СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск                                                                                Дело № А45-3171/2016

В полном объеме постановление изготовлено 28 марта 2018 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2018 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Назарова А.В., 

судей: Кайгородовой М.Ю., Стасюк Т.Е., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании: 

от кредитора ПАО «Банк ФК Открытие» - ФИО2 – доверенность от 22.02.2018, паспорт;

от ООО «Техкомплект» - ФИО3 – доверенность от 20.09.2017, паспорт;

от иных лиц: без участия (извещены);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Техкомплект» (рег. №07АП-2981/2016 (13)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 12 декабря 2017 года по делу № А45-3171/2016 (судья Бродская М.В.), о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Центр комплектации «СЭЛЛ» (630501, Новосибирская обл., Новосибирский район, р.п. Краснообск, ГНУ СибНИИЭСХ Россельхозакадемии, этаж 7, офис 7, почтовый адрес: 630066, г. Новосибирск, а/я 53, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,) по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительной сделкой агентский договор №3 от 09.01.2017, агентский договор № 4 от 09.01.2017, заключенный между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Техкомплект» (630009, 

<

...> л.11, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

определением от 25.02.2016 Арбитражного суда Новосибирской области к производству арбитражного суда принято заявление публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее – ПАО Банк «ФК Открытие») о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Центр комплектации «СЭЛЛ» (далее – АО «ЦК «СЭЛЛ»).

Определением суда от 20.06.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член Ассоциации «Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние». 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 117 от 02.07.2016.

Решением суда от 24.01.2017 АО «ЦК «СЭЛЛ» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 11.02.2017.

Определением суда от 18.07.2017 срок конкурсного производства продлен до 18.01.2018.

18.08.2017 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительными сделок - агентского договора №3 от 09.01.2017 и №4 от 09.01.2017, заключенных между АО ЦК «СЭЛЛ» (Принципал) и обществом с ограниченной ответственностью «Техкомплект» (далее - ООО «Техкомплект») (Агент).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12 декабря 2017 года (резолютивная часть объявлена 05.12.2017) заявление конкурсного управляющего, агентские договоры признаны недействительными.

С вынесенным определением не согласилось ООО «Техкомплект», в апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании агентских договоров №3, 4 недействительным отказать в полном объеме, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права.

Апеллянт указывает, что заключение агентских договоров не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. Агентское вознаграждение в размере 5% от суммы оказанных принципалу услуг является более чем разумной ценой. Конкурсным управляющим не доказана заинтересованность лиц. Сделка была совершена не с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. На момент совершения оспариваемой сделки у должника было имущество, принадлежащего на праве собственности. Сделка не является недействительной и не является мнимой. 

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) конкурсный управляющий должника представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указав, что здание не принадлежало полностью должнику, при этом агент в период действия спорного агентского договора арендовал 72% площади помещений, принадлежащих должнику, а арендованные помещения сдавал в субаренду. Должник и ООО «Техкомплект» аффилированные лица, сделка не была совершена в ходе обычной хозяйственной деятельности, направлена на причинение имущественного вреда должнику и его кредиторам.

ПАО «Банк ФК Открытие» в письменных пояснениях указало, что при рассмотрении обособленного спора ООО «Техкомплект» не доказало наличие экономических оправданных мотивов в привлечении в интересах АО ЦК «СЭЛЛ» агента ООО «Техкомплект» для поиска исполнителей по оказанию ему услуг. Какого=либо обоснования заключения сделок с третьими лицами в интересах должника не напрямую, а через посредника – агента, при том, что должности руководителей и в агенте и в принципале совмещали одни и те же лица, ООО «Техкомплект» не приведено, как и пояснений, почему сам должник не мог привлекать поставщиков соответствующих услуг, в том числе поручив эту деятельность своему работнику ФИО6, а не прибегая к посредническим услугам агента – ООО «Техкомплект» в лице ФИО6 

Суд первой инстанции, обоснованно, с учетом всех фактических обстоятельств дела установил, что оказание услуг должнику агентом является мнимой сделкой, совершенной заинтересованными лицами и направленной не на оказание услуг, а на вывод имущества из конкурсной массы и причинение имущественного вреда кредиторам должника.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ООО «Техкомплект» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. 

Представитель ПАО «Банк ФК Открытие» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменных пояснениях.

Иные участвующие в деле о банкротстве лица, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, конкурсный управляющий заявил о признании недействительным агентских договоров от 09.01.2017 №3 и № 4, заключенных между АО ЦК «СЭЛЛ» (Принципал) и ООО «Техкомплект» (Агент).

Согласно условиям пункта 1.1 договора №3 должник (принципал) поручает и обязуется оплатить, а ООО «Техкомплект» (агент) обязуется совершить от своего имени и за счет принципала следующие юридические и иные действия, связанные:

а) с поиском исполнителей работ по охране объектов и имущества принципала, жизни и здоровья персонала, поддержание общественного порядка и пропускного режима на территории офисно-складского комплекса, по адресу: 

<

...>;

б) с поиском исполнителей работ по функционированию систем охранного видеонаблюдения;

в) с поиском исполнителей работ по уборке помещений и территории принципала;

г) с координацией деятельности исполнителей в целях наиболее полного обеспечения интересов принципала.

Поручение, указанное в пункте 1.1 договора, считается выполненным агентом и подлежащим оплате принципалом после фактического наступления следующих обстоятельств: подписание актов выполненных работ по обслуживанию офисно-складского комплекса по адресу: 

<

...> (пункт 1.4 договора).

Пунктом 3.1. согласована оплата агенту в размере 5% от стоимости услуг.

Согласно условиям пункта 1.1 договора №4 должник (принципал) поручает и обязуется оплатить, а ООО «Техкомплект» (агент) обязуется совершить от своего имени и за счет принципала следующие юридические и иные действия, связанные: 

а) с поиском исполнителей по предоставлению услуг связи (местная, междугородная, международная и интернет)

б) с поиском исполнителей работ по обслуживанию электросети, водоснабжение, канализации, тепловых сетей и координация их деятельности; 

в) с координацией деятельности исполнителей в целях наиболее полного обеспечения интересов принципала.

Поручение, указанное в пункте 1.1 договора, считается выполненным агентом и подлежащим оплате принципалом после фактического наступления следующих обстоятельств: подписание актов выполненных работ по обслуживанию офисно-складского комплекса по адресу: 

<

...> (пункт 1.4 договора).

Пунктом 3.1. согласована оплата агенту в размере 5% от стоимости услуг.

Директором ООО «Техкомплект» на дату заключения спорной сделки являлся ФИО6 бывший работник должника, проработавший у последнего с 1999 года по 31 декабря 2015 года и назначенный на эту должность директора ООО «Техкомплект» участником данного общества ФИО7, являвшимся одновременно и директором должника.

Согласно сведений, поступивших от ИФНС в отношении ООО «Техкомплект»:

- ФИО7 с 27 февраля 2014 года по 06 апреля 2016 года являлся его директором, затем руководителем с 06 апреля 2016 года по 10 мая 2017 года стал ФИО6. а потом ФИО8

- участником с 27 февраля 2014 года по 29 июня 2016 года был также ФИО7, затем участником с 29 июня 2016 года стал ФИО9

Также между должником и ООО «Техкомплект» заключен договор аренды № 150/05-0Б от 01 декабря 2016 года, согласно пункту 1.1 договора должник (арендодатель) обязуется передать ООО «Техкомплект» (арендатор) в аренду имущество, находящееся по адресу 630033, 

<

...>.

Общая сумма постоянной части арендной платы составляет 1 899 752,50 руб. (пункт 3.4.1 договора аренды). Также договор предусматривает переменную часть арендной платы, которая состоит из суммы компенсации расходов, понесенных арендодателем по обслуживанию эксплуатационных систем, связанных с содержанием и эксплуатацией имущества (пункт 3.5. договора аренды).

Договор аренды №1/5-0Б от 01 января 2017 года содержит аналогичное статье 616 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) условие в пунктов 4.2.2. - 4.2.4: все обязанности по содержанию помещений, в исправном состоянии и в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического надзора, обеспечению пожарной и электрической безопасности возложены на арендатора, а арендодатель лишь «...обязан производить капитальный ремонт и в случае аварии, произошедшей по обстоятельствам за которые арендатор не отвечает, немедленно принимать все меры по устранению ее последствий» (п. 4.1. и п. 4.1.1.).

Всего ответчиком арендовано 8 407,85 кв.м. из общей площади помещений 13 005,3 кв.м., то есть более 64 % всех площадей, за вычетом мест общего пользования – более 72 %.

Удовлетворяя заявление о признании сделки недействительной, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами дела не доказано, что расходы по содержанию помещения должен был нести должник, а не арендатор; ответчик не доказал, что нес какие-либо затраты за должника. Обязанности по содержанию арендованного имущества нес арендатор. Договор заключен с аффилированным лицом после возбуждения производства по делу о банкротстве в отношении должника с целью вывода имущества из конкурсной массы.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В силу положений статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23 декабря 2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определяется как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 7 постановления от 23.12.2010 № 63 разъясняется, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что материалами дела подтверждается наличие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Как следует из материалов дела и не опровергается участвующими в деле лицами, оспариваемые договора заключены после введения наблюдения в отношении должника, в преддверии открытия конкурсного производства. На момент заключения оспариваемых договоров должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, что не опровергнуто заявителем апелляционной жалобы, договоры заключены с заинтересованным лицом.

Директором ООО «Техкомплект» на дату заключения спорной сделки являлся ФИО6 бывший работник должника, проработавший у последнего с 1999 года по 31 декабря 2015 года и назначенный на эту должность директора ООО «Техкомплект» участником данного общества ФИО7, являвшимся одновременно и директором должника.

По указанным основаниям арбитражным судом апелляционной инстанции отклоняются доводы апеллянта об отсутствии заинтересованности между сторонами оспариваемых сделок.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно которым мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года №308-ЭС16-1475, от 26 мая 2017 года №306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, что не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте.

Вместе с тем, какого-либо обоснования заключения сделок с третьими лицами в интересах АО ЦК «СЭЛЛ» не напрямую, а через посредника - агента, при том, что должности руководителей и в агенте и в принципале совмещали одни и те же лица ООО «Техкомплект» не приведено, как и пояснений, почему сам должник АО ЦК «СЭЛЛ» не мог привлекать поставщиков соответствующих услуг, в том числе поручив эту деятельность своему работнику ФИО6, а не прибегая к посредническим услугам агента, ООО «Техкомплект» в лице того же ФИО6

Таким образом, суд первой инстанции, оценив доказательства в совокупности, обоснованно пришел к выводу о том, что между сторонами имели место мнимые правоотношения.

Проверяя, какие услуги были оказаны должнику в результате заключения спорных сделок, судом первой инстанции было установлено следующее.

Из договора об охране имущества, руководителей, персонала и посетителей, заключенного ООО «Техкомплект» 01.01.2016 с ООО «ГАРД-Н» во исполнение агентского договора, следует, что обязанность исполнителя - частной охранной организации, ограничивается лишь охраной объектов, имущества, жизни и здоровья персонала, поддержание порядка в местах работы персонала ООО «Техкомплект», а не должника и третьих лиц (п.п. 1.1., 2.1.З.).

Также и ответственность охранник ООО «ГАРД-Н» несет только за ущерб, причиненный имуществу ООО «Техкомплект», а не имуществу должника и третьих лиц (п.п. 4.2., 4.5). 

Соответственно никакого интереса для АО ЦК «СЭЛЛ» исполнение обязанностей ООО «ГАРД-Н» по указанному договору не представляло, что делает необоснованным и возложение на должника обязанности по оплате данных услуг. 

Согласно условий протокола согласования договорной цены к договору №15, стоимость услуг охраны составляла 184 800 руб. в месяц. Всю эту сумму ООО «Техкомплект» и выставлял должнику, возлагая на АО ЦК «СЭЛЛ» бремя охраны имущества и персонала ООО «Техкомплект». 

Аналогично договор на оказание услуг по техническому обслуживанию систем охранной сигнализации и комплексной безопасности.

Судом первой инстанции обоснованно признано необоснованным возложение на должника бремени расходов на содержание таких систем в помещениях, арендованных самим ООО «Техкомплект», поскольку должник в 2017 г. не вел хозяйственной деятельности. 

Данный факт установлен при рассмотрении вопроса о необоснованном увеличении директором должника себе заработной платы. 

Указанные договоры были заключены в отношении систем, установленных лишь на объектах ООО «Техкомплект», а не АО ЦК «СЭЛЛ». 

Именно ООО «Техкомплект», а не АО ЦК «СЭЛЛ», передавало охранной организации системы видеонаблюдения, в связи с чем возложение расходов по их обслуживанию и содержанию на должника не обоснованно. 

Предоставление услуг связи и доступа к сети скоростного интернета с оплатой 6 500 руб. в месяц и предоставление телефонной связи в количестве 20 номеров за 20 000 руб. в месяц также необоснованно отнесены на должника. 

Договора заключены ООО «Техкомплект» с поставщиками услуг связи, но доказательств оказания данных услуг связи АО ЦК «СЭЛЛ» не подтверждено ответчиком и опровергнуто материалами дела.

Так, хозяйственная деятельность должника к началу 2017 г. была полностью прекращена, объем выручки должника в 2016 г. снизился по сравнению с 2015 г. в 5 раз, что очевидно свидетельствует о сворачивании экономической деятельности должника. 

Кроме того, у АО ЦК «СЭЛЛ» имелся собственный договор на получение услуг связи на 54 телефонных номера, что более чем достаточно для организации - банкрота (фактически в 2017 г. использовался 1 номер), что говорит об отсутствии необходимости в использовании должником еще 20 номеров и необоснованном возложении на должника бремя оплаты их пользования ответчиком.

Из материалов дела следует, что у должника имелись самостоятельные (без посредника) договорные отношения с ООО ЧОО «Изумруд», а также договор об оказании услуг электросвязи от 01.05.2010 с ОАО «Сибирьтелеком». 

Из представленных агентом трудовых договоров, заключенных во исполнение спорных агентских договоров, следует, что размер, заработной платы по ним существенно отличается от заявленного. 

Так в агентском договоре № 4 указана сумма фонда оплаты труда работников ООО «Техкомплект» 211 500,00 руб., а представлено суду трудовых договоров всего на сумму 47 997 руб., т.е. почти в 5 раз меньше, что говорит о нерыночности цены услуг, указанных в агентском соглашении, отнесенных к оплате на должника. 

ООО «Техкомплект» представлен договор на вывоз снега, однако вывоз снега предметом агентских договоров не являлся. 

Согласно пунктам 4.11., 4.12. договоров аренды, единственной обязанностью должника как арендодателя являлось устранение аварий и осуществление капитального ремонта. 

Обязанностей по уборке, обеспечению эксплуатации, охране и т.п. на должника как арендодателя не возлагалось ни договором, ни Законом. 

Договора аренды №150/5-0Б от 01.12.2016 г. и №1/5-0Б от 01.01.2017 г. не содержали условий об обязанности арендодателя по содержанию переданного им в аренду имущества, более того, арендатор обязался производить его текущий ремонт, поддерживать имущество в исправном состоянии и в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического надзора (т.е. в т.ч. обеспечивать уборку помещений), поддерживать в образцовом состоянии прилегающую территорию в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического надзора (вывоз снега, уборка, вывоз мусора) и т.п. (п.4.2.2.-4.2.4. договоров аренды). 

Судом первой инстанции также учтено, что размер арендной платы, подлежащей уплате ООО «Техкомплект» как арендатором имущества АО ЦК «СЭЛЛ», составлял 1 923 000 руб. в месяц, тогда как размер ежемесячных агентских услуг составлял около 1 076 000 рублей, ч то в совокупности с затратами на оплату поставщикам теплоносителя и электричества (от 500 000 до 1 000 000 рублей) делает нецелесообразным сдачу в аренду недвижимости должника заинтересованному по отношению к нему лицу.

Таким образом, в результате заключения оспариваемых договоров был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, так как размер обязательств должника увеличился, при этом обязанность по содержанию принадлежащих должнику помещений лежала на ООО «Техкомплект» как арендаторе. 

Фактически должник не получил какого-либо встречного исполнения по оспариваемым договорам, так как ООО «Техкомплект» по агентскому договору должно было совершать возмездно те же действия, которые общество обязано было совершать как арендатор по договору аренды. Отличие в формулировках обязанностей агента и арендатора по договорам не опровергает то обстоятельство, что действия агента фактически были направлены на исполнение обязанностей арендатора по содержанию арендуемых им помещений.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что сделки совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать о такой цели, а в результате совершения сделки имущественным правам кредиторов был причинен вред.

Довод заявителя апелляционной жалобы о совершении сделки в ходе обычной хозяйственной деятельности отклоняется арбитражным судом апелляционной инстанции как противоречащий материалам дела и основанный на неверном толковании норм права.

Пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве устанавливает, что сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В пункте 14 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Оспариваемые сделки совершены после введения наблюдения в отношении должника, ООО «Техкомплект» не доказало, что должник регулярно совершал аналогичные сделки ранее. Кроме того, совершение сделок в ходе обычной хозяйственной деятельности в любом случае не исключает их признание недействительными по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции об оценке установленных обстоятельств, и не опровергают правильное применение судом первой инстанций норм материального права. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении вопроса были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 12 декабря 2017 г. (резолютивная часть объявлена 05.12.2017) по делу №А45-3171/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через Арбитражный суд Новосибирской области.

ПредседательствующийА.В. Назаров 

Судьи М.Ю. Кайгородова 

Т.Е. Стасюк