﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-3207/2014

г. Краснодар

13 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  13 июня 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Илюшникова С.М. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Медведовский мясокомбинат» (ИНН 2353005550, ОГРН 1022304837818) Кравченко М.М. – Руднева Н.А. (доверенность от 27.03.2019), от общества с ограниченной ответственностью «Рубеж безопасности» – Окромчедлишвили Н.О.  (доверенность от 15.05.2018), от Озерова Н.В. – Кунаевой И.В. (доверенность от 28.08.2018), от Озеровой Т.Н. − Кунаевой И.В. (доверенность от 02.10.2018), от общества с ограниченной ответственностью «Агропрод-Транс» − Кунаевой И.В. (доверенность от 11.01.2019), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы Озерова Н.В., Озеровой Т.Н. и общества с ограниченной ответственностью «Агропрод-Транс» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 20.12.2018 (судья Соловьев Е.Г.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 (судьи Сурмалян Г.А., Николаев Д.В., Шимбарева Н.В.) по делу № А53-3207/2014, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Медведовский мясокомбинат» (далее − должник) конкурсный управляющий должника Кравченко М.М.  (далее − конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц − Озерова Н.В., Озерову Т.Н., Афанасьеву В.В., Звездина В.В., ООО «Агропрод-Транс» (далее − общество), Хеттих Э. за невозможность полного погашения требований кредиторов должника на сумму, которая будет определена после окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 20.12.2018, оставленным без изменения в обжалуемой части постановлением апелляционного суда от 14.03.2019, Озеров Н.В., Озерова Т.Н.,                  Звездин В.В. и общество привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В части определения размера субсидиарной ответственности рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника. В остальной части в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационных жалобах Озеров Н.В., Озерова Т.Н. и общество просят отменить судебные акты в части привлечения их к субсидиарной ответственности и направить вопрос на новое рассмотрение. По мнению заявителей жалоб, в материалах дела отсутствуют доказательства совершения Озеровым Н.В., Озеровой Т.Н. и обществом сделок в отношении имущества, превышающего 25% от балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделки. При этом суды не дали оценки доводу о необходимости установления причинно-следственной связи  между конкретными действиями лиц и наступившими последствиями. Обстоятельства того, что общество и Озеров Н.В. являются лицами, контролирующими должника, чьи действия повлекли за собой банкротство должника, судами не установлены. Заключенные должником  и банками договоры поручительства не выходили за рамки обычного гражданского оборота. Ссылка судов на приговор Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону является необоснованной, поскольку в тексте приговора никаких незаконных действий Озеровой Т.Н., а также ее родственников  в отношении должника не установлено.

В отзыве на кассационные жалобы ООО «Рубеж Безопасности»  просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель заявителей кассационных жалоб поддержал доводы, изложенные в кассационных жалобах. Представитель конкурсного управляющего должника и представитель ООО «Рубеж Безопасности» возражали против доводов кассационных жалоб.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 24.09.2014 заявление                 ООО «Агроглобус» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Ткаченко И.Г. Решением суда                      от 19.06.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Ткаченко И.Г. Определением суда от 29.09.2015 года конкурсным управляющим должника утвержден Кравченко М.М.

Конкурсный управляющий по результатам анализа заключенных должником договоров, должностных положений, родственных и служебных связей лиц, входивших в органы управления должника, и лиц, извлекших выгоду из незаконного и недобросовестного поведения лиц, имевших полномочия выступать от имени должника, установил, что должник совершил ряд сделок, которые фактически направлены на прекращение деятельности предприятия, вывод всех активов должника, не обремененных залогом в пользу ответчиков, являющихся контролирующими лицами должника. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении спора, суды обоснованно руководствовались следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях данного закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды, признавая наличие у Озерова Н.В., Озеровой Т.Н. и общества статуса контролирующих должника лиц и оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности, исходили из следующего. 

Согласно приговору Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 13.11.2017 Озеров Н.В. являлся фактическим собственником и руководителем юридически неоформленной группы компаний, называемой «Медведовский мясокомбинат», в которую входили ООО «Племзавод "Инудстриальный"», ОАО «Агроплемзавод "Инудстриальный"», ОАО «Агрофирма "Нива"», ООО «Батуринское», ООО «Ивест Агро», ООО «Южная Строительная Промышленная Корпорация», ООО «Южная Многопрофильная Компания», ООО «Агентство Правового обеспечения», должник, ООО «Агроглобус», ООО «Медведовские колбасы», ООО «Сочные дары», ООО «Строй Инвест», ООО «Биг Дачмен», ООО «Раздолье», ООО «Торговый дом Тимашевский», ООО «Агропрод». Указанным приговором Озеров Н.В. признан виновным в совершении преступлений предусмотренных частью 4 статьи 159, частью 3 статьи 33, статьи 196, частью 3 статьи 33, Уголовного кодекса Российской Федерации и осужден к 8 годам лишения свободы. В рамках уголовного дела установлено, что руководителей всех входивших в группу компаний предприятий, фактически назначал лично Озеров Н.В. После открытия расчетных счетов всех указанных предприятий, после получения в банке электронной цифровой подписи (далее − ЭЦП) для управления счетами, через систему «Банк-Клиент», ЭЦП по указаниям Озерова Н.В. далее передавались работникам ООО «Индустриальная управляющая компания» для исключения возможности самостоятельно распоряжаться денежными средствами, поступающими на расчетные счета предприятий. Руководителями предприятий входивших в группу компаний являлись лица полностью подконтрольные Озерову Н.В., выполнявшие его распоряжения и самостоятельно не распоряжавшиеся денежными средствами на счетах предприятий.

Таким образом, в рамках уголовного дела установлено, что Озеров Н.В. являлся фактическим собственником и руководителем должника, поэтому все сделки, в последующем признанные недействительными вступившими в законную силу судебными актами, совершены по указанию Озерова Н.В. В качестве лиц, осуществляющих функции единоличных исполнительных органов. Озеровым Н.В. были задействованы преимущественно так называемые номинальные директоры, которые, не обладая профессиональной компетенцией соответствующей должности, совершали сделки и действия под руководством Озерова Н.В., не используя при этом никаким образом полноту распорядительных функций, как в отношении имущества, имущественных прав, так и денежных средств, в том числе передавая права электронной подписи к расчетному счету другим лицам. В связи с этим является правомерным вывод судов об обоснованности привлечения Озерова Н.В. к субсидиарной ответственности.

Согласно приговору директор должника Озерова Т.Н., являясь родной матерью Озерова Н.В., 09.11.2011 в дневное время, находясь в помещении Тимашевского ОСБ              № 1816 ОАО Сбербанк России, по просьбе последнего подписала с Тимашевским ОСБ               № 1816 ОАО Сбербанк России договор поручительства от 09.11.2011                                            № 1816/452/10388-п/1-юрл, в соответствии с которым должник обязался отвечать за исполнение ООО «Племзавод "Индустриальный"» всех обязательств перед банком по договору об открытии кредитной линии от 09.11.2011 № 1816/452/10388.

В части обоснованности привлечения общества к субсидиарной ответственности суды указали на то, что оно извлекло выгоду из незаконного поведения должностных лиц должника с привлечением третьих лиц, неосведомленных о преступных намерения Озерова Н.В., в виде заключения ряда договоров купли-продажи транспортных средств, принадлежащих должнику, выразившихся в переходе права собственности транспортных средств на общество.

При этом суды исходили из того, что уголовному делу установлен факт создания общества 13.05.2014 с целью перевода всех транспортных средств неоформленной группы компаний, условно называемой «Медведовский мясокомбинат», принадлежавших Озерову Н.В. При этом согласно пояснениям директора общества Алексеенко П.В. указание о переоформлении транспортных средств в собственность общества он получил непосредственно от Озерова Н.В.

Суды также установили, что 24.04.2017 должник в лице Озеровой Т.Н. и                         Дрыков П.Н. (покупатель) подписали договоры купли-продажи в отношении семи транспортных средств (ХЕНДАЙ ПОРТЕР 2706, с VIN: X8927060070CN 1318, X8927060070CN 1297, X8927060070CN 1343, X8927060070CN 1348, X8927060070CN, X8927060070CN 1296, X8927060070CN 1312), стоимостью 15 тыс. рублей за каждый автомобиль. Стороны 05.12.2014 также подписали договор купли-продажи автомобиля марки ВАЗ 2109, VIN: X7D21093050067933, стоимостью 6 тыс. рублей. Кроме того, 24.12.2014 должник (продавец) и Дрыков П.Н. (покупатель) подписали договоры купли-продажи в отношении пяти транспортных средств (ХЕНДАЙ ПОРТЕР 2831-0000010, с VIN: X8928310090DP9017, X8928310090DP9009, X8928310090DP9021, X8928310090DP9026, X8928310090DP9025), стоимостью каждого автомобиля                           200 тыс. рублей.

Согласно карточкам учета транспортных средств, представленных органами ГИБДД, в период с 10.12.2014 по 27.02.2015 спорные транспортные средства перерегистрированы на общество. Определением суда от 24.04.2017 указанные договоры признаны судом недействительными. При этом в судебном заседании по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о признании указанных договоров недействительными, Дрыков П.Н. пояснил, что подписал оспариваемые договоры по просьбе знакомого, с целью переоформить транспортные средства на другое юридическое лицо. Транспортные средства в его владение не поступали, и он ими не распоряжался, денежные средства за них он должнику не уплачивал, при последующем переоформлении транспортных средств на общество денежные средства от указанного юридического лица не получал.

Исходя из вышеизложенного, является обоснованным вывод судов о правомерности требований конкурсного управляющего в части привлечения общества, Озеровой Т.Н. и Озерова Н.В. к субсидиарной ответственности, как лиц, контролирующих должника, а также извлекших выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника.

Окружной суд отклоняет довод подателей жалобы о недоказанности обстоятельств того, что общество, Озерова Т.Н. и Озеров Н.В. являются лицами, контролирующими должника.

Из разъяснений, данных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим. В соответствии с этим правилом, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе, по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

При этом суды установили, что обстоятельства невозможности полного погашения требований кредиторов должника в результате преступных действий Озерова Н.В. по выводу активов установлены приговором суда. Тем же приговором установлено, что общество и Озерова Т.Н. способствовали осуществлению преступного умысла                       Озерова Н.В., реализуя мероприятия по выводу активов. Таким образом, подтверждается, что сделки, совершенные обществом, направлены на вывод имущества должника, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. По сути все совершенные сделки, охвачены единым умыслом Озерова Н.В. на вывод имущества на аффилированных лиц в целях уклонения от обращения взыскания на него. Поскольку общество способствовало осуществлению преступного умысла, и получили выгоду (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), оно подлежит привлечению к субсидиарной ответственности вне зависимости от того, что конкретные сделки, совершенные им, сами по себе, не привели к банкротству должника.

Учитывая, что наличие оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, установлено приговором суда по уголовному делу, суды верно указали на то, что наличие презумпции, предусмотренной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (ущерб от конкретных сделок, совершенных каждым из ответчиков), не требуется. При этом апелляционный суд установил, что в настоящем случае имеет место наличие презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку требования кредиторов третьей очереди, возникшие в результате реализации Озеровым Н.В. преступной схемы, превышают 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди. Приговором суда, в частности, установлено, что задолженность перед ООО «Рубеж безопасности» возникла именно в результате преступных действий Озерова Н.В. В рамках настоящего дела сумма требований ООО «Рубеж безопасности» составляет 1 560 463 403 рублей 50 копеек, что превышает 50% размера требований кредиторов третьей очереди, следовательно, позволяет применить положения подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Кроме того, суды отметили, что ООО «Рубеж безопасности» не является единственным кредитором в рамках настоящего дела, с учетом чего погашение его требований не исключают вины ответчиков за невозможность полного погашения требований кредиторов. Более того, погашение требований одним из поручителей, не освобождает должника от его обязательств, а лишь является основанием для замены кредитора.

Суды, указывая на самостоятельное основание для привлечения Озеровой Т.Н. к субсидиарной ответственности − в связи с не передачей временному управляющему должника Ткаченко И.Г. документов, на основании которых возможно было бы осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, верно исходили из следующего.

Согласно сообщению в ЕФРСБ от 18.08.2015 № 711627, конкурсный управляющий Ткаченко И.Г. провел инвентаризацию дебиторской задолженности, сумма которой по  акту инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами от 12.08.2015 № 1 составила 912 681 768 рублей 35 копеек. При этом Озерова Т.Н. не передала временному управляющему должника Ткаченко И.Г. документы, подтверждающие размер данной дебиторской задолженности. В ходе проведения мероприятий в процедуре конкурсного производства следующим конкурсным управляющим − Кравченко М.И. документы также не обнаружены. При этом суды отметили, что сам по себе тот факт, что в определении Арбитражного суда Ростовской области от 24.09.2015 по делу № А53-3207/2014, которым утвержден конкурсный управляющий Кравченко М.И., указание на необходимость передачи документов должника Ткаченко И.Г., не означает наличие у нее документов, подтверждающих состав и размер дебиторской задолженности 912 681 768 рублей 35 копеек. Озерова Т.Н., указывая на данное обстоятельство в обоснование своей жалобы, не представила доказательств, подтверждающих передачу необходимых документов Ткаченко И.Г. 

При указанных обстоятельствах суды верно исходили из того, что неисполнение Озеровой Т.Н., как руководителем должника, обязанности по передаче документов является основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Доводы кассационных жалоб по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Кодекса. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 20.12.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по делу № А53-3207/2014 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							       Е.В. Андреева

Судьи										       С.М. Илюшников

										       Ю.В. Мацко