ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                        Дело № А63-9440/201829 марта 2019 года                                                      

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 марта 2019 года

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Параскевовой С.А. (судья-докладчик), 

судей: Афанасьевой Л.В., Цигельникова И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Завод минеральных вод Октябрь-А» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.12.2018 по делу № А63-9440/2018 (судья Соловьева И.В.), 

при участии в судебном заседании: от общества с ограниченной ответственностью «Завод минеральных вод Октябрь-А» - ФИО1 по доверенности от 25.02.2019, 

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 10 по Ставропольскому краю – ФИО2 по доверенности от 17.01.2019, ФИО3 по доверенности от 25.02.2019, ФИО4 по доверенности от 16.10.2018,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Завод минеральных вод Октябрь-А» (далее – заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 10 по Ставропольскому краю (далее – инспекция, налоговый орган) о признании решения от 23.01.2018 № 11-11/000072 недействительным в части доначисления налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) в общей сумме 14 438 215 руб., а также соответствующих сумм пени и штрафов.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 25.12.2018 в удовлетворении требований заявителя отказано. Судебный акт мотивирован тем, что решение инспекции от 23.01.2018 № 11-11/000072 в части доначислении НДС в сумме 14 438 215 руб., пени и штрафа является законным, соответствующим требованиям НК РФ.

Не согласившись с указанным решением, общество обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, вынести по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных обществом требований в полном объеме. 

В отзыве на апелляционную жалобу инспекция просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества представил суду дополнительные пояснения к апелляционной жалобе.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, учитывая доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, изучив и оценив в совокупности все материалы дела, приходит к выводу, что решение суда первой инстанции подлежит частичной отмене, а доводы жалобы подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам полноты и своевременности уплаты налогов (сборов) за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 годы.

По результатам проверки составлен акт №11-11/001093 от 07.09.2017 и вынесено решение от 23.01.2018 № 11-11/000072, которым обществу доначислен НДС в общей сумме 14 438 215 руб., пени в сумме 4 941 051 руб. и штраф по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в сумме 513 165 руб.

Основанием для доначисления НДС послужил вывод налоговой инспекции о неосновательном предъявлении обществом вычетов по НДС по сделкам со следующими контрагентами: ООО «Тала» на сумму 4 572 550 руб., ООО «Юг.Снаб.4» - 3 241 296 руб., ООО «Импульс Плюс» - 1 705 040 руб., ООО «Строй-Инвест» – 620 083 руб., ООО «Донской Привоз» - 67 117 руб., ООО «КМТ Транс» - 38 135 руб., ООО «Металлтранслогистик» - 19 143 руб., указав на нереальность хозяйственных операций, доначислив также НДС по экспортным операциям в сумме 3 293 060 руб. и невосстановленный НДС в сумме 881 791 руб.

Решением Управления ФНС России по Ставропольскому краю от 07.05.2018 №08-21/014259 решение инспекции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба общества без удовлетворения.

Считая решение инспекции незаконным, общество обратилось в суд с заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суд первой инстанции не учел следующего.

В соответствии со ст. 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Прибылью в целях гл. 25 НК РФ признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Согласно ст. 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Поскольку в силу п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса; товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 настоящего Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных  продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 настоящего Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

При этом документы, обосновывающие вычеты, должны быть взаимно непротиворечивыми и составлять единый комплект доказательств.

Положения статьи 252 НК РФ требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли (постановление Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 18.02.2014 г. № 12604/13). Данные требования в полной степени относятся и к  налоговым органам при администрировании налогоплательщиков.

Пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает принцип разумности действия участников гражданского оборота. 

Следовательно, по смыслу статьи 252 НК РФ и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, расходы являются экономически обоснованными (оправданными), если для налогоплательщика в момент осуществления расходов их необходимость подтверждалась разумными, логичными причинами.

В силу пункта 1 статьи 172 НК РФ условие для учета налоговых вычетов является фактическая уплата сумм налога на добавленную стоимость на основании счетов-фактур, соответствующих статье 169 НК РФ.

Таким образом, законодатель придал счетам-фактурам значение доказательств, подтверждающих право на налоговые вычеты.

Обязательность наличия достоверного счета-фактуры для подтверждения права на налоговые вычеты следует также из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15.02.2005 № 93-О.

Размер и обоснованность налоговых вычетов подлежат проверке по признаку достоверности.

В соответствии с п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Правовые последствия несоблюдения требований п. 5 и 6 ст. 169 НК РФ установлены в п. 2 ст. 169 НК РФ: счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного указанными пунктами, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Согласно ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

При этом в норме приведены обязательные реквизиты первичного учетного документа: наименование документа; дата составления документа; наименование экономического субъекта, составившего документ; содержание факта хозяйственной жизни; величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; подписи лиц.

Формы первичных учетных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета.

Согласно Письму Минфина России от 30.04.2004 № 04-02-05/1/33 для признания расходов налогоплательщиков, понесенных по гражданско-правовым договорам, акт оказанных услуг является обязательным подтверждающим документом только в случае, если составление данного документа является обязательным в соответствии с гражданским законодательством и (или) заключенным договором.

Факт оказания транспортных услуг может подтверждаться договором, транспортной либо товарно-транспортной накладной, путевыми листами, заявками и иными документами, имеющимися в распоряжении у организации, которая подтверждает свои расходы на услуги перевозки.

В силу п. 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 366-О-П «...Законодатель оправданно отказался от закрытого перечня конкретных затрат налогоплательщика, которые могут быть учтены при расчете налоговой базы, имея в виду многообразие содержания и форм экономической деятельности и видов возможных расходов, что при детальном и исчерпывающем их нормативном закреплении приводило бы к ограничению прав налогоплательщика, и предоставил налогоплательщикам возможность самостоятельно определять в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств и особенностей их финансово-хозяйственной деятельности, относятся те или иные, не поименованные в главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации, затраты к расходам в целях налогообложения либо нет».

Налоговые регистры подробно расписаны в гл. 25 «Налог на прибыль организаций» НК РФ. Регистры налогового учета для целей исчисления налога на прибыль - это сводные формы систематизации данных налогового учета, сгруппированных в соответствии с требованиями гл. 25 НК РФ (ст. 314 НК РФ). В свою очередь, налоговый учет представляет собой систему обобщения информации для определения налоговой базы на основе данных первичных документов, сгруппированных в соответствии с порядком, предусмотренным НК РФ (ст. 313 НК РФ). 

Однако правила, установленные для одного налога, не применяются к другому без непосредственного разрешения законодателя (Решение ВАС РФ от 26.01.2005 № 16141/04).

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором) (ст. 252 НК РФ).

Определение первичного учетного документа для целей исчисления налога на прибыль не содержится в гл. 25 «Налог на прибыль организаций» НК РФ. Соответственно, для целей ведения налогового учета следует руководствоваться нормами законодательства, регулирующими ведение бухгалтерского учета (п. 1 ст. 11 НК РФ).

Следовательно, с учетом положений статьи 11 НК РФ, в том числе относительно понятия «первичные документы» и «документально подтвержденные расходы», правомерность отнесение затрат по сделкам с контрагентами на расходы при исчислении налога на прибыль, являются, при отсутствии пороков в счет-фактурах (п. 2 ст. 169 НК РФ), более чем достаточными для применения вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Данный вывод основывается в том числе, на нормах ст. 252 НК РФ т.к. положения ст. 252 НК РФ в части правомерности уменьшения расходов при исчислении прибыли предъявляет более значительные (широкие) требования к обязательным составляющим документов, в противном случае, указанные расходы не подлежат применению (п. 49 ст. 270 НК РФ).

Требования налогового органа, а также суда к необходимости предъявления к документам контрагентов иных условий, чем определено положениями 252 НК РФ, для применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, не предусмотрено ст. 170-172 НК РФ.

Как отмечается в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 № 2236/07, экономическая обоснованность расходов увязана главой 25 Кодекса с их оправданностью, то есть с необходимостью произвести их в целях осуществления предпринимательской деятельности, направленной на получение дохода.

Пункт 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 366-О-П также разъясняет, что «...нормы пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли...».

Как видно из материалов дела, основанием для отказа судом первой инстанции в удовлетворении требований налогоплательщика послужили следующие выводы: ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс»,  ООО «СтройИнвест», ООО «Донской привоз», ООО «КМТ Транс», ООО «МеталлТрансЛогистик» (далее - контрагенты) являются номинальными лицами; обществом только в суд представлены первичные документы (заявки, накладные, акты сверок и другие), подтверждающие оказания услуг применительно к сделкам с ООО «Юг.Снаб.4» (т. 27 и 48), ООО «Тала» и ООО «Импульс плюс» (т. 28 л.д. 7, т. 14 л.д. 3-4, т. 15 л.д. 4, 33-142, том 52), ООО «Строй-Инвест», ООО «КМТ Транс», ООО «Металлтранслогистик»; контрагенты имели минимальные начисления налоговых обязательств; у контрагентов отсутствуют соответствующее имущество, трудовые ресурсы, для оказания услуг; первичные документы (накладные) имеют пороки в оформлении; не представление контрагентами ответом по встречным проверкам; руководитель ООО «Тала» и ООО «Импульс плюс» ФИО5 отрицает свое участие в подписании первичных документов.

Вместе с тем, данные выводы суда первой инстанции в части доначисления 10 138 969 рублей, соответствующих ей пени и штрафных санкций по сделкам с ООО «Тала» (сумма налога на добавленную стоимость 4 572 550 руб.), ООО «Юг.Снаб.4» (сумма налога на добавленную стоимость 3 241 296 руб.), ООО «Импульс плюс» (сумма налога на добавленную стоимость 1 705 040 руб.),  ООО «СтройИнвест» (сумма налога на добавленную стоимость 620 083 руб.) являются необоснованными и противоречат нормам АПК РФ и НК РФ, ввиду следующего.

Отказывая в праве на применение налоговых вычетов по НДС, налоговый орган сослался на материалы проверки контрагентов общества.

Вместе с тем, налоговый орган не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие несоответствие счетов-фактур, на основании которых заявлен вычет НДС, требованиям п. 5 и 6 ст. 169 НК РФ, влекущее отказ в праве предъявить сумму НДС к вычету по сделкам с ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс» ,  ООО «СтройИнвест». 

Также факты нарушения обществом положений ст. 169 НК РФ не отражены в материалах выездной налоговой проверки, тогда как судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим, предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 53).

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункты 3, 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 53).

Таким образом, обязательным условием для получения налогоплательщиком налоговой выгоды является подтверждение факта реальности сформировавшей налоговые вычеты хозяйственной операции. Реализуя данное право, налогоплательщик должен представить соответствующие документы, должным образом оформленные и содержащие достоверные сведения. Между тем, на заявителя не могут быть возложены негативные последствия неправильного оформления первичных документов продавцом.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 53 от 12.10.2006 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной степени осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости и афиллированости с контрагентом.

Пределы проявления налогоплательщиком должной осторожности при выборе контрагентов для целей подтверждения обоснованности налоговой выгоды не  установлены Налоговым кодексом Российской Федерации, однако выработаны практикой арбитражных судов. Так, арбитражные суды последовательно придерживаются позиции, в соответствии с которой проявление налогоплательщиком должной осмотрительности свидетельствует о получении информации о правоспособности и надлежащей государственной регистрации контрагента в качестве юридического лица посредством использования общедоступных источников информации (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.2011 № 17648/10 по делу № А26-11225/2009, Постановления Арбитражного суда Московского округа от 16.10.2015 № Ф05-12958/2015 по делу А40-165689/14, от 15.04.2015 № Ф05-3641/2015 по делу № А40-55746/2014, от 24.07.2013 №Ф05-7732/2013 по делу № А41-14373/11, от 10.06.2011 № КА-А40/4733-11 по делу №А40-82171/10-76-422).

Контрагенты общества в период взаимоотношений являлись правоспособными юридическими лицами, полностью отвечающим требованиям ст. 49 ГК РФ. 

Налоговым органом не доказано, что контрагенты не зарегистрированы в установленном порядке, что у них не имеются органов управления, а также того, что данные организации не осуществляли реальной экономической деятельности.

Из материалов выездной налоговой проверки следует, что факты реального исполнения договоров перевозок заключенной сделки и получения товара покупателями, принятие на учет и последующая ее реализация, налоговым органом не оспариваются.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители инспекции подтвердили, что не оспаривают факт поставки продукции покупателям общества, при этом указали, что данные поставки осуществляли другие лица, а не ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс»,  ООО «СтройИнвест».

Вместе с тем, как указывалось ранее, ни в материалах проверки, ни в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ни в апелляционной инстанции, налоговым органом не представлены надлежащие доказательства нарушения обществом требований, предусмотренных п. 2 ст. 169 НК РФ, при составлении контрагентами счетов-фактур.

Поскольку действующим законодательством предусмотрено составление первичных документов по форме, утвержденной руководителем, стороны вправе оформить факт оказания услуги по перевозке документом, составленным в произвольной форме, в котором будут содержаться предусмотренные реквизиты. Одним из таких документов может являться акт оказанных услуг, однако обязанность по его составлению в законодательстве не содержится.

Как указано ранее, ФНС России в Письме от 21.03.2012 № ЕД-4-3/4681@, в целях исчисления налога на прибыль для подтверждения затрат на перевозку груза автомобильным транспортом достаточно будет наличия надлежащим образом оформленного одного из документов: либо транспортной накладной, либо товарно-транспортной накладной по форме № 1-Т.

Таким образом, в случае, когда в заключенном договоре указано, что перевозчик предоставляет заказчику акт приема-передачи услуг, которым подтверждается факт оказания услуг, именно такой документ является основанием для понесенных расходов. 

При этом, в указанном документе должны содержаться все сведения, установленные для транспортной либо товарно-транспортной накладной. 

То есть, стороны непосредственно предусматривают, что документом, подтверждающим факт оказания услуг по договору, будет являться акт оказанных услуг. 

В остальных случаях достаточно транспортной либо товарно-транспортной накладной.

Судом первой инстанции не учтено, что обществом в договорах предусматривалось именно составление актов оказанных услуг, которые также предоставлялись при проведении выездной проверки.

С учетом положений ст. 11 НК РФ, в том числе относительно понятия «первичные документы» и «документально подтвержденные расходы», правомерность отнесения затрат по сделкам с контрагентами на расходы при исчислении налога на прибыль, являются, при отсутствии пороков в счетах-фактурах (п. 2 ст. 169 НК РФ), более чем достаточными для применения вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Требования налогового органа, а также выводы суда первой инстанции о необходимости предъявления к документам контрагентов иных условий, чем определено положениями 252 НК РФ, для применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, не предусмотрено ст. 170-172 НК РФ.

Обществом в материалы дела представлены необходимые и достаточные доказательства того, что несение расходов является разумным, то есть экономически обоснованным (оправданным).

В материалах дела отсутствуют безусловные доказательства того, что учредители и руководители контрагентов не имели соответствующих волевых решений на учреждение и управление юридическими лицами, тем более, в материалах проверки отсутствуют факты признания регистрации контрагентов недействительными, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для вывода о непроявлении обществом должной степени осмотрительности при выборе контрагентов.

Доказательства, свидетельствующие о том, что, исходя из условий заключения и исполнения договора, общество могло знать о заключении сделки от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей по сделкам, оформляемым от ее имени, в материалах дела отсутствуют.

Все подписи от имени директоров спорных контрагентов скреплены оттиском печати организаций.

При этом, показания ФИО5 руководителя ООО «Тала» и ООО «Импульс плюс», отрицающей свое участие в деятельности указанных организаций, можно расценивать, и как способ ухода от ответственности за возможные налоговые и иные правонарушения, а не принимать как безусловное основание для признания спорных сделок общества фиктивными.

Также судом первой инстанции не учтены такие обстоятельства, как использование контрагентом расчетного счета при проведении расчетов по договорам, оформление документов по сделкам, представление отчетности, которые также подтверждают реальность хозяйственной деятельности между обществом и его контрагентами.

В суде апелляционной инстанции представители налогового органа подтвердили, что указанные контрагенты в своих декларациях по НДС отразили спорные операции.

В материалах дела отсутствуют сведения о привлечении к ответственности физических лиц за совершение незаконных банковских операций (обналичивание), а также обналичивания денежных средств в интересах общества или с участием его сотрудников (круговое движение денежных средств), и сведений о незаконных финансовых операциях с иными юридическими лицами, в том числе нарушения положений Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее Закон №115-ФЗ).

Согласно статье 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету. 

Согласно п. 2.3 Инструкции Банка России от 30.05.2014 № 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов» (далее - Инструкция № 153-И) расчетные счета открываются юридическим лицам, не являющимися кредитными организациями. 

В соответствии с п. 1.2 Инструкции № 153-И основанием открытия счета являются заключение договора счета соответствующего вида и представление до открытия счета всех документов и информации, определенных законодательством Российской Федерации, при условии, что в целях исполнения Закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» проведена идентификация клиента. 

Аналогичные положения содержатся в п. 1 ст. 7 Закона № 115-ФЗ: организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны до приема на обслуживание идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя. 

В отношении юридических лиц идентификация заключается в установлении наименования организации, идентификационного номера налогоплательщика или кода иностранной организации, государственного регистрационного номера, места государственной регистрации и адреса местонахождения. 

Согласно пп. 1.10 п. 1 Приложения 2 к Положению об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (утв. Банком России 19.08.2004 № 262-П) в целях идентификации клиента - юридического лица кредитная организация обязана получить сведения о присутствии или отсутствии по своему местонахождению юридического лица, его постоянно действующего органа управления, иного органа или лица, которые имеют право действовать от имени юридического лица без доверенности.

Статьей 7 Закона № 115-ФЗ определены права и обязанности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом. 

В пункте 2 указанной статьи установлено, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях; документально фиксировать информацию, полученную в результате реализации указанных правил, и сохранять ее конфиденциальный характер.

Исходя из положений пунктов 1, 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ у клиента банка имеется обязанность по представлению документов, необходимых для его идентификации и фиксирования информации, содержащей сведения о совершаемой операции, при этом банк вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями названного Федерального закона, а также в случае наличия обоснованных подозрений о том, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Банком России установлены требования к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, отраженные в Положении от 02.03.2012 № 375-П (далее - Положение № 375-П).

В пункте 5.2 Положения № 375-П предусмотрено, что решение о квалификации операции клиента в качестве подозрительной операции кредитная организация принимает самостоятельно на основании имеющееся в ее распоряжении информации и документов, характеризующих статус и деятельность клиента, осуществляющего операцию.

Из содержания письма Центрального банка Российской Федерации от 31.12.2014 № 236-Т «О повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов» следует, что транзитные операции могут характеризоваться совокупностью (одновременным наличием) следующих признаков: зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в банках Российской Федерации, с последующим их списанием; списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления; проводятся регулярно (как правило, ежедневно); проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев); деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной; с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

Положения Закона № 115-ФЗ предоставляют право банку самостоятельно с соблюдением требований внутренних нормативных актов относить сделки клиентов банка к сомнительным, влекущим применение внутренних организационных мер, позволяющих банку защищать свои интересы в части соблюдения законности деятельности данной организации, действующей на основании лицензии.

Согласно Приложению к Положению Центрального Банка Российской Федерации от 02.03.2012 г. № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» на необычный характер сделки указывают регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме, либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц, либо с последующим проведением указанных операций в различных пропорциях в течение нескольких дней (коды 1411,1414 по классификатору).

Однако, каких-либо претензий со стороны кредитных учреждений контрагентов, в период осуществления сделок (2015 год) в материалах дела не имеется.

Относительно вывода суда первой инстанции о неправомерности (необоснованности) непредставлении обществом документов по сделкам с контрагентами в инспекцию и их представление в суд, апеллянт обосновывает тем, что в период выездной проверки изменялся адрес расположения бухгалтерских документов, в связи с чем не было возможности представления этих документов в налоговый орган, что подтверждается соответствующими локальными приказами (т. 27, л.д. 4-8).

При этом, судом первой инстанции не учтено следующее.

Высшим Арбитражным Судом Российской  Федерации, в абз. 3 п. 78 Постановления от 30.07.2013 года № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляются как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии проведения мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения спора.

В случае представления дополнительных доказательств суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с ними и представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство. При этом в целях получения доказательств, опровергающих дополнительные доказательства, лицо, участвующее в деле, вправе заявлять ходатайство об истребовании судом необходимых доказательств с обоснованием причин невозможности самостоятельного получения этих доказательств (абз. 4 п. 78 указанного Постановления).

Следовательно, непредставление доказательств в ходе налоговой проверки не исключает возможности их представления в суд для оценки в совокупности с другими доказательствами по правилам ст. 8, 9, ч. 1 ст. 65 и ч. 1 ст. 66 , ст. 71, ч. 5 ст. 200 АПК РФ (Определение Конституционного суда Российской  Федерации от 12.07.2006 года № 267-О ).

Кроме того, как следует из общедоступных источников (распечатка представлена суду апелляционной инстанции) контрагенты общества ООО «Тала», ООО «Импульс Плюс», ООО «Строй-Инвест» неоднократно являлись участниками тендеров для госучреждений, что также свидетельствует о реальности осуществления указанными юридическими лицами хозяйственной деятельности (т. 55, л.д. 59-62).

Указанные контрагенты не включались в реестр недобросовестных поставщиков, в соответствии со ст. 104 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ) и Постановлению Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 г. № 1062 «О порядке ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей)».

Статьей 104 Закон № 44-ФЗ установлено, что ведение реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля в сфере закупок.

При этом, в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В соответствии с частью 7 статьи 104 Закона № 44-ФЗ федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление контроля в сфере закупок, включает информацию, предусмотренную частью 3 статьи 104 Закона № 44-ФЗ, в реестр недобросовестных поставщиков.

Согласно открытых источников, в том числе реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) ООО «Тала», ООО «Импульс Плюс» и Строй-Инвест» не значатся как лица, нарушившие положения Закона №44-ФЗ, в связи с чем, как считает суд апелляционной инстанции, у общества не было оснований сомневаться в добросовестности контрагентов. 

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно правовой позиции Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2009 № 10592/09 «...Обоснованность расходов в целях применения главы 25 Кодекса должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, и не зависеть от результата такой деятельности».

Таким образом, условием признания понесенных организацией расходов при исчислении налога на прибыль является действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

Отсутствие взаимосвязи между обоснованностью произведенного налогоплательщиком расхода и полученным результатом подтверждается и в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.10.2010 № 8867/10, от 10.07.2007 № 2236/07.

Разумная предпринимательская деятельность любой коммерческой организации направлена на увеличение объема продаж реализуемых ею товаров (работ, услуг) с целью увеличения размера выручки.

С учетом вышеизложенного, заключение договора между обществом и контрагентами было экономически оправданным и обусловленным разумными экономическими причинами.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определениях от 26.11.2018 г. № 3055-О,3054-О отметил, что  право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате налога на добавленную стоимость, а также финансово-экономическим положением и поведением иных (третьих) лиц; иное, вопреки конституционному принципу равенства всех перед законом и судом (ст. 19 Конституции Российской Федерации) и связанному с ним принципу поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков предсказуемости последствий исполнения ими закона (Определение от 10.11.2016 года № 2561-О).

Данные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации предполагают возможность реализации налогоплательщиком права на вычет сумм налога на добавленную стоимость при подтверждении реальности хозяйственной операции, в рамках которой налогоплательщику предъявляется сумма налога на добавленную стоимость его контрагентом, тем более что Федеральным законом от 18.07.2017 года № 163-ФЗ часть первая Налогового кодекса Российской Федерации была дополнена статьей 54.1 «Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов», в силу которой налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу (сумму налога) при соблюдении следующих условий: отсутствует искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения; сделка совершена не с целью неуплаты или неполной уплаты налога, а также его зачета или возврата; контрагент налогоплательщика исполнил обязательство по сделке (пункты 1 и 2).

Также судом первой инстанции не учтено, что даже наличие ошибок в первичных учетных документах, не препятствующих налоговому органу идентифицировать продавца, покупателя товаров (работ, услуг), имущественных прав, наименование товаров (работ, услуг), имущественных прав, их стоимость и другие обстоятельства документируемого факта хозяйственной жизни, обусловливающие применение соответствующего порядка налогообложения, не являются основанием для отказа в принятии расходов в уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль (Письмо Минфина России от 04.02.2015 N 03-03-10/4547 (направлено Письмом ФНС России от 12.02.2015 N ГД-4-3/2104@)).

Обществом расходы по выполненным работам, приобретенным товарам от контрагентов в полном объеме списаны на расходы, уменьшающие доход, при исчислении налога на прибыль, в порядке ст. 252, 264 НКРФ.  

Следовательно, данные расходы общества обоснованы (т.е. экономически оправданны), и они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.  

Судом первой инстанции необоснованно принят довод инспекции о том, что контрагенты общества уплачивали минимальные налоговые обязательства.

Приказом ФНС России от 30.05.2007 № ММ-3-06/333@ (далее - Приказ ФНС России) утверждена Концепция системы планирования выездных налоговых проверок (далее - Концепция).

В соответствии с п. 1 раздела 4 Концепции одним из критериев самостоятельной оценки рисков для налогоплательщиков является отклонение уровня налоговой нагрузки у данного налогоплательщика от ее среднего уровня по хозяйствующим субъектам в конкретной отрасли (виду экономической деятельности).

Указанные обстоятельства имеют существенное значение, поскольку налоговые органы, составляющие единую централизованную систему (ст. 30 НК РФ, п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации»), не могут осуществлять противоположных оценок одной и той же деятельности в итоговых решениях по материалам различных налоговых проверок (см. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2018 г. № 305-КГ18-7133).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, применение ранее установленных условий реализации прав и свобод должно осуществляться на основе принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства (Определения от 03.03.2015 № 417-О, от 02.04.2015 № 583-О).

Налогоплательщик вправе предполагать, что, если налоговый орган не обращается к нему за объяснениями или документами, подтверждающими декларируемые налоги, то у налогового органа нет сомнений в правильности уплаты налогов. Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и вело бы к произволу налоговых органов (Определение от 12.07.2006 № 267-О).

Налоговым органом не представлено в материалы дела надлежащих доказательств того, что общество и его контрагенты действовали согласованно и целенаправленно с целью необоснованного возмещения НДС из бюджета, а их взаимоотношения обусловлены исключительно получением необоснованной налоговой выгоды и не имеют разумной хозяйственной цели, равно как не представлены доказательства совершения обществом и его контрагентами согласованных умышленных действий, лишенных экономического содержания и направленных на искусственное, без реальной хозяйственной цели, создание условий для уменьшения налогообложения. 

Отсутствие в собственности у спорных контрагентов имущества, складских помещений и транспортных средств не может служить основанием для отказа заявителю в вычете по НДС. 

Документы по оказанию услуг имелись в распоряжении налогового органа, спорные хозяйственные операции отражены спорными контрагентами в налоговом и бухгалтерском учете. 

Из материалов дела не следует, что контрагенты являлись недобросовестными налогоплательщиками, либо имели задолженность перед бюджетом в момент осуществления операций с обществом, не представляли отчетность либо совершали действия по применению схем уклонения от уплаты налогов.

Высказанные представителем налогового органа предположения о том, что фактически товар общества перевозил ИП ФИО6, находящийся на УСН, никакими доказательствами по делу не подтвержден, а также налоговым органом не доказан суду факт того, что указанное лицо и налогоплательщик совершали согласованные действия между собой, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованным довод апелляционной жалобы о том, что в случае, если налогоплательщик вступает во взаимоотношения с номинальными лицами, с целью оформления «искусственного» документооборота, направленного на получения необоснованной выгоды в виде применения вычетов по налогу на добавленную стоимость в завышенных размерах, то при доначислении налоговых обязательств, в силу положений ст. 31, 106, 108, 122 НК РФ, налоговый орган обязан привлекать налогоплательщика к ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ.  

При привлечении налогоплательщика к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ налоговым органом должны быть установлены и подтверждены доказательствами не только обстоятельства совершения вменяемого налогового правонарушения, в результате которых налогоплательщиком допущена неуплата или неполная уплата налога (объективная сторона), но и обстоятельства, характеризующие действительное отношение налогоплательщика к совершенному им деянию (субъективная сторона).

Допущенное налоговое правонарушение подлежит квалификации по п. 3 ст. 122 НК РФ, если налоговым органом установлены обстоятельства, однозначно свидетельствующие о наличии в действиях лица умысла на неуплату или неполную уплату налогов (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 28.07.2016 № Ф06-10998/2016 по делу № А65-24268/2015).

Между тем, никаких доказательств наличия у должностных лиц налогоплательщика умысла на совершение вменяемого ему налогового правонарушения, а также направленности действий налогоплательщика на уклонение от уплаты налога материалы выездной проверки не содержат, в связи с чем налогоплательщик не привлекался к ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ. 

В решении инспекции не указаны обстоятельства и основания, позволяющие бесспорно квалифицировать действия общества в качестве именно умышленной неуплаты сумм налога в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия).

Вышеуказанные обстоятельства в совокупности с иными доказательствами имеющимися в материалах дела и приведенными обществом доводами, свидетельствуют о необоснованности обжалуемого решения инспекции о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 10 138 969 рублей, соответствующих ей пений и штрафных санкций по сделкам с ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс», ООО «СтройИнвест».

В отношении доначисления налоговых обязательств по экспортным операциям судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Как видно из материалов дела, налоговым органом, за 2013 год доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 3 943 887,5 руб. с реализации товаров в 2012 году на экспорт на общую сумму 21 910 486,8 руб. в результате не отражения указанных операций в разделах 6 налоговых деклараций по налогу на добавленную стоимость за 1-4 кварталы 2013 года.

При этом, налоговым органом сумма 21 910 486,8 руб. определена на основании сведений таможенных органов, т.е. без исследования фактической отгрузки на экспорт (т.е. с учетом ГТД, договоров, оплаты (Свифт-посланий), актов сверок с контрагентами), отражения выручки (дохода) при исчислении налога на прибыль, т.к. фактически сумма экспортных операций составила 20 912 782 руб.

Вместе с тем, по данному эпизоду налоговым органом не принято во внимание исчисление обществом налога на добавленную стоимость с экспортных операций и отраженных в 1 квартале 2014 года в разделе 6 налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость  (корректировка 1) операции на сумму 8 514 550 руб. с начислением налога на добавленную стоимость в сумму 1 532 619 руб. (строка 020) (т. 7, л.д. 167) и в разделе 4 налоговой декларации за 2 квартал 2014 года (корректировка 3) в разделе 4 отражена сумма 20 912 782 руб. (т.7, л.д. 169-172) после получения всех необходимых документов, предусмотренных статьей 165 НК РФ.

Нарушения Порядка заполнения налоговых деклараций за 2014 год (1,2 кварталы), утвержденных Приказом Минфина России от 15.10.2009 №104н, налоговым органом в ходе камеральных проверок, а также выездной проверки не установлено.

Общество в судебном заседании не отрицало, что в случае, если необходимые документы, подтверждающие применение ставки 0% не собраны по истечении 180 дней с момента отгрузки, то налогоплательщик обязан был отразить данные операции в разделе 6 уточненных деклараций за период отгрузки с начислением налога на добавленную стоимость и применения вычетов по данным сделкам, а после получения всех документов отразить указанные операции в разделе 4 налоговых деклараций в периоде сбора документов.

Изменение объема прав и обязанностей налогоплательщика за конкретный налоговый период, определенных решением налогового органа (законность и обоснованность которого проверена судом), происходит в связи с установлением правоприменительными органами новых фактических обстоятельств и с учетом новых доказательств. 

Для выявления таких обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности налогоплательщика, необоснованности объема заявленных им прав (в том числе права на возмещение налога), и предусмотрен механизм выездной налоговой проверки, принципиально отличный от механизма камеральной налоговой проверки, как по целям, так и по объему контрольных мероприятий. Механизм выездной налоговой проверки предоставляет налоговому органу возможность добыть доказательства недобросовестности налогоплательщика, которые не могли быть обнаружены на стадии камеральной налоговой проверки вследствие ограничения полномочий налоговых органов при ее проведении (пункт 2 Определения Конституционного суда Российской  Федерации от 10.03.2016 г. № 571-О).

Общество все экспортные операции отразило во 2 квартале 2014 года в разделе 4 налоговой декларации, которая также была предметом камеральной проверки налоговым органом и нарушений установлено не было, каких-либо новых обстоятельств, выявленных в ходе выездной проверки, отличных от тех, которые имелись у налогового органа на момент камеральной проверки, инспекцией в суд не представлено.

Таким образом, на момент выездной налоговой проверки сумма налога на добавленную стоимость с экспортных операций в сумме 20 912 782 рубля (а не как указывает налоговый орган с 21 910 486,8 руб.) был исчислен в полном объеме.  

На основании абзаца второго п. 9 ст. 167 Кодекса в случае, если на 181-й день считая с даты помещения товаров под таможенный режим экспорта полный пакет документов, предусмотренных ст. 165 Кодекса, не собран, налогоплательщик обязан включить стоимость реализованных на экспорт товаров в налоговую базу, определив момент ее формирования с даты отгрузки товара, исчислить сумму налога на добавленную стоимость и уплатить его (абзац первый ст. 52, абзацы первый и второй п. 1 ст. 45 Кодекса). При этом операции по реализации товаров подлежат налогообложению по ставкам, определенным п. 2 и 3 ст. 164 Кодекса.

Невыполнение названных действий является неуплатой налога в результате занижения налоговой базы, неправомерного бездействия налогоплательщика, влекущих применение ответственности, установленной п. 1 ст. 122 Кодекса, в виде взыскания штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога.

Глава 21 Кодекса не ограничивает налогоплательщика в праве представить по истечении 180-дневного срока полный пакет документов для подтверждения экспортной операции а, напротив, в случае, если такие документы будут собраны и представлены в инспекцию, гарантирует ему возмещение уплаченного налога в порядке, предусмотренном ст. 176 Кодекса.

На момент вынесения решения налоговой инспекцией общество представило полный пакет документов в подтверждение права на применение налоговой ставки 0 процентов. Поскольку документальное подтверждение налогоплательщиком экспортной операции по истечении 180 дней неизбежно влечет за собой право на применение налоговой ставки 0 процентов, прекращают действовать условия, при которых возможно привлечение его к ответственности на основании ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату налога в связи с невыполнением требований абзаца второго п. 9 ст. 167 Кодекса (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.11.2008 № 6031/08, Постановление ФАС СКО от 19.11.2009 г. по делу № А53-3956/2008-С5-22, Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 24.01.2012 по делу № А27-5148/2011, Постановления ФАС Московского округа от 08.07.2014 № Ф05-4823/2014 по делу № А40-119711/13, от 02.07.2013 по делу № А41-35930/12, Постановления Арбитражного суда Уральского округа от 23.12.2015 № Ф09-10288/15 по делу № А60-18625/2015, от 28.07.2015 № Ф09-4545/15 по делу № А50-17972/2014 и другие).

Таким образом, с учетом подтверждения решением налогового органа обоснованности применения налогоплательщиком ставки 0 процентов по налогу на добавленную стоимость, предусмотренные статьей 75 Кодекса пени начисляются, начиная с 181-го дня и до дня подачи налоговой декларации по налоговой ставке 0 процентов вместе с указанными Кодексом документами (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 мая 2006 г. № 15326/05).

Следовательно, в данном случае налоговый орган обязан был лишь только исчислить размер пени, начиная с 181-го дня и до дня (15.09.2014 года) подачи налоговой декларации по налоговой ставке 0 процентов вместе с указанными Кодексом документами за 2  квартал 2014 года (корректировка 2), чего не было сделано инспекцией при принятии оспариваемого решения.

Согласно п. 2 ст. 87 Налогового кодекса налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах и в соответствии с абзацем шестнадцатым п. 1 ст. 11, п. 8 ст. 101 Налогового кодекса предполагают совершение налоговым органом действий, направленных на установление размера недоимки - величины налога, не поступившего в бюджет.

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2018 г. № 305-КГ18-4557).

В рассматриваемом случае на момент окончания выездной налоговой проверки инспекции было достоверно известно, что обществом подтверждена ставка 0% во 2 квартале 2014 года, то есть выявленное в ходе налоговой проверки нарушение самостоятельно исправлено налогоплательщиком.

Таким образом, начисление налога на добавленную стоимость в сумме 3 943 887,5 руб. и штрафных санкций с данной суммы, а также пени не со 181 дня с даты отгрузки противоречит требованиям Налогового кодекса Российской Федерации.

Основанием для доначисления сумм налога на добавленную стоимость в размере 881 791 руб. послужил, по мнению налогового органа, с которым согласился Арбитражный суд Ставропольского края, тот факт, что обществом необоснованно отражен вычет в общей сумме 881 791 руб. в разделах 4 налоговых деклараций за период 2 квартал 2013 года (корректировка 1) в разделе 4 в сумме 611 761 руб. (т.7, л.д. 191) и за 3 квартал 2013 год (корректировка 2) в разделе 4 в сумме 270 030 руб. (т.7, л.д. 198), т.к. ранее указанный вычет не отражался в разделе 6 налоговых деклараций в период отгрузки экспортной продукции.

Вместе с тем, данный вывод налогового органа не основан на положениях статей 171-172 НК РФ, а также Порядка заполнения налоговых деклараций, утвержденных Приказом Минфина России от 15.10.2009 года №104н.

Так, согласно п. 3 ст. 172 НК РФ вычеты сумм налога, предусмотренных п. 1 - 8 ст. 171 настоящего Кодекса, в отношении операций по реализации товаров (работ, услуг), указанных в п. 1 ст. 164 настоящего Кодекса, производятся в порядке, установленном настоящей статьей, на момент определения налоговой базы, установленный ст. 167 настоящего Кодекса.

Таким образом, судом первой инстанции не учтено, что для применения вычетов по экспертным операциям при заполнении графы 3 раздела 4 налоговой декларации по НДС, не обязательно предварительное их отражение в предыдущих периодах, в том числе в разделе 6 налоговых деклараций в период отгрузки экспортной продукции.

При этом, данный вопрос был предметом камеральных налоговых проверок, по результатам которых налоговый орган не установил нарушений требований НК РФ.

Аналогично, как и по предыдущему эпизоду доначисления НДС по экспортным операциям, каких-либо новых обстоятельств, выявленных в ходе выездной проверки, отличных от тех, которые имелись у налогового органа на момент камеральной проверки, инспекцией в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении требований заявителя о признании недействительным решения инспекции в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 10 138 969 рублей, соответствующих ей пеней и штрафных санкций по сделкам с ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс», ООО «СтройИнвест», а также в сумме налога на добавленную стоимость в размере 3 943 887,5 рублей, соответствующих ей штрафных санкций и пеней, начисленных с 181-го дня с даты отгрузки товара на экспорт, и суммы налога на добавленную стоимость в размере 881 791 руб., соответствующей ей пеней и штрафных санкций, в связи с тем, что обществом подтверждено соответствующими доказательствами установленное законом право на вычеты по НДС.

Что касается требований общества в остальной части, то доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции, а потому они удовлетворению не подлежат, а решение суда в этой части подлежит оставлению без изменения.

В связи с изложенным, решение суда первой инстанции подлежит отмене в части, а апелляционная жалоба общества подлежит частичному удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу удовлетворить частично.

Отменить решение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.12.2018 по делу № А63-9440/2018 в части отказа в признании решения Межрайонной ИФНС России №10 по Ставропольскому краю от 23.01.2018 №11-11/000072 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 10 138 969 рублей, соответствующих ей пеней и штрафных санкций по сделкам с ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс», ООО «СтройИнвест», а также в сумме налога на добавленную стоимость в размере 3 943 887,5 рублей, соответствующих ей штрафных санкций и пеней, начисленных с 181-го дня с даты отгрузки товара на экспорт, и суммы налога на добавленную стоимость в размере 881 791 руб., соответствующей ей пеней и штрафных санкций.

Принять по делу в этой части новый судебный акт.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №10 по Ставропольскому краю от 23.01.2018 №11-11/000072 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 10 138 969 рублей, соответствующих ей пеней и штрафных санкций по сделкам с ООО «Тала», ООО «Юг.Снаб.4», ООО «Импульс плюс», ООО «СтройИнвест», а также в сумме налога на добавленную стоимость в размере 3 943 887,5 рублей, соответствующих ей штрафных санкций и пеней, начисленных с 181-го дня с даты отгрузки товара на экспорт, и суммы налога на добавленную стоимость в размере 881 791 руб., соответствующей ей пеней и штрафных санкций.

В остальной части решение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.12.2018 по делу № А63-9440/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                 С.А. Параскевова 

СудьиЛ.В. Афанасьева

И.А. Цигельникова