Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А40-153618/24-141-1164

г.  Москва

14 октября 2024г.

Резолютивная часть решения объявлена                                       07 октября 2024г.

Мотивированное решение изготовлено                                           14 октября 2024г.

 

Арбитражный суд в составе судьи Авагимяна А.Г.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шевченко С.В.

рассмотрел дело по иску ООО "Бейкер Хьюз Рус Инфра" (ИНН 

<

***>)

к Nuovo Pignone International S.r.l. (VAT number/Fiscal code 06176750484)

о взыскании 29 614,65 долларов США

В судебное заседание явились:

от истца – ФИО1 по доверенности от 20.04.2024г., ФИО2 по доверенности от 20.04.2024г.,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 29.07.2024г., 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО "Бейкер Хьюз Рус Инфра" обратилось с исковым заявлением к Nuovo Pignone International S.r.l. о взыскании 20 213долларов 76центов США задолженности, 9 400долларов 89центов США неустойки и неустойки, начисленной на сумму долга за период с 25.06.2024г. по дату фактической оплаты долга по контракту №I-2018-495 от 05.04.2018г.

Ответчик поддержал ранее заявленное ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения в связи с тем, что, по мнению ответчика, спор подлежит рассмотрению в соответствии с арбитражным соглашением, указанным в п. 9.2. контракта и применимым правом является право Англии.

Истец возражал против удовлетворения заявленного ходатайства, считая его необоснованным.

Оценив доводы ходатайства, выслушав представителей сторон, суд приходит к выводу, что отсутствуют основания, предусмотренные ст. 148 АПК РФ, вследствие отсутствия подтверждения реальной возможности получения истцом защиты нарушенных прав в независимом суде.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2021г. №309- ЭС21-6955 по делу №А60-36897/2020, сам по себе факт введения в отношении российского лица, участвующего в споре в иностранном суде, международном коммерческом арбитраже, находящихся за пределами территории Российской Федерации, мер ограничительного характера предполагается достаточным для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию в применяющим ограничительные меры иностранном государстве.

Ограничительные меры имеют, во-первых, личный характер, т.е. адресованы конкретному лицу персонально, а во-вторых, публичный характер, то есть общеобязательны и основаны на силе и авторитете публичной государственной власти.

Введение иностранными государствами ограничительных мер (запретов и персональных санкций) в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц, обусловленное политическими мотивами, не может не создавать сомнений в том, что соответствующий спор будет рассмотрен на территории иностранного государства с соблюдением гарантий справедливого судебного разбирательства, в том числе, касающихся беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия.

В соответствии с п. 1. ч. 2 ст. 248.1. АПК РФ в целях настоящей главы к лицам, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера, относятся граждане Российской Федерации, российские юридические лица, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера.

Из пояснительной записки к проекту Федерального закона от 08.06.2020 №171- ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза» следует, что цель принятия указанных норм заключалась в установлении гарантий обеспечения прав и законных интересов отдельных категорий граждан Российской Федерации и российских юридических лиц, в отношении которых недружественными иностранными государствами были введены меры ограничительного характера, поскольку подобные меры фактически лишают их возможности защищать свои права в судах иностранных государств, международных организациях или третейских судах, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

Так, оговорка, содержащаяся в п. 9.2. контракта, ставит ответчика в преимущественное положение по сравнению с истцом, поскольку в условиях действующего санкционного режима возможности истца по защите своих прав и экономических интересов существенно ограничены, учитывая, что фактически защита прав и интересов общества в настоящее время может осуществляться только в пределах территории и юрисдикции Российской Федерации.

У суда отсутствуют основания полагать, что настоящий спор, субъектом которого является российская организация, будет объективно и справедливо рассмотрен иностранном суде.

Таким образом, учитывая меры ограничительного характера, действующие в отношении российских юридических лиц за пределами Российской Федерации, а также то, что являются оправданными сомнения, что спор с участием лица, находящегося в государстве, применившем ограничительные меры, будет рассмотрен на территории иностранного государства с соблюдением гарантий справедливого судебного разбирательства, в том числе касающихся беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия, ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения не подлежит удовлетворению.

Более того, суд обращает внимание на то, что в качестве аргумента отзыва ответчиком сделана ссылка на санкционные ограничения, что также свидетельствует о том, что данный спор не может быть рассмотрен в порядке п. 9.2. контракта.

При этом ссылка ответчика на то, что применимым правом по контракту является право Англии, отклоняется судом, поскольку данное обстоятельство не относится к вопросу определения компетентного суда для рассмотрения настоящего искового заявления.

Истец поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Ответчик иск не признал по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Оценив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 05.04.2018г. между истцом и ответчиком заключен контракт №I-2018-495.

В соответствии с п. 1.1. контракта ответчик (заказчик) будет заказывать у исполнителя услуги (в том числе надзор за выполнением монтажных услуг, предварительная сдача в эксплуатацию, пуско-наладка, тренинг персонала, устранение неисправностей и прочие услуги), определенные в приложениях к контракту, являющихся его неотъемлемой частью.

Так, 30.09.2019г. сторонами подписан акт выполненных работ (оказанных услуг), согласно которому ответчик принял услуги, оказанные истцом, на сумму 20 213долларов 76центов США.

Задолженность ответчика составила 20 213долларов 76центов США и до настоящего времени им не погашена.

Так, в действиях ответчика усматривается односторонний отказ от исполнения обязательств, что не допускается, следовательно, требование истца о взыскании 20 213долларов 76центов США задолженности является обоснованным и подлежит удовлетворению в судебном порядке.

Ответчиком заявлено об истечении срока исковой давности.

Пунктом 1 ст. 196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности – 3 года.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Вместе с тем в силу п. 9.1. контракта применимым правом является право Англии.

Согласно ст. 1193 ГК РФ норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации с учетом характера отношений, осложненных иностранным элементом. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права.

В соответствии с п. 1 ст. 1191 ГК РФ при применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

Абзацем 2 п. 2 ст. 1191 ГК РФ предусмотрено, что лица участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм.

Пунктом 3 ст. 1191 ГК РФ предусмотрено, что если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые в соответствии с настоящей статьей меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право.

В материалы дела представлена позиция юридического консультанта ООО «Бейкер Хьюз Рус Инфра», согласно которой:

1.      Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из контракта в целом, в том числе из акта выполненных работ (оказанных услуг) от 30.09.2019, который был подписан обеими сторонами без замечаний, предусмотрен Законом об исковой давности 1980 года.

2.      Срок исковой давности по требованиям, вытекающим из контракта в целом, а более конкретно, по требованиям об оплате услуг, принятых актом выполненных работ (оказанных услуг) от 30.09.2019г., который был подписан обеими сторонами без замечаний, составляет 6 лет со дня, следующего за днем, когда возникло основание для предъявления иска. В этом случае он начинает течь с 31.10.2019г., то есть со дня, следующего за днем возникновения основания для иска (30.09.2019г. + 30 календарных дней), и истекает 31.10.2025г.

Более того, вопрос применения срока исковой давности по праву Англии также являлся предметом исследования и в арбитражных судах Московского округа. В частности, как следует из постановления Арбитражного суда Московского округа от 15.12.2015г. по делу №А40-216619/14, раздел 5 Закона об исковой давности 1980 года предусматривает, что иск, вытекающий из договора, может быть подан в течение 6 лет с момента нарушения права.

Суд также обращает внимание и на то, что ссылка на общий срок исковой давности, равный 6 годам по праву Англии, имеется и в Концепции развития положений части второй Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре страхования (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 25.09.2020 №202/оп-1/2020).

Таким образом, довод ответчика об истечении срока исковой является необоснованным.

Ссылка ответчика на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения обязательств истцом по основаниям, изложенным в исковом заявлении, отклоняется судом, поскольку основанием исковых требований является факт оказания услуг по спорному контракту, при этом предоставленный истцом акт от 30.09.2019г. является лишь новым доказательством в подтверждение тех обстоятельств, на которых основывался истец. Об этом также свидетельствует и тот факт, что сумма задолженности, указанная истцом в исковом заявлении, полностью соответствует сумме задолженности, указанной в акте от 30.09.2019г.

Более того, истец в судебном заседании подтвердил, что обстоятельства, на которые указывает ответчик, связаны лишь с технической опечаткой, а предмет исковых требований истцом не изменялся.

Кроме того, истец просит взыскать неустойку, предусмотренную п. 4.5. контракта, согласно которому в случае задержки платежа более, чем на 2 недели, истец имеет право потребовать уплаты 10% годовых за каждую невнесенную и подлежащую оплате сумму, что по расчету истца составляет 9 400долларов 89центов за период с 31.10.2019г. по 24.06.2024г.

Ответчиком в отзыве на исковое заявление заявлено ходатайство о снижении неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ.

О наличии оснований для снижения неустойки, предусмотренных ст. 333 ГК РФ, ответчиком не приведено, в связи с чем у суда отсутствуют основания для его снижения, поскольку в соответствии с п. 71 Постановления Пленума ВС РФ № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ей приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

В соответствии с п. 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требует ст. 71 АПК РФ.

Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Ответчиком не представлено доказательств того, что размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.

Для установления ответственности за неисполнение денежного обязательства имеет значение именно сам факт нарушения этого обязательства, выражающийся в неуплате соответствующих денежных средств в срок, а не факт использования должником этих средств.

Лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Однако в настоящем споре ответчик не представил суду доказательств, свидетельствующих о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Необоснованное уменьшение неустойки судом с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Учитывая, что ответчиком не приведены доводы, изложенные в Постановлении Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 г. №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», то у суда отсутствуют основания для применения ст. 333 ГК РФ в отношении требования о взыскании неустойки.

Ссылка ответчика на то, что оплата оказанных услуг стала невозможной вследствие возникновения обстоятельств непреодолимой силы со ссылкой на санкционные ограничения, отклоняются судом на основании следующего.

В силу п. 3 ст. 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Как установлено Арбитражным судом Московского округа по делу №А40- 74815/2022 в постановлении от 28.06.2023г.: «Таким образом, экономические санкции иностранного государства не могут выступать в качестве основания для нарушения прав российского юридического лица, в том числе посредством одностороннего отказа от договоров, поскольку экономические санкции противоречат публичному порядку Российской Федерации и не подлежат применению на ее территории в силу прямого указания закона».

Данная правовая позиция также следует из постановления Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2023г. по делу №А40-98239/2022, согласно которому: «Публичное право не обладает экстерриториальным характером, а потому санкционное законодательство США и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии не порождает прав и не налагает обязанностей на российских граждан и юридических лиц, что соответствует фундаментальным принципам о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств и суверенитета государств (Декларация о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета, принята на Генеральной Ассамблее ООН резолюцией 2131 (XX) от 21.12.1965)».

Таким образом, доводы ответчика в части необходимости соблюдения санкционного законодательства, как на обоснование возможности неисполнения обязательств, являются необоснованными.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании неустойки, начисленной на сумму долга за период с 25.06.2024г. по дату фактической оплаты долга.

Согласно п. 65. Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 от 24 марта 2016 года по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Таким образом, требования истца в указанной части подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ государственная пошлина относится на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 309, 310, 317, 330, 779, 781, 1191 ГК РФ, ст. ст. 110, 148, 167- 171, 176, 248.1, АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства Nuovo Pignone International S.r.l. об оставлении искового заявления без рассмотрения отказать.

Взыскать с Nuovo Pignone International S.r.l. (VAT number/Fiscal code 06176750484) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Бейкер Хьюз Рус Инфра" (ИНН 

<

***>) 20 213долларов 76центов США задолженности, 9 400долларов 89центов США неустойки и 36 771руб. 00коп. расходов по уплате госпошлины.

Взыскать с Nuovo Pignone International S.r.l. (VAT number/Fiscal code 06176750484) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Бейкер Хьюз Рус Инфра" (ИНН 

<

***>) неустойку, начисленную на сумму долга 20 213долларов 76центов США в размере 10% годовых от суммы долга за каждый день просрочки за период с 25.06.2024г. по дату фактической оплаты долга.

В порядке п. 2 ст. 317 Гражданского кодекса Российской Федерации взысканная сумма задолженности подлежит уплате в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день осуществления платежа.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в  течение месяца со дня  принятия.

Судья                                                                                                   А.Г. Авагимян