﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-605/2018

г. Краснодар

28 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2020 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей Гиданкина А.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего акционерного общества «Роскоммунэнерго» Коноваловой Анны Николаевны – Бостанова Х.Д. (доверенность от 09.01.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Нефтьгазинвест» – Плешаков  П.А. (доверенность от 27.02.2020), акционерного коммерческого Банка «Фора-Банк» – Прокофьева А.А. (доверенность от 08.06.2020), от открытого акционерного общества «МРСК Урала» – Томилина А.Ю. (доверенность от 20.12.2019),  в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Роскоммунэнерго» Коноваловой Анны Николаевны на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 22.06.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020 по делу № А25-605/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Роскоммунэнерго» (далее – должник) его конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к АО АКБ «Фора Банк» (далее – банк), ООО «Нефтьгазинвест» и АО «Финэнергоинвест» о признании недействительными сделок должника: кредитного договора от 22.05.2017 № 22/05/17/1-кл; кредитного договора от 22.05.2017 № 22/05/17-кл; договора поручительства от 22.05.2017; кредитного договора от 20.10.2017№ 20/10/17-кл; кредитного договора от 15.12.2017 № 15/12/17-кл; договора уступки от 31.05.2018; договора уступки от 31.05.2018; договора уступки от 24.04.2018; договора уступки от 08.06.2018.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ПАО «Вологодская сбытовая компания», временный управляющий ПАО «Вологодская сбытовая компания» Яковенко И.А., АО «ПМК-98». В последующем, в связи с открытием в отношении ПАО «Вологодская сбытовая компания» процедуры конкурсного производства, арбитражный управляющий Яковенко И.А. исключен из числа лиц, участвующих в деле.

Определением от 23.01.2020 данный обособленный спор объединен с обособленным спором по делу № А25-605-398/2018 для совместного рассмотрения.

Определением суда от 22.06.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 13.10.2020, заявление конкурсного управляющего в части требований о признании недействительными кредитного договора от 22.05.2017 № 22/05/17-кл, заключенного банком и ПАО «Вологодская сбытовая компания, договоров уступки от 31.05.2018, заключенных ООО «Нефтьгазинвест» и банком, от 24.04.2018 и от 08.06.2018, заключенных АО «Финэнергоинвест» и банком оставлены без рассмотрения. В остальной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты, направить дело на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, суды не исследовали все обстоятельства имеющие существенное значение для рассмотрения дела; не дана оценка доводу конкурсного управляющего о взаимосвязанности оспариваемых сделок; суды не правильно применили нормы права при установлении признаков заинтересованности и аффилированности должника и банка; не установлена экономическая целесообразность для должника, банка и новых кредиторов совершения спорных сделок; суды не учли, что при наличии у должника неисполненных обязательств перед третьими лицами, учитывая общий объем предоставленного им поручительства и величину его активов, стороны обеспечительных сделок действовали недобросовестно, что выразилось в безосновательном создании новых акцессорных обязательств, приведших к увеличению общей суммы требований к должнику и причинению убытков кредиторам.

В отзывах на кассационную жалобу банк и ООО «Нефтьгазинвест» просят судебные акты оставить без изменения, отказать в удовлетворении кассационной жалобы конкурсного управляющего, а ОАО «МРСК Урала» просит кассационную жалобу удовлетворить.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего и  ОАО «МРСК Урала» поддержали доводы жалобы и отзыва, просили судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Представители банка и ООО «Нефтьгазинвест» поддержали доводы отзывов, просили отказать в удовлетворении  кассационной жалобы.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 28.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Сивков С.Ю.

Определением суда от 23.10.2018, Сивков С.Ю. освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего должника.

Определением суда от 13.11.2018 временным управляющим должника утверждена Коновалова А.Н.

Решением суда от 24.01.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена Коновалова А.Н. (далее – конкурсный управляющий).

22 мая 2017 года банк и должник заключили договор № 22/05/17/1-кл о кредитной линии юридическому лицу, по условиям которого банк (кредитор) предоставил должнику (заемщику) денежные средства в общем размере 100 млн. рублей, а должник обязался возвратить банку заемные денежные средства не позднее 21.05.2018 и уплатить проценты по ставке 16% годовых. Факт получения должником заемных средств подтверждается выпиской по расчетному счету, представленной в материалы дела.

В соответствии с пунктом 4.1.6. кредитного договора, стороны определили целевой характер займа, установив для должника ряд ограничений в использовании полученных заемных денежных средств. В частности, для должника установлен запрет на использование денежных средств для пополнения собственных расчетных счетов, кроме специального счета должника, открытого для расчетов на оптовом рынке электрической энергии и мощностей с иными участниками профессионального рынка по сделкам, заключенным в соответствии с правилами такого рынка.

Представленными в материалы дела банковскими выписками подтверждается факт частичного исполнения обязательств должника по уплате банку процентов за пользование кредитом.

31 мая 2018 года банк и ООО «Нефтьгазинвест» заключили договор уступки права требования (цессии), по условиям которого общество приобрело у банка право требования по исполнению должником денежного обязательства из кредитного договора № 22/05/17/1-кл, в том числе: по возврату основного долга в размере 100 млн рублей и по уплате начисленных с 21.05.2018 по 31.05.2018 процентов в общем размере 438 356 рублей 16 копеек.

22 мая 2017 года банк и ПАО «Вологодская сбытовая компания» заключили договор № 22/05/17-кл. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору банк и должник заключили договор поручительства, в соответствии с условиями которого, должник принял на себя обязательство отвечать перед банком в том же объеме, что и ПАО «Вологодская сбытовая компания» за возврат суммы займа и уплаты процентов.

31 мая 2017 года банк и ООО «Нефтьгазинвест» заключили договор уступки права требования (цессии), в соответствии с условиями которого общество приобрело у банка право требования по исполнению ПАО «Вологодская сбытовая компания» и должником (поручителем) денежного обязательства из кредитного договора № 22/05/17-кл, в том числе: по возврату основного долга в размере 469 976 504 рублей 11 копеек и по уплате начисленных с 21.05.2018 по 31.05.2018 процентов в общем размере 2 060 170 рублей 98 копеек.

20 октября 2017 года банк и должник заключили договор № 20/10/17-кл о кредитной линии юридическому лицу. В соответствии с условиями заключенного договора Банк (кредитор) предоставил должнику (заемщику) денежные средства в общем размере 250 млн рублей, а должник обязался возвратить банку заемные денежные средства и уплатить проценты по ставке 16% годовых. Факт получения должником заемных средств подтверждается выпиской по расчетному счету, представленной в материалы дела. Денежные средства по кредитному договору выданы четырьмя разными траншами, в период с 20.10.2017 по 24.11.2017.

В соответствии с пунктами 2.2.2 и 4.1.6 кредитного договора, стороны определили целевой характер займа, установив что выдаваемые банком денежные должны быть направлены на исполнение ранее возникших обязательств должника перед Банком из кредитного договора № 19/12/16-кл. Кроме того, для должника установлен запрет на использование денежных средств для пополнения собственных расчетных счетов, кроме специального счета должника, открытого для расчетов на оптовом рынке электрической энергии и мощностей с иными участниками профессионального рынка по сделкам, заключенным в соответствии с правилами такого рынка.

Представленными в материалы дела банковскими выписками подтверждается факт частичного исполнения обязательств должника по уплате банку процентов за пользование кредитом.

24 апреля 2018 года банк и АО «Финэнергоинвест» заключили договор уступки права требования (цессии), по условиям которого общество приобрело у банка право требования по исполнению должником денежного обязательства из кредитного договора № 20/10/17/-кл, в том числе: по возврату основного долга в размере 250 млн рублей и по уплате начисленных за период с 11.04.2018 по 24.04.2018 процентов в общем размере 1 534 246 рублей 58 копеек.

15 декабря 2017 года банк и должник заключили договор № 15/12/17-кл о кредитной линии, по условиям которого банк (кредитор) предоставил должнику (заемщику) денежные средства в общем размере 250 млн рублей, а должник обязался возвратить банку заемные денежные средства не позднее, чем через двенадцать месяцев и уплатить проценты по ставке 16% годовых. Факт получения должником заемных средств подтверждается выпиской по расчетному счету, представленной в материалы дела. Денежные средства по кредитному договору выданы единовременно, и поступили на расчетный счет должника 20.12.2017.

В соответствии с пунктом 4.1.6 кредитного договора, стороны определили целевой характер займа. Для должника установлен запрет на использование денежных средств для пополнения собственных расчетных счетов, кроме специального счета должника, открытого для расчетов на оптовом рынке электрической энергии и мощностей с иными участниками профессионального рынка по сделкам, заключенным в соответствии с правилами такого рынка.

Представленными в материалы дела банковскими выписками подтверждается факт частичного исполнения обязательств должника по уплате банку процентов за пользование кредитом.

8 июня 2018 года банк и АО «Финэнергоинвест» заключили договор уступки права требования (цессии), по условиям которого общество приобрело у банка право требования по исполнению должником денежного обязательства из кредитного договора 20/10/17/-кл, в том числе: по возврату основного долга в размере 214 млн рублей и по уплате начисленных за период после совершенной уступки права требования процентов по ставке 16% годовых.

Полагая, что заключенные договоры, обладая признаками единой сделки по смыслу положений абзаца 3 части 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), между аффилированными лицами для целей причинения ущерба конкурсным кредитором в связи с увеличением размера обязательств должника и уменьшения будущей пропорции удовлетворения требований независимых кредиторов, и в результате совершения оспариваемых сделок должнику причинен имущественный вред управляющий обратился с заявлением.

Сделки, по результатам которых банк уступил имевшиеся у него права требований по исполнению денежных обязательств в пользу ООО «Нефтьгазинвест» и АО «Финэнергоинвест», оспариваются управляющим по основанию ничтожности сделки совершенной со злоупотреблением правом, для целей участия заинтересованных по отношению к должнику лиц в будущем распределении конкурсной массы – в соответствии с положениями статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При принятии обжалуемых судебных актов суды руководствовались положениями статей 71 и 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статями 10 и 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 19, 61.1 и 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63).

В части требований о признании недействительными кредитного договора от 22.05.2017 № 22/05/17-кл, заключенного банком и ПАО «Вологодская сбытовая компания», и договоров уступки от 31.05.2018, заключенных банком и ООО «Нефтьгазинвест», договоров уступки от 24.04.2018 и от 08.06.2018, заключенных банком и АО «Финэнергоинвест» суды указали следующее. Должник не является стороной кредитного договора от 22.05.2017 №22/05/17-кл, заключенного банком и ПАО «Вологодская сбытовая компания»;  договоры уступки от 31.05.2018, заключенные банком и ООО «Нефтьгазинвест», от 24.04.2018 и от 08.06.2018, заключенные банком и АО «Финэнергоинвест», не относятся к сделкам, совершенным за счет должника; суды пришли к выводу о том, что заявление в этой части подлежит оставлению без рассмотрения.

Оценивая довод о наличии заинтересованности банка и должника в обоснование которого управляющий ссылается на то обстоятельство, что лицо, под значительным влиянием которого находится банк и лицо, предоставлявшее в кризисной ситуации  значительный объем финансирования, совместно учредили некоммерческую организацию – Московскую областную общественную организацию поддержки деловых и культурных инициатив «Ассамблея армян», суды указали, что деятельность данной организации не направлена на извлечение прибыли, доказательств наличия между банком и должником общих экономических интересов не представлено, кроме того некоммерческая организация создана 27.11.2012, после заключения оспариваемых договоров.

Суды указали, что в материалы дела представлены доказательства перечисления должнику кредитных средств на пополнение оборотных средств: выписки по расчетным счетам должника, из содержания которых следует, что должник частично исполнил обязанность по возврату суммы займа и уплате процентов, начисленных на сумму займа, что подтверждает реальность соответствующих сделок, отсутствие у них признака мнимости. При этом кредитование организаций является обычной хозяйственной операцией банка, в которой он заинтересован в связи с получением выгоды в виде процентов за пользование заемными денежными средствами.

Суды отметили, что доказательства заключения кредитного договора не в соответствии с его обычным предназначением, а в других целях, свидетельствующих о злоупотреблении правом, не представлены.

Отклоняя довод о том, что при принятии решения о выдаче кредита банком и заимодавцем не соблюдены нормы Положения № 590-П, суды обоснованно исходили из того, что указанное положение регламентирует порядок формирование резерва, в связи чем, обоснованно исходили из того, что указанный довод не свидетельствует о ничтожности кредитного договора. Банк осуществил проверки в отношении должника и представил доказательства, подтверждающие добросовестное поведение заемщика при возврате ранее выданных ему банком кредитов, что свидетельствует для банка о наличии добросовестности в действиях заемщика, подтверждает положительную кредитную историю.

Суды пришли к выводу о том, что управляющий не представил доказательств наличия признаков недействительности сделок, установленных положениями части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве у кредитных договоров.

В части требований управляющего о признании недействительным договора поручительства от 22.05.2017, заключенного банком и должником, по условиям которого должник поручился по обязательствам ПАО «Вологодская сбытовая компания», возникшим из кредитного договора от 22.05.2017 № 22/05/17-кл, суды не установили признаков злоупотребления правом в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом неоднократно исследовались обстоятельства, связанные с фактической и юридической аффилированностью, существующей между должником и ПАО «Вологдаэнергосбыт», наличием между ними устойчивой взаимосвязи и нацеленности их деятельности на достижение единого экономического результата в рамках одной группы компаний холдинга МРСЭН.

АО «Роскоммунэнерго» входит в одну группу компаний «Межрегионсоюзэнерго» (МРСЭН), которая включает пять энергосбытовых компаний: ПАО «Архэнергосбыт», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт», учрежденной ими управляющей компании – АО «МРСЭН», иных компаний, а также АКБ «Мосуралбанк» (АО), являющегося финансовым центром группы.

Суды указали, что исходя из наличия общих экономических интересов в деятельности АО «Роскоммунэнерго» и ПАО «Вологдаэнергосбыт», само по себе предоставление одной из компаний группы поручительства по обязательствам другой компании группы не выходит за пределы добросовестного поведения участников оборота. Доказательств совершения договора поручительства с противоправными целями либо исключительно во вред иным лицам, управляющий не представил.

Кроме того, суды установили, что предоставление поручительства по обязательствам ПАО «Вологдаэнергосбыт» со стороны должника, являлось одним из базовых условий для получения последним заемного финансирования со стороны банка, что прямо предусмотрено условиями кредитных договоров, оценка которым дана в рамках производства по данному делу.

На основании изложенного, суды пришли к выводу о том, что заключение договора поручительства между банком и должником имело для последнего экономическую целесообразность в существовавших на момент совершения сделки условиях. Совершение данной сделки привело к реальному экономическому результату в виде получения заемных денежных средств, часть из которых в последующем направлена на финансирование основной деятельности должника, как профессионального участника оптового рынка электрической энергии и мощности.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие совокупности признаков, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и общих оснований для признания сделки недействительной (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также применения последствий ее недействительности (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 данного Кодекса. Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 22.06.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020 по делу № А25-605/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                 А.Н. Герасименко

Судьи                                                                                                                А.В. Гиданкина

                                                                                                                           Ю.В. Мацко