Арбитражный суд Липецкой области

пл.Петра Великого,7, г. Липецк, 398019

http://lipetsk.arbitr.ru, e-mail: info@lipetsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А36-6103/2023

г.  Липецк

12 февраля 2024 года

Резолютивная часть решения оглашена 30 января 2024 года 

Полный текст решения изготовлен 12 февраля 2024 года

Арбитражный суд Липецкой области 

в составе судьи Тетеревой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Захаровой И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания Магби» (630559, 

<

...>; почт. адрес: 653316, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>,)

о привлечении генерального директора (единственного участника) ООО «МартЪ» ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область) к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств,

должник: ООО «МартЪ» (399054, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>), 

при участии в судебном заседании представителей:

от истца  в режиме веб-конференции: ФИО2 (доверенность № 185/1 от 15.05.2023, копия диплома), 

от ответчика:  не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания Магби»   (истец, ООО «ТПК Магби») обратилось в Арбитражный суд Липецкой области с  заявлением  о привлечении генерального директора (единственного участника) ООО «МартЪ» ФИО1 (ответчик) к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств: 50 000 руб. – основной долг, 2 977 руб. 60 коп. – неустойка, 189,73 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 26.05.2021г. по 21.06.2021г., проценты за пользование чужими денежными средствами с 22.06.2021г. до полной оплаты суммы основного долга, исходя из действующей в соответствующие периоды ключевой ставки ЦБ РФ, а также 2 128 руб. – расходы на оплату государственной пошлины, 5 000 руб. – судебные расходы.

Определением от 25.07.2023 исковое заявление принято к производству.

В настоящее судебное заседание ответчик, не явился.

Представитель Истца заявленные требованя поддержал. 

Рассмотрев представленные материалы, доводы истца суд установил следующее.

26 октября 2021 г. решением Арбитражного суда Алтайского края (далее - Решение от 26.10.2021 г.) были удовлетворены исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Торгово-производственная компания «Магби» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Обществу ограниченной ответственностью «МартЪ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 53 167 руб. 33 коп., в том числе 50 000,00 руб. предварительной оплаты за товар, 2 977,60 руб. неустойки, 189,73 процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 26.05.2021 по 21.06.2021, процентов за пользование чужими денежными средствами с 22.06.2021 до полной оплаты суммы основного долга, исходя из действующей в соответствующие периоды ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, а также 2 128 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины и 5 000 руб. - расходы на оплату юридических услуг (дело № А03-8744/2021).

Решение не обжаловалось, вступило в законную силу 03 декабря 2021 г.

Решение от 26.10.2021 г. не исполнено, исполнительное производство (№ 10078/22/48006-ИП от 28.01.2022 г.) окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях, исполнительный лист (серии ФС № 038250757 от 10.12.2021 г.) возвращен взыскателю.

Из материалов дела следует, что на момент заключения Договора поставки № П-60 от 04.05.2021 г. (далее - Договор) и подачи ООО «ТПК «Магби» соответствующего искового заявления, по которому было вынесено решение от 26.10.2021 г., генеральным директором и единственным участником ООО «МартЪ», владеющим 100% долей уставного капитала, являлась ФИО1 (ИНН 

<

***>). 

По мнению ООО «ТПК «Магби» в действиях ФИО1 (ИНН 

<

***>) имеются признаки преступления, ответственность за которое предусмотрено ч. 1 ст. 169 УК РФ, в связи с чем 28.07.2021 г. генеральным директором ООО «ТПК «Магби» было подано заявление в УМВД России по Липецкой области. В настоящее время по данному заявлению проводится проверка.

При проверке заявления генерального директора ООО «ТПК «Магби» ФИО3 ОМВД России по Грязинскому району (УМВД России по Липецкой области) в отношении ФИО1 правоохранительными органами было установлено следующее.

Опрошенная ФИО1 пояснила, что с 10.02.2021 г. она является руководителем ООО «МартЪ». Организация создана с целью получения прибыли путем торговли мясной продукции оптом и в розницу. В июне 2021 г. в связи с пандемией начали срываться поставки мясосырья, организация понесла большие финансовые потери, было принято решение продать склады для погашения долгов. Так как этих средств не хватило, чтобы рассчитаться со всеми контрагентами, было принято решение объявить ООО «МартЪ» несостоятельным (то есть начать процедуру банкротства).

В п. 1 и п. 2 ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признаками недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В нарушение указанного требования ФИО1 до настоящего времени заявления в арбитражный суд о признании ООО «МартЪ» несостоятельным (банкротом) не подала.

В ст. 61.12. Закона о банкротстве императивно установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 этого Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Кроме того, в ходе проведения дополнительной проверки правоохранительными органами получен результат экономического исследования документов в отношении ООО «МартЪ», в заключении которого указано, что за период с 27.01.2021 года (дата открытия счета) по 26.06.2021 г. (дата закрытия счета - 06.07.2021 г.) с расчетного счета ООО «МартЪ», открытого в АО «Альфа-Банк», израсходованы денежные средства в общей сумме 332 433,24 рублей, в том числе 146 000 руб. сняты по карте через ТУ. То есть на начало судебного разбирательства по заявлению ООО «ТПК «Магби» ООО «МартЪ» располагало денежными средствами для погашения образовавшейся задолженности, однако к моменту вынесения решения денежные средства были сняты, расчетный счет закрыт. Директор ООО «МартЪ» ФИО1 при наличии возможности не исполнила имеющееся обязательство.

По результатам проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице 03.11.2021 г. Управлением Федеральной налоговой службы по Липецкой области сведения в отношении юридического адреса ООО «МартЪ» были признаны недостоверными, в связи с чем 11.05.2022 г. регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица (ООО «МартЪ», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) из ЕГРЮЛ, номер документа 744.

На момент принятия решения регистрирующим органом об исключении из ЕГРЮЛ ООО «МартЪ» имело долг перед ООО «ТПК «Магби» в общем размере 60 295,33 согласно решению Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8744/2021.

ФИО1, являясь руководителем - генеральным директором должника, знала о задолженности ООО «МартЪ» перед ООО «ТПК «Магби» и была обязана возразить против исключения общества из ЕГРЮЛ, когда инспекция опубликовала сообщение о предстоящем исключении, при наличии основания - инициировать банкротство.

30.06.2022 г. ООО «ТПК «Магби» было подано возражение относительно предстоящего исключения ООО «МартЪ» из ЕГРЮЛ, в выписке из ЕГРЮЛ имеется соответствующая запись.

08.12.2022 г. регистрирующим органом внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице в отношении генерального директора ООО «МартЪ» ФИО1.

12.07.2023 г. регистрирующим органом повторно принято решение о предстоящем исключении ООО «МартЪ» из ЕГРЮЛ.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьи право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Таким образом, применительно к ответственности лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, помимо совокупности условий, установленных ст. 15 ГК РФ, требуется доказать наличие вины в действии (бездействия) указанного лица в возникновении убытков, при этом субсидиарная ответственность предполагает, что на момент предъявления требований к руководителю должника о взыскании убытков, организация должника исключена из ЕГРЮЛ.

При этом согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений и желания погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, а также невозможностью исполнения обязательства основным должником.

Из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление Пленума N 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180 по делу N А2115124/2018).

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637, от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Истцом представлены доказательства того, что задолженность перед ним,  факт наличия которой установлен вступившим в законную силу судебным актом, не была погашена именно ввиду недобросовестных и виновных действий (бездействия) ответчика.

При изложенных обстоятельствах требования ООО «Торгово-производственная компания Магби» подлежат удовлетворению в полном объеме.

 Расходы в виде уплаченной государственной пошлины в сумме 2128 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь генерального директора (единственного участника) ООО «МартЪ» ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область) к субсидиарной ответственности.

Взыскать с ФИО1 (ИНН: 

<

***>, Липецкая область) в пользу ООО «Торгово-производственная компания Магби» (630559, 

<

...> ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>,) 50 000 руб. – основной долг, 2977 руб. 60 коп. – неустойка, 189 руб. 73 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 26.05.2021г. по 21.06.2021г., проценты за пользование чужими денежными средствами с 22.06.2021г. до полной оплаты суммы основного долга, исходя из действующей ставки ЦБ РФ, 2128 руб. – расходы на оплату государственной пошлины, 5000 руб. – судебные издержки на оплату юридических услуг, а также 2 128 руб. – судебные расходы на оплату государственной пошлины в рамках данного дела. 

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления через Арбитражный суд Липецкой области.

Судья                         И.В. Тетерева