Дело № А38-1681/2018

22 августа 2018 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.08.2018. 

Постановление

 в полном объеме изготовлено 22.08.2018.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Смирновой И.А.,

судей Кириловой Е.А., Протасова Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Залит Я.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл 

на решение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.05.2018 

по делу № А38-1681/2018, 

принятое судьей Камаевой А.В. 

по заявлению публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» 

о признании  недействительными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл от 29.01.2018 по делу № 02-12/02-18,

при участии:

от публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» –                       ФИО1 по доверенности от 01.06.2018 № 21, ФИО2 по доверенности от 1.06.2018 № 20,

 

и установил:

 

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» (далее Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением о признании  недействительными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл (далее – Управление, антимонопольный орган) от 29.01.2018 по делу                   № 02-12/02-18.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Технология» (далее – ООО «Технология»).

Решением от 21.05.2018 Арбитражный суд Республики Марий Эл удовлетворил требования заявителя.

Управление не согласилось с решением арбитражного суда первой инстанции и обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить по основаниям, изложенным в жалобе, и принять по делу новый судебный акт. 

Представители Общества в судебном заседании и в отзыве на апелляционную жалобу просили оставить ее без удовлетворения, решение суда первой инстанции - без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, Управление заявило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.05.2018 проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном в статье 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, выслушав представителей Общества, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого решения.

Как усматривается из материалов дела и установил суд первой инстанции, Обществом объявлен открытый одноэтапный конкурс на право заключения рамочных соглашений об участии в конкурентных процедурах на право заключения договоров на проектно-изыскательские работы по объектам 35 кВ и выше (ВЛ, КЛ и ПС) по ИПР 2017-2020 г.г. для нужд Общества - филиал Мариэнерго. 

03.11.2017 на официальном сайте были опубликованы извещение                      № 31705705707 о проведении открытого конкурса и конкурсная документация, утвержденная директором филиала «Мариэнерго».

Открытый одноэтапный конкурс на право заключения рамочных соглашений об участии в конкурентных процедурах на право заключения договоров на проектно-изыскательские работы по объектам 35 кВ и выше (ВЛ, КЛ и ПС) по ИПР 2017-2020 г.г. для нужд Общества - филиал Мариэнерго проведен в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Федеральный закон № 223-ФЗ).

Согласно протоколу от 23.11.2017 № 26-21/79/1-3/17 заседания конкурсной комиссии по вскрытию поступивших на конкурс № 916875 конвертов на конкурс было представлено 15 заявок.

Из протокола от 28.12.2017 № 26-21/79/2-3/17 заседания конкурсной комиссии по рассмотрению заявок и подведению итогов следует, что 10 заявок участников признаны несоответствующими и отклонены, в том числе заявка ООО «Технология» - на основании подпункта 3.9.2.4.(в) конкурсной документации как не отвечающая требованиям подпункта 3.3.1.2.(g) конкурсной документации.

09.01.2018 ООО «Технология» обратилось в антимонопольный орган с жалобой на действия конкурсной комиссии, указав, что конкурсная комиссия необоснованно отклонила его заявку без рассмотрения по существу; заказчик 27.12.2017 разместил новую редакцию закупочной документации и не продлил сроки подачи заявок на участие в закупке.

В дополнении от 12.01.2018 ООО «Технология» изложило доводы о нарушении заказчиком Единого стандарта закупок ПАО «Россети» (положение о закупке), утвержденного Советом директоров ПАО «Россети» (протокол от 30.10.2015 № 206) (далее - Единый стандарт), и Федерального закона № 223-ФЗ в части несоответствия требования о наличии опыта работы цене рамочного соглашения, невозможности его соотнести с обязательствами каждого отдельного победителя закупки. Кроме того, по мнению ООО «Технология», представление информации о цепочке собственников участника закупки не влияет на исполнение обязательств по договору и установление такого требования не соответствует Единому стандарту и Федеральному закону № 223-ФЗ.

По результатам рассмотрения указанной жалобы в порядке части 11 статьи 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) Комиссией по контролю в сфере проведения торгов Управления принято решение от 29.01.2018 по делу № 02-12/02-18, которым жалоба ООО «Технология» признана обоснованной (пункт 1); действия Общества - нарушением части 1 статьи 2, пункта 2 части 1, части 6 статьи 3, пунктов 3, 4, 5 части 9, пунктов 1, 4, 5 части 10 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ, пункта 8.1.5.2, подпункта «л» пункта 8.1.1.1, подпункта 8.1.9.3 пункта 8.1.9 Единого стандарта; приняты решения выдать Обществу обязательное для исполнения предписание (пункт 3) и передать уполномоченному должностному лицу материалы дела для возбуждения административного производства (пункт 4).

Кроме того, предписанием от 29.01.2018 Обществу предложено устранить нарушения, для чего в срок до 20.02.2018 совершить одно из следующих действий:1) отменить все протоколы, составленные в ходе проведения открытого конкурса на право заключения рамочных соглашений об участии в конкурентных процедурах на право заключения договоров на проектно-изыскательские работы по объектам 35 кВ и выше (ВЛ, КЛ и ПС) по ИПР 2017-2020 г.г. для нужд Общества - филиал Мариэнерго (916875) (извещение на официальном сайте 31705705707 от 03.11.2017); внести изменения в документацию вышеназванного открытого конкурса в соответствии с требованиями действующего законодательства, а также Единого стандарта закупок ПАО «Россети»; продлить сроки подачи заявок на участие в вышеуказанном открытом конкурсе; в течение одного дня со дня принятия решения о внесениИ изменений в документацию об открытом конкурсе разместить такие изменения на официальном сайте; в течение двух рабочих дней со дня принятия решения о внесении изменений в документацию об открытом конкурсе направить информацию о таких изменениях всем участникам закупки, подавшим заявки на участие в вышеуказанном конкурсе; 2) отменить открытый конкурс на право заключения рамочных соглашений об участии в конкурентных процедурах на право заключения договоров на проектно-изыскательские работы по объектам 35 кВ и выше (ВЛ, КЛ и ПС) по ИПР 2017-2020 г.г. для нужд Общества - филиал Мариэнерго (916875) (извещение на официальном сайте 31705705707 от 03.11.2017) в случае, если отсутствует необходимость в проведении данной закупки.

Общество не согласилось с решением и предписанием Управления и обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона № 223-ФЗ целями регулирования данного Федерального закона являются обеспечение единства экономического пространства, создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в части 2 данной статьи (далее - заказчики), в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективное использование денежных средств, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг (далее также - закупка) для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений.

Контроль за соблюдением требований Федерального закона № 223-ФЗ осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (статья 6 Федерального закона № 223-ФЗ).

В статье 18.1 Закона о защите конкуренции установлен порядок рассмотрения антимонопольным органом жалоб на нарушение процедуры торгов и порядка заключения договоров.

В соответствии с правилами указанной статьи антимонопольный орган рассматривает жалобы на действия (бездействие) юридического лица, организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии при организации и проведении торгов, заключении договоров по результатам торгов или в случае, если торги, проведение которых является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, признаны несостоявшимися, а также при организации и проведении закупок в соответствии с Федеральным законом                       № 223-ФЗ, за исключением жалоб, рассмотрение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации о контрактной   системе   в   сфере   закупок   товаров,   работ,   услуг   для   обеспечения государственных и муниципальных нужд (пункт 1 части 1 статьи 18.1 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, статья 18.1 Закона о защите конкуренции регламентирует только порядок действий антимонопольного органа (процедуру) при рассмотрении жалоб участников закупок, осуществляемых в соответствии с Федеральным законом № 223-ФЗ, но не определяет основания компетенции (полномочия) антимонопольного органа.

Эти основания установлены в части 10 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ (в редакции с 01.01.2018), согласно которой антимонопольные органы рассматривают жалобы участников закупки на действия (бездействие) заказчика в следующих случаях: осуществление заказчиком закупки с нарушением требований данного Федерального закона и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика; неразмещение в единой информационной системе положения о закупке, изменений, внесенных в указанное положение, информации о закупке, информации и документов о договорах, заключенных заказчиками по результатам закупки, а также иной информации, подлежащей в соответствии с названным Федеральным законом размещению в единой информационной системе, или нарушение сроков такого размещения; 3) предъявление к участникам закупки требований, не предусмотренных документацией о конкурентной закупке; осуществление заказчиками закупки товаров, работ, услуг в отсутствие утвержденного и размещенного в единой информационной системе положения о закупке и без применения положений Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», предусмотренных частью 8.1 настоящей статьи, частью 5 статьи 8 указанного Федерального закона, включая нарушение порядка применения указанных положений; неразмещение в единой информационной системе информации или размещение недостоверной информации о годовом объеме закупки, которую заказчики обязаны осуществить у субъектов малого и среднего предпринимательства.

Поскольку доводы ООО «Технология», изложенные в жалобе и дополнении к ней, содержали возражения относительно недопуска к участию в конкурсе ввиду нарушения заказчиком Федерального закона                       № 223-ФЗ и Единого стандарта, его жалоба обосновано была принята Управлением к рассмотрению по правилам статьи 18.1 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона                       № 223-ФЗ при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, названным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 указанной статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки (положение о закупке).

При закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются принципами, установленными в Федеральном законе № 223-ФЗ, в том числе принципом равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки (пункт 2 части 1 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ).

В силу части 2 статьи 2 Федерального закона № 223-ФЗ положение о закупке является документом, который регламентирует закупочную деятельность заказчика и должен содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения.

В пункте 3 части 10 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ предусмотрено, что в документации о закупке должны быть указаны сведения, определенные положением о закупке, в том числе требования к описанию участниками закупки поставляемого товара, который является предметом закупки, его функциональных характеристик (потребительских свойств), его количественных и качественных характеристик, требования к описанию участниками закупки выполняемой работы, оказываемой услуги, которые являются предметом закупки, их количественных и качественных характеристик. 

В документации о закупке также должны быть установлены требования к участникам закупки и перечень документов, представляемых участниками закупки для подтверждения их соответствия установленным требованиям, критерии оценки и сопоставления заявок на участие в закупке, а также порядок оценки и сопоставления заявок на участие в закупке (пункты 9, 12, 13 части 10 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ).

Федеральный закон № 223-ФЗ не содержит закрытого перечня требований, которые могут предъявляться к участникам и предмету закупки, либо прямого запрета на применение к ним какого-либо требования. Заказчик должен определять их в соответствии с основными целями Федерального закона № 223-ФЗ, в том числе создавая условия для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективного использование денежных средств, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 28.12.2010                 № 11017/10 по делу № А06-6611/2009, основной задачей законодательства, устанавливающего порядок проведения торгов, является не столько обеспечение максимально широкого круга участников аукциона, сколько выявление в результате торгов лица, исполнение договора которым в наибольшей степени будет отвечать потребностям заказчика и целям эффективного использования денежных средств в условиях добросовестной конкуренции.

Таким образом, как верно указал суд, законодатель наделил заказчика правом самостоятельно устанавливать требования к претендентам, к составу их заявок и определять перечень документов, представляемых претендентами для подтверждения их соответствия установленным в документации требованиям, руководствуясь собственными потребностями.

Суд установил, что Приложением 4 к Единому стандарту установлены минимально допустимые требования к участникам, включаемые в документацию о закупке.

Перечень документов, требуемых для оценки соответствия заявок установленному требованию и краткая информация о методике оценки, приведены в приложении 1 к Типовым требованиям (Приложение 4 к Единому стандарту), который в частности включает наличие опыта выполнения аналогичных работ и наличие необходимых материально-технических ресурсов для исполнения договора (включая специализированное ПО).

При этом в Едином стандарте установлены условия соответствия установленным требованиям по опыту выполнения аналогичных работ - наличие за последние 3 года не менее 1 завершенного аналогичного по выполняемым поставкам, работам, услугам (в том числе объемам поставок, работ, услуг) и общей сумме договора. Для ГП и ПИР на объекте, классом напряжения не более чем на 1 класс ниже объекта закупки, в качестве генподрядчика (генпроектировщика) либо субподрядчика (соисполнителя). В качестве аналогичных объектов может рассматриваться выполнение работ по созданию внутренних энергосистем для энергоснабжения крупных промышленных предприятий.

В подпункте «f» пункта 3.3.1.2 конкурсной документации установлено, что для того чтобы претендовать на победу в конкурсе и получение права заключить рамочное соглашение, участник должен иметь опыт выполнения аналогичных работ в течение 2015, 2016 и 2017 годов в объеме не менее 30 млн. руб. с НДС. Под аналогичными договорами понимаются договоры на выполнение работ по проектированию электросетевых объектов 35 кВ и выше. Объем аналогичных работ, выполненный организациями, учредители (акционеры) которых входят в состав организации-претендента, будет считаться как единый.

Согласно подпункту «g» пункта 3.3.1.2 конкурсной документации участник конкурса должен иметь ресурсные возможности для выполнения работ в филиале «Мариэнерго» Общества и подтвердить документально, а именно: наличие собственного или арендованного офисного помещения (документально подтверждено: свидетельство о собственности, договор на право пользования); наличие достаточного количества аппаратного обеспечения, в том числе оборудования для печати и сканирования форматов А4-А0, программного обеспечения «Система автоматизированного проектирования» (PLS-CADD, avtoCAD), программного комплекса для составления сметной документации (Гранд смета, Smeta.RU), оборудованных рабочих мест инженера-проектировщика с учетом указанного ниже численного состава персонала; численный и квалификационный состав собственного персонала не менее 30 человек.

Оценив позицию антимонопольного органа о том, что такие требования не связаны с конкретным объемом работ, являющихся предметом контракта, определены заказчиком произвольно, без необходимого документального подтверждения, суд правомерно признал ее несостоятельной.

Так, предметом спорного конкурса является право заключения рамочных соглашений об участии в конкурентных процедурах на право заключения договоров на проектно-изыскательские работы. Из содержания извещения о проведении открытого конкурса и конкурсной документации следует, что начальная (максимальная) цена конкурса заказчиком не определена. 

Суд в том числе исходя из разъяснений Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона № 223-ФЗ, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018, признал, что с учетом специфики проводимой закупки указание в документации о закупке сведений о цене договора не в фиксированном числовом значении не является нарушением положений пункта 5 части 10 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ. 

По результатам оценки заявок конкурсная комиссия определяет не менее 3 победителей, заявки которых признаны соответствующими требованиям конкурсной документации и которые способны в надлежащие сроки и с надлежащим качеством выполнять работы согласно предмету закупок (пункт 3.10.1 конкурсной документации).

Лица, с которыми будут заключены договоры на проектно-изыскательские работы, будут определены посредством запроса цен среди победителей рассматриваемого конкурса. В соответствии с пунктом 3.1 проекта договора объемы, номенклатура работ, услуг, поставок и временные сроки в рамках каждого договора определяются заказчиком самостоятельно в документации по запросу цен.

Согласно инвестиционной программе филиала «Мариэнерго» Общества планируемый объем выполнения ПИР по объектам 35кВ и выше на 2018-2020 годы составляет около 30 млн. руб. Анализ работы за                    2015-2017 годы, проведенный заказчиком, показал, что в среднем филиалом заключаются договоры на выполнение проектных и изыскательских работ по объектам 35кВ и выше на сумму около 30 млн. руб.

Требования организатора конкурса о наличии у претендентов опыта выполнения работ в объеме не менее 30 млн. руб., ресурсных возможностей для выполнения работ обусловлены тем, что предметом закупки является выполнение проектно-изыскательских работ на объектах, которые являются источниками повышенной опасности. Повышенные требования к участникам закупки направлены на безопасную работу объектов электросетевого хозяйства Общества.

Как верно указал суд, Федеральный закон № 223-ФЗ не обязывает заказчиков допускать к участию в закупке всех хозяйствующих субъектов, имеющих намерение получить прибыль в результате заключения договора. Иное противоречило бы принципу целевого и экономически эффективного расходования денежных средств, сокращения издержек заказчика, закрепленному в пункте 3 части 1 статьи 3 Федерального закона                       № 223-ФЗ и предполагающему наличие у заказчика права на установление в закупочной документации способствующих тому требований к участникам закупки.

Опыт работы и наличие материальных ресурсов претендента для исполнения договора позволяют судить о его квалификации и способности выполнить объем работ, предусмотренный закупочной документацией, в связи с чем использование названных критериев допуска к участию в закупке является обоснованным.

Принцип равноправия, установленный пунктом 2 части 1 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ, предполагает недопустимость предъявления различных требований к участникам закупки, находящимся в одинаковом положении, в отсутствие к тому причин объективного и разумного характера.

Установленные заказчиком требования в равной мере применяются ко всем участником закупки и, следовательно, не приводят к исключению из числа участников закупки хозяйствующих субъектов по причинам, не связанным с обеспечением удовлетворения потребностей заказчика. Такие критерии позволяли сопоставить поданные заявки на предмет их соответствия требованиям, предъявляемым заказчиком для достижения цели договора, и были направлены на выбор не менее 3 победителей конкурса.

Сама по себе невозможность участия в закупке отдельных хозяйствующих субъектов, не отвечающих предъявленным заказчиком требованиям, также не означает, что действия заказчика повлекли необоснованное ограничение конкуренции.

Поскольку требования, установленные заказчиком в целях исключения риска неисполнения договора, в равной мере относятся ко всем хозяйствующим субъектам, имеющим намерение принять участие в закупке, не приводят к нарушению антимонопольных запретов, суд правомерно признал отсутствующими в действиях заказчика нарушения части 1 статьи 2, пункта 2 части 1, части 6 статьи 3 Федерального закона                 № 223-ФЗ.

При этом суд обоснованно посчитал противоречивой позицию антимонопольного органа о том, что заявка ООО «Технология» правомерно не допущена к участию в конкурсе, так как заявленное участником закупки программное обеспечение nanoCad версия 5.1 не соответствует требуемому заказчиком в конкурсной документации программному обеспечению (PLS-CADD, avtoCAD), однако требование заказчика к наличию ресурсных возможностей для выполнения работ не соответствует положениям действующего законодательства, что также подтверждает незаконность выводов Управления.

Кроме того, по мнению Управления, установление в конкурсной документации требования о предоставлении сведений в отношении всей цепочки собственников участника, а также конечных бенефициаров нарушает часть 1 статьи 2, пункт 2 части 1 статьи 3 Федерального закона                 № 223-ФЗ.

Арбитражный суд обоснованно посчитал, что установленное организатором конкурса требование не противоречит Федеральному закону № 223-ФЗ.

Как следует из материалов дела и установил суд, согласно подпункту «j» пункта 3.3.1.2 конкурсной документации участник должен предоставить сведения в отношении всей цепочки его собственников, включая конечных бенефициаров (подпункты 2.4.1.1.10, 2.4.1.1.11).

В подпункте «е» пункта 3.3.2.1 конкурсной документации определено, что участник закупочной процедуры должен включить в состав заявки документы, подтверждающие его соответствие требованиям, указанным в пункте 3.3.1 документации, в том числе информацию о собственниках участника, включая конечных бенефициаров.

По утверждению заказчика, данное требование включено в документацию в целях исполнения поручения Председателя Правительства Российской Федерации ФИО3 от 28.12.2011 № ВП-П13-9308 «О раскрытии контрагентами информации о собственниках», в соответствии с которым организации (крупнейшие инфраструктурные компании с государственным участием, в том числе и ОАО «Холдинг МРСК», по отношению к которому Общество являлось дочерним зависимым обществом) в целях обеспечения прозрачности финансово-хозяйственной деятельности обязаны при проведении предконтрактной работы, в том числе по подготовке к подписанию новых договоров, в качестве необходимого условия для заключения договора предусмотреть раскрытие контрагентом информации в отношении всей цепочки собственников, включая бенефициаров (в том числе, конечных) с подтверждением соответствующими документами.

Аналогичное требование также содержится в пункте 4.6.10 Единого стандарта, согласно которому в любом случае заказчик должен установить требование о представлении участниками закупок сведений в отношении всей цепочки их собственников, включая бенефициаров (в том числе конечных) в соответствии с формой представления участниками закупок сведений в отношении всей цепочки его собственников, включая бенефициаров (в том числе конечных).

Как правомерно посчитал суд, признавая обоснованной жалобу ООО «Технология» в части неправомерного запроса сведений в отношении владельцев бизнеса и бенефициаров, антимонопольный орган не учел, что участником в составе заявки были предоставлены сведения обо всей цепочке его собственников, включая конечных бенефициаров, согласно требованиям пункта 3.3.2.1 конкурсной документации. При этом ООО «Технология» до окончания срока приема заявок не обращалось за разъяснениями конкурсной документации, не обжаловало положения Единого стандарта и конкурсной документации, а напротив, подав заявку, подтвердило свое согласие с условиями и требованиями конкурса и заявило об их неправомерности только после отклонения его заявки по другим основаниям.

В данном случае спорные требования были установлены заказчиком для всех участников конкурса, все участники требуемые сведения представили, следовательно, заказчиком было обеспечено равноправие, справедливость, отсутствие дискриминации и необоснованного ограничения конкуренции по отношению к участникам. 

Следовательно, как верно признал суд, нарушения части 1 статьи 2, пункта 2 части 1 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ отсутствуют.

При этом суд правомерно признал ошибочной позицию антимонопольного органа о том, что данная информация может быть запрошена на стадии подписания договора, а не на этапе подачи заявок. Такой подход может привести к неправомерному допуску к участию в конкурсе аффилированных с заказчиком лиц.

Несостоятельной признана и позиция Управления о нарушении Обществом пункта 8.1.5.2 Единого стандарта в части изменения даты подведения итогов процедуры без продления срока подачи заявок.

Так, в соответствии с пунктом 7 части 9 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ в извещении о закупке должны быть указаны в том числе сведения о месте и дате рассмотрения предложений участников закупки и подведения итогов закупки.

Как установлено в пункте 8.1.5.2 Единого стандарта, до окончания срока подачи конкурсных заявок организатор конкурса по согласованию с заказчиком (если организатор конкурса и заказчик - разные лица) может по любой причине внести изменения в извещение, конкурсную документацию.

В извещении о проведении открытого конкурса установлен срок для подачи заявок с 03.11.2017 по 23.11.2017, а также указано, что организатор торгов проведет процедуру публичного вскрытия конвертов на сайте ЭТП 23.11.2017 в 13-00; предполагается (предварительно), что подведение итогов конкурса по определению лучших заявок будет осуществлено 12.12.2017; организатор вправе, при необходимости, изменить данный срок.

Суд установил, что процедура вскрытия конвертов состоялась в указанный в извещении срок - 23.11.2017, о чем составлен протокол                               № 26-21/79/1-3/17, в котором указаны наименования и адреса всех претендентов на участие в конкурсе, а также предмет заявки каждого из претендентов.

После вскрытия заявок на участие в конкурсе заказчиком неоднократно вносились изменения в извещение и документацию в части изменения сроков подведения итогов. Уведомления о переносе сроков подведения итогов конкурса размещались на электронной торговой площадке.

Итоги процедуры закупки подведены 28.12.2017, что подтверждается протоколом заседания конкурсной комиссии по рассмотрению заявок и подведению итогов № 26-21/79/2-3/17.

Единый стандарт заказчика (пункт 11 формы «Извещение о проведении открытого конкурса» - Приложение 6 к Единому стандарту) предусматривает возможность внесения изменений в конкурсную документацию в части изменения именно срока подведения итогов.

Возможность изменения данного срока также предусмотрена пунктом 11 извещения о проведении открытого конкурса.

Поскольку изменение срока подведения итогов конкурса после вскрытия конвертов с заявками предусмотрено Единым стандартом, конкурсной документацией и не запрещено Федеральным законом                       № 223-ФЗ,  изменение срока подведения итогов конкурса было фактически связано с большим количеством заявок и объемом представленных в их составе документов, суд с учетом анализа приведенных обстоятельств правомерно признал, что изменение даты подведения итогов закупки после вскрытия конвертов с заявками без продления срока подачи заявок не привело к  нарушению прав участников конкурса.

Напротив, продление срока подачи заявок на участие после вскрытия конвертов и публикации протокола с данными претендентов нарушило бы основные принципы Федерального закона № 223-ФЗ и Закона о защите конкуренции, поставив в заведомо неравные условия претендентов, уже подавших заявки, и будущих потенциальных участников.

При этих условиях суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях Общества нарушения пункта 8.1.5.2 Единого стандарта и Федерального закона  № 223-ФЗ.

С учетом изложенного выводы Управления об обоснованности жалобы ООО «Технология» и нарушении заказчиком части 1 статьи 2, пункта 2 части 1, части 6 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ и пункта 8.1.5.2 Единого стандарта не соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Кроме того, суд признал, что антимонопольный орган принял оспариваемое решение с превышением полномочий, определенных частью 13 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ, выявив в рамках рассмотрения жалобы ООО «Технология» другие нарушения в действиях заказчика.

В частности, в соответствии с указанной нормой, введенной Федеральным законом от 31.12.2017 № 505-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», рассмотрение жалобы антимонопольным органом должно ограничиваться только доводами, составляющими предмет обжалования.

По смыслу жалобы ООО «Технология», участник закупки был не согласен с комиссией заказчика в том, что его заявка была признана несоответствующей требованиям конкурсной документации.

В данном случае при рассмотрении жалобы Управление установило, что заявленное участником закупки программное обеспечение nanoCad версия 5.1 не соответствует требуемому заказчиком в конкурсной документации программному обеспечению (PLS-CADD, avtoCAD). Таким образом, заявка ООО «Технология» не отвечала требованиям подпункта «g» пункта 3.3.1.2 конкурсной документации. 

Основания отклонения заявки данного участка, отраженные в протоколе заседания конкурсной комиссии по рассмотрению заявок и подведению итогов от 28.12.2017 № 26-21/79/2-3/17, полностью соответствуют фактическим обстоятельствам, а следовательно, жалоба ООО «Технология» в указанной части необоснованна.

Все остальные доводы, изложенные в жалобе и дополнении к ней, касались положений конкурсной документации и не нарушали права участника конкурса, поскольку не связаны с причинами отклонения его заявки.

Кроме оценки доводов ООО «Технология», изложенных в жалобе, антимонопольный орган выявил в действиях заказчика иные нарушения.

Между тем в силу пункта 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольные органы наделены полномочиями по рассмотрению жалоб на нарушение процедуры обязательных в соответствии с законодательством Российской Федерации торгов. 

Порядок рассмотрения указанных жалоб установлен статьей 18.1 Закона о защите конкуренции, которая регламентирует лишь порядок действий антимонопольного органа (процедуру) при рассмотрении жалоб участников закупок, осуществляемых в соответствии с Федеральным законом № 223-ФЗ, но не определяет основания обращения в антимонопольный орган.

Эти основания установлены в части 10 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ с ограничениями, определенными частью 13 данной статьи.

При этих условиях положения статьи 18.1 Закона о защите конкуренции не свидетельствуют о наделении антимонопольного органа дополнительными полномочиями. Данная норма в силу своего процедурного характера не может рассматриваться как расширяющая перечень оснований, в пределах которых антимонопольный орган обладает полномочиями по рассмотрению жалоб, а лишь допускает возможность вынесения решения по итогам рассмотрения жалобы участника закупки с учетом всех нарушений.

В отличие от закупок, осуществляемых в рамках контрактной системы для обеспечения государственных и муниципальных нужд, первоочередной целью Федерального закона № 223-ФЗ является создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности (часть 1 статьи 1 Федерального закона № 223-ФЗ), что предполагает относительную свободу заказчиков в определении условий закупок, недопустимость вмешательства кого-либо в процесс закупки по мотивам, связанным с оценкой целесообразности ее условий и порядка проведения.

Таким образом, воля законодателя не направлена на то, чтобы предоставить антимонопольному органу тот же объем полномочий по оперативному вмешательству в закупки, какими данный орган в силу положений части 1 статьи 99, части 1 статьи 105 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», пункта 4.2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции обладает в отношении закупок для публичных нужд и в иных случаях, когда проведение торгов является обязательным в соответствии с законодательством.

С учетом изложенного, а также пункта 17 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона № 223-ФЗ, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018, суд правомерно указал, что в рамках административной процедуры по рассмотрению жалоб участников закупки, установленной статьей 18.1 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган не вправе выходить за пределы доводов жалобы, по собственной инициативе устанавливать иные нарушения в действиях (бездействии) заказчика при рассмотрении жалоб.

На этом основании суд обоснованно признал, что нарушения заказчиком пунктов 3, 4, 5 части 9, пунктов 1, 4, 5 части 10 статьи 4 Федерального закона № 223-ФЗ в части отсутствия в документации начальной (максимальной) цены контракта, объема, места выполнения работ, сроков подлежащих выполнению работ, части 2 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ, подпункта «л» пункта 8.1.1.1, подпункта 8.1.9.3 пункта 8.1.9 Единого стандарта в связи с неустановлением в конкурсной документации критериев оценки заявок, пункта 2 части 1 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ по причине наделения закупочной комиссии правом запрашивать дополнительную информацию и документы, не представленные в составе заявки, установлены комиссией Управления с превышением полномочий, определенных частью 13 статьи 3 Федерального закона № 223-ФЗ.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Повторно исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к аналогичному выводу о том, что оспариваемые решение и предписание антимонопольного органа не соответствуют требованиям действующего законодательства и нарушают права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В нарушение статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иное Управлением не доказано.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, судом рассмотрены и признаны несостоятельными, не опровергающими установленные по делу  обстоятельства и сделанные на их основе выводы.

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными. 

При этих условиях суд первой инстанции правомерно удовлетворил  требования заявителя.

Основания для отмены обжалуемого решения Арбитражного Республики Марий Эл отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, не установлено.

С учетом изложенного апелляционная жалоба Управления по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд               

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 21.05.2018 по делу № А38-1681/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия.  

 

Председательствующий судья

И.А. Смирнова

 

Судьи

Е.А. Кирилова

 

Ю.В. Протасов