СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13204/2019(44)-АК

Дело № А60-20352/2019

02 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 июня 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В.,

судей          Даниловой И.П., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» в режиме веб-конференции:

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский завод металлических конструкций» - ФИО2, паспорт, доверенность от 22.12.2021, 

от кредитора публичного акционерного общества «Уралхиммаш» - ФИО3, паспорт, доверенность от 17.12.2021,

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «НПО Инновационные газовые технологии» ФИО4, паспорт, 

от конкурсного управляющего должника ФИО5 – ФИО6, паспорт, доверенность от 07.09.2021, 

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде: 

конкурсный управляющий кредитора общества с ограниченной ответственностью «Уралтехнохим» - ФИО7, паспорт, решение от 04.03.2021 по делу № А60-38912/2020, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский завод металлических конструкций»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 16 февраля 2022 года 

о включении требований ООО «Уралтехнохим» в размере 19 066 000 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, 

вынесенное в рамках дела № А60-20352/2019         

о признании ООО «Зико-Ингазтех» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

11.04.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общество с ограниченной ответственностью «НПО Инновационные газовые технологии» (далее – ООО «НПО «Ингазтех») о признании общества с ограниченной ответственностью «Зико-Ингазтех» (далее – ООО «Зико-Ингазтех», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.05.2019 заявление ООО «НПО Инновационные газовые технологии» принято к рассмотрению, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2019 (резолютивная часть от 13.12.2019) требования заявителя ООО «НПО Ингазтех» признаны обоснованными, в отношении ООО «Зико-Ингазтех» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), член ассоциации СОАУ «Меркурий».

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 241 от 28.12.2019.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020 (резолютивная часть от 16.07.2020) в отношении ООО «Зико-Ингазтех» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим должника утвержден ФИО5

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 (резолютивная часть от 07.09.2020) определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020 отменено. ООО «Зико-Ингазтех» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5, член ассоциации СОАУ «Меркурий».

 

23.11.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралтехнохим» (ИНН 

<

***>) (далее – ООО «Уралтехнохим») ФИО7 о включении требований в размере 19 066 000 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Требования подтверждены определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2021 по делу № А60-38912/2020 которым признаны недействительными сделки по перечислению ООО »Уралтехнохим» в пользу ООО «Зико-Ингазтех» денежных средств в размере 19 066 000 руб. и применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Зико-Ингазтех» в пользу ООО «Уралтехнохим» 19 066 000 руб.

Определением от 29.11.2021 указанное заявление принято судом к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2022 (резолютивная часть от 09.02.2022) заявление ООО «Уралтехнохим» удовлетворено. Требование ООО «Уралтехнохим» в размере 19 066 000 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Кредитор ООО «НТЗМК», не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить, отказать в удовлетворении требований кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника. 

В апелляционной жалобе ссылается на то, что ООО «Уралтехнохим» злоупотребило правом для обхода положений о сроке закрытия реестра требований кредиторов. Разумным и добросовестным способом защиты прав кредиторов ООО «Уралтехнохим» являлось предъявление требования о возврате займа, однако, конкурсным управляющим ООО «Уралтехнохим» был выбран другой способ защиты – оспаривание платежей по займу в деле о банкротстве ООО «Уралтехнохим». Единственным мотивом для выбора такого способа защиты являлся тот факт, что на дату, когда конкурсный управляющий ООО «Уралтехнохим» выявил выдачу займа, реестр кредиторов ООО «Зико-Ингазтех» уже был закрыт. Конкурсный управляющий ООО «Уралтехнохим» пропустил срок для своевременного предъявления требования о возврате займа. Оспаривание платежей вместо предъявления требования о возврате займа в данном случае выступило способом обхода положений пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве о сроке закрытия реестра кредиторов. В связи с чем, полагает, что имеет место злоупотребление правом, которое является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления о включении требований в реестр кредиторов. По мнению апеллянта, имеются основания для понижения очередности требований ООО «Уралтехнохим», поскольку со стороны указанного лица имело место компенсационное финансирование с использованием конструкции договора займа в ситуации имущественного кризиса должника. Полагает, что требование ООО «Уралтехнохим» не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов, и в случае его установления подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указывает на то, что суд первой инстанции при принятии оспариваемого определения руководствовался положениями действующего законодательства. Между ООО «Уралтехнохим» и ООО «Зико-Ингазтех» прослеживается фактическая заинтересованность. Оставил вопрос о понижении очередности требований ООО «Уралтехнохим» на усмотрение суда. 

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель кредитора ООО «НТЗМК» доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Конкурсный управляющий ООО «Уралтехнохим» ФИО7, представитель конкурсного управляющего должника ООО «Зико-Ингазтех» ФИО5, конкурсный управляющий ООО «НПО «Ингазтех» ФИО4, представитель кредитора ПАО «Уралхиммаш» с доводами апелляционной жалобы не согласились, просили определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав материалы дела в соответствии со статьей 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании режиме веб-конференции, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) принятого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства все денежные требования к нему могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства. 

В силу положений пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры банкротства, следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В развитие данной правовой позиции в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно статье 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2021 по делу № А60-38912/2020 признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Уралтехнохим» в пользу ООО «Зико-Ингазтех» денежных средств в размере 19 066 000 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Зико-Ингазтех» в пользу ООО «Уралтехнохим» 19 066 000 руб.

Указанный судебный акт обжалован не был, вступил в законную силу. 

Законом о банкротстве и постановлением Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) предусмотрен порядок установления требований кредитора в реестре требований в случае признания сделки должника недействительной и применении последствий недействительности указанной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В пункте 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 содержится разъяснение, согласно которому в случае, когда упомянутая в пункте 25 настоящего постановления сделка была признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве); такое требование может быть предъявлено должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления или конкурсного производства.

Однако, поскольку данное требование кредитор может предъявить должнику только после вступления в законную силу судебного акта, которым сделка была признана недействительной, такое требование считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок, если оно будет предъявлено в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу указанного судебного акта. В таком случае пункт 4 статьи 142 Закона применяется с учетом названного порядка применения срока предъявления требования кредитором.

Данное требование предоставляет кредитору право голоса на собрании кредиторов с даты вынесения судом определения о включении его в реестр требований кредиторов.

Кроме того, если в таком случае по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве предъявить восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости. В связи с этим к требованию кредитора должны прилагаться доказательства возврата им соответствующего имущества или его стоимости; при их непредставлении такое требование подлежит оставлению судом без движения, а при непредставлении их после этого в установленный срок - возвращению. В случае возврата части имущества или денег кредитор может предъявить восстановленное требование в соответствующей части.

Предусмотренные настоящим пунктом правила применяются и в том случае, если сделка была признана недействительной на основании не статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, а иных специальных норм этого Закона.

Понижение очередности восстановленного требования на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве является ответственностью особой природы. В связи с этим при отсутствии неправомерного поведения или вины кредитора в совершении оспоренной сделки такая ответственность к этому кредитору не применяется и его восстановленное требование удовлетворяется по правилам пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве; в частности, по общему правилу такая ответственность не применяется к кредитору, получившему от должника безналичный платеж, в том числе досрочно (если только платеж не был произведен досрочно по настоянию самого кредитора, связанному с его осведомленностью о неплатежеспособности должника).

Как следует из текста определения Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.202021 по делу № А60-39912/2020, сделки по перечислению ООО «Уралтехнохим» в пользу ООО «Зико-Ингазтех» денежных средств в размере 19 066 000 руб. были признаны недействительными применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судом установлено, что сделки по перечислению денежных средств были совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления, что причинило вред имущественным правам кредиторов. 

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что задолженность должника перед ООО «Уралтехнохим» установлена вступившим в законную силу судебным актом, суд первой инстанции правомерно признал требования ООО «Уралтехнохим» в размере 19 066 000 руб. обоснованными и включил требования в указанном размере в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Действительно, наличие задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом, не препятствует рассмотрению вопроса о субординировании указанных требований при рассмотрении обоснованности заявленных требований в рамках дела о банкротстве, при наличии к тому правовых оснований. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы о наличии признаков аффилированности ООО «Уралтехнохим» с должником, необходимости применения к спорным правоотношениям положений «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), проанализированы судом апелляционной инстанции и отклонены в силу следующих обстоятельств. 

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участии в этом хозяйственном обществе, (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственном обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (и том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 – 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных а пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр), судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Такое бремя доказывания обусловлено недопущением включения в реестр необоснованных требований, созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства.

В рассматриваемом случае доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «Уралтехнохим» является заинтересованным по отношению к должнику лицом в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, в материалах дела отсутствуют. 

Доказательства того, что ООО «Уралтехнохим» является контролирующим должника лицом, имеет фактическую возможность определять действия ООО «Зико-Ингазтех» или давать обязательные для исполнения указания, влиять на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника доказательства подконтрольности указанных юридических лиц друг другу, в материалы дела не представлены. 

С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ООО «Уралтехнохим» не является ни фактически, ни юридически контролирующим должника лицом.

При этом, согласно положениям Обзора от 29.01.2020, сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не свидетельствует об отсутствии долгового обязательства и наличия злоупотребления права.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, предоставление контролирующим должника лицом компенсационного финансирования (в условиях имущественного кризиса либо посредством отказа от принятия мер к истребованию задолженности в условиях имущественного кризиса) влечет отнесение на такое лицо всех, связанных с указанным, рисков, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лиц.

Предоставление аффилированным лицом должнику, пребывающему в состоянии имущественного кризиса, финансирования, направленного на возвращение должника к нормальной предпринимательской деятельности (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. с избранием модели поведения, отличной от предписанной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, означает, что соответствующий займодавец принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Согласно пункту 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811,статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 обзора судебной практики от 29.01.2020).

В пункте 3.3 Обзора также даны разъяснения, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Основанием понижения очередности удовлетворения требования контролирующего лица является то, что, предоставляя в ситуации имущественного кризиса компенсационное финансирование, аффилированное лицо в одностороннем порядке (без участия независимых кредиторов) принимает рискованное решение о способе выхода из сложившейся ситуации, затрагивающее судьбу уже вложенных независимыми кредиторами средств, отклоняясь от стандарта поведения, установленного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 11 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

Как указано в пункте 14 Обзора понижение очередности погашения требования лица, контролирующего должника, вызвано исключительно отнесением на него риска предоставления компенсационного финансирования. В связи с этим требование такого лица удовлетворяется на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункта 1 статьи 2 ГК РФ в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

Очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства (пункт 9 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, как указывалось ранее, наличие аффилированности должника и ООО «Уралтехнохим» материалами дела не подтверждено. 

Доказательства, свидетельствующие о том, ООО «Уралтехнохим» влияло на деятельность должника, в т.ч. с учетом сведений по движению денежных средств по расчетным счетам должника, в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Как установлено судом, из определения Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020 по делу № А60-20352/2019 следует, что в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 86 751 443,70 руб. Размер не рассмотренных судом требований составляет 54 197 542,84 руб. В порядке искового производства к должнику заявлены требования на сумму 5 000 000 руб. Таким образом, общий размер предполагаемой задолженности составляет 140 948 986,54 руб. Остаток денежных средств на счетах должника в АО «Альфа-Банк» составляет 156 204 276 руб., в ПАО «Запсибкобанк» - 23 053 427,37 руб., в ПАО «Сбербанк» - 86 254 руб., в общей сумме 179 343 957 руб. Также требования кредитора ПАО «Запсибкомбанк» обеспечены залогом депозита в размере 11 200 000 руб.

Временный управляющий ООО «Зико-Ингазтех» ФИО5 на основании проведенного анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Зико-Ингазтех» за период с июля 2016 года по 30 сентября 2019 года сделал следующие выводы: Восстановление платежеспособности возможно; О введении процедуры внешнего управления.

Таким образом, на момент совершения платежей (с 05.03.2019 по 27.03.2019) ООО «Зико-Ингазтех» не находилось в состоянии имущественного кризиса. 

Доказательства, свидетельствующие об обратном, в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ). 

С учетом указанного, оснований полагать, что со стороны ООО «Уралтехнохим» имело место компенсационное финансирование, не имеется. 

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции, исходя из положений Обзора от 29.01.2020, правомерно не усмотрел оснований для понижения очередности (субординации) требований ООО «Уралтехнохим» и признания его требований подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, включив заявленный размер задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что ООО «Уралтехнохим» злоупотребило правом для обхода положений о сроке закрытия реестра требований кредиторов; разумным и добросовестным способом защиты прав кредиторов ООО «Уралтехнохим» являлось предъявление требования о возврате займа, однако, конкурсным управляющим ООО «Уралтехнохим» был выбран другой способ защиты – оспаривание платежей по займу в деле о банкротстве ООО «Уралтехнохим»; конкурсный управляющий ООО «Уралтехнохим» пропустил срок для своевременного предъявления требования о возврате займа; оспаривание платежей вместо предъявления требования о возврате займа в данном случае выступило способом обхода положений пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве о сроке закрытия реестра кредиторов, в связи с чем, имеет место злоупотребление правом, которое является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления о включении требований в реестр кредиторов, отклоняются.

Как указывалось ранее, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в случае, когда упомянутая в пункте 25 настоящего Постановления сделка была признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве); такое требование может быть предъявлено должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления или конкурсного производства.

Однако, поскольку данное требование кредитор может предъявить должнику только после вступления в законную силу судебного акта, которым сделка была признана недействительной, такое требование считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок, если оно будет предъявлено в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу указанного судебного акта. В таком случае пункт 4 статьи 142 Закона применяется с учетом названного порядка применения срока предъявления требования кредитором.

Из материалов дела следует, что настоящее требование предъявлено в арбитражный суд 23.11.2021, то есть в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2021 по делу № А60-38912/2020. 

Таким образом, срок для обращения в арбитражный суд с требованиями к должнику ООО «Уралтехнохим» не пропущен. 

Вопреки доводам апеллянта, доказательства, свидетельствующие о том, что, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника на основании судебного акта, которым признаны недействительными сделки, заявитель действовал исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

При отсутствии в действиях ООО «Уралтехнохим» признаков злоупотребления правом и недобросовестного поведения, оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований применительно к положениям статьи 10 ГК РФ не имеется. 

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству, нарушений норм материального права не допущено.

Таким образом, все доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену (изменение) обжалуемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции изменению не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 февраля 2022 года по делу № А60-20352/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

 

Л.В. Саликова