1204/2019-63327(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ 

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024 http: //www.Orenburg.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-6618/2017

г. Оренбург

13 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 05 июня 2019 года  В полном объеме решение изготовлено 13 июня 2019 года  

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Юдина В.В.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с  

ограниченной ответственностью «Производственная компания  

«Южуралстроймонтаж» (г. Оренбург (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Оренбургдорстрой»  (г. Оренбург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

с привлечением третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  

требований относительно предмета спора: 1) ФИО2 (г.Оренбург), 2) ФИО3 (г.Оренбург), 3) ФИО4 (г. Оренбург), 

о признании недействительным договора уступки права требования от  

29.04.2015 и применении последствий недействительности сделки. 

В судебном заседании приняли участие:  

от истца - ФИО5; от ответчика: ФИО6, ФИО7; 

от третьих лиц:  1) ФИО8;  

2) явки нет; 

3) ФИО9  

Общество с ограниченной ответственностью «Производственная  компания «Южуралстроймонтаж» (далее по тексту - истец, ООО «ПК  

«Южуралстроймонтаж») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской  области с иском к акционерному обществу «Оренбургдорстрой»  

(далее по тексту - ответчик, АО «Оренбургдорстрой») о признании  недействительным договора уступки права требования от 29.04.2015 и  применении последствий недействительности сделки.  

Определениями от 21.06.2017 и 21.09.2017 к участию в деле в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора  привлечены участники ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» ФИО2 (далее по тексту - третье лицо1), ФИО3  (далее по тексту - третье лицо2) и бывший руководитель истца ФИО4 (далее по тексту - третье лицо3).  

В ходе судебного заседания представитель истца поддержал исковые  требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и  дополнениях к нему. В качестве основания иска истец указал на то, что  договор уступки права требования от 29.04.2015, заключенный между  сторонами является крупной сделкой, не одобрен общим собранием  участников общества как того требует закон. Кроме того, истец сослался на  положения п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ, указав на то, что  оспариваемый договор заключен с явным ущербом интересам истца. Кроме  того, истец полагает, что договор является мнимой сделкой и ничтожен по  основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ.  

Представители ответчика возражали против иска по доводам,  изложенным в письменном отзыве и дополнениях к нему. Ответчик указал на  то, что инициатором спорного договора был ФИО4, который являлся  директором ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» и кроме того, управлял долей  умершего участника на основании договора доверительного управления и  имел свои планы на взыскание задолженности. Согласие других участников  не требовалось, поскольку наследники вступили в наследство после  заключения оспариваемого договора - 01.06.2015. Недобросовестность  третьего лица3, который не довел информацию по оспариваемой сделке до  участников не является основанием для признания ее недействительной.  Ответчик не должен отвечать за недобросовестное поведение руководителя  истца.  

Оспариваемая сделка является по мнению ответчика экономически  оправданной, поскольку направлена на получение денежных средств в  рамках субподрядных правоотношений непосредственно с генерального  подрядчика, заключена в рамках обычной хозяйственной деятельности.  Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.  

Третье лицо1 поддержало доводы истца, полагало, что имеются  основания для признания договора недействительным.  

Третье лицо3 также поддержало доводы истца, изложило пояснения по  фактическим обстоятельствам заключения спорного договора, привело  доводы о фиктивности договора, полагало, что исковые требования подлежат  удовлетворению.  

При рассмотрении дела судом установлены следующие обстоятельства. 

ФИО10 являлся единственным участником ООО  «ПК «Южуралстроймонтаж».  

После смерти ФИО10 22.11.2014 нотариусом города Оренбурга  ФИО11 в соответствии с договором доверительного управления  наследственным имуществом от 27.12.2014 в интересах наследников  учреждено доверительное управление наследуемым имуществом - 100% доли  в уставном капитале ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» с доверительным  управляющим ФИО4  

В период действия доверительного управления 29.04.2015 между  сторонами заключен договор уступки права требования (далее по тексту -  договор) согласно которому ответчик уступил истцу право требования с  должника ООО «ПромЖелПроект» (далее по тексту - ООО «ПЖП»)  задолженности на сумму 24 372 902 руб. 69 коп., принадлежащей АО  «Оренбургдорстрой» по договорам субподряда от 15.07.2013г. №№ 10/07-13,  09/07-13, 08/07-13, 07/07-13, заключенным между цедентом и должником (п.  1.1).  

Задолженность должника перед цедентом по указанным договорам  подтверждается решением Арбитражного суда Оренбургской области от  19.02.2014 по делу № А47-12886/2013, постановлением Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда № 18АП-3972/2014 (п. 1.2).  

Право требования цедента переходит к цессионарию в объеме и на  условиях существующих на момент заключения договора (п. 3.1).  

Цедент передает цессионарию в течение 5 дней с даты подписания  договора все документы, связанные с уступаемым правом требования,  предусмотренные действующим законодательством (п. 3.2).  

С момента вступления в силу договора цессионарий приобретает  уступаемое право требования и наделяется всеми правами цедента (п. 3.3).  

Порядок расчетов установлен разделом 2 договора, в соответствии с  которым, задолженность цедента перед цессионарием в сумме 24 372 902  руб. 69 коп. подтверждается актом сверки расчетов за 4 квартал 2014г.,  подписанным указанными сторонами. Расчет переуступаемой задолженности  между сторонами производится путем уменьшения задолженности по  договорам субподряда № 147/08-04 от 18.07.2013г. и № 170/04 от 05.08.2013г.  на сумму 24 372 902 руб. 69 коп. в течение пяти дней с даты подписания  договора, о чем одна сторона уведомляет другую сторону (п. 2.1).  

После вступления в наследство наследников ФИО10 ФИО2 и ФИО3, увольнения директора ФИО4, полагая, что  договор является недействительной сделкой истец обратился в арбитражный  суд с рассматриваемым иском.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства с  позиции относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства  в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их  

совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  РФ, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения встречных  исковых требований в силу следующего.  

Как установлено п.п. 1-3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ, сделка  недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания  ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания  (ничтожная сделка).  

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может  быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.  

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она  нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего  сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.  

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в  интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если  нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.  

Требование о применении последствий недействительности ничтожной  сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом  случаях также иное лицо.  

Требование о признании недействительной ничтожной сделки  независимо от применения последствий ее недействительности может быть  удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет  охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.  

Пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ установлено, что  сделка, совершенная представителем или действующим от имени  юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб  интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть  признана судом недействительной по иску представляемого или по иску  юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску,  предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая  сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для  представляемого или для юридического лица либо имели место  обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных  совместных действиях представителя или органа юридического лица и  другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам  юридического лица.  

В пункте 93 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» Пленум Верховного Суда РФ указал, что пунктом 2  статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки,  совершенной представителем или действующим от имени юридического  лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте -  представитель).  

По первому основанию сделка может быть признана недействительной,  когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о  сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой  

стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая  представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или  должна была знать.  

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на  заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если  предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости  предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует  исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного  ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника  сделки в момент ее заключения.  

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной,  если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически  оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения  еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка  хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных  сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых  юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные  условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в  отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).  

По второму основанию сделка может быть признана недействительной,  если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о  сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой  стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может  заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных  охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля,  умалении деловой репутации).  

Наличие решения общего собрания участников (акционеров)  хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для  одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует  признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его  интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства,  указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.  

Согласно п. 1 ст. 46 Федерального закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту - Закон об  обществах с ограниченной ответственностью) крупной сделкой считается  сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной  хозяйственной деятельности и при этом:  

-связанная с приобретением, отчуждением или возможностью  отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем,  кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных  эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества,  в результате которых у общества возникает обязанность направить  обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона  от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или  балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой  

стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской  (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;  

-предусматривающая обязанность общества передать имущество во  временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу  право использования результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая  стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов  общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой)  отчетности на последнюю отчетную дату.  

В соответствии с п. 3 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью принятие решения о согласии на совершение крупной  сделки является компетенцией общего собрания участников общества.  

В силу п. 4 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью крупная сделка, совершенная с нарушением порядка  получения согласия на ее совершение, может быть признана  недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров  (наблюдательного совета) общества или его участников (участника),  обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов  участников общества.  

Как установлено п. 7 ст. 46 Закон об обществах с ограниченной  ответственностью, положения этой статьи не применяются:  

-к обществам, состоящим из одного участника, который одновременно  является единственным лицом, обладающим полномочиями единоличного  исполнительного органа общества;  

-к отношениям, возникающим при переходе к обществу доли или части  доли в его уставном капитале в случаях, предусмотренных настоящим  Федеральным законом;  

-к отношениям, возникающим при переходе прав на имущество в  процессе реорганизации общества, в том числе по договорам о слиянии и  договорам о присоединении;  

-к сделкам, совершение которых обязательно для общества в  соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами  Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам,  определенным в порядке, установленном Правительством Российской  Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным  Правительством Российской Федерации федеральным органом  исполнительной власти, а также к публичным договорам, заключаемым  обществом на условиях, не отличающихся от условий иных заключаемых  обществом публичных договоров;  

-к сделкам по приобретению акций (иных эмиссионных ценных бумаг,  конвертируемых в акции) публичного общества, заключаемым на условиях,  предусмотренных обязательным предложением о приобретении акций (иных  эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества;  

-к сделкам, заключенным на тех же условиях, что и предварительный  договор, если такой договор содержит все сведения, предусмотренные  пунктом 3 настоящей статьи, и было получено согласие на его заключение в  порядке, предусмотренном настоящей статьей.  

Согласно п. 8 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью, для целей настоящего Федерального закона под сделками,  не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности,  понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности  соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов,  осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того,  совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не  приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида  либо существенному изменению ее масштабов.  

В п. 1 постановления от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных  сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее  по тексту - Постановление № 27) Пленум Верховного Суда РФ разъяснил,  что при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как  совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26  декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и Законом об  обществах с ограниченной ответственностью порядка совершения крупных  сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ), а с нарушением порядка совершения  сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (далее - сделки с  заинтересованностью), - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 79, пункт  1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4  статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом  особенностей, установленных указанными законами.  

В п.п. 9, 12, 8 названного Постановления № 27, Пленум Верховного  Суда РФ также указал, что для квалификации сделки как крупной  необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух  признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1  статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):  

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является  имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности  и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена  или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное  владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора -  балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой  стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской  (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;  

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной  деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности  общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее  масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8  статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

Например, к наступлению таких последствий может привести продажа  (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка  также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение  масштабов деятельности общества, если она влечет для общества  существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.  

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он  должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее  наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что  их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за  пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности  наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует  принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и  иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент  совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования,  которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности,  не должна была привести к смене вида деятельности.  

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной  хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78  Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения  оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности  лежит на истце.  

Балансовая стоимость активов общества для целей применения пункта  1.1 статьи 78 Закона об акционерных обществах и пункта 2 статьи 46 Закона  об обществах с ограниченной ответственностью, по общему правилу,  определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности  на 31 декабря года, предшествующего совершению сделки (статья 15  Федерального закона от 6 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском  учете»); при наличии предусмотренной законодательством или уставом  обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую  отчетность, например ежемесячную, упомянутые сведения определяются по  данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.  

В силу подпункта 2 пункта 6.1 статьи 79 Закона об акционерных  обществах и абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания  того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или  заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества  крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и  качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало  надлежащее согласие на ее совершение.  

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том  числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него  повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент,  контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является  участником (акционером) общества или контролирующего лица общества  

или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества.  Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить  доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка  являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого  следует, что она знала о том, что сделка является крупной.  

В силу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие  ей правовые последствия, ничтожна.  

Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от  07.02.2012 № 11746/11 по делу № А76-18682/2010-12-587 отражено, что  пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют  намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки  подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых  последствий, которые наступают при ее совершении.  

В определениях от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 и от 13.07.2018 № 308- ЭС18-2197 Верховным Судом РФ изложен правовой подход, согласно  которому фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет  цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой  сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки  может быть, например, искусственное создание задолженности стороны  сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры  банкротства и участия в распределении имущества должника.  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения  точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом  деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение  гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой,  является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем  анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений  сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств. Доказательства,  обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами,  участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65,  168, 170 АПК РФ).  

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно  указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости,  установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное  исполнение сделки, явно недостаточно.  

В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 86 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь  для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия,  ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).  

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить  для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения  взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли- продажи или доверительного управления и составить акты о передаче  данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца  или учредителя управления за ним.  

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида  государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое  имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на  основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.  

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны  стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом  создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в  достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки  не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла  сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление  несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых  такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для  квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда РФ от  25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).  

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона  основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону  от необходимости доказывания таких обстоятельств (часть 3 статьи 70  Арбитражного процессуального кодекса РФ).  

Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих  требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если  они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не  вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные  возражения относительно существа заявленных требований (часть 3.1 статьи  70 Арбитражного процессуального кодекса РФ).  

Истцом заявлено требование о признании недействительным договора и  применении последствий недействительности сделки.  

При этом, в качестве правовых оснований недействительности договора  истец приводит основания оспоримости (ст. 46 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью, п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ), а  также основания ничтожности (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ).  

Суд не усматривает из материалов дела оснований для признания сделки  недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 46 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью, в силу следующего.  

Как указано выше, предметом оспариваемого договора является уступка  ответчиком права требования задолженности в сумме 24 372 902 руб.  

69 коп. с должника - ООО «ПЖП», возникшего из договоров субподряда от  

15.07.2013г. №№ 10/07-13, 09/07-13, 08/07-13, 07/07-13, подтвержденного  решением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.02.2014 по делу   № А47-12886/2013.  

При этом оплатой уступленного права требования является уменьшение  задолженности ответчика перед истцом на сумму 24 372 902 руб. 69 коп.,  возникшей из договоров субподряда № 147/08-04 от 18.07.2013г, № 170/04 от  05.08.2013г., подтвержденной актом сверки расчетов за 4 квартал 2014г.,  подписанным сторонами.  

Таким образом, оспариваемый договор направлен на проведение между  сторонами взаимных расчетов по договорам субподряда, ввиду чего его  следует признать не выходящим за пределы обычной хозяйственной  деятельности.  

Кроме того, материалами дела подтверждается, что на дату заключения  оспариваемого договора (29.04.2015), полномочия единственного участника  ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» на основании договора доверительного  управления наследственным имуществом от 27.12.2014 (том 2 л.д. 5),  осуществлял доверительный управляющий ФИО4 Это же лицо  выполняло функции единоличного исполнительного органа - директора.  

Учитывая изложенные обстоятельства, положения ст. 46 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью не применяются к  оспариваемому договору, поскольку он:  

-во-первых - не выходит за пределы обычной хозяйственной  деятельности;  

-во-вторых - заключен обществам, состоящим из одного участника,  который одновременно является единственным лицом, обладающим  полномочиями единоличного исполнительного органа общества.  

При этом, поскольку имуществом, переданным в доверительное  управление ФИО4, согласно п. 2 договора доверительного управления  наследственным имуществом от 27.12.2014, является 100% доли в уставном  капитале ООО «ПК «Южуралстроймонтаж», а не имущество и обязательства,  принадлежащие этому обществу, к рассматриваемому договору не подлежат  применению ограничения, установленные п. 7 договора доверительного  управления наследственным имуществом от 27.12.2014 о запрете на  совершение сделок по его отчуждению и совершение иных сделок с ним  только с согласия выгодоприобретателей.  

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что в результате совершения  оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, поскольку в результате  оспариваемого договора взамен на право требования к ответчику он получил  право требования к должнику - ООО «ПЖП», впоследствии признанному  банкротом.  

То обстоятельство, что ООО «ПЖП» было признано банкротом спустя  длительное время после заключения оспариваемого договора (заявление о  банкротстве принято к производству арбитражного суда 24.02.2016,  наблюдение введено 10.05.2016, конкурсное производство открыто  21.11.2016) не влияет на вывод суда о наличии для истца явного ущерба,  

поскольку, как следует из материалов дела, решение Арбитражного суда  Оренбургской области от 19.02.2014 по делу № А47-12886/2013, которым  была взыскана задолженность, право требования которой уступлено по  оспариваемому договору, было вынесено задолго до даты заключения  оспариваемого договора (29.04.2015), на основании этого решения был выдан  исполнительный лист серии АС № 006634290 и имелось возбужденное  исполнительное производство № 7793/14/03/56 от 30.05.2014, однако в  течение длительного времени взыскание задолженности реально не  состоялось.  

В данном случае, единственной стороной в сделке, получившей выгоду  от ее заключения, является ответчик, поскольку взамен на право требования с  ООО «ПЖП» задолженности в сумме 24 372 902 руб. 69 коп., хотя и  взысканную решением арбитражного суда, но, не смотря на предпринятые  меры принудительного взыскания, фактически не оплаченную в течение  длительного срока, ответчик уменьшил размер своей задолженности на эту  же сумму.  

Истец же, напротив - взамен права требования не оспариваемой  задолженности ответчика, подтвержденной подписанием ими  двухстороннего акта сверки взаимных расчетов, получил право требования  задолженности к ООО «ПЖП» в той же сумме, которое сам ответчик не мог  реализовать в течение длительного времени.  

Приведенные обстоятельства по мнению суда свидетельствуют о  неравнозначности уступленных прав требования и заведомой  осведомленности ответчика о том, что договор на дату его заключения  является экономическим не выгодным для истца, чем причиняет явный  ущерб последнему, поскольку создает риск неоплаты полученного права  требования должником, взамен на не оспариваемую со стороны ответчика  задолженность в той же сумме.  

Доводы истца в указанной части суд признает обоснованными, а доводы  ответчика отклоняет, как противоречащие фактическим обстоятельствам  дела.  

В ходе судебного разбирательства истцом было заявлено ходатайство о  назначении судебной экспертизы по вопросу определения стоимости  уступленного права требования. Учитывая наличие признаков явного ущерба  оспариваемой сделки, установленных судом на основании имеющихся в деле  доказательств, судом данное ходатайство отклонено.  

Кроме того, суд усматривает из материалов дела наличие признаков  совершения совместных действий ответчиком и руководителем ООО «ПК  «Южуралстроймонтаж» ФИО4 в ущерб интересам представляемого  им юридического лица.  

В данном случае, о наличии указанного признака по мнению суда  свидетельствует то обстоятельство, что последний в период руководства  истцом не предпринимал каких-либо действий по взысканию задолженности  с ответчика, возникшей у последнего из договоров субподряда № 147/08-04  от 18.07.2013г, № 170/04 от 05.08.2013г., хотя и подтвержденной актом  

сверки расчетов за 4 квартал 2014г., подписанным сторонами, в том числе -  не предпринимал действий по реализации уступленного ему права  требования задолженности, взысканной решением Арбитражного суда  Оренбургской области от 19.02.2014 по делу № А47-12886/2013, согласно  предмету оспариваемого договора.  

Кроме того, истцом заявлено о мнимости договора.  

Поскольку оспариваемый договор является договором уступки прав  требования, анализ его условий должен производится с учетом положений §  1 гл. 24 Гражданского кодекса РФ.  

В данном случае, как установлено п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса РФ  право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору,  может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или  может перейти к другому лицу на основании закона.  

При заключении договора уступки права требования воля сторон в  первую очередь направлена на перевод прав кредитора к другому лицу.  

Соответственно, установление того факта, что при заключении договора  стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение,  прекращение гражданских прав и обязанностей, направленных на перевод  прав кредитора к другому лицу, как обычно порождаемых такой сделкой,  является достаточным для квалификации сделки в качестве ничтожной.  

При этом, как указано выше, стороны мнимой сделки могут осуществить  для вида ее формальное исполнение, что не препятствует признанию ее  мнимой.  

В данном случае, сторонами подписан рассматриваемый договор. Кроме  того, ответчиком должнику ООО «ПЖП» 12.05.2015 вручено уведомление от  12.05.2015 № 301/08 о состоявшейся уступке права требования (том 2  

л.д. 123). 

Вместе с тем, как следует из материалов дела, согласно решению  Арбитражного суда Оренбургской области от 19.02.2014 по делу  

 № А47-12886/2013 в пользу АО «Оренбургдорстрой» с ООО «ПЖП»  взыскана задолженность в общей сумме 40 780 015 руб. 27 коп., в том числе  40 615 228 руб. 36 коп. - основной долг, 164 786 руб. 91 коп. – проценты, а  также 200 000 руб. - возмещение расходов по уплате государственной  пошлины.  

На основании этого решения был выдан исполнительный лист серии  

АС № 006634290, возбуждено исполнительное производство № 7793/14/03/56  от 30.05.2014.  

Рассматриваемым договором часть задолженности в сумме 

24 372 902 руб. 69 коп. уступлена истцу, что должно порождать правовые  последствия в виде прекращения ответчиком реализации своих прав  требований в части этой суммы, а также возлагает на ответчика обязанность  осуществить передачу права соответствующим образом.  

В данном случае, поскольку уступленное право требования установлено  вступившим в законную силу решением арбитражного суда, на основании  

которого выдан исполнительный лист и возбуждено исполнительное  производство, последующие действия сторон, свидетельствующие о  намерении исполнять рассматриваемый договор должны быть направлены на  процессуальное правопреемство в рамках судебного процесса по делу  

 № А47-12886/2013 путем подачи соответствующего ходатайства, а также в  рамках исполнительного производства № 7793/14/03/56.  

Данные процессуальные действия сторонами не осуществлялись. 

Согласно информации, размещенной на официальном сайте  Федеральной службы судебных приставов (том 2 л.д. 65), указанное  исполнительное производство окончено на основании п. 7 ч. 1 ст. 47  Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве», то есть вследствие признания должника банкротом и  направления исполнительного документа арбитражному управляющему.  

18.10.2016 АО «Оренбургдорстрой» обратилось в Арбитражный суд  Оренбургской области в рамках дела № А47-1212/2016 с заявлением о  включении указанной выше задолженности, взысканной решением  Арбитражного суда Оренбургской области от 19.02.2014 по делу  

 № А47-12886/2013, в реестр требований кредиторов ООО «ПЖП» в полном  объеме.  

Определением от 01.02.2017 по делу № А47-1212/2016 в рамках дела о  банкротстве ООО «ПЖП» требования АО «Оренбургдорстрой» признаны  обоснованными в полном объеме и включены в третью очередь реестра  требований кредиторов.  

В своей бухгалтерской отчетности ответчик, равно как и истец спорный  договор также не отразили.  

В этой связи суд отклоняет доводы ответчика об имевшемся факте  повреждения программного обеспечения программного комплекса 1С  «Бухгалтерия», поскольку у ответчика имеется оспариваемый договор на  бумажном носителе, представленный им в дело № А47-476/2017.  

Лишь после возбуждения рассматриваемого дела АО  «Оренбургдорстрой» внесло корректировку в свою бухгалтерскую  отчетность и 27.10.2017 в рамках дела № А47-1212/2016 подало уточнение к  заявлению, в котором просило включить в реестр требований кредиторов  ООО «ПЖП» нового кредитора ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» с суммой  требований 24 372 902 руб. 69 коп.  

Таким образом, вопреки заключенному договору ответчик в течение  длительного времени продолжал реализацию права требования, являющегося  предметом этого договора, что по мнению суда свидетельствует об  отсутствии у него на дату заключения этого договора намерения создать  соответствующие этому договору правовые последствия.  

Также, с учетом приведенных выше выводов суда об отсутствии у истца  экономической целесообразности к заключении оспариваемого договора и  отсутствия в материалах дела доказательств принятия истцом каких-либо мер  к реализации этого договора в течение длительного периода времени  (процессуального правопреемства, получения исполнительного листа,  

отражения в бухгалтерской отчетности, взыскания и пр.), суд приходит к  выводу, что ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» на дату заключения этого  договора тоже не имело намерения создать соответствующие этому договору  правовые последствия.  

Из анализа приведенных выше обстоятельств, документов в их  совокупности и взаимосвязи следует, что при подписании оспариваемого  договора его стороны не имели цели достижения тех результатов на которые  направлена эта сделка, то есть на переход прав кредитора к другому лицу.  Таким образом, судом установлено, что волеизъявление сторон при  заключении договора не совпадало с их внутренней волей.  

В результате анализа фактических обстоятельств, подтверждающих  реальность намерений сторон, на основе оценки совокупности  согласующихся между собой доказательств, суд приходит к выводу о  наличии признаков мнимости рассматриваемой сделки.  

В силу п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по  требованиям о применении последствий недействительности ничтожной  сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166)  составляет три года.  

В данном случае, рассматриваемый иск подан в Арбитражный суд  Оренбургской области 15.06.2017, то есть в пределах указанного трехлетнего  срока исковой давности с даты заключения оспариваемого договора, ввиду  чего ходатайство ответчика о применении срока исковой давности не  подлежит удовлетворению.  

Иные, приводимые сторонами доводы, судом оценены исследованы,  исходя из представленных в материалы дела документов, однако не  принимаются, как не влияющие на предмет спора, а также не основанные на  материалах дела и положениях действующего законодательства.  

Учитывая изложенное, исковое требование суд признает обоснованным  и подлежащим удовлетворению.  

В силу п.п. 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная  сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые  связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее  совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить  другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить  полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в  пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге)  возместить его стоимость, если иные последствия недействительности  сделки не предусмотрены законом.  

В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 80 Постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные  предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена  

обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При  удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о  возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает  вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона,  если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.  

Учитывая изложенное, суд считает необходимым применить  последствия недействительности сделки в виде:  

-восстановления права требования АО «Оренбургдорстрой» к должнику  - ООО «ПЖП» на сумму 24 372 902 руб. 69 коп., возникшего из договоров  субподряда от 15.07.2013г. №№ 10/07-13, 09/07-13, 08/07-13, 07/07-13,  подтвержденного решением Арбитражного суда Оренбургской области от  19.02.2014 по делу № А47-12886/2013;  

-восстановления права требования ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» к  АО «Оренбургдорстрой» на сумму 24 372 902 руб. 69 коп., возникшего из  договоров субподряда № 147/08-04 от 18.07.2013г., № 170/04 от 05.08.2013г.,  подтвержденного актом сверки расчетов за 4 квартал 2014г., подписанным  ООО «ПК «Южуралстроймонтаж» и АО «Оренбургдорстрой».  

Поскольку истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка от  уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию в Федеральный  бюджет с проигравшей стороны - ответчика в порядке ст. 110 Арбитражного  процессуального кодекса РФ.  

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью  «Производственная компания «Южуралстроймонтаж» удовлетворить.  

Признать договор уступки права требования от 29.04.2015, заключенный  между обществом с ограниченной ответственностью «Производственная  компания «Южуралстроймонтаж» и акционерным обществом  «Оренбургдорстрой» недействительным.  

Применить последствия недействительности сделки в виде:  

-восстановления права требования акционерного общества  «Оренбургдорстрой» к должнику - обществу с ограниченной  ответственностью «ПромЖелПроект» на сумму 24 372 902 руб. 69 коп.,  возникшего из договоров субподряда от 15.07.2013г. №№ 10/07-13, 09/07-13,  08/07-13, 07/07-13, подтвержденного решением Арбитражного суда  Оренбургской области от 19.02.2014 по делу № А47-12886/2013;  

-восстановления права требования общества с ограниченной  ответственностью «Производственная компания «Южуралстроймонтаж» к  акционерному обществу «Оренбургдорстрой» на сумму 24 372 902 руб.  

69 коп., возникшего из договоров субподряда № 147/08-04 от 18.07.2013г.,  

 № 170/04 от 05.08.2013г., подтвержденного актом сверки расчетов 

за 4 квартал 2014г., подписанным обществом с ограниченной  ответственностью «Производственная компания «Южуралстроймонтаж» и  акционерным обществом «Оренбургдорстрой».  

Взыскать с акционерного общества «Оренбургдорстрой» в доход  Федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 руб. 00 коп.  

Исполнительный лист на взыскание государственной пошлины выдать  налоговому органу в порядке ст.ст. 318-320 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного  производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд  

(г. Челябинск) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном  объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.  

Судья В.В. Юдин 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного

департаментаДата 12.04.2019 9:02:37 Кому выдана Юдин Василий Владимирович