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за  ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы  функции единоличного исполнительного органа (пункт 7 статьи З Закона №  402-ФЗ).  

Пунктом 1 статьи 7 Закона № 402-ФЗ установлено, что ведение  бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются  руководителем экономического субъекта.  

В соответствии со статьей 29 Закона № 402-ФЗ первичные учетные  документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность,  

аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в  течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами государственного  архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект  должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета  и их защиту от изменений.  

Из приведенных правовых норм следует, что ответственность за организацию  бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при  выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов,  регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель.  

Бухгалтерские документы имеют особое значение для выявления имущества  должника, установления дебиторской задолженности, которые по правилам статьи  130 Закона о банкротстве могут быть включены в конкурсную массу.  

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя  должника предполагается и является обязательным требованием закона, в связи с  чем руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин  непредставления документации.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве передача конкурсному  управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью  руководителя юридического лица, который также несет ответственность и за  организацию хранения такой документации в соответствии с пунктом 3 статьи  17 Закона № 402-ФЗ.  

Данная норма права направлена на обеспечение надлежащего исполнения  руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных  интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности  сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к  третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате  имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок  должника.  

При этом исполнение руководителем должника перечисленных обязанностей  не обусловлено встречным требованием арбитражного управляющего или суда о  предоставлении соответствующей информации, документов и имущества.  

Таким образом, ответственность возникает при неисполнении руководителем  обязанности по организации хранения бухгалтерской документации, вследствие  чего она не была передана конкурсному управляющему, а также за ненадлежащее  ведение бухгалтерского учета.  

Арбитражным управляющим в ходе проведения процедур наблюдения и  конкурсного производства установлено, что бухгалтерская отчетность Общества за  2019 - 2021 г.г. в налоговый орган не сдавалась, что подтверждается ответом  МИФНС № 9 по Калининграду от 06.05.2022 № 06-10/10794.  

Между тем, ФИО2 как орган управления должника до введения  процедур банкротства, должен был обеспечить не только надлежащий учет и  сохранность всей первичной документации должника, в силу требований  корпоративного законодательства и законодательства о бухгалтерском учете, но и  обеспечить, при необходимости и в условиях возникновения определенных  обстоятельств, ее восстановление (в случае утраты, повреждения), с целью  дальнейшего обеспечения передачи данной документации арбитражному  управляющему при инициации процедуры банкротства.  

Обязанность доказывания надлежащего исполнения данной обязанности в  силу статьи 65 АПК РФ лежит на бывшем руководителе должника.  

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением  факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в  

ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта  ответственности исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего  исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру  обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).  

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины  должно доказываться лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.  

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в  постановлении от 06.11.2012 № 9127/12 высказал правовую позицию, согласно  которой при рассмотрении требования о субсидиарной ответственности, по  указанным основаниям, необходимо, помимо объективной стороны  правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства  по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации,  установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все  меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче  документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него  требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК  РФ).  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления № 53,  применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности  презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением  документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве),  необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как  отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные  презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации  не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо  доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в  частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения  обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени  заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их  идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные  сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения  конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами  должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет  причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Таким образом, именно ФИО2 должен представить  доказательства того, что обязанности по хранению бухгалтерской документации и  отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации исполнялись  надлежащим образом.  

Между тем, такие доказательства в материалах дела отсутствуют. 

Бездействие ФИО2 по исполнению установленных  обязанностей по передаче учетных и бухгалтерских документов Общества  арбитражному управляющему, позволяющих достичь целей конкурсного  производства, ведет к невозможности завершения банкротной процедуры и  расчетов с кредиторами.  

Следует отметить, что дело о банкротстве Общества возбуждено повторно. 

Так, решением арбитражного суда от 21.01.2020 по делу № А21-14978/2019 по  заявлению Федеральной налоговой службы в отношении Общества открыто  конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника,  конкурсным управляющим утвержден ФИО5.  

Определением арбитражного суда от 02.06.2020 удовлетворено ходатайство  конкурсного управляющего ФИО5 об освобождении его от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего Общества.  

Определением арбитражного суда от 08.12.2020 производство по делу №  А21-14978/2019 прекращено на основании пункта 9 статьи 45 Закона о банкротстве  в связи с непредставлением в течение трех месяцев кандидатуры арбитражного  управляющего.  

Доводы ФИО2, приведенные в суде первой инстанции и в  апелляционной жалобе, о передаче документации Общества конкурсному  управляющему ФИО5 документально не подтверждены.  

При вышеизложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу, что отсутствие какой-либо бухгалтерской и иной первичной  документации Общества, позволяющей установить принадлежность того или иного  имущества должнику, привело к невозможности формирования конкурсной массы  должника в соответствующем объеме.  

Установив наличие необходимой совокупности условий для привлечения  контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основанию,  установленному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  (отсутствие либо непередача документов бухгалтерского учета), суд первой  инстанции посчитал, что заявленные конкурсным управляющим должника  требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника по названному снованию подлежат удовлетворению.  

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве определено, что размер  субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному  размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а  также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

При определении состава и размера субсидиарной ответственности  ответчика суд первой инстанции на основании пункта 11 статьи 61.11 Закона о  банкротстве взыскал с ответчика в пользу должника 1 415 751,19 руб., что  соответствует совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра.  

Кроме того, конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию неисполнения  обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом ввиду наличия  признаков неплатежеспособности.  

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность  руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника  несостоятельным (банкротом) в случае наступления обстоятельств, поименованных  в данной норме, в том числе, возникновения признаков неплатежеспособности и  

недостаточности имущества должника, в кратчайший срок, но не позднее чем через  месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9  Закона о банкротстве).  

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный  суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые  установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по  созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного  заявления в арбитражный суд.  

Размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе  по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного  пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника  (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом)  (пункты 1, 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).  

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника  лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о  банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного  из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения  данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве  должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Определением арбитражного суда от 30.06.2022 по обособленному спору №  А21-7206-3/2021 установлено, что 07.10.2016 между ФИО8 (заказчик) и  Обществом (генеральный подрядчик) заключен договор генерального подряда №  25/9-16 на строительство жилого дома по адресу: 

<

...>  (далее – Договор).  

Во исполнение Договора 28.04.2017 и 13.06.2017 заказчик передал должнику  денежные средства в общем размере 2 000 000,00 руб. в качестве аванса, что  подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам.  

В соответствии с актом выполненных работ к Договору от 20.11.2018  генеральным подрядчиком фактически выполнены работы на сумму 1 040 610,00  руб.  

Относительно оставшейся суммы в размере 959 390,00 руб. стороны  Договора согласовали график возврата денежных средств, согласно которому  должник обязался возвратить заказчику сумму в размере 609 390,00 руб. при  подписании акта, а сумму в размере 350 000,00 руб. - в срок до 29.12.2018.  

Поскольку обязательство по возврату денежных средств в сумме 350 000,00  руб. должником исполнено не было, ФИО8 обратилась в арбитражный суд с  требованием о включении в реестр требований кредиторов должника с требования  в размере 705 000,00 руб., из которых 350 000 руб. основного долга, 355 000,00 руб.  штрафа.  

Определением от 30.06.2022 по обособленному спору № А21-7206-3/2021  арбитражный суд признал обоснованными требования ФИО8 к Обществу в  размере 525 000,00 руб., из которых 350 000,00 руб. основного долга, 175 000,00  руб. штрафа, однако отказал во включении указанных требований в реестр  требований кредиторов должника ввиду пропуска установленного статьей 142  Закона о банкротстве срока, указав, что они подлежат удовлетворению за счет  

оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, имущества должника.  

Таким образом, 30.12.2018 руководителю должника стало известно о наличии  у Общества неисполненных денежных обязательств в размере, превышающем  300 000,00 руб., соответственно, 30.04.2019 у руководителя должника возникает  обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которая им не  исполнена.  

Исходя из установленных фактических обстоятельств, судом первой  инстанции сделан обоснованный вывод о том, что конкурсным управляющим  доказано наличие предусмотренных статьей 61.12. Закона о банкротстве оснований  для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с  установлением факта наличия признаков неплатежеспособности должника с  30.03.2019.  

Субсидиарная ответственность по данному основанию определена  арбитражным судом в размере 169 830,00 руб., равном размеру обязательств  должника, возникших на основании постановлений налогового органа о взыскании с  должника указанной суммы, вынесенных после истечения срока, предусмотренного  статьей 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника, то  есть с 29.04.2019 по 18.01.2022.  

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 об отсутствии оснований  для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  судом апелляционной инстанции отклоняются.  

Ссылка на отсутствие судебного акта об истребовании у ответчика  документации Общества не имеет правового значения для разрешения настоящего  обособленного спора, поскольку обязанность руководителя должника как органа  управления предоставить арбитражному управляющему в соответствующей  процедуре банкротства бухгалтерские и иные документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника, а также материальные и иные ценности  (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве) является безусловной  и не поставлена в зависимость от вынесения отдельного судебного акта.  

Кроме того, решением 18.01.2022 по настоящему делу арбитражный суд  обязал Общество, законным представителем которого в силу статьи 53 ГК РФ  являлся ФИО2, в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную  документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценностей  конкурсному управляющему по акту приема-передачи.  

Названный судебный акт в указанной части ответчиком не исполнен. 

Как указано выше, доводы ФИО2 о передаче документации  Общества арбитражному управляющему ФИО5 в рамках дела о банкротстве  Общества № А21-14978/2019, возбужденного по заявлению Федеральной налоговой  службы, документально не подтверждены.  

Сам по себе факт истечения полномочий ФИО2 как генерального  директора должника на основании пункта 9 Устава Общества не освобождает его от  ответственности за деятельность Общества, поскольку соответствующие изменения  в ЕГРЮЛ не внесены, доказательства документального оформления увольнения  ФИО2 с должности генерального директора в материалах дела  отсутствуют.  

Представленные ФИО2. медицинские документы также не  свидетельствуют о невозможности исполнения им обязанностей руководителя  Общества.  

Как разъяснено в пункте 6 Постановления № 53 руководитель, формально  входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое  

управление (далее номинальный руководитель), например, полностью  передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо  принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного  согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий  (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица,  поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния  на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления  обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями  (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления  юридическим лицом (пункт З статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Подписанные ФИО2 генеральные доверенности от 01.09.2014 и  01.09.2017, предоставляющие ФИО7 полномочия вести дела Общества, при  отсутствии иных доказательств осуществления ФИО7 фактического  руководства Обществом также не опровергают презумпции, установленные в  отношении контролирующего должника лица.  

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия полагает, что  апелляционная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о наличии  обстоятельств, влияющих на обоснованность и законность судебного акта либо  опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, доводы подателя  жалобы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут  служить основанием для отмены судебного акта.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270  АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не  установлено.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 06.04.2023 по  делу № А21-7206-4/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Сереброва  

Судьи Е.В. Бударина  

 Н.А. Морозова