/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                       Дело № А02-977/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 июля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  23 июля 2018 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Куклевой Е.А.,

судей                                                    Туленковой Л.В.,

                                                              Шабаловой О.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Ковалевой М.Н., рассмотрел кассационную жалобу заместителя прокурора Республики Алтай на решение от 14.12.2017 Арбитражного суда Республики Алтай (судья Гуткович Е.М.) и постановление от 23.03.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Стаюск Т.Е., Кайгородова М.Ю., Назаров А.В.) по делу № А02-977/2017 по иску заместителя прокурора Республики Алтай (649000, Республика Алтай, город Горно-Алтайск, переулок Центральный, дом 3, ИНН 0411005358, ОГРН 1020400749566), администрации муниципального образования «Майминский район» (649100, Республика Алтай, Майминский район, село Майма, улица Ленина, дом 22, ИНН 0408008253, ОГРН 1030400667769) к муниципальному унитарному предприятию «Майма» муниципального образования «Майминский район» (649100, Республика Алтай, Майминский район, село Майма, улица Заводская, дом 33, ИНН 0411166958, ОГРН 1130411005306), обществу с ограниченной ответственностью «Расчетный центр» (656037, Алтайский край, город Барнаул, проспект Ленина, дом 154/1, офис 201, ИНН 0411174589, ОГРН 1150411003918) о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании, проведенном путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Алтай (судья Окунева И.В.), приняли участие представители прокуратуры Республики Алтай – Тухтеньева И.М., действующая на основании доверенности от 01.07.2017, Изотеева Т.А., действующая на основании доверенности от 02.08.2017.

Суд установил:

заместитель прокурора Республики Алтай (далее - прокурор) обратился в Арбитражный суд Республики Алтай с иском к муниципальному унитарному предприятию «Майма» муниципального образования «Майминский район» (далее – предприятие), обществу с ограниченной ответственностью «Расчетный центр» (далее – общество) о признании недействительным договора возмездной уступки права требования (цессии) от 11.01.2016 (далее – договор уступки) и применении последствий недействительности сделки путем возврата предприятию права требования дебиторской задолженности по лицевым счетам физических лиц за жилищно-коммунальные услуги в размере 8 523 358 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация муниципального образования «Майминский район» (далее – администрация).

Впоследствии по ходатайству администрации в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) администрация привлечена к участию в деле в качестве соистца.

Решением от 14.12.2017 Арбитражного суда Республики Алтай, оставленным без изменения постановлением от 23.03.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении исковых требований отказано.

Прокурор обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение, постановление и вынести новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: суды неправомерно посчитали началом течения срока давности дату опубликования информационного сообщения в газете «Сельчанка» от 29.01.2016 № 5, поскольку в нем отсутствует какое-либо упоминание о договоре уступки, начало течения срока исковой давности подлежат исчислению с момента, когда стали известны обстоятельства заключения спорной сделки; суды необоснованно применили правовую позицию, изложенную в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22); право прокурора на обращение в арбитражный суд предусмотрено статьей 52 АПК РФ; пропуск срока исковой давности суд необоснованно связал с бездействием предприятия по непредставлению в администрацию района отчетности о результатах своей деятельности, а также ненадлежащим контролем учредителя за предприятием; мотивируя отказ в иске, суд ошибочно связывает действия сторон по договору уступки с фактическими действиями юридических лиц по другой сделке, которую прокуратура не обжалует; судом необоснованно не рассмотрено ходатайство заявителя о восстановлении пропущенного срока исковой давности; заключение оспариваемого договора уступки нарушает интересы муниципального образования как собственника предприятия, также администрации, поскольку она выступает органом, осуществляющим функции по владению и пользованию муниципальным имуществом от имени муниципального образования «Майминский район»; судами необоснованно указано, что учитывая взаимосвязанный характер агентского договора от 01.01.2016 № 5 (далее – агентский договор) и договора уступки, проведение двухсторонней реституции без проведения взаиморасчетов по агентскому договору невозможно; судами не учтено, что нестабильное состояние предприятия влияет на качество и полноту оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства населению села Майма, а также экономическую обоснованность размера платы, что затрагивает интересы неопределенного круга лиц.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Представители прокуратуры в судебном заседании поддержали в полном объеме доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами установлено, что отношения между предприятием (принципал) и обществом (агент) урегулированы агентским договором.

Между предприятием (цедент) и обществом (цессионарий) заключен договор уступки в редакции дополнительного соглашения от 15.06.2016, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования по лицевым счетам физических лиц за жилищно-коммунальные услуги согласно прилагаемому списку, являющемуся неотъемлемой частью договора. При этом цессионарий указывает перечисленные суммы на лицевых счетах и квитанциях граждан в строке «задолженность» (пункт 1.1 договора уступки).

Согласно пункту 1.2 договора уступки право требования цедента к должникам по состоянию на 31.12.2015 составляет 8 523 358 руб. 86 коп.

Уступка права требования цедента к должникам, осуществляемая по договору, является возмездной (пункт 2.1 договора уступки).

Пунктом 2.2 договора уступки в редакции дополнительного соглашения от 15.06.2016 установлено, что в качестве оплаты за уступаемое право требования цедента к должникам по списку, указанному в приложении № 1 к договору, цессионарий обязался в счет погашения своей задолженности по оплате цены договора в размере 8 467 861 руб. 87 коп. обязуется произвести зачет суммы задолженности цедента перед цессионарием за оказываемые цессионарием услуги.

Общество на расчетный счет цедента произвело оплату в размере 3 395 000 руб. Денежная сумма в размере 5 072 861 руб. 87 коп. оплачена цессионарием за цедента по денежным обязательствам последнего перед третьими лицами.

Договор уступки вступает в силу с момента его подписания сторонами и  действует до полного исполнения ими своих обязательств по договору (пункт 8.3 договора уступки).

Согласно пункту 8.6 договора уступки цессионарий обязался в 30-дневный срок после подписания настоящего договора уведомить должников о смене кредитора через выставляемые квитанции на оплату услуг.

Указанная сумма денежных средств по платежным поручениям засчитывается в счет цены по договору уступки за приобретаемую задолженность в размере 8 523 358 руб. 86 коп.

В пункте 10 дополнительного соглашения от 15.06.2016 к договору уступки установлено, что обязательства оплаты цены по договору уступки полностью исполнены, материальных претензий друг к другу, возникших из указанного договора, стороны не имеют.

Указывая, что договор уступки является крупной сделкой и для ее заключения требовалось согласие собственника предприятия, прокурор и администрация обратились в арбитражный суд с иском о признании договора уступки недействительным.

В период рассмотрения спора по существу администрация представила письменное заявление в порядке статьи 82 АПК РФ о назначении судебной технической экспертизы.

Определением от 12.10.2017 Арбитражного суда Республики Алтай по делу назначена техническая экспертиза на предмет определения давности подписей на доверенности от 11.01.2016 № 1, дополнительном соглашении от 15.06.2016, проведение которой поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Алтайский экспертно-правовой центр».

Согласно представленному автономной некоммерческой организацией «Алтайский экспертно-правовой центр» заключению от 22.11.2016 № 395/11-2017, установить временной период подписания доверенности от 11.01.2016 № 1, выданной Литвиновой А.Х., не представилось возможным в связи с тем, что качественный и количественный физико-химический состав исследуемых штрихов подписей, выполненных пастой шариковой ручки, успел претерпеть значительные изменения, связанные со старением; возраст исследуемых штрихов кратких буквенно-цифровых записей и подписей, выполненных черными чернилами гелевой ручки либо роллера на дополнительном соглашении от 15.06.2016 к договору ступки старше 90 дней от момента спектрального исследования, то есть дата периода 2016 года, указанная в представленном документе, может соответствовать фактическому временному периоду нанесения кратких буквенно-цифровых записей и подписей.

До принятия судом первой инстанции решения по существу общество заявило о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 1, 168, 170, 173.1, 181, 183, 199, 295, 410, 421, 423, 572, 1005, 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон № 161-ФЗ), разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 10/22, в пункте 124 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», (далее – Постановление № 25), в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» (далее – Постановление № 15), в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43).

Суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для вывода о безвозмездном характере договора уступки, заключении договора уступки с целью обеспечения обязанности принципала по оплате услуг агента путем передачи ему права на взыскание просроченной дебиторской задолженности за услуги ЖКХ, фактического исполнения сторонами договора уступки, истечения  срока исковой давности по заявленным требованиям. 

Судом первой инстанции отмечено, что дополнительным соглашением от 15.06.2016 стороны подтвердили фактическое получение агентом (цессионарием) вознаграждения по агентскому договору в указанном размере и отсутствие взаимных претензий.

Проанализировав вышеуказанные сделки, совершенные предприятием и обществом, в период с 01.01.2016 по 15.06.2016, суд первой инстанции отметил, что они являются взаимосвязанными и объединены одной целью.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Применительно к упомянутым нормам под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов (пункт 75 постановления № 25).

Согласно пункту 1 статьи 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В соответствии с частью 1 статьи 52 АПК РФ и статьей 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокураторе) прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Применительно к указанным положениям законодательства при рассмотрении исков прокурора о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти от имени публично-правового образования, и применении последствий их недействительности, подлежит установлению не только публично-правовое образование, в интересах которого предъявляется иск, но и уполномоченный орган, действующий от имени публично-правового образования.

В пункте 10 Постановления № 15 разъяснено, что, предъявляя иск о признании недействительной сделки или применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной лицами, названными в абзацах два и три части 1 статьи 52 АПК РФ, прокурор обращается в арбитражный суд в интересах публично-правового образования.

Поскольку  в настоящем  деле, обращаясь с иском в соответствии со статьей 1 Закона о прокураторе прокурор действовал в защиту интересов муниципального образования (собственника имущества) и населения, выводы судов об отсутствии полномочий прокуратуры по предъявлению иска, не соответствуют положениям действующего законодательства.

Вместе с тем ошибочное указание в судебных актах на отсутствие у прокурора полномочий на признание договора уступки и применение последствий недействительности не повлияло на обоснованность выводов судов о наличии оснований для отказа в удовлетворении исковых требований и не привело к принятию неправильного судебного акта  с учетом применения к заявленным требованиям срока исковой давности (часть 3 статьи 288 АПК РФ).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий.

В силу пункта 7 статьи 113 ГК РФ правовое положение муниципального унитарного предприятия определяется настоящим Кодексом и Законом № 161-ФЗ.

Решение о совершении крупной сделки принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия (пункт 3 статьи 23 Закона № 161-ФЗ).

Согласно абзацу третьему пункта 9 Постановления № 10/22 сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением, в частности, статей 22 - 24 Закона № 161-ФЗ, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица. Ответчик вправе заявить об истечении срока исковой давности для признания такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 181 ГК РФ.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

До принятия судом первой инстанции решения общество заявило о применении исковой давности, поэтому суды правильно отнесли к числу обстоятельств, подлежащих обязательному установлению, определение момента, когда истец узнал или должен был узнать об оспариваемом договоре уступки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В пункте 15 Постановления № 43 разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Руководитель унитарного предприятия обязан отчитываться о деятельности предприятия в порядке и сроки, которые определяются собственником имущества унитарного предприятия (статья 21 Закона № 161-ФЗ).

В силу статьи 26 Закона № 161-ФЗ бухгалтерская отчетность унитарного предприятия в случаях, определенных собственником имущества унитарного предприятия, подлежит обязательной ежегодной аудиторской проверке независимым аудитором. Контроль за деятельностью унитарного предприятия осуществляется органом, осуществляющим полномочия собственника, и другими уполномоченными органами.

Унитарное предприятие по окончании отчетного периода представляет уполномоченным органам государственной власти Российской Федерации, органам государственной власти субъекта Российской Федерации или органам местного самоуправления бухгалтерскую отчетность и иные документы, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органами местного самоуправления.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.10.1999 № 1116 утвержден Порядок отчетности руководителей федеральных государственных унитарных предприятий и представителей интересов Российской Федерации в органах управления открытых акционерных обществ, в соответствии с пунктом 3 которого руководитель федерального государственного унитарного предприятия ежегодно направляет в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный утверждать программу деятельности предприятия, одновременно с годовым отчетом доклад о финансово-хозяйственной деятельности предприятия, в котором должна быть отражена, в частности, информация обо всех обстоятельствах, которые нарушают обычный режим функционирования предприятия или угрожают его финансовому положению.

Согласно пункту 2 статьи 26 Закона № 161-ФЗ контроль за деятельностью унитарного предприятия производится органом, осуществляющим полномочия собственника, и другими уполномоченными органами.

В соответствии с подпунктом 16 пункта 1 статьи 20 Закона № 161-ФЗ собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия принимает решения о проведении аудиторских проверок, утверждает аудитора и определяет размер оплаты его услуг.

Собственник имущества унитарного предприятия утверждает бухгалтерскую отчетность и отчеты унитарного предприятия, принимает решения о проведении аудиторских проверок, утверждает аудитора и определяет размер оплаты его услуг (пункты 12 и 16 статьи 20 Закона № 161-ФЗ).

В пункте 8 Постановления № 15 разъяснено, что при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

Суды обеих инстанций на основании оценки представленных в материалы дела доказательств установили, что согласно публичному информационному сообщению, опубликованному в газете «Сельчанка» от 29.01.2016 № 5 жители района уведомлены о том, что функции по начислению, сбору платы за теплоснабжение, вывоз бытовых отходов и очистку сточных вод, а также по взысканию задолженности за жилищно-коммунальные услуги переходят к обществу. Оплата услуг будет производиться на расчетный счет общества, указанный в квитанциях или в кассу организации. В соответствии с пунктом 30 Устава предприятие обязано отчитываться перед учредителем о результатах деятельности и использовании имущества с предоставлением ежеквартальных отчетов. 

Таким образом, администрация, в ведении которой находится предприятие, при условии надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью предприятия, при проявлении должной заботливости и осмотрительности, могла и должна была узнать о спорной сделке по истечении срока предоставления бухгалтерской отчетности (по истечении квартала, не позднее 01.04.2016), и провести аудиторскую проверку.

Исковые заявления о признании ничтожной сделкой договора уступки поданы прокурором в арбитражный суд 20.06.2017, администрацией 12.09.2017, то есть по истечении срока исковой давности.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судом не рассмотрено ходатайство заявителя о восстановлении пропущенного срока исковой давности отклоняется судом округа, поскольку данный довод основан на неверном толковании заявителем жалобы положений норм материального права.

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

По смыслу указанной нормы права восстановление срока исковой давности может иметь место только в исключительных случаях, если причинами пропуска срока являлись обстоятельства, связанные с личностью истца, которые суд признает уважительными. При этом предполагается наличие со стороны истца заявления/ходатайства, позволяющего суду рассмотреть вопрос о возможности восстановления пропущенного срока защиты субъективного гражданского права.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 15 Постановления № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В настоящем деле прокурор выступает от имени и в интересах муниципального образования. Тем самым в восстановлении пропущенного заявителем срока исковой давности отказано верно. 

Иное толкование заявителем положений закона относительно оснований для восстановления срока исковой давности не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального права.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что из объяснительной поверенного общества на жалобу Худяковой Е.В старший помощник прокурора Майминского района уведомлен о том, что в газете «Сельчанка» опубликовано информационное сообщение о смене поставщиков услуг, о праве общества на взыскание дебиторской задолженности в целях исполнения плательщиками обязательств перед предприятием на основании агентского договора и заключенного в его исполнение договора уступки.

        При таких обстоятельствах выводы судебных инстанций о пропуске срока исковой давности соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Аргумент истца о безвозмездном характере сделки был предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно отклонен.

Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 25.04.2006 № 13952/05, от 11.10.2011 № 6568/11, от 04.12.2012 № 8989/12 разъяснено, что из содержания статьи 572 ГК РФ следует, что безвозмездность передачи имущества является признаком договора дарения, но не единственным. Обязательным квалифицирующим признаком договора дарения является вытекающее из соглашения сторон очевидное намерение дарителя передать имущество в качестве дара. Таким образом, дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара (с намерением облагодетельствовать одаряемого), а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон сделки.

Аналогичная позиция содержится также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2016 № 305-ЭС16-12298, от 05.02.2018 № 306-ЭС14-6837.

Судами установлено соответствие положений пункта 2.2 договора уступки об оплате за уступаемое право путем зачета суммы задолженности цедентом перед цессионарием за оказанные цессионарием услуги положениям статьи 410 ГК РФ, факт исполнения договора уступки и отсутствие 

Оснований для иной оценки доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Таким образом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводы судов первой и апелляционной инстанций с учетом применения срока исковой давности не опровергают, не подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьей 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 14.12.2017 Арбитражного суда Республики Алтай и постановление от 23.03.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А02-977/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                            Е.А. Куклева

 

Судьи                                                                                         Л.В. Туленкова

 

                                                                                                   О.Ф. Шабалова