АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8933/21 

Екатеринбург

15 декабря 2021 г.

Дело № А71-3957/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 декабря 2021 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С.А.,

судей Тихоновского Ф.И., Шершон Н.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Атлас Кодерс» (далее – общество  «Атлас Кодерс») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2021 по делу № А71-3957/2020 Арбитражного суда Удмуртской Республики.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие  представитель общества «Атлас Кодерс» - ФИО1 (доверенность от 01.12.2021).

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании)  принял участие представитель Федерального государственного унитарного предприятия «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского» – ФИО2 (доверенность от 23.12.2020).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.05.2020 принято к производству заявление акционерного общества «Научно-производственное объединение «Молния» (далее - общество «НПО «Молния») о признании акционерного общества «НПО Высокоточные системы и технологии» (далее - общество «НПО ВСТ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.06.2020 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении общества «НПО ВСТ» введена процедура наблюдения.

Определением суда от 07.07.2020 временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 18.07.2020.

Общество «Атлас Кодерс» 17.08.2020 обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 70 702 404 руб. 62 коп.

Определением суда от 19.08.2020 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4.

Определением суда от 05.07.2021 требование общества «Атлас Кодерс» в размере 70 702 404 руб. 62 коп. долга, процентов за пользование займом включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2021 определение суда первой инстанции от 05.07.2021 изменено. Требование общества «Атлас Кодерс» в размере 70 702 404 руб. 62 коп. долга, процентов за пользование займом признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

В кассационной жалобе общество «Атлас Кодерс» просит определение суда первой инстанции от 05.07.2021 оставить в силе, постановление  суда апелляционной инстанции от 21.09.2021 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права. Общество «Атлас Кодерс» не согласно с выводами суда апелляционной инстанции о субординировании требования; указывает на то, что сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале; действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Общество «Атлас Кодерс» ссылается на то, что ФИО4 даны пояснения, что займы были предоставлены им в инвестиционных целях и в целях недопущения кассового разрыва, представлены доказательства его финансовой возможности предоставить займы, при этом на момент выдачи займов должник являлся платежеспособным, не находился в ситуации имущественного кризиса, большая часть займов должником была погашена, на счета должника поступали денежные средства по государственным контрактам, объем которых составлял от 400 млн. руб. до 1 млрд. руб., размер предоставленных займов по отношению к объему денежных средств, поступающих на расчетные счета должника, являлся незначительным, составлял от 1,5% до 14,76%, судом первой инстанции дана надлежащая оценка данным обстоятельствам, а судом апелляционной инстанции сделаны необоснованные выводы, что заемные денежные средства были направлены на погашение задолженности по ранее выданным кредитам; доказательств выдачи займов участником должника с целью компенсации негативных результатов его воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов не имеется, фактически судом апелляционной инстанции произведена переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции.  Общество «Атлас Кодерс» указывает на то, что является независимым кредитором, приобрело право требование к должнику у ФИО4 по договору уступки, что не запрещено действующим законодательством, и не должно нести ответственность в виде понижения очередности включения его требований в реестр требований кредиторов должника.  

В отзыве на кассационную жалобу Федеральное государственное унитарное предприятие «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского» (далее – предприятие «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского») просит постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда апелляционной инстанции правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийстатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлся единственным акционером общества «НПО ВСТ» с 04.07.2014 по 13.02.2018; с 13.02.2018 (после приведения организационно-правовой формы должника из закрытого акционерного общества в акционерное общество) ФИО4 стал являться акционером должника с 30% доли акций в уставном капитале должника, вторым акционером является общество с ограниченной ответственностью «ТКХ-Групп» (далее – общество «ТКХ-Групп») с 70% доли акций в уставном капитале должника.

Между ФИО4 (займодавец) и обществом «НПО ВСТ» (заемщик) были заключены следующие договоры займа:

- от 29.06.2016 № 54/ДЗ-2016 на сумму 12 697 500 руб. с условиями о предоставлении займа не позднее 01.07.2016, начислении процентов на сумму непогашенного займа 15,5% в год из расчета 365 (6) дней в году со дня получения заемщиком денежных средств по настоящему договору, включая день получения, до дня погашения суммы займа, не включая день возврата, и возврате суммы займа с процентами не позднее 31.12.2016; в соответствии с дополнительным соглашением от 30.12.2016 сторонами установлен новый срок возврата суммы займа - до 01.10.2017;

- от 26.09.2016 № 81/ДЗ-2016 на сумму 30 263 000 руб., с условиями о предоставлении займа не позднее 28.09.2016, начислении процентов на сумму непогашенного займа 15% в год из расчета 365 (6) дней в году со дня получения заемщиком денежных средств по настоящему договору, включая день получения, до дня погашения суммы займа, не включая день возврата, и возврате суммы займа с процентами не позднее 01.04.2017; в соответствии с дополнительным соглашением от 31.03.2017 сторонами установлен новый срок возврата суммы займа - до 01.10.2017;

- от 27.12.2016 № 102/ДЗ-2016 на сумму 1 390 000 руб., с условиями о предоставлении займа не позднее 30.12.2016, начислении процентов на сумму непогашенного займа 15% в год из расчета 365 (6) дней в году со дня получения заемщиком денежных средств по настоящему договору, включая день получения, до дня погашения суммы займа, не включая день возврата, и возврате суммы займа с процентами не позднее 01.04.2017; в соответствии с дополнительным соглашением от 31.03.2017 сторонами установлен новый срок возврата суммы займа - до 01.10.2017;

- от 27.06.2017 № 7/ДЗ-2017 на сумму 33 200 000 руб., с условиями о предоставлении займа не позднее 30.06.2017, начислении процентов на сумму непогашенного займа 15% в год из расчета 365 (6) дней в году со дня получения заемщиком денежных средств по настоящему договору, включая день получения, до дня погашения суммы займа, не включая день возврата, и возврате суммы займа с процентами не позднее 30.06.2018.

ФИО4 обязательства по предоставлению заемных денежных средств исполнены в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 29.06.2016 № 560267 на сумму 12 697 500 руб., от 27.09.2016 № 2658 на сумму 30 263 000 руб., от 28.12.2016 № 04667 на сумму 1 390 000 руб., от 28.06.2017 № 2609 на сумму 33 200 000 руб., и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В ходе исполнения договоров займа должником производился частичный возврат сумм займов.

При этом погашение части суммы займа по договору от 27.09.2016 № 81/ДЗ-2016 за общество «НПО ВСТ» было произведено акционерным обществом «ТрансКомплектХолдинг» (далее - общество «ТКХ») в соответствии с платежными поручениями от 01.08.2019 № 1374, от 02.10.2019 № 1903 на общую сумму 20 000 000 руб.; в назначении платежа также указано, что оплата задолженности производится в счет выдачи средств по договору займа от 29.11.2018 № 28/ДЗ, заключенному между обществом «ТКХ» и обществом «НПО ВСТ».

Перечисление сумм по договорам займа произведено со счетов физического лица ФИО4, частичный возврат сумм также производился на данные счета.

В связи с неисполнением обязательств по договорам займа у общества «НПО ВСТ» перед  ФИО4 образовалась задолженность в общем размере 70 702 404 руб. 62 коп., в том числе 40 070 500 руб. основного долга, 30 631 904 руб. 62 коп. проценты за пользование займами.

ФИО4 (цедент) заключил с обществом «Атлас Кодерс» (цессионарий) договор об уступке права требования (цессии) от 11.03.2020, в соответствии с которым цедент передал, а цессионарий принял права требования к должнику - обществу «НПО ВСТ», вытекающие из следующих договоров займа от 29.06.2016 № 54/ДЗ-2016; от 26.09.2016 № 81/ДЗ-2016; от 27.12.2016 № 102/ДЗ-2016; от 27.06.2017 № 7/ДЗ-2017.

По расчету кредитора с учетом частичного погашения задолженности по договорам займа задолженность общества «НПО ВСТ» на дату введения процедуры наблюдения составила:

- по договору от 29.06.2016 № 54/ДЗ-2016 - 2 229 858 руб. 96 коп., из которых сумма основного долга - 0 руб., сумма процентов - 2 229 858 руб. 96 коп.;

- по договору от 26.09.2016 № 81/ДЗ-2016 - 22 979 176 руб. 74 коп., из которых сумма основного долга - 8 924 020 руб. 95 коп., сумма процентов - 14 055 155 руб. 79 коп.;

- по договору от 27.12.2016 № 102/ДЗ-2016 - 244 481 руб. 43 коп., из которых сумма основного долга - 0 руб., сумма процентов - 244 481 руб. 43 коп.;

- по договору от 27.06.2017 № 7/ДЗ-2017 - 45 248 887 руб. 49 коп., из которых сумма основного долга - 31 146 479 руб. 05 коп., 14 102 4008 руб. 44 коп. – сумма  процентов.

Итого, общая сумма задолженности составила 70 702 404 руб. 62 коп., в том числе 40 070 500 руб. основного долга и 30 631 904 руб. 62 коп. процентов за пользование займами.

Определением арбитражного суда от 14.05.2020 возбуждено дело о банкротстве общества «НПО ВСТ»; определением суда от 18.06.2020 в отношении общества «НПО ВСТ» введена процедура наблюдения.

Общество «Атлас Кодерс» предъявило требование о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 70 702 404 руб. 62 коп., в том числе 40 070 500 руб. основного долга и 30 631 904 руб. 62 коп. процентов за пользование займами. 

Судами исследованы представленные в обоснование заявленных требований доказательства и установлено, что материалами дела подтверждено наличие и размер предъявленной задолженности в сумме 70 702 404 руб. 62 коп. В названной части судебные акты не оспариваются и не подлежат проверке судом кассационной инстанции.

Предприятием «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского» были заявлены возражения относительно предъявленных обществом «Атлас Кодерс» требований, указано на аффилированность должника и первоначального кредитора - ФИО4, на то, что предъявленное требование следует квалифицировать как компенсационное финансирование, нахождение требования такого аффилированного лица в реестре кредиторов наравне с требованиями независимых кредиторов недопустимо и противоречит целям конкурсного производства.

Суд первой инстанции отклонил доводы предприятия «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского» и включил требование общества «Атлас Кодерс» в третью очередь реестра требований кредиторов должника, указав на отсутствие оснований для понижения очередности их удовлетворения.

При этом, отклоняя доводы предприятия «Машиностроительный завод имени Ф.Э. Дзержинского, суд первой инстанции исходил из того, что должником опровергнуты доводы о предоставлении займов в условиях финансового кризиса последнего, с учетом того, что заявление о признании должника банкротом поступило в суд 17.04.2020, то есть по истечении почти трех лет с момента выдачи займов; у должника имелись заключенные в период с 2013-2016 годов государственные контракты со сроком исполнения в 2013-2018 годах; в период с 2014 по 2015 годов имелись заключенные государственные контракты с Министерством обороны Российской Федерации с ценой контрактов от 400 млн руб. до 1 млрд руб.; государственные контракты заключались на выполнение работ на три-четыре года, в связи с чем финансирование по контрактам распределялось на три-четыре года, следовательно, должник, исполняя государственные контракты, рассчитывал на поступление денежных средств в период с 2013 по 2018 годы; часть денежных средств, полученных по договорам займа, были направлены на расчеты с контрагентами, в том числе на обеспечение по государственным контрактам, так как некоторые государственные контракты предусматривали размещение денежных средств на депозит «овернайт»; должник производил частичное погашение задолженности по займам, по двум договорам остались неуплаченными только проценты, а по договору займа от 26.09.2016 № 81/ДЗ-2016 при сумме займа в размере 30 263 000 руб. остаток долга составляет 8 924 020 руб. 95 коп.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, пришел к иным выводам – о наличии оснований для субординирования требования общества обществом «Атлас Кодерс» и признал, что требование общества «Атлас Кодерс» в размере 70 702 404 руб. 62 коп. подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходя из следующего.

Судебной практикой выработан правовой подход о необходимости применения повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления об установлении требований аффилированного с должником кредитора. В подобных случаях суд проводит более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с требованиями независимых кредиторов. Основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305- ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Обществом «Атлас Кодерс» предъявлены для включения в реестр требований кредиторов общества «НПО ВСТ» требования, вытекающие из четырех договоров займа, заключенных  должником с ФИО4, займы были предоставлены должнику аффилированным лицом (единственным акционером). 

Верховным судом Российской Федерации указано, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), предоставление контролирующим должника лицом компенсационного финансирования (в условиях имущественного кризиса либо посредством отказа от принятия мер к истребованию задолженности в условиях имущественного кризиса) влечет отнесение на такое лицо всех, связанных с указанным, рисков, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

В пункте 3.1 названного выше Обзора разъяснено, что при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Как разъяснено в Обзоре от 29.01.2020, сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале (абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве). Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника (например, при предоставлении займа на льготных условиях, подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа, не принятие мер к его истребованию займа).

Кроме того, необходимо учитывать, что пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же акционер осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Поэтому в ситуации, когда одобренный акционером план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО4 и должник давали пояснения об обстоятельствах предоставления займов единственным акционером должника и расходовании заемных средств, с предоставлением соответствующих доказательств (л.д. 6-8, 9-24, 54-57 т. 2; л.д. 50-55, 81-83, 84-171 т. 3; л.д. 11-13, 14-45 т. 4).

В частности, ФИО4 пояснял, что займы были им предоставлены в инвестиционных целях.

При этом из представленных доказательств усматривается, что практически все заемные денежные средства были направлены на погашение процентов по трем кредитным договорам, заключенным в 2015 - 2016 годах (от 29.12.2015 № 5285-15 НКЛ, от 01.03.2016 № 620-16/НКЛ, от 01.06.2016 № 2192-16/НКЛ), а на текущую производственную деятельность было направлено менее 1% заемных денежных средств.

Учитывая данные обстоятельства, принимая во внимание, что ни должник, ни ФИО4 не раскрыли, в чем именно содержалась инвестиционная составляющая при финансировании должника его единственным акционером, какие инвестиционные проекты реализовывал должник, тогда как из материалов дела видно, что должник являлся исполнителем государственных контрактов, которые обычно подразумевают частичное авансирование работ и поэтапную оплату по договору, не представлено обоснование того, по какой причине должник привлекал заемные средства единственного акционера и направлял их на погашение процентов по кредитным договорам, если у должника, согласно его утверждениям, на счетах общества было достаточно денежных средств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что должник испытывал недостаток собственных оборотных средств для обслуживания своих текущих обязательств перед контрагентами.

Судом апелляционной инстанции также учтено, что на момент предоставления должнику займов по четырем вышеуказанным договорам у должника имелись неисполненные обязательства перед внешними кредиторами, в частности перед предприятием «Машзавод им Ф.Э.Дзержинского» на сумму более 198 млн руб., требования которого в размере порядка 117 млн руб. в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника, имелась задолженность перед обществом «НПО «Молния» по договору от 10.03.2015 № 05/2015М в размере более 38 млн руб. и договору от 04.04.2016 № 1415187114922020104000978/39/ДП-2016 более 20 млн руб.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что частичное погашение задолженности по договорам займа, наличие заключенных  государственных контрактов не может с достаточной степенью обосновывать наличие у должника стабильного финансового положения с учетом также того, что к договорам займа подписаны дополнительные соглашения о продлении сроков возврата займов, погашение части суммы займа в размере 20 000 000 руб. произведено за должника обществом «ТКХ», требований о возврате займов и уплате процентов  акционером должника не предъявлялись. В отсутствие анализа данных по годам об ожидаемых поступлениях, о размере обязательств неисполненных и планируемых для обеспечения исполнения по новым государственным контрактам само по себе наличие заключенных государственных контрактов, по которым ожидалось поступление в том числе и в 2018 году, а также ссылка на общую стоимость контрактов, не является убедительным опровержением довода независимого кредитора о том, что займы были предоставлены должнику его единственным акционером в условиях финансового кризиса и недостаточности у предприятия оборотных средств.

В соответствии с разъяснениями пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Оценивая в совокупности данные обстоятельства, учитывая, что ни должник, ни третье лицо ФИО4 не предоставили объяснений по поводу того, в связи с чем сторонами договоров займа был установлен новый срок возврата займов и почему не принимали меры к истребованию займов, суд апелляционной инстанции признал, что подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа, а также непринятие контролирующим должника лицом мер к истребованию не возвращенных сумм займов и процентов после наступления согласованного в договоре срока возвратов займов по существу признается формой финансирования должника и расценивается как поведение, обусловленное тем, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют убедительные доказательства того, что предоставление ФИО4 подконтрольному обществу займов по четырем договорам, являлось открытым инвестированием денежных средств и не являлось скрытым компенсационным финансированием, предоставленным в условиях тяжелого финансового положения должника.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, о том, что общество «Атлас Кодер» является независимым кредитором, приобрело право требование к должнику у ФИО4 по договору уступки, что не запрещено действующим законодательством, и не должно нести ответственность в виде понижения очередности включения его требования в реестр требований кредиторов должника, не принимаются. 

Суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что для правильного разрешения спора значение имеет правовое положение первоначального кредитора - заимодавца, а не лица, которое приобрело право требование к должнику по договору цессии,  поскольку первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; в данном случае общество «Атлас Кодерс» в соответствии с законом не имело каких-либо дополнительных прав по сравнению с правами третьего лица ФИО4, поэтому уступка контролировавшим должника лицом требования обществу - внешне независимому кредитору - не изменила очередность его удовлетворения. Данный подход закреплен разъяснениями пункта 7 Обзора от 29.01.2020.

Установив данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции правомерно применил по отношению к требованию кредитора понижение очередности его удовлетворения, указав, что требование общества «Атлас Кодерс» в размере 70 702 404 руб. 62 коп. подлежит учету в реестре требований кредиторов должника, но подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). 

Вопреки доводам кассационной жалобы судом апелляционной инстанции  полно и всесторонне рассмотрены требования общества «Атлас Кодерс» и возражения предприятия «Машзавод им Ф.Э.Дзержинского», оценены представленные в их обоснование доказательства.  Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.       

Приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки суда апелляционной инстанции, получили исчерпывающую правовую оценку, её обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права при принятии обжалуемого судебного акта, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений судом апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2021 по делу № А71-3957/2020 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Атлас Кодерс» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийС.А. Сушкова 

СудьиФ.И. Тихоновский 

                                              Н.В. Шершон