АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6195/24 

Екатеринбург

24 июня 2025 г.

Дело № А50-19815/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Новиковой О.Н., Павловой Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Сипатиным А.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), а также видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Пермского края кассационную жалобу жалобы финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 по делу № А50-19815/2023 Арбитражного суда Пермского края.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, приняли участие: 

финансовый управляющий ФИО2;

ФИО1;

представитель ФИО1 и ФИО3 – ФИО4 по доверенностям от 02.12.2022 и от 07.02.2023.

Личности и полномочия указанных лиц проверены Арбитражным судом Пермского края.

Также в судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Юридическое агентство «Советник» – ФИО5 по доверенности от 13.05.2024 (посредством веб-конференции);

прокуратуры Свердловской области по поручению прокуратуры Пермского края – ФИО6 по доверенности от 12.05.2025 № 8/2-15-2025. 

Иные лица явку в судебное заседание не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.08.2023 принято к производству заявление ФИО1 (далее – должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), возбуждено дело о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 24.10.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7. 

Определением суда от 09.07.2024 финансовым управляющим имуществом ФИО1 утвержден ФИО2. 

Управляющий 16.09.2024 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения жилого помещения от 23.10.2018, заключенного между ФИО1, ФИО3 и ФИО8, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО1 на жилое помещение (квартиру) площадью 151,8 кв.м., расположенную в доме № 8 по ул. Павловой в рабочем поселке Углеуральский муниципального округа Губахинский Пермского края (далее – квартира). 

К участию в данном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Орган опеки и попечительства Отдел по городскому округу «город Губаха», Прокуратура Пермского края, ФИО3. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.01.2025 признан недействительным договор дарения квартиры от 18.10.2018 между ФИО1, ФИО3 и ФИО8 в лице законного представителя (матери) ФИО9. Применены последствия недействительности в виде возврата квартиры в конкурсную массу должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 определение суда от 23.01.2025 отменено, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит постановление от 27.03.2025 отменить, определение от 23.01.2025 оставить в силе. Кассатор указывает, что на должника и ответчика возложена обязанность доказать добросовестность цели, с которой заключена оспариваемая сделка, а судами бремя доказывания необоснованно возложено на заявителя, при этом ФИО9 при рассмотрении спора заняла пассивную процессуальную позицию, а совокупность фактических обстоятельств пора свидетельствует о мнимости сделки. По мнению кассатора, должник не представила доказательств неудовлетворительного состояния здоровья на момент совершения сделки, которое, согласно ее пояснениям, вызвало необходимость дарения квартиры, при этом осуществляла трудовую деятельность в тот период, а сама сделка была совершена спустя 8 дней с даты признания общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ваш дом» (далее – общество «УК «Ваш дом») несостоятельным (банкротом), при этом спорное имущество даже в случае смерти должника не выбыло бы из собственности членов семьи. Финансовый управляющий указывает, что спорная квартира была оформлена на одаряемого лишь спустя 2 года после ее приобретения, когда стало явным наличие обязательств перед обществом «УК «Ваш дом», что опровергает довод должника о приобретении имущества для внука. Также кассатор считает вывод суда апелляционной инстанции о том, что должник могла не осознавать реальность последствий банкротства общества «УК «Ваш дом» в виде взыскания с нее убытков как с контролирующего лица, нарушающим принцип состязательности и равноправия сторон, тогда как ФИО1 участвовала в судебных заседаниях в рамках дела о банкротстве общества и иных судебных разбирательствах, собраниях кредиторов, создала общество с ограниченной ответственностью «Норд» (далее – общество «Норд»), номинальным учредителем которого являлась ФИО10, тогда как фактическим руководителем бенефициаром являлась должник. Финансовый управляющий полагает нелогичным дарение квартиры ФИО8, поскольку у должника имеются иные внуки, что не согласуется с принципом реализации семейных ценностей, защита которых при этом не может являться основанием для преодоления защиты прав и интересов кредиторов должника. Также кассатор указывает, что спорная квартира не является для несовершеннолетнего ответчика единственным жильем, что средства, полученные должником в качестве возмещения морального вреда вследствие гибели сына и потраченные на приобретение квартиры, не подлежат исключению из конкурсной массы. Настаивает на том, что должник и ее супруг контроль над квартирой сохранили, однако вывели квартиру, а также иное имущество, в том числе транспортные средства, из конкурсной массы. Кассатор указывает на наличие судебных споров должника относительно прав собственности на иные объекты недвижимости с наследниками ее сына - ФИО11, вопреки интересам других внуков, обращает внимание на моральный аспект поведения ФИО1     

Приложенные финансовым управляющим ФИО2 к кассационной жалобе дополнительные документы, а именно: копии договоров на управление многоквартирными домами (приложение № 2 к кассационной жалобе) судом округа не принимаются и к делу не приобщаются, поскольку, в силу части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда округа, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций.

В отзывах на кассационную жалобу прокуратура Пермского края, ФИО1 и ФИО3 просят оставить оспариваемое постановление без изменения. Общество с ограниченной ответственностью «Юридическое агентство «Советник» (далее – общество «ЮА Советник») в своем отзыве просит кассационную жалобу удовлетворить.

В судебном заседании финансовый управляющий и представитель общества «ЮА Советник» поддержали доводы кассационной жалобы, тогда как представители ФИО1 и ФИО3, прокуратуры придерживались ранее изложенной в отзывах на кассационную жалобу позиции.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей участвующих в споре лиц, проверив в порядке, предусмотренном статьями 284 – статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа оснований для отмены постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении обособленного спора, 18.10.2018 между должником ФИО1 и ее супругом ФИО3 (даритель) и ФИО8 в лице законного представителя (матери) ФИО12 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры; переход права собственности зарегистрирован 23.10.2018. 

Квартира приобретена ФИО1 по договору купли-продажи от 02.09.2016 по цене 2 200 000 руб., денежные средства на приобретение квартиры получены ФИО1 и ФИО3 в качестве денежной компенсации морального вреда по 1 000 000 руб. каждому, причиненного в результате преступления (совершения дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть их сына). Данное обстоятельство не оспаривается.

По сведениям, представленным органом ЗАГС, у ФИО1 и ее супруга ФИО3 рождены трое детей: ФИО11 (скончался 31.08.2014 вследствие тяжелого заболевания), ФИО13 (погиб в дорожно-транспортном происшествии 23.12.2014), ФИО12. Несовершеннолетний ФИО8 является сыном дочери должника – ФИО14

В собственности ФИО9 имеется квартира площадью 44,9 кв.м., расположенная по адресу: Пермский край, г. Губаха, рабочий 

<

...>, в которой, согласно карточке регистрации, с 07.11.2012 зарегистрированы ФИО10 и ФИО8 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 являлась участником общества «УК «Ваш дом», которое решением Арбитражного суда Пермского края от 11.10.2018 по делу № А50-8880/2018 признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыто конкурсное производство, которое определением суда от 17.02.2023 завершено. 

В рамках указанного дела о банкротстве определением суда от 29.08.2021с ФИО1 в пользу общества «УК «Ваш дом» взысканы убыткив размере 3 785 793 руб. 97 коп., а определением суда от 07.09.2018 произведена замена взыскателей с общества «УК «Ваш дом» на общество «ЮА «Советник» и на Федеральную налоговую службу, требования которых впоследствии включены в реестр кредиторов по настоящему делу. Требований иных кредиторов в настоящем деле о банкротстве не имеется.

Полагая, что оспариваемый договор дарения был совершен должником без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью недопущения взыскания на квартиру, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

При рассмотрении настоящего заявления в судебном заседании 04.12.2024 допрошена свидетель ФИО15, являющаяся собственником соседней квартиры с апреля 2018 года, которая пояснила, что должник с супругом фактически проживают в квартире – выносят мусор, приезжают с продуктами, должник присутствовала на собраниях собственников жилья, 15.05.2024 оформила рядом с домом участок, дочь и внук должника живут в Краснодарском крае, периодически приезжают; рядом с домом с 2018 года стоит автомобиль Фольксваген, управляемый мужем должника. Пояснила также, что в конце 2020 между соседями возник конфликт. 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факта заключения оспариваемого договора дарения для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, пришел к выводу о его мнимости, совершении с противоправной целью вывода имущества из под обращения взыскания по требованиям кредиторов.

Апелляционная коллегия с выводами суда первой инстанции не согласилась, исходя из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статья 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)).

Дело о банкротстве должника возбуждено 21.08.2023, договор дарения квартиры совершен 23.10.2018, за пределами периода подозрительности, установленного положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, соответственно не может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Также апелляционной коллегией приняты во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 86 Постановления № 25, согласно которым следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Апелляционной коллегией установлено, что оспариваемый договор дарения заключен должником 18.10.2018 в интересах несовершеннолетнего внука ФИО8 Ранее квартира приобретена должником по договору купли-продажи от 02.09.2016 на денежные средства, полученные супругами ФИО16 в качестве компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти их сына – ФИО13, погибшего в дорожно-транспортном происшествии 23.12.2014, что подтверждается представленными в материалы дела договором купли-продажи от 02.09.2016, приговором Суксунского районного суда от 28.04.2015 по делу № 1-18/2015, определением Губахинского городского суда Пермского края от 17.09.2015 по делу № 2-956/2015, платежными поручениями № 8121 от 31.08.2015, № 9904 от 25.11.2015 на сумму 1 000 000 руб. каждое. 

Согласно пояснениям должника, приобретение квартиры было связано с недопущением обесценивания денежных средств, а последующее решение о ее передаче одному из внуков принято на семейном совете в целях выравнивания их имущественного положения, кроме того, мотивом дарения квартиры внуку также послужило то, что в 2014 году в течение четырех месяцев ФИО1 похоронила двух сыновей, что существенно ухудшило состояние ее здоровья.

Апелляционная коллегия с учетом сложившейся ситуации заключила, что действия должника согласуются с принципом реализации семейных ценностей и направлены на обеспечение жилищных прав близкого родственника (внука). Суждения финансового управляющего относительно моральной составляющей поведения ФИО1, наделившей имуществом только одного из своих внуков при инициировании имущественных споров с матерью другого внука, правого значения для рассматриваемого спора не имеют.

По результатам оценки собранной по спору доказательственной базы судом апелляционной инстанции не усмотрено достаточных оснований для признания сделки дарения квартиры мнимой.

При этом суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы управляющего о проживании ФИО8 с матерью, о наличии в собственности ФИО10 квартиры площадью 44,9 кв.м., принял во внимание положения пункта 4 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым ребенок не имеет права собственности на имущество родителей, родители не имеют права собственности на имущество ребенка; проживающие совместно дети и родители могут владеть и пользоваться имуществом друг друга по взаимному согласию.

Следовательно, само по себе проживание несовершеннолетнего ребенка в силу его возраста совместно с родителями не может умалять его права иметь собственное жилое помещение, в которое по достижению совершеннолетнего возраста он может вселиться. Судом апелляционной инстанции заключено, что регистрация одаряемого ФИО8 совместно с матерью ФИО10 по иному адресу в рабочем поселке Углеуральский г. Губаха Пермского края (в принадлежащей ей квартире), а также их фактическое проживание с ноября 2020 года в Краснодарском крае, равно как и предоставление ФИО10 родителям в дар в октябре 2023 года денежных средств в размере 1,5 млн. руб., свидетельством мнимости сделки дарения квартиры не являются.

Апелляционной коллегией критически оценены показания свидетеля ФИО15 Суд вено заключил, что с учетом имеющего место конфликта свидетеля и должника, наличия неприязни к ФИО1 данные показания не могут быть положены в обоснование вывода о мнимости сделки, кроме того, из протокола допроса свидетеля не усматривается, что ФИО1 и ее супруг постоянно проживают в спорной квартире после отчуждения ее в пользу внука. 

При этом апелляционная коллегия не разделила критическое отношение суда первой инстанции к акту от 28.12.2024 на предмет проживания ФИО1 и ФИО3 в спорной квартире, подписанному председателем совета дома ФИО17, вызванное лишь ссылкой на невозможность установления принадлежности подписи данному лицу, тогда как из акта следует, что супруги ФИО16 в спорной квартире с момента ее покупки постоянно не проживали. 

Также судом приняты во внимание пояснения должника о том, что оплата коммунальных платежей за квартиру осуществлялось ФИО1 по договоренности с дочерью, проживающей в ином регионе, обусловлена удобством такого положения для членов семьи и не свидетельствует о мнимости оспариваемой сделки либо ином недобросовестном поведении должника.

Апелляционным судом также отмечено, что определением от 29.08.2021 по делу № А50-8880/2018 о банкротстве общества «УК «Ваш дом» взыскание с должника убытков произведено исключительно ввиду не принятия ею как руководителем мер по взысканию дебиторской задолженности населения в период с 2008 года по 2018 год, что привело к невозможности погашения требований кредиторов. Несмотря на то, что по общему правилу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство по возмещению вреда возникает с момента его причинения вне зависимости от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника, в данном случае нельзя не учитывать, что должник, зная, что активы общества «УК «Ваш дом» ею не присваивались, незаконно из общества не выводились, субъективно могла не предполагать факт привлечения ее к ответственности; ввиду данных обстоятельств суд апелляционной инстанции не усмотрел заведомого умысла на причинение вреда кредиторам при дарении квартиры со стороны ФИО1, кроме того, полагавшей, что обращение взыскания на полученное в качестве компенсации морального вреда возмещение и имущество, приобретенное за счет такого возмещения, не допускается. 

Исходя из совокупности указанных обстоятельств, их логической взаимосвязи, апелляционная коллегия пришла к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим совершения должником спорной сделки с исключительно и заведомо с противоправной целью причинения имущественного вреда своим кредиторам и ее мнимости. 

Суд кассационной инстанции оснований для несогласия с выводами апелляционной коллегии не усматривает.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что судом апелляционной инстанции все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы гражданского и банкротного законодательства, регулирующие институт недействительности сделок, применены судом правильно, выводы суда о применении нормы права соответствуют установленным им обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Вопреки доводам кассатора, бремя доказывания при рассмотрении настоящего спора распределено судом правильно. По сути, по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие управляющего с выводами апелляционного суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, убеждение кассатора в том, что приведенные сторонами спора доводы и доказательства должны быть оценены иным образом, основанием для отмены судебных актов в порядке кассационного производства не является. 

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемое постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 отмене не подлежит, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 по делу № А50-19815/2023 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийН.В. Шершон 

СудьиО.Н. Новикова 

Е.А. Павлова