ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-2407/2022

г. Красноярск

20 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «13» декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  «20» декабря 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  -  Инхиреевой М.Н.,

судей: Радзиховской В.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности(посредством онлайн-заседания),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Трансагентсервис»

на определение Арбитражного суда Республики Хакасия

от «14» сентября 2023 года по делу  № А74-2407/2022, 

 

установил:

в рамках дела о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), решением арбитражного суда от 05.10.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

01.02.2023 от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

03.02.2023 от кредитора - общества с ограниченной ответственностью «Трансагентсервис» поступило ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

22.08.2023 от финансового управляющего поступило уточненное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором просит не применять в отношении гражданина правил об освобождении от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от «14» сентября 2023 года по делу № А74-2407/2022 удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО4, завершена процедура реализации имущества ФИО2. В удовлетворении ходатайств общества с ограниченной ответственностью «Трансагентсервис», финансового управляющего ФИО4 о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств отказано. ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением обязательств, указанных в пункте 5 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Не согласившись с данным судебным актом в части применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, ООО «Трансагентсервис» обратилось с апелляционной жалобой. Также кредитор заявил ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы, указывая, что первоначально заявитель обратился с апелляционной жалобой при расчете срока обжалования с даты публикации судебного акта.

В апелляционной жалобе в качестве доводов заявитель указывает следующее:

- должником недостоверно указан адреса своего проживания, что повлекло за собой невозможность финансовому управляющему проверить наличие имущественного положение должника;

- должник не уведомлял финансового управляющего о новом источнике своего дохода;

- при своем трудоустройстве в марте 2023 года, должник самостоятельно распорядился работодателю производить выплату на банковский счет, от которого банковскую карту должник не передал финансовому управляющему;

- должник не предоставлял документы и информацию финансовому управляющему.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 апелляционная  жалоба принята к производству, рассмотрение апелляционной жалобы назначено на 13.12.2023, разъяснено, что заявленное обществом с ограниченной ответственностью «Трансагентсервис» одновременно с апелляционной жалобой ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы будет рассмотрено в судебном заседании.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

До начала исследования доказательств председательствующим объявлено, что в апелляционной жалобе содержится ходатайство о восстановления пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2 возразил против удовлетворения заявленного ходатайства.

Суд, совещаясь на месте, определил ходатайство удовлетворить, восстановить пропущенный срок для подачи апелляционной жалобы  в силу следующего.

Ходатайство мотивировано пропуском срока на один день по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в связи с опубликованием обжалуемого судебного акта 15.09.2023.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы в порядке статей 117, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судом апелляционной инстанции установлено, что обжалуемый судебный акт изготовлен в полном объеме 14.09.2023, опубликован 15.09.2023 г. 07:16:18 МСК на сайте http://kad.arbitr.ru/.

Следовательно, десятидневный срок с даты 14.09.2023 истек – 28.09.2023, жалоба первоначально направлена 29.09.2023, то есть с пропуском срока на подачу апелляционной жалобы.

Определением  Третьего арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 апелляционная жалоба общества с ограниченной ответственностью «Трансагентсервис» возвращена.

Указанным определением разъяснено, что возвращение апелляционной жалобы не препятствует повторному обращению с жалобой в арбитражный суд в общем порядке после устранения обстоятельств, послуживших основанием для ее возвращения с приложением соответствующего ходатайства.

Заявитель обратился в суд с апелляционной жалобой повторно, заявив ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим кодексом.

В соответствии с частью 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 настоящего Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

Из содержания приведенной нормы следует, что для восстановления срока подачи апелляционной жалобы необходимо соблюдение одновременно двух условий: подача ходатайства не позднее шести месяцев со дня принятия обжалуемого решения; наличие уважительных причин пропуска срока.

Перечень конкретных обстоятельств, при которых причины пропуска срока могут быть признаны судом уважительными, законодательством не определен, как не установлены и критерии, по которым причины пропуска срока признаются уважительными или неуважительными. Вопрос о том, являются ли уважительными причины пропуска срока на обжалование, а также оценка доказательств и доводов, приведенных в обоснование ходатайства о восстановлении срока, являются прерогативой суда, рассматривающего ходатайство, который учитывает конкретные обстоятельства и оценивает их по своему внутреннему убеждению.

В обоснование ходатайства о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы заявитель указал, что срок подачи апелляционной жалобы пропущен им в связи с опубликованием в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) обжалуемого судебного акта 15.09.2023, указывая, что первоначально заявитель обратился с апелляционной жалобой с незначительным пропуском срока – на  один день.

При указанных выше обстоятельствах, учитывая публикацию судебного акта 15.09.2023, с учётом того, что повторная жалоба подана в разумный срок, суд признаёт пропуск срока незначительным и усматривает основания для его восстановления в порядке статей 117, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО2 изложил возражения на апелляционную жалобу. Просит суд оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Дал пояснения по вопросам суда.

Поскольку определение арбитражного суда по настоящему делу обжалуется только в части выводов об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, от лиц, участвующих  в деле не поступило возражений против частичной проверки обжалуемого акта арбитражного суда, суд апелляционной инстанции, основываясь на части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет определение арбитражного суда только в обжалуемой части.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Финансовым управляющим в материалы дела представлен отчет о проведении реализации имущества гражданина с приложением документов, предусмотренных Законом о банкротстве.

Финансовым управляющим в ходе проведения процедуры реализации имущества должника проведены следующие мероприятия:

-   предприняты мероприятия по формированию конкурсной массы;

-   в конкурсную массу включена заработная плата должника;

-   за период с 10.04.2023 по 22.06.2023 на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 140 194 руб. 53 коп., выплачено должнику в качестве прожиточного минимума 63 168 руб. 25 коп.;

-   реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 1 872 011 руб. 63 коп.;

-   погашены требования кредиторов в размере 37 117 руб. 19 коп. (2,05%);

-   расходы на проведение процедуры банкротства составили 14 909 руб. 19 коп.

При исследовании арбитражным судом представленных финансовым управляющим документов, отраженная в отчете информация подтверждена.

Как установлено арбитражным судом и подтверждается материалами дела, реестр требований кредиторов должника закрыт.

Наличие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены неудовлетворенные требования кредиторов, материалами дела не подтверждается.

Доказательства, подтверждающие реальную возможность пополнения конкурсной массы должника и документы, с очевидностью свидетельствующие о том, что дальнейшее продление процедуры банкротства будет направлено на уменьшение его долгов и погашение задолженности перед кредиторами, в материалы дела не представлены.

Все необходимые мероприятия в отношении должника проведены финансовым управляющим, по их результатам установлена невозможность дальнейшего проведения расчетов с кредиторами.

Финансовый управляющий в суде первой инстанции указал на наличие оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств финансовым управляющим, ссылаясь на фиктивную регистрацию, недобросовестное поведение при оформлении кредитов, так как от судебных приставов получены сведения о недостоверности адреса в период оформления займов; должник не представил финансовому управляющему сведения о своем финансовом состоянии, о своем фактическом пребывании, уклоняется от получения корреспонденции; не представил сведения о трудоустройстве и доходах с 1 июля 2023 года по настоящее время; от Российского союза автостраховщиков получена информация, что на имя должника оформлялись страховые полисы с правом управления транспортными средствами.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции  исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, финансовым управляющим осуществлены, обстоятельства, препятствующие завершению процедуры реализации имущества гражданина, отсутствуют. Также суд первой инстанции установил, что ввиду отсутствия надлежащих доказательств того, что должник в ходе ведения процедуры реализации имущества вел себя недобросовестно, отсутствуют и обстоятельства, препятствующие освобождению должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как уже было отмечено ранее, определение суда в части завершения реализации имущества должника не оспаривается, заявитель не согласен с определением суда только в части выводов об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов. В части завершения реализации имущества гражданина судебный акт не обжалуется и судом апелляционной инстанции  в указанной части не пересматривается.

Предметом апелляционного обжалования со стороны конкурсного кредитора является применение судом к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств.

Применяя к должнику правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суд исходил из следующего.

Как верно учтено судом первой инстанции, в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

-   вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

-   гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

-   доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих требований (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве, в их системном толковании, является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Банкротство имеет целью освобождение гражданина от долгов при его желании выплатить задолженность.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Суд первой инстанции учитывал позицию Конституционного Суда Российской Федерации, где он, характеризуя положения Закона о банкротстве, позволяющие не освободить должника от долгов, отметил направленность положений статьи 213.28 Закона о банкротстве (пункты 4 - 6 статьи) на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК Российской Федерации), не согласующегося с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2019 № 36-П, определение от 30.11.2021 № 2415-О), на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для прикрытия его противоправных действий, а также защиту имущественных интересов кредиторов в случае совершения таких действий (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26.03.2019 № 740-О, от 26.03.2019 № 741-О).

Таким образом, несмотря на отсутствие в тексте пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве ссылок на недобросовестность должника, общий смысл его правового регулирования, учитывая используемые характеристики поведения должника как «неправомерные», «заведомо недостоверные», «незаконные», направлен на выявление отклоняющегося поведения, пресечение и недопущение недобросовестности как нарушения принципа осуществления прав и свобод человека и гражданина с соблюдением прав и свобод других лиц (пункт 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

В законодательстве, науке и судебной практике возможность в ходе одного процесса освободиться от долгов, предоставив для расчета с кредиторами свое имущество, признается благом именно для добросовестного гражданина, поскольку законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820 по делу № А72-18110/2016).

Коллегия судей учитывает, что, исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 АПК РФ, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При этом, как указано в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве исключает возможность списания остальных долгов, если будет доказано, что при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами должник действовал недобросовестно. Требования кредиторов, в отношении которых должник проявил недобросовестность, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве.

Таким образом, недобросовестность как основной критерий оценки поведения должника лежит в основе субъективных оснований для неосвобождения от долгов гражданина-должника. В основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по результатам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310 -ЭС17-14013 по делу № А487405/2015, от 28.04.2018 № 305-ЭС17-13146(2) по делу № А40-41410/2016, от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429 по делу № А41-20557/2016).

Суд первой инстанции верно учитывал, что в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) обращено внимание на то, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Следует отметить, что все перечисленные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве случаи следует рассматривать в качестве признаков (вариантов) недобросовестного поведения должника, целью которого является причинение вреда кредиторам, в том числе посредством создания фиктивных оснований для банкротства, сокрытия своего имущества, предоставления недостоверных сведений и т.д. Такие действия могут иметь место в разное время: в момент возникновения обязательства (например, при получении кредита); после наступления срока платежа, но до банкротства; в рамках процедуры банкротства.

Судом первой инстанции установлено, что в ходе процедуры банкротства не была установлена недобросовестность (злонамеренность) действий должника, фактов сокрытия имущества должника, как и пороков совершенных им сделок выявлено не было.

Из материалов дела следует, что должник в период процедуры банкротства представлял сведения о трудоустройстве (электронная трудовая книжка), справки о доходах должника, справки о состоянии расчетов (доходах) по налогу на профессиональный доход за 2022, 2023 годы, сведения об имуществе бывшей супруги, несовершеннолетнего ребенка и матери должника. По пояснениям должника, он не имел возможности лично общаться с финансовым управляющим по причине работы вахтовым методом, в связи с чем взаимодействовал с финансовым управляющим представитель должника, направляя по электронной почте документы и пояснения, в судебных заседаниях участвовал представитель должника, давая пояснения на вопросы суда, финансового управляющего и кредитора.

Фактов сокрытия должником доходов либо имущества судом не установлено, доказательств совершения незаконных оспоримых сделок финансовым управляющим и кредитором в материалы дела не представлено.

В силу пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доводы заявителя жалобы о том, что основанием для не освобождения должника являются обстоятельства того, что должник не сообщил управляющему сведения о трудоустройстве, не представил документы финансовому управляющему и самостоятельно распорядился по перечислению денежных средств в качестве заработной платы на счет, отклонены.

Заявитель жалобы в нарушение положений ст. 65 АПК не представил пояснений о том, какие сведения и документы скрыл должник. При подаче заявления о воем банкротстве должник представил копию трудовой книжки, сообщил, что не работает. Впоследствии с июня 2022 был трудоустроен, получал заработную плату, общий размер полученного дохода за период с 06.05.2022 по 05.10.2022 (период реструктуризации долгов) составил 216 191,70 руб. Размер полученного дохода за период реструктуризации долгов не превышает  размер денежных средств, которыми должник имел право распоряжаться в процедуре реструктуризации долгов (п. 5.1 ст. 213.11 Закона о банкротстве).

В процедуре реализации имущества должник получал заработную плату с марта 2023 года, а также доход как самозанятый: за декабрь 2022 – 25 000 руб., за январь 2023 – 10 000 руб.

Должником внесены денежные средства на погашение текущих расходов в процедуре банкротства в размере 39 909 руб. 19 коп. (квитанция от 10.04.2023).

Таким образом, проанализировав сведения о размере полученного должником дохода установлено, что доход  должника в период реструктуризации долгов не превышал суммы, которой должник мог распоряжаться самостоятельно, за период реализации имущества должник внес в конкурсную массу 39 909,19 руб., также денежные средства, полученные должником как заработная плата, направлены на гашение требований кредиторов – 37 117,33 руб., иные денежные средства не превышают прожиточный минимум, указанное кредитором, финансовым управляющим не оспаривается.

Повторно заявленный довод жалобы относительного перечисления денежных средств (заработной платы) на карту, которая не была передана управляющему, отклоняется, поскольку как следует из материалов дела, к данному расчетному счету был доступ у финансового управляющего, что отраженно в отчетах управляющего, за счет денежных средств, поступивших на расчетный счет сформирована конкурсная масса, финансовым управляющим 17.07.2023 частично погашены требования кредиторов, о чем свидетельствуют представленные чеки-ордера и расписка кредитора. Какие-либо основания полагать, что действиями должника уменьшен размер денежных средств, подлежащих поступлению в конкурсную массу, судом не установлены.

Доводы о недобросовестном поведении должника в связи с «фиктивной регистрацией» и сокрытии сведений о месте его жительства, обоснованно отклонены судом первой инстанции в силу следующего.

Финансовый управляющий и кредитор ссылаются, что регистрация должника по месту жительства носит фиктивный характер в связи с тем, что по сведениям органов регистрационного учета должник на учете по месту регистрации по адресу, отраженному в паспорте, не состоит. Согласно материалам дела, в паспорте должника имеет штамп о том, что ФИО2 состоит на регистрационном учете по адресу: 

<

...>. При этом, по сведениям Управления по вопросам миграции МВД по Республике Хакасия ФИО2 зарегистрированным на территории Республики Хакасия не числится (т. 1 л.д. 98).

По пояснения должника, он узнал об отсутствии в информационной системе Управления по вопросам миграции МВД по Республике Хакасия сведений о своей регистрации только в рамках рассмотрения дела о банкротстве.

Вместе с тем, ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции доказательств того, что наличие фиктивной регистрации могло повлиять на формирование конкурной массы, не представлено, из ответов регистрирующих органов следует, что имущество у должника отсутствует.

Судом первой инстанции отклонены доводы финансового управляющего о том, что указывая недостоверный адрес регистрации, должник мог скрыть от финансового управляющего по реальному месту пребывания имущество, подлежащее включению в конкурсную массу. Адрес должника, отраженный им как фактический адрес проживания указан должником еще при подаче заявления о своем банкротстве. То обстоятельство, что по данному адресу в системе Управления по вопросам миграции МВД по Республике Хакасия не отражены сведения о регистрации должника по месту жительства, не свидетельствует само себе о намерении должника каким-либо образом скрыть имущество, т.к. адрес фактического проживания должником указан. Также должник пояснял, что работает вахтовым методом и большую часть времени находится по месту работы.

При этом финансовым управляющим и кредитором не приведено конкретных доводов о том, каким образом несоответствие сведений о месте регистрации повлекло затруднительный характер проведения мероприятий банкротства. Доводы кредитора о возможном сокрытии имущества предположительные и не обосновано, каким образом несоответствие адреса регистрации может способствовать сокрытию имущества.

Из представленной в материалы дела 10.06.2022 через систему «Мой арбитр» справки Отделения судебных приставов № 3 по Советскому району г. Красноярска от 02.06.2022 следует, что по состоянию на 02.06.2022 в пользу ООО «ТрансАгентСервис» в рамках исполнительного производства № 9821/14/13/24 по делу № А33-21156/2013 с должника взысканы денежные средства на общую сумму 281 347 руб. 14 коп., остаток задолженности составляет 1 742 369 руб. 80 коп. Таким образом, наличие «фиктивной регистрации» не препятствовало судебному приставу осуществлять исполнительные действия в рамках возбужденного исполнительного производства.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы сам по себе факт «фиктивной регистрации» не является безусловным основанием для признания действий должника недобросовестными, направленными на сокрытие имущества.

Следовательно, повторно признаются необоснованными доводы апеллянта в указанной части.

Оценивая добросовестность должника, судом учтено, что на протяжении всей процедуры должник участвовал в процедуре банкротства через своего представителя, который неоднократно присутствовал в судебном заседании, представлял письменные отзывы, объяснения, возражения, следовательно доводы апелляционной жалобы о том, что должник не предоставлял документы и информацию финансовому управляющему, отклоняются как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

На основании изложенного, ввиду отсутствия надлежащих доказательств того, что должник в ходе ведения процедуры реализации имущества вел себя недобросовестно, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии обстоятельств, препятствующих освобождению должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном деле о банкротстве коллегией судей не установлено оснований для неприменения в отношении данного должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Оценив материалы дела в совокупности и взаимосвязи друг с другом, судебная коллегия приходит к выводу о правомерности вывода суд первой инстанции об отсутствии обстоятельств, препятствующих освобождению должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, учитывая отсутствия надлежащих доказательств того, что должник в ходе ведения процедуры реализации имущества вел себя недобросовестно.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от «14» сентября 2023 года по делу  № А74-2407/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

М.Н. Инхиреева

Судьи:

В.В. Радзиховская

 

И.В. Яковенко