ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

17.12.2018

                      Дело № А40-22965/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2018 года 

Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2018 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Д.В. Каменецкого, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании:

от ООО «Фирма Т-Центр» - ФИО1, по доверенности от 22.06.2018, срок 5 лет,

рассмотрев  11.12.2018  в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО2 

на определение от 16.04.2018   

Арбитражного суда города Москвы,  

вынесенное судьей А.А. Сафроновой,  

на постановление от 18.08.2018

Девятого арбитражного апелляционного суда, 

принятое судьями М.С. Сафроновой, П.А. Порывкиным, А.С. Масловым, 

о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Вентинжениринг», 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы общество с ограниченной ответственностью «Вентинжениринг» (далее – ООО «Вентинжениринг», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2018, удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственностью в пользу ООО «Вентинжениринг» денежные средства в размере 2 462 773, 81 рублей. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2018, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2018  и отказать в полном объеме в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

10.12.2018 в суд округа от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с нахождением его представителя в служебной командировке. 

В судебном заседании представитель ООО «Фирма Т – Центр» против заявленного ходатайства об отложении судебного разбирательства возражал. 

Судебной коллегией суда кассационной инстанции ходатайство заявителя отклонено, поскольку причины, в нем указанные, суд округа признает не уважитенльными. 

Представитель ООО «Фирма Т – Центр» возражал против доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Заявление конкурсного кредитора мотивировано тем, что должник совершил две сделки с ФИО2, в результате чего ФИО2 необоснованно перечислил с расчетного счета должника на свой банковский счет физического лица денежные средства в общем размере 13 722 566, 47 рублей, тем самым, причинив ущерб кредиторам ООО «Вентинжениринг» и лишив должника возможности исполнять требования кредиторов. Указанные сделки были признаны судом недействительными, определения суда по результатам рассмотрения указанных сделок в настоящее время вступили в законную силу.

Из содержания обжалуемых судебных актов также усматривается, что в ходе процедуры банкротства не выявлено никакого имущества должника, за счёт которого было бы возможно погасить требования кредиторов  должника. 

Судами установлено, что  между ООО «Вентинжениринг» в лице генерального директора ФИО2, с одной стороны, и ФИО2 как физическим лицом, с другой стороны, заключено 37 договоров беспроцентного займа, во исполнение которых ФИО2 как физическое лицо вносил в кассу ООО «Вентинжениринг» денежные средства и одним кассовым документом кассир ООО «Вентинжениринг» ФИО2 выдавал физическому лицу ФИО2 всю внесенную в качестве займа сумму как выдачу наличных денежных средств под отчёт либо в качестве погашения задолженности по предыдущим договорам займа, которая погашалась намного раньше установленного в данных договорах трехлетнего срока предоставления займов.

Так, суды указали, что определением Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 15.08.2017 признаны недействительными сделками платежи ООО «Вентинжениринг» в пользу ФИО2 в счёт досрочного погашения займов на общую сумму 1 596 241 рублей по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2017 признаны недействительными сделками платежи ООО «Вентинжениринг» в пользу ФИО2 в счёт досрочного погашения займов на общую сумму 12 126 325,47 рублей по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.

Суды также установили, что от ФИО2 полученные денежные средства по указанным недействительным сделкам в качестве возврата не поступили. Арбитражным управляющим от компетентных органов получены ответы об отсутствии информации о наличии у ФИО2 какого-либо имущества, на которое можно было бы обратить взыскание, все денежные счета физического лица, которыми ранее ФИО2 пользовался, с момента введения наблюдения в отношении ООО «Вентинжениринг», ФИО2 обнулены и дальнейшие движения по ним не происходили.

Судами установлено, что в настоящем деле погашение требований кредиторов невозможно именно вследствие действий контролирующего должника лица ФИО2, который одновременно единолично определял все действия должника и сам же являлся единственным выгодоприобретателем от своих же недобросовестных действий как руководителя должника.

Судами также установлено, что к моменту введения судом наблюдения ФИО2 вывел денежные средства должника на свой расчётный счёт физического лица в качестве досрочного возврата заёмных денежных средств по мнимым договорам займа, так как общая сумма выведенных им с расчётного счёта должника денежных средств значительно превышает общую сумму денежных средств, поступивших на расчётный счёт должника от ФИО2 в качестве займа, что установлено в определении суда от 08.09.2017.

Таким образом, суды, удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, исходили из того, что в результате действий ФИО2 должник лишился своего единственного актива - всех денежных средств на расчётном счёте, что повлекло за собой полную невозможность рассчитаться с кредиторами, что, в свою очередь, привело к причинению существенного вреда кредиторам. 

При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы ФИО2 о том, что привлечение его к субсидиарной ответственности влечет повторное взыскание задолженности, поскольку в настоящее время, как уже указывалось, никакие денежные средства ФИО2 не возвращены, в том числе, его новому кредитору.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 4 ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

В данном случае суды обоснованно указали, что поскольку заявление конкурсного управляющего ООО «Вентинжениринг» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 подано в Арбитражный суд города Москвы посредством электронной системы подачи документов «Мой арбитр» 29.01.2018  (согласно штампа канцелярии суда), то есть после вступления в законную силу ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение настоящего заявления производится по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпунктам 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; 3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В данном случае, судами установлено и подтверждается материалами дела, что в результате совершения оспариваемых сделок должник лишился единственного актива на даты их совершения в виде денежных средств на расчетных счетах в обслуживающих кредитных организациях. Сведения об ином ликвидном имуществе должника на даты совершения оспариваемых сделок в материалах дела отсутствуют.

В силу пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства   должника,   поскольку   они   могут   быть   привлечены  к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Возложение на них ответственности за бездействие исключается.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью заявителя, заявившего соответствующее требование.

В данном случае, суды, оценив в совокупности представленные доказательства, пришли к обоснованному выводу, что конкурсным управляющим доказано обстоятельство уменьшения размера имущества должника в результате совершения вышеуказанных сделок. При этом на момент совершения оспариваемых сделок ФИО2 был осведомлен не только о неплатежеспособности должника, но и о наличии неисполненных обязательств перед кредитором ООО «Фирма Т-Центр», в связи с чем суды посчитали  доказанным довод конкурсного управляющего о причинении вреда кредитору в результате совершения вышеуказанных сделок. Доказательств дальнейшего ведения хозяйственной деятельности и, как следствие, получение денежных средств должником, в материалы дела не представлено.

Суды пришли к правомерному выводу, что конкурсным управляющим доказаны обстоятельства обоснованности привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам предприятия, в том числе обстоятельства того, что именно действия ФИО2 как руководителя должника привели к несостоятельности (банкротству) ООО «Вентинжениринг».

В соответствии с абзацем 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

В соответствии с абзацем 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве  размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица  подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица. 

В данном случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 такие доказательства не представлены. 

Судами установлено, что в соответствии с реестром требований кредиторов должника общая сумма кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет 2 462 773, 81 руб., в связи с чем суды пришли к правомерному выводу, что общий размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Вентинжениринг». 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Выводы судов согласуются с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в  определениях от 24.01.2018 № 304-ЭС17-1561 по делу № А75-3858/2014, от 17.08.2017 № 305-ЭС15-14221 по делу № А41-13385/2014.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2018 по делу №А40-22965/16 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Д.В. Каменецкий  

                                                                  Н.Н. Тарасов