ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-15395/2020

г. Самара

13 февраля 2024 года

11АП-19726/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 февраля 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Морозова В.А., 

судей Деминой Е.Г., Котельникова А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 30 января 2024 года в зале № 1 помещения суда апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Закамский медико-фармацевтический центр «Содействие» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 октября 2023 года по делу №А65-15395/2020 (судья Кириллов А.Е.)

по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Нижнекамский район, г. Нижнекамск,

к обществу с ограниченной ответственностью «Закамский медико-фармацевтический центр «Содействие» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Республика Татарстан, Нижнекамский район, г. Нижнекамск,

о взыскании 251736 руб. 69 коп.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилье» (далее – ООО «УК «Жилье», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Закамский медико-фармацевтический центр «Содействие» (далее – ООО «ЗМФЦ «Содействие», ответчик) о взыскании 328544 руб. 97 коп. – задолженности за услуги и работы по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме за период с 01.08.2018 по 31.12.2020, 19262 руб. 67 коп. – пени за период с 15.09.2018 по 05.04.2020 (с учетом принятого судом увеличения размера исковых требований, т. 2, л.д. 87-88, 97, 114-115).

Определением суда от 13.07.2020 исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 07.09.2020 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 14.12.2022, в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 306-ЭС23-2501 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2022, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 14.12.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела истец уменьшил размер исковых требований и просил взыскать с ответчика 318335 руб. 75 коп. – задолженности за услуги и работы по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме № 77 по пр. Мира г.Нижнекамск Республики Татарстан за период с 01.08.2018 по 31.12.2020, 19262 руб. 67 коп. – пени за период с 15.09.2018 по 05.04.2020.

Уменьшение размера исковых требований принято судом первой инстанции в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.10.2023 исковые требования удовлетворены.

Ответчик с решением суда не согласился и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новый судебный акт, которым в исковых требованиях отказать, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом решении, обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

После отложения судебного разбирательства ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещен надлежащим образом, представил письменные пояснения и заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие и в отсутствие своего представителя.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу с доводами жалобы не согласился и просил обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещен надлежащим образом, заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

В соответствии с требованиями статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверяется в соответствии со статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика, отзыве истца на апелляционную жалобу, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, истец является управляющей организацией и с 01.08.2018 осуществляет деятельность по управлению многоквартирным домом, расположенным по адресу: 

<

...>, на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, оформленного протоколом № 4 от 17.06.2018, и решения Государственной жилищной инспекции Республики Татарстан от 23.07.2018.

В данном многоквартирном доме расположено нежилое помещение общей площадью 625,6 кв. м (далее – спорное нежилое помещение), право собственности на которое зарегистрировано за ответчиком, что подтверждается выпиской и ЕГРН от 02.04.2020.

Договор по управлению многоквартирным домом между сторонами спора не заключался.

Истец, полагая, что спорное нежилое помещение, принадлежащее ответчику, представляет собой единый объект недвижимого имущества, входящий в многоквартирный жилой дом, поскольку является встроенной (162,8 кв. м) и пристроенной (462,8 кв. м) частями указанного дома, ссылаясь на неисполнение ответчиком обязанности по внесению платы за общедомовые услуги, рассчитанной исходя из всей площади спорного нежилого помещения пропорционально к площади жилого дома (с учетом частичной оплаты долга ответчиком по площади встроенной части), направил в адрес ответчика претензию № 2318 от 07.04.2020 с требованием в течение 7 дней с даты получения претензии погасить образовавшуюся задолженность.

Поскольку претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил о том, что его помещение является самостоятельным объектом, который был введен в эксплуатацию 28.12.1996 отдельно от здания многоквартирного жилого дома.

Исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 8, 210, 249, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 36, 39, 153, 154, 155, 156, 157, 158 Жилищного кодекса Российской Федерации, пунктов 10, 11, 33 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491, суды пришли к выводу об отсутствии у ответчика обязанности вносить управляющей компании плату за содержание и ремонт общего имущества дома в отношении части спорного нежилого помещения площадью 462,8 кв. м.

Суды исходили из заключения повторной судебной строительно-технической экспертизы, по результатам которой эксперт пришел к выводу, что эта часть помещения представляет собой одноэтажное нежилое независимое здание, пристроенное к девятиэтажному жилому дому, не обладает признаками единства с домом, является независимым и обособленным от него, имеет собственные фундамент, ограждающие конструкции и перекрытия, разделение по балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от многоквартирного дома.

При этом суды указали, что в отношении части спорного нежилого помещения, относящегося к встроенным помещениям общей площадью 162,8 кв. м, оплата жилищно-коммунальных услуг на момент рассмотрения дела произведена ответчиком в полном объеме.

Отменяя принятые по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия указала на то, что судами не учтено следующее.

Частью 2.3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) установлено, что при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме.

В силу положений статей 210, 249 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 154, 155, 158 ЖК РФ собственник нежилого помещения в многоквартирном доме обязан нести расходы на содержание и текущий ремонт общего имущества в многоквартирном доме, за коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и содержании общего имущества в многоквартирном доме.

Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 29.01.2018 №5-П указано, что сам факт существования и сохранность каждого из помещений в многоквартирном доме обусловлены существованием и состоянием самого дома (здания), наличие права собственности на помещения в нем обусловливает и наличие права общей долевой собственности собственников этих помещений на общее имущество в таком доме, в том числе на общие нежилые помещения, несущие конструкции дома, сети и системы инженерно-технического обеспечения (статья 290 ГК РФ и статья 36 ЖК РФ). Соответственно, не может рассматриваться как не согласующееся с конституционными предписаниями и возложение расходов по содержанию общего имущества в многоквартирном доме не только на собственников жилых помещений в таком доме, но и на лиц, в собственности которых находятся расположенные в нем нежилые помещения и которые также заинтересованы в поддержании дома в надлежащем состоянии, а потому лица данной категории наряду с собственниками жилых помещений обязаны вносить соответствующие платежи соразмерно своей доле в праве общей собственности на это имущество.

Несение собственником самостоятельных расходов по содержанию своего имущества, а также отсутствие письменного договора на выполнение работ и оказание услуг по содержанию общего имущества многоквартирного жилого дома не освобождает его от обязанности нести расходы по содержанию общедомового имущества (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.11.2010 № 4910/10, пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности»).

Состав принадлежащего собственникам помещений в многоквартирном доме на праве общей долевой собственности общего имущества в многоквартирном доме определен в пункте 1 статьи 36 ЖК РФ и пунктах 2, 5 - 7 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее - Правила № 491).

В состав указанного имущества, в том числе, включаются земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты, предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства многоквартирного дома, включая трансформаторные подстанции, тепловые пункты, предназначенные для обслуживания одного многоквартирного дома, коллективные автостоянки, гаражи, детские и спортивные площадки, расположенные в границах земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом.

В соответствии с пунктом 3.42 Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства Российской Федерации по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 04.08.1998 № 37, признаками единства здания служат: фундамент и общая стена с сообщением между частями, независимо от назначения последних и их материала; при отсутствии сообщения между частями одного здания признаком единства может служить общее назначение здания; однородность материала стен, общие лестничные клетки, единое архитектурное решение.

Согласно пункту 3.21 «ГОСТ Р 51929-2014. Национальный стандарт Российской Федерации. Услуги жилищно-коммунального хозяйства и управления многоквартирными домами. Термины и определения» (утвержден и введен в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 11.06.2014 №543-СТ) многоквартирный дом - оконченный строительством и введенный в эксплуатацию надлежащим образом объект капитального строительства, представляющий собой объемную строительную конструкцию, имеющий надземную и подземную части, включающий в себя внутридомовые системы инженерно-технического обеспечения, помещения общего пользования, не являющиеся частями квартир, иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам, и жилые помещения, предназначенные для постоянного проживания двух и более семей, имеющие самостоятельные выходы к помещениям общего пользования в таком доме (за исключением сблокированных зданий); в состав многоквартирного дома входят встроенные и (или) пристроенные нежилые помещения, а также придомовая территория (земельный участок).

Пунктами 3 и 4 Правил № 491 предусмотрено, что при определении состава общего имущества используются содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о правах на объекты недвижимости (далее - ЕГРН), являющиеся общим имуществом, а также сведения, содержащиеся в государственном земельном кадастре. В случае расхождения (противоречия) сведений о составе общего имущества, содержащихся в ЕГРН, документации государственного технического учета, бухгалтерского учета управляющих или иных организаций, технической документации на многоквартирный дом, приоритет имеют сведения, содержащиеся в ЕГРН.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от 02.04.2020 ответчик является собственником нежилого помещения с кадастровым номером 16:53:040206:5340 общей площадью 625,6 кв. м в спорном многоквартирном доме, то есть помещение ответчика не зарегистрировано как самостоятельное здание.

Ответчик не отрицает, что встроенная часть его помещения в жилом доме составляет 162,8 кв. м, а пристроенная часть - 462,8 кв. м, то есть помещение ответчика является встроенно-пристроенным к многоквартирному дому.

Истец утверждает со ссылкой на технический паспорт жилого дома 1996 года, что в акте ввода в эксплуатацию на 1996 год пристроенная аптека к жилому дому № 2 микрорайона 30 общей площадью 389 кв. м по проекту, 386,7 кв. м фактически (с присвоением почтового адреса: 

<

...>) вводилась как пристроенное нежилое помещение первого этажа жилого дома по тому же адресу; согласно имеющимся в материалах дела техническому паспорту дома и техническому паспорту нежилого помещения объекты значатся под инвентарным номером, относящимся к помещениям жилого дома (многоквартирный дом - 16:53:040206:157, нежилое помещение ответчика - 16:53:040206:5340).

Доля обязательных расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме, бремя которых несет собственник помещения в таком доме, определяется долей в праве общей собственности на общее имущество в таком доме указанного собственника (пункт 2 статьи 39 ЖК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 37 ЖК РФ доля в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме собственника помещения в этом доме пропорциональна размеру общей площади указанного помещения.

Судебная коллегия указала, что судами не исследовались и не оценивались в судебных актах обстоятельства создания многоквартирного дома и спорного помещения: изначально запроектированных и впоследствии реализованных технических решениях в единой связи при создании и вводе в эксплуатацию обоих объектов, что привело к нарушению норм права о порядке определения доли ответчика в праве общей собственности на имущество многоквартирного дома.

Истец неоднократно ссылался на то, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2020 по делу №А65-28495/2019 отказано в удовлетворении заявления медицинского центра об оспаривании решения регистрирующего органа, который отклонил его заявление об исправлении технической ошибки в ЕГРН в отношении нежилого помещения с кадастровым номером 16:53:040206:5340 в части изменения наименования объекта - с «нежилое помещение» на «пристроенно-встроенное здание к жилому дому».

Суд в ходе рассмотрении указанного дела установил, что принадлежащее медицинскому центру нежилое помещение с кадастровым номером 16:53:040206:5340 находится в составе многоквартирного жилого дома, является пристроенным взаимосвязанным с многоквартирным жилым домом объектом, а не отдельно стоящим зданием, конструктивно связано с остальными помещениями дома. Сведения о виде объекта недвижимости с кадастровым номером 16:53:040206:5340 – «нежилое помещение» - внесены в ЕГРН в соответствии с представленными регистрирующему органу документами (технический паспорт от 22.08.1996 с последующими изменениями, инвентарное дело № 1508, данные технической инвентаризации по состоянию на 1996, 1997, 2001, 2002, 2007 годы).

Судами также было установлено, что часть помещения первого этажа аптеки расположена над подвалом многоквартирного жилого дома, то есть имеет основание в виде подвальной части многоквартирного жилого дома; доступ в нежилое помещение аптеки возможен через помещения общего пользования многоквартирного жилого дома.

Таким образом, до судебного разбирательства настоящего дела имелись вступившие в законную силу судебные акты по другому делу, принятые в том числе по вопросам статуса спорного нежилого помещения в составе многоквартирного дома.

При рассмотрении настоящего дела было получено два заключения экспертов (первоначальная и повторная экспертизы) с противоположными выводами.

В первоначальном заключении эксперт акционерного общества «Бюро технической инвентаризации Республики Татарстан» пришел к выводу, что объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340 является единым зданием с жилым домом, т.к. находится на едином с домом неразмежеванном земельном участке, имеет одну общую несущую стену, имеет выход в подъезд жилого дома, а при входе в помещение ответчика требуется проход через общедомовые помещения.

В заключении повторной экспертизы экспертом общества с ограниченной ответственностью «Идея» сделан вывод, что объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340 является независимым и обособленным от многоэтажного жилого дома, имеет собственные фундамент, перекрытия, ограждающие и несущие конструкции, разделенные деформационным швом с несущей стеной дома, а также имеет разделение коммуникаций по балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности от многоэтажного жилого дома (но точки врезки находятся в общедомовых сетях), является при этом, по мнению эксперта, независимым строением.

Основанием для назначения повторной экспертизы явилось то, что эксперт при производстве первоначальной экспертизы вопрос суда «является ли объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340, находящийся по адресу: 

<

...>, самостоятельным или же является целым?» перефразировал на «является ли объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340, находящийся по адресу: 

<

...>, самостоятельным либо он является единым объектом недвижимости совместно с многоквартирным жилым домом?». При этом эксперт акционерного общества «Бюро технической инвентаризации Республики Татарстан» обращался в суд с просьбой скорректировать поставленный перед ним вопрос. Вопрос судом не уточнялся.

Делая вывод о том, что пристроенное помещение (аптека), принадлежащее ответчику, и многоквартирный дом не являются единым объектом недвижимости, суд первой инстанции руководствовался заключением повторной экспертизы.

Между тем согласно части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Положенное в основу выводов суда первой инстанции, с которыми согласились суды апелляционной и кассационной инстанций, повторное экспертное заключение согласно статье 71 АПК РФ не имело заранее установленной силы. Оно подлежало оценке по общим правилам главы 7 данного Кодекса, согласно которым при исследовании заключения экспертов суд проверяет полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В данном случае предложенные судом вопросы для постановки перед экспертом носили исключительно правовой характер и должны были быть разрешены судом самостоятельно на основе оценки всех имеющихся в деле доказательств, в том числе технической документации на многоквартирный дом и спорное помещение.

В связи с наличием противоречивых экспертиз, а также установленных в других судебных актах иных обстоятельств по этому же вопросу, на которые ссылался истец, суду следовало изложить мотивированное обоснование отклонения заключения первоначальной экспертизы, привести собственные правовые обоснования статуса помещения на основе оценки установленных экспертами технических решениях, связывающих оба объекта, не опираясь на правовые выводы экспертов, обосновать, почему суд пришел в данном споре к противоположным выводам относительно другого разрешенного спора при тех же самых конструктивных решениях жилого дома и спорного помещения.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом.

На разрешение экспертов судами при оценке статуса встроенно-пристроенных в многоквартирный дом помещений должны ставиться лишь вопросы об описании строительных способов, примененных и фактически реализованных в момент создания объектов конструктивных решениях при возведении (примыкании) вместе с жилым домом встроенно-пристроенных помещений, а не вопросы о статусе этих помещений применительно к наличию/отсутствию условий для их отнесения к составу дома по правовым критериям.

В целях оплаты на общедомовые нужды такой вопрос должен решаться исключительно судом как правовой, в том числе при необходимости - на основе технического экспертного заключения о спроектированных и/или реализованных в момент создания смежных объектов строительных решениях, инвентаризационных и иных инженерных документов.

Стороны не отрицают, что независимо от наличия технической возможности разделения помещения оно существовало и функционировало в спорный период как единое и поэтому правовой режим оплаты по доле за встроенную и пристроенную части единого помещения не может быть различным применительно к вышеуказанным положениям ЖК РФ.

Таким образом, при наличии статуса единого встроенно-пристроенного нежилого помещения судами при разрешении спора допущено нарушение указанных выше норм процессуального и материального права, которое привело к неправильному определению установленного законом размера доли ответчика в праве общей долевой собственности на имущество спорного жилого дома.

Отменяя принятые по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия указала на то, что при новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, предложить сторонам доказать примененные проектные и фактически реализованные технические решения при возведении и сдаче в эксплуатацию многоквартирного дома и спорного помещения, с учетом различных доказательств, включая материалы инвентаризации, установить и оценить обстоятельства подключения к коммуникациям дома спорного помещения, использования несущих конструкций дома, функционирования входной группы, конструктивной, функциональной связи с иными помещениями многоквартирного дома, земельным участком, разрешить правовые вопросы, связанные с наличием (отсутствием) у спорного нежилого помещения статуса самостоятельного отдельного от дома объекта, после чего разрешить спор.

Выполняя указания Судебной коллегии, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

При исследовании заключения дополнительной судебной экспертизы, проведенной экспертом ООО «Идея», суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

По мнению эксперта ООО «Идея», объектом исследования выступало одноэтажное нежилое здание с кадастровым номером 16:53:040206:5340, расположенное по адресу: 

<

...>.

Оценивая экспертное заключение, представленное ООО «Идея», суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вопросы о статусе этих помещений применительно к наличию/отсутствию условий для их отнесения к составу дома по правовым критериям не подлежат учету при рассмотрении дела, при этом из экспертного заключения следует, что оно сделано без учета оценки конструктивных особенностей примыкания объекта с кадастровым номером 16:53:040206:5340 к жилому дому, а именно отсутствия у данного объекта собственной в месте примыкания и использованием в качестве таковой стен жилого дома.

Судом первой инстанции во исполнение указаний вышестоящего суда у сторон запрошены дополнительные доказательства.

Судом первой инстанции исследованы и приобщены к делу проектные решения дома и спорного помещения.

В типовом Проекте многоквартирного дома по адресу ул.Мира 77 является типовым проектом в который внесены сведения о его привязке к Проекту -13495/001 и изменении количества квартир с 62 до 59. Три квартиры первого этажа отведены для перепланировки и перевода в нежилой фонд. Номер Проекта -13495/001 соответствует Проекту исполненному проектным институтом: «Татагропромпроект» в отношении объекта «Жилой дом №2 с пристроенновстроенной аптекой», который не предоставлялся при первоначальном рассмотрении дела.

В исследуемом проекте заказ № 3495/0111 в описании Архитектурно-строительной части прямо отражено «Здание запроектировано 1 – этажное с подвалом с учетом объединения его с жилым домом (т. 8, л.д. 83).

Исследование проекта - заказ № 3495/0111 (т. 8, л.д. 87) позволяет сделать вывод об отсутствии у встроенной аптеки собственных отдельных от дома несущих стен в месте объединения с жилым домом, отмечены на чертеже зеленым цветом и являются общими и расположены над фундаментом жилого дома.

Вышеизложенное позволило суду первой инстанции сделать обоснованный вывод о том, что на стадии проектирования Типовой проект был дополнен и привязан к проекту заказ № 3495/0111 (т. 8, л.д. 83), в котором было предусмотрено объединение здания встроено-пристроенной аптеки с жилым домом, т.е. создание единого объекта.

Исследовав фактически реализованные технические решения при возведении и сдаче в эксплуатацию многоквартирного дома и спорного помещения, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что реализованные проектные решения были исполнены в соответствии с проектной документацией, что подтверждается актом ввода в эксплуатацию от 28.12.1996, которым пристроенная аптека к жилому дому № 2 микрорайона 30 общей площадью 389 кв. м по проекту, 386,7 кв. м фактически (с присвоением почтового адреса: 

<

...>) вводилась как пристроенное нежилое помещение первого этажа жилого дома по тому же адресу (т. 3, л.д. 135-141; т. 4, л.д. 139-143).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что поскольку проектом было предусмотрено создание объединенного объекта, после чего в проект не вносилось иных изменений, и объект принят в эксплуатацию без замечаний как объединенный с жилым домом (т. 8, л.д. 83), встроенная и пристроенная части спорного нежилого помещения, расположенные на 1 этаже многоквартирного дома, изначально создавались и вводились в эксплуатацию как единый объект во взаимосвязи с многоквартирным домом.

Доказательств, подтверждающих создание и введения в эксплуатацию встроенной части спорного нежилого помещения как самостоятельного объекта недвижимости, ответчиком суду не представлено.

В соответствии с поручением вышестоящего суда судом первой инстанции исследованы данные о спорном объекте с учетом различных доказательств, включая материалы инвентаризации.

Согласно имеющимся в материалах дела первичному техническому паспорту на многоквартирный дом, изготовленному в 1996 году, техническому паспорту на многоквартирный дом, изготовленному 2019 году, и техническому паспорту спорного нежилого помещения объекты значатся под единым инвентарным номером 1508, относящимся к помещениям многоквартирного дома (многоквартирный дом - 16:53:040206:157, спорное нежилое помещение ответчика - 16:53:040206:5340) (т. 1, л.д.37, 44-45, 50-52, 63; т. 3, л.д. 2-23, 89-100, 101-107, 108-114), при изготовлении техпаспортов наличие самостоятельных стен было отображено ошибочно, наличие деформационного шва не при исследовании фактического исполнения объектов не свидетельствует о наличии у аптеки самостоятельной стены в месте примыкания к жилому дому.

Отдельный технический паспорт на пристроенную часть спорного нежилого помещения как на самостоятельное здание ответчиком суду не представлен.

Из поэтажного плана первого этажа технического паспорта на многоквартирный дом, изготовленного в 1996 году, следует, что спорное нежилое помещение изначально состояло из встроенной и пристроенной частей. Встроенная часть спорного нежилого помещения не являлась самостоятельным объектом недвижимости (нежилым помещением либо квартирой (-ами)). Многоквартирный дом состоял из 59 квартир и спорного нежилого помещения. На первом этаже многоквартирного дома располагались три квартиры (квартиры №№ 1, 2 и 3) и спорное нежилое помещение, со второго по девятый этажи располагались по семь квартир на этаже (этаж № 2: квартиры № 4-10, этаж 3: квартиры № 11- 17 и т.д., итого: 59 квартир).

Абзацем 12 пункта 2 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утв. постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 № 354, определено, что под нежилым помещением в многоквартирном доме понимается помещение в многоквартирном доме, указанное в проектной или технической документации на многоквартирный дом либо в электронном паспорте многоквартирного дома, которое не является жилым помещением и не включено в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме независимо от наличия отдельного входа или подключения (технологического присоединения) к внешним сетям инженерно-технического обеспечения, в том числе встроенные и пристроенные помещения.

Пунктами 3 и 4 Правил № 491 предусмотрено, что при определении состава общего имущества используются содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведения о правах на объекты недвижимости (далее – ЕГРН), являющиеся общим имуществом, а также сведения, содержащиеся в государственном земельном кадастре. В случае расхождения (противоречия) сведений о составе общего имущества, содержащихся в ЕГРН, документации государственного технического учета, бухгалтерского учета управляющих или иных организаций, технической документации на многоквартирный дом, приоритет имеют сведения, содержащиеся в ЕГРН.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от 02.04.2020 ответчик является собственником нежилого помещения с кадастровым номером 16:53:040206:5340, общей площадью 625,6 кв. м в спорном многоквартирном доме, то есть помещение ответчика не зарегистрировано как самостоятельное здание.

Ответчик не отрицает и подтверждается письмом Нижнекамского участка МРФ №8 РГУП БТИ от 30.07.2015 №42, что встроенная часть помещения в многоквартирном доме составляет 162,8 кв. м, и пристроенная часть - 462,8 кв. м, то есть помещение ответчика является встроено-пристроенным к многоквартирному дому (т. 4, л.д. 114).

Из материалов дела усматривается, что ранее Арбитражным судом Республики Татарстан было рассмотрено заявление ответчика к Управлению Росреестра по Республики Татарстан об исправлении технической ошибки в ЕГРН в отношении спорного нежилого помещения в части изменения наименования объекта – с «нежилое помещение» на «пристроенное-встроенное здание к жилому дому».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2020 по делу      №А65-28495/2019 ответчику отказано в удовлетворении заявления об исправлении технической ошибки в ЕГРН в отношении спорного нежилого помещения (т. 1, л.д. 91-100).

В ходе рассмотрения указанного дела суд установил, что сведения о многоквартирном доме, а также помещениях, расположенных в нем, внесены в ЕГРН на основании технического паспорта от 22.08.1996 (с последующими изменениями), переданного РГУП БТИ МСАЖКХ РТ в филиал ФГБУ «ФКП Росреестра по Республике Татарстан».

Судом также установлено, что из содержания поэтажного плана технического паспорта на многоквартирный дом следует, что помещения объекта, расположенные в подвале общей площадью 226,4 кв. м и на 1 этаже общей площадью 399,2 кв. м, связаны между собой проходом и фактически образуют единое нежилое помещение с общей площадью 625,6 кв. м.

Также из данных технической инвентаризации следует, что часть помещений 1 этажа аптеки (с кадастровым №16:53:040206:5340) расположены над подвалом многоквартирного дома, то есть имеет основание в виде подвальной части многоквартирного дома.

Более того, из поэтажных планов, содержащихся в техническом паспорте и представленных в материалы дела, видно, что доступ в нежилое помещение (с кадастровым №16:53:040206:5340) возможен также через помещения общего пользования многоквартирного дома.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что принадлежащее заявителю нежилое помещение с кадастровым №16:53:040206:5340 является пристроенным взаимосвязанным с многоквартирным жилым домом с кадастровым №16:53:040206:157 объектом, конструктивно и функционально связано с остальными помещениями многоквартирного дома, входящими в состав общего имущества, а не самостоятельным зданием. Нежилое помещение заявителя представляет собой элемент, конструктивно связанный с основным зданием – многоквартирным домом с кадастровым №16:53:040206:157.

Довод заявителя о том, что нежилое помещение с кадастровым №16:53:040206:5340 находится на отдельно сформированном земельном участке площадью 405 кв. м, также не характеризует нежилое помещение заявителя как обособленное от структуры многоэтажной (жилой) части всего здания.

Ссылка заявителя в подтверждение своих доводов на то, что нежилое помещение с кадастровым №16:53:040206:5340 является самостоятельным зданием, с указанием на акт государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта в эксплуатацию от 28.12.1996 и постановление Главы администрации г. Нижнекамска и Нижнекамского района № 1536 от 28.12.1996 является несостоятельной, поскольку из содержания упомянутых документов следует, что приемка комиссией и ввод в эксплуатацию осуществлялись именно в отношении пристроенной аптеки к жилому дому 2 микрорайона 30 (с присвоенным почтовым адресом: пр. Мира, д. 77), а не отдельного здания.

Таким образом, до разрешения настоящего спора имеется вступивший в законную силу судебный акт по другому делу, принятый, в том числе по вопросам статуса спорного нежилого помещения в составе многоквартирного дома.

Доказательств подтверждающих, что в спорный период вносились изменения в конструктивные решения многоквартирного дома и спорного нежилого помещения, отличные от решений, установленных судом по ранее рассмотренному делу, в материалах настоящего дела не содержится.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно согласился с выводами суда по ранее рассмотренному делу о том, что спорное нежилое помещение является пристроенным взаимосвязанным с многоквартирным домом с кадастровым №16:53:040206:157 объектом, конструктивно и функционально связанным с остальными помещениями многоквартирного дома, входящими в состав общего имущества, а не самостоятельным зданием.

Ответчик не отрицает, что спорное нежилое помещение существовало и функционировало в спорный период как единое.

Единство спорного нежилого помещения и взаимосвязь с помещениями общего пользования многоквартирного дома подтверждается, в том числе наличием сообщений (проходов).

В частности, из поэтажного плана первого этажа технического паспорта на многоквартирный дом, изготовленного в 2019 году, технического паспорта на спорное нежилое помещение и фотоматериала сообщения (проходы) имеются между следующими помещениями: № 10 и 33, 10 и 19, V и 41 (номера помещений на поэтажном плане первого этажа) (т. 3, л.д. 89-100, 101-107, 122).

Наличие данных сообщений подтверждается и вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2020 по делу №А65-28495/2019.

Таким образом, из совокупности имеющихся в деле доказательств, а также пояснений представителя истца следует, что помещения пристроенной части спорного нежилого помещения сообщаются с помещениями его встроенной части, которые, в свою очередь, сообщаются с помещениями общего пользования многоквартирного дома.

Из представленных фотоматериалов и технических описаний, содержащихся в техническом паспорте на многоквартирный дом, изготовленном в 1996 году, следует, что многоквартирный дом и спорное нежилое помещение выполнено из железобетонных блоков, фасад состоит из кирпичной кладки, то есть многоквартирный дом и спорное нежилое помещение выполнены в едином архитектурном решении (т. 1, л.д. 47; т. 2, л.д.54-55; т. 3, л.д. 5, 67-68, также тех.паспорт многоквартирного дома 1996 года и фотоматериал, приобщенные к делу в суд. заседании от 11.09.2023).

Спорное нежилое помещение со стороны пристроенной части имеет одну входную группу (крыльцо), предназначенную для функционирования всего объекта. Встроенная часть самостоятельного выхода на земельный участок не имеет. Указанное подтверждается поэтажными планами первого этажа технических паспортов на многоквартирный дом и спорное нежилое помещение и фотоматериалом.

С учетом указания суда вышестоящей инстанции судом первой инстанции предложено сторонам представить доказательства, позволяющие установить и оценить обстоятельства подключения к коммуникациям дома спорного помещения.

Из представленных по делу доказательств следует, что подключение одноэтажного нежилого здания к сетям электроснабжения организовано через вводно-распорядительное устройство (ВРУ), расположенное в электрощитовой комнате на первом этаже; холодное и горячее водоснабжение и теплоснабжение организовано от сетей ресурсоснабжающей организации, но точки врезки находятся в общедомовых сетях.

Данные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к обоснованному выводу об отсутствии у пристроенного объекта свойств самостоятельного здания, поскольку в существующих условиях его снабжение зависит от системы водоснабжения и водоотведения, а также системы электроснабжения всего дома.

По вопросу использования при строении пристроенного объекта несущих конструкций дома на основании представленного при новом рассмотрении дела Проекта -13495/001 (т. 8, л.д. 87), выполненного проектным институтом «Татагропромпроект» в отношении объекта: «Жилой дом №2 с пристроенновстроенной аптекой», следует отметить, что в месте примыкания аптеки к жилому дому не имеется собственных стен и несущих конструкций и с указанной стороны стенами встроенной аптеки являются стены и несущие конструкции жилого дома.

В Инструкции о проведении учета жилищного фонда в РФ, утвержденной Приказом Министерства РФ по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 04.08.1998 №37, установлено, что признаками единства здания служат: фундамент и общая стена с сообщением между частями, независимо от назначения последних и их материала.

Исследовав и оценив представленную в материалы дела проектно-сметную документацию, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии общей стены (использование пристроенным объектом в качестве стены именно стены жилого дома), что подтверждается фотографиями (т. 3, стр. 128-129), проектом жилого дома и техническим паспортом.

С учетом указаний вышестоящего суда судом первой инстанции истребованы дополнительные доказательства, представленные сторонами, на основании которых установлено, что для функционирования входной группы объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340 имеет выход в подъезд жилого дома, а при входе в помещение ответчика требуется проход через общедомовые помещения (т. 2, л.д. 38-92); конструктивная схема пристроенного объекта (бескарскасное здание), несущими конструкциями которого выступают кирпичные стены; фундаменты объекта исследования с кадастровым номером 16:53:040206:5340 и многоквартирного жилого дома выполнены из фундаментных бетонных блоков ФБС; нулевая отметка (уровень чистового пола) первого этажа одноэтажного нежилого здания и нулевая отметка первого этажа многоквартирного жилого дома находятся на разных уровнях; земельный участок, на котором расположен спорный объект с кадастровым номером 16:53:040206:5340, является единым с жилым домом, т.к. находится на едином с домом неразмежеванном земельном участке.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что принадлежащее ответчику спорное нежилое помещение не является самостоятельным объектом по отношению к многоквартирному дому.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался статьями 8, 210, 249, 290, 309 ГК РФ, статьями 39, 153, 154, 158 ЖК РФ, правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.11.2010 № 4910/10, пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 22 от 27.06.2017 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности», Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 306-ЭС23-2501, и пришел к обоснованному выводу о возникновении у ответчика, как у собственника спорного нежилого помещения, в силу прямого указания закона обязанности внесения истцу, в управлении которого находится многоквартирный жилой дом, платы за содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению многоквартирным домом, содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Однако в нарушение вышеуказанных норм ответчик в спорный период плату за содержание жилого помещения истцу не вносил. Сбереженная ответчиком плата является его неосновательным обогащением.

При таких обстоятельствах к отношениям сторон подлежат применению нормы главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении.

Согласно пункту 1 статьи 1102, пункту 2 статьи 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Представленный истцом расчет суммы неосновательного обогащения соответствует положениям пункта 4 статьи 158 ЖК РФ, пункта 2 статьи 1105 ГК РФ и ответчиком не опровергнут. Представленный ответчиком контррасчет подлежит отклонению, так как содержит неверную площадь спорного нежилого помещения (т. 2, л.д. 97; т. 5, л.д. 138).

Поскольку в спорный период ответчик неосновательно сберег за счет истца денежные средства в сумме 318335 руб. 75 коп., а также учитывая, что доказательства оплаты указанной суммы в материалы дела не представлены, суд апелляционной инстанции, исходя из приведенных норм, считает, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования, взыскав данную сумму с ответчика в пользу истца в качестве неосновательного обогащения.

Кроме того, истцом было заявлено требование о взыскании с ответчика пени в размере 19262 руб. 67 коп., начисленных на основании пункта 14 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации .

При наличии оснований для взыскания пени, предусмотренной частью 14 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации, установив период просрочки исполнения обязанности, проверив произведенный истцом расчет пени и признав его правильным, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования истца, взыскав с ответчика пени в размере 19262 руб. 67 коп. за период с 15.09.2018 по 05.04.2020.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайства ответчика о назначении дополнительной экспертизы, чтобы устранить противоречия между заключениями двух судебных экспертиз по настоящему делу, подлежат отклонению.

Поскольку вопрос о статусе спорного нежилого помещения для целей рассмотрения настоящего дела носил правовой характер, суд первой инстанции самостоятельно разрешил его на основе совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе проектной и технической документации.

Доводы ответчика о том, что истцом не представлено доказательств выполнения работ (услуг), необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку доказательств того, что истец не исполнял обязанность по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, в материалы дела не представлено.

Сведения о том, что ответчик иным образом участвовал в содержании и ремонте общего имущества в многоквартирном доме в спорный период, а также о том, что он предъявлял истцу претензии относительно невыполнения либо ненадлежащего выполнения работ и услуг, игнорирование которых истцом вынудило ответчика произвести соответствующие работы за собственный счет с целью сохранения общего имущества в надлежащем состоянии, не представлены.

Предписаний уполномоченных органов о прекращении нарушений обязательных требований жилищного законодательства, об устранении выявленных нарушений, а также протоколов об административных правонарушениях, составленных в отношении управляющей организации, в материалах дела не имеется.

Акты о нарушении качества или превышения установленной продолжительности перерыва в оказании услуг или выполнении работ, которые могли бы свидетельствовать о ненадлежащем исполнении истцом обязанностей, установленных для управляющей организации, отсутствуют.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, сформированную в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.11.2010 № 4910/10, от 12.04.2011 № 16646/10 и от 17.04.2012 № 15222/11, согласно которой управляющая организация не должна доказывать размер фактических расходов, возникших у нее в связи с содержанием общего имущества, выделяя их по отношению к одному из собственников помещений, так как в силу характера правоотношений по содержанию общего имущества размер расходов управляющей организации и размер платы одного из собственников помещений не совпадают.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на то, что судом первой инстанции не исследованы факты того, что с 15.09.2023 из объекта с кадастровым номером 16:53:040206:5340 образовано два объекта: нежилое помещение, этаж № 1, общей площадью 162,8 кв. м, кадастровый номер 16:53:040206:5740, о чем в ЕГРН 15.09.2023 сделана запись: собственность, 16:53:040206:5740-16/203/2023-1; нежилое помещение, этаж № 1, общей площадью 462,8 кв. м, кадастровый номер 16:53:040206:5739, о чем в ЕГРН 15.09.2023 сделана запись: собственность, 16:53:040206:5739-16/203/2023-1, является несостоятельной, поскольку в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие наличие условий, позволяющих считать часть спорного нежилого помещения самостоятельным относительно здания многоквартирного дома именно в спорный период (с 01.08.2018 по 31.12.2020).

Таким образом, приведенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а по существу, сводятся к несогласию ответчика с оценкой судом представленных в материалы дела доказательств и исследованных обстоятельств, что не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое ответчиком решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 октября 2023 года по делу №А65-15395/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Закамский медико-фармацевтический центр «Содействие» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

 

Председательствующий судья

 

Судьи

В.А. Морозов

 

Е.Г. Демина

 

А.Г. Котельников