ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.02.2023                                                                                 Дело № А41-1815/2016

 

            Резолютивная часть постановления объявлена 13.02.2023

            Полный текст постановления изготовлен 16.02.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Тарасова Н.Н., Кручининой Н.А.

при участии в заседании:

от ООО «Пальмира» – ФИО1, доверенность от 27.09.2022,

от ФИО2 – законного представителя ФИО4– ФИО3,  доверенность от 21.04.2022,

от ФИО2 – законного представителя ФИО4– ФИО5,  доверенность от 21.04.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

ООО «Пальмира»

определение Арбитражного суда Московской области от 29.10.2021,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2022,

по заявлению конкурсного управляющего ОАО «Мостострой № 6», конкурсного кредитора ФИО6 (правопреемник ООО «ПрофБК», и кредитора ФИО7 (правопреемник кредитора ФИО8) о привлечении к субсидиарной ответственности наследников: ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО9, контролирующего должника лица – ФИО10,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Мостострой № 6», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.03.2016 ОАО «Мостострой №6» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 29.10.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, конкурсного кредитора ФИО6 (правопреемник ООО «ПрофБК») и кредитора ФИО7 (правопреемник кредитора ФИО8) о привлечении к субсидиарной ответственности наследников ФИО2, ФИО4, ФИО4, ФИО9 контролирующего должника лица - ФИО10 отказано.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Пальмира» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

            В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В порядке статьи 279 АПК РФ в материалы дела приобщены отзывы ФИО2, ФИО4 и ФИО4 на кассационную жалобу.

            Представитель ООО «Пальмира» в судебном заседании суда округа поддержала кассационную жалобу по указанным в ней доводам, представители ФИО2 и ФИО4 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Согласно пункту 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

 

            Суды установили, что в заявлениях  о привлечении к субсидиарной ответственности заявители ссылались на обстоятельства, имевшие место в 2013-2015 годах.

Таким образом, основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определялись статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» посуществу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона обанкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

            Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

            Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

            Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

            Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

            В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

            Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

            Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

            В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

            Пунктом 19 Постановления № 53 закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

            В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

            Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

            В абзаце тридцать первом статьи 2 Закона о банкротстве   указано, что контролирующее должника лицо это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

            В соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» несостоятельность (банкротство) общества считается вызванной действиями (бездействием) его акционеров или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

            Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

            Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, в период хозяйственной деятельности должника с 22.10.2013 по 22.10.2015 были приняты следующие решения Совета директоров:

            от 05.11.2013 № 185 об одобрении кредитного договора с ОАО «Банк Москвы» на текущую деятельность,

            от 18.12.2013 № 187 об одобрении обеспечительной уступки прав требования по государственным контрактам, договоров залога и последующего залога прав требования денежных средств по государственным контрактам к кредитным договорам и соглашениям о выдаче банковских гарантий,

            от 03.02.2014 № 188 о поручении выдать генеральную доверенность,

            от 12.02.2014 № 189 об одобрении обеспечительной уступки прав требования по государственным контрактам, договоров залога и последующего залога прав требования денежных средств по государственным контрактам к кредитным договорам и соглашениям о выдаче банковских гарантий

            от 17.02.2014  № 190 об одобрении обеспечительной уступки прав требования по государственным контрактам, договоров залога и последующего залога прав требования денежных средств по государственным контрактам к кредитным договорам и соглашениям о выдаче банковских гарантий,

            от 27.02.2014 № 192 об отмене решения  от 03.02.2014 № 188,

            от 13.04.2014 № 195 о созыве общего собрания акционеров, утверждении повестки дня и иных связанных с этим организационных вопросах,

            от 14.05.2014 № 196 о прекращении полномочий генерального директора и назначения и.о. генерального директора,

            от 16.05.2014 № 197 о продолжении исполнения Муниципального контракта № 12 при условии вынесения Арбитражным судом Калининградской области решения о продлении срока выполнения работ,

            от 06.06.2014 № 197/1 о назначении председателя, заместителя председателя и секретаря Совета директоров,

            от 03.06.2014 № 198 о созыве общего собрания акционеров, утверждении повестки дня и иных связанных с этим организационных вопросах.

            Как правильно указано судами, вышеперечисленные решения не были приняты с нарушением норм действующего законодательства, не отразились на финансовом состоянии должника и не привели к его банкротству.

            Так, решения, оформленные протоколами  от 03.02.2014 № 188, от 06.06.2014 № 197/1, не были приведены в исполнение.

            Решение, оформленное протоколом  от 27.02.2014 № 192, отменило решение от 03.02.2014 № 188.

            Принятие решений, оформленных протоколами от 13.04.2014 № 195, от 14.05.2014 № 196, от 16.05.2014 № 197, от 03.06.2014 № 198 являлось для ОАО «Мостострой № 6» обязательным в силу действующего законодательства.

            Суды исходили из того, что доказательств того, что решения, оформленные протоколами от 05.11.2013 № 185, от 18.12.2013 № 187, от 12.02.2014 № 189, от 17.02.2014 №190, об одобрении крупных сделок привели к причинению вреда имущественным правам должника и его кредиторов не представлено.

            Суды установили, что в соответствии с положениями пункта 1 статьи 64 Закона «Об акционерных обществах», а также пункта 6.2.1 Устава должника в ОАО «Мостострой № 6» создается Совет директоров, к компетенции которого относится одобрение крупных сделок должника (пункт 6.2.2.15 Устава).

            Из Положения о Совете директоров ОАО «Мостострой № 6», утвержденного решением Годового общего собрания акционеров, протокол № 26 от 27.05.13, следует что:

            - к компетенции Совета директоров Общества относится, в частности: вынесение на Общее собрание акционеров вопроса принятия решений об одобрении сделок в случаях, предусмотренных статьей 79 Закона об АО (пункт 2.2.3 Положения);

            - одобрение крупных сделок, связанных с приобретением и отчуждением Обществом имущества, стоимость которого составляет от 25 до 50 процентов балансовой стоимости активов Общества (пункт 2.2.15 Положения);

            - кворумом для проведения заседания Совета директоров Общества является присутствие половины от числа избранных членов Совета директоров Общества (пункт 9.2. Положения);

            - решения Совета директоров Общества принимаются большинством голосов его членов, присутствующих на заседании или принимающих участие в заочном голосовании, за исключением следующих случаев: решения об избрании и переизбрании председателя Совета директоров принимаются большинство голосов  от общего числа избранных членов Совета директоров; решением об одобрении сделки с заинтересованностью в случае, предусмотренном Уставом Общества, принимаются большинством голосов членов Совета директоров, не заинтересованных в сделке (пункт 9.4. Положения);

            - решением Совета директоров Общества может быть принято заочным голосованием (опросным путем) (пункт 9.5. Положения);

            - при принятии решения Совета директоров опросным путем мнения членов Совета директоров, выраженные в письменной форме и собственноручно ими подписанные (или бюллетени для голосования), подшиваются к протоколу (пункт 10.3 Положения).

            Судами установлено, что ФИО10 занимал должность Председателя Совета директоров ОАО «Мостострой № 6», в связи с чем, исходя из положений статьи 67 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», пункта 6.2.8. Устава ОАО «Мостострой № 6» и пункта 6.3. Положения «О Совете директоров» ОАО «Мостострой № 6» организовывал работу Совета, созывал его заседания, председательствовал на них, организовывал на заседаниях ведение протокола.

            В соответствии с пунктом 12.1 Положения члены Совета директоров при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, добросовестно и разумно.

            Судами верно констатировано, что все указанные сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, были обусловлены потребностями текущей деятельности и, в конечном счете, направлены на получение дохода должником. Каждая из сделок имела экономический смысл для обеих сторон. Взятые на себя должником обязательства сопровождались равноценным предоставлением.

            Суды отметили что в силу специфики своей деятельности ОАО «Мостострой № 6» работало в основном с государственными заказчиками, следовательно, было связан требованиями Федерального закона № 94-ФЗ от 21.07.2005 «О размещении заказов на поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг для государственных и муниципальных нужд» и последующим Законом № 44-ФЗ от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд».

            Данные законы обязывали заказчика устанавливать для участника закупки требование об обеспечении заявки на участие в конкурсе, в виде денежных средств или банковской гарантии, заключать контракт по итогам конкурса только после предоставления участником конкурса обеспечения исполнения контракта, выплата аванса по контракту также влекла за собой необходимость предоставление обеспечения его возврата. Для данных процедур одобрялись соглашения о предоставлении банковских гарантий. Отказ должника от данных процедур одновременно означал бы невозможность продолжать основную деятельность, приносящую доход. 

            Суды установили, что взятые на себя должником обязательства не были заведомо неисполнимыми, так как финансовое положение должника было устойчивым. Выручка Должнику поступала регулярно и составляла на 31.12.2013 - 12 964 119 000 рублей; на 31.12.2014 - 12 774 693 000 рублей; на 31.12.2015 -      6 401 704 000 рублей.

            При работе с государственными заказчиками, учитывая специфику порядка оплат по государственным контрактам (исходя из доведенных из государственного бюджета лимитов), привлечение кредитных средств также является нормальной практикой для обеспечения непрерывного хода работ. Обязательным требованием банков являлось предоставление обеспечения обязательств перед ними, будь то соглашение о выдаче банковской гарантии либо кредитный договор. Таким образом, судами верно указано, что одобрение вышеназванных сделок, не выходило за пределы обычного предпринимательского риска, кроме того, конкурсный управляющий не доказал, что одобрением какой-либо из указанных крупных сделок причинен вред кредиторам. ОАО «Банк Москвы» не является кредитором должника, денежные средства, полученные по кредитному договору, заключение которого оформлено решением от 05.11.2013 № 185, были ему возвращены в полном объеме.

            Суду учли, что из постановления суда округа от 29.12.2021 по настоящему делу, принятого в рамках обособленного спора о привлечении членов Совета директоров ОАО «Мостострой № 6» к субсидиарной ответственности (из которого было выделено рассматриваемое в настоящем обособленном споре требование), следует, что основанием для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника послужило принятие ими решения об одобрении заключения кредитного договора с ОАО «Сбербанк России» на заседании Совета директоров Общества 09.04.2014, в котором ФИО10 участия не принимал. Доказательств обратного не представлено.

            Данные выводы также подтверждаются определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2022 № 305-ЭС17-9240(8-10), которым отказано в передаче кассационных жалоб ФИО12, ФИО13 и ФИО14 на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2021 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.12.2021 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. В данном определении отражено, что само по себе получение кредита у ПАО «Сбербанк России» на рыночных условиях не является рыночной сделкой, приводящей к банкротству, а также указано, что руководители общества должника фактически привлечены к ответственности только за несвоевременное обращение с заявлением о банкротстве (а не за совершение сделки с ПАО «Сбербанк России»). 

            Иных оснований для привлечения членов Совета директоров ОАО «Мостострой № 6», к которым относится и ФИО10, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судом округа установлено не было. Каких-либо выводов относительно действий ФИО10 в рассматриваемый период постановление суда округа не содержит.

            Довод заявителя о том, что срок исковой давности заявителями пропущен не был, апелляционный суд правомерно признал обоснованным.

            Суд округа соглашается с доводами отзыва ФИО4 о том, что оценив совокупность представленных в материалы обособленного спора доказательств, которые суд первой инстанции счел полными и достаточными для разрешения вопроса о составе акционеров должника (в том числе, сведения от регистратора должника АО «Независимая регистраторская компания Р.О.С.Т. и номинального держателя Банк ВТБ (ПАО), т.6, л.д. 62-68, т. 8, л.д. 8), суд первой инстанции отказал обоснованно в истребовании дополнительных доказательств согласно положениям статьи 66 АПК РФ.  

            С учетом выводов судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности обстоятельства установления стоимости наследства ФИО10 не имеют правового значения для разрешения настоящего обособленного спора.

            Таким образом, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

            Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 288 АПК РФ, судом округа не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 29.10.2021, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2022  по делу № А41-1815/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                      Н.Н. Тарасов

 

                                                                                 Н.А. Кручинина