СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7375/2020(38)-АК

Дело № А60-19055/2020

14 октября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 октября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Макарова Т.В., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

конкурсный управляющий ФИО2, (паспорт);

от ФИО3: ФИО4 (паспорт, доверенность  от 13.01.2022);

от ФИО5: ФИО6 (удостоверение адвоката, доверенность - от 16.02.2022);

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 04 июля 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании  недействительными договоров участия в долевом строительстве, заключенных между должником и ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А60-19055/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Диарт-Урал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третьи лица:  ФИО7, ООО «Уралнеруд»,

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 24.04.2020 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 315665800029182) о признании общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Заявитель просит признать общество с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), ввести процедуру наблюдения, утвердить временного управляющего из числа членов Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада», включить в реестр требований кредиторов задолженность в размере 13 847 294 руб. 74 коп.

Определением суда от 31.08.2020 (резолютивная часть определения объявлена 24 августа 2020 года) требование индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 315665800029182) о признании общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным.

В отношении общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения.

Временным управляющим должника утвержден ФИО8 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 624440, 

<

...>, а/я 15), являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада» (620014, 

<

...>).

Соответствующие сведения публикованы в газете «Коммерсантъ» №171 (6892) от 19.09.2020, стр. 133.

Решением суда от 15.03.2021 (резолютивная часть решения объявлена  05 марта 2021 года) процедура наблюдения в отношении общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) прекращена.

Общество с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев – 05.09.2021.

Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО8 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 624440, 

<

...>, а/я 15), являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада» (620014, 

<

...>).

30.03.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО8 о признании недействительными договоры участия в долевом строительстве между ООО «Диарт-Урал» и ФИО3: 

4/3/7-137 от 10.06.2016, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /608/2016-1085/1;

4/3/2-110 от 20.04.2016, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/602/2016-1736/1; 

1/4/5-158 от 24.07.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /615/2015-2774/1; 

1/4/3-143 от 04.09.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /605/2015-2741/1; 

4/1/3-10 от 6.08.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/611/2015-2990/1; 

4/1/2-5 от 4.03.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/602/2015-1115/1; 

4/1/2-9 от 05.02.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/618/2015-372/1;

Управляющий просит применить последствия недействительности сделок, вернув имущество в конкурсную массу.

В дальнейшем управляющим требования уточнялись в порядке, предусмотренном ст. 49 АПК РФ: признать недействительными договор долевого участия 4/3/2-114 от 16.04.2016; признать недействительным договор долевого участия №1/3/2-86 от 07.10.2015 на сумму 2 325 245 руб. 00 коп., а также в части применения последствий недействительности сделки - в связи с реализацией квартир третьим лицам просит взыскать с ФИО3 21 396 710 руб.

В ходе рассмотрения спора к его участию в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке статьи 51 АПК РФ, привлечены, ФИО7 и ООО «Уралнеруд» (

<

...>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04 июля 2022 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок, заключенных  между обществом с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ФИО3, отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить. Заявитель апелляционной жалобы считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что оплата по договорам была произведена, что подтверждается справками об оплате, кассовыми документами и векселями, эмитированными ООО «Диарт-Урал», посредством которых производилась оплата, так как в деле отсутствуют доказательства встречного исполнения со стороны ФИО3, поскольку неизвестно на основании каких обязательств ООО «ДиартУрал» расплачивалось векселями. Конкурсный управляющий считает, что факт оплаты не доказан, так как нет свидетельств встречного исполнения в пользу ООО «Диарт-Урал», равно как и неизвестно на каком основании производилась передача векселей в пользу ООО «БетонГруппСтрой».

Заявитель жалобы также обращает внимание на то, что векселя были составлены на ту же сумму, что и оспариваемые договоры долевого участия, при этом, составлены они практически в одно и тоже время, что свидетельствует о том, что оплата изначально подразумевалась векселями, а также обращает внимание на подконтрольность передачи векселей и противоречия в датах актов приёма передачи, что свидетельствует о недостоверности представленных документов - согласно акту приёма-передачи между ООО «Горнощитский щебень» и ФИО3 вексель ДУ№00026 от 02.11.2015 был передан 18.01.2016, однако, ФИО3 предъявила его к оплате 12.11.2015. 

Кроме того, апеллянт считает, что в векселях отсутствует индоссамент, а имеется только акт приема-передачи, что является действием в обход закона с целью сокрытия действительных платежных операций и создания фиктивной задолженности.

Отзывы на апелляционную жалобу в арбитражный суд апелляционной инстанции не поступили. 

Конкурсный управляющий ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель кредитора ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддерживает. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО3 против доводов апелляционной жалобы возражает. Считает определение суда первой инстанции законным и обоснованным, просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

 Изучив материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) вынесенного судом первой инстанции судебного акта исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «Диарт-Урал» являлось застройщиком жилых домов № 1, № 2, № 3, № 4, 5 по генеральному плану в границах ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в Октябрьском районе                         г. Екатеринбурга (жилой комплекс «Кольцовский дворик»), на основании разрешения на строительство, выданного Администрацией г. Екатеринбурга 15.08.2013 и договора аренды земельного участка с кадастровым номером 66:41:0000000:453, заключенного между Министерством по управлению государственным имуществом Свердловской области и ООО «Диарт-Урал» 05.06.2013.

В рамках осуществления деятельности обществом с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» заключены  договоры участия в долевом строительстве с ФИО3: 

- 4/3/7-137 от 10.06.2016, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /608/2016-1085/1;

- 4/3/2-110 от 20.04.2016, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/602/2016-1736/1; 

- 1/4/5-158 от 24.07.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /615/2015-2774/1; 

- 1/4/3-143 от 04.09.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001 /605/2015-2741/1; 

- 4/1/3-10 от 6.08.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/611/2015-2990/1; 

- 4/1/2-5 от 4.03.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/602/2015-1115/1; 

- 4/1/2-9 от 05.02.2015, номер регистрационной записи: 66-66/001 - 66/001/618/2015-372/1;

- 4/3/2-114 от 16.04.2016 года.

- 1/3/2-86 от 07.10.2015 года.

Полагая, что оспариваемые договоры являются мнимыми сделками, направлены на вывод активов должника с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов, и.о. конкурсного управляющего ФИО8 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

Согласно ст. 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании п. 3 ст. 129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  содержатся разъяснения, в которых указано, что в деле о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, оспариваемые сделки заключены более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

В связи с этим суд первой инстанции, разрешая заявленный спор, правильно исходил из того, что поскольку оспариваемые договоры участия в долевом строительстве заключены в 2015 и 2016 годах, указанные сделки, совершенные за пределами  трехлетнего срока, не могут быть  оспорены  по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, поскольку спорные договоры заключены в 2015 и 2016 годах, а настоящее дело о банкротстве возбуждено 16.06.2020, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данных сделок применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорных сделок недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Из материалов дела следует, что ООО «Диарт-Урал» являлось застройщиком жилых домов № 1, № 2, № 3, № 4, 5 по генеральному плану в границах ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в Октябрьском районе г. Екатеринбурга (жилой комплекс «Кольцовский дворик»), на основании разрешения на строительство, выданного Администрацией г. Екатеринбурга 15.08.2013 и договора аренды земельного участка с кадастровым номером 66:41:0000000:453, заключенного между Министерством по управлению государственным имуществом Свердловской области и ООО «Диарт-Урал» 05.06.2013.

05.02.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик)  заключен договор участия в долевом строительстве № 4/1/2-9, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №9 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 700 000  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 17.02.2015.

В последующем, 11.01.2021 между ФИО3 и ФИО9  заключён договор купли-продажи квартиры №9, общей площадью 55,5 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, ранее приобретенной ФИО3 по договору №4/1/2-9  участия в долевом строительстве от 05.02.2015.

04.03.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 4/1/2-5, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №5 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью: 2 965 000  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 18.03.2015 за номером 66-66/001-66/001/602/2015-1115/1.

06.08.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик)  заключен договор участия в долевом строительстве № 4/1/3-10, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №10 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 549 900 рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 24.08.2015 за номером 66-66/001-66/001/611/2015-2990/1.

В последующем, 11.02.2021 между ФИО3, ФИО10 и ФИО11 заключен договор купли-продажи квартиры №10, общей площадью 55,4 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, ранее приобретенной ФИО3 по договору №4/1/3-10  участия в долевом строительстве от 06.08.2015.

10.06.2016 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 4/3/7-137, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №137 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 691 150  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области в июне 2016 года за номером 66-66/001-66/001/609/2016-1085/1.

В последующем, 08.09.2021 между ФИО3, ФИО12 и ФИО12 заключён договор купли-продажи квартиры №138, общей площадью 42,7 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, ранее приобретенной ФИО3 по договору №4/3/7-10  участия в долевом строительстве от 10.06.2016.

24.07.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик)  заключен договор участия в долевом строительстве № 1/4/5-158, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №158 в жилом доме № 1 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 504 480  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 05.10.2015 за номером 66-66/001-66/001/615/2015-2774/1.

В последующем, 05.02.2021 между ФИО3, ФИО13 и ФИО14 заключен договор уступки права требования по договору №1/4/5-158  участия в долевом строительстве от 24.07.2015.

04.09.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик)  заключен договор участия в долевом строительстве № 1/4/3-143, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №143 в жилом доме № 1 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 457 400  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 11.09.2015 за номером 66-66/001-66/001/605/2015-2741/1.

В последующем, 21.07.2021 между ФИО3 и ФИО15 заключен договор купли-продажи квартиры №143, общей площадью 52,9 кв.м, кадастровый номер 66:41:0612078:858, ранее приобретенной ФИО3 по договору № 1/4/3-143 участия в долевом строительстве от 04.09.2015.

20.04.2016 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 4/3/2-110, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру № 110 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  3 024 300  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 04.05.2016 за номером 66-66/001-66/001/602/2016-1756/1.

В последующем, 22.03.2021 между ФИО3 и ФИО16  заключен договор купли-продажи квартиры №111, общей площадью 55,2 кв.м, кадастровый номер 66:41:0612078:665, ранее приобретенной ФИО3 по договору № 4/3/2-110 участия в долевом строительстве от 20.04.2016.

20.04.2016 между ФИО17 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 4/3/2-114, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №114 в жилом доме № 4 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:  2 994 650 рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 04.05.2016 за номером 66-66/001-66/001/608/2016-1735/1.

В последующем, 12.05.2016 между ФИО17 и ФИО3 заключен договор уступки права требования по договору №4/3/2-114  участия в долевом строительстве от 20.04.2016.

07.10.2015 между ФИО3 (участник долевого строительства) и ООО «Диарт-Урал» (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 1/3/2-86, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц выполнить строительные работы по созданию дома и передать в собственность участнику долевого строительства объект долевого строительства, а именно квартиру №86 в жилом доме № 1 по адресу: 

<

...> общей стоимостью:                  2 325 245  рублей.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области  в 2016 году за номером 66-66/001-66/001/600/2016-3436/1.

Управляющий считает договоры участия в долевом строительстве мнимыми, ссылаясь на то, что бенефициары должника использовали схему вывода активов из конкурсной массы с оформлением договоров  на родственников и созданием видимости оплаты квартир. Управляющий ссылается на фиктивность платежей по кассовым ордерам, представленными участниками долевого строительства (заинтересованными лицами в настоящем обособленном споре).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Вместе с тем, как правильно установил суд первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего спора мнимый характер сделок не подтвержден.

Так, ФИО3 в подтверждение оплаты по спорным договорам представлены копии квитанций к приходно-кассовым ордерам, кассовые чеки, выданных ООО «Диарт-Урал», а также справка ООО «Диарт-Урал» о произведенных ФИО17 платежах  на сумму 2 994 650 рублей.

Согласно ч. ч. 1 и 3 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Такой документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания.

В соответствии с п. 4.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» кассовые операции оформляются приходными кассовыми ордерами 0310001 и расходными кассовыми ордерами 0310002.

Таким образом, факт внесения в кассу должника по правилам ведения первичного бухгалтерского учета, который регламентирован Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», может быть подтвержден исключительно квитанцией к приходно-кассовому ордеру и должен быть отражен в кассовой книге должника.

В рамках настоящего обособленного спора ФИО3 представлены копии кассовых чеков, в которых  указана контрольно-кассовая техника № 13307758.

В целях получения сведений обо всех ранее зарегистрированных за ООО «Диарт-Урал» контрольно-кассовых машинах, в рамках настоящего  обособленного спора  суд  по ходатайству ФИО18 истребовал у  УФНС РФ по Свердловской области сведения обо всех ранее зарегистрированных за ООО «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>) контрольно-кассовых машинах, в том числе за период, начиная с 2013 года; сведения о том, регистрировалась ли ООО «Диарт-Урал» (контрольно-кассовая машина с заводским номером 13307758, с предоставлением, в случае регистрации, копии карточки регистрации контрольно-кассовой машины.

Согласно представленному ответу (копия приобщена к материалам настоящего обособленного спора) ООО «Диарт-Урал» (ИНН 

<

***>) имело зарегистрированную в налоговых органах контрольно-кассовую технику:

- модель Меркурий-130К версия 01, заводской номер контрольно-кассовой техники 13307758, регистрационный номер 30960, дата регистрации 12.09.2013, дата снятия с регистрационного учёта 01.07.2017; 

- модель Меркурий-130Ф номер версии экземпляра 001, заводской номер 06020221, регистрационный номер 0001571411054860, дата регистрации 13.12.2017, дата снятия с регистрационного учёта 05.06.2019 года.

Таким образом, является правильным и соответствующим обстоятельствам настоящего дела вывод суда первой инстанции о том, что представленные в материалы дела квитанции к приходному кассовому ордеру и кассовые чеки подтверждают поступление наличных денежных средств в кассу должника, так как на них имеется подпись главного бухгалтера должника, документы заверены печатью организации, данные документы, равно как и договоры участия в долевом строительстве содержат, в том числе, печать организации, а отсутствие сведений о том, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности должника не являются безусловным основанием для вывода о не внесении денежной суммы в кассу должника, поскольку эти обстоятельства могут свидетельствовать о ненадлежащем исполнении соответствующих обязанностей определенным должностным лицом должника.

Как указывает ФИО3 и не опровергается собранными при рассмотрении настоящего спора доказательствами, что заключая договоры с ООО «Диарт-Урал», она преследовала цель приобретения квартир, которую общество должно было построить. Фактически спорные квартиры были ею приобретены и впоследствии права на часть из них были переданы третьим лицам.

Из представленных в материалы дела доказательств также следует, что ФИО3 в 2015 году приобрела по различным гражданско-правовым договорам еще порядка 20 квартир у разных юридических и физических лиц, в частности у ООО «Новые метры» - 2 квартиры, ООО «МОНОЛИТ», ООО «Стройинкор» - 2 квартиры,  ООО «Виктория Инвест» - 3 квартиры, ЖСК «Александровский квартал» - 2 квартиры, ООО «ТЭН» - 3 квартиры, ООО «Группа компаний «Эфес» - 3 квартиры, ООО «АстраИнвестСтрой», ФИО19, ФИО20, ЖСК «Янтарь 2» - 3 квартиры.

ФИО3 располагала средствами для приобретения квартир и имела намерение создать соответствующие правовые последствия - заключение договоров долевого участия с ООО «Диарт-Урал». 

В подтверждение того, что доходы ФИО3 позволяли ей приобрести рассматриваемые квартиры по договорам долевого участия в материалы дела представлены учредительный договор о создании товарищества с ограниченной ответственностью «Адал-И» и бухгалтерская справка о получении ежегодных дивидендов в период с 2013 по 2016 гг. в сумме 795 000 000 казахских тенге, что составляет 179 685 315 руб. 00 коп. 

Основания критические оценивать данные доказательства у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Содержащиеся в этих документах сведения ничем не опровергнуты. 

При этом суд первой инстанции верно признал несостоятельными доводы  конкурсного управляющего о том, что использование вексельной схемы свидетельствует о  фактической аффилированности ФИО3 и должник.

Так, согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику в понимании статьи 19 Закона о банкротстве.  Наличие договорных отношений между ФИО3 и ООО «Диарт-Урал» не может являться признаком фактической аффилированности. 

Следует отметить, что использование векселей в деятельности хозяйствующих субъектов предусмотрено действующим законодательством Российской Федерации и международными правовыми актами, приобретение векселя для расчетов является обычной хозяйственной практикой в расчетах, в том числе между должником и его контрагентами, доказательств обратного не представлено. 

Предоставленные в материалы дела документы подтверждают обстоятельства возмездного приобретения ФИО3 векселей должника в счет оплаты за отгруженные организациями ООО «Горнощитский щебень» и ООО «Атомстройкомплекс» строительные материалы. Способ расчета, выбранный сторонними организациями (ООО «БетонГруппСтрой» и ООО «Уралнеруд») не являлся исключительным для хозяйственных операций с ними, но был продиктован недостатком оборотных средств как у застройщика - ООО «Диарт-Урал», и как следствие у его поставщиков.

Кроме того, сведениями о наличии у должника неисполненных обязательств на момент заключения спорных договоров ФИО3 не обладала, должник на дату оспариваемых договоров вел хозяйственную деятельность, в связи с чем расчет векселем ООО «Диарт-Урал» не может быть признан необычным для участников процесса в отсутствие соответствующих доказательств.

ФИО3 приобрела квартиры по рыночной цене, расчеты за указанные квартиры с ООО «Диарт-Урал» произведены, ФИО3 осуществила продажу квартир, действуя открыто, в соответствии с действующим законодательством, тем самым получив экономическую выгоду, что соответствует обычной практике хозяйственного оборота.

В силу прямого указания Закона о банкротстве, принятие застройщиком обязательств по передаче жилых помещений может оформляться различными договорами - договорами участия в долевом строительстве, купли-продажи будущего жилого помещения, предварительными договорами, договорами простого товарищества, о привлечении заемных средств или о приобретении векселей с условием о дальнейшем прекращении заемных (вексельных) обязательств передачей жилых помещений и т.д. (пункты 1 и 6 статьи 201.1 Закона о банкротстве).

Определяя столь широко круг сделок, которые могут быть приняты во внимание при рассмотрении вопроса о наличии у участника строительства требования о передаче жилого помещения, федеральный законодатель исходил из необходимости обеспечения дополнительной защиты от злоупотреблений застройщиков, использующих различные механизмы привлечения денежных средств, на случай их банкротства. В пункте 5 статьи 201.1 Закона о банкротстве особо обращено внимание на то, что подлинная воля участников спорных отношений может выявляться посредством проверки сделок, заключенных участниками строительства с застройщиком и (или) с действующими в его интересах третьими лицами, на предмет притворности.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что ФИО3  оплата по договорам участия в долевом строительстве, произведена, в связи с вводом жилых домов в эксплуатацию квартиры переданы АО «САИЖК» участникам долевого строительства, оснований полагать, что при совершении оспариваемых сделок воля сторон была направлена на достижение иных правовых последствий, спорные сделки являются мнимыми, у суда не имеется.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключение спорной сделки.

В пунктах 1 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Проанализировав, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, с учетом конкретных обстоятельств настоящего спора, принимая во внимание, что приведенные арбитражным управляющим в обоснование ничтожности договоров по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ обстоятельства (совершение сделки в пользу заинтересованных лиц в целях безвозмездного вывода ликвидного имущества должника в период неплатежеспособности должника, отсутствие доказательств оплаты, отсутствие у участников долевого строительства финансовой возможности  для оплаты по договорам, причинение ущерба кредиторам,) полностью охватываются диспозицией нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, финансовым управляющим не заявлено, арбитражный суд пришел к выводам о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей совокупности необходимых и достаточных условий для признания оспариваемой сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ.

Кроме того, в настоящее время ООО «Диарт-Урал» стороной спорных договоров не является.

Как указывалось выше, ООО «Диарт-Урал» являлось застройщиком жилых домов № 1, № 2, № 3, № 4, 5 по генеральному плану в границах ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в Октябрьском районе г. Екатеринбурга (жилой комплекс «Кольцовский дворик») на основании разрешения на строительство, выданного Администрацией г. Екатеринбурга 15.08.2013 и договора аренды земельного участка с кадастровым номером 66:41:0000000:453, заключенного между Министерством по управлению государственным имуществом Свердловской области и ООО «Диарт-Урал» 05.06.2013.

Строительство жилого дома № 4 по ГП, ООО «Диарт-Урал» велось частично и было полностью остановлено в 2016 году на стадии смонтированной «коробки» дома с частично выполненными фасадными работами и без устройства наружных и внутренних инженерных сетей.

Строительство жилых домов № 1 и № 2 по ГП не велось.

Договор аренды находящегося в государственной собственности земельного участка № Т-17/1 от 05.06.2013 и занимаемого жилым комплексом, заключенный между ООО «Диарт-Урал» и Администрацией города Екатеринбурга, прекращен 05 июня 2018 года, в связи с истечением срока аренды.

Учитывая, что ООО «Диарт-Урал» в общей сложности заключило договоры участия в долевом строительстве квартир в жилом комплексе с более чем 300 гражданами и юридическими лицами, в целях защиты прав участников долевого строительства Координационной комиссией по взаимодействию исполнительных органов государственной власти Свердловской области, органов местного самоуправления муниципальных образований, расположенных на территории Свердловской области, и иных органов (организаций) по решению вопросов, связанных с защитой прав граждан, чьи денежные средства привлекались для строительства многоквартирных домов и чьи права нарушены на территории Свердловской области (создана в соответствии с Указом Губернатора Свердловской области № 423-УГ от 03.08.2017) на заседании 15 января 2019 года был принят План мероприятий по оказанию поддержки гражданам, пострадавшим от деятельности ООО «Диарт-Урал», и возобновления строительства жилого комплекса «Кольцовский дворик», расположенного по адресу: ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в г. Екатеринбурге, жилые дома стр. №№ 1, 2 и 4 по ГП.

Указанный План мероприятий предусматривал передачу Свердловской областью земельного участка в аренду АО «Свердловское агентство ипотечного жилищного кредитования» (АО «САИЖК»), финансирование строительства жилого комплекса за счет государственных средств, предоставляемых бюджетом Свердловской области, строительство жилого дома № 4 по ГП не позднее 30 июня 2020 года, завершение строительства жилого комплекса в части жилого дома № 4 по ГП не позднее 30 июня 2020 года, а жилых домов №1 и № 2 по ГП не позднее 30.06.2021 года.

Во исполнение Плана мероприятий:

а) Губернатором Свердловской области издано распоряжение № 24-РГ от 04.02.2019 о предоставлении занимаемого жилым комплексом земельного участка АО «САИЖК» в аренду без проведения торгов на основании пп.31 п.2 ст.396 Земельного кодекса Российской Федерации;

б)между Министерством по управлению государственным имуществом Свердловской области и АО «САИЖК» заключен договор аренды земельного участка № Т-138 от 05.04.2019 (номер государственной регистрации 66:41:0000000:453-66/001/2019-438 от 27.05.2019);

в)Министерством строительства и развития инфраструктуры Свердловской области АО «САИЖК» выдано разрешение на строительство объектов от 05.06.2019 № RU 66302000-1569-2019 (с внесенными впоследствии изменениями № 1 от 09.06.2020);

г)финансирование завершения строительства объектов осуществляется за счет предоставляемых АО «САИЖК» из бюджета Свердловской области субсидий юридическим лицам, принявшим на себя обязательство по завершению строительства объектов незавершенного строительства на земельном участке, предоставленном на основании пп.3.1 п.2 ст.39.6 ЗК РФ, и исполнению обязательств застройщика перед гражданами, денежные средства которых привлечены для строительства многоквартирных домов и права которых нарушены, на основании соответствующих соглашений о предоставлении субсидий, заключаемых между

д) жилой дом № 4 в составе жилого комплекса введен в эксплуатацию                 30 июня 2020 года (Министерством строительства и развития инфраструктурыСвердловской области АО «САИЖК» выдано разрешение на ввод объекта вэксплуатацию № RU 66302000-1569-2020 от 30.06.2020). 

е)строительство жилых домов №№ 1 и 2 в составе жилого комплекса ведется АО «САИЖК» в соответствии с установленным графиком выполнения строительно-монтажных работ, предусматривающим завершение строительства и ввод объектов в эксплуатацию не позднее 30 июня 2021 года.

Таким образом, в отношении жилых домов №№ 1, 2 и 4 по ГП по ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в г. Екатеринбурге, в отношении которых заключены оспариваемые договоры, именно АО «САИЖК» отвечает в настоящее время критериям, установленным нормами Градостроительного кодекса РФ Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».

В настоящее время АО «САИЖК» является застройщиком всех объектов долевого строительства по оспариваемым арбитражным управляющим договорам   участия   в   долевом   строительстве.

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, прекращение прав участников долевого строительства  не повлечет возврата прав на объекты долевого строительства к ООО «Диарт-Урал», поскольку указанное лицо в настоящее время не обладает правами ни на земельный участок, ни на расположенные на нем объекты.

В силу изложенного суд первой инстанции обоснованно не усмотрел  оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной.

Доводы апелляционной жалобы об аффилированности ответчика по отношению к должнику и подконтрольности всех получателей векселей, участвующих в расчетах, рассмотрены апелляционной коллегией и отклонены, поскольку судом не установлены доказательства наличия признаков заинтересованности применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве. 

Апелляционная коллегия при этом исходит из того, что с учетом правового основания оспаривания по статье 10 и 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации, именно на заявителе лежит обязанность по представлению доказательств очевидной ничтожности оспариваемых договоров. 

Судебное вмешательство в таком случае обусловлено достижением цели пресечения неблагоприятных последствий заведомо недобросовестного поведения участников сделки, восстановления прав кредиторов даже за пределами периодов оспаривания установленных главой 3.1 Закона о банкротстве. 

Однако в рассматриваемом случае такого рода доказательства судом не представлены. 

Новый застройщик - общество «САИЖК», осуществивший передачу спорных квартир, возражений против законности договоров не заявляет, право на получение квартир принявшими их гражданами не оспаривает. С момента заключения договоров и проведения расчетов прошел значительный период времени. Квартиры переданы покупателям для заселения.

Также необоснованными являются доводы управляющего о том, что отсутствие в векселях индоссаментов является действием в обход закона с целью сокрытия действительных платежных операций и создания фиктивной задолженности. 

Согласно Положению о переводном и простом векселе, утвержденному Постановлением ЦИК и СНК СССР от 07.07.1937 № 104/1341 (далее - Положение о переводном и простом векселе), и нормам Федерального закона Российской Федерации от 11.03.1997 № 48-ФЗ "О переводном и простом векселе" к простому векселю применяются положения, относящиеся к переводному векселю, в том числе и по индоссаменту.

В соответствии со статьей 14 Положения о переводном и простом векселе  если индоссамент бланковый, то векселедержатель может передать вексель третьему лицу, не заполняя бланка и не совершая индоссамента.

На основании статьи 75 Положения о переводном и простом векселе индоссамент не является обязательным реквизитом, соответственно отсутствие индоссамента не влечет за собой недействительность ценной бумаги, равно как не влечет недействительности перехода прав по векселю.

Также согласно статье 11 указанного Положения о переводном и простом векселе вексель может быть передан путем проставления индоссамента, но данное указание не исключает передачу ценной бумаги любым иным способом, в том числе путем подписания актов приема-передачи, так как ценные бумаги являются таким же имуществом, как и любой иной актив.

В настоящем случае передача векселей установлена актами приема-передачи, в связи с этим отсутствие на векселях индоссамента не имеет правового значения для разрешения настоящего обособленного спора.

Наличие каких-либо дефектов формы векселей также не подтверждается материалами дела. 

Таким образом, следует признать, что обстоятельства спора получили верную оценку суда первой инстанции, нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении заявленных требований судом первой инстанции не допущено. 

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относится на ее заявителя и в связи с предоставленной отсрочкой по ее уплате взыскивается с должника в доход федерального бюджета по итогам рассмотрения апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 июля 2022 года по делу № А60-19055/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы ООО «Диарт-Урал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Т.С. Нилогова