ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-12098/2022

г. Вологда

13 марта 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 13 марта 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Кузнецова К.А. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 24 декабря 2024 года по делу № А05-12098/2022, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 24.11.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник).

Решением суда от 12.01.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

Финансовый управляющий должника 13.03.2024 обратился в суд с заявлением о признании недействительным брачного договора, заключенного 21.10.2022 должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов на имущество, приобретенное в период брака. 

Определением суда от 24.12.2024 признан недействительным брачный договор, заключенный 21.10.2020 между ФИО1 и ФИО1

Применены последствия недействительности договора в виде восстановления режима общей совместной собственности супругов на имущество, приобретенное ФИО1 и ФИО1 в период брака.

С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 6000 руб. государственной пошлины.

Ответчик с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование жалобы ее податель указал на то, что требование о включении в конкурсную массу доходов супруга должника является неправомерным; финансовым управляющим не доказан факт причинения вреда в результате заключения оспариваемого договора. По мнению апеллянта, направление должником в адрес кредиторов копии заявления о признании ФИО1 банкротом, в котором содержится информация о брачном договоре, является надлежащим уведомлением по пункту 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ).

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 и ФИО1 состоят в зарегистрированном браке с 14.11.2008.

Супруги Р-ны 21.10.2022 заключили брачный договор, в пункте 2 которого установили следующий правовой режим на имущество, приобретенное в браке:

- любое имущество и имущественные права, приобретенные до заключения договора, в период брака, и не указанные в брачном договоре, будут являться их общей совместной собственностью;

- любое имущество и имущественные права, которые будут приобретены в период брака после заключения брачного договора, в период брака и в случае его расторжения будут являться раздельной собственностью супруга, на имя которого оформлено приобретение имущества или имущественных прав;

- имущество, движимое и недвижимое (доли в имуществе), в том числе квартиры, незавершенные строительством здания и сооружения, доходы (любые доли в доходах) коммерческих организаций, приобретенные (построенные, купленные и т.д.) во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанного имущества (доли имущества);

- любым имуществом, в том числе недвижимым и движимым имуществом, супруги распоряжаются без согласия друг друга;

- имущество, полученное в период брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, будет являться собственностью, как в период брака, так и в случае его расторжения, того супруга, которым получено данное имущество.

Как следует из пунктов 2.4, 2.7, 2.8 брачного договора любые доходы, полученные одним из супругов после заключения договора, признаются собственностью того супруга, которому они выплачены. Денежные средства, внесенные на банковские счета супругами во время брака, после заключения договора являются во время брака и в случае расторжения брака собственностью того из супругов, на счета которого они внесены. Также транспортные средства, приобретенные супругами во время брака после заключения договора являются во время брака и в случае расторжения брака собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанного имущества.

В пункте 3 договора указано на разъяснение нотариусом сторонам брачного договора, что в соответствии со статьей 46 СК РФ они обязаны уведомить своего кредитора (кредиторов) о заключении, изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности стороны отвечают по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора. Каждый из супругов несет ответственность в отношении принятых на себя обязательств перед кредиторами в пределах принадлежащего ему имущества. При недостаточности этого имущества кредитор (кредиторы) не вправе обращать взыскание на имущество другого супруга.

Договор вступает в силу с момента нотариального удостоверения.

ФИО1 28.10.2022 обратилась в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Определением суда от 24.11.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Решением суда от 12.01.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовый управляющий должника, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в суд с заявлением о признании недействительным брачного договора от 21.10.2022.

Суд первой инстанции счел требования обоснованными.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, указанного в пункте 3 той же статьи.

В конкурсную массу не включается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В конкурсную массу гражданина-должника включается его личное имущество (статья 36 СК РФ), а также в силу прямого указания пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункты 1 и 2 статьи 34 СК РФ).

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Вместе с тем брачный договор не может содержать условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства (пункт 3 статьи 42 СК РФ).

Таким образом, реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака.

В силу абзаца третьего пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48) финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.

По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника.

Разъяснения, приведенные в пункте 9 Постановления № 48, подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Бремя доказывания того, что оспариваемый договор заключен с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, равно как и того, что другая сторона сделки знала об указанной цели должника, лежит на финансовом управляющем.

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Оспариваемый договор заключен сторонами 21.10.2022, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью; к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Как усматривается в материалах дела, на момент заключения брачного договора на должника было оформлено следующее имущество, приобретенное супругами во время брака:

1) транспортное средство Фольксваген Пассат;

2) транспортное средство Фольксваген Гольф.

На момент заключения брачного договора на ответчика было оформлено следующее имущество, приобретенное супругами во время брака:

1) квартира в доме 4 по ул. Глинки в г. Котлас Архангельской области;

2) транспортное средство ВАЗ 111130.

В соответствии с пунктом 2 брачного договора указанное имущество, приобретенное супругами в период брака и до заключения брачного договора, является общей совместной собственностью супругов.

Таким образом, режим совместной собственности на указанное имущество брачным договором изменен не был.

В то же время оспариваемым договором из общей совместной собственности исключены доходы, получаемые супругом должника. 

Судом установлено, что с 2013 года должник не работает и не получает какого-либо официального дохода. С 30.12.2017 доход должника составляет только страховая пенсия по старости, размер которой на момент заключения брачного договора составлял 19 572 руб. 02 коп..

Ответчик трудоустроен, его средний доход за 2021 год превысил 130 тыс. руб. в месяц, за 2022 год и 2023 годы превысил 145 тыс. руб. в месяц. Также ответчик является получателем страховой пенсии по старости.

В 2018, 2020, 2021 годах, то есть в период брака, должник заключил несколько кредитных договоров, в том числе с микрокредитными организациями.

На момент заключения брачного договора должник перестал исполнять обязательства перед кредиторами.

ФИО1, являясь супругом ФИО1, признается заинтересованным лицом, которому на момент заключения брачного договора было достоверно известно о наличии неисполненных обязательств перед кредиторами.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, условия брачного договора, суд первой инстанции сделал вывод о том, что в результате совершения спорной сделки нарушены права как должника, так и его кредиторов и, как следствие, о наличии оснований для признания спорного договора недействительным в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время при рассмотрении спора ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьями 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 указанного закона оснований.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, течение которого начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Финансовый управляющий пояснил, что о факте заключения брачного договора и о его содержании узнал только 12.01.2024, получив копию договора от должника в мессенджере WhatsApp.

Суд первой инстанции счел доводы финансового управляющего убедительными, в связи с чем пришел к выводу, что с заявлением о признании договора недействительным финансовый управляющий обратился в пределах срока исковой давности (12.03.2024).

Между тем копия заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом), в тексте которого указано на заключение им брачного договора, направлена финансовому управляющему 13.01.2023.

В ходе рассмотрения спора финансовый управляющий заявлял суду доводы о том, что ему поступило заявление, в котором отсутствовало указание на наличие брачного договора, текст данного заявления представлялся суду, однако после заявления ответчиком ходатайства о фальсификации доказательств данный документ исключен финансовым управляющим из числа доказательств по делу.

Таким образом, о наличии брачного договора финансовому управляющему стало достоверно известно 13.01.2023.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что при обращении ФИО1 в суд с заявлением о собственном банкротстве ею приложены подтверждающие документы, в том числе оспариваемый брачный договор, который отсканирован работниками Арбитражного суда Архангельской области и выложен в материалы электронного дела 01.12.2022.

Таким образом, ФИО2, действуя разумно и осмотрительно, имела возможность ознакомиться с материалами дела о банкротстве, в рамках которого она утверждена финансовым управляющим, изучить содержание брачного договора, содержащегося в материалах дела, в том числе путем онлайн-ознакомления, с учетом того, что о наличии у должника брачного договора финансовому управляющему стало достоверно известно с 13.01.2023.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что финансовый управляющий должника должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки как минимум в январе 2023 года.

Поскольку с заявлением о признании сделки недействительной финансовый управляющий обратился в марте 2024 года, годичный срок исковой давности им пропущен.

Срок для оспаривания сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, не пропущен.

Вместе с тем в соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статье 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих судебных актах, для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (правовая позиция изложена в определении Верховный Суд Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1), определении от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1, 2).

Между тем, финансовый управляющий не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, якобы выявленные им нарушения выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные в рамках статьи 10 ГК РФ, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 01.09.2015 № 5-КГ15-92 презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Из заявления финансового управляющего следует, что он рассматривает оспариваемую сделку исключительно с точки зрения причинения вреда кредиторам должника, оценивая ее как направленную на причинение такого вреда.

В рассматриваемом случае указанные финансовым управляющим дефекты сделки не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Его ссылки на положения статьей 10, 168 ГК РФ направлены исключительно на обход пропуска срока исковой давности на оспаривание сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, оснований для признания сделки недействительной как совершенной с целью злоупотребления правом не имеется.

Таким образом, определение суда подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 110, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Архангельской области от 24 декабря 2024 года по делу № А05-12098/2022.

В удовлетворении требований финансового управляющего ФИО1 ФИО2 о признании недействительным брачного договора, заключенного 21 октября 2022 года между ФИО1 и ФИО1, применении последствий недействительности сделки, отказать. 

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО1 10 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

К.А. Кузнецов

О.Г. Писарева