ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-5048/2015

г. Вологда

17 апреля 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 апреля 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Кузнецова К.А. и    Писаревой О.Г., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тверской области от 29 декабря 2018 года по делу № А66-5048/2015,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 28.04.2015 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ржевский Домостроительный комбинат» (адрес: Тверская обл., Ржевский р-н, п. Есинка, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Общество, должник).

Определением суда от 08.12.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Информация о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликована в печатном издании «КоммерсантЪ» от 23.12.2017 № 240.

ФИО2 30.01.2018 обратилась в суд с заявлением о включении задолженности в сумме 4 360 831 руб. 61 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 29.12.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО2 с судебным актом не согласилась, в апелляционной жалобе, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, нарушение норм процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, просила определение отменить и прекратить производство по заявленному требованию. В обоснование ссылается на то, что поскольку спорная задолженность возникла после возбуждения дела о банкротстве, то является текущей и не подлежит включению в реестр требований кредиторов. Указывает на наличие в материалах дела как доказательств, подтверждающих наличие у     ФИО2 возможности предоставить Обществу денежные средства по договору займа в заявленном размере, так и доказательств, подтверждающих передачу денежных средств. Полагает ошибочным вывод суда о корпоративном характере спорных требований.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 (займодавец) и должником (заёмщик) 29.12.2014 подписан договор займа № А10-З-1661/953-215, в соответствии с которым займодавец передал, а заёмщик принял денежную сумму в размере 1 500 000 руб. со сроком возврата не позднее 28.12.2015.

В подтверждение передачи денежных средств, кредитор представил акт получения денежных средств от 30.12.2014.

Также ФИО2 (займодавец) и должником (заёмщик) 06.03.2015 подписан договор займа № А10-З-1661/953-229, в соответствии с которым займодавец передал, а заёмщик принял денежную сумму в размере      1 567 500 руб. со сроком возврата займа не позднее 06.03.2016.

В подтверждение передачи денежных средств, кредитор представил акт получения денежных средств от 06.03.2015.

ФИО2, сославшись на наличие у Общества задолженности по договорам займа, обратилась в арбитражный суд с настоящим требованием, в удовлетворении которого судом отказано.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований для несогласия с принятым судебным актом.

Дела о несостоятельности в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. 

Перечень документов, которыми в отсутствие судебного акта может быть подтверждена обоснованность заявленных требований, является открытым.

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры банкротства, следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Требования конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, вытекающие из денежных обязательств либо возникшие вследствие неисполнения обязанностей по уплате обязательных платежей, относятся к третьей очереди реестра требований кредиторов (статья 137 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о необоснованности спорных требований со ссылкой на статьи 309, 310, 807, 808 ГК РФ.

Согласно приведенным правовым нормам обязательства, возникшие из договора, должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

На основании пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно пункту 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

По общему правилу пункта 1 статьи 807 ГК РФ поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ (заем), а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату заемных средств либо безденежность такого займа.

Согласно пункту 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение финансовой возможности ФИО2 в материалы настоящего дела представила договор займа от 29.12.2014 № А10-3-1661-206 на сумму 7 525 000 руб. и договор займа от 06.03.2015 № А10-3-1661-228 на сумму 1 500 000 руб., по условиям которых ООО «Алю Терра» (займодавец) предоставляет ФИО2 (заемщик) денежные средства в указанных размерах.

Вместе с тем, Общество, признавая указанную задолженность, не представило документально подтвержденных пояснений об экономической целесообразности и хозяйственной необходимости для должника получения займов от ФИО2

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «АлюТерра» является единственным учредителем должника.

Из материалов дела следует, что ООО «АлюТерра» выдает ФИО2 займы по договорам от 29.12.2014 № А10-3-1661-206 на сумму 7 525 000 руб. и от 06.03.2015 № А10-3-1661-228 на сумму 1 500 000 руб. В свою очередь, ФИО2 сразу же (29.12.2014 и 06.03.2015) после получения займов от ООО «АлюТерра» перечисляет полученные денежные средства в Общество по договорам займа от 29.12.2014 № А10-3-1661/953-215 и от 06.03.2015 № А10-3-1661/953-229 соответственно.

Таким образом, все займы фактически предоставлены не ФИО2, а единственным учредителем Общества – ООО «АлюТерра» в отсутствие какого-либо обеспечения.

При этом за весь период финансирования ни по одному из договоров займа Общество ФИО2 денежные средства не возвратило; ни по одному договору не производился возврат займа, ФИО2 каких-либо действий, направленных на взыскание образовавшейся задолженности в судебном порядке не предпринимала.

Указанное свидетельствует о том, что произведенное непосредственно ООО «АлюТерра» (через заключение договоров займа с ФИО2) финансирование Общества являлось безвозмездным и фактически безвозвратным. Такое поведение названных лиц, являющихся аффилированными, при осуществлении предпринимательской деятельности не соответствует целям этой деятельности, направленной прежде всего на извлечение прибыли.

Таким образом, финансирование ООО «АлюТерра» (через заключение договоров займа с ФИО2) подконтрольного общества осуществлялось на нестандартных/нерыночных условиях - условиях недоступных обычному субъекту гражданского оборота.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Как указано в правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1), по смыслу указанной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник, как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи, как указал Верховный Суд Российской Федерации, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации займ может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких обстоятельствах дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели – по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путём доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

В рассматриваемой ситуации обстоятельства дела свидетельствуют о том, что учредителем должника осуществлялось фактическое финансирование текущей деятельности должника, которое, по сути, являлось инвестициями в развитие предприятия и поддержание его платёжеспособности.

При этом суд первой инстанции правомерно обратил внимание на то, что ООО «АлюТерра» в рамках договоров займа от 29.12.2014 № А10-3-1661-206 (срок возврата займа 28.12.2015) и от 06.03.2015 № А10-3-1661-228 (срок возврата займа 06.03.2016) выдало ФИО2 займы в общей сумме       9 025 000 руб.

Согласно сведениям, отраженных в справках по форме 2-НДФЛ за 2014, 2015, 2016) общая сумма дохода ФИО2 составила не больше            11 млн. руб.

Таким образом, учитывая наличие задолженности по решению Тверского районного суда г. Москвы свыше 17 млн. рублей, ФИО2 не имела финансовой возможности возвратить займы в установленные договорами сроки. Кроме того, каких-либо дополнительных соглашений о пролонгации указанных договоров, в части срока возврата займа, в материалы на стоящего дела не представлено.

В свою очередь, ООО «АлюТерра» не предпринимало никаких мер, направленных на взыскание с ФИО2 задолженности по выданным займам. Данное поведение ООО «АлюТерра» по отношению к         ФИО2 и ФИО2 по отношению к Обществу свидетельствует о намерении ООО «АлюТерра» через третье лицо произвести увеличение оборотных активов Общества.

Указанные обстоятельства подтверждает наличие корпоративной природы заемных отношений, положенных в основу настоящего требования.

Формальное оформление отношений, связанных с участием участника должника в его деятельности, в качестве предоставления Обществу займов фактически предоставляет кредитору ничем не обусловленные преференции в виде удовлетворения его требований в режиме, установленном для требований конкурсных кредиторов, и влечёт нарушение баланса интересов сторон.

В этой связи, исследовав и оценив доводы кредитора и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд первой инстанции правильно определил правовую природу спорных правоотношений применительно к правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), указав на возможность квалифицировать спорные заемные правоотношения как отношения участника Общества по увеличению уставного капитала должника, и пришёл к обоснованным выводам о том, что требования ФИО2 не подлежат удовлетворению.

Основания для переоценки данного вывода у апелляционной коллегии отсутствуют.

Доводы подателя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении настоящего требования и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, в связи с этим отклоняются судом апелляционной инстанции.

В свете изложенного оснований для отмены определения от 29.12.2018 не имеется. Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления кредитора не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО2 по приведённым в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 29 декабря        2018 года по делу № А66-5048/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

К.А. Кузнецов

О.Г. Писарева