ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 09АП-78344/2024

Дело № А40-74902/23

г. Москва

28 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2025 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Т.В. Захаровой, судей В.В. Валюшкиной, Б.В. Стешана, при ведении протокола судебного заседания секретарем А.А. Елмановой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Акционерного общества "Ситроникс Ай Ти" на решение Арбитражного суда города Москвы от 07 октября 2024 года по делу № А40-74902/23,  

по исковому заявлению Акционерного общества "БМ-БАНК" (ОГРН: 

<

***>) 

к Акционерному обществу "Ситроникс Ай Ти" (ОГРН: 

<

***>)  

третьи лица: Microsoft Ireland Operations Limited (номер налогоплательщика: IE 8256796U, Ireland, Dublin 2, Sir John Rogerson’s Quay, 70), БАНК ВТБ (Публичное акционерное общество) (ОГРН: 

<

***>)  

о расторжении договора, о взыскании неосновательного обогащения, при участии в судебном заседании:  

от истца: ФИО1 по доверенности от 01.12.2023, 

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 05.02.2025, ФИО3 по доверенности от 01.01.2025,  

от третьих лиц: не явились, извещены, 

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество "БМ-БАНК" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Акционерному обществу "Ситроникс Ай Ти" (далее – ответчик) о расторжении договора от 31.03.2020 № NV.01.064662/000-00330-20, о взыскании 30 589 178 руб. 17 коп. неосновательного обогащения.  

 К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Microsoft Ireland Operations Limited, БАНК ВТБ (Публичное акционерное общество).  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 в удовлетворении иска было отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 решение Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 оставлено без изменения.  

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 11.04.2024 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 и решение Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение.  

При новом рассмотрении дела решением от 07 октября 2024 года Арбитражный суд города Москвы исковые требования удовлетворил.  

Не согласившись с принятым решением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указал, что суд вынес решение без учета и выяснения всех обстоятельств, имеющих значение для дела, не принял во внимание недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.  

От истца поступил отзыв, в котором он против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, указав на отсутствие правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции.  

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена без их участия в порядке, установленном статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, в иске отказать.  

Представитель истца возражал по доводам, изложенным в жалобе, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что решение Арбитражного суда города Москвы от 07.10.2024 не подлежит отмене по следующим основаниям.  

Из материалов дела следует, что между АО «БМ-Банк» и АО «Энвижн Груп» заключен рамочный сублицензионный договор № NV.01.064662/000-00330-20 от 31.03.2020 (далее – Договор), в соответствии с п. 1.2 которого ответчик обязуется передать, а истец принять и оплатить Лицензии в соответствии со следующими Лицензионными соглашениями: Соглашение Microsoft Business and Services Agreement № U0278188; Соглашение Enterprise № Е6675252; Соглашение о регистрации Enterprise (через торгового посредника) № 64062379, заключенными между Банком ВТБ (ПАО) и Microsoft Ireland Operations Limited (далее – Лицензионные соглашения).  

Согласно условиям указанных Лицензионных соглашений, истец является аффилированным лицом Банка ВТБ (ПАО) (п. 1.2 Договора).  

Согласно п.1.5 Сублицензионного договора, перечень и наименование лицензий указываются в Приложениях № 1, № 2 и № 3 к Договору.  

При этом срок использования лицензий по Приложению № 3 - с 01.01.2022 до 31.12.2022.  

Истец указывает, что своевременно и в полном объеме исполнил свои обязательства по оплате стоимости лицензий согласно Приложению № 3 к Договору в размере 36 970 364,34 рублей, что подтверждается платежным поручением от 19.01.2022 № 29416.  

Вместе с тем, с 05.03.2022 у истца отсутствует доступ к программному обеспечению, использование которого регулируется Лицензионными соглашениями (далее - ПО), в том числе доступ к ключам активации ПО и дистрибутивам ПО для скачивания  

04.04.2022 истец направил запрос в адрес АО «Энвижн Груп» о предоставлении информации о причинах отсутствия доступа у Банка к программному обеспечению.  

14.04.2022 в ответ на письмо истца от 04.04.2022 от АО «Энвижн Груп» был получен ответ № 15/1425, в соответствии с которым последний сообщил, что ответчиком, в рамках Сублицензионного договора, выполнены взятые на себя обязательства по передаче прав использования программного обеспечения в адрес истца.  

Истец указывает, что за период с 01.01.2022 до 31.12.2022, им было оплачено лицензионное вознаграждение в размере 36 970 364,34 рублей.  

Таким образом, в период с 05.03.2022 по 31.12.2022 у истца отсутствовал доступ к программному обеспечению, использование которого регулируется Лицензионными соглашениями, в том числе доступ к ключам активации и дистрибутивам ПО для скачивания, в связи с чем, истец полагает, что часть уплаченного лицензионного - вознаграждения в размере 30 589 178,17 рублей является неосновательным обогащением для ответчика.  

31.08.2022 истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием вернуть стоимость лицензионного вознаграждения в размере 30 589 178,17 рублей, согласно Приложения № 3 к Договору, за период с 05.03.2022 до 31.12.2022, в котором у истца отсутствовал доступ к программному обеспечению, использование которого регулируется Лицензионными соглашениями, в том числе, доступ к ключам активации ПО и дистрибутивам ПО для скачивания, а также, -требование о расторжении Сублицензионного договора с приложением соглашения о расторжении.  

В ответ на вышеуказанную претензию ответчик письмом от 1122 № НВГ22/0709/04 отказался от удовлетворения претензии, в связи с чем, истец обратился с настоящим иском в суд.  

На основании пп.1 и 2 ст.1238 ГК РФ по сублицензионному договору сублицензиату могут быть предоставлены права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации только в пределах тех прав и тех способов использования, которые предусмотрены лицензионным договором для лицензиата.  

Согласно п.5 ст.1238 ГК РФ к сублицензионному договору применяются правила о лицензионном договоре.  

В соответствии с п.2 ст.1237 ГК РФ лицензиар обязан воздерживаться от каких-либо действий, способных затруднить осуществление лицензиатом предоставленного ему права использования результата интеллектуальной деятельности.  

Согласно пункту 2 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.  

Согласно пункту статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.  

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.  

 Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что ответчиком ненадлежащим образом исполнены обязательства по указанному Договору, при этом спорный договор заключен между Банком и ответчиком и денежные средства по договору Банк перечислены на расчетный счет ответчика, неосновательно обогащение возникло на его стороне, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования.  

 Доводы апелляционной жалобы ответчика подлежат отклонению по следующим основаниям.  

 Между Акционерным обществом «Энвижн Груп» (в настоящее время АО «Ситроникс Ай Ти») (далее – «Сублицензиар») и Публичным акционерным обществом  

Банк «Возрождение» (в настоящее время Акционерное общество «БМ-Банк») (далее – «Сублицензиат», «Банк») заключен Сублицензионный договор № NV.01.064662/000- 00330-20 (далее – «Сублицензионный договор»), в соответствии с условиями которого Сублицензиар, являясь официальным партнером компании Microsoft, обязуется передать, а Банк обязуется принять и оплатить Лицензии в соответствии со следующими лицензионными соглашениями: Соглашение Microsoft Business and Services Agreement № U0278188 (далее – «Соглашение 1»), Соглашение Enterprise № E6675252 (далее – «Соглашение 2»), Соглашения о регистрации Enterprise (через торгового посредника) № 64062379 заключенные между Банк ВТБ (ПАО) и Microsoft Ireland Operations Limited (далее – «Лицензионные соглашения»).  

В связи с реорганизацией 15.06.2021 ПАО Банк «Возрождение» и АО «БМ- Банк» в форме присоединения ПАО Банк «Возрождение» к АО «БМ-Банк», с 15.06.2021 в порядке универсального правопреемства все права и обязанности ПАО Банк «Возрождение» по Сублицензионному договору перешли к правопреемнику ПАО Банк «Возрождение» - АО «БМ-Банк».  

Согласно п.1.5 Сублицензионного договора, перечень и наименование Лицензий указываются в Приложениях № 1, № 2 и № 3 к Договору.  

При этом срок использования лицензий по Приложению № 3 – с 01.01.2022 до 31.12.2022.  

В соответствии с условиями Договора Банк своевременно и в полном объеме выполнил свои обязательства перед ответчиком по оплате стоимости лицензий согласно Приложению № 3 к Договору в размере 36 970 364,34 рублей, что подтверждается платежным поручением от 19.01.2022 № 29416.  

Однако с 05.03.2022 у Банка отсутствует доступ к программному обеспечению, использование которого регулируется Лицензионными соглашениями (далее – ПО), в том числе доступ к ключам активации ПО и дистрибутивам ПО для скачивания.  

Позиция ответчика изначально сводилась к тому, что договор между Банком и ответчиком является договором поставки, а не сублицензионным договором предоставления права использования указанных в Договоре программ для ЭВМ.  

Далее, при рассмотрении кассационной жалобы Банка ответчиком была изменена позиция относительно квалификации заключенного между сторонами договора.  

Так, по мнению ответчика, спорный договор является не сублицензионным, не договором поставки, а посредническим договором.  

В апелляционной жалобе ответчик также поддерживает позицию о посредническом договоре между сторонами.  

Однако суд апелляционной инстанции отмечает следующее. 

Согласно пункту 1 статьи 1005 ГК РФ, по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.  

Существенным условием агентского договора является определение действий, которые обязуется совершить агент.  

В рассматриваемом случае указанная схема взаимоотношений между Банком и ответчиком не применима, поскольку ответчик не подбирал Банку каких-либо клиентов.  

При этом партнерское соглашение, заключенное между ответчиком и Microsoft и стороной которого Банк не является, является агентским договором, т.к. ответчик, подбирал Microsoft клиентов на территории Российской Федерации.  

Именно на данное партнерское соглашение ссылается ответчик, пытаясь его включить в правовую конструкцию договорных отношений между истцом и  

ответчиком, что не соответствует действительности, поскольку заключенный между Банком и ответчиком договор не является агентским с точки зрения ст.1005 ГК РФ.  

В этой связи, положения об агентском договоре, как указывает ответчик, к спорному договору не применимы.  

В рассматриваемом случае подлежит применению ст.403 ГК РФ, согласно которой должник отвечает за неисполнение или ненадлежащие исполнение обязательства перед третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющийся непосредственным исполнителем третье лицо.  

При этом ни договорные модели, используемые ответчиком в рамках осуществления предпринимательской деятельности, ни специальные положения ГК РФ не должны служить основанием для уклонения от исполнения встречного договорного обязательства добросовестному контрагенту, каким в рассматриваемом случае является Банк.  

Иное означало бы поощрение недобросовестного поведения участников предпринимательской деятельности в гражданском обороте.  

Условиями заключенного между истцом и ответчиком договора предусмотрено, что ответчик принял на себя обязательства по предоставлению права на использование исключительных прав на программное обеспечение третьего лица (компании) в виде простой неисключительной лицензии, при этом истец принял на себя обязательства оплатить предоставляемое право использования программного обеспечения.  

Оплата вознаграждения производится сублицензиатом (истцом) путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет лицензиата (ответчика).  

Кроме того, акт приема-передачи лицензий подписан именно между истцом и ответчиком, а не между истцом и Microsoft.  

Ссылка ответчика на подписание Банком акта приема-передачи лицензий без каких-либо нареканий и замечаний не подтверждает в рассматриваемом случае факт надлежащего исполнения ответчиком обязательств по спорному договору, так как договором предусмотрено, что работоспособность лицензий на пользование ПО предоставляется не на дату передачи этих лицензий, а на период, равный календарному году.  

При рассмотрении спорного договора непосредственно как сублицензионного следует, что на основании пп.1 и 2 ст.1238 ГК РФ по сублицензионному договору сублицензиату могут быть предоставлены права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации только в пределах тех прав и тех способов использования, которые предусмотрены лицензионным договором для лицензиата.  

Согласно п.5 ст.1238 ГК РФ к сублицензионному договору применяются правила о лицензионном договоре  

В соответствии с п.2 ст.1237 ГК РФ лицензиар обязан воздерживаться от каких-либо действий, способных затруднить осуществление лицензиатом предоставленного ему права использования результата интеллектуальной деятельности.  

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

Согласно пункту 2 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.  

Согласно пункту статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.  

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.  

Исходя из буквального значения условий пп. 1.1., 1.2. Договора, ответчик как сублицензиар предоставил истцу как сублицензиату право использования программного обеспечения через информационно-телекоммуникационную сеть, в т.ч. сеть «Интернет».  

Состав программного обеспечения, территория, срок действия лицензии, а также вознаграждение за ее предоставление согласованы сторонами надлежащим образом.  

При этом ответчик заверил истца (п.1.1. Договора), что при заключении договора выступает в качестве партнера компании Microsoft и имеет следующие неисключительные права в отношении относящегося к предмету Договора лицензионного программного обеспечения.  

Так, согласно п. 1.1. Договора право на использование указанного Лицензионного программного обеспечения путем:  

a) распространения указанного Лицензионного программного обеспечения на территории Российской Федерации;  

b) воспроизведения указанного Лицензионного программного обеспечения, ограниченного инсталляцией, копированием и запуском лицензионного программного обеспечения на территории Российской Федерации;  

Согласно п.1.1.2 право предоставлять пользователям на территории Российской Федерации по сублицензионным договорам неисключительное право на использование указанного Лицензионного программного обеспечения (далее - «Лицензии») способами, предусмотренными в п. 1,1.1.b и п.1.6. настоящего Договора.  

В соответствии с пунктом 1 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.  

Применительно к положениям пп.1, 5 ст.1235, п.5 ст.1238 ГК РФ существенными условиями возмездного лицензионного договора являются условия о его предмете, в том числе о конкретных результатах интеллектуальной деятельности и пределах (способах) их использования, а также о размере вознаграждения за предоставление права использования.  

С учетом изложенного, Договор содержит все существенные условия о предоставлении права использования программ для ЭВМ, указанных в Приложениях №№ 1-9 к Договору.  

Кроме того, заверения, содержащиеся в п.1.1 Договора свидетельствуют о наличии соответствующих прав ответчика в рамках лицензии, а не только права на распространение.  

Таким образом, договор, является сублицензионным по своей правовой природе.  

Условие Договора о порядке доступа к лицензируемым программам для ЭВМ в форме скачивания дистрибутивов и ключей активации не свидетельствует о наличии между сторонами отношений по договору купли-продажи (поставки), как на то ссылается ответчик.  

При этом из условий и предмета спорного договора усматривается, что действительная общая воля сторон Договора была направлена именно на создание договорных оснований для законного использования истцом программ для ЭВМ путем предоставления производного разрешения правообладателя (сублицензии), с учетом того, что программы для ЭВМ представляют собой произведения - объекты авторского права (пп. 1 п. 1 ст. 1255 ГК РФ), в отношении которых признаются и действуют исключительные права (ст. 1266 ГК РФ), распоряжение которыми в целях наделения правом их использования иными, нежели правообладатель, лицами, согласно закону должно осуществляться по правилам, предусмотренным ст.1235 ГК РФ, а не по  

правилам, установленных для передачи права собственности на вещи по договору купли продажи.  

Вместе с тем, согласно правовому подходу, выраженному в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 9457/13 от 05.11.2013 по делу № А40-92833/11, поскольку лицензионный договор, так же, как и договор аренды, является договором о предоставлении объекта гражданских прав в пользование, к нему могут быть применены соответствующие положение гражданского законодательства по договору об аренде.  

Исходя из вышеуказанной позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, исполнение ответчиком лицензионного договора состояло не только в предоставлении средств доступа к лицензируемым программам для ЭВМ, но и предоставлении в течение определенного срока права использования указанных в Договоре программ, не обремененных запретом либо ограничениями со стороны соответствующего правообладателя, о чем ответчик предоставил истцу соответствующие заверения (пп.1.1. Договора).  

Кроме того, ни Договором, ни действующим законодательством не урегулированы напрямую правоотношения между сторонами сублицензионного договора, возникающие в случае наличия препятствий в использовании предмета сублицензии со стороны его правообладателя, в отсутствие нарушения сублицензионного договора стороной сублицензиата.  

При этом ограничение возможности истца осуществлять использование указанных в Договоре программ для ЭВМ до истечения срока лицензии представляет собой ухудшение условий использования, т.е. является неравноценным исполнением Договора со стороны ответчика.  

С учетом того, что плата за предоставленную истцу сублицензию была произведена своевременно и в полном объеме к моменту расторжения Договора, реализация права на ее соразмерное уменьшение, с учетом фактического характера правоотношений между истцом и ответчиком, может быть обеспечена только путем заявления требования о возврате ответчиком части вознаграждения по Договору.  

По смыслу применяемого по аналогии законодательства, удовлетворение заявленного требования о взыскании неосновательного обогащения в виде части полученного ответчиком вознаграждения, соответствующего сроку действия предоставленной по Договору лицензии, в течение которого использование истцом программ для ЭВМ стало невозможным по независящим от него обстоятельствам, отвечало бы как балансу интересов сторон, так и установленному законодательством запрету на получение неосновательного обогащения контрагентом, со стороны которого не было обеспечено равноценное исполнение обязательств.  

При этом ссылки ответчика на положения партнерского соглашения, заключенного между ответчиком и Microsoft не относится к делу, поскольку истец не является стороной указанного партнерского соглашения, каких-либо прав и обязанностей для истца оно не порождает, истец не может отвечать ни за содержание, ни за исполнение обязательств по указанному партнерскому соглашению, поскольку оно регулирует исключительно взаимоотношения между ответчиком и Microsoft.  

Таким образом, ответчиком ненадлежащим образом исполнены обязательства по указанному Договору и на стороне последнего возникло неосновательное обогащение.  

В этой связи, вне зависимости от того, является ли спорный договор сублицензионным договором, либо посреднеческим договором, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 30 589 178 руб. 17 коп., поскольку спорный договор заключен между Банком и ответчиком, лицензии переданы по акту приема-передачи ответчиком, денежные средства по договору Банк перечислил на расчетный счет ответчика.  

Таким образом, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам жалобы, а также безусловных, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.  

Расходы по госпошлине в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на заявителя жалобы.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 07 октября 2024 года по делу 

 № А40-74902/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам.  

Председательствующий судья Т.В. Захарова  

Судьи В.В. Валюшкина  

 Б.В. Стешан  

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.