СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-6203/2017(64)-АК

Дело № А50-20115/2016

17 декабря 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 17 декабря 2024 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,  

судей Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И., при участии:  

от ООО «ЗУМК-Инжиниринг»: ФИО1, паспорт, ФИО2, паспорт, доверенность от 22.01.2024;  

от АО «Росэксимбанк»: ФИО3, паспорт, доверенность от 27.12.2024;  

от Управления ФНС по Пермскому краю: ФИО4, паспорт, доверенность от 24.09.2024;  

при участии в судебном заседании путем использования системы веб- конференции:  

от АО «Дехканабадский калийный завод»: ФИО5, паспорт, доверенность от 21.10.2024; ФИО6, паспорт, доверенность от 21.10.2024; ФИО7, паспорт, доверенность от 21.10.2024, ФИО8, паспорт, доверенность от 21.10.2024;  

от ФНС России: ФИО9, паспорт, доверенность от 04.03.2024  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод»  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 23 сентября 2024 года  

об отказе в удовлетворении заявления акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» об установлении размера и очередности погашения требования кредитора об оплате услуг и материалов, использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США,  

вынесенное в рамках дела № А50-20115/2016 о признании общества с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> несостоятельным (банкротом)  

заинтересованное лицо: Прокуратура Пермского края 

третьи лица: ФИО10, ФИО11  

установил:

Определением суда от 05.09.2016 к производству суда принято заявление ООО «ЭЛКАМ» о признании ООО «ЗУМК-Инжиниринг» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 30.11.2016 заявление ООО «ЭЛКАМ» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО12  

Определением суда от 23.06.2017 в отношении должника введена процедура финансового оздоровления. Административным управляющим утверждена ФИО12  

Решением суда от 02.07.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО12  

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» 30.06.2018.  

Определением суда от 11.10.2018 конкурсным управляющим утверждена Метла А.С.  

АО «Дехканабадский калийный завод» (далее - АО «ДКЗ») 16.02.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании требований в размере 10 814 437 828,53 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.  

Определением суда от 27.03.2023 производство по настоящему обособленному спору приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-175502/2022.  

Протокольным определением суда от 14.09.2023 производство по обособленному спору возобновлено; в последующем судебное заседание по рассмотрению заявления АО «ДКЗ» неоднократно откладывалось.  

Определением от 19.04.2024 судом произведено разъединение требование, а именно:  

- выделено в отдельное производство требование о возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США;  

- выделено в отдельное производство требование о возмещении расходов, понесенных на проведение ОПР, в размере 9,67 млн. долларов США;  

- выделено в отдельное производство требование о взыскании реального ущерба, причиненного неполным выполнением работ и недопоставкой оборудования, в размере 7,258 млн. долларов США;  

- выделено в отдельное производство требование об оплате услуг и материалов ДКЗ, использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США;  

- выделено в отдельное производство требование о взыскании переплаты за невыполненные ЗУМК СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США в качестве суммы неосновательного обогащения;  

- выделено в отдельное производство требование о взыскании переплаты за горнопроходческие работы по контракту в размере 2 617 706,5 долларов США;  

- выделено в отдельное производство требование о взыскании упущенной выгоды (в размере 144,586 млн. долларов США) и реального ущерба (в размере 6,404 млн долларов США) в связи с невыходом комбината на проектную мощность;  

- выделено в отдельное производство требование о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн. долларов США;  

- АО «ДКЗ» предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов;  

- судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления АО «ДКЗ» о признании требований в общем размере 679 957 704 узбекских сумов обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов отложено.  

10.06.2024 от АО «ДКЗ» поступило ходатайство об уточнении требования, в соответствии с которым заявитель просит:  

- признать требования АО «ДКЗ» об оплате услуг и материалов АО «ДКЗ», использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США к должнику обоснованными;  

- применить правила сальдирования встречных обязательств и признать в результате расчета завершающего сальдо итоговое обязательство АО «ДКЗ» перед должником в размере 21 859 488,27 долларов США.  

С учетом мнения лиц, участвующих в споре, уточнение требований принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.  

Определением суда от 23.09.2024 (резолютивная часть от 11.09.2024) в удовлетворении требований АО «ДКЗ» отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением, АО «ДКЗ» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить. Также просит перейти к рассмотрению дела по правилам рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, назначить комплексную судебную финансово-экономическую и бухгалтерскую экспертизу.  

Апеллянт считает, что суд неверно рассчитал срок исковой давности по заявленным требованиям, который подлежит исчислению с момента  

расторжения договора при сальдировании всей совокупности взаимных обязательств сторон; не дал оценку структуре и взаимной связи отдельных категорий обязательств ЗУМК, которые легли в основу требования по услугам и материалам; не оценил приведенную ДКЗ судебную практику, подтверждающую, что истечение срока исковой давности не препятствуют учету соответствующего требования при определении завершающего сальдо; не применил ст. 204 ГК РФ, несмотря на то, что срок исковой давности в отношении требований из контракта не тек с момента обращения АО «ДК» в МКАС и в Кашкадарьинский суд в Узбекистане. По мнению апеллянта, суд не дал оценку первичным доказательствам, подтверждающим обоснованность требования по услугам и материалам. Полагает, что суд грубо нарушил правила оценки доказательств, не приняв во внимание преюдициальные выводы приговора узбекского суда и экспертное заключение PwC, а также необоснованно отклонил многочисленные доказательства несения расходов, представленные АО «ДКЗ» и безосновательно отказал заявителю в проведении экспертизы. Кроме того, апеллянт в апелляционной жалобе приводит возражения на определение от 19.04.2024, которым суд разделил рассмотрение требований АО «ДКЗ» на 9 самостоятельных обособленных споров, которым, среди прочего, выделил рассмотрение требования по услугам и материалам в отдельное производство.  

Конкурсный управляющий, Прокуратура Пермского края, АО «Росэксимбанк» в представленных отзывах против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.  

От АО «ДКЗ» поступили ходатайство о назначении судебной финансово-экономической и бухгалтерской экспертизы, аналогичное ранее заявленному в суде первой инстанции, краткие дополнительные пояснения.  

АО «Росэксимбанк» и конкурсным управляющим представлены возражения на ходатайства о назначении экспертизы, а также возражения относительно приобщения к материалам дела кратких письменных объяснений.  

 Участвующие в судебном заседании представители АО «ДКЗ» пояснили, что ходатайство о переходе к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции заявлено ошибочно, на его рассмотрении не настаивают, ходатайство о назначении экспертизы и приобщении к материалам дела кратких пояснений поддерживают.  

Представители конкурсного управляющего, АО «Росэксимбанк», уполномоченного органа возражали против удовлетворения заявленных ходатайств.  

Рассмотрев ходатайство о назначении судебной экспертищы в порядке ст. 159 АПК РФ, принимая во внимание позиции участников спора, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения, в  

связи с чем отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, краткие пояснения, отзывы и возражения приобщены к материалам дела.  

Отказывая в назначении судебной экспертизы при рассмотрении спора, суд исходил из следующего.  

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.  

По смыслу указанной нормы АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.  

При рассмотрении ходатайства суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, могут быть установлены таким доказательством. При этом арбитражный суд вправе отказать в назначении экспертизы, если сочтет, что ее назначение нецелесообразно ввиду наличия уже имеющихся в споре доказательств.  

Согласно п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции до объявления председательствующим в судебном заседании исследования доказательств законченным (ч. 1 ст. 164 АПК РФ), а при возобновлении их исследования - до объявления законченным дополнительного исследования доказательств (ст. 165 Кодекса). Ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений ч. 2 и 3 ст. 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.  

Таким образом, судом апелляционной инстанции может быть назначена экспертиза в случае необоснованного отклонения судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы и невозможности рассмотрения дела без экспертного заключения.  

Из материалов дела следует, что ходатайство о назначении судебной экспертизы было рассмотрено судом первой инстанции и отклонено. Проанализировав предмет и основания заявленных к должнику требований, принимая во внимание мнение участников процесса и документы, представленные в обоснование заявленных требований, суд пришел к выводу о том, что в данном случае при рассмотрении настоящего обособленного спора отсутствует необходимость привлечения специалистов, обладающих специальными познаниями по вопросам, сформулированным кредитором. Суд пришел к выводу о возможности установить юридически значимые по делу обстоятельства без проведения экспертизы.  

Предметом судебной бухгалтерской экспертизы являются отраженные в бухгалтерском учете хозяйственные операции (явления финансово-хозяйственной деятельности), которые содержат информацию о состоянии, движении, наличии или отсутствии материальных ценностей и денежных средств, их источниках, свидетельствуют о нарушениях (отсутствии нарушений) в ведении бухгалтерского учета.  

С помощью судебной бухгалтерской экспертизы можно установить характер и механизм искажения учетных данных, а также степень их влияния на качественные и количественные показатели хозяйственной деятельности, определение тождества либо различия черновых записей с данными бухгалтерского учета по их смысловому и структурному содержанию, способствовать воссозданию искаженных или отсутствующих учетных данных.  

Предметом судебной финансово-экономической экспертизы являются сведения о финансовых операциях и финансовых показателях деятельности хозяйствующего субъекта, а также фактические данные, характеризующие образование, распределение и использование на предприятии доходов, денежных средств (фондов), негативные отклонения в этих процессах, повлиявшие на показатели хозяйственной деятельности или способствовавшие совершению преступлений, связанных с несоблюдением финансовой дисциплины.  

С помощью финансово-экономической экспертизы возможно определение финансового состояния и платежеспособности должника, диспропорций в доходах и расходах, повлиявших на величину балансовой прибыли и обеспечение оборотными средствами, а также установление негативных отклонений по отдельным статьям доходов и расходов денежных средств.  

Предметом же рассматриваемого обособленного спора является определение факта несения и размера понесенных АО «ДКЗ» расходов, связанных с предоставлением должнику расходных материалов.  

Апелляционный суд считает, что с учетом заявленных в рамках настоящего дела требований и представленных в материалы дела доказательств ходатайство о назначении экспертизы отклонено судом первой инстанции обоснованно. Определение размера расходов, на несение которых ссылается  

заявитель, не относится к области специальных познаний и может быть выполнено на основании договоров, документов об их исполнении, актов, счетов, платежных документов.  

Заключение эксперта является только одним из доказательств, которое подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.  

Представители АО «ДКЗ» доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме.  

Представители конкурсного управляющего ООО «ЗУМК-Инжиниринг», ФНС, УФНС по Пермскому краю, АО «Росэксимбанк» против доводов апелляционной жалобы возражали, по основаниям указанным в письменных отзывах, определение суда первой инстанции считают законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, что в силу положений ст.ст. 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 16.02.2023 АО «ДКЗ» обратилось в суд с заявлением об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, в котором просит признать требования к должнику о взыскании 10 814 437 828,53 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.  

Определением суда от 19.04.2024 требования АО «ДКЗ» об оплате услуг и материалов ДКЗ, использованных при выполнении работ, в размере 1,293 миллиона долларов США выделены в отдельное производство.  

Впоследствии АО «ДКЗ» обратилось с ходатайством об уточнении требований путем заявления дополнительного требования - о сальдировании требований в размере 1,293 миллионов долларов США против встречных требований ЗУМК к ДКЗ на сумму 18 млн. долларов США, взысканную с ДКЗ решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М- 223/2019.  

В обоснование заявленного требования АО «ДКЗ» указывает на то, что в соответствии с пунктом 3.4 контракта должник обязан отдельно компенсировать АО «ДКЗ» расходы на предоставленные энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух и иные текущие расходы. Согласно  

экспертному заключению партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО13, подготовленному в рамках спора между кредитором и должником, рассматриваемого Международным коммерческим арбитражным судом при торгово-промышленной палате Российской Федерации (дело № М- 223/2019), от 15.06.2023 (далее по тексту – Заключение PwC), сумма задолженности за предоставленные АО «ДКЗ» услуги и материалы составляет 1,293 миллиона долларов США с учетом применения индекса потребительских цен. Факт наличия задолженности в заявленном размере, по мнению АО «ДКЗ», подтверждается Заключением PwC (Заключение PwC, раздел 10, страницы 62 – 64 – Приложение 10.i к первоначальному требованию), представленной в материалы дела документацией, а также выгрузками из системы бухгалтерского учета 1С.  

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий и его представители ссылались на то, что заявителем пропущен срок исковой давности. Указывали, что кредитором не доказаны основание и размер требований, представленная документация не образует обязанности ООО «ЗУМКИнжиниринг» по оплате. Просили отказать в удовлетворении заявления.  

Представители АО «Росэксимбанк» в удовлетворении заявления АО «ДКЗ» просили отказать. Указывали на то, что АО «ДКЗ» не обосновало свое требование условиями Контракта, указывали на пороки использованной для заключения ФИО13 первичной документации и отсутствие у данного заключения доказательственного значения. Кроме того считают, что кредитором пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.  

Уполномоченный орган поддерживает позиции, изложенные представителями конкурсного управляющего и АО «Росэксимбанк». Просил отказать в удовлетворении заявления, указывает на пропуск срока исковой давности.  

Председатель комитета кредиторов указывал на необоснованность и недоказанность заявленного требования, просил отказать в его удовлетворении. Указывал на пропуск срока исковой давности.  

Представитель Прокуратуры Пермского края обращал внимание, что материалы дела не содержат безусловных доказательств обоснованности требования АО «ДКЗ», в связи с чем требование не подлежит удовлетворению. Ссылался на пропуск заявителем срока исковой давности.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции указал на необоснованность предъявленных кредитором требований0 ввиду непредставления кредитором доказательств возникновения задолженности в спорной сумме. Также судом не усмотрено оснований для сальдирования требований, поскольку АО «ДКЗ» не доказало наличие встречной задолженности, требования АО «ДКЗ» признаны необоснованными. При этом суд признал пропущенным срок исковой давности для включения в реестр,  

отклонив доводы кредитора о том, что начало течения срока исковой давности необходимо исчислять с даты расторжения Контракта (02.03.2020).  

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.  

В соответствии со ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 настоящего Федерального закона.  

Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.  

Материалами дела установлено, что сведения о признании должника банкротом, открытии конкурсного производства и сроке закрытия реестра требований кредиторов опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.06.2018, соответственно, реестр требований кредиторов должника закрыт 30.08.2018. Требование о включении суммы задолженности в реестр заявлено 16.02.2023, то есть за пределами срока, установленного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.  

Исходя из положений ст.ст. 71, 100, 142 Закона о банкротстве, п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.  

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку  

включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.  

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.  

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

При рассмотрении обоснованности требований кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником.  

Как указывалось ранее, основанием для обращения АО «ДКЗ» в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением явились доводы о наличии в соответствии с пунктом 3.4 Контракта у должника обязанности отдельно компенсировать АО «ДКЗ» расходы на предоставленные энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух и иные текущие расходы. Согласно экспертному заключению партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО13, сумма задолженности за предоставленные АО «ДКЗ» услуги и материалы составляет 1,293 миллиона долларов США с учетом применения индекса потребительских цен.  

Судом первой инстанции установлено, что 26.06.2011между АО «ДКЗ (ранее - Дирекция строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений Государственной акционерной компании «Узкимёсаноат») (Заказчик) и ООО «ЗУМК-Инжиниринг» (Подрядчик) заключен Контракт на расширение производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан на условиях «под ключ» (II этап) (далее по тексту – Контракт).  

В соответствии с пунктом 2.1 Контракта Подрядчик обязуется в соответствии с условиями Контракта выполнить работы на условиях «под ключ» по расширению производственных мощностей горнодобывающего комплекса ДЗКУ ((II этап), включающих проектирование, строительно-монтажные и пусконаладочные работы, поставку оборудования и материалов, а Заказчик обязуется создать Подрядчику необходимые условия для выполнения работ и обязательств, обусловленных Контрактом, принять их и производить своевременную оплату всех этапов работ.  

Общая стоимость Контракта составляет 122 300 000 долларов США (пункт 3.1. Контракта).  

Согласно пункту 3.4. Контракта стоимость Контракта включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых Подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых  

Подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемые Заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ. В случае если данные ресурсы предоставлены Заказчиком, Подрядчик оплачивает указанные расходы Заказчику по отдельным договорам, заключенным через обособленное подразделение постоянное учреждение Подрядчика в Республике Узбекистан.  

В силу п. 3.5 общая стоимость Контракта является окончательной и пересмотру не подлежит, кроме случаев:  

- изменения объемов работ и/или состава работ в установленном в Контракте порядке (п. 3.5.1 Контракта).  

- когда причиной увеличения стоимости работ явились обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор) (п. 3.5.2 Контракта).  

При наличии соответствующих обоснований перечисленные изменения оформляются дополнительными соглашениями к Контракту (п. 3.6 Контракта).  

В соответствии с п. 3.7 Контракта на основании разрабатываемой и получаемой проектной документации, стороны вправе перераспределять статьи затрат Контракта (стоимость проектирования, оборудования и материалов, строительно-монтажных работ). При этом общая стоимость Контракта изменению не подлежит.  

Обязательства подрядчика и заказчика определены пунктами 4 и 5 Контракта соответственно.  

Срок действия Контракта установлен пунктами 6. Контракта. 

Согласно пункту 11.1. результаты работ, предусмотренные техническими заданиями (Приложение № 1 и Приложение № 2) подлежащие сдаче Заказчику, оформляются Справками счет-фактурами о стоимости выполненных работ (понесенных затрат).  

По мере выполнения Работ по Контракту Подрядчик обязан предоставлять 3 экземпляра подписанной со своей стороны Справки счет-фактуры о стоимости выполненных работ (понесенных затрат) (пункт 11.2. Контракта).  

В течение 3 календарных дней, после получения Заказчиком Справки счет-фактуры о стоимости выполненных работ (понесенных затрат), Заказчик должен подписать указанную Справку счет-фактуру и направить 2 экземпляра Подрядчику (пункт 11.3. Контракта).  

Порядок разрешения споров определен разделом 17 Контракта. 

Согласно пункту 17.1. Контракт регулируется и толкуется в соответствии с российским материальным правом.  

В силу пункта 17.4. Стороны согласны, что в арбитражном производстве будут применяться нормы процессуального права Российской Федерации.  

С учетом условий контракта и того, что требование кредитора рассматривается в рамках дела о банкротстве должника, спорные отношения  

сторон по Контракту регулируются нормами российского законодательства, в связи с чем применению подлежат нормы российского права.  

Как следует из материалов спора и лицами, участвующими в споре, не оспаривается, Контракт прошел регистрацию в SGS Societe Generale de Surveillance SA, Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, уполномоченном банке Республики Узбекистан и ГТК Республики Узбекистан, о чем свидетельствуют соответствующие штампы в Контракте.  

При этом контроль за платежами по Контракту был возложен на Акционерный коммерческий банк «Узбекский промышленно-строительный банк», исполнение платежей по Контракту производилось на основании писем АО «ДКЗ».  

Как следует из доводов АО «ДКЗ», условием возникновения у него требования к должнику является расторжение Контракта (02.03.2020).  

Именно тогда, по мнению кредитора, у него появилась возможность для защиты своих нарушенных прав.  

Как следует из пункта 77 заявления АО «ДКЗ» от 16.02.2023, в соответствии с пунктом 3.4 Контракта должник обязан отдельно компенсировать АО «ДКЗ» расходы на предоставленные энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух и иные текущие расходы.  

В подтверждение своих доводов АО «ДКЗ» ссылается на Заключение PwC (раздел 10, страницы 62 – 64 – Приложение 10.i к первоначальному требованию), представленной в материалы дела документацией, а также выгрузками из системы бухгалтерского учета 1С.  

По мнению АО «ДКЗ» указанные расходы включают в себя: 

- стоимость коммунальных услуг, услуг аренды, поставки материалов, транспортных и телекоммуникационных и иных услуг, которые АО «ДКЗ» предоставило ООО «ЗУМК-Инжиниринг» на основании договоров, заключенных между АО «ДКЗ» и ООО «ЗУМК-Инжиниринг» (Заключение PwC, Договоры по прочим операциям между сторонами (Документ PwC-024), страницы 64 – 85 – Приложение 10.iii); Приложение М к Заключению PwC, страницы 203 – 211 – Приложение 10.i). Общая сумма задолженности ООО «ЗУМК-Инжиниринг» перед АО «ДКЗ» по таким договорам составляет 270 тысяч долларов США. При этом часть из этой задолженности на сумму 34,7 тысячи долларов США ООО «ЗУМКИнжиниринг» признало, подписав акты сверки задолженности (Заключение PwC, Акты сверки по прочим договорам между сторонами (Документ PwC-007), страницы 324 – 339 – Приложение 10.i); Раздел М.1. Приложение М к Заключению PwC, раздел М.1., страницы 203 – 205 – Приложение 10.i));  

- стоимость услуг по предоставлению электроэнергии, подтвержденных актами израсходованной электроэнергии, подписанными ООО «ЗУМК- Инжиниринг» (Заключение PwC, Акты израсходованной электроэнергии за период с 2010 года по февраль 2014 года (Документ PwC-006), страницы 319 –  

323 – Приложение 10.i)), на общую сумму 294 тысячи долларов США (Заключение PwC, Приложение М к Заключению PwC, раздел М.3, страницы 208 – 211 – Приложение 10.i));  

- стоимость расходных материалов, которые АО «ДКЗ» предоставлял ООО «ЗУМК-Инжиниринг», подтвержденная актами по списанию материалов, которые должник и АО «ДКЗ» подписывали при передаче материалов ООО «ЗУМК-Инжиниринг» (Заключение PwC, Акт о списании использованных ТМЦ за февраль 2014 г. (Документ PwC-040), страница 134 – Приложение 10.v); Акты о списании использованных ТМЦ за январь, июль и август 2013 г. (Документ PwC-041), страница 135 – 137 – Приложение 10.v)), в общей сумме 729 тысячи долларов США (Заключение PwC; Приложение М к Заключению PwC, раздел М.3, страницы 208 – 211 – Приложение 10.i)).  

Соответственно, как указывает АО «ДКЗ», до настоящего времени должник не компенсировал ему расходы на эти материалы и услуги. По расчету кредитора, сумма задолженности ООО «ЗУМК-Инжиниринг» за предоставленные АО «ДКЗ» услуги и материалы составляет 1,293 миллиона долларов США (Заключение PwC, раздел 10, страницы 62 – 64 – Приложение 10.i)).  

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 ГК РФ).  

Согласно ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в Кодексе.  

В силу ст. 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).  

При толковании условий договора в силу абз. 1 ст. 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).  

Согласно п. 3.4 Контракта стоимость Контракта включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых Подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых Подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемый Заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ. В случае если данные ресурсы предоставлены Заказчиком, Подрядчик оплачивает указанные расходы заказчику по отдельным договорам, заключенным через обособленное подразделение постоянное учреждение Подрядчика в Республике Узбекистан».  

Из буквального толкования данного пункта следует, что в стоимость Контракта заложены расходы (перечисляются какие именно), которые должен понести должник для исполнения принятых на себя обязательств. При этом также отдельно предусмотрено, что в том случае, если данные расходы понесены Заказчиком (ресурсы предоставлены заказчиком), то Подрядчик оплачивает указанные расходы заказчику по отдельным договорам.  

Кроме того, согласно пункту 4.1.10 Контракта Подрядчик для выполнения работ, предусмотренных в разделе 2 Контракта, обязуется пользоваться по отдельным договорам услугами электро-, водо-, газоснабжения, также другими услугами, имеющимися на объектах ДЗКУ, в количестве, необходимом для проведения работ.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в соответствии с содержанием самого Контракта отношения, связанные с предоставлением заказчиком материалов и услуг, вытекают и регулируются не пунктом 3.4. Контракта, а отдельными договорами между АО «ДКЗ» и ООО «ЗУМК-Инжиниринг». Указанные отношения носят самостоятельный характер, а потому возможность обращения в суд с рассматриваемыми требованиями не связана с действием Контракта.  

По мнению кредитора, несение затрат на материалы и услуги со стороны АО «ДКЗ» подтверждается экспертным заключением партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО13, подготовленным в рамках спора между кредитором и должником, рассматриваемого Международным коммерческим арбитражным судом при торгово-промышленной палате Российской Федерации (дело № М223/2019) от 15.06.2021 (заключение PwC), а также представленными в материалы дела документами.  

Проанализировав представленные в материалы дела документы в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ суд первой инстанции пришел к выводу о том, что представленные документы не подтверждают наличие каких-либо обязательств должника по указанным основаниям.  

Суд критически отнесся к представленному в обоснование размера требований в материалы спора Заключению PwC, составленному 15.06.2021, поскольку ФИО13 фактически не исследовал размер понесенных заказчиком затрат. Размер был определен ФИО13 исходя из данных  

бухгалтерского учета АО «ДКЗ» в системе 1С без исследования первичных документов, которые бы подтверждали предоставление АО «ДКЗ» ресурсов непосредственно должнику сверх предусмотренных Контрактом.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что представленные АО «ДКЗ» документы в обоснование заявленных требований также достоверно не подтверждают наличие обязательств должника по указанным основаниям, в том числе заявленный кредитором размер.  

В качестве обоснования заявленных требований заявителем представлены: договор поставки от 30.01.2014; договор поставки от 24.02.2014; договор от 05.04.2013; соглашение о переводе долга по оплате оказанных услуг от 02.02.2011; дополнительные соглашения – 4 соглашения от 07.04.2011; договор о возмещении расходов № 1 от 01.11.2008; договор № 2 о возмещении расходов от 01.07.2008; договор оказания услуг от 03.01.2012; договор займа товарно-материальных ценностей от 25.07.2012; договор аренды имущества от 23.05.2015, а также многочисленные акты сверки (в том числе нечитаемые).  

Между тем, заявителем не представлено доказательств, подтверждающих их исполнение, в том числе со стороны самого заявителя.  

Так, к договору № 504/13 от 05.04.2013 АО «ДКЗ» не представлены соответствующие спецификации, а также документы, подтверждающие передачу товара должнику.  

С учетом того, что согласно п. 2.1 договора № 504/13 от 05.04.2013 оплата по договору производится в течение 5 календарных дней с момента поставки товара, а доказательств поставки товара по указанным счет-фактурам кредитором не представлено, основания для признания требований АО «ДКЗ» обоснованными отсутствуют.  

Также какие-либо первичные документы не представлены к договорам поставки № 10-м от 30.01.2014 и № 28-м от 24.02.2014.  

Основание и размер задолженности АО «ДКЗ» доказывает исключительно исходя из данных 1C и двух актов сверки по состоянию на 01.01.2015, что в отсутствие первичной документации недопустимо.  

Кроме того, условиями названных договоров (пункты 3.1) предусмотрено, что отгрузка товара АО «ДКЗ» осуществляется при условии 100% предоплаты за поставляемый товар и подтверждения банком зачисления средств на расчетный счет продавца. В связи с этим, даже если предположить, что поставка по указанным договорам действительно имела место, то по условиям данных договоров, товар к моменту поставки должен был быть полностью оплачен должником еще до поставки ему товара АО «ДКЗ», в противном случае – оснований для поставки у АО «ДКЗ» не имелось бы.  

В отношении заявленных АО «ДКЗ» требований, вытекающих из договора оказания услуг № 03/1-2012 от 03.01.2012, где АО «ДКЗ» является заказчиком, а должник исполнителем, судом отмечено, что АО «ДКЗ» основывает свои требования в данном случае на произведенной в адрес ООО  

«ЗУМК-Инжиниринг» предоплате, при этом в соответствии с пунктом 5.3 договора оказания услуг № 03/1-2012 от 03.01.2012 расчеты по договору осуществляются Заказчиком прямым банковским переводом в размере 100% стоимости оказанных услуг в течении 10 банковских дней с момента подписания акта приемки оказанных услуг и справки счет-фактуры с указанием стоимости оказанных услуг. Таким образом, условиями названного договора аванс либо иная форма предоплаты не предусмотрена. Напротив, исходя из буквального толкования пункта 5.3 следует, что оплатить соответствующие услуги АО «ДКЗ» должно было лишь после оказания услуг ООО «ЗУМК- Инжиниринг» и подписания соответствующих актов.  

Еще одно требование АО «ДКЗ» вытекает из договора № 2 от 01.07.2008, в соответствии с которым должник обязуется возместить АО «ДКЗ» расходы на услуги по разгрузке поступающих железнодорожным транспортом грузов. Согласно п. 2,3 данного договора оплата указанных расходов должна быть осуществлена должником в течение 7 дней с момента получения от АО «ДКЗ» копий счет-фактур.  

При этом в рамках данного договора (договор № 2 от 01.07.2008) кредитором каких-либо счетов-фактур, подписанных сторонами, не представлено - свои требования АО «ДКЗ» пытается обосновать в отсутствие первичной документации, на основе, прежде всего, данных 1C.  

В связи с этим, наличие обязательств должника перед АО «ДКЗ» кредитором также не доказано.  

Требование АО «ДКЗ» об оплате денежных средств, вытекающее из соглашения о переводе долга по оплате оказанных услуг № 47-У от 02.02.2011 (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 07.04.2011), по условиям которого должник обязуется вернуть АО «ДКЗ» денежные средства, уплаченные последним в пользу кредитора должника за услуги питания сотрудников ЗУМК, не сопровождены доказательством уплаты АО «ДКЗ» денежных средств в адрес кредитора(-ов) должника (отсутствуют соответствующие платежные поручения).  

Согласно п. 2.5 соглашения о переводе долга по оплате оказанных услуг № 47-У от 02.02.2011 (в ред. доп. соглашения № 1) должник обязуется вернуть преемнику денежные средства, уплаченные кредитору до 31.03.2012. Из буквального толкования данного пункта следует, что должник обязан вернуть денежные средства, уплаченные АО «ДКЗ» в адрес кредитора должника по обязательству связанному с организацией питания сотрудников ЗУМК. Исходя из этого, АО «ДКЗ» вправе требовать с должника денежные средства, которые уплачены им кредитору должника.  

Поскольку АО «ДКЗ» в материалы дела не представлены доказательства оплаты услуг питания в пользу кредитора должника (ст. 65 АПК РФ), заявленное АО «ДКЗ» требование нельзя признать обоснованным, подтвержденным достаточными доказательствами.  

Обязательства должника, имеющиеся, по мнению АО «ДКЗ», основанные на Дополнительном соглашении № 1 (к соглашению № 53-У от 02.02.2011) и Дополнительному соглашению № 1 (к соглашению № 66-У от 02.02.2011) (аналогичным образом, предусматривающие возмещение АО «ДКЗ» денежных средств, уплаченных кредиторам должника за транспортные услуги и коммуникационные услуги) помимо того, что также не подтверждены соответствующими платежными документами (доказательство оплаты АО «ДКЗ» в пользу кредиторов должника), также не подкреплены первоначальными соглашениями (соглашение № 53-У от 02.02.2011 и соглашение № 66-У от 02.02.2011).  

Требования, вытекающие из договора № 1 от 01.11.2008, основываются АО «ДКЗ» прежде всего на основе данных из 1C.  

В качестве документов, обосновывающих требования по договору № 1 от 01.11.2008, АО «ДКЗ» также представлены акты сверки за период 01.01.200930.06.2014. При этом первичных документов, а именно соответствующих счетов-фактур за указанный период, в материалы дела кредитором не представлено - представлено лишь несколько счет-фактур, большинство из которых имеют существенные недостатки, лишающие их доказательственной силы.  

При этом договор № 1 от 01.11.2008 заключен задолго до заключения Контракта.  

Помимо этого, судом первой инстанции учтено, что в соответствии с условиями договора займа товарно-материальных ценностей от 25.07.2012 и договора аренды имущества от 23.05.2012, АО «ДКЗ» передавая соответствующие товарно-материальные ценности и имущество стороны подписывают акты приема-передачи и накладные. Указанные документы АО «ДКЗ» не представлены, соответственно, доказательства исполнения указанного договора со стороны заявителя в материалах дела отсутствуют.  

Условия названных договоров предусматривали, что заем материальных ценностей является беспроцентным, а пользование имуществом по договору аренды имущества – безвозмездным.  

Указанное также подтверждается пунктом 5.1.3. Контракта, в соответствии с которым необходимое технологическое оборудование передавалось подрядчику в безвозмездное пользование.  

Учитывая данное обстоятельство, суд критически отнесся к позиции кредитора о том, что им были понесены расходы на технологическое оборудование. Данная позиция не соответствует действительности и правомерно отклонена, поскольку ООО «ЗУМК-Инжиниринг» использовало собственное оборудование или оборудование, переданное ему в безвозмездное пользование на основании пунктов 3.4. и 5.1.3. Контракта.  

За период с мая 2009 года по октябрь 2015 года должник возмещал расходы только по одному договору (на предоставление водо-, газо-, и электроснабжения); других аналогичных договоров стороны не заключали, что  

подтверждается карточкой счета ООО «ЗУМК-Инжиниринг» и договором возмещения расходов. Таким образом, за все полученные от АО «ДКЗ» услуги должник производил своевременную оплату, что подтверждается реестром счета фактур в рамках договора о возмещении расходов.  

Представленные кредитором документы, а также дополнительные пояснения кредитора не свидетельствуют о наличии оснований для оплаты электроэнергии, поскольку представленные акты (за 2010, за 2011, за 2012, за 2013, за 2014 гг.) лишь свидетельствуют об объеме израсходованной электроэнергии и сами по себе не порождает у должника обязательства по оплате.  

При этом в пункте 3.4. Контракта указано, что расходы на электроэнергию входят в стоимость Контракта.  

В качестве обоснования заявленного требования заявителем представлены четыре акта о списании использованных ТМЦ (за февраль 2014, за январь 2013, за июль 2013, за август 2013) согласно которым в определенный период был использован материал.  

Из буквального толкования представленных актов следует, что комиссией были подписаны акты, в соответствии с которыми в определенный период времени был использован (списан) определенный материал (ТМЦ). При этом для каких целей был использован такой материал и связан ли он каким-либо образом с исполнением должником контракта - упоминания об этом в актах не содержится. Из содержания указанных актов не вытекает, что у должника имеется обязательство по оплате указанных материалов. Указанный акт лишь свидетельствует о том, что в определенный период времени был списан определенный материал. Иные выводы в данном случае сделать нельзя.  

Кредитором в своем заявлении указывается, что им предоставлялись материалы для должника, при этом представленные им документы не свидетельствуют об этом, не подтверждают, что указанные материалы в действительности были переданы должнику. Как подчеркивалось выше, данные документы свидетельствуют лишь о том, что материалы признаны использованными, при этом указания на то, что последние использованы именно должником, а тем более были переданы должнику, в данных актах не имеется.  

Учитывая то обстоятельство, что в обоснование имеющихся у должника обязательств кредитор ссылается лишь на указанные акты, не прикладывая при этом каких либо иных доказательств, оснований полагать, что у должника имеются неисполненные обязательства перед АО «ДКЗ» по оплате материалов не имеется.  

Кроме того, АО «ДКЗ» в качестве доказательства наличия задолженности ссылается на выгрузку из 1С: акт сверки по договору № 1 от 01.11.2008; ГДК - материальные затраты за 2012 год; ГДК - материальные затраты за 2013 год; ГДК - материальные затраты за 2014 год.  

Как верно отметил суд первой инстанции, информация, содержащаяся в базе 1С, носит односторонний характер (пользователь собственноручно ведет  

соответствующий учет), данные документы никем не подписаны, указанные доказательства не могут быть признаны допустимыми и положенными в обоснование заявленного требования.  

Кроме того, АО «ДКЗ» представлены документы, относящиеся к иным договорам (счета-фактуры, доверенности, дополнительные соглашения). При этом, АО «ДКЗ» не раскрывает доказательственное значение указанных документов, не сопровождает их какими-либо расчетами, не представляет документов-оснований (например, исходных договоров).  

То же самое касается предоставления документов без указания на их доказательственное значение, отсутствие каких-либо приложенных к документам сводных расчетов: лимитно-заборные карты, месячные отчеты за 2013 и 2014 годы, ведомости дефектов, перечни израсходованных товарно-материальных ценностей и прочие.  

Акты о затратах службы энергетики не содержат ссылок на какой-либо договор, в представленных переводах указано, что объекты расходов (НКО) – неразборчиво (т.е. переводчик не смог перевести), содержат указание на применение техническими службами АО «ДКЗ» материалов к оборудованию и никак не встраиваются в механизм формирования правопритязания, указанного в требовании кредитора.  

Относимость лимитно-заборных карт не подтверждена – в картах фигурирует некое оборудование с указанием на цели использования, но без какого-либо обоснования встраивания карт в механизм образования права требования со стороны АО «ДКЗ». Карты не позволяю определить, к каким правоотношениям они относятся, каким образом служат подтверждением настоящего требования АО «ДКЗ». Ссылок на какой-либо договор или финансовый документ, лимитно-заборные карты не содержат.  

Акты о затратах механической службы фиксируют некую операцию товарноматериальных ценностей без обоснования со стороны АО «ДКЗ» о том, каким образом эти документы встраиваются в какой-либо договорный механизм и каким образом они влияют на подтверждение требования. Ссылок на договоры или финансовую документацию (фискальные документы) представленные акты также не содержат.  

Таким образом, в рассматриваемом случае каких-либо убедительных доказательств в отношении обоснованности предъявленных кредитором к должнику требований не представлено (ст. 65 АПК РФ).  

Помимо всего вышеуказанного нельзя не принимать во внимание и обстоятельства того, что в материалах дела отсутствуют какие-либо платежные документы за иные периоды оказания услуг, предоставления материалов, которые бы подтверждали оплату соответствующих услуг, товаров, материалов, электроэнергии произведенных АО «ДКЗ» в пользу третьих лиц.  

Представленные кредитором документы не образуют связанность указанных АО «ДКЗ» затрат с выполнением должником Контракта.  

Соответственно, представленные АО «ДКЗ» документы не доказывают наличие у ООО «ЗУМК-Инжиниринг» обязательств перед АО «ДКЗ», в связи с чем оснований для признания обоснованным заявленных кредитором требований по основаниям, изложенным в заявлении, у суда первой инстанции не имелось.  

Доводы апеллянта о том, что судом первой инстанции неверно дана оценка представленным в обоснование требования доказательств не нашли своего подтверждения в заседании суда апелляционной инстанции.  

Также при рассмотрении настоящего спора конкурсным управляющим, председателем комитета кредиторов, кредиторами АО «Росэксимбанк», уполномоченным органом, представителем Прокуратуры Пермского края было заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности. Данное заявление было признано судом первой инстанции обоснованным.  

Доводы жалобы об обратном рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными по следующим основаниям.  

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности  

(п. 2 ст. 199 ГК РФ). 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности в соответствии со ст. 196 названного Кодекса установлен в три года.  

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).  

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами.  

Обстоятельства, с наступлением которых связывается начало течения срока исковой давности, устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций исходя из норм, регулирующих конкретные правоотношения между сторонами, а также из имеющихся в деле доказательств (ст. 64, ч. 1 ст. 168, ч. 1 ст. 266 АПК РФ).  

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ).  

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.  

Возражая против доводов о пропуске срока исковой давности, АО «ДКЗ» связывает начало течения срока исковой давности с датой расторжения Контракта (02.03.2020).  

Из заявления и приложенных к нему документов следует, что АО «ДКЗ» ссылается на неисполнение должником пункта 3.4 Контракта.  

Между тем, как было установлено выше, отношения, связанные с предоставлением заказчиком материалов и услуг, вытекают и регулируются не пунктом 3.4. Контракта, а отдельными договорами между заявителем и должником. Указанные отношения носят самостоятельный характер, а потому возможность обращения в суд с рассматриваемыми требованиями никак не связана с действием Контракта.  

Все представленные АО «ДКЗ» в обоснование своих требований документы ссылки на Контракт не содержат.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, в рассматриваемом случае право на взыскание стоимости соответствующих услуг и материалов, предоставленных в рамках самостоятельных договоров, не зависит от даты расторжения Контракта.  

Нормы о договорах поставки, подряда и возмездном оказании услуг не ограничивают стороны договора в реализации прав на принудительную защиту интересов по соответствующим договорам независимо от срока их действия.  

Срок исковой давности по требованиям АО «ДКЗ» о компенсации расходов на услуги и материалы вытекает из договора о возмещении расходов. По своей правовой природе требование кредитора о возмещении расходов основано на положениях гражданского законодательства о возмездном оказании услуг (глава 39 ГК РФ).  

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2021 № 305-ЭС21-2343 по делу № А40- 273630/2019 подчеркивается: «Оплата услуг является обязанностью с определенным сроком исполнения, поэтому правило абзаца 2 пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации об исчислении срока исковой давности к ней не применимо. Приостановление  

процесса оказания услуг не влияет на исчисление срока исковой давности в отношении находящихся в споре оказанных услуг».  

Все документы, на которых основано требования заявителя, датированы 2010-2015 гг. С рассматриваемым требованием заявителем обратится 15.02.2023.  

Наиболее поздние документы, представленные в материалы дела – акты сверки расчетов – отражают взаимные расчеты сторон по состоянию 01.01.2015 и на 31.05.2015.  

При таких обстоятельствах, срок исковой давности по представленным документам истек, самое позднее 02.01.2018 и 01.06.2018.  

Доказательств прерывания течения срока исковой давности после указанных дат в материалы спора не представлено.  

Доводы о прерывания течения срока исковой давности путём подачи встречного иска в Международный коммерческий арбитражный суд при торгово-промышленной палате Российской Федерации в рамках дела № М- 223/2019 (15.01.2021) подлежат отклонению, поскольку рассматриваемые требования основаны на документах, оформленных до 2015 года.  

Предъявление иска в Кашкадарьинский областной суд Республики Узбекистан 03.10.2022 также не прерывает течение срока исковой давности, поскольку он на момент обращения с иском в суд был уже пропущен.  

Доказательств предъявления требований в пределах срока исковой давности или признание должником задолженности в материалы дела не представлено.  

Поскольку АО «ДКЗ» обратилось с заявлением о признании требований обоснованными 16.02.2023, суд первой инстанции верно установил, что срок исковой давности заявителем пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.  

Доводы заявителя жалобы об обратном основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права.  

Утверждение апеллянта о том, что суд первой инстанции определением от 19.04.2024 неправомерно разделил рассмотрение требований АО «ДКЗ» на девять самостоятельных обособленных споров, не может быть признано обоснованным.  

Вопрос об обоснованности выделения требований (в том числе рассматриваемого) определением суда от 19.04.2024 уже являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции (постановление от 23.08.2024 № 17АП-6203/2017(55)), в котором указано, что судом первой инстанции были рассмотрены позиции всех участвующих в деле лиц, заявленные требования должника и кредитора.  

При этом суд не отказывал в удовлетворении требования АО «ДКЗ» в выделении требований. При наличии двух предложенных вариантов выделения требований, суд, проанализировав избранные заявителями ходатайств критерии разделения требований, счел целесообразным выделение требований, исходя из  

оснований их возникновения и доказательственной базы, поскольку именно такой подход при соединении или разделении требований предусмотрен процессуальным законом.  

Критерий АО «ДКЗ» о допустимости выделения требований следующим образом: требования, рассмотрение которых возможно без специальных познаний и экспертной оценки; требования, рассмотрение которых требует специальных познаний и экспертной оценки также обоснованно не применен судом, поскольку вопрос о назначении экспертизы не может служить критерием для выделения требований в отдельные производства.  

Определить на данной стадии рассмотрения спора те требования, рассмотрение которых невозможно без специальных познаний и экспертной оценки, суду не представляется возможным. Судебная экспертиза назначается судом в случаях, если при рассмотрении конкретного спора возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, при этом назначение экспертизы является правом суда.  

Таким образом, судом рассмотрены оба ходатайства о выделении требований, разрешен поставленный АО «ДКЗ» и должником вопрос о выделении требований в отдельные производства, требования судом выделены в соответствии с критериями, предусмотренными арбитражным законодательством.  

Ссылка АО «ДКЗ» на то, что судом не рассмотрено его требование о сальдировании обязательств сторон отклоняется как необоснованная. Обществом самостоятельное требование о сальдировании обязательств сторон не было заявлено, соответствующий довод приведен в мотивировочной части заявления.  

Кроме того, сальдирование обязательств сторон допускается в определенных действующим законодательством случаях как способ определения размера задолженности при наличии встречных обязательств, то есть не может быть самостоятельным требованием, отдельным от самих требований встречного характера сторон правоотношений, с учетом чего не может быть выделено в отдельный обособленный спор.  

При этом АО «ДКЗ» в рамках выделенных требований заявлено об уточнении требований, с указанием на сальдирование встречных обязательств, которые приняты судом первой инстанции в порядке ст. 49 АПК РФ.  

Суд не усмотрел оснований для проведения сальдирования, поскольку в нарушение положений ст. 65 АПК РФ АО «ДКЗ» не доказало наличие встречной задолженности, требования АО «ДКЗ» признаны необоснованными.  

Выводы суда первой инстанции положенные в обоснование принятого решения основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора с правильным применением норм материального права.  

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, полностью повторяют доводы, заявленные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая  

правовая оценка. Доводов опровергающих установленные по делу обстоятельства в апелляционной жалобе обществом не приведено.  

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.  

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 23 сентября 2024 года по делу № А50-20115/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий М.С. Шаркевич 

Судьи Т.Ю. Плахова  

 С.В. Темерешева 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 15.05.2024 8:00:44

Кому выдана Плахова Татьяна Юрьевна