ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

15 июля 2019 года

Дело № А40-103403/2019-144-692

Полный текст решения изготовлен 15 июля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 4 июля 2019 года

Арбитражный суд города Москвы

в составе судьи Папелишвили Г.Н. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «Стройинвест»

к ответчику: ГБПОУ «Воробьевы горы», УФАС по г. Москве

о признании недействительным отказа ГБПОУ «Воробьевы горы»  от исполнения контракта № ОУЗ-0066-17 от 10.10.2017, изложенного в решении № 2236 от 17.09.2018 и о признании незаконным решения УФАС по г. Москве от  07.02.2019 № 5338/19-2 по делу № 2-19-15242/77-18

с участием:

от заявителя – ФИО2 (паспорт, доверенность от 18.04.2019), ФИО3 (паспорт, доверенность от 03.07.2019 № 37)

от ГБПОУ «Воробьевы горы» – ФИО4 (паспорт, доверенность от 24.05.2019 № 109)

от УФАС по г. Москве – ФИО5 (удостоверение, доверенность от 27.05.2019 № 03-33)

УСТАНОВИЛ:

ООО «Стройинвест» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным отказа ГБПОУ «Воробьевы горы» от исполнения контракта № ОУЗ-0066-17 от 10.10.2017, изложенного в решении № 2236 от 17.09.2018 и о признании незаконным решения УФАС по г. Москве от  07.02.2019 № 5338/19-2 по делу № 2-19-15242/77-18.

Заявитель требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и письменных дополнениях к нему.

Представитель УФАС по г. Москве предоставил материалы дела № 2-19-15242/77-18, требования отклонил по доводам, изложенным в отзыве.

Представитель ГБПОУ «Воробьевы горы» требования отклонил по доводам, изложенным в представленном отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст.198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Срок подачи заявления не пропущен. 

Согласно ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, процессуальный закон устанавливает наличие одновременно двух обстоятельств, а именно, не соответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом прав и законных интересов организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц.

Заявитель в своем заявлении указывает, что между ГБПОУ «Воробьевы горы» (Заказчик) и ООО «Строиинвест» (Подрядчик)) заключен Гражданско-правовой договор бюджетного учреждения № ОУЗ/0066-17 от 10.11.2017.

Согласно пункту 1 Договора Подрядчик обязуется по заданию Заказчика выполнить работы по проведению текущего ремонта здания, находящегося в оперативном управлении ГБПОУ "Воробьевы горы", расположенного по адресу: 

<

...> в объеме, установленном в Техническом задании (Приложение №1 к настоящему Контракту, являющееся его неотъемлемой частью), а Заказчик обязуется принять результат выполненных работ и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных Контрактом, в сроки, согласованные сторонами в разделе 3 Государственного контракта: начало выполнения работ с даты заключения Контракта, окончание выполнения работ - не позднее 15.08.2018. Цена Контракта в соответствии с пунктом 2.1. Контракта составила 27 855 000 рублей, в том числе НДС 18 %, 4 249 067, 80 рублей.

Однако ответчиком 17.09.2018 было принято Решение №2236 об одностороннем отказе от Контракта в связи с нарушением срока выполнения работ.

На основании данного Решения Ответчик обратился в Управление Федеральной антимонопольной службы по г. Москве и последним принято Решение от 07.02.2019 №5338/19-2 по делу № 2-19-15242/77-18 о внесении ООО «Стройинвест» и контролирующих его лиц в Реестр недобросовестных поставщиков.

Не согласившись с указанным отказом ГБПОУ «Воробьевы горы» от исполнения контракта № ОУЗ-0066-17 от 10.10.2017, изложенным в решении № 2236 от 17.09.2018 и решением УФАС по г. Москве от  07.02.2019 № 5338/19-2 по делу № 2-19-15242/77-18, посчитав их необоснованными и не соответствующими действующему законодательству, ООО «Стройинвест» обратилось с настоящим заявлением в арбитражный суд.

В обоснование своей позиции заявитель указывает на отсутствие факта ненадлежащего исполнения контракта, что, по мнению заявителя, выразилось в предупреждении заказчика о невозможности выполнить работы.

При этом, заявитель оправдывает неисполнение принятых на себя обязательств бездействием заказчика, а именно непродлением срока выполнения работ по просьбе подрядчика. В связи с чем, заявитель полагает, что в его действиях отсутствует вина в нарушении сроков выполнения работ по контракту.

Помимо названных доводов заявитель ссылается на процессуальные нарушения со стороны антимонопольного органа, выразившиеся в несоблюдении сроков внесения сведений об участнике в вышеназванный реестр.

По мнению заявителя, антимонопольный орган не установил в его действиях факт недобросовестного поведения, что исключает возможность применения мер публично-правовой ответственности.

Помимо изложенного заявителем в обоснование своих требований приведена позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлениях от 30.07.2001 № 13-П, от 21.11.2002 № 15-П и Определениях от 07.06.2001 № 139-О, от 07.02.2002 № 16-О, о необходимости учёта соразмерности допущенного нарушения применённой меры ответственности.

Согласно п.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом согласно п.5 ст.200 АПК РФ с учетом п.1 ст.65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным. 

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со ст.13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Таким образом, из существа приведенных норм следует, что для признания недействительным обжалуемого заявителем решения и предписания антимонопольного органа необходимо наличие двух обязательных условий, а именно, несоответствие их закону и наличие нарушения им прав и охраняемых законом интересов заявителя.

Кроме того, правоотношения, возникающие при организации и проведении торгов, а также при заключении договоров по результатам торгов, относятся к сфере гражданско-правового регулирования, и защита прав, нарушенных при организации и проведении торгов, должна осуществляться соответствующими, предусмотренными законом способами, а именно способом, прямо установленным ст. 449 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом согласно п. 1 ст. 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны недействительными по иску заинтересованного лица. По смыслу данной нормы реализация этого права должна повлечь восстановление нарушенных прав истца.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд считает необходимым указать следующее.

В контексте положений ч. 2. ст. 104 Закона о контрактной системе в реестр недобросовестных поставщиков включается информация о поставщиках (подрядчиках, исполнителях) в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

На основании ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским Кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом. В данном случае такая возможность предусмотрена пунктом 8.1 Контракта.

Как следует из фактических обстоятельств дела, 10.11.2017 между заявителем и заказчиком был заключен контракт № ОУЗ/0066-17 (далее - контракт) на выполнение работ по текущему ремонту здания, находящегося в оперативном управлении ГБПОУ «Воробьевы горы», расположенном по адресу: 

<

...>, в соответствии с условиями технического задания, являющегося неотъемлемой частью контракта.

В силу ст. 3.1 срок оказания услуг: с «01» января 2018 по «15» августа 2018 года.

Согласно представленным материалам дела, 17.04.2018 подрядчику была предоставлена возможность для проведения строительно-монтажных работ, что подтверждается актом открытия объекта.

Впоследствии, заявителем для выполнения работ на объекте было выделено 10 человек, что подтверждается списками сотрудников и командировочными письмами от 26.04.2018.

Однако, вопреки требованиям контракта к сроку выполнения работ, к строительно-монтажным работам заявитель приступил лишь 05.05.2018, что подтверждается актами освидетельствования скрытых работ от 10.05.2018, 11.05.2018, 12.05.2018, 15.05.2018, 23.05.2018, 25.05.2018,02.06.2018.

Вместе с тем, в период исполнения контракта общество направляло в адрес заказчика письма (исх. №62-67 от 13.06.2018) с просьбой предоставить необходимые чертежи и освободить помещения.

Впоследствии, 21.06.2018 общество направило в адрес заказчика письмо (исх. №б/н), согласно которому работы не могут быть выполнены в полном объеме в связи с отсутствием доступа в помещения, требующие ремонта.

Однако, заказчик 23.07.2018 обратился к заявителю с просьбой незамедлительно ускорить выполнение работ и принять иные неотложные меры для завершения строительно-монтажных работ, что подтверждается письмом № 1713.

Вместе с тем, обществом были направлены в адрес заказчика письма (исх. №160, №166 от 30.07.2018), согласно которым заказчик не предоставил всю необходимую для выполнения работ документацию.

Вместе с тем, 07.08.2018 общество направило в адрес заказчика письмо (исх. №202), с просьбой представителя заказчика прибыть на приемку выполненных работ. 

10.08.2018 общество направило в адрес заказчика письмо (исх. №218), с просьбой увеличить сроки выполнения работ в виду того, что выполнить работы в установленные сроки не представляется возможным.

По результатам приемки выполненных работ, 15.08.2018 заказчиком был составлен акт о выявленных недостатках, согласно которому работы не были выполнены в полном объеме.

На следующий день, а именно 16.08.2018 заказчик направил в адрес общества претензию (исх. №1925), согласно которой по состоянию на 15.08.2018 работы не выполнены подрядчиком надлежащим образом в установленные сроки, а также сообщалось о продлении срока для выполнения работ в полном объеме до 25.08.2018. В ответ на данную претензию общество направило в адрес заказчика письмо (исх. №252), согласно которому вина в нарушении сроков выполнения работ у подрядчика отсутствует ввиду отказа со стороны заказчика в содействии продления разумных сроков выполнения работ.

Вместе с тем, по истечению срока, уже после его продления, 10.09.2018 заказчик направил в адрес общества претензию (исх. №2166), в которой сообщалось, что в ходе совместного комиссионного осмотра объекта было установлено, что работы выполнены подрядчиком не в полном объеме.

Неисполнение заявителем своих обязательств послужило основанием для принятия заказчиком решения об одностороннем расторжении контракта от 17.09.2018 № 2236.

Впоследствии все документы и сведения, касающиеся исполнения контракта были переданы в Московское УФАС России для разрешения вопроса о применении мер публичной ответственности.

В результате рассмотрения названных документов комиссия антимонопольного органа приняла решение о необходимости включения сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков ввиду недоказанности наличия объективных оснований для неисполнения обязательств по контракту.

Судом отклоняются доводы заявителя как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и основанные на неправильном толковании норм материального права ввиду следующего.

Согласно условиям контракта заявитель обязуется по заданию заказчика выполнить работы по проведению текущего ремонта здания, находящегося в оперативном управлении ГБПОУ «Воробьевы горы», расположенного по адресу: 

<

...>. Указанные работы должны быть выполнены в срок с 01.01.2018 до 15.08.2018.

Вместе с тем заявитель в указанный срок не выполнил требуемые работы.

Мотивом невыполнения работ, согласно доводам заявителя, послужило отсутствие содействия со стороны заказчика по продлению сроков исполнения контракта и представлению испрашиваемой документации.

Однако заявителем не учтено следующее.

Основания для одностороннего расторжения договора подряда предусмотрены ч. 2 ст. 715 ГК РФ, в силу которой в случае, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

В силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе, ст. ст. 450, 715 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на выполнение работ является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

В контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 N 13970/10, а также в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.11.2011 N ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ по договору относятся к существенным условиям договора подряда.

Пунктом 8.1.1.1 контракта предусмотрена возможность его досрочного расторжения в одностороннем порядке со стороны заказчика при неоднократном (от двух или более раз) нарушении сроков и объемов выполнения работ, предусмотренных контрактом, включая график выполнения работ (календарный план).

Неоднократность нарушения сроков и объемов работ подтверждается письмами заказчика, направленными в адрес заявителя, например, в письме от 23.07.2018 № 1713 заказчик указывает, что по состоянию на указанную дату выполнено лишь 30 % работ, несмотря на тот факт, что срок выполнения работ истекает 15.08.2018. 

Кроме того, в письме от 08.08.2018 № 1852 заказчик указывает, что по состоянию на 07.08.2018 на объекте не выполнены следующие виды работ: монтаж дверных блоков, устройство черновых полов в отдельных помещениях и коридорах, устройство напольных покрытий, подготовка стен под чистовую отделу (в отдельных помещениях), чистовая окраска помещений и другие работы; ремонт систем электроснабжения, монтаж систем автоматической противопожарной защиты, охранной сигнализации и локальной вычислительной сети систем выполнен на 25 %.

Кроме того, согласно фактическим обстоятельствам дела, общество по окончании срока, отведенного на выполнение работ, не исполнило обязательства по контракту.

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи послужили основанием для принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, о чем составлено соответствующее решение.

Вместе с тем, оценивая довод заявителя относительно отсутствия содействия со стороны заказчика, следует отметить следующее.

Контракт датирован 10.11.2017, что свидетельствует о том, что до принятия решения заказчиком об одностороннем отказе от исполнения контракта от 17.09.2018 подрядчик обладал достаточным количеством времени для того, чтобы заявить заказчику о возникших, по его мнению, проблемах для совместного их решения. Вместе с тем, несмотря на требования контракта к началу работ 01.01.2018 общество приступило к выполнению работ лишь 05.05.2018. Однако, письма с различными необоснованными просьбами заявитель начал направлять в адрес заказчика только в июне 2018 года, что напрямую свидетельствует о проявленной им неосмотрительности и неосторожности.

Кроме того, заявитель в своем заявлении указывает, что в ответ на его письмо № 62 от 13.06.2018 о предоставлении чертежей с целью возведения стен и межкомнатных перегородок блока РИДУ заказчиком всё же предоставлен 19.08.2018 требуемый чертеж. Кроме того, 04.07.2018, как указывает заявитель, заказчиком так же передан чертеж по монтажу слаботочных сетей и оборудования на объекте, в ответ на требование подрядчика, изложенное в письме № 63 от 13.06.2018.

При этом, заявитель так же подчеркивает, что им было направлено письмо № 64 от 13.06.2018 о предоставлении чертежей по монтажу вентиляции на объекте. Вместе с тем, требуемый чертеж передан заказчиком 27.06.2018.

Однако, заявителем не учтено, что 17.04.2018 в соответствии с условиями контракта заказчиком были переданы помещения подрядчику для проведения строительно-монтажных работ, что подтверждается актом открытия объекта от 17.04.2018. Согласно п. 2 указанного акта к моменту составления акта подрядной организацией   получена   следующая   документация:   проектная   документация   в электронном виде, а именно разделы: автоматика, АР, ВК, КР, ОВ, ОДИ, ППА, ССС, ЭОМ, Техническое задание, Дефектный акт, смета.

Следует отметить, что согласно ч. 1 ст. 718 ГК РФ заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

Вместе с тем, в настоящем случае условиями контракта на заказчика не была отнесена обязанность по оказанию обществу содействия в отдельно оговоренных случаях. Указанное позволяет сделать вывод о том, что содействие последнему должно быть оказано заказчиком в случае действительной и острой необходимости, имеющей документальное подтверждение, в отсутствие которого исполнение обществом своих обязательств по контракту станет объективно невозможным. Однако заказчик несмотря на отсутствие у него таковых обязанностей, как указывает сам заявитель, а так же подтверждается актом открытия объекта, повторно передал требуемую документацию, несмотря на тот факт, что вся проектно-сметная документация была получена подрядчиком уже в момент составления акта открытия объекта от 17.04.2018.

Кроме того, как следует из материалов дела, заказчик также пошел навстречу заявителю в части срока исполнения контракта, в частности, из содержания претензии № 1925 от 16.08.2018 года следует, что обществу предоставлена возможность выполнить работы в полном объёме в срок до 25 августа 2018 года.

В то же самое время, как следует из материалов дела в настоящем случае, каких-либо доказательств действительной объективной невозможности исполнить свои обязательства по контракту заявителем не представлено.

При этом вся позиция общества в настоящем случае фактически сведена к понуждению заказчика продлить сроки исполнения контракта в отсутствие на то объективной необходимости. Вместе с тем, заявителем не учтено, что в здании 01.09.2018 должен был быть начат образовательный процесс, однако ввиду ненадлежащего исполнения контракта заказчик был лишен возможности осуществлять в здании объекта образовательную деятельность. В этой связи необходимость в оказании какого-либо содействия обществу со стороны заказчика отсутствовала.

Таким образом, как следует из представленных материалов дела и существа рассматриваемого вида работ по контракту, оснований для неисполнения условий заключенного обществом контракта не усматривается.

Следует отметить, что оценка контролирующим органом обстоятельств одностороннего расторжения контракта государственным заказчиком в целях применения положений ст. 104 Закона о контрактной системе не подменяет собой оценку правомерности расторжения контракта, которая осуществляется в судебном порядке. В контексте положений законодательства о размещении заказов антимонопольный орган действует в пределах предоставленных ему законом полномочий и оценивает лишь формальную обоснованность расторжения контракта со стороны заказчика.

Как следует из фактических обстоятельств дела, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта направлено в адрес общества 17.09.2018 посредством электронной почты, а так же 19.09.2018 посредством ФГУП Почта России. Указанное решение получено заявителем 24.09.2018, что подтверждается выпиской с сайта ФГУП Почта России, представленной заказчиком в материалы дела.

Вместе с тем, заявителем не предприняты какие-либо меры по устранению допущенных нарушений, а также указанное решение не обжаловано в судебном порядке.

В свою очередь, антимонопольный орган при вынесении спорного решения оценивает исключительно действия сторон с точки зрения их добросовестности.

Оправдание заявителем факта невыполнения работ действиями заказчика направлено на оспаривание одностороннего отказа заказчика от исполнения государственного контракта, оценка правомерности которого, как указано выше, не входит в компетенцию антимонопольного органа, не являлось предметом рассмотрения на заседании комиссии Управления, и, соответственно, подлежат отклонению в рамках настоящего судебного спора.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемый акт соответствует положениям Закона о контрактной системе, не нарушает прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, способствует восстановлению законности в сфере регулируемых правоотношений и прав государственного заказчика.

В соответствии с ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения.

Материалами дела подтверждается, что решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта направлено в адрес исполнителя 17.09.2018 посредством электронного направления, 19.09.2018 - заказным почтовым отправлением. Материалами дела подтверждается, что решение об одностороннем отказе получено обществом посредством электронной почты 19.09.2018 и посредством ФГУП Почта России 24.09.2018

Поскольку заявитель был надлежащим образом осведомлен о принятии заказчиком решения об одностороннем расторжении контракта по причине неоднократного невыполнения обязательств по контракту, у него имелась возможность со дня получения такого решения и до вступления его в законную силу устранить допущенные нарушения.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, заявителем после получения решения об одностороннем отказе не были закончены ремонтные работы. Кроме того, после получения претензий заказчика и решения об одностороннем отказе общество лишь продолжало настаивать на отсутствии своей вины в нарушении сроков выполнения работ. Подобного рода действия свидетельствуют о систематическом нарушении заявителем условий контракта при его осведомлённости о предъявляемых заказчиком претензиях.

Таким образом, подобные действия заявителя свидетельствует о его нежелании дальнейшего исполнения государственного контракта и направлены на срыв закупочной процедуры.

Подлежат отклонению и доводы заявителя о позднем включении сведений в реестр недобросовестных поставщиков в связи со следующим.

В силу ч. 7 ст. 104 Закона о контрактной системе, в течение десяти рабочих дней с даты поступления документов и информации, уполномоченный на осуществление контроля в сфере закупок, осуществляет проверку содержащихся в указанных документах и информации фактов, в случае подтверждения достоверности этих фактов федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление контроля в сфере закупок, включает информацию, предусмотренную ч. 3 данной статьи, в реестр недобросовестных поставщиков в течение 3 рабочих дней, с даты подтверждения этих фактов.

Правила ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1062 (далее - Правила № 1062).

В соответствии с п. 4 Правил № 1062, ведение реестра, в том числе включение (исключение) в реестр информации о недобросовестных поставщиках (подрядчиках, исполнителях), осуществляется Федеральной антимонопольной службой.

Согласно п. 13 Правил № 1062 уполномоченный орган включает информацию о недобросовестном поставщике (подрядчике, исполнителе), предусмотренную частью 3 статьи 104 Закона о контрактной системе, в реестр в течение 3 рабочих дней с даты вынесения решения о включении информации о таком лице в реестр.

Указанная информация образует реестровую запись, которая подписывается представителем уполномоченного органа, имеющим соответствующие полномочия, с использованием электронной подписи.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30 мая 2016 г. № 310-КГ16-556, нарушение уполномоченным органом сроков на совершение указанных действий не отвечает как целям и задачам предусмотренного механизма защиты прав заказчиков, так и гарантиям, предоставленным недобросовестным поставщикам, включенным в соответствующий реестр, поскольку при соблюдении уполномоченными органами установленных сроков лицо, уклонившееся от заключения государственного или муниципального контракта, вправе рассчитывать на своевременное исключение сведений о нем из реестра недобросовестных поставщиков, что обеспечит право такого участника на дальнейшее возможное участие в аукционах по размещению государственных и муниципальных заказов, и отвечает требованиям Конституции Российской Федерации и соответствующему принципу юридического равенства.

Нахождение общества в реестре недобросовестных поставщиков по истечении двух лет с момента наступления у антимонопольного органа обязанности по его включению в указанный реестр безусловно нарушает права и законные интересы заявителя.

Но само по себе нарушение этого срока не может свидетельствовать о незаконности действий уполномоченного органа по включению сведений о заявителе в указанный реестр.

При этом с учетом того, что наличие правовых оснований для включения заявителя в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае доказано со стороны органа, нарушение сроков на совершение указанного действия не повлекло нарушение прав и законных интересов заявителя, поскольку срок для исключения информации из реестра на момент обращения лица с заявление об оспаривании вынесенного акта и рассмотрения дела судом не наступил с учетом сроков для представления заказчиком в уполномоченный орган информации и документов и вынесения антимонопольным органом решения о включении информации о недобросовестном поставщике в реестр, предусмотренных Законом о контрактной системе (статья 104) и Правилами № 1062 (пункты 8, 11, 13).

Соответственно на момент обращения в суд и рассмотрения спора права заявителя не нарушены, что в силу статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исключает возможность признания оспариваемого ненормативного акта недействительным в судебном порядке.

Кроме того, заявитель не лишен возможности обратиться в антимонопольный орган по истечении двух лет с момента вынесения решения о включении его в реестр недобросовестных поставщиков с требованием об исключении сведений из вышеназванного реестра в связи с истечением срока.

Исходя из требований ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе, включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежит информация, в том числе о лицах, с которыми расторгнуты государственные контракты вследствие их недобросовестного поведения в ходе их исполнения.

В этой связи в отсутствие каких-либо обстоятельств, подтверждающих невозможность исполнить требования контракта в части срока его исполнения, вышеизложенная линия поведения заявителя может быть оценена исключительно как проявление недобросовестности в его действиях, выразившееся в халатности и пренебрежительном отношении к исполнению контракта.

Вместе с тем, как следует из требований действующего законодательства о контрактной системе, при оценке поведения исполнителя на предмет его добросовестности следует исходить из совокупности обстоятельств, которые в настоящем деле свидетельствуют о возможности заявителем исполнить контракт надлежащим образом. Доказательств невозможности соблюдения заявителем положений действующего законодательства по причинам, не зависящим от него, не представлено.

Отказ от надлежащего исполнения контракта может выражаться как в совершении целенаправленных (умышленных) действий или бездействия, осуществлённых с указанной целью, так и в их совершении по неосторожности, когда участник закупки по небрежности не принимает необходимых мер по соблюдению норм и правил, необходимых для исполнения контракта, то есть создаёт условия, влекущие невозможность его надлежащего исполнения.

Названный правовой подход наиболее полно обеспечивает соблюдение баланса частных и публичных интересов и направлен на повышенную защиту заказчика как стороны с наибольшим объёмом публично-правовой ответственности в части исполнения государственного контракта и расходования бюджетных средств.

Основанием для включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков является такое неисполнение подрядчиком контракта, которое предполагает его недобросовестное поведение, совершение им действий (бездействия) в противоречие требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приведших к невозможности исполнения контракта этим лицом как с признанным победителем закупки и нарушающих права заказчика относительно условий и срока исполнения контракта, которые связаны, прежде всего, с эффективным использованием бюджетных средств и в предусмотренном бюджетным законодательством порядке, что приводит к нарушению обеспечения публичных интересов в указанных правоотношениях.

Игнорирование условий контракта, отказ в надлежащем выполнении работ по контракту, принятие на себя обязательств в отсутствие уверенности и намерения по их исполнению надлежащим образом и в срок, свидетельствует об исключительной халатности и недобросовестности заявителя, как участника государственных закупок.

Таким образом, ограничение права заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года является необходимым условием изоляции заявителя от иных заказчиков в рамках системы государственных закупок, в связи с чем применённая антимонопольным органом мера является соразмерной и справедливой.

В настоящем случае заявитель пренебрёг необходимостью соблюдения норм и правил действующего законодательства, регулирующего порядок исполнения государственного контракта, не проявил внимательности и должной осмотрительности при осуществлении своей деятельности.

Недобросовестность ООО «СтройИнвест» выразилась в халатном, непредусмотрительном, ненадлежащем исполнении своих обязанностей, возникающих из требований закона к процедуре исполнения государственного контракта, в части сроков исполнения контракта.

В этой связи, учитывая факт неисполнения обществом своих обязательств по контракту в установленный контрактом срок в отсутствие обстоятельств, не позволяющих выполнить принятые обязанности, существенность допущенных заявителем нарушений (несоблюдение сроков установленных контрактом повлекло за собой лишение заказчика той работы, на получение которого он рассчитывал при заключении контракта), а также учитывая факт вступления в силу решения заказчика от 27.09.2018 об одностороннем отказе от исполнения указанного контракта и непринятие заявителем никаких мер, направленных на устранение выявленных заказчиком нарушений, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о необходимости внесения сведений в отношении заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

При этом, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

В настоящем случае заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта, в связи с чем включение общества в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Каких-либо доказательств невозможности соблюдения заявителем требований Закона о контрактной системе либо доказательств того, что невозможность исполнения государственного контракта стала следствием противоправных действий третьих лиц, заявителем не представлено и судом не установлено.

Следовательно, в данном случае, отсутствуют правовые основания, которые одновременно необходимы для удовлетворения заявленных требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.64, 65, 66, 71, 75, 167-170, 176, 180, 181, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему законодательству в удовлетворении заявления ООО «Стройинвест» о признании недействительным отказа ГБПОУ «Воробьевы горы» от исполнения контракта № ОУЗ-0066-17 от 10.10.2017, изложенного в решении № 2236 от 17.09.2018 и о признании незаконным решения УФАС по г. Москве от  07.02.2019 № 5338/19-2 по делу № 2-19-15242/77-18 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в месячный срок после его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                          Г.Н. Папелишвили